Глава 1. О снах и реальности

Летние поздние вечера особенно прекрасны, когда приносят с собой долгожданную прохладу, разбавляющую тяжелый, душистый аромат цветов и раскаленный не знающим пощады солнцем воздух. Как приятно сбросить изрядно надоевшую обувь и пробежаться босиком по мягкой, свежей, слегка щекочущей ступни траве, или пройтись по теплому асфальту, совершенно не беспокоясь ни о чем. Полное блаженс…

— Аргус, по-моему, нам пора ее забрать, — тревожно прозвучал женский голос где-то за кустами шиповника. — Уже почти десять, Тимбли ее совсем избалует.

— Милая, — укоризненно ответил мужчина, — мы давно не выбирались из дома. Да и Бранч с Мэригольд точно не оставят нашу девочку без присмотра. Дай себе… так, ладно, дай нам, наконец, отдохнуть. Посмотри, это же наше место, помнишь? — он убрал тяжелые локоны с ее лица, и на несколько мгновений поцелуй отогнал беспокойство Диди.

— Да уж, помню, — улыбнулась она. — Именно здесь я случайно ударила тебя по носу.

— А потом у тебя сломался каблук, и я нес тебя до дома на руках, — подхватил Аргус. — Мы давно вот так никуда не ходили вдвоем. Даже просто прогуляться. А здесь ты вообще ни о чем не должна думать.

Диди притихла, примостив голову у него на плече.

— Диане скоро возвращаться в школу, и я все не перестаю прокручивать в голове, все ли мы купили для учебы, — пробормотала она. Аргус усмехнулся.

— Еще что тебя тревожит, миссис Я-Никогда-Не-Дам-Себе-Расслабиться? — поддразнил ее он.

Ведьма немного напряглась и попыталась устроиться удобнее.

— Мне снится один и тот же сон, — призналась она. — Периодически. Будто я варю какое-то зелье. И все так реально, будто происходит наяву.

— Что за зелье? — поинтересовался оборотень.

— Даже не знаю, — пожала плечами его жена. — Розовое… Эй, не смейся! Пахнет приятно, искрится… Короче, как в каком-нибудь фэнтэзи-мультике из тех, что смотрит Диана.

— У Серены не спрашивала?

— Она не знает. Говорит, что таких эликсиров пруд-пруди. Я ведь еще далеко не все умею делать, — вздохнула Диди, разрывая травинку тонкими пальцами. — Я еще не мастер…

— У тебя все впереди, — Аргус шутливо поцеловал кончик ее носа. — И вообще, в последние годы у нас ведь было немало забот, правда?

Это напомнило Диди о деле, мысль о котором на время была отодвинута на задворки сознания.

— Пойдем все-таки, заберем Диану у Бранча. Она им наверняка уже успела надоесть.

***

Приготовление эликсиров — процесс, требующий терпения, определенных навыков и сноровки. Необходимо тщательно отмерять, отсыпать и взвешивать ингредиенты. И ни в коем случае не стоит экспериментировать или заниматься творчеством, иначе последствия могут быть ужасающе непредсказуемыми, — то ли из котла выпрыгнет жаба, то ли жабой из комнаты выпрыгнешь ты.

Другое занятие, предоставляющее простор для действий и время для обдумывания различных вещей, всецело завоевало Диди. Устав от измельчения арники в ступке или от взвешивания порошков, она уходила на кухню и принималась готовить что-нибудь вкусненькое. Сегодня вечером ждала своего часа шарлотка. Нарезанные ломтиками яблоки лежали в миске, соблазняя своим ароматом, Диди взбивала белки и с улыбкой прислушивалась к хохоту дочери, которую Аргус раскачивал на качелях во дворе.

Ведьма уже принялась всыпать муку, но это занятие пришлось прервать, так как в дверь постучали. Определенный ритм дал Диди понять, что в гости наведался не кто иной, как ее старый друг. Правда, в некотором смысле, старым его было сложно назвать, разве что в плане количества прожитых лет.

— Привет, — Диди впустила Тристана в холл и вернулась на кухню.

Вампир, слегка покачиваясь, последовал за ней и плюхнулся на стул.

— О, яблочки, — обрадованно произнес он, запуская пальцы в миску. Диди шлепнула его полотенцем.

— Вообще-то это для пирога, а не для твоих клыков, — притворно нахмурилась она. Тристан что-то обиженно промычал, жуя ломтик яблока, который он успел утащить.

— Ты какой-то странный сегодня, — заметила ведьма, начиная осторожно перемешивать тесто.

Ван Голд запрокинул голову и растянулся на стуле.

— Это еще что такое? — засмеялась Диди. — Ты что, пьян?

— Вампиры не п-пьянеют, — попытался тот помотать головой.

— Ну конечно, — саркастически отреагировала та. — То же самое говорила твоя сестра, когда ты вытаскивал ее из бара несколько лет назад.

— У Эм-мили все хорошо, — протянул Тристан, опираясь локтем на стол. — М-магистр искусств, все такое прочее… Н-новый дом ук-красила своими картинами…

— Это твой повод? — посерьёзнев, Диди начала смешивать яблоки с тестом.

— Повод?.. А, — дошло до нетрезвого вампира. — У меня вечный повод. Я н-несчастен.

— Сказал богатый красивый парень, который переживет еще всех нас, — едко прокомментировала ведьма. — У вас опять проблемы с Бетани?

Тристан застонал, чуть не сваливаясь со стула.

— Мы уже и к псих-хологу ходили, и на й-ик-йогу совместную, и в путеш-шествия ездили… Бесполезно, — мотнул он головой.

— Кризис семейных отношений? — предположила Диди, аккуратно перемешивая ломтики яблок с тестом. — Может, вам как-то их оживить?

— Ооой, мы что только не пробовали, — отмахнулся вампир с таким видом, как будто его мучила нестерпимая головная боль. — Сейчас нашли н-новое средство, — заговорщически подмигнул он ведьме, и вновь оперевшись на стол, с хитрым видом поведал: — Свободн-ный брак.

У Диди открылся рот, а венчик для взбивания выпал из руки, со звоном ударившись о миску.

— Мама, а что такое "свободный брак"? — раздался любопытный детский голосок.

Вампир и ведьма перевели взгляд на темноволосую девочку, стоявшую посреди кухню и трогательно прижимавшую к себе мишку. Неслышно вошедшая в дом малышка прямо-таки лучилась любознательностью.

— Э, Диана, солнышко, найди-ка папу, — первой очнулась Диди. — Скажи ему, что ужин скоро будет готов.

Девочка понятливо кивнула и перевела ясный взор своих обманчиво невинных синих глаз на вампира.

— Здравствуйте, дядя Тристан, — решила она, наконец, проявить вежливость и вспомнить о приличиях.

— И тебе привет, красавица, — собрал в кучу свое растекшееся обаяние парень и вновь подмигнул.

Ребенок, залившись румянцем, убежал в поисках папы. Диди поставила пирог в духовку и швырнула в Тристана полотенцем:

— Следи за языком! А то Диана нахватается всего того, что ей рано знать.

Ван Голд поднял руки вверх в примирительном жесте.

— Сколько лет вы уже женаты? Столько же, сколько и Диане исполнилось примерно, ведь так? — продолжила ведьма. — А сколько времени вы друг друга видите?

Тристан вновь погрузился в свое меланхоличное состояние и потер лоб.

— Учитывая, что мы оба постоянно в разъездах, наверное, раза в два меньше. Может, это нас и спасает…

— Ерунда какая-то. Может, дело как раз в том, что вы мало времени проводите вместе. Больше интересуйтесь жизнью друг друга.

— Диди, я не знаю, но все не так… — Тристан болезненно зажмурился и откинулся на спинку стула. — Все не так, как я себе представлял…

— И как ты себе представлял семейную жизнь? — улыбнулась ведьма.

Тот пожал плечами.

— Ты сам не знаешь, чего хочешь, — подытожила она.

— Нет, Ди. Вот я прихожу к вам, и здесь своя атмосфера, — он провел по воздуху рукой в каком-то неопределенном жесте. — Тепло, уют, вечно пахнет чем-то вкусным, Диана бегает… У меня было не такое детство. И отношения между отцом и матерью я практически не помню. Я не знаю, как правильно. А у вас все идеально.

Диди изумленно засмеялась.

— Идеально? О, ты ведь с нами не каждый день и ничего не видишь! Мы, бывает, и спорим, и ругаемся, недавно чуть не перестали разговаривать друг с другом, когда выбирали новые обои для гостиной…

— Это нормально, Ди. Так и должно быть, — слабо улыбнулся Тристан. — А у нас тихо. Холод. Чертова пустота. "Тристан Ван Голд с супругой посетили галерею Джиовании во Флоренции", — передразнил он заголовки газет. — "Блистательная пара поразила всех своей античной красотой, умом и широтой кругозора". Черт бы их побрал. Я сплю один, когда она в отъезде, и это ничем не отличается от моих ночей, когда она приезжает.

— Ты больше не любишь ее? — тихо спросила Диди.

Он помолчал, разглядывая свой браслет.

— Не знаю. Не могу сказать нет. Но и "да" тоже в горло не лезет.

— Свободный брак не решит ведь ваших проблем…

На мгновение на его лице появилось чувство отвращения, но тут же исчезло за прежним невозмутимым выражением.

— Это была ее идея. А я был слишком пьян, чтобы ее отговорить.

— А сейчас, похоже, протрезвел, — вздохнула Диди.

— Да, непорядок. Надо это исправлять, — заявил он, чем вызвал укоризненный взгляд с ее стороны.

Дальнейший разговор был прерван хлопаньем входной двери.

— Интересно, — раздался голос Аргуса, держащего в руке крошечную ладошку Дианы. — Дочь мне сообщает, что рядом с мамой сидит пьяный дядя-вампир и что-то ей втирает про свободный брак. И как это понимать?

Девочка хихикнула и, вырвав свою ручку из большой и теплой ладони отца, поспешила скрыться в комнате.

— Не заводись, друг, я уже ухожу, — начал подниматься Тристан. — Посмел жаловаться Диди на жизнь, видишь ли. Я уже практически трезв.

Аргус хмыкнул.

— Кстати, Ди, — повернулся Ван Голд к ведьме. — Я же забыл тебе главную новость сообщить. Отец женится.

Диди оторопела.

— Как? Когда? На ком? — вырвались у нее вопросы, отражающие крайнюю степень ее удивления.

— Я думал, ты знаешь, — вскинул брови Тристан. — На Зои Дурвуд.

Это уточнение ввергло Диди чуть ли не в шок.

— Зои?! Погоди, а сколько ей лет?

— Двадцать один точно есть, — ухмыльнулся вампир. — Я сам обалдел, когда узнал. Эмили только рада, эта рыжая ведьма — ее лучшая подруга. Наверняка она сама и подталкивала их к свадьбе. Ну, папа всех озадачил, это точно.

И, оставив Диди в полной растерянности переваривать услышанное, он повернулся к выходу. На его плечо легла каменная ладонь Аргуса.

— Давай я тебя провожу, — дружелюбно предложил оборотень, сверля парня взглядом. Тристан обреченно поплелся к выходу.

На улице, не дождавшись пока вампир вызовет такси, Аргус развернул его к себе и тихо проговорил:

— Для душевных разговоров у тебя есть собственная жена. Намеки понимаешь?

— Остынь, друг, — капитулирующе поднял руки Тристан, мягко улыбаясь. — Не всем так повезло, как тебе.

Он повернулся и зашагал по тротуару, остывающему в лучах вечернего солнца.

Глава 2. Подарки судьбы

Некоторое время назад

Зои задумчиво покрутила карандаш и убрала непослушный локон волос за ухо. Задачка никак не хотела решаться. Это вызывало у нее азарт и раздражение. Серена совершенно не умела вести бизнес, поэтому с каждым годом, проведенным в университете, юная ведьма принимала все больше участия в делах, которые раньше вел ее отец. И, конечно, без помощи Эйдана им было бы сложно оставаться на плаву, ведь Зак, как и она, учился в университете.

Зои всегда ощущала к этому излучающему спокойствие мужчине какое-то тепло. Она считала это чувство благодарностью, ведь он столько сделал для их семьи. Иногда она чувствовала себя его дочерью, учитывая, как часто они созванивались, чтобы он дал ей совет по ее проектам, и сколько времени она проводила летом в новом доме Ван Голдов с Эмили. Забота и любовь, получаемая от этой семьи, позволила отчаянной тоске по отцу перейти в светлую грусть, и найти в себе силы поддерживать маму и брата.

Но звонить Эйдану по поводу какой-то задачки?.. Пусть это и бизнес-кейс, но как-то стыдно должно быть бакалавру экономики бросаться за помощью, не справившись с такой ерундой. Зои досадливо постучала ногтями по столу, обнаружила, что грызет карандаш, и разозлилась на себя еще больше. Дурацкая детская привычка!

Как жаль, что Зака нет дома. Он бы точно ей помог, у парня нестандартный взгляд на вещи. Она перевела взгляд на мобильный телефон. Как хочется позвонить Эйдану… Ведь он не откажет ей в помощи.

Так Зои и грызла карандаш, сверля смартфон глазами, пока тот не очнулся от спячки и не выдал переливистые трели. Янтарные глаза девушки расширились от изумления, когда она увидела имя звонившего.

"Нет, я, конечно, ведьма, но чтобы настолько…"

— Привет, — ответила она Эйдану с замиранием сердца.

— Зои, здравствуй, — оживленно отозвался тот. — Эмили утопила в ванне свой телефон и пока пытается его реанимировать, ругаясь как… В общем, как не пристало юной девушке. Где она нахваталась таких слов? Что у вас там творится, в вашем университете? Короче, приезжай в гости, она только что хотела тебя пригласить. Тебя забрать?

— Не беспокойся, — Зои начала устраивать мини-ураган, швыряя в сумку тетрадь, учебник и карандаш. — Я на машине, сама. — Ох, как было сложно привыкнуть общаться с ним неформально, как он просил.

— Точно? — его бархатный голос вот-вот бы уговорил ее, но ведь тогда нужно было бы ждать, пока он приедет…

— Все в порядке, передай Эмили, что я еду, — Зои чуть ли не молнией выбежала из дома и захлопнула дверь.

***

Может, Зои и нравился предыдущий дом Ван Голдов, но от нового она была в восторге. Сам же Эйдан утверждал, что это было самое прекрасное архитектурное творение из всех тех, в которых он когда-либо жил. Насыщенно-темные и кремовые оттенки составляли уникальную гармонию; великолепие форм и материалов поражало каждого гостя, ознакомившегося с особняком.

Спальня Эмили казалась теплой, уютной и в то же время изысканной. Девушки расположились на огромной кровати, Эмили явно повеселела после приезда подруги.

— Как же я скучала по этой прекрасной спаленке! — счастливо проговорила она, развалившись на своем шикарном ложе и лениво потягиваясь.

— Телефон восстановлению не подлежит? — поинтересовалась Зои.

— Неа, — помотала та головой. — Зато теперь у меня есть повод купить новый.

— Как ты вообще умудрилась его утопить?

— Я принимала ванну, писала сообщение, — пожала та плечами. — Вот он и выскользнул из рук.

— Кому же нужно было так неотложно писать? — с улыбкой поинтересовалась ее подруга.

Эмили вдруг порозовела.

— Эээ… подруге с факультета.

— И какой размах плеч у этой подруги? — вот уж кого нельзя было провести, так это потомственную ведьму Зои. — Ага, покраснела! Эми, ты же мне всегда рассказывала, в кого влюбилась в очередной раз. Что за секрет?

Блондинка слезла с кровати, подошла к мольберту и начала рассеянно перебирать краски.

— Я просто не совсем представляю, как тебе об этом рассказать, — тихо пробормотала она.

— Ты боишься чего-то? Что я стану осуждать твой выбор?

— Нет, не в этом дело…

Эмили случайно выронила кисть, и в этот момент завибрировал ее мобильный, лежащий на кровати. Блондинка бросилась вытирать пятна полузасохшей краски с безупречного пола, а Зои, рефлекторно взглянув на экран смартфона подруги, обнаружила, что сегодня у нее день удивления входящим вызовам.

— Зак? — проговорила она, обращаясь к Эмили. — В смысле, мой брат Зак? Его же номер высвечивается.

Пунцовая экс-вампирша бросила и кисть, и тряпку, рванувшись к кровати и чуть не свалив за собой мольберт с палитрой.

— Я думала, он ушел играть в футбол, — Зои задумчиво наблюдала за тем, как Эми отчаянно пыталась сбросить вызов, оставляя на глянцевом экране отпечатки зеленой краски.

Два плюс два. В голове будущего магистра экономики щелкнуло.

— Погоди-ка, — Зои воззрилась своими пронизывающими насквозь янтарными глазами на не знающую, куда себя девать подругу. — Ты и Зак? В смысле, ты и мой брат Зак? Да? Как давно? Почему вы от меня скрывали?

— Ну… — Эмили достала влажные салфетки и принялась яростно очищать телефон, пол и собственные пальцы от краски. — Мы и не собирались прятаться. Просто все никак не предоставлялась возможность тебе сказать.

"Ну-ну", — пронеслось в мыслях у ведьмы. — "Конечно же, я во все наивно верю".

— Мы просто начали чаще общаться в университете, он же творческий парень, — как будто оправдывалась Эмили. — И этим летом как-то все закрутилось… В общем, у меня свидание с ним сегодня.

— Тогда, может, ты перезвонишь ему? — засмеялась Зои. — Я так рада! Два самых моих близких и любимых человека вместе. Я и представить не могла

— Да уж, — весело хмыкнула Эмили. — Все никак не могла признаться тебе и себе, что мне нравится твой брат.

— А мне — твой отец, — вырвалось у ведьмы.

В комнате повисла тишина. После трех секунд полного отсутствия всяческих звуков палитра все-таки грохнулась на пол, находясь до этого в весьма неустойчивом положении.

Эмили, однако, было не до красок. Даже осознав истинный смысл признания подруги, она рискнула уточнить:

— Ну да, как человек же? Он ведь классный такой, столько хорошего сделал…

— Да чего уж там, — раздраженно махнула рукой ведьма. — Сказала, и все.

— Ладно, Зак подождет, — Эмили присела на кровать. — И… А ты уверена, что это не симпатия к нему как… ну как к собственному отцу?

— Уверена, — процедила Зои, хмуро глядя на подругу. — Иначе мне не хотелось бы расстегнуть ему рубашку и запустить под нее руки.

Эми выдала еще одно ругательство, совершенно не подходящее юной девушке.

— Давай об этом не будем, он же папа мой, тьфу! Для меня это наверняка еще более странно, чем для тебя узнать о моих свиданиях с Заком! Просто… — задумалась она. — Ну в него можно влюбиться, в принципе. Он такой…

— Красивый.

— Ну да. Эээ, хороший?..

— Благородный. Располагающий к себе. Умный. Воспитанный, — подсказывала Зои. — В общем, он — мужчина. Не то что наши сверстники. у которых в голове очередная вечеринка с бочкой алкоголя.

— Э, да, — почесала светлую макушку мисс Ван Голд. — Но что ты будешь теперь делать?

Зои отвернулась, убирая в сумку тетрадь.

— Не знаю. Это глупо все. Он не воспримет меня всерьёз. Я ведь для него девчонка. Пусть мне и двадцать один, я все равно неразумный ребенок по его меркам.

***

Эйдан практически не дышал и не двигался, замерев в коридоре рядом со спальней дочери. Сердце отбивало такие удары, как будто через него прогоняли электрический ток. Он прекрасно слышал каждое слово девушек, хотя тема их беседы заставила его заподозрить ухудшение собственных способностей.

Почему же Зои не выдала своих мыслей, когда они сидели рядом в его кабинете так, что их руки соприкасались, пока он объяснял ей решение задачи? Он не прочитал ничего, лишь почувствовал волнение, исходящее от нее. Что ж, она ведьма, вполне могла принять эликсир или наложить заклинание, скрывающее мысли от вампиров…

Его мысли прервались от звука шагов девушек в комнате. Опомнившись, что кто-то из них выйдет и обнаружит его застывшим посреди коридора, Эйдан бросился вниз с такой скоростью, какую не развивал уже очень давно.

Где-то на кухне должна была быть бутылка вина из кровавых плодов (ох уж эти умельцы-французы!), если ее содержимое не выхлебал Тристан в один из своих зачастившихся визитов. Ван Голд обнаружил искомое в одном из шкафов буфета, торопливо вытащил пробку едва ли не вместе с горлышком, и принялся опустошать это, как он надеялся, успокоительное. Оторвался от бутылки он только, когда уровень жидкости оказался на середине. Замечательно, в момент, когда нужно мыслить трезво, он поступает совсем наоборот. Очень мудро, Эйдан, да.

Проклиная самого себя, вампир поспешно спрятал вино и поторопился скрыться в своем кабинете. Надежда на то, что уединение поможет ему разложить по полочкам разбегающиеся мысли, сбежала, как только его нежное дитя бухнуло по запертой двери своим кулаком с множеством надетых на пальцы колец.

— Папа, мы поехали в клуб! Приедем, не знаю когда, но ты не волнуйся, Зои будет ночевать у нас! — прокричала Эмили. Эйдан вздрогнул.

***

Прошел, наверное, час, а он все так и лежал на кровати, уставившись в полог. Неожиданное признание Зои выбило его из той Вселенной, в которой он существовал. Он бы в жизни никогда не подумал, что в него влюбится молодая девушка. Причем дочь его друга.

Дочь… Он же воспринимает ее практически как собственного ребенка? Или пытается убедить себя в этом?

Эйдан поднялся с кровати, подошел к окну и распахнул его. Вечерний воздух освежающим ветром ворвался в комнату, слегка прояснив сознание мужчины. Эйдан посмотрел на собственное отражение в зеркале, невольно усмехнувшись своему растерянному виду. Белая рубашка заставила его вспомнить о словах Зои, а воспоминание дало ощутить ему безотлагательную потребность прикончить ту бутылку. Выпить. Ему срочно нужно выпить.

Кажется, он начинал с пониманием относиться к новым пристрастиям своего сына.

***

Около середины ночи Эйдан сидел на кухне и допивал яблочный сидр (по той простой причине, что французская амброзия кончилась). По включенному без звука телевизору передавали биржевые сводки, которые в кои-то веки отражались у него в голове бессвязным набором букв и цифр.

Он слышал, как вернулись девушки, и практически сразу буквально завалились спать. Храп Эмили, доносящийся через приоткрытую дверь вынуждал его задуматься о том, в кого же выросла его очаровательная крошка. А ведь ей почти двадцать два года… Совсем взрослая. Он сделал себе пометку в мыслях серьёзно поговорить с Заком Дурвудом о том, как нужно вести себя с его драгоценной малышкой.

Шорох босых ступней он услышал далеко не сразу, а когда оторвал бездумный взгляд от яркого экрана, то чуть не поперхнулся сидром. Зои, в пижаме его дочери, остановилась в кухонном проеме.

— Тоже не спится, — объяснила она, как ей казалось, его немой вопрос. Мягко ступая, девушка присела за стол и посмотрела на экран. — Доу-Джонс падает… А что это за бутылки? Празднуешь что-то?

— Можно и так сказать, — слегка охрипшим голосом пробормотал Эйдан.

Лунный свет обрамлял черты медноволосой ведьмы серебристым сиянием. Ее плечи, казалось, светились. Небрежный завиток касался пижамной бретельки. Вампир сделал еще глоток.

— Может, ты хочешь чего-нибудь? Сидр почти кончился, но есть лимонад…

Она покачала головой.

— Ливень уже часа три идет, — обратила Зои взгляд на то, что творилось за окном. Ветви деревьев гнулись и раскачивались под порывами сильного ветра, принесшего с собой бурю. Тени перебегали с пола на стену, скрываясь в оконном проеме.

Серебряная цепочка Эйдана, убегавшая в вырез расстегнутого воротника, неярко поблескивала. Черные волосы, казалось, щекотали его шею.

Зои медленно протянула руку и вытащила бутылку с сидром из обхватившей его ладони мужчины. Ее пальцы при этом погладили его кожу, послав разряд ему в грудь. Девушка отпила сидра из горлышка бутылки и поставила ее на стол.

— Как… твоя личная жизнь в колледже? — Эйдан постарался придать своему голосу беззаботность. — Парни проходу не дают, наверное?

Жалкая попытка перевести тему ничего не дала. Зои как будто сверлила его своими янтарными глазами. Действие заклинания или эликсира спало, и она была прекрасно осведомлена об этом.

— Зачем ты спрашиваешь об этом? — еще один удар в током в его сердце.

— Пора спать, — он поднялся из-за стола и выключил телевизор.

— Прекрасно, — порывистым движением она присоединилась к нему. — Я, пожалуй, поеду.

Эйдан замер, пораженный. Что…

— Ты с ума сошла? — вырвалось у него. — Сама видишь, что творится за окном.

— Здесь мне больше незачем оставаться, — она зашагала по направлению к комнате Эмили.

Эйдан мгновенно догнал ее, стараясь не шуметь.

— Зои, не глупи, — он придержал ее за плечо. — В чем дело?

Она лишь подняла на него свои глаза, на дне которых плескались доселе невиданные для него эмоции, и скрылась за дверью.

Девушка быстро натянула джинсы и накинула куртку. Убедившись, что Эмили спит так крепко, что ее не разбудит и кавалерийский полк, проходящий мимо дома, Зои схватила свою сумку и покинула комнату, тихо притворив дверь.

— Я тебя отвезу, — не отставал от нее Эйдан.

— Ты выпил слишком много алкоголя.

— Для вампира моего возраста нужно опустошить несколько бутылок абсента, чтобы захмелеть.

"Господи, ну что у нас за семья такая…"

Она не сбавляла шаг. Эйдан рванулся вперед и практически загородил ей выход.

— Зои, что ты творишь? Что случилось?

— Не смешно, — девушка отвернулась от него. — Я больше не могу. Я хочу уехать.

Дрожащие нотки в ее голосе вынудили его отобрать у нее ключи.

— Садись, — велел он ей, пропуская ее.

Зои уселась на пассажирское сиденье, Эйдан завел мотор. Дождь хлестал по стеклу, превращая улицу в темную неразличимую даль. Лишь тусклые огни фонарей давали какое-то представление о том, куда ведет дорога. Дальний свет помогал различить лишь несколько ближайших метров, поэтому Эйдану приходилось вести машину максимально медленно и осторожно.

Молчание в салоне царило недолго.

— Ты мне не объяснишь, какая лама тебя укусила? — негромко спросил он, не отрывая взгляда от шоссе.

— Если ты скажешь хоть что-то еще, я буквально взорвусь, — отрезала ведьма.

Наверное, эта ночь была одной из самых необычных в его жизни, потому что разум постепенно начал ему отказывать. Иначе он не стал бы поступать наперекор женщине. Или для женщин наоборот будет лучше, если поступать им наперекор?.. Вампир попытался отбросить непрошеные мысли.

— Я не подхожу для тебя. Ты еще очень молода. Ты совсем не знаешь жизни. Скорее всего, ты принимаешь свои чувства за то, чем они не являются. Я же прожил уже половину отведенного мне срока. Я не тот, кто тебе нужен…

Стеклоочистители работали так яростно, что он невольно заподозрил в их движениях действие взбудораженного темперамента ближайшего к нему мага. Источник выброса энергии открыл рот и уже хотел сказать Ван Голду явно что-то вроде "Заткнись", как автомобиль резко остановился и наотрез отказался двигаться дальше.

Эйдан открыл дверцу и выглянул настолько, насколько это было возможно под проливным дождем.

— В чем дело?

— Похоже, мы застряли, — захлопнул он дверцу. — Здесь велись ремонтные работы, и теперь дорогу размыло.

Девушка запрокинула голову и странно усмехнулась.

— Тогда я пойду пешком.

Она вылетела из машины быстрее, чем он успел заблокировать двери. Не мешкая, мужчина вылез вслед за ней.

— Сумасшедшая! Куда ты пойдешь? Не заставляй меня силой тащить тебя в автомобиль!

— Не забывай, кто я, — донеслось до него. — Я могу дать тебе отпор.

— Ты еще невыносимее, чем моя дочь в возрасте подростка! Ты только себе делаешь хуже!

Зои развернулась. Мокрые волосы взметнулись вокруг ее лица.

— Вот именно, я ребенок для тебя! — выкрикнула она. — Как я могла подумать… как мне могло показаться, что здесь есть что-то большее, чем на самом деле!

Одежда на обоих уже успела промокнуть. Эйдан ужасно боялся за эту худенькую оторву, всегда казавшуюся разумной, однако выкинувшую такой фокус.

— Пожалуйста, вернись в машину, — умоляюще произнес он. — Там и поговорим, я обещаю.

— И что ты мне скажешь? — она подошла ближе, заглянув ему в лицо. — Что ты собираешься прожить оставшуюся половину своей жизни, не дав ни мне, не себе ни малейшего шанса? Если я не нужна тебе, то к черту твою заботу!

Ее била дрожь. Эйдан смотрел на ее приоткрытые мокрые губы и понимал, что ему хочется принять единственное подходящее в данной ситуации, но, тем не менее, совершенно неправильное решение.

И он его принял.

***

Зои отогревалась в ванне, вдыхая аромат душистой пены и закрыв глаза. Каким чудом автомобиль все-таки тронулся с места, ей было неизвестно. Но вперед они ехать не могли и не хотели, поэтому Эйдан повернул назад к дому. В особняке он буквально заставил ее влезть в горячую воду, опасаясь, что весенний ливень холодной ночью мог принести тяжелые последствия. Зои улыбалась. Ее согревало изнутри другое.

Дверь в ванную приоткрылась, и Эйдан почти бесшумно проскользнул в помещение, держа в руках бокал с неизвестным напитком.

— Пей, — велел он, протягивая его девушке. — До дна. И лучше залпом.

Та слегка принюхалась.

— Что там?

— Настой трав и капелька бренди. На всякий случай. Не хочу, чтобы ты слегла с воспалением легких.

Эйдан слукавил: бренди в бокале явно превышало указанное количество. Однако причина этого заключалась в том, что некоторый алкоголь вампир ценил в качестве лечебно-профилактического средства больше, чем всякие эликсиры.

— Присоединишься? — Зои покачала жидкость в бокале и улыбнулась мужчине.

Он медленно расстегнул пуговицы на мокрой рубашке, стащил ее и швырнул на корзину для белья.

— Нет, — коротко бросил Эйдан и скрылся за дверью.

Зои разочарованно вздохнула и принялась осушать бокал. Хорошего понемножку. Она все равно не надеялась на то, что этот день так закончится. С ума сойти. Давненько ее спокойная жизнь так не встряхивалась. А если бы она не сделала шаг?..

Дверь в ванную вновь приоткрылась. У Зои перехватило дыхание.

— Я подумал, — небрежно проговорил Эйдан, направляясь к ней. — Вдруг ты задремлешь в ванне… Надо за тобой присмотреть.

***

Настоящее время

Зои посмотрела на себя в зеркало, отразившее взволнованную худенькую девушку в белоснежном, казалось, невесомом платье. Она потянулась за тональным кремом и попыталась еще раз выровнять цвет своей шеи. Почти безрезультатно. Как жаль, что нет эликсиров, мгновенно заживляющих любые ранки. А ведь они опять увлеклись…

В дверь постучались. Зои вздрогнула и отложила крем.

— Привет, красавица, — в комнату заглянул улыбающийся Зак, светящийся от радости. — Брат же может видеть невесту до свадьбы?

Девушка улыбнулась и протянула ему руки. Парень тут же схватил ее в охапку.

— Какая ты… — слегка покружил он ее. — Как тортик. И пахнешь вкусно.

Зои порозовела. Вошедшая следом за Заком Эмили тоже заулыбалась.

— Смотри, я принесла тебе свою заколку с топазами. Ведь по обычаю, надо что-то голубое и взятое взаймы, таким образом, мы убьем сразу двух зайцев.

— Я не знаю, куда ты умудришься ее приткнуть, — Зак озадаченно разглядывал прическу сестры. — Тут всего наворотили.

— Эх, ничего ты не знаешь о нас, девочках, — опровергла его слова Эмили, ловко пристраивая заколку.

— Как это не знаю? — возмущенный Зак кивнул в сторону сестры. — Я ей сам косички в детстве заплетал!

Вновь раздался стук в дверь и, не дожидаясь ответа, в комнату вошла темноволосая девушка.

— Ну что, мандраж у невесты уже начался? — веселым тоном поинтересовалась она.

— Да, Зои, — не осталась в стороне Эмили. — Бейли права, ты же выходишь замуж за древнего кровожадного вампира. Правда, он еще зануда, каких поискать, — серьёзно добавила она. — Уж мне поверьте. По крайней мере, раньше таким был.

— Зато Зои у нас злющая ведьма, — парировала Бейли. — Будет муж досаждать, — тут же превратит его в жабу.

— Нет, девчонки, вы посмотрите, какая она бледная, — приобнял Зак сестру. — Как будто он уже успел литров шесть ее крови вылакать.

— В человеке всего пять литров, Зак, — закатила глаза мисс Свейн. — А уж в нашей колдунье явно только три.

— Да я фигурально выражаюсь, — отмахнулся парень.

Зои безмятежно улыбалась.

***

Для празднования свадьбы Ван Голд снял целый дворец. Бетани внимательно разглядывала праздничное убранство помещения, иногда чуть отпивая шампанского из бокала на тонкой ножке. Сзади неслышно подошел Тристан, не сводя взгляда с обнаженных плеч жены.

— Во Флоренции на подобное не насмотрелась? — его губы приблизились к ее коже, а дыхание слегка пощекотало ее ухо.

Бетани недовольно дернула плечами.

— Прекрати так ко мне подкрадываться, — она соизволила обернуться и смерить его оценивающим взглядом. — А где смокинг? В приглашении же ясно подразумевалось, что необходимо выбрать максимально торжественный наряд.

— Твой перфекционизм меня убивает, — вампир отобрал у нее бокал и со свойственной ему наглостью осушил его до дна. — Жарко. Мне плевать, кто что подумает.

— Я это заметила, — ядовито проговорила Бетани. — Мое мнение для тебя тоже давно не важно.

— Не преувеличивай, — Тристан взял ее под руку и направился на выход. — У нас же все идеально.

Они вышли на площадку, обрамленную колоннами. Белые розы источали запах амброзии. Предзакатные лучи мягко ласкали землю.

— Встречалась уже с кем-нибудь в Италии? — небрежно поинтересовался молодой человек.

— Да, — точно таким же тоном ответила она. — С организаторами выставки. Мы обсуждали детали проекта и смету. А ты?

— С парой девиц. То тут, то там…

Она вообще не отреагировала на его слова. Не екнуло сердце, не прервалось дыхание, не сжались пальцы на его руке.

— А ты не теряешь время, — Бетани подцепила новый бокал с шампанским.

Тристан резко повернулся и заглянул ей в глаза.

— Тебе все равно? А может, я солгал, чтобы проверить твою реакцию? Может, никого и не было, а тебе только это и надо, чтобы удостовериться, что я обладаю всеми негативными чертами, которыми ты меня наделила.

— Не устраивай сцен, — Бетани улыбнулась проходившим мимо гостям. — Я уже устала от этого.

Тристану хотелось вновь отобрать у нее бокал, чтобы вылить на нее его содержимое, но каким-то чудом он сдержался.

— Там отец, — отрывисто сообщил он жене, завидев неподалеку вышедшего в сад Эйдана. — Пойду, поговорю с ним.

Старший Ван Голд сосредоточенно рассматривал расставленные скамейки и столики, в который раз прикидывая, удачно ли разместил гостей. Хотя так как организацией свадьбы с удовольствием занималась Бет, никаких накладок не должно было быть. Эйдан искренне и справедливо полагал, что в подобном его невестка — мастер.

— Пап, — услышал он голос Тристана и повернулся ему навстречу.

— Поздравляю, что ли, — парень обнял отца и похлопал его по плечу. — Ну ты наделал дел.

— Общественность уже красноречиво высказалась по этому поводу, — пошутил тот. — Учитывая, что в дом Дурвудов меня теперь не впускают…

— Скажи спасибо, что они тебя не испепелили, — хмыкнул Тристан. — Хотя и меня твой выбор несколько озадачил. Я, конечно, знаю Зои давно, но не ожидал от вас такого… Ты уверен, что это не кризис среднего возраста?

— Я сомневаюсь, что это понятие вообще ко мне применимо, — сухо заметил Эйдан.

— Все равно, не понять мне Зои… Вроде девушка не из тех идиоток, которые начитаются модных книжек и потом томно вздыхают: "Укуси меня, и я буду твоей навеки".

— Твоя жена тоже не из таких, — кивнул его отец в сторону Бетани, беспечно щебетавшей о чем-то с подружками невесты.

Тристан слегка прищурился.

— Что же вас привлекло друг к другу? Она тебе в дочери годится, а ты всегда предпочитал более зрелых дам… Да и девушки ее возраста обычно западают на другой типаж…

— Сын, — Эйдан прервал его болтовню. — Если тебе так любопытно, иди и поинтересуйся у нее, чем это я ее привлек. Но не советую. Будущая Глава Совета магов щелчком пальцев может превратить тебя в ледяную статую.

— Я же заметил у нее следы на шее, — насмешливо проговорил Тристан, в упор глядя на отца. — Пристрастился к ее крови?

— Завидуешь, что твоя жена тебе такого не позволяет? — спокойно отреагировал тот.

Лицо его сына исказилось гневом; он резко развернулся и хотел уже уйти, как Эйдан удержал его за рукав.

— Постой. Если тебе не нравится твоя жизнь, — измени ее. Но не порть праздник мне и присутствующим, — твердо отчеканил он.

Тристан криво улыбнулся, однако, ничего не сказав, зашагал по направлению к входу в здание. Эйдан помассировал виски.

Что он мог ему сказать? Что эта девушка пробудила в нем давно забытые чувства и эмоции? Что он давно уже не чувствовал себя таким… живым? Что с каждым днем в нем поднимается и растет что-то темное, тем не менее, давно являющееся частью его самого? Что они могут говорить часами на общие темы? Что время его жизни будто поворачивается вспять, с каждой минутой, проведенной с ней?

Он не поймет. А слова только разбередят его раны.

— Эйдан! — раздался возглас откуда-то из начала аллеи.

Ван Голд обернулся и увидел молодую женщину, почти бегущую по направлению к нему. Он не поверил своим глазам, когда узнал в ней Диди.

***

Когда Серена Дурвуд позвонила Аргусу Брауну и сообщила, что с ним хочет встретиться один влиятельный человек по весьма деликатному вопросу, оборотень долго думал, что его могло ждать. Влиятельным человеком оказался недавно появившийся в городе бизнесмен Исмаэль Раффин. Густым баритоном он поинтересовался во время их телефонного разговора, может ли заехать к Браунам в гости вместе с сыном. Озадаченный Аргус не стал отказывать.

Исмаэль оказался интересным человеком вполне приятной наружности, из которой угадывалось совершенно неожиданное смешение национальностей и рас. Его сын, тихий мальчик лет семи, похожий на отца, поразил доктора своими желтыми светящимися глазами.

— Понимаете, в чем дело, мистер Браун, — Исмаэль задумчиво поглаживал подбородок. — Алан рос совершенно обычным мальчиком, пока я не понял, что мой сын… страдает ликантропией. Можете представить, какой ужас я испытал. Я человек широких взглядов, но с таким никогда не сталкивался. Мне повезло. В Бриджпорте я встретил одного из ваших… Мага, который подсказал мне, что здесь нам могут помочь. Мне нравится этот городок, Аргус. К вашим прелестницам феям быстро привыкаешь, — хмыкнул он. — Я собираюсь открыть здесь бизнес. Госпожа Дурвуд любезно проконсультировала меня насчет ваших порядков. Меня все устраивает в этой стране Оз. А раз Вы являетесь альфой, то не приглядите ли за моим сыном?

Алан взглянул на Аргуса исподлобья.

— В вашей семье не было оборотней?

— Среди моей родни точно никого не помню.

— А со стороны матери?

Мальчик сжался и опустил глаза в пол.

— Ее давно не стало, — тихо проговорил Исмаэль. — Когда сын был еще совсем маленьким… Но я бы заметил, если бы моя жена оборачивалась в волка.

***

— Мне надо забрать Диану у друзей, — сбивчиво объясняла Диди улыбающемуся Эйдану. — Я проезжала мимо, и узнала, что у тебя здесь свадьба. И надеялась, что успею поздравить. Так что… поздравляю.

— Спасибо, — Эйдан протянул ей стакан с лимонадом. — Ты запыхалась, не хочешь освежиться? И вообще, оставайся. Извини, что не выслал приглашение, просто это выглядело бы, по меньшей мере…

— Странно, — закончила за него Диди. — Знаю. Я же тоже не звала тебя на собственную свадьбу. Да и остаться не могу, во-первых, я в неподходящем виде, во-вторых, мне надо заехать за дочерью и домой, у нас гости.

— Постой, я хотел поблагодарить тебя за кое-что еще, — остановил ее Эйдан, и Диди с легким удивлением воззрилась на него. — Помнишь, несколько лет назад у нас был…ммм… момент.

— Помню, — слегка смутилась она. — О котором никому не следует знать.

— Разумеется, — продолжил Эйдан. — После этого я вернулся домой и осознал, что надо менять свою жизнь. И если бы не ты, я бы не почувствовал этого. Не понял бы, что зря поставил на себе крест и отказался от будущего счастья.

Как только вампир попрощался с торопившейся Диди, Эмили и Бейли тут же переключили внимание на него, подлетев к нему и взяв его под руки с обеих сторон.

— Это чтобы я не сбежал? — пошутил Эйдан. — Кстати, Серена так и не приехала?

— Пап, ты чего, она до сих пор в шоке, — отозвалась Эмили, примостив светловолосую голову ему на плечо.

— Зато она прислала подарок, — добавила Бейли. — Правда, я бы не стала его открывать. Там какой-то подозрительный пузырек с ведьминским зельем. Небось смесь чесночной эссенции, святой воды и ионов серебра.

— Да это "Крем для загара", — фыркнула Эмили. — Но я бы тоже просто так не стала им мазаться.

— Ничего страшного, у меня есть знакомый алхимик, проверит, — усмехнулся Эйдан. — А теперь, девушки, если не возражаете, давайте начнем церемонию, и я женюсь, наконец, на любимой женщине, которую ждал полжизни.

***

5 месяцев назад

— Мне нужно возвращаться в комнату Эмили, — полушепотом проговорила Зои, бросив взгляд на часы, которые показывали 5 утра.

Как же она красива. Ее кожа отливает нежно-розовым в теплом свете свечей. И он теперь может любоваться ею, сколько захочет. Пока она не сбежит.

— Думаешь, она не поймет ничего? — Эйдан улыбнулся. — И смысл скрывать? Эми могла несколько раз уже проснуться.

Зои покачала головой и выскользнула из-под покрывала и из его объятий.

— Одно дело знать, что твоя подруга влюблена в твоего отца, другое — что этой ночью в этом доме… — она натянула тонкую майку.

— А что потом? — Эйдан задал вопрос, и Зои замерла, что дало ему возможность прикоснуться губами к ее плечу.

— Что ты имеешь в виду? — слабым голосом спросила она, поворачиваясь к нему.

— Завтра, хотя нет, уже сегодня, — он ласково убрал прядь ее медовых волос за ухо, — вы возвращаетесь в университет.

Девушка молчала, и только глаза выдавали ее эмоции.

— Я буду часто приезжать в Саванну, — твердо сказал он, не сводя с нее взгляда. — Я с трудом доживу до следующих выходных. Моя бы воля, я бы не выпускал тебя отсюда сегодня вообще, но так как мы не одни…

Зои встала и продолжила одеваться.

— Мама и бабушка превратят тебя в жабу, когда узнают, — она стояла к нему спиной, но ее голос выдавал улыбку.

— Сомневаюсь, — хмыкнул Эйдан. — Я же веду ваш бизнес. Так что обезопасил себя со всех сторон, — пошутил он.

Зои повернулась к нему, скрестив руки на груди.

— Я не хочу тайных встреч, — нахмурилась она. — Не хочу скрываться и все такое прочее…

— Такого не будет, — прервал он ее, вставая и заключая ее в объятия. — Я не против, чтобы все знали, насколько я счастлив.

Когда Зои тихо вошла в комнату Эмили, ее сердце колотилось так, что ей казалось, что его удары можно услышать. Опасения оказались напрасными: Эми спала как младенец. Когда ведьма мягко притворила дверь, ее подруга лишь причмокнула губами во сне. Зои улыбнулась.

***

Диана влетела в дом, распространяя вокруг себя светящуюся пыль. Идущая сзади Диди укоризненно покачала головой, тем не менее, улыбаясь.

— Папа! — радостно завопила девочка, завидев отца с гостями. — А мистер Тимбли дал мне волшебную пыльцу фей и теперь я могу летать! Смотри!

Девочка зависла в воздухе. Алан смотрел на нее во все свои широко распахнутые желтые глазища.

— Я же говорила, Тимбли и Маригольд ее избаловали, — вздохнула Диди.

— Мистер Браун, — наконец подал голос ошарашенный Исмаэль, — а ваша дочь, что… фея?

— Ага, — весело кивнул Аргус. — А жена — ведьма.

Диди послала старшему Раффину самую очаровательную из своих улыбок, и тот чуть-чуть расслабился.

— Папа, кто это? — с любопытством спросила Диана, оглядывая гостей.

— Мистер Раффин и его сын Алан, — терпеливо пояснил ей отец, стряхивая с ее носика пыльцу фей. — Алан — оборотень.

Теперь уже Диди с удивлением взглянула на ребенка.

— И мы договорились, что я, как альфа, беру его под свою опеку, — продолжил Аргус.

— Здорово! — Диана без стеснения плюхнулась на диван рядом с мальчиком. — Ты часто будешь приходить к нам в гости? — спросила она смутившегося Алана.

— Либо я буду к вам приезжать, либо Вы его сюда привозите, — обратился Аргус к Исмаэлю.

Тот кивнул.

— Сколько я за это буду должен в месяц?

— Это честь — воспитывать юного члена стаи, — Аргус нахмурился. — Я же вам не приходящая нянька. Понемногу буду знакомить его со стаей, учить охоте, самоконтролю… Денег не надо.

— Ты умеешь летать? — тихонько спросил Алан у Дианы, восторженно разглядывая девочку.

— Дядя Тимбли сказал, что это продлится еще полчасика, — с готовностью ответила она. — Давай я тебя мазну пыльцой, вдруг ты тоже начнешь летать?

— Так, мы, пожалуй, пойдем, — поспешно поднялся Исмаэль. — Все-таки мне сложно к этому до конца привыкнуть. Вот мой адрес, — передал он Аргусу визитку. — Приятно было познакомиться, миссис Браун. И с юной мисс Браун тоже…

Когда Раффины ушли, Диана радостно запрыгала вокруг родителей:

— Я хочу стать феей! Это так здорово! Мама, можно превратить меня в фею?

— Сначала иди и превратись в чистую девочку, — Диди мягко подтолкнула дочь к ванной. Малышка хихикнула, но послушно убежала мыться.

Аргус приобнял Диди за талию.

— Я не могу поверить, что у меня будет ученик, — с восторгом проговорил он. — Я так давно мечтал о…

— Сыне-оборотне, — с улыбкой продолжила ведьма. — Подожди, а в его семье его некому обучать?

Аргус покачал головой, нежно проводя рукой по плечу жены.

— Отец — человек, мать умерла, но скорее всего, тоже не обращалась. Это значит, Диди, что в нем проявился ген оборотня, когда-то затухший в роду.

— Бедный мальчик, — с сочувствием проговорила она. — Так рано лишиться мамы… Так, а Исмаэль не хочет вылечить его через эликсир?

— Он не должен знать о существовании подобного, — твердо проговорил Аргус. — Когда-нибудь, конечно, узнает, но дело в том, что этот ген не просто так активизируется. Он выбирает достойных. Сильных, способных в будущем на многое. Мальчик может стать альфа.

— Приводи его почаще к нам, — попросила Диди. — Ему явно не хватает мамы и семьи, ведь отец, судя по всему, занят своим бизнесом.

— Хорошо, — декольте ее белого платья постепенно вытесняло все мысли Аргуса, он наклонился к жене и начал медленно оставлять на ее шее цепочку поцелуев. Его пальцы попытались ослабить ее кожаный пояс. — Пока наше неугомонное дите в ванной, может, мы?..

— Ты с ума сошел! — смеясь, Диди мягко оттолкнула его. — Она сейчас позовет меня играть с уточкой! А потом надо будет помочь ей высушиться и найти ее любимую пижамку, затем распутать волосы… А ты еще хотел второго ребенка.

***

Глядя на то, как нежно Эйдан украдкой гладит руки своей молодой жены, Тристан задумался, а как было у них с Бетани в начале отношений. Чувствовал ли он тот же трепет на свадьбе? Она так нервничала и беспокоилась, что все пройдет не так гладко, как было описано по пунктам в ее ежедневнике, что ей явно было не до наслаждения самой церемонией. Ее поведение выбивало Тристана из безмятежно-расслабленного состояния, и он тоже не смог отдохнуть на своем празднике. Зато в газетах написали, что это была безупречная, пышная и самая эстетичная свадьба года.

Что свело их вместе? Они были влюблены друг в друга? Тристан попытался вспомнить себя и их отношения несколько лет назад. Их объединили общие интересы, страсть, любовь к определенному стилю жизни. Все твердили, что они будут идеальной парой, и, похоже, будущие супруги, в конце концов, убедили в этом сами себя.

А что происходит между ними сейчас? Куда делись искры, разлетавшиеся от случайного совпадения взглядов когда-то? Почему Бетани охладела к нему, а у него кроме приятных эмоций вызывает раздражение собственная жена? Какой механизм убивает накал, царящий в начале отношений?

Тристан вновь перевел взгляд на отца и Зои. Девушка что-то шептала ему на ухо, тот улыбался. Она позволяет ему… Более того, он, относящийся к ней как к хрупкой драгоценности, вытворяет подобное… Что таится за миловидной внешностью этой ведьмочки? Воистину, в тихом омуте черти водятся.

Бетани никогда не воспринимала всерьёз сущность Тристана. Единственное понимание того, что ее муж — вампир, выражалось у нее в недовольстве: "Опять в холодильнике все заставлено твоими бутылками с кровью!" О, дорогая, я бы предпочел более пикантный способ пить кровь…

Подойти, что ли, к ней, предложить? Она тут же проткнет его своими маникюрными ножницами или щипцами для завивки. Тристан залпом опустошил очередной бокал. Бетани недавно покинула празднование, пожаловавшись на головную боль и передав дальнейшую заботу о гостях своим помощникам.

Стоп. Она бы никогда так не поступила. Приняла бы обезболивающее, но ни за что бы не оставила свой проект без контроля. Что заставило ее сорваться с места?

Тристан, практически протрезвев, добрался до дома на такси. В окнах горел свет. Жену он нашел в спальне за укладыванием ее фирменных вещей в фирменные же чемоданы.

— О, — отреагировала та на его появление. — Я думала, ты до поздней ночи зависнешь там. Ты же любишь пропадать на своих вечеринках…

— Ты опять куда-то улетаешь? — побольше равнодушия в голосе, вот так. Ей не надо понимать, что она делает ему больно.

— У меня ночной рейс в Италию, — Бетани положила в чемодану кружевную сорочку. — Дела не терпят отлагательств.

Слишком много багажа.

Тристану внезапно бросилась в глаза полоска кожи на безымянном пальце, более светлая, чем покрывший руки Бетани легкий загар. еще несколько часов назад это место законно занимали два кольца: изящное обручальное и помолвочное с огромным бриллиантом. Все из "Тиффани", как она любит.

Бетани отложила очередную вещь.

— Я ухожу, — она выпрямилась и посмотрела в глаза Тристану. — Совсем. Ты же сам видишь, что у нас ничего не получается. Хватить мучить друг друга.

Следующим на стопку белья в чемодане легло платье, которое он подарил ей на ее прошлый день рожденья.

— Тебе нужно это сделать именно сегодня? — может быть, это все сейчас происходит не с ним?..

— Так складываются обстоятельства, — пожала Бетани плечами. — У нас не совпали ожидания с реальностью. Ожидания друг от друга. Извини, но я не могу смириться с тем, что ты оказался таким… легкомысленным.

"А ты — такой холодной стервой".

Может, сжать сейчас пальцы на ее шее? Заставить ее вырываться и кричать, пока он вонзает клыки в ее горло? Тристан закрыл глаза.

Это не то, что ему нужно.

Приехавший таксист помог ей погрузить чемоданы в автомобиль. Бетани молча обошла Тристана и уселась в салон. На столике в холле поблескивали два кольца.

Он пытался дышать глубже и как мантру повторять про себя слова, что так будет лучше. Может быть, это правда.

Но почему он чувствует себя так, как будто из груди у него вырвали сердце и оставили вместо него мучительную пустоту?

Глава 3. Все дороги ведут в "Бархат"

6 месяцев спустя

Диди задумчиво крутила в руках смартфон, сообщение на котором гласило: "Пойдем в "Бархат", тебе не мешало бы развеяться". Отправителем являлся Тристан.

Конечно, он был прав. Она настолько погрузилась в быт и семейные дела, не говоря уже об алхимии, что периодически забывала о себе. Если бы не Хэйли, которая пристрастилась читать им с Алис лекции о внешнем виде, такое понятие как, например, "маникюр", давно бы ушло из ее жизни. Нужно уделять и себе время, тем более, что сегодняшний вечер выпал удачный, — Аргус должен был сидеть дома с Дианой и Аланом.

***

Тристан смешал два мартини и оставил свободное место у барной стойки рядом с собой. Сегодня бармен сбивался с ног, начало весны принесло много посетителей, а в выходные в клубе было просто не протолкнуться. Тристан ждал Диди, и все представлял, какой она придет. Наденет свой любимый черный шелк с кружевами? Распустит волосы или, наоборот, соберет их в узел на затылке, открывая шею его взгляду? Он отпил мартини из бокала.

Диди нашла его у бара, и он понял, что не угадал ни в одном аспекте. Кружева остались в прошлом, сейчас на ней было надето скромное, но элегантное платье. Она не спешила прикасаться к своему бокалу, а бурно рассказывала другу что-то веселое. У Тристана не получалось вслушиваться.

Диди немного изменилась с момента их знакомства. Сколько лет они знают друг друга, около восьми? Она стала увереннее в себе. Красивее. Сильнее. Милая растерянная девушка с розовой лентой в волосах, которую он полюбил, превратилась в женщину.

Когда она смеется, у ее глаз собираются крохотные морщинки. Наверняка, она в отчаянии разглядывает их перед зеркалом, как это делает вся прекрасная половина человечества. Ее руки остались такими же тонкими, но стали мускулистыми. От нее слегка пахнет пионами.

— … а потом мишка вдруг испарился из ее рук! — рассказывала Диди. — Диана сначала очень сильно расстроилась, а потом оказалось, что она просто телепортировала его на второй этаж, представляешь?

— Чудная у тебя дочка растет, — с грустной нежностью произнес Тристан, отпивая свой мартини.

— Приходи к нам в гости, ты ей нравишься, — улыбнулась ему Диди.

Тристан хмыкнул.

— Твой муж не будет этому рад.

— Да брось, — вздохнула та. — Он просто ревнует. Это его неотъемлемая часть, и здесь ничего не изменится. Но отказываться от друзей ради его спокойствия я точно не стану, это же сумасшествие какое-то, — она легонько потрепала вампира по плечу.

Тристан вновь приложился к мартини.

— А тебя никогда… не пугало, что ты замужем за вервольфом?

— Нет, — Диди пожала плечами. — Он ни разу не обращался при мне. В полнолуние всегда уходит со своей стаей.

— А если бы твоим мужем был вампир, это было бы страшнее? — усмехнулся парень.

— Ну, мне сложно представить Аргуса вампиром… А что там такого страшного? — засмеялась ведьма. — Клыки? Или то, что проснешься утром, а у тебя укусы на шее? Тогда сразу развод, — пошутила она.

Тристан прикончил мартини.

— А ты бы согласилась… Согласилась бы на?.. — он придвинулся ближе к Диди и что-то прошептал ей на ухо.

После его слов она, наконец, пригубила свой напиток.

— Так, — выдохнула ведьма, сделав глоток. — Давай начистоту. Ты мой друг, а я замужем, и хочу, чтобы так все и оставалось. И подобные разговоры мне не нравятся, ясно?

Тристан выглядел таким потерянным и несчастным, что она поспешила смягчить собственные слова:

— Слушай, ты просто запутался в своих чувствах. Я скажу, что тебе нужно. Ты отчаянно тоскуешь по собственной жене. Разве я не права?

Вампир затравленно отвел взгляд.

— Вы ведь так и не развелись официально? По-моему, все ясно. Просто возьми и позвони ей.

— О, я звонил, — саркастически отозвался Тристан, давая бармену понять, что ему требуется вторая порция. — Сначала она требовала, чтобы я все это прекратил. Затем просто не стала брать трубку. А потом сменила номер.

— Так, — задумалась Диди. — Тебе надо что-то покрепче. А вообще… Раз такое дело, выкинь ее из головы. Лечись от своей любви. Бетани же не единственная, в кого можно влюбиться. И насчет твоих кровавых фантазий…

Тристан поперхнулся и закашлялся.

— Любая из этих красоток, — невозмутимо продолжила Диди, — которые так жадно на тебя сегодня глядят, согласится быть твоим донором. И твоей любовницей. И любовницей-донором, уж не знаю, как это назвать… Посмотри на себя! Ты красив, богат, талантлив. Ты музыкант, по тебе фанатки с ума сходят.

— Мне не нужен кто попало, — буркнул парень.

— Тебе нужна Бет, я знаю. Но сегодня ее в меню нет. Но это не значит, что ты не сможешь наткнуться на кого-то получше.

Диди допила свой бокал и попрощалась с Тристаном. В отличие от него, у нее была своя собственная семья, куда она так спешила. Он проводил ее взглядом, пока она не исчезла в толпе танцующих.

Затем вампир медленно осмотрел присутствующих. У бара сидело несколько весьма красивых девушек, но он выбрал именно ту, у которой были каштановые волосы и золотистая кожа.

— Могу я Вас угостить?

Выбранная им девушка обернулась. Нет, глаза у нее не были зелеными. Но за неимением лучшего варианта…

— Конечно, — улыбнулась она, не сводя с Тристана восторженного взгляда.

***

В другой части "Бархата" собралась небольшая, но дружная компания из двух молодых людей и трех девушек. Зак обнимал счастливую Эмили, Бейли склонила голову на плечо к Джоу Макдуфу, а Зои Ван Голд была без пары, потому что ее муж в данный момент был занят деловой беседой в дальнем уголке клуба.

— Так вы все-таки встречаетесь! — воскликнула Эмили, шутливо-обличающе тыкая в Бейли и Джоу пальцем. — И так долго отнекивались.

— Просто все стали разбиваться на парочки, — притворно возвела глаза к небу Бейли. — Ну и мы решили не оставаться в стороне.

— А ты не путаешь Джоу и Джулса? — озадаченно спросил ее Зак. — Нет, серьёзно! Вот кто тут сидит — колдун или человек, я сам не знаю.

— Зак, ты издеваешься? — карие глаза Макдуфа расширились. — Всю жизнь же вместе росли!

— И у Джулса татуировка, — добавила Бейли. — И от него веет сарказмом за три мили. И он может наколдовать только отравленные яблоки.

— Мой брат гораздо интереснее меня, а ты выбрала простого смертного, — чмокнул Джоу свою девушку в макушку. Все засмеялись.

— Я отойду на минутку, ребята, — Зои поднялась с кресла и прошла через арку в основную часть клуба.

— Ты мамой ее еще не называешь? — Джоу обратился к Эмили, убедившись, что он находится вне досягаемости ведьмы. Все снова захохотали. — Нет, правда, твой отец женится на твоей ровеснице. Как ты с ними живешь?

— Ой, не говори, — махнула рукой Эмили. — Ладно еще, когда я застаю их целующимися в дверном проеме, но вот однажды я зашла на кухню, а они там на столе… — Она покраснела и закрыла лицо руками. Зак чуть не поперхнулся.

— Детка, избавь нас от подробностей, это ж моя сестра, все-таки! — взмолился бедный парень. Джоу сидел с ошарашенным видом.

— Нет уж, давай подробности, — безапелляционно потребовала Бейли.

— Просто они уже полгода женаты, а ведут себя так, как будто все еще не закончился медовый месяц, — продолжала раскрасневшаяся Эмили. — И главное, я потом обнаружила на этом столе царапины от ее ногтей, а… а в холодильнике подозрительно долго не кончается кровь, в общем… ужас!

— Да ладно тебе, никого не касается, что там происходит у них за закрытыми дверьми, — перебила ее Бейли. — Зак, да прекрати ты уже уши зажимать!

— В том-то и дело, что это не за дверьми, — смущенно возразила Эмили. — Они, конечно, не ожидали, что я так рано вернусь, и вообще меня не заметили, но мне-то каково! В общем, надо съезжать от них.

Джоу предупредительно кашлянул. В арку прошла Зои со стаканом лимонада в руке, с улыбкой всех оглядела и весело поинтересовалась:

— Что именно обо мне обсуждали, признавайтесь?

— Что Эмили не может больше жить с вами, извращенцами, — не моргнув глазом, ответила Бейли.

— Ах, это, — Зои присела в свое кресло. — Мы просто все никак не можем найти подходящую квартиру для нее. Или дом.

— Хотя на Вудстрит есть один милый домик, — мечтательно отозвалась Эмили, мгновенно расслабившись.

Зак, напротив, неожиданно напрягся и еще больше занервничал. Это не укрылось от взгляда Джоу, который сразу взволнованно и как-то одобрительно ему кивнул.

— Раз об этом пошел разговор, — начал рыженький парень, вставая, — я бы хотел кое-что сказать. Девушки с любопытством устремили на него взгляды. Он похлопал себя по карманам и выудил из одного синюю бархатную коробочку.

Эмили перестала дышать. Бейли открыла рот. Зои радостно и удивленно приподняла брови. Джоу широко улыбнулся.

— Эмили Ван Голд, — Зак опустился на одно колено и открыл коробочку. — Я буду самым счастливым человеком в мире, если ты согласишься выйти за меня замуж. Ты — солнце в моей жизни, я никого не могу представить рядом с собой, кроме тебя.

— Правда? — пролепетала блондинка.

— Ага, — кивнул Зак, продолжая держать коробочку в вытянутой руке.

Эмили заверещала от радости, Бейли шутливо прикрыла уши. Улыбающийся новоиспеченный жених поднялся и надел будущей миссис Дурвуд на пальчик кольцо, после чего та практически запрыгнула на него с радостным возгласом.

— За это нужно выпить! — торжественно предложил Джоу, поднимая бокал.

Зои дождалась, пока Эмили слезет с ее брата и поднялась поздравить друзей.

— Как же я вас люблю, — с улыбкой проговорила она, обнимая обоих.

***

В другом закутке клуба двое мужчин неспешно распивали бренди и вели беседу на совершенно неромантичную тему.

— Я со временем планирую вложить капитал в какой-нибудь заброшенный проект и открыть клуб, — говорил Исмаэль Раффин. — Но пока мне хотелось бы на чем-то потренироваться… В Бриджпорте я уже занимался подобным. Брал никому не нужное здание, выкупал его за смехотворную сумму, а потом превращал в фешенебельное заведение. И продавал, соответственно, совсем за другие деньги… Однако здесь мне хотелось бы побольше времени уделить одному объекту. Как Вы думаете, это реально? Я бы очень хотел выкупить это заведение.

— Нет, "Красный бархат" не продается, — категорически заявил Эйдан, покачав головой. — Это мое любимое детище.

— Как скажете, — не стал спорить Исмаэль. — Я Вас понимаю, сюда вложена душа, это сразу видно.

— А вот кафе или торговый дом… — задумался Эйдан. — Над этим можно поразмыслить. У меня сейчас нет времени всем управлять.

— Отлично, — Раффин покинул свой удобный диван. — Тогда посмею откланяться. Нужно забрать сына у Браунов. Спасибо за продуктивную беседу.

— Передавайте им привет. Как Ваш ребенок, осваивается?

Исмаэль кивнул.

— Он стал гораздо общительнее, уже не такой зажатый и стеснительный, как раньше. Мунлайт — волшебный город…

После его ухода в помещение неспешно вошла Зои, притворив за собой дверь.

— Эта комната запирается? — поинтересовалась она.

— Ага, — рассеянно ответил Эйдан. — Как у вас дела? Все разъехались?

— Да, — она налила себе немного бренди. — А дома тебя ждет одна новость.

— Хорошая?

— Весьма, — с улыбкой подтвердила она. — Только пока ничего не спрашивай, это сюрприз.

— Кто же не любит приятные сюрпризы? Ты уже хочешь ехать? Я бы посмотрел кое-какие документы… — он задумчиво взлохматил волосы.

— А на мне нет белья, зато есть черная подвязка, — сообщила ему Зои таким тоном, как будто передавала информацию о скачках индекса Доу-Джонса.

— Документы подождут, — переменил планы Эйдан и запер дверь.

***

Когда Диди прибыла домой, Аргус руководил Дианой и Аланом, которые ползали в саду, пытаясь что-то отыскать в пробивающейся весенней траве.

— Что это вы тут делаете? — поинтересовалась ведьма, удивленно глядя на свою перепачканную землей дочь.

— Мамочка, мы охотимся, — с профессиональным видом пояснила Диана. — За светлячками.

— Уже холодно, пойдемте в дом, — позвала ребят Диди. — Я вам какао сварю. И за Аланом его папа скоро должен приехать. Милая, как ты умудрилась так вымазаться? Посмотри, какой Алан чистенький.

— Мама, но я же охотилась, — объясняла девочка. — Папа учит Алана, и мне тоже интересно.

— Ты же хотела стать феей, помнишь?

— Больше не хочу!

— А кем теперь хочешь быть? Оборотнем?

— Неа, — замотала головой малышка. — Я еще пока не решила.

Когда дети были накормлены и напоены, Алана увез домой Исмаэль, вещи Дианы были отправлены в стирку, сама девочка сладко посапывала в своей комнате, а Диди принимала душ, Аргус мерил шагами спальню, нахмурившись и скрестив руки на груди. От вещей жены пахло клубом и дорогим мужским парфюмом.

Когда она вышла из душа, мягко распутывая влажные локоны, он спросил чуть более отрывисто, чем собирался:

— Где ты была?

— В "Бархате" с Тристаном, — спокойно отреагировала Диди, открывая комод в поисках чистых вещей.

— Ты пахнешь им, — он чувствовал, как глупо звучат его слова, но остановиться не мог.

— Естественно, я пахну им, — сдержанно ответила ведьма, выбирая футболку. — Мы сидели близко друг к другу.

— Еще что вы делали?

— Пили мартини, — она посмотрела ему в глаза. — В чем дело? Ты мне не доверяешь?

— Я ему не доверяю, — буркнул оборотень.

— А у меня нет головы на плечах, что ли? И вообще, Тристан ко мне всегда как к сестре относился, твои беспочвенные подозрения меня уже замучили.

— Беспочвенные, ага…

— Иди-ка ты… спать на диван.

— Что?! — Аргус оторопел и выдал первое, что пришло ему в голову: — Но он… он же маленький! Диди, ты меня выгоняешь?

— Ну ты не захочешь спать со мной в одной постели, — пожала она плечами, отворачиваясь и пряча улыбку. — Раз я "пропахла им".

— Нет-нет, — забормотал он, обнимая ее и мешая ей разобрать постель. — Прости меня. Я просто ревнивый. Очень. Я не хотел тебя обидеть. Просто я бы предпочел, чтобы этого вампира вообще не было в нашей жизни.

— Что?! — настал черед Диди возмущенно высказывать изумление. — Это… это что за эгоизм? Да чтобы ты знал, он безумно скучает по своей жене, а поговорить об этом ему не с кем! И вместо сочувствия в его адрес я слышу такое! Нет уж, я сама пойду спать на диван! Отпусти меня!

В дверь неожиданно раздался стук. Робкий и тихий.

— Мамочка, папочка, вы ругаетесь? — раздался дрожащий голосок Дианы. Аргус выпустил Диди и распахнул дверь. Девочка прижимала к себе любимого мишку и испуганно глядела на родителей. — Я больше не буду пачкаться, обещаю!

— Да что ты, милая, — мужчина присел, гладя ее по волосам. — Мы просто… разошлись во мнениях по поводу одной сказки.

— Какой? — проявила живейший интерес Диана. — Вы расскажете мне ее? А то я больше не могу уснуть.

— Конечно, расскажем, — Аргус подхватил ребенка на руки вместе с мишкой и понес ее в детскую. — Жил да был на свете один вампир…

Диди закатила глаза и последовала за ними.

Глава 4. Семейные тонкости

4 месяца спустя

Свадьба Эмили Ван Голд и Зака Дурвуда ожидалась помпезной и пышной: наследники двух старейших известных семей Мунлайт Фолз вступали в брак, что было довольно крупным событием для города. Особенно в июне, когда заголовки газет пестрили лишь сообщениями о выпускных балах.

— Мама и бабушка не скажут тебе ни слова, — Зои примеряла серьги перед зеркалом, пока Эйдан нервно крутил незавязанную бабочку в руке. — Все давно обо всем забыли.

— Серена до сих пор общается со мной только по делам, — напомнил жене вампир, закручивая из полоски ткани морской узел.

— Никаких выходок точно не будет, — настаивала на своем девушка. — В конце концов, столько репортеров соберутся. Мама точно не захочет выставлять себя в дурном свете. А о бабушке… мы с Заком позаботимся.

— Вообще-то я ожидаю, что меня превратят в лягушку, а потом поджарят, — вздохнул Эйдан. — А после этого подадут на съедение Дорин.

***

Она спускается по каменным ступеням вниз. Что там ждет ее, кромешная тьма? Но факелы освещают ее путь. Можно заметить, что огонь, который в них горит, магический. Что заставляет поддерживать здесь энергию? Материал, из которого возведены стены?

Тупик. Лишь большой старинный стеллаж с древними томами возвещает о конце ее пути. Она медленно обводит взглядом корешки книг. Здесь нет того, что она ищет.

Она помнит эти книжные полки. Несколько лет назад ее провела к ним Глава Совета. Это не библиотечные фолианты, тесно прижавшиеся друг к другу на полках. Это дверь.

***

— Ничего не получается! — Диди в сердцах швырнула остатки сушеной арники на пол. Котел издал странный звук, явно подавившись неудавшимся зельем. Ведьма мрачно уставилась на него: нужно было варить "Живительный эликсир" не в день свадьбы впопыхах, а за неделю до этого.

Она перевела взгляд в магическое зеркало и остолбенела.

— Дорогуша, такое я показывать отказываюсь, — проскрежетал артефакт. — Ты бы хоть умылась и причесалась.

— Разобью, — пообещала Диди, вытирая копоть с лица наощупь.

Гладь зеркала пошла рябью, и покорно отразила злющую ведьму.

— Твоя правда, — пробормотала она и отправилась в душ.

Сутки не задались с ночи. Мало того, что весь сон она блуждала по смутно знакомому помещению и все утро ломала голову, что бы это могло быть, так еще и простейшее зелье напрочь отказывалось вариться. У Диди не укладывалось в голове, каким образом она может совершать простейшие промашки после нескольких лет алхимической практики. Яростно намыливая волосы, ведьма пыталась отогнать мысли о том, что если у нее случаются оплошности в простых рецептурах, то на сложные эликсиры ей лучше не замахиваться.

Душ оказал одновременно успокоительное и бодрящее действие: раздраженность от неудачи притупилась, а энергия и настрой на предстоящие мероприятие возросли. Однако Диди не замедлила пожаловаться Аргусу, который выбирал белую рубашку в гардеробе, о своих неприятностях.

— Я варю этот живительный эликсир уже лет восемь, наверное, — расстроенно говорила ведьма, пытаясь высушить копну своих черных волос с помощью фена. — И как назло, именно сегодня он у меня не получился!

— Не переживай, — отозвался Аргус. — На свадьбе будет столько этих живительных… напитков, что твой точно не понадобится.

— Но что мы им подарим?

— Мы ведь уже прошлись с гостями по списку, ты забыла? Зак и Эмили переезжают в новый дом, им нужна куча вещей.

— Но мне хотелось еще что-нибудь особенное, — вздохнула Диди, берясь за расческу. — И беспокоит меня не то, что подарка не получилось, а то, что простейшее зелье практически вылетело в трубу!

— У всех случаются неудачи, — сдержанно ответил ей муж. — Если б я сдавался после своих проколов, то сейчас ты не была бы женой высокооплачиваемого хирурга. А в моей профессии ошибка абсолютно не сравнима с твоей.

Диди пришлось проглотить свою жалобу и внутренне признать его правоту.

— Однако если в случае моей ошибки я превращу тебя в жабу, это уже не будет считаться безобидным проколом, — лукаво сказала она.

— Это не сравнится с потерей человеческой жизни, — отрезал Аргус без тени улыбки на лице. — Никто не в силах воскресить мертвого. По крайней мере, не в состоянии зомби или призрака.

И оставив Диди в растерянности, он вышел из спальни.

***

— Сколько папарацци, — пробормотал Эйдан, прохаживаясь под руку с Зои мимо украшенных шатров. — На нашей свадьбе такого не было.

— Ты ведь никого и не звал, — напомнила ему девушка. — Ограничился узким кругом друзей. Эми и Зак — совсем другое дело, во-первых, нашей экс-вампирше греет душу возможность оказаться в центре внимания, во-вторых, вы с мамой хотели же осветить это событие со всей приличествующей помпой. Ты что, до сих пор нервничаешь?

— Мы с твоей мамой до сих пор не в ладах, — ответил ей вампир. — Я не хочу никаких семейных сцен перед прессой.

— Пойдем в здание, — потянула его Зои. — Пора тебе вести свою дочь к алтарю.

Эмили Ван Голд, смущаясь и краснея под взглядами бессчетного количества присутствующих и вспышками камер, медленно ступала по зеленой траве под руку с отцом. Впереди ее ждал Зак, который не особо отличался от румяной невесты цветом лица. Стоящие рядом с женихом близнецы Джоу и Джулс ободряюще хлопали его по плечу. Джулс хлопнул настолько внушительно, что юный Дурвуд стиснул зубы.

Зои присоединилась к Бейли, приняв у дошедшей до алтаря Эмили букет. Эйдан присел на стул в первом ряду. Из соседнего рядом на него испепеляюще глянула Дорин, бабушка Зои, а Серена предпочла вообще не заметить вампира. Появившийся сбоку Тристан лишь окатил насмешливым взглядом матриархов Дурвуд и плюхнулся на стул рядом с отцом.

В начале церемонии как будто ветром сдуло любой негативный настрой присутствующих. Эйдан забыл о своем волнении. Серена — о своих обидах, глядя на счастливого сына и чувствуя, что не зря воспользовалась водостойкой тушью. Диди искренне радовалась за Эмили, давно позабыв обо всем плохом, что было связано с белокурой экс-вампиршей. Чувства Эмили и Зака были настолько сильными, чистыми и искренними, что каждый из гостей это ощутил.

Счастливую пару объявили мужем и женой, Серена и Дорин расплакались, Эйдан крепился из последних сил, ибо осознал, что его дочь выросла гораздо быстрее, чем он рисовал себе в ожиданиях. Друзья накинулись на молодоженов с поздравлениями, а счастливый Зак не выпускал из своей ладони руку Эмили.

***

Банкет был в самом разгаре, музыканты играли весьма приятную мелодию во главе с присоединившимся к ним Тристаном. Эйдан медленно танцевал с Зои, а молодожены со зверским аппетитом поглощали еду, видимо, избавившись наконец от предсвадебного напряжения.

— Это что же получается, — попыталась развить логическую цепочку Бейли. — Зак Эйдану теперь и шурин, и зять.

— А Эмили для Зои сейчас жена брата и падчерица, — задумчиво почесал в затылке Джоу.

Джулс расхохотался.

— Ок, а если у вас появятся дети, и у Зои с Эйданом тоже, — подхватил маг-близнец, — кем они будут приходиться друг другу?

Друзья зависли. На лицах каждого, в том числе задавшего вопрос, отразилась напряженная умственная работа.

— Давайте лучше еще шампанского выпьем, — не выдержав, махнул рукой Зак. Все поддержали инициативу.

— Думаете, они заведут ребенка? — понизив голос, Бейли указала взглядом в сторону танцующих Эйдана и Зои.

— Вряд ли, — заметил Зак. — Мама готовится передать сестренке полномочия Главы Совета, так что ей вряд ли будет дело до детей в ближайшее время.

— А папе уже очень много лет, — откликнулась Эмили, прожевав, наконец, греческий салат. — Эээ… двести точно есть. Хотя это как бы сорок. Хотя ему и через десять лет будет сорок, вампиры ж очень медленно стареют.

— Ты бы тоже долго жила, — пристально посмотрел Джулс на новоиспеченную миссис Дурвуд. — Не жалеешь, что стала человеком?

— Ты что! — направила Эмили на колдуна возмущенный взгляд. — Я бы тогда не сидела сейчас здесь с вами. И не была бы такой счастливой. Это было лучшее и самое правильное решение в моей жизни.

— Эйдан Ван Голд! — раздался визгливый возглас, который был слышен не только во всех шатрах, но и музыкантам на сцене. Дорин угрожающе медленно надвигалась на остановившегося вампира.

— О нет, бабушка, — с ужасом прошептал Зак.

— А что если она сейчас в кого-нибудь превратит папу? — пролепетала Эмили, схватившись за его рукав.

— Не волнуйся, — торопливо ответил парень, — мы с Зои давно подлили ей лечебный эликсир в чай. Она больше не ведьма. А то уже становилась опасной для общества…

Тем временем Дорин доковыляла до прекратившей танцевать парочки.

— Ты! — ткнула она в Эйдана когтистым пальцем с кроваво-красным лаком на длинном ногте. В следующее мгновение, решив отложить претензии на потом, бывшая ведьма размахнулась и залепила вампиру пощечину.

Эмили раскрыла рот. Зак икнул от ужаса и стыда. Серена чуть не выронила бокал с шампанским. Музыканты во главе с Тристаном перестали играть. По толпе журналистов пронесся стон: никто не успел щелкнуть этот знаменательный момент.

— Заслужил, — пробормотал Эйдан, потирая щеку.

— Это тебе за растление моей внучки, подлый негодяй! — возвестила Дорин, и папарацци поняли, что у них еще имеется шанс состряпать скандальную статью.

— Бабушка, мне уже двадцать три, — голос Зои походил на шипение, ее янтарные глаза сузились, а сама она напоминала застывшую перед прыжком кобру.

— А… — растерялась на мгновение Дорин. — Склероз, милая…

— Когда уже эта старая ведьма сдохнет, — пробормотал колдун Джулс, и его брат-близнец даже не стал посылать в его сторону укоризненный взгляд.

— Эйдан, я всегда уважала тебя, — продолжила свою речь мисс Гонгадзе. — Ты самый достойный мужчина из всех, которых я знаю. Так что я неимоверно рада, что наши семьи сегодня соединились!

И с добродушной улыбкой Дорин поплыла к фуршету.

— Мне бы бренди, — процедил вампир, провожая ее взглядом. — Что это такое было? О нет, теперь твоя мать к нам идет… Вторую пощечину схлопочу, раз у нас сегодня выяснение отношений?

Однако на лице Серены не было и намека на злобу, скорее ужас от содеянного Дорин.

— Если ты тоже собираешься бить моего мужа, — предостерегла ее Зои, — то я с тобой больше никогда не заговорю.

— Милая, ты что, — растерянно заговорила Серена. — Мне так стыдно… Боже мой, прости нас, Эйдан, это уже превращается в фарс. И ты, дорогая, — перевела она взгляд на дочь, — тоже прости. Сегодня такой прекрасный день для наших семей, я решила оставить в прошлом все свое недовольство. Эйдан, — вновь обратилась она к вампиру, — я знаю тебя столько лет, прости, что сомневалась, что ты сделаешь мою дочь счастливой. Я подумала и поняла. что действительно, лучше тебя для нее пары не найти.

— Вот теперь точно все хорошо, — выдохнул Зак, наблюдая за этой сценой. Эмили согласно кивнула, отпуская, наконец, его рукав.

***

Дело близилось к вечеру. Дорин удалось усадить на такси и отправить домой, а сама Серена только после этого позволила себе расслабиться, присоединившись за столик к Диди и Беатрис.

— … и все равно эликсир не получился, — дошел до нее обрывок разговора ведьм.

— Бывает, — спокойно заметила Беатрис. — Фаза луны не та, срок годности сырья прошел, у тебя ПМС…

Диди чуть не поперхнулась вином.

— Что тебя беспокоит? — поинтересовалась у нее Серена, присаживаясь рядом.

— Зелье — ерунда, про новый сон ей расскажи, — напомнила той рыжая ведьма.

Диди поведала миссис Дурвуд весь свой путь по коридору, включая красочное описание стен, факелов и книжного шкафа в конце. Серена задумалась, барабаня ногтями по столу.

— Это Хранилище древностей, — наконец произнесла она.

— Похоже, но не то, — не согласилась Диди. — Факелы, материал, из которого возведены стены, сам книжный шкаф…

— Под Хранилищем есть еще один этаж, — пояснила Серена. — Однако нужно учитывать один нюанс: если в подвал Хранилища доступ разрешен только магам и алхимикам, то на помещение под ним — никому.

Беатрис кивнула.

— Похоже, именно этот этаж тебе и приснился. Ты точно там никогда не была?

— Только в открытом доступе, — покачала головой Диди. — Это как тот сон с розовым зельем, которое я никогда не видела, но упорно варила. Сейчас еще и сон про этаж добавился… А почему в подземелье никого не пускают?

— Потому что там содержится литература о высшей ступени алхимии, — нахмурилась Серена.

Диди непонимающе посмотрела на нее.

— Ведьмы могут магией заклинания перехода превращать один предмет в другой, — начала та свое объяснение. — Алхимики из нескольких ингредиентов варят зелья. Эликсиры обладают различными изменяющими свойствами. Высшая ступень подразумевает создание таких эликсиров, которые способны менять сущность живого организма.

— Одним из таких зелий является мощный лечебный эликсир, — продолжила Беатрис. — И единственным разрешенным, кстати. И, честно говоря, применяется он в крайних случаях. Когда нужно присмирить разбушевавшегося вампира. Или оборотня. Или когда Эмили Ван Голд отваливает кучу денег за возможность стать человеком и беспрепятственно загорать, — с улыбкой добавила она.

— Это игры с природой, — Серена оставалась серьёзной. — Нельзя просто так взять и превратить кого-то в сверхъестественное существо. Поэтому книги, обучающие тому, как это сделать, под замком.

— В любом случае, мне о таком можно даже не думать, — вздохнула Диди. — Учитывая, что иногда и простые зелья мне не даются.

— Мне не нравится, что ты уже долгое время видишь сны о создании какого-то эликсира, — прервала ее Серена. — Теперь ясно, что это один из запрещенных эликсиров превращения. Диди! Что бы тебе не приснилось, как бы ты не хотела создать это зелье, не предпринимай ничего, пока мы не выясним, кто или что насылает на тебя эти сны.

— Ди, пойдем танцевать, — Тристан практически бесшумно возник рядом со столиком, где сидели ведьмы. — Ты даже на празднике думаешь о работе.

Диди бросила взгляд на Аргуса, — тот стоял неподалеку, занятый беседой с одним из своих друзей.

— Хорошо, — согласилась она, поднимаясь из-за стола и принимая руку Тристана.

Он повел ее в медленном танце, отдаляясь от столиков.

— Эмили расстроилась, что Бетани не приехала, — лениво поведал вампир Диди, кружа ее. — Несомненно, из-за меня, хотя та уверяла сестру, что у нее срочный проект.

— А ты расстроился? — изучающе посмотрела на него ведьма.

Тристан презрительно хмыкнул.

— Мы до сих пор не оформили развод, но мне плевать. Ей, наверное, тоже. Мне не из-за чего расстраиваться, Диди, видишь тех двух девиц? Обе уйдут со свадьбы сегодня со мной.

Пришло время хмыкать ведьме.

— От переедания толстеют, — уколола она друга.

— У них обеих вторая положительная, — небрежно поведал он ей. — Моя любимая.

— Ты сначала выясняешь их группу крови? — не смогла не улыбнуться Диди.

— Ага, — кивнул он ей. — Подхожу в баре и спрашиваю. Если резус не совпал, уже не то, и ей не светит от меня угощение коктейлем. Шучу, — поправился он, глядя на смеющуюся ведьму. — Я научился различать по запаху.

— О, и какая у меня? — задала она вопрос, не переставая смеяться.

Тристан придвинулся ближе к ней и, практически коснувшись губами ее уха, прошептал:

— Как раз мне по вкусу.

Взгляд Диди в это мгновение упал на Аргуса, который все это время наблюдал за их танцем. Мужчина резко развернулся и быстрым шагом направился куда-то вглубь сада.

— Извини, — ведьма вырвалась из объятий Тристана, не дав ему опомниться, и поспешила следом за оборотнем.

Он практически исчез из виду, но вперед вела лишь одна тропинка, следуя по которой, Диди в конце концов нашла его, сидящего за столиком с мрачным видом.

Она медленно опустилась на соседний стул.

— Ты сделала это мне назло, — буркнул Аргус, не поднимая на нее глаз. — Прекрасно знаешь, что он липнет к тебе при первой же возможности, и все равно продолжаешь вестись на его якобы дружеские уловки.

Столько слов и фраз бились сейчас у нее на языке и просились наружу. Глядя на своего мужа, Диди произнесла единственную фразу, показавшуюся ей подходящей:

— Я люблю тебя.

Аргус зажмурился и помассировал виски.

— Я понимаю, что это ненормально, — наконец выговорил он. — Моя ревность и моя реакция. Но я иначе не могу.

— Я знаю, — тихо проговорила Диди.

— У меня внутри все переворачивается просто. Разумом понимаю, что чушь несу, а остановиться не получается. Когда он к тебе притрагивается…

— Я не понимала, что этим делаю тебе больно, — поспешно сказала ведьма. — Ты прав, не стоит мне так легкомысленно себя с ним вести…

— Не бывает дружбы между мужчиной и женщиной. И… — Аргус сглотнул. — Хмурый дерганый оборотень не блекнет на фоне лощеного молодого вампира, а?

Диди воззрилась на мужа с выражением крайнего изумления.

— Ходишь, думаешь, что ты весь такой крутой, держишь себя в форме, делаешь карьеру, становишься альфой… Толку, что ты альфа, когда у тебя умирает пациент на столе.

— Когда? — ее голос дрогнул.

— Вчера, — оборотень уставился на свои ботинки. — Он не первый пациент, которого я не спас, но каждый раз думаешь в этот момент: лучше б ты сам умер.

— Аргус…

— Жалеть меня не надо, — он резко сдвинул руку со стола, лишив Диди возможности прикоснуться к нему. — Начал сомневаться…

— И во мне? Во мне тоже?

Он не ответил.

Диди помолчала, собираясь с мыслями.

— Я выходила за тебя не только чтобы делить радость и счастливые моменты. Я твоя жена, значит, должна проходить с тобой через все, в том числе неприятности.

Аргус упрямо покачал головой.

— Да, — настаивала ведьма. — Ты не обращаешься при мне. Я ничего не знаю о твоей жизни в качестве оборотня. Не знаю о твоих проблемах, потому что сконцентрировалась на себе и дочери. Надо это прекращать. Перестань пытаться уберечь меня от потрясений. Я уже прошла через многое, я сильнее, чем ты думаешь.

Она все-таки поймала его руку. Он крепко, но бережно, сжал ее тонкие пальцы.

— И я буду меньше общаться с Тристаном, — твердо произнесла Диди. — Мой лучший друг — это ты. Пора это всем понять и принять.

"В том числе мне самой", — мысленно добавила она.

Солнце скрывалось за горизонтом, позволяя теплым лучам мягко скользить по земле. Закат окрашивал белый мрамор столешницы в розовый свет.

— Пообещай мне кое-что, — сказала вдруг Диди. Аргус вопросительно глянул на нее.

— Пообещай, что мы, наконец, съездим в Таиланд. Пора повидать и моих родителей, — с лукавой улыбкой продолжила ведьма, глядя как лицо Аргуса комично вытягивается.

Глава 5. Редкости в природе

5 лет спустя

Диди поставила бумажные пакеты на пол и открыла входную дверь. Из гостиной доносился смех, разбавляющий веселые голоса. Ведьма подхватила все свои покупки и зашла в холл, захлопнув за собой дверь.

В гостиной ее глазам предстало следующее зрелище: Аргус, развалившись на диване вместе со своим приятелем Дуэйном Вульфом, рассказывал что-то забавное. Алан, устроившись в кресле, казалось, впитывал каждое его слово. Вокруг все было заставлено тарелками со стейком (Диди с облегчением увидела, что он не был сырым), который стремительно исчезал под атакой голодных оборотней.

Обнаружив ведьму, присутствующие подозрительно вежливо с ней поздоровались.

— Что-то тут не так, — прищурилась Диди, оглядывая гостиную. Слегка затертые грязные следы на паркете незамедлительно попали в ее поле зрения. — Вы… вы опять?!

— Дорогая, я все уберу, — отреагировал Аргус.

— Диди, мы потом все вымоем, — добавил Дуэйн.

Алан же молча сорвался с места в ванную и через пару секунд вернулся обратно, волоча под изумленные взгляды оборотней и ведьмы ведро со шваброй. Не успела Диди сказать и слова, как мальчик принялся отчаянно драить пол.

— Миссис Браун, простите, — пробормотал он, не отрываясь от своего занятия. Дуэйн и Аргус ошеломленно наблюдали за ним.

— Вот это растет настоящий мужчина, — язвительно кинула в их сторону Диди, двигаясь в сторону лестницы. Она поднялась на второй этаж, открыла дверь алхимической комнаты и оставила там все пакеты с покупками, решив, что разберет их содержимое позже.

Заперев дверь, ведьма начала спускаться по лестнице. "Так, муж дома, Алан в гостях, а где, собственно, наш ребенок?"

Дойдя до первого этажа, Диди прошла мимо гостиной, где юный оборотень уже закончил мыть пол, и постучалась в дверь спальни дочери.

— Можно, — глухо откликнулась Диана.

Взору открывшей дверь Диди предстала тринадцатилетняя девочка, с нахмуренным видом что-то набивавшая на ноутбуке, который затащила с собой на кровать. Диана и ноутбук были плотно обложены учебниками и энциклопедиями.

— Солнышко, почему ты не с папой и Аланом? — поинтересовалась ведьма, притворяя за собой дверь.

— Мне некогда, — отозвалась девочка, не открывая напряженного взгляда от экрана. — У меня доклад по биологии. И вообще, с ними скучно, — подняла она свои синие глаза на маму. — Опять обсуждают, как они ночью задрали в горах косулю.

— Как это — задрали косулю? — спросила побледневшая Диди, хватаясь за ближайший комод.

Диана пожала плечами, возвращаясь к своему занятию.

— Обыкновенно. В морозильной камере теперь полно мяса. Пока ты ездила за травами, они разделали тушу и заморозили ее.

— А ножи… ножи и стол они хоть вымыли? — слабым голосом поинтересовалась женщина.

Ее дочь на пару секунд задумалась.

— Вроде да. Ну папа же хирург, знает что и как.

Диди поняла, что пора бы сменить тему, иначе ей все-таки окончательно станет дурно. Она присела на кровать.

— Детка, не забудь, что ты мне обещала кое-что. Мы хотели тренироваться с тобой.

— Ну мааам, — заканючила Диана, открывая одну из энциклопедий. — Мне некогда. У меня факультатив.

— Милая, я специально заказала для тебя одну из лучших палочек, — Диди оставалась настойчивой. — Твоя сила растет. Пора тебе ее развивать и контролировать. У меня не было такого шанса — с раннего возраста учиться магии. У тебя же есть эта возможность.

— Мам, магия — это скучно, — со вздохом Диана открыла истинную причину своего нежелания тренироваться.

Диди даже не нашла, что сказать. С широко распахнутыми глазами она глядела на дочь, пока ее удивление, наконец, не трансформировалось в слова:

— Как это скучно?..

— Ну вот ты — могущественная ведьма, — начала Диана. — Типа. Входишь в Совет и прочее. Но чем ты занимаешься? Господи, — возвела она глаза к потолку. — Накладываешь заклинания на унитазы и раковины, чтоб они не засорялись. И на технику, чтоб она не ломалась. Что за ерунда? И ради этого палочкой махать и заклинания зубрить?

— Бытовая магия очень важна, — попыталась Диди отстоять честь своих занятий. — И я на этом раньше неплохие деньги зарабатывала, кстати.

Диана хмыкнула, прямо как ее отец.

— Нет, спасибо. Не хочу быть колдуньей-сантехником. Мам, давай больше времени уделять алхимии! Вот это мне нравится. Разные растения и минералы, их свойства… Это так интересно! И алхимия гораздо нужнее твоей магии.

— Еще больше времени? — переспросила Диди. — Ты и так уже почти все рецепты выучила. А сложные зелья тебе еще рано варить.

В дверь раздался стук, и Аргус, не дожидаясь разрешения, вошел в комнату.

— Волчонок, пойдем обедать, — весело позвал он дочь. — Ди, я столько мяса принес, будет вкусный ужин сегодня.

Ведьма лишь вздохнула.

***

Кровь в вене под кожей пульсирует и бежит, тонкая шея в манящем изгибе выглядит так призывно…

Она дрожит и цепляется за его плечи своими тонкими пальцами. Ее темные волосы рассыпаны по шелковой подушке. Ее глаза — карие? Зеленые? — широко распахнуты. Ему не видно в темноте цвета, он лишь тянется к ней, прижимая ее к себе крепче, и прикасается губами к бьющейся вене на шее…

Звонок в дверь неумолимо выдернул Тристана из сна, заставив его натянуть одеяло на голову. Сколько будет продолжаться этот отвратительный звук?! Но вот все стихло, парень с облегчением приготовился вновь провалиться в дрему, если бы его планы не грозил нарушить ключ, поворачиваемый в замке.

— Просыпайся, соня! — веселый голос Эмили отозвался ударами кувалды в его голове. Ее шаги были подобны неумолимо надвигающемуся исполину. Хотя не стоило бы сравнивать сестру с чем-либо объемным в этот непростой для нее период…

— Зачем я когда-то отдал тебе второй ключ, — простонал вампир, отчаянно и безуспешно пытаясь сделать из одеяла звуконепроницаемый кокон.

— Затем, — голос Эмили был полон просто-таки отравляющего позитива, — чтобы вытаскивать тебя из твоего бедлама. О Господи…

— Только жалюзи не поднимай, пожалуйста, — глухо донесся звук, преодолев подушку, в которую Тристан уткнулся носом, зажмурившись. — И вообще, изыди…

— Мдаа, — протянула блондинка, уперев руки в бока и с удивлением оглядывая спальню. — Просто притон какой-то.

— Не понимаешь, что такой беременный солнечный ангелочек как ты, совсем сюда не вписывается? — донеслось с кровати.

— Кто тебя еще пинать-то будет, кроме меня, — отозвался "ангелочек". — А что делают трусики на лампе?

— Висят, разве это не очевидно?..

— Это до какой степени нужно упиться, чтобы уйти от парня утром без трусов? — некстати задумалась Эмили, перебирая пустые бутылки с шерри. — Фу, даже я такое сладкое никогда не пила.

— Сестра, — простонал Тристан, переворачиваясь. — Чего ты ко мне пристала? Разве тебе не надо быть на этих твоих курсах, где учат, как правильно дышать и типа того?..

Он поймал застывший и шокированный взгляд Эмили, проследив который обнаружил, что она не может оторвать взор от небольшого бурого пятна на соседней подушке.

— Это… это что, кровь? — блондинка начала белеть и прижала ладонь ко рту. — Кажется, меня сейчас стошнит, — она метнулась в сторону ванной комнаты.

— Эй, во втором триместре вроде не должно быть токсикоза, — рассеянно пробормотал Тристан, поспешно набрасывая покрывало на кровавый след.

Эмили вернулась в спальню, прислушиваясь к своим ощущениям.

— Кажется, все в порядке, — неуверенно сказала она и тут же не преминула наброситься на братца. — Тристан! Ты можешь хотя бы не кусать этих своих девиц? Или лучше и не спать с ними, и не кусать их! ВИЧ, гепатит, венерические заболевания!..

— Эй, ты за кого меня принимаешь? — Тристан попытался защититься от бури разгневанной сестры. — И вообще, ты перестала быть вампиром в шестнадцать лет, тебе не понять, что одно без другого уже не то, — хитро улыбнулся он.

Эмили побагровела и швырнула в брата собственной сумкой. К своему счастью, он успел ее поймать.

— Это отвратительно! Это неправильно! Это… это извращение какое-то!

— Скажи это своей лучшей подружке, у которой попивает кровушку наш отец, — тихо буркнул Тристан, спуская сумку на пол.

У Эмили поначалу даже не нашлось слов.

— Ну знаешь… Это их личное дело. И вообще, они любят друг друга, а ты… Вы с Бетани такие дураки! Давно бы жили счастливо, тоже бы завели ребенка, — Эмили раскраснелась, а в ее голубых глазах, к ужасу Тристана, начали появляться слезы.

— Детка, ну не плачь, не надо, — парень начал неуклюже слезать с кровати, заворачиваясь в одеяло и стараясь не показывать своим видом, что у него все цепенеет внутри от ее слов. — Все хорошо. Ты вообще зачем ко мне приехала?

— Я хотела вместе с тобой выбрать коляску, — потупила взгляд блондинка. — Девочкам некогда, а тебя надо встряхнуть.

— А муж твой где? — устало спросил вампир.

— Он только сегодня прилетает из Бостона, — голубые глаза Эмили восторженно заискрились. — Представляешь, его фотографии на выставке были высоко оценены критиками, а несколько работ даже купили!

— Зак молодец, — буркнул парень, спотыкаясь в одеяле. — Эми, дай мне десять минут на душ, и я съезжу с тобой за колясочками, пеленочками, зайчиками-белочками и чем угодно. Только никаких разговор про Бет и наших возможных детей, ОК?

И с этими словами он поплелся в ванную. Одеяло волочилось за ним.

***

Ближе к ночи Диди, уютно устроившись на плече Аргуса на кровати, чертила узоры пальцем на его плече. Глаза слипались, сон неумолимо затягивал в себя все сильнее и сильнее.

— А знаешь, — прошептала она, — я бы хотела всю жизнь так провести с тобой. Рядом, чтобы слушать, как бьется твое сердце, и знать, что внизу спокойно спит наш ребенок. Стареть вместе, как страшно бы это не звучало…

На губах Аргуса появилась слабая грустная улыбка.

— Стареть вместе не получится, милая.

Диди подняла голову и удивленно поинтересовалась, почему.

— Потому что оборотни живут гораздо дольше ведьм, — мягко пояснил он. — Не как вампиры или феи, конечно, но даже учитывая, что я старше тебя, я еще долго проживу после того… после того как… — его голос оборвался.

— Сколько? — еле слышно прошептала она.

— Лет сорок-пятьдесят… Давай спать, не забивай себе голову.

Он выключил лампу и крепко обнял жену.

Диди продолжала лежать с открытыми глазами, уставившись в темноту. Ее слова, вырвавшиеся в порыве счастья, привели к открытию, совершенно лишившему ее сна.

Ее муж переживет ее. Она уйдет гораздо раньше, потеряв несколько десятилетий жизни с ним. Ее сердце сжалось, а легким, казалось, перестало хватать воздуха. Диди уже не представляла жизни без него. Вернее, представляла, но эта реальность в ее воображении была серой и практически лишенной смысла. А каково будет ему без нее?

Проворочавшись практически всю ночь без сна, она задремала только под утро, не услышав, как Аргус тихо ушел на работу, а Диана в школу. Диди проснулась около десяти с гудящей головой и отравляющим ощущением в сердце.

Выйдя из душа, она встала перед зеркалом, отразившим ее морщинки у глаз и губ. С каждым годом их будет больше. С каждым годом она будет приближаться к единственной вещи, способной разлучить ее с мужем.

Диди заставила себя позавтракать, хотя ей не лез кусок в горло. Закрыв дверь и вызвав такси, она отправилась в библиотеку, в подвале которой и провела весь день, вчитываясь в старые фолианты, хранящиеся в доступном этаже для ведьм и алхимиков.

***

Диди вышла из библиотеки, когда солнце начало садиться, но даже бледный свет заката заставил ее сощуриться. Голова продолжала гудеть, а напряжение усилилось, но на этом ведьма не хотела заканчивать свои поиски. Следующим пунктом остановки стала лавка Алистера.

— О, привет, а я уже хотел закрываться, — сообщил Диди Джоу, сменивший на должности продавца Анджали несколько лет назад. — Чем могу помочь, дорогая? О, Диди, почему ты ходишь с такими красными глазами?

— Читала, — отрывисто бросила ведьма, переворачивая табличку на двери так, чтобы на улице оказалась надпись "Закрыто". — Мне нужна твоя помощь.

— Окей, — протянул молодой человек, видя, что дело серьёзное. — И по какому поводу ты лишаешь меня вечерних клиентов?

Диди поманила его к камину, усаживаясь в кресло качалку. Парень замолчал, покинул прилавок и присел рядом.

— Есть такой эликсир, — начала ведьма. — Называется "Фонтан молодости".

— Знаю, — кивнул он. — У Совета Магов хранится несколько порций, которые они никому не продают, и пьют сами. Я имею в виду глав Совета, семейку Дурвуд.

— Где они берут этот эликсир? Я ни разу не готовила его, потому что мне не хватало ингредиентов.

— Это остатки того, что однажды сварила Анджали, — начал рассказывать продавец. — Как ты знаешь, для формулы необходима пыль танзанита. Этот драгоценный камень добывается в Танзании, в Африке, откуда и пошло его название. Проблема в том, что запасы уже исчерпаны, а больше таких мест в мире нет. Столкновение тектонических плит не каждый день случается.

— Что же теперь, грабить ювелиров и коллекционеров? — грустно усмехнулась Диди, раскачиваясь в кресле и не отрывая взгляда от окна. — Я, конечно, знаю такого человека, который на это способен, но весь необходимый ей адреналин она теперь черпает от возможности побыть мамочкой.

Продавец озадаченно почесал затылок.

— Зачем на преступление идти? Попроси стаканчик у Дурвудов.

Диди покачала головой.

— Зои — новая Глава Совета — ни за что не поделится своим запасом со мной. Ее муж переживет ее раза в полтора, если она не будет пить эликсир, — внезапно в ее горле пересохло, и она встала налить себе воды.

— А тебе зачем? — осторожно спросил ее парень.

— Я тоже не хочу уйти раньше, — тихо проговорила она. — Мне нужен этот чертов танзанит. Надо придумать другой способ достать его… Хоть как. Материализовать как-то… — Диди осеклась.

Макдуф с удивлением смотрел, как изменяется ее лицо, как осеняет его идея, загоревшаяся искорками в ее шоколадных глазах. Как отчаяние сменяется решительностью.

— Джоу, я еще вернусь, — Диди накинула пальто. — Если все получится так, как я задумала, то нас с тобой ждет работа. Ты же поможешь мне?

— Всем, чем смогу, — озадаченно отозвался парень.

***

Аргус разогревал стейк, Диана увлеченно болтала по телефону с Аланом в своей комнате, а Диди вот уже на протяжении часа разглядывала на экране ноутбука фотографии танзанита. Не такой синий как сапфир. Не такой фиолетовый как аметист. Нечто среднее, соединяющее в себе красоту двух благородных камней.

Ей нужен всего лишь один камешек. Маленький, неограненный кусочек драгоценности.

— Ты вообще спать сегодня собираешься? — хрипло процедило волшебное зеркало, глядя на потуги Диди превратить яблоко в нужный ей кристалл. На столике попеременно дрыгали лапками синие жуки, извивались змейки цвета индиго, сияли фиолетовые грибы и даже мерцали кусочки серебра. Ведьма не сдавалась, заливала в себя очередную порцию эликсира, восстанавливающего силы, мешая его с живительным зельем, и продолжила мучить трансформацией несчастную материю. Когда очередная синяя лягушка жалобно квакнула, зеркало вновь решилось призвать Диди к отдыху, рискуя целостностью собственной амальгамы:

— Если ты сейчас же не пойдешь спать, то у тебя появятся еще морщины. Вот одна уже между бровей просматривается.

Диди превратила лягушку в ядовитое по виду яблоко и, вздохнув, признала правоту артефакта:

— Да, с тобой не поспоришь… Я все равно его создам, — твердо проговорила она, направляясь к двери и слегка покачиваясь.

***

Около полудня колокольчик в лавке Алистера вновь зазвенел, оповещая о приходе посетителя. Джоу поднял голову и понял, что магазин закроется и сегодня.

Так и произошло. Сияющая Диди перевернула табличку и, подойдя к прилавку, торжественно водрузила сверток рядом с кассой.

— И что же там? — подозрительно спросил молодой человек, слегка отодвинувшись от незнакомого предмета в упаковке. — Опять всякие экзотические ядовитые растения на продажу?

— Лучше, — победно улыбнулась ведьма. — Рискни заглянуть.

Джоу рискнул, издал восторженный вопль и помчался запирать дверь. Убедившись, что в магазин никто не войдет, он застыл посреди помещения, озадаченно глядя на Диди.

— Слушай, я в таком изумлении, что даже не знаю, с чего начать.

— Огранить камень, — отчеканила женщина. — Не весь, совсем чуть-чуть. Но сначала мне нужна твоя помощь с расчетами. Сколько драгоценной пыли нам понадобится, и какой эффект сделать по продолжительности. За работу!

Задвинув шторы в лавке, Диди и ее помощник расчистили алхимический стол, убрав все книги и свитки оттуда. Джоу засел с калькулятором, листком и карандашом за одну сторону стола, ведьма доставала и тщательно отмеряла и взвешивала остальные ингредиенты. С великой осторожностью крошечная часть камня была измельчена в пыль после часового спора о том, какое именно количество танзанита требуется для воздействия, просчитанного Диди. Ведьма несколько раз перепроверила порции составляющих элементов эликсира перед тем, как наконец начать смешивать их.

Ближе к вечеру голубые блики заплясали по стеклянным дверцам шкафов, которыми была уставлена лавка. Диди и Джоу практически не осознавая своей усталости, с возрастающей радостью наблюдали за тем, как в котле искрится идеальное по цвету и консистенции зелье.

— Дииии, — присел на кресло парень. — Получилось ведь, да? Поверить не могу.

— еще нельзя быть абсолютно уверенным, — хрипло проговорила ведьма, наблюдая за жидкостью в котле. — Точно скажу, когда попробую.

Джоу встревожено взглянул на нее.

— Ты осторожнее с ним. Все-таки первая попытка наша… Вдруг выпьешь и превратишься в жабу? — попытался он пошутить. — Вот это эффект будет. И… тебе поспать бы.

— Ты о чем? — отвлеклась Диди от созерцания синей жидкости. — Я так плохо выгляжу?

— Если честно, да, — втянул парень голову в плечи. — Ты реально создала этот камень? Материализовала из ничего?

— Я уже не помню, что послужило исходным веществом, — ведьма устало опустилась в кресло-качалку. — Помню лишь сотню попыток. А утром после пробуждения я просто решила попробовать еще раз, ни на что не надеясь. И не поверила глазам, когда увидела это чудо на столе.

Джоу молча посмотрел на пламя, танцующее в камине.

— Это энергия, огромный концентрат энергии. В моей семье есть и ведьмы, и алхимики, конечно, не самого высокого уровня, но кое-что я знаю, как видишь. Когда маг, как бы это сказать, сильно мотивирован, переполнен эмоциями, то он способен на многое, если сконцентрируется. Ты создала этот редкий камень, потому что тобой двигало… сама знаешь, что, — смущенно пожал он плечами. — Ты упорная, ты добилась своего. После стольких попыток стоило тебе отдохнуть, как у тебя в голове все расставилось по полочкам и дало свои плоды.

Он внезапно сорвался со своего места и опустился на пол рядом с креслом-качалкой. Диди удивленно посмотрела на него.

— Диди, — продолжил Джои, понизив голос почти до шепота. — Ты понимаешь, что мы использовали крошечную часть камня? Что мы сможем сварить литры этого эликсира, и сделаем на нем состояние, когда о нем узнают потенциальные покупатели?

Ведьма покачала головой.

— Только после того, как я проверю его эффект. И, Джоу, не придавай это огласке. Я сама решу, кому и когда сообщать о нем, иначе в городе начнется безумие.

Она поднялась.

— Пора проверить, не рановато ли мы строим планы, — она подошла к котлу и отцедила некоторое количество зелья во флакон. — По нашим расчетам, это количество снимает с тебя пятнадцать лет. Или отбрасывает на пятнадцать лет назад. Пару таких пузырьков мне точно придется выпить, — Диди слегка поболтала эликсир в емкости.

Джоу затаил дыхание.

— Ты готова?

Вместо ответа ведьма принялась опустошать флакон. Парень внимательно наблюдал за ней, с беспокойством сцепив ладони. Диди сделала последний глоток и нахмурилась.

— Вкус странный, даже не сказать, на что похож, немного жгучий…

— Ты что-нибудь ощущаешь?

Она нахмурилась еще сильнее.

— Нет, разве что покалывание…

Склянка выпала у нее из рук и разбилась. Джоу рванулся вперед и подхватил ее, прежде чем она осела на пол, потеряв сознание.

***

— Ты мне скажешь, чем напоил мою жену? Она спит уже двенадцать часов.

Аргус раздраженно мерил шагами спальню. Джоу сидел на ковре, глотая остывший кофе из кружки и изо всех сил стараясь не заснуть.

— Я тебе в тысячный раз повторяю, я не имею права сказать тебе.

— Я узнаю, что это за дрянь, и заставлю тебя выпить то же самое, но в три раза больше, — оборотень остановился, борясь с острой потребностью выбросить Макдуфа в окно. — Звоним Серене.

— Нет, — всколыхнулся Джоу. — Аргус, никто не должен знать. Это… это нельзя разглашать, пока сама Диди не решит, слышишь меня? Смотри, ты же сам сказал, что с ней все в порядке. Пульс ровный, дыхание в норме, она просто спит.

— Просто спит, — передразнил его мужчина. — Просто спит, как проклятая Спящая Красавица, которую ничто не может разбудить!

— Но когда-нибудь же она просне…

— Убирайся, — велел оборотень, не дав ему договорить. — Пошел вон, пока я тебе что-нибудь не сломал. Если она не проснется в течение этих суток, я вытрясу из тебя всю правду любыми способами, ты меня понял?

— С превеликой радостью отчалю отсюда, — пробормотал Джоу, с трудом поднимаясь на ноги.

***

Запах блинчиков с кухни навеял давние приятные воспоминания. Лучи солнца, пробравшиеся сквозь шторы, пощекотали ее нос и заставили смешно наморщиться.

— Наконец-то, — услышала она родной голос, полный облегчения. — Ты меня перепугала, Диди. Ты проспала двенадцать часов.

Ведьма открыла глаза, улыбаясь, потянулась, задев кончиками пальцев спинку кровати.

— Я чувствую себя прекрасно.

В голову постепенно нахлынули воспоминания: отблески света на гранях сине-фиолетового камня, куча листков с расчетами, весы и ступка, эликсир с имбирным вкусом…

— Мне надо к зеркалу, — резко села она и тут же схватилась за голову: комната начала кружиться.

— Эй, потише, ты столько времени пролежала, — приобнял ее Аргус.

Диди осторожно слезла к кровати и медленно подошла к зеркалу.

— О, Боже… — прошептала она, трогая свое лицо.

— Ну да, волосы растрепались, немудрено, — посмеивался ее муж. — Но не переживай, выглядишь прекрасно, как всегда.

Ведьма всматривалась в свое отражение, не в силах оторвать взгляд от того, что обычно видела в зеркале в возрасте двадцати трех лет.

— Боже мой, ты только посмотри! — в восторге повернулась она к мужу. — Видишь, что изменилось?

Аргус нахмурился и оглядел ее с головы до ног.

— Эм… Это новый топ?

— Смешно, ага, — фыркнула ведьма.

Оборотень нахмурился еще сильнее.

— Волосы покрасила?

— Аргус, ты издеваешься? — в нетерпении всплеснула Диди руками.

— Я серьёзно не вижу, — пожал он плечами. — Ты мне лучше скажи, что заставило тебя проспать половину суток?

Она, улыбаясь, подошла к нему, коснулась его рук, заставила медленно провести ладонями по ее лицу.

— Неужели ты не заметил, что все морщинки исчезли? Что я снова выгляжу как в двадцать лет?

— Какие, к чертовой ламе, морщинки? — выпалил Аргус, потрясенно вглядываясь в ее глаза с огромными расширившимися зрачками. — Ты всегда выглядела на двадцать, Диди, ты вообще не изменилась с момента нашего знакомства… Ты… ты что с собой сделала? — он притянул ее ближе к себе, тревога в его глазах приобрела крупный масштаб.

Диди слегка улыбнулась.

— Ты сказал, что переживешь меня, и я отказалась с этим смириться. Я приготовила эликсир, позволяющий омолодить того, кто его выпьет, продлить его жизнь, — призналась она, глядя как брови Аргуса поползли вверх. — Долгий сон — побочный эффект, я думаю, кроме того, я потратила много сил и энергии на создание этого зелья.

Оборотень молча смотрел на нее некоторое время, переваривая услышанное. Диди закусила губу, но не могла не улыбаться от переполняющей ее радости.

— Я смогла, понимаешь! Я сделала невероятно сложное зелье, не без помощи Джоу, конечно. И теперь мы с тобой сможем прожить вместе гораздо дольше, чем было бы изначально. Через несколько десятилетий мне придется выпить еще одну порцию, чтобы сравняться с тобой, но…

— А ты понимаешь, — прервал ее Аргус, — что ты переживешь своих друзей?

Его слова кольнули ее в сердце, но она постаралась заглушить неожиданно возникшую грусть.

— Я сварю еще этого зелья. Кто знает, кому оно понадобится, и за какие деньги я его продам, — она вновь лукаво улыбнулась.

Аргус усмехнулся.

— Признайся, ты просто искала замену крема от морщин, а возможность дольше прожить со мной — это так, приятный бонус, — пошутил он.

— Не буду отрицать, что поймала двух зайцев, — Диди наконец расслабилась, видя, что он, в конце концов, отреагировал положительно. — Только наоборот, а не так, как ты сказал, — она шутливо пихнула его.

— Женщины! — закатил Аргус глаза. — Если ты красива, то ты красива и точка. Напридумываете себе ерунды, ведетесь на происки маркетологов…

— Я пошла в душ, — не стала ведьма слушать его излияния. — А потом, наконец-то, съем твой стейк.

Глава 6. О пользе кентрантуса

4 года спустя

Утром Алана мог разбудить только громкий звук. Желательно довольно долго стучащий по ушам обитателей дома. Поэтому Исмаэль, читавший газету внизу в столовой, вздрогнул, услышав рев колонок в очередной раз.

Спустя минут пятнадцать по лестнице сполз его отпрыск, недовольно взирая на старшего Раффина, который, в свою очередь, сверлил сына укоризненным взглядом.

— Во сколько ты вчера лег?

— И тебе доброе утро, папа, — Алан распахнул дверцу холодильника и начал жадно поглощать апельсиновый сок прямо из бутылки.

Исмаэль скрипнул белоснежными зубами.

— Для этого есть стаканы.

— А что, боишься подхватить от меня что-то? — издевательски поинтересовался оборотень, вытирая губы рукавом, и запихнул бутылку с плескающимся на дне соком обратно в холодильник.

Исмаэль смял газету.

— Давай не будем ссориться с утра, сын. Тем более, ты не ответил на мой вопрос.

Алан тем временем сгреб все содержимое сковороды, то бишь, дымящуюся яичницу с беконом к себе на тарелку, добавил туда сэндвич и плюхнулся за стол, приступая к пожиранию пищи.

Исмаэль нервно постукивал вилкой по столешнице.

— Я был в лесу вчера, — проглотив прожеванное, удосужился сообщить ему сын. — Вернулся под утро. Вещи все закинул в стиральную машину. Ветками ничего не проткнул. Никого не загрыз.

— Ты был один? — прервал его старший Раффин.

— Нет, с компанией, — ответил юноша и вновь накинулся на остатки омлета.

— С Аргусом?

— Нет, он сегодня в смену. С друзьями. Допрос окончен?

— С какими еще друзьями? Альфа разрешает неуравновешенным подросткам бегать в волчьем облике по лесу?

— Это ты делаешь меня неуравновешенным подростком, — раздраженно стукнул Алан кружкой с кофе. — Своими постоянными допросами и придирками!

— Я твой отец и беспокоюсь о тебе!

Оборотень откинулся на спинку стула и в притворном изумлении похлопал длинными ресницами.

— Ты беспокоишься обо мне? Да хватит врать, отец, тебе важно, лишь бы я не опозорил тебя перед твоими деловыми партнерами!

— Выбирай выражения, — процедил Исмаэль, медленно прокручивая пальцами вилку.

— Что, признать трусишь? — все больше распалялся Алан. — Надень то, говори так, туда не ходи, с этими не смей общаться!

— Я пытаюсь сделать из тебя достойного человека!

— А сейчас я недостойный? Недостоин тебя и твоей будущей империи? Или ты просто боишься признаться, что ненавидишь меня, потому что мамы больше нет, а я остался?

Вилка вылетела из руки Исмаэля и зазвенела где-то на полу, не задев вовремя уклонившегося Алана.

— Аргус никогда бы не поднял на меня руки, — тихо проговорил юноша.

— В таком случае, убирайся к Аргусу, — велел Исмаэль, поднимаясь. Его глаза потемнели. — Не знаю, как он терпит твои выходки, зарвавшийся мальчишка. У него ты тоже позволяешь себе такое? Как он до сих пор не вырвал из твоих ушей все эти серьги, не заставил вывести все тату? Ты выглядишь как продажная женщина!

Несмотря на всю давящую ситуацию, изумленный Алан не смог сдержать смешка, слетевшего с губ.

— Продажная женщина? Ты в каком веке живешь?

Он тоже поднялся, подхватил рюкзак и зашагал к выходу.

— Ты прав, я больше не хочу с тобой оставаться. Можешь меня не ждать.

Когда стекла в двери перестали дрожать после того, как ее захлопнул Алан, Исмаэль резко выдохнул, упершись кулаками в стол.

Умеет же этот ребенок уколоть по больному. Двое взрослых мужчин не могут выбить из его головы всю скопившуюся там дурь.

Раффин окинул взгляд беспорядок, царивший на кухне, выпрямился, вздохнул и щелкнул пальцами. Остатки пищи на посуде испарились, все заблестело кристальной чистотой. Лежащая на полу вилка прыгнула в пустую посудомоечную машину, тарелки послушно перелетели в распахнутый буфет. Газета расправилась из смятого комка.

***

Диана с аппетитом уплетала оладушки. В кои-то веки вся семья завтракала вместе: девушка собиралась в школу, Аргус на работу, а Диди на Совет Магов. Глядя на родителей, ведьмочка торжественно объявила:

— В общем, я собираюсь стать художницей и писательницей!

— Художницей еще понятно, — Диди мельком взглянула на картину, нарисованную дочерью и висящую теперь на стене. — Но причем здесь писательство? Мы же вроде бы уже решили, что ты отправляешься после школы в университет на художественный факультет.

— На писателя необязательно учиться, — продолжала Диана. — Просто мне нравится и то, и другое. Я буду профессиональной художницей, а книги — это так, приятное дополнение.

— А на жизнь ты как зарабатывать будешь? — поинтересовался Аргус. — Пока у нас есть деньги, но это же не навсегда.

— Папа, ты бы побольше в меня верил, — иронично подняла бровь синеглазая ведьмочка, — и все будет хорошо.

Она вскочила из-за стола, услышав, как в дверь звонит Алан, взяла свою сумку, чмокнула Диди, помахала отцу и побежала в коридор. Едва распахнув дверь, Диана смогла оценить состояние друга.

— Опять с отцом поругался? — спросила она, сочувствующе глядя на юного оборотня.

То лишь мрачно кивнул. Ребята загрузились в машину, Алан все так же хмуро завел "Шевроле", лишь слегка посветлев, когда Диана похлопала его по колену.

***

— А я говорю, криво висит.

Тристан скрипнул зубами, но послушно передвинул картину на пару миллиметров влево. Эмили сдула челку со лба и оценивающе посмотрела на результат трудов своего братца.

— Теперь идеально.

— Да неужели? — саркастически произнес тот, оборачиваясь к сестре. — По-моему, твой перфекционизм зашкаливает.

— По-моему, зашкаливает твоя ирония, — скрестила руки на груди Эмили. — Лучше сходи и проверь звук, чтобы во время концерта никаких накладок не случилось.

— Концерт только послезавтра, — нахмурился Тристан, но все же послушно направился в комнату с оборудованием.

Четвертый год он проводил в галерее сестры, помогая ей с картинами, выставками и организацией концертов. Тристан ворчал насчет каждой просьбы Эмили, но она лишь посмеивалась, так как прекрасно понимала, что возвращение в творческие круги и работа с искусством помогли ему. Он вновь взял в руки гитару, перестал пропадать в барах и водить домой кого ни попадя. А Эйдан перестал косо смотреть на сына. Эмили была счастлива. Тем более, что дяде Тристану всегда можно было поручить заботу о племяннике, возился с которым он весьма охотно.

Миссис Дурвуд оглядела своих учеников, старательно размазывающих краски по холсту, и подошла к темноволосой девушке с синими глазами.

— Хорошая техника, — одобрила Эмили, оценивая работу Дианы. — Я бы посоветовала делать переходы более плавными.

— Но Вы же всегда говорили, — не преминула возразить ведьмочка, — что художник должен вырабатывать свой собственный стиль. Вот это — мой стиль.

— Посмотри на это с другой стороны, — посоветовала Эмили. — Почему бы тебе не попробовать нечто новое?

С этими словами она отошла к другому ученику, а Диана, взяв в руки палитру, украдкой бросила взгляд на коридор, в котором скрылся Тристан. Вампир бывал в галерее сестры почти каждый день, и юная мисс Браун была полна вдохновения, когда его приходы совпадали с ее занятиями. В те же дни, когда Тристана в галерее не наблюдалось, Диана уныло водила кисточкой по холсту, создавая работы, от которых Эмили была в восторге, утверждая, что они напоминали ей эпоху декаданса.

Вечно молодой, коим он всегда и оставался, стройный и красивый, улыбающийся и подшучивающий над сестрой Тристан. Когда он здоровался с Дианой или просто проходил мимо, одаривая ее приветливой улыбкой, сердце девушки екало. Когда он из любопытства рассматривал то, что он намалевывала на мольберте, все слова куда-то пропадали, а кисточка в руке начинала дрожать. Диана страшно боялась себя выдать. Когда-то в детстве она призналась маме, что мечтает выйти замуж за младшего Ван Голда. И чтобы свадьба была непременно с золотой каретой и белыми лошадьми. Диди лишь улыбнулась, погладила дочь по голове и сообщила, что "дядя Тристан уже женат".

Но теперь-то он был в разводе, и никаких девушек вокруг него давно не наблюдалось. еще года четыре, и наконец у нее появится настоящий шанс. Ведь он благородный мужчина и не станет, как это говорится, посягать на ее честь, нарушая дурацкий закон. Диана раздраженно махнула кисточкой, оставляя красные пятнышки на холсте. Хотя ей скоро будет восемнадцать, а там посмотрим…

Внезапно она заметила знакомую фигуру, растерянно вглядывающуюся в учеников, которых скрывали мольберты.

— Мама? — удивленная девушка помахала Диди рукой. Та, с явным облегчением найдя дочь, подошла к ней. — Что ты тут делаешь?

— Я ехала с Совета и решила тебя забрать, — ответила Диди, рассматривая картину дочери. — Ты скоро закончишь?

— Мам, ты забыла, меня сегодня заберет Алан и отвезет домой, у него тренировка скоро закончится.

— Точно, — рассеянно потерла шею Диди. — Сегодня же пятница, о Боже, нам же еще собираться и ехать….

— Диди! — окликнул ее Тристан, и сердце Дианы вновь замерло. Парень подошел к ним, вытирая остатки краски на руках влажной тряпкой. — Привет! Ужас, у Эмили везде валяются палитры, даже рядом с техникой. Ты торопишься? Кофе не хочешь выпить, раз уже заехала?

— Честно говоря, я бы не отказалась, — призналась ведьма. — Этот Совет меня утомил не на шутку. Ребенок, приедешь раньше меня, — скажи папе, чтобы он начинал собирать вещи.

Диана с тоской посмотрела вслед двум удаляющимся фигурам. Она бы тоже не отказалась пить кофе и болтать с Тристаном, хотя наверное ее доля в разговоре только выхлебыванием кофе и ограничилась бы.

— В общем, это было просто нечто. Во-первых, совет сделали сдвоенным, туда пришли еще и феи, и несколько часов мы обсуждали, где и как лучше выращивать некоторые ингредиенты для зелий. Бранч так увлекся со своим докладом, что Зои удалось всех разогнать, только заявив, что ей надо на маникюр.

— Это, несомненно, веская причина подвести итоги, — хмыкнул Тристан, передавая Диди чашку капуччино. Та с удовольствием сделала глоток.

— У вас тут такой хороший кофе!

— Итальянские кофемашины, и арабика средней прожарки. Без кофе тут не выживешь просто, особенно когда Эмили все готовит к очередной выставке или инсталляции. Хочешь посмотреть новые работы в том крыле?

Диди кивнула, и, осторожно придерживая чашки, они прошли в другой светлый коридор. Освещение было сделано превосходно, мягко и ненавязчиво выставляя картины в наиболее выгодном для них виде.

— Эту написала сама Эмили, — они остановились рядом с изумительной работой, на которой был изображен сказочный единорог. — Когда ей надоест видеть ее здесь, повесит сыну в спальню, малыш давно просит этого единорожку себе.

— Сколько ему уже?

— Три с хвостиком годика. Уже успел разбить два объектива Зака, многообещающий парень растет…

Они посмеялись и двинулись дальше.

— Диди, мы очень давно не общались с тобой так по-дружески, — Тристан остановился у пейзажа. — Я понимаю, конечно, сейчас мы уже с тобой не попрыгаем в клубах, но мне тебя не хватает. Приходите на концерт в воскресенье. Будет в большом зале здесь.

— Может и придем, — отпила Диди кофе. — У Алана и Аргуса тоже какое-то мероприятие на выходных.

— Ты, кстати, изумительно выглядишь, — сменил тему Тристан, беря ее свободную ладонь в свою руку. — Прямо как в день нашего знакомства.

— Ведьмины хитрости, — Диди, оторопев от того, что он начал поглаживать ее пальцы, пыталась досчитать до десяти и не выплеснуть кофе на его светлую одежду.

— Дядя Тлистан, — раздался требовательный голосок откуда-то снизу, давший ведьме возможность вытащить свою ладонь из нежной, но настойчивой руки вампира. Голубоглазый мальчик в ходунках дергал Тристана за джинсы.

— Как ты здесь оказался, дружище? — присел парень, ставя кружку с кофе прямо на пол. — Почему не рядом с мамой?

— Мама лазлешает мне тут катася, — гордо сообщил ребенок и представился Диди: — А я Лальф.

— Ральф, — пояснил его дядя. — Сын Эмили и Зака.

— Хотите, цаску поделжу, — доверительно предложил малыш.

Не преминув воспользоваться обстоятельством, Диди с благодарностью передала ему чашку с практически допитым кофе и поспешно застучала каблуками по мраморному полу.

— Позвони насчет воскресенья! — крикнул ей вслед Тристан, отбирая чашку и малыша и беря его на руки.

Ведьма махнула рукой, не оборачиваясь.

***

Аргус застегнул тоненькую цепочку на шее жены и вдохнул запах ее духов.

— С годовщиной, милая.

Диди улыбнулась ему в зеркале, оглаживая жемчужину в подвеске.

— И все-таки зря ты подстриглась, — проворчал доктор Браун, обнимая свою ведьму. — Мне нравились твои длинные волосы.

— Мне захотелось перемен, — Диди поправила свою новую прическу. — Сколько лет я ходила с длинными волосами? Разнообразие не повредит.

— У тебя сейчас волосы почти короче моих, — не прекращал высказывать свое недовольство Аргус.

— Я смирилась, что у меня грудь меньше твоей, — лукаво подтрунила над ним Диди, — и ты смиришься, что волосы у тебя будут длиннее.

— Ну знаешь ли, — даже смутился оборотень. — Я же альфа, мне надо держать себя в форме. И вообще, это Дуэйн перекачанный ходит, а у меня все в норме…

Диди прервала его, быстро поцеловав, и подхватила сумочку.

— Ладно, поехали. Ты не боишься оставлять Алана и Диану в одиночестве на все выходные? — обеспокоенно спросила она.

Аргус хмыкнул.

— Я в красках расписал парню, что именно и каким образом у него оторву, если он посягнет на нашу дочь.

— А самого Алана как ты уберечь от посягательств собрался? — иронично подняла черную бровь ведьма.

— Да ладно, мы с тобой уже давно поняли, что они будут прекрасной парой, — усмехнулся ее муж, выходя из спальни.

— Ага, только бы еще они это осознали, — буркнула Диди.

— Он в нее точно влюблен, — понизил голос Аргус. — Сочувствую парню.

— А она явно в кого-то другого…

Спустившись по лестнице, в гостиной супруги увидели мирную картину: обсуждаемые юные субъекты смотрели по телевизору какой-то новый блокбастер, хрустя попкорном из огромного бумажного ведерка.

— Хорошо вам провести уикенд, — чуть ли не хором пожелали Диди и Аргусу детки.

— Вам тоже, — сощурила глаза миссис Браун. — Ничего не разбейте. Ничем не злоупотребляйте. Мы вам доверяем, конечно, но всякое бывает…

— Не беспокойся, мамочка, — захлопала пушистыми ресницами Диана. — Мы просто посмотрим кино.

Аргус сдвинул брови.

— Молодой человек, Вы в точности запомнили мои слова?

Алан не сразу вспомнил, а когда память услужливо позволила всплыть в его голове угрозам старшего оборотня, кивнул и сглотнул.

— Вот и славно, — Аргус снял с крючка ключи от машины. — И позвони отцу все-таки. После любой ссоры можно помириться.

Несколько часов назад ребята появились на пороге Браунов вместе, выглядя как нахохлившиеся воробушки или как нашкодившие котята. Диана жалобным голосом умоляла родителей позволить Алану остаться на пару дней, так как "они с папой ужасно поругались, и Исмаэль точно не захочет его видеть, мамочка, папочка, ну пожалуйста, пусть он побудет в эти выходные здесь, вы же разрешали ему раньше оставаться с ночевкой". Аргус тогда скрипнул зубами, но разрешил, хотя они с Диди намеревались провести романтический уикенд в Атланте в одном из лучших отелей.

Как только родители скрылись за дверью, синеглазая ведьмочка зачерпнула немалую гость попкорна и поинтересовалась у друга:

— Он опять тебя довел?

— Скорее мы в этот раз взаимно, — вздохнул Алан, убавляя звук телевизора. — Наговорили друг другу ерунды всякой… ненужной. Неправды. В общем, как всегда.

Они помолчали.

— Но я пока к нему точно не вернусь, — покачал головой парень. — Мы с ним как вспылим, долго остываем. Пусть посидит дома в одиночестве, посреди холодного стекла и бетона.

— Что ему опять не понравилось? Десятая дырка в ухе? — улыбнулась Диана, касаясь многочисленных серебряных сережек Алана. А говорят еще, что оборотни серебра боятся…

— И она, и новая татуировка, — кивнул Алан. — И то, что я не хожу чинно в беленькой рубашечке с галстуком и не хочу иметь дело с семейным бизнесом.

— О, покажи новую тату, — оживилась девушка.

Ее друг встал и снял рубашку, оставшись в черной майке. Татуировка на плече напоминала солнце, пленку уже сняли, а покраснение спало.

— Круто, — лаконично отозвалась Диана, хотя в ее глазах можно было углядеть восхищение.

Алан помедлил, будто раздумывая, надевать рубашку или нет, но все-таки натянул ее.

— Ты дурачок такой, — засмеялась Диана. — Папа же сказал, что из-за регенерации через несколько лет все татуировки пропадут. Кстати, больно было делать?

— Не больнее, чем… — Алан пожал плечами. — Не больнее, чем всегда, короче.

— А когда в ушах места не останешься, что проколешь? — лукаво поинтересовалась девушка. — Соски?

Молодого оборотня аж передернуло.

— Тьфу ты, блин, Ди, вечно как скажешь что-то! — запустил он попкорном в хохочущую подругу. — Гадость! Тебе проколю… язык.

Когда они нахихикались, он добавил:

— Честно говоря, не понимаю, как Аргус меня терпит. Отец давно бы выпорол за все это. А твой лишь смеется.

— Ну… — перебирала попкорн в ведерке ведьмочка. — Он хотел сына, а мама ни в какую, поэтому он тебя очень любит.

— О как, — задумчиво произнес оборотень. — А ты хотела бы брата?

— Так у меня ты же есть, — обезоруживающе улыбнулась синеглазка.

Алан подавил тяжелый вздох.

— Да, действительно…

Тем временем Диана, оставив попкорн, подошла к входной двери, распахнула ее, вышла на крыльцо, огляделась и захлопнула дверь под недоумевающем взглядом парня.

— Все, вряд ли они вернутся домой до завтрашнего вечера, — с довольным видом объявила девушка другу. — Пошли наверх, я хочу кое-что замутить.

— Э… — озадаченно поднялся с дивана Алан. — Ну ладно… Ой, подожди, у тебя попкорн в волосах.

После выуживания кукурузинки из прически девушки и шуточной борьбы за съедение найденного, друзья поднялись по лестнице на второй этаж. Остановившись у двери алхимической комнаты, Диана кое-что прошептала, проводя рукой перед замком. В двери что-то щелкнуло, девушка толкнула ее, и та легко поддалась.

— Ты знаешь заклинание, чтобы ее открыть? — не поверил своим глазам Алан.

— Конечно, знаю, — впустила его Диана и зашла сама. — Мама же учит меня здесь эликсиры варить.

Парень благоговейно осматривал ведьмино святилище, понимая, что вряд ли ему представится еще один шанс попасть внутрь. Комната была снизу доверху забита ингредиентами для зелий. На многочисленных полочках сверкали драгоценные камни. Стены были увешаны пучками цветов. Друг на друга были поставлены контейнеры с бабочками причудливой раскраски. Сухие и свежие грибы вперемешку с корешками лежали на маленьких деревянных столиках. У узкой стены стояли стеллажи с искрящимися флаконами эликсиров. Посреди возвышался алхимический стол с котлом, свечами и древними фолиантами.

— Вам нельзя тут находиться, молодые люди, — раздался неприятный скрежещущий голос. Алан чуть не подпрыгнул от неожиданности. Большое зеркало рядом со столом осуждающе смотрело на него.

— Если скажешь маме, то я тебя "случайно" разобью, — многообещающе улыбнулась артефакту Диана.

Артефакт еще что-то проворчал, но серебристая поверхность зеркала разгладилась. Алан завороженно уставился на свое отражение и медленно протянул руку, чтобы коснуться холодной глади.

— Не лапай, — вновь раздался скрежещущий голос. Парень вздрогнул. — А то останутся тут отпечатки жирных пальцев…

— Эй, у меня чистые руки, — возмутился черноволосый оборотень, но его внимание привлекла Диана, которая активно измельчала в ступке какие-то розовые и сиреневые соцветия.

— Что ты делаешь? — подошел к ней Алан.

— Арника для бодрящего эффекта, кентрантус для расслабляющего, — девушка разложила по столу несколько небольших белых листов бумаги. Затем она высыпала чуть-чуть измельченной смеси на один листочек и принялась деловито его скручивать.

До Алана начало доходить.

— Ты что, курить это собралась?!

— А то, — подмигнула ему подруга. — Можно, конечно, эликсир сварить, но это больше времени займет.

— Но… это же неправильно! Твои родители нам доверяют…

— Ой, можно подумать, ты всегда был таким пай-мальчиком! — фыркнула ведьмочка и подожгла самокрутку концом палочки. Оборотень потрясенно смотрел на это кощунство.

Диана тем временем успела "пригубить" сухое зелье и закашлялась.

— О, можно даже не затягиваться, просто дым вдыхать. На, попробуй, — протянула она результат трудов своих приятелю. — Давай-давай, когда еще такой шанс выпадет.

***

Час спустя, когда количество самокруток изрядно поредело, Диана и Алан скакали по второму этажу, как молодые горные козлы, во все горло распевая рок-хиты, не совпадая в тональности с мелодиями, издаваемыми музыкальной системой. Попкорн был раскидан по лестнице и ковру, самодельный коктейль из виски и живительного эликсира был разлит на несколько стаканов, которые юные сверхсущества не забывали усиленно опустошать.

Наконец, рухнув на пол в алхимической и привалившись друг к другу спина к спине, они принялись задумчиво созерцать клубы дыма. Первой начала разговор Диана:

— А ты влюблен?

Если бы разум Алана не был затуманен самопальной курительной отравой, то парень покраснел бы до корней волос. Но сейчас он лишь моргнул и открыл рот:

— Да. А ты?

— И я, — ответила честностью на честность его подруга.

— А в кого?

— Ну… — замялась ведьмочка. — Он старше меня.

Алан заметно погрустнел.

— А ты в кого? — продолжала Диана, рассеянно болтая алкогольно-алхимический коктейль в бокале.

— Ну… ты же мне тоже имени не назвала.

— А я знаю! — повернулась к нему просиявшая девушка. — Это та блондинка из параллельного, по ней еще все парни слюни пускают.

— Ну конечно! — возмущенный Алан тоже повернулся к подруге. — Ничего подобного! Она мне вообще не нравится.

— Но у нее же грудь третьего размера, — удивленная Диана обрисовала в воздухе, по ее мнению, несомненные достоинства школьной красотки.

— Да ничего он не значит, этот размер, — патетически взмахнул своим стаканом Алан. — Вот у тебя, например, все красиво…

Так как какие-то остатки разума еще бодрствовали в его голове, то молодой человек смутился, осознав, что только что ляпнул, и попытался встать. Задев головой алхимический стол и случайно выплеснув ядреный коктейль на майку Дианы.

— Упс, — скосила глаза на пролитое девушка.

— Черт, Ди, я все отстираю, — забормотал Алан, потирая будущую шишку на голове. — Или новую тебе куплю.

— Да ладно, — та, слегка шатаясь, поднялась на ноги. — Я сейчас быстро замочу ее в ванной.

Практически выползя из комнаты, Диана распахнула дверь соседней ванной и целеустремленно, на слегка заплетающихся ногах, направилась к ванне, куда и залезла во всей одежде.

— Тебе помочь? — Алан выполз следом из дверного проема в коридор.

Девушка открутила кран и нетвердой рукой схватилась за душ, разливая воду по полу.

— Давай, иди сюда, — хихикая, она стянула майку и потянулась почему-то за пеной для бритья.

Оборотень застыл, все-таки покраснев до ушей, не смея пересечь порог ванной и не в силах оторвать взгляд от подруги, которая явно проигрывала в борьбе с непослушным душем.

***

— Просто кошмар, — расстроенная Диди шагала по направлению к дому. — Почему так неожиданно в этом отеле случился прорыв трубы?

— Хорошо, что они хоть предупредили нас, пока мы еще ехали, — приобнял ее Аргус и щелкнул брелоком сигнализации. — А представь, если бы мы туда доехали, и эта авария случилась посреди ночи.

— Да уж, — повеселела ведьма. — Заодно проверим, что там дети натворили.

— Наверное, еще фильм не успели досмотреть, — беззаботно отмахнулся ее муж.

Диди открыла дверь, и супруги вошли в дом.

— Чем это пахнет? — озадаченно потянул носом оборотень.

— О Боже, неужели пожар в алхимической комнате? — в ужасе воскликнула ведьма.

Брауны опрометью бросились на второй этаж. Сладковатый дым витал на всем втором этаже. Алана они обнаружили ползающим по полу ванной в луже воды, бормочущим: "Где же этот порошок?". Беспрестанно хихикающую Диану выудили из ванной в одном нижнем белье с бритвой в руке: девушка объяснила, что собиралась побрить желтого резинового утенка.

— Сначала я вас откачаю, — пообещала Диди, на пару с Аргусом распахивая все окна. — А потом собственноручно превращу в ледяные статуи.

— А еще ваша драгоценная дочурка обещала меня разбить, — мстительно проскрипело зеркало.

— Не до тебя сейчас, — бросила Диди, отмеряя дозу эликсира. — Я сама тебе это обещаю раз в неделю.

Пока Аргус умывал младшего оборотня холодной водой, ведьма вливала дочери в рот лечебный эликсир. Диана не без труда проглотила зелье и пожаловалась:

— Мамочка, меня сейчас стошнит…

— Я тогда им внутривенные инъекции сделаю, — пообещал Аргус, забирая у Диди эликсир и отправляясь в спальню за аптечкой.

— Н-не надо внут… внутривне… — слабо запротестовал Алан, сжимая виски.

— Тогда в задницу вколю, — послышался из спальни голос доктора. — Снимай штаны.

Диди потрясла Раффина за плечи:

— Вы что приняли, наркоманы недоделанные?!

— Арнику, — послушно выпалил тот. — И кен… кент… кентаврус…

— Экспериментаторы фиговы! — ведьма подхватила начинающую сползать на пол дочь. — Аргус, неси их вниз!

После того, как последствия интоксикации были нейтрализованы, обессилевшая парочка была буквально свалена на диван в гостиной и укрыта пледом. Пылающий яростью папа и разъяренная мама позволили себе выплеснуть чувства, когда опасность миновала.

— Я оставил тебе со своей дочерью, а что ты устроил?

Алан подавленно молчал.

— Папа, — робко подала голос Диана. — Он не виноват. Это я… это все я.

— Мы вам доверяли, — расстроенная Диди присела рядом. — Как теперь оставлять вас одних? У вас колледж впереди, а вы глупостями всякими занимаетесь.

— Простите меня, — еле слышно произнес Алан. — Мне уйти?

— Ну уж нет, — бросил в сердцах Аргус. — Исмаэль мне не простит, если я тебя в таком виде привезу. Ночуй тут. Все равно завтра вечером на собрание идти, мне тебя еще в форму приводить.

— Здорово, — даже чуть оживилась Диана. — В моей комнате есть место.

— Здесь, — повернулся уже было собравшийся уходить доктор Браун. — На полу. В спальном мешке.

Алан кивнул.

Когда незадачливая парочка под присмотром Диди выпила теплое молоко, спальник был развернут на полу, а Диана выдворена из гостиной в свою комнату. Проследив, что детки сразу же провалились в лечебный сон, взрослые поднялись наверх.

Посреди ночи спустившийся на первый этаж Аргус к своей досаде обнаружил, что спальный мешок со своим незадачливым содержимым отсутствовал. Морально приготовившись метать громы и молнии, оборотень вошел в комнату дочери.

Свет был выключен, шторы отдернуты, и полная луна освещала своим серебристым светом комнату. Диана безмятежно сопела в своей кровати. Рядом на полу в спальнике похрапывал Алан. Его рука была поднята, пальцы переплетены с пальцами Дианиной руки, свешивающейся с кровати.

Аргус лишь хмыкнул, вышел и мягко притворил за собой дверь.

Глава 7. Проблемы воспитания

Диана не помнила, когда в последний раз Аргус брал ее на собрания стаи. Возможно, это было, когда она училась еще в младшей школе и была совсем маленькой. На какое-то время она потеряла интерес к этой стороне его жизни и слегка отдалилась от Алана. Теперь перед окончанием школы, когда он стал практически самым близким для нее человеком, любопытство вновь потянуло ее к обществу самых сплоченных сверхов города.

Мысль о том, что здесь должно быть всегда так весело, не покидала Диану, пока она сидела у костра с кружкой горячего сидра в руке, с улыбкой оглядывая танцующих людей. Обычно в холодное время года оборотни предпочитали собираться "У Варга", но если не было дождя или снегопада, они разжигали костры на лесной поляне неподалеку от таверны. Здесь были и Вульфы, и Синги, и многие другие, которых Диана не знала в лицо. Очень много молодых людей, совсем мало девушек и женщин. Ведьмочка невольно усмехнулась, представив кокетничающую с каким-то двухметровым парнем Вильгельмину Вульф обросшей шерстью и воющей на луну.

"Если б я родилась оборотнем, то точно бы выпила лечебное зелье. Хотя они сильнее, и живут дольше…"

— Привет, — неожиданно присел рядом довольно симпатичный парень с каштановой шевелюрой и необычными фиалковыми глазами. — Не замерзла?

Диана вгляделась в его лицо, силясь понять, знает ли она приятного собеседника.

— Ты — Вульф! — осенило ее. Конечно, фиалковый цвет радужки — фирменный знак одного из главных кланов города.

— Гатор, — широко улыбнулся юноша. — Я младший в семье, не так давно стал полноценным участником собраний. И такую прелестную девушку пока еще здесь не встречал.

— Тут просто куча людей, — обвела Диана взглядом присутствующих. — Мог бы и пропустить.

— Нет, я бы точно не упустил шанса познакомиться, — и Гатор сопроводил свои слова прикосновением ладони к колену девушки, плотно обтянутому тканью, но весьма далекому от края мини-юбки.

В следующий момент уже на его плечо легла чужая тяжелая ладонь, а еще через секунду его швырнули на землю.

— еще раз до нее дотронешься, — процедил Алан, неслышно вставший за спиной Дианы, — и я оторву тебе руку.

Вокруг костра образовался маленький кружок озадаченных собравшихся, замолчавших от удивления.

Гатор поднялся с земли, отряхнулся и пристально уставился на Раффина, глаза которого горели нехорошим желтым огнем.

— Я не знал, что вы пара.

Диана наконец захлопнула рот и прочистила горло.

— Мы не пара вообще-то…

— Неважно, — прервал ее Алан. — Никто не имеет право ее лапать, ты понял?

Музыка постепенно стихла.

Гатор подошел ближе. Кривая улыбка не сходила с его лица, и ведьме почему-то стало жутко. Стало неприятно жарче, но не от пламени костра, а от напряжения, физически ощущавшегося ей, от агрессии, которая исходила от друга, стоявшего рядом с ней.

— Я понял, Раффин. Ты как собака на сене, тебе нельзя и другим…

Скорее всего, Алан не слышал ничего после слова "собака", потому что молниеносный удар его кулака отправил Гатора назад на землю. Диана ахнула, а кто-то из толпы одобрительно свистнул.

К чести Вульфа, парень смог в тот раз удержаться на ногах. Впрочем, терпение покинуло отпрыска старого клана, и тот достойно ответил оппоненту, сплюнув кровь и попытавшись сломать тому нос.

Вскоре по земле катались два противника, едва ли не рыча и пытаясь превратить друг друга в волчьи отбивные. Кто-то улюлюкал, кто-то подбадривал, кто-то просто в ужасе смотрел на разворачивающуюся неприглядную сцену.

— Вроде не полнолуние… — раздалось в толпе, и часть присутствующих засмеялась.

Диана лихорадочно обшаривала карманы и сумку в поисках палочки.

"Ледяное заклинание… то, что нужно, они же поубивают друг друга…"

— Какого черта?! — Аргус и Дуэйн Вульф с разных сторон подскочили к дерущимся оборотням, пытаясь их оттащить друг от друга.

— В чем дело? — послышался недовольный голос Навиты. — Разнимите этих щенков, кто-нибудь!

— Ты никто! — орал Гатор, пытаясь высвободиться из-под железной хватки Алана. — Ты безродное ничтожество! Как ты вообще смеешь говорить мне, что делать! Ты…

В момент, когда Алан начал душить соперника, Аргус набросился на него со спины и попытался оторвать его от объекта ненависти. Объект воспользовался этим, чтобы взять реванш, но был надежно скручен Дуэйном.

— Отпусти! — вырывался Алан. — Он оскорбил моего отца!

— Потому что он такой же странный и чуждый этому городу, как и ты! — не унимался Вульф-младший. — Валите туда, откуда явились!

Зарычав, Раффин все же исхитрился выскользнуть из стальных рук Аргуса, случайно заехав ему в солнечное сплетение, и, пока тот пытался перевести дух, набросился на неожидавших этого Вульфов.

В толпе больше никто не смеялся. Гатор, на которого пришелся удар, повалил своего отца, случайно сбив его с ног. Ситуация бы повторилась, если бы пришедший в себя Аргус не прижал Алана к холодной земле, вывернув ему руки.

— Успокойся, слышишь! Все закончилось. Успокойся!

— Папа, — раздался дрожащий голос Дианы. — Папа, отпусти его, ему же больно…

— Он того не стоит. Ты понял? — Аргус сильнее сжал руки Алана. Парень сдавленно прохрипел "Да", лихорадочно дыша. — Дуйэн, ты как?

— С женой своей в доктора играй, Браун, — проворчал тот, поднимаясь. — Нормально я. А с тобой я еще разберусь, черт тебя подери, сын, ты можешь держать свои гормоны под контролем?!

Гатор открыл рот и тут же его захлопнул, рискуя откусить себе язык из-за Вильгельмины, подоспевшей с подзатыльником для братца.

Алан перекатился на спину, закрыв глаза и глотая холодный воздух. Диана подошла к нему, опустилась на колени, убрала мокрые волосы с его лба и рефлекторно облизала нижнюю губу, глядя на капли крови на рассеченной губе друга.

— Аргус, — хриплые звуки вырвались из его рта. — Он оскорбил меня и мою семью. И твою дочь. Как бы поступил? Как бы ты повел себя?

— Уж точно не так! — рявкнул доктор Браун. Дуэйн скептически ухмыльнулся и закатил глаза, услышав это от друга. — Что я тебе говорил о самоконтроле? Ты ведешь себя так, как будто все мои слова, все тренировки, — все прошло впустую!

Алан тяжело поднялся.

— Т-ты думаешь, что лучше загонять свою натуру внутрь? Давить гнев, ненависть, ярость?

— У тебя… тут кровь, — Диана робко положила руку ему на плечо, но он, казалось, вовсе не услышал ее тихого голоса.

— В таком случае тебя просто разорвет изнутри. Охота, спорт, — все это прекрасно, Аргус, но ты считаешь себя и наш род более цивилизованными, чем мы есть на самом деле.

Браун шагнул к юноше, который потирал запястье и спокойно смотрел на него с каким-то пустым, перегоревшим выражением глаз. Огонь ярости в них потух.

— Ты бы убил его, — показал Аргус в сторону продолжавшего сидеть на земле Гатора. — Я видел это и чувствовал. Ты перенес на него не только свой гнев за обиду, но все, что накопилось у тебя на душе. Так нельзя. Мы — оборотни, но не животные, которые слепо следуют инстинктам. И не люди, ценящие месть.

Алан грустно усмехнулся и покачал головой.

— Ты обманываешь сам себя.

— Ты возражаешь альфе? — холодный голос Навиты прорезал воздух. Ледяные голубые глаза с оттенком презрения разглядывали потрепанного юношу. — Ты ставишь под сомнение его опыт и мудрость? Кажется, я ошибалась в том, что ты готов к инициации.

Алан, не сказав не слова, круто развернулся, подойдя к костру, подхватил свой рюкзак и, не оборачиваясь, зашагал к лесу.

— Куда собрался? — раздраженно крикнул Аргус.

— Домой, — глухо донеслось до него.

Диана, всхлипнув, побежала за другом, но была схвачена за руку своим мгновенно среагировавшим на ее движение отцом.

— Пусть идет, ты же видишь, в каком он состоянии, — прошептал ей тот, крепко обнимая ее. — Я никуда не пущу тебя, тем более в лес практически ночью. Тем более с ним.

Девушка вытерла слезы, не отрывая взгляда от почти скрывшегося за деревьями Алана.

***

В другом уголке города, в теплом, красном, обитом бархатом кабинете трое мужчин рассматривали план здания, разбросанный по столу на нескольких листах бумаги. Уютно потрескивал камин, виски в бокалах согревало больше, чем огонь. Дэвид Масгрейв старался, чтобы пепел от сигары не попал на бумагу, Эйдан Ван Голд задумчиво покачивал в руке бокал с напитком, Исмаэль Раффин не выпил и капли алкоголя и, лишь улыбаясь, расписывал собеседникам свои мысли насчет прибыльности будущего заведения.

— А это что? — нахмурившись, Эйдан указал на небольшой кружок в виде сверху.

— Шест, — с готовностью пояснил Исмаэль.

— Какой шест?

— В смысле, какой? Для стриптиза.

Дэвид подозрительно закашлялся, выпуская клубы дыма.

— Ты хочешь открыть здесь стрип-клуб? — изумленно выгнул черную бровь Эйдан.

Исмаэль вальяжно откинулся на спинку кресла и улыбнулся еще шире.

— Этот городок такой скучный, посудите сами. Нужно что-то, что его встряхнет. Что-то одиозное, провокационное. Новое.

— Скучный? — скептически переспросил Ван Голд. — Тебе перепись населения показать?

— Не в этом дело, Эйдан, — мотнул головой темнокожий мужчина. — Маги, оборотни, вампиры, люди, — нет никакой разницы. Все втайне желают запретного. Хотят и боятся удовольствий. Это будет элитный клуб. Никакой вульгарности. Лишь красота. И сверхъестественная фишка.

— Какая? — прищурился Эйдан, и даже Дэвид в кои-то веки проявил заинтересованность.

— Танцовщицы-феи, — небрежно бросил Исмаэль, наконец наливая себе темной жидкости из графина.

Вампиры переглянулись и расхохотались, не скрываясь.

— Я бы очень хотел посмотреть на то, как ты заявишься в дом одной из фейских семей города и предложишь их драгоценной дочурке извиваться вокруг шеста в нижнем белье, — утирал слезы Эйдан. — В лучшем случае, ты выйдешь оттуда с непомерно увеличившимся носом и ушами. В худшем — ты вообще оттуда не выйдешь.

— Дорогой мой друг, я не смогу тебя порадовать такой глупостью, — подлил ему виски Раффин. — Я сделаю это через свои каналы, аккуратно и незаметно. К тому же необязательно предлагать такую карьеру кому-то из известного рода. Что творится у вас в приюте? Почему там так много волшебных детей?

— Нам бы тоже хотелось это знать, — подал голос внезапно нахмурившийся Дэвид, разглядывающий сигару.

— Так вот, — невозмутимо продолжа Исмаэль. — Прелестные девчушки, которые к моменту строительства клуба, выпорхнут из своего общего дома. Куда они пойдут?

— Совет фей отлично их пристраивает, — возразил Эйдан, тоже разом утративший веселое расположение духа. — Предоставляют возможность учиться, работать, дают крышу над головой. Все так же, как с любым ребенком из этого дома.

— Я кого-нибудь перехвачу, — пожал плечами Раффин. — От красивой жизни при правильной обработке еще никто не отказывался

Повисло тяжелое молчание, которое прервал Эйдан, поднимающийся со своего кресла.

— Я все понял, Исмаэль, но от твоего предложения вынужден отказаться.

— Я все понимаю, друг, — казалось, мужчина ничуть не расстроился и начал собирать свои бумаги. — Если я не найду инвесторов, то, может быть, поставим шест здесь на сцене?..

— Доброй ночи, — Эйдан услужливо распахнул дверь, выпроваживая гостя. Тот лишь весело блеснул глазами, попрощался и скрылся в уютно освещенном коридоре.

— Дела-а-а, — протянул Дэвид, туша сигару. — Ты тоже не можешь его прочитать?

— Тишина, — покачал головой его друг. — Как будто на стену натыкаюсь.

— Странный он, — Масгрейв с грустью посмотрел на графин, в котором алкоголь плескался на дне. — И подозрительный. Я ему не доверяю.

— Но ты же не чувствуешь враждебности, — уселся напротив Эйдан, пристально глядя на собеседника.

— Потому что там нечего ощущать, — парировал Дэвид. — Пустота. Кто он такой? Я пробил его по своим связям. Они с сыном приехали из Египта, а до этого Исмаэль жил в одной из нефтяных стран.

— Это видно, у него необычная внешность, — кивнул Эйдан.

— Но знаешь, что? До тридцати лет его как будто не существовало. А потом появились все документы, жена, ребенок. Кстати, он вдовец.

— У него есть седина в волосах, хотя он молодо выглядит, — Ван Голд задумчиво отпил из бокала. — Немало пережил…

— Короче, тут что-то темное, раз даже я не могу докопаться, — раздраженно выдохнул Масгрейв. — Как в том деле с феями из приюта. Черт, он и про это прознал! Как?

Эйдан хмыкнул.

— Стрип-клуб с феями… Предпринимательский напор у человека, ничего не скажешь.

— еще и на твой "Бархат" постоянно облизывается, — раздосадованно проворчал Дэвид, отрезая кончик у новой сигары.

— Если я поставлю здесь шест, то только в своем кабинете, — пошутил Ван Голд. — И не нам с тобой, бывшим бутлегерам, вести себя как ханжи и осуждать его.

— А я и не осуждаю. Более того, я вложусь в это его будущее заведение.

Эйдан изумленно уставился на друга.

— Что? Ты же знаешь, врагов держи ближе, чем друзей. А он пока неизвестно кто, здесь тем более надо быть начеку.

***

Алан сидел у двери своего дома, обнимая рюкзак, и проклинал тот день, когда он ушел из дома утром, забыв ключи. Отца дома не оказалось, и тот вполне мог уехать куда-нибудь из города. О том, чтобы вернуться к Браунам, не могло быть и речи.

Свет фар и шорох гравия заставил его поднять голову. Автомобиль Исмаэля въехал в гараж, и через некоторое время его владелец неспешно подошел к входной двери.

— Всевышний… — сорвался выдох с его губ, как только он увидел своего сына с кровоподтеками и ссадинами на лице.

Алан с трудом поднялся на ноги, разминая их, и не поднимая глаз на отца. Исмаэль поднялся к нему и крепко прижал его к себе.

— Прости… — еле слышно выдохнул юноша.

***

Машина, в которой ехали Диана и Аргус, приближалась к дому с оранжевой крышей. На душе у обоих было паршиво. Песня, звучавшая по радио, усиливала общую атмосферу тоски и напряженности. Бледная Диана широко раскрытыми невидящими глазами уставилась в ночь. Аргус, каждый раз решаясь заговорить, бросал взгляд на дочь и плотно смыкал губы.

Дома Диди удалила очередную смс от Тристана, подавив раздражение и порыв швырнуть телефон об стену. Сначала он сетовал на то, что они давно не общались, потом предлагал вновь сблизиться в качестве друзей, но знаки внимания, которые он ей оказывал, были далеко не дружескими. После встречи в галерее она отказалась придти на концерт, куда он ее приглашал, и с тех пор игнорировала его либо вежливо, но холодно отказывалась от его предложений. Рассказывать об этом никому не хотелось.

— … моего лучшего друга! — донесся до нее голос дочери, и в следующее мгновение Диана распахнула дверь. На лице у нее блестели слезы. — Как ты мог не вступиться за него?

— Как ты можешь защищать его? — голос мужа был непривычно повышен. — После того, как он едва не разорвал этого парня?

Диди, холодея, повернулась к родным. Диана сжимала кулаки, длинные ногти впивались в ладони чуть ли не до крови. Аргус выглядел хмурым и уставшим.

— Что произошло?

— Алан устроил драку с ребенком Вульфа, — нехотя пояснил оборотень. — Такой агрессии я еще не видел.

— Потому что он вступился за меня, пап, — защищала друга Диана. — Гатор начал приставать ко мне, ты бы тоже так поступил!

— Может, надо одеваться скромнее? — указал Аргус взглядом на ее юбку. — Вокруг тебя не всегда будут те, кто сможет тебя защитить.

— Я бы дала ему отпор, — сглотнула слезы девушка. — Если бы… не оставила дома палочку.

— Ты слишком на него полагаешься. А я не могу допустить, чтобы вы проводили время вместе. Что если…

— Папа, ты не можешь запретить нам видеться! — едва ли не взвизгнула Диана.

— Что если что-то его разозлит, и он выплеснет свою ярость на тебя? — повысил тон ее отец. — Я не доверяю…

— Он никогда не поднимет на меня руку, о чем ты! — выкрикнула девушка. — Ты не можешь… ты не смеешь… — закашлялась она.

— Ты замерзла, — Диди обеспокоенно приобняла дочь. — Набери себе ванну, а я погорю с папой, хорошо?

Аргус рухнул на диван. Диди подождал, пока Диана скроется за дверью и, услышав шум воды, села рядом с мужем.

— Я отвратительный отец.

— Что?! Аргус, что вы тут развели, успокойтесь. Что случилось с Аланом? Он чуть не убил Вульфа, потому что тот приставал к Диане? Парни совсем молодые, а оборотням только дай повод…

— Да, но я ведь учил его, — с болью в голосе проговорил Аргус. — Я учил его выплескивать все негативные чувства через превращение, через физическую активность. Учил самообладанию. Если бы этот Гатор не нарвался, я бы и не догадывался, что что-то не так.

— У них с отцом проблемы. Кстати, Алан вернулся домой? — спросила Диди и, получив утвердительный кивок, продолжила: — Он оборотень, еще вчера бывший подростком. Когда тебя обратили, сколько лет тебе было? Не восемнадцать же. С его темпераментом и восточной кровью его легко спровоцировать…

— Я видел ярость, Диди. Безумную, животную ярость и отчаяние. Я не достучался до него, я не знаю, что у него в голове. А ведь я его наставник, — закрыл глаза Аргус. — Иногда мы с ним ближе, чем он со своим отцом…

Диди крепко сжала его руку.

— Все наладится, я знаю. Вы разберетесь, только дай ему остыть. И не лишай его общения с Дианой, ведь если Алан решит, что он утратил наше доверие, ему будет неимоверно тяжело.

***

В ванной комнате Диана, отрешенно потрогав пену кончиком пальца, внезапно как будто очнулась от сна и полезла в лежащую на полу сумку, стараясь ухитриться не расплескать содержимое ванны по полу и коврику.

Выудив из сумки мобильный, она набрала номер Алан и дрожащей рукой поднесла телефон к уху. Через несколько томительный гудков парень взял трубку и услышав его хриплое "Алло", Диана чуть не расплакалась.

— Ты дома?.. — произнесла она, стараясь взять себя в руки.

— Да… Ди, ты что, плачешь?

— Нет, ты чего, — попыталась она засмеяться. — Просто я переживаю, как ты, добрался ли до дома… Как папа?

— Мы помирились, представляешь, — судя по голосу в трубку, Алан улыбался. — Он даже не наорал на меня за то, что я изорвал одежду и что вообще ушел из дома.

— Как хорошо… Слушай, ты же весь в ссадинах! — внезапно вспомнила Диана. — Как твоя губа и прочее?

— Ерунда, — усмехнулся парень. — Заживет быстро, не как на вампирюгах, но все равно скоро восстановлюсь.

— Алан, я больше не буду носить короткие юбки, я спровоцировала этого придурка…

— Да ладно тебе, — поспешно заговорили в трубке. — Он сам напросился. Слушай, тут отец пришел с перекисью, будет меня лечить. Ты давай отогревайся и отсыпайся, ок? До завтра, Ди.

— Пока, — прошептала Диана и дождалась, пока друг отключится. Затем она положила телефон на сумку, набрала в грудь воздуха, зажмурилась и опустилась в воду, скрывшись под белой шапкой пены.

Глава 8. Желания и возможности

Диана разрезала блинчик и полила его сиропом. Из тостера выскочил поджаренный ломтик хлеба, распространяя по кухне свой дразнящий запах. Свежесваренный кофе соревновался с ним по привлекательности аромата, и все это вместе с яркими утренними лучами солнца создавало приподнятое настроение.

— Мне есть, что вам сказать, — отложила Диана нож в сторону.

Аргус налил себе кофе, Диди взяла тост и открыла банку с джемом.

— Я хочу стать вампиром.

Нож выронили, скорее всего, случайно.

— Смешно, — оборотень невозмутимо отпил из кружки. — А я хочу стать балериной.

— Я серьёзно.

— Угу. Так же как ты хотела быть феей или оборотнем. Если ты пытаешься разозлить меня из-за того случая с Аланом, то лучше прекращай, — отрезал Аргус.

— Ты никогда не воспринимаешь меня всерьёз, — Диана обиженно взглянула на отца.

— Да неужели? Недавно ты заявила, что хочешь быть художницей. Кто постоянно покупает тебе краски и мольберты и возит тебя по галереям? Шутки шутками, но моя дочь вампиром не то что не станет, но и близко к ним не подойдет, — Аргус резко встал из-за стола, схватил ключи от машины и покинул дом.

Диди, проводив его взглядом, наклонилась к дочери:

— Что происходит с тобой? Ты вроде не одна из тех семнадцатилетних девчонок, сходящих с ума по всем этим вампирским сериалам и книгам?

— Мам, — Диана обхватила чашку с чаем. — Я долго думала об этом. Ты же знаешь, я не хочу быть ведьмой.

— Вообще-то мне не очень приятно это слышать…

— Прости, но ты сама говорила, что надо выбрать свое призвание, так?

— Но не сущность же! — развела руками Диди.

— Мам, — терпеливо продолжила Диана. — Меня не интересует колдовство. Но алхимию я обожаю. И спокойно смогу заниматься ею, будучи кем угодно. Почему вампиры? Они долго живут.

— Ты можешь пить зелье…

— Все равно, представь себе, сколько его нужно, чтобы прожить столько же! А ведь запасы ограничены, у тебя же весьма узкий круг покупателей. Но даже не в этом дело. Вампиры могут чувствовать чужие эмоции, улавливать настроение, обрывки мыслей… Для меня как для художника и будущего писателя это будет просто потрясающей вещью.

— А еще их кожа невероятно чувствительна к определенным солнечным лучам, и ты забываешь малюсенький нюанс. Кровь.

— Да какая кровь, мам! — экспрессивно всплеснула руками Диана. — Кровавый плод зачем тогда выращивают в таком количестве?

— Это звучит для меня абсолютно дико, — покачала головой Диди. — К тому же Совет запрещает превращения сверхъестественных существ.

— Но ты же превратила в человека Эмили.

— Для нее сделали исключение.

— Может, и для меня сделают! Мама, пожалуйста, поговори об этом на Совете магов. Просто узнай, есть ли такая возможность.

— Мне кажется, ты не понимаешь, чего хочешь…

— Я готова на все, что мне предложат. Любые беседы, проверки, испытания. Я серьёзно.

Диди задумчиво посмотрела на уже успевший остыть кофе.

— Твой отец… мне страшно представить его реакцию, если он подумает, что это не очередной твой бзик.

— Это правда не бзик. А папа может сколько угодно ворчать "дочь альфы не может быть вампиром бла-бла-бла", он все равно меня любит. И вообще, что за стереотипы? У вас вампиры — друзья семьи. Хватит уже относиться к этой теме с таким негативом.

***

— Так, что у нас сегодня еще на повестке дня? — Зои захлопнула старинный на вид кожаный блокнот. — Ага, поставка некачественных палочек прекращена. У них были трещины внутри, так что годятся они только для камина. С поставщиком прекращены деловые отношения, Макдуфы требуют замены некондиционного товара, — она зевнула, прикрывая рот ладонью. На безымянном пальце сиял крупный бриллиант. — Что-нибудь повеселее есть?

— Есть, — раздался голос Диди, которая слегка поежилась от мгновенно уставившихся на нее любопытных глаз. — Моя дочь хочет стать вампиром.

О, именно такой реакции она и опасалась. Кто-то закатил глаза, кто-то захихикал, поднялся активный шепот, а Беатрис сочувствующе похлопала ее по плечу. Только Зои казалась заинтересованной.

— Можно подробности? — попросила она. — Что ее к этому подвигло?

Диди вздохнула.

— Говорит, что ее привлекает продолжительность их жизни, умение чувствовать эмоции других людей, читать их мысли. Считает, что это ей поможет построить карьеру художницы и писательницы.

— Это исключено, — подала голос Серена. — Запрещено превращаться в сверхъестественное существо, неважно, являешься ли ты человеком или другим сверхом. Плюс это всего лишь подростковый каприз, Диди.

— Не будь столь категоричной, мама, — сдержанно ответила ей Зои. — Разрешение на превращение в вампира дается весьма редко. Может быть, она влюблена в одного из них и хочет прожить с ним долгую жизнь?

Диди задумчиво покачала головой.

— Диана сейчас точно ни с кем не встречается, — проговорила она. — Я бы знала.

— Она бы тебе и не рассказала, — с улыбкой шепнула ей Беатрис. — Девичьи секреты и все такое.

— Мы с ней очень близки, — возразила Диди. — Я бы заметила, если бы что-то было не так.

— Иногда у детей свои тайны, — Серена бросила недовольный взгляд на собственную дочь. — В любом случае, я против этой затеи.

Зои, казалось, сосредоточенно обдумывала что-то.

— Мне тоже это совсем не нравится, — пожала плечами Диди. Ее голос звучал растерянно. — Диане этим летом поступать в колледж, а она хочет сделать такое колоссальное изменение в своей жизни. Честно говоря, я в ужасе.

— Это баланс, — наконец заговорила Зои. — Эмили стала человеком, теперь Диана чувствует тягу к вампиризму.

— Чепуха, — раздраженно фыркнула Серена.

Зои повернулась к ней и медленно отчеканила:

— Бабушка сделала меня ведьмой, хотя я была рождена без способностей. В итоге сейчас я — глава Совета. То, кем ты являешься по рождению, не определяет твой дальнейший жизненный путь. Сколько мы бились с Дианой, — она не желает дальше развивать свои магические способности. Я не хочу, чтобы она делала что-то через силу. Посудите сами, — развернулась она к присутствующим, — я родилась человеком, была превращена в ведьму. Вампир Эмили пожелала отказаться от сверхъестественной жизни и стала человеком. Ведьма Диана станет вампиром. Круг замкнется. Баланс сущностей будет восстановлен.

Диди заметила, что многие серьёзно призадумались, а некоторые даже начали кивать.

— Это красивая теория, Зои, но почему именно моя дочь?

— Может, потому что именно ты и превратила Эмили в человека? И теперь за это расплачивается твой ребенок? — тихо предположила ведьма с янтарными глазами.

— Дамы и господа, у нас же демократия, — раздался ленивый голос Джулса Макдуфа с противоположного конца стола. — Давайте проголосуем.

— Хорошая идея, — поднялась из-за стола Зои. — Итак, кто за то, чтобы дать Диане Браун шанс сменить сущность и стать вампиром? Разумеется, если она успешно пройдет все консультации и проверки. И не стоит забывать, что в наших силах легко лишить ее сверхъестественных способностей, ибо лечебный эликсир запасен впрок. Что ж, кто за?

Серена демонстративно отодвинула стул и покинула зал. Диди скрестила руки на груди, глядя на голосующих.

— Я, пожалуй, воздержусь, — пробормотала она.

***

Диана что-то яростно рисовала в альбоме, по своей привычке сидя на полу. На вошедшую миссис Браун она отвлеклась не сразу, потянувшись за красным карандашом.

— Мам? Ты вернулась! Ты сказала про меня на Совете?

Диди, стараясь не выдавать никаких эмоций (хотя и знала, что у нее, мягко говоря, плохо это получается), опустилась в кресло рядом с дочерью и кивнула. Диана, кажется, перестала дышать, отложив свои рисовальные принадлежности в сторону, и уставилась на нее своими горящими синими глазами.

— Иии?!

Как бы не хотелось соврать, она не могла поступить так со своим ребенком. Хотя искушение было весьма трудно побороть. Учитывая возившегося на кухне с ужином Аргуса.

— Тебе дают шанс, — тихо произнесла Диди слегка охрипшим голосом, вздрогнув, когда на кухне раздался звук разбившейся посуды. — Но только после бесед с Эйданом Ван Голдом. Они начнутся со следующей недели…

Издав торжественный вопль, Диана накинулась с объятиями на мать и затараторила:

— Спасибо! Спасибо тебе огромное! Я все сделаю правильно! Я не подведу, я обещаю!

Диди, освободившись из объятий дочери, поднялась с кресла.

— Я поговорю с твоим папой, пропусти меня.

Обогнув лестницу, она обнаружила сумрачного Аргуса, бросавшего осколки тарелки в мусорное ведро.

— Милый, это женская прерогатива — посуду бить.

Оборотень встал и с закрытыми глазами оперся о кухонную тумбу. Его брови были сдвинуты, он дышал медленно и глубоко, что было верно уловлено Диди в качестве признаков самоуспокоения. Опасаясь, как бы муж не разнес всю кухню, ведьма поспешила начать с самого главного аргумента:

— У меня всегда под рукой лечебный эликсир, если что-то пойдет не так…

— Прости, — прервал ее Аргус, потирая лоб. — Я… мне уйти надо… иначе… ты понимаешь. К утру буду.

Вновь звон связки ключей, виноватый и обеспокоенный взгляд Дианы, понимающий вздох жены, — и дверь захлопнулась за его спиной.

***

Холодный и свежий лесной воздух остужал кровь, текущую в жилах, и прояснял разум. Пару часов назад, оставив машину на стоянке, он перекинулся и теперь не спеша бежал трусцой по лесу. На небосводе зажигались первые звезды, для случайно забредшего в чащу путника здесь царила бы тишина, но оборотень чувствовал все запахи, видел и слышал дальше и больше, чем обычные люди. Недалеко журчал ручеек у водопада. Несмотря на покрытую тонким покровом снега землю, вода в этом волшебном месте упорно отказывалась замерзать. Это было весьма кстати.

Полное превращение требует времени и большого количества энергии, которую после этого весьма желательно бы возобновить. Неожиданно выскочившему на тропинку зайцу не повезло. А родник дал возможность не только напиться освежающей, шокирующе-ледяной воды, но и смыть с себя кровь: в таком виде он бы никогда не рискнул явиться к своим девочкам.

Девочкам… Почти восемнадцать лет назад он держал на руках свою синеглазую крошку, такую хрупкую, что он искренне боялся ей навредить. Он учил ее ходить, кормил и убаюкивал. Купил ей ее первые краски. И ни на мгновение не пожалел, что у него родилась девочка-ведьма, а не маленький оборотень.

Сердце заныло. Он что-то упускает. Что-то скрывается от них с любимой за этой широкой безмятежной улыбкой, за горящими сапфировыми глазами, за нарочитой жизнерадостностью. Даже Диди не может полностью разгадать, что творится в душе их внезапно выросшей дочери.

Как бы не банально это было, он завыл.

И тотчас же его вою вторил другой, — кто-то, стоявший на вершине холма. Издалека черного зверя можно было бы принять за волка, если бы не странный для этого существа цвет шерсти, не слишком крупные для санитара леса размеры. И не светящиеся желтые глаза. Другой, полностью перевоплотившийся оборотень.

Вскоре Алан и Аргус бок о бок трусили по заиндевевшей земле. Дом парня был неподалеку, а в его "Шевроле" нашлись и запасные вещи. Исмаэль лишь поднял бровь, в идеально выглаженной белой рубашке открывая дверь потрепанным сыну и гостю. Почти за десять лет он привык к подобным визитам наставника своего сына.

Час спустя оба нарушителя его ночного спокойствия устроились с глинтвейном в гостиной перед камином. Сам Исмаэль тактично поднялся к себе в спальню, предоставив возможность Алану наладить отношения и со своим "вторым отцом".

— Ты молодец, уже полностью перевоплощаешься, — проговорил Аргус, не отрывая взгляда от пляшущего в камине огня.

— У меня отличный учитель, — улыбнулся юноша краешком губ.

Они едва ли не синхронно отпили красной жидкости из бокалов. Глинтвейн был идеально сбалансированным по вкусу и пряности, собственно, ничего даже слегка далекого от идеала Исмаэль никогда не готовил.

— Аргус, я могу спросить, что-то случилось? Ты выглядишь… неважно, в общем.

— Ага, значит она не посвятила лучшего друга в собственные планы, — пробормотал Аргус.

— Кто? Ты о Диане? Что с ней такое?

— Я бы тоже хотел знать, — со вздохом Аргус вытянул ноги. — Взбрело ей в голову стать вампиром.

Алан изумленно уставился на него, чуть не расплескав свой напиток.

— Это розыгрыш такой, что ли?

— Нет, — покачал головой старший оборотень. — Совет уже одобрил. Если она успешно что-то там пройдет, то превратится в вечно нуждающееся в крови существо, — сглотнул он.

— Она мне ничего не рассказывала, — потрясенно высказался Алан. — Да, ведьмой ей быть совсем неохота, но она знает пару трюков и зелья варить умеет. Что за прикол… Зачем ей это?

— Я даже подумал: жили бы мы не здесь, ей бы эта дрянь даже в голову не пришла, — махнул рукой доктор Браун. — Диди не отказала ей наотрез, я теперь не знаю, что делать. Не устраивать же семейную войну.

— А чем мы лучше вампиров, Аргус? — внезапно спросил молодой человек. — Правда. Ну приходится им пить кровь, то есть, этот кровавый плод жевать, подумаешь. Ну загорать не будет. А мы зато каждое полнолуние не можем не превратиться в зверя. И чуть что, становимся агрессивными. Тоже не подарочек. А ведь если она вдруг захотела бы стать оборотнем, ты же бы не возражал, а?

— Я бы лично ее обратил, — проворчал его собеседник.

— Вот именно! Вся эта условная вымышленная вражда между вампирами и оборотнями кем вообще придумана? Вон в конце улицы живет Джанет Пок, вообще мировая вампирша. Крутая леди из полиции. А Ван Голды? Папа очень уважает Эйдана. А муж Хэйли, мистер Масгрейв? Все они — наши друзья и прекрасные люди. Ну ок, нелюди, — развел руками Алан.

— Ты меня все равно не успокоишь.

— Я поговорю с ней. еще же ничего окончательно не решено. А если вдруг она станет злой агрессивной вампиршей, возьмем ее и укусим, — подмигнул парень и дружески пихнул Аргуса в бок.

Тот первый раз за вечер усмехнулся и обратил взгляд на окно.

Над городом поднималась серебристая растущая луна.

Глава 9. Правда

— Честно говорю, что не применяла никакого заклинания, позволяющего скрывать мысли от вампиров, — отрапортовала Диана, с надеждой глядя на мать. — Проверь мою ауру и убедишься.

Диди хмуро оглядела дочь и потребовала:

— Давай сюда палочку.

— Но мама… — попыталась запротестовать девушка, однако под непривычно тяжелым взглядом старшей ведьмы сдалась и покорно протянула ей изящный магический инструмент.

— Вот и славно, — спокойно подытожила Диди, глядя на то, как палочка растворяется у нее в руках, рассыпаясь в искрах. — Теперь она надежно спрятана до твоего возвращения. Одевайся, Эйдан ждет. Такси, кстати, уже подъехало.

Диана для вида обиженно засопела, но в душе ликовала. Откуда маме было знать про крошечный флакончик с прозрачной жидкостью, который дочь прятала в кармане? Она не только не скроет свои мысли от пугающего друга семьи, но и не позволит ему утаить собственные.

Спецслужбы еще со времен "холодной войны" использовали некое химическое вещество, позволяющее развязать язык допрашиваемому. Алхимикам же для этого не нужно было издеваться над чьим-либо мозгом. Для создания "сыворотки правды" требовалось несколько травок, которые безропотно нашел для подруги в горах Алан. Конечно, вездесущий Совет запрещал использование этого эликсира, но алхимия — не магия, шар Серены Дурвуд не выдаст Диану, а она узнает то, что ей необходимо знать.

Успокаивая себя таким образом в такси, девушка со страхом обдумывала, как она скроет от Эйдана тот факт, что собирается напоить его зельем правды. Подлить в напиток эликсир — дело нехитрое, но если ему удастся уловить то, что у нее в голове, вся затея пропадет, и он с позором отошлет ее домой. Где ей не только не дадут осуществить задуманное, но и, пожалуй, даже лишат ее ведьминских способностей.

Она попросила таксиста остановиться у соседнего особняка. Сделала несколько шагов и вдохнула морозного воздуха. Это как в анекдоте получается, не думать о белой обезьяне, в итоге только она и сидит у тебя в голове.

Диана остановилась в нескольких метрах от особняка Ван Голдов. Мысль, пришедшая в голову, казалась невероятно дерзкой и кощунственной. И гениальной.

Мамина палочка всегда лежит на подушке в алхимической комнате. На столике у подоконника. Диана зажмурилась и попыталась вызвать ее. Она прикасалась к ней столько раз, у нее получится… Лишь бы мама все еще готовила шарлотку и не поднималась в комнату…

На асфальт перед девушкой что-то упало. Диана, не веря удаче, поспешно подняла палочку Диди, испугавшись, что та могла повредиться. Торопливо пробормотала заклинание и телепортировала палочку обратно, молясь, чтобы та не врезалась в банку с лягушкой и не прибила какую-нибудь особо редкую долгоживущую бабочку.

Эйдан, конечно же, что-нибудь заподозрит. Но игра стоит свеч.

С этими мыслями Диана уверенно зашагала по дороге к дому вампира.

***

Эйдан открыл дверь, говоря с кем-то по телефону. Кивнул девушке и рукой указал ей проходить в гостиную. Диана, робея, начала снимать куртку, вампир ухитрился помочь ей одной рукой и даже повесил одежду в гардероб.

— Здравствуй! Извини, я заговорился… Будешь чай или какао?

— Чай, пожалуйста, — кивнула девушка. Мужчина скрылся по направлению к кухне, а она сжала флакончик в кармане джинсов. — Кто-то в дверь постучал, кажется… — растерянно сообщила она вампиру, когда тот вернулся с подносом.

— Да? Сейчас посмотрю, — отозвался он, ставя поднос с чашками и чайником на кофейным столик.

Диана подождала, пока он скроется из виду, лихорадочно вытащила флакончик, отвинтила крышку и дрожащей рукой вылила его содержимое в чашку, стоящую дальше от нее.

О Боже, о Боже, о Боже…

Пара капель сорвалась с крышечки и упала в чашку, предназначавшуюся девушке. Диана чертыхнулась, завинтила флакон и убрала в карман.

"Надеюсь, две капли маловато будет на мой вес".

— Странно, — слегка удивленный Эйдан вернулся в гостиную. — Никого не было. Тебе не послышалось?

Девушка пожала плечами.

— Ладно, — вампир присел на диван напротив нее, откинулся и принялся с любопытством ее разглядывать.

"Он будет пить свой чертов чай или нет?!"

— Знаешь, — заговорил Эйдан, улыбаясь лишь уголками губ, — тебе должны были запретить накладывать на себя заклинание, блокирующее чтение мыслей вампирами.

— Я-я не накладывала! — вспыхнула Диана. — Можете позвонить маме и спросить!

— Я шучу, — Ван Голд улыбался в открытую. — Твое сердце бьется с чудовищной скоростью. Ты так волнуешься, что наверняка не можешь ни о чем думать.

Диана испустила едва заметный вздох облегчения.

— Итак, — слегка наклонил голову вампир. — Ты хочешь присоединиться к нам. К Детям Ночи. Служить Тьме и быть ее частью. Испить полностью чашу кровавых грехов и соблазнов…

— Извините, — перебила его смущенная ведьмочка. — Но, по-моему, Вы чушь несете.

Эйдан расхохотался.

— Слава Всевышнему, ты адекватна в этом плане, как Диди и говорила, — посмеивался он. — Ты не представляешь, как вампирское сообщество замучили все эти не в меру ретивые поклонницы… Не знаю, чего они там начитались и насмотрелись, но найти бы этих авторов и вправить бы им мозги… Ну да ладно, — он отпил из своей чашки, и сердце Дианы ёкнуло. — Причина. Меня интересует, почему в тебе загорелось желание сменить сущность, и верны ли твои представления о существовании вампиров. Последнее, кстати, наверняка отличается от реальности.

У Дианы резко пересохло во рту, и она поспешно выхлебала всю чашку, забыв о двух каплях эликсира правды.

— Моя жена предполагает, что ты влюблена в вампира и хочешь прожить с ним долгую и счастливую жизнь. Разумеется, это твое личное дело, и ты имеешь право ни о чем не говорить, — продолжал Эйдан, наливая ей еще чая. — Но для полноты картины…

— Да, я влюблена! — выпалила Диана, не соображая, что именно ее на это толкнуло, — то ли нервы сдали, то ли две капли подействовали. — В Тристана.

Вампир замер, не донеся чайник до столика. Его расширившиеся глаза с удивлением уставились на ошалевшую от собственной честности девушку.

— В моего сына? — уточнил он.

— Есть еще знакомые Тристаны? — ответила Диана более вспыльчиво, чем планировала.

По виду Эйдана можно было сделать вывод, что вампир пытался собрать разбегающиеся мысли вместе. Теперь уже он осушил свою чашку до дна.

— Хм, ромашковый, что ли?.. Так, а он об этом знает?

— Не знает он ничего, — буркнула ведьмочка, разглядывая шнурки на ботинках. — Пока я не представляю для него никакого интереса.

— А когда станешь вампиром, думаешь, будешь представлять? — сделал заключение Эйдан. — Может, нужно сначала выяснить, стоит ли игра свеч?

Диана, казалась, была всецело поглощена изучением сложного переплетения ниток в шнурках.

— И вообще, не с его прошлым тебе пару составлять… — нахмурился вампир. Диана тотчас же отвлеклась от своей обуви:

— А что у него с прошлым?

Эйдан замялся.

— Он заработал себе весьма интересную репутацию…

— То есть? — с живым интересом ведьмочка подалась вперед.

— Спал со многими девушками и использовал их как доноров, — пояснил вампир, внутренне злясь на себя за неожиданно вырвавшуюся откровенность. — Извини, но лучше тебе не испытывать иллюзий по поводу моего сына.

— Эм… Но вроде бы Совет не разрешает пить человеческую кровь, — осторожно уточнила притихшая Диана.

— По взаимному согласию можно, — хмуро ответил ей Эйдан.

Так, тут не обойдешься одним ромашковым чаем, где виски? Но не будет же он пить при ней… Этот разговор ни к чему хорошему не приведет.

— А Вы так делали? — внезапно спросила девушка, с любопытством глядя на вампира.

— Как?

— Ну… пили кровь у доноров?..

— Не в таких масштабах, как Тристан, — еще сильнее нахмурившийся Эйдан налил себе вторую чашку чая.

— А… — Диана помолчала. Нужно было спросить об одной терзающей ее вещи, и она не знала, представится ли другая возможность. — А Вы… убивали?

Черные брови мужчины поползли вверх в изумлении.

— Убивал? — Эйдан отставил чашку. — Ты что, нет. Конечно, были довольно кровавые времена. Знаешь о Бриджпортской истории? Когда несколько кланов решили установить собственные правила в городе, и это привело к весьма трагичным последствиям? — Диана кивнула, и он продолжил. — Я из довольно древнего рода, вампирские семьи обычно воспитывают детей гуманистами, а то нам будет нечего есть, — то ли пошутил он, то ли нет. — Мы не убийцы. Человек ли ты, оборотень или вампир, ты всегда выбираешь, КАК питаться. А с появлением в прошлом веке кровавых плодов, необходимость пить кровь у людей вообще отпала.

— Я даже и не думала о человеческой крови, — серьёзно сказала Диана. — Кровавые плоды и точка. Вы правы, мы живем в гуманном веке, я надеюсь. И часто нужно… питаться?

— Где-то раз в сутки минимум. До определенного возраста вампиры могут вообще не употреблять кровь и спокойно существовать. Наверное, таким образом природа позаботилась о сохранении жизни наших детей…

— А зачем вообще вампирам пить кровь? И откуда они взялись?

Эйдан усмехнулся.

— А ты знаешь, откуда появились ведьмы? Оборотни? Феи? Человек? Нет. Никто не знает. Да это и неважно. Зачем пить кровь… У Зои есть теория баланса: сколько получаешь, столько отдаешь. Возможно, это расплата за наши способности. Жажда крови и высокая чувствительность к солнечному свету на одной чаше весов, долгая жизнь, возможность читать и чувствовать живых существ, навыки гипноза, высокая скорость и регенерация на другой…

— Гипноз? — удивилась девушка.

— Запрещено применять, — твердо проговорил Эйдан. — Честно говоря, в семье этому учат, а некоторые вампиры сами развивают этот дар, но его нельзя использовать для… одурманивания жертвы.

— Круто, — обозначила свое отношение к услышанному Диана.

Вампир так и не понял, что именно круто — гипноз или запрет, как ведьмочка продолжила:

— А почему вот, если есть кровавые плоды, Тристан, например, пользовался услугами доноров?

Эйдан торопливо принялся пить чай из чашки.

О Всевышний, только не это… А чай вроде не ромашковый…

К его счастью, как он успел опрометчиво подумать, у Дианы уже созрел новый вопрос.

— И вообще, разве есть разница, когда пьешь кровь у человека или ешь кровавый плод?

— Есть.

— Какая?

Вот же неугомонный ребенок!

— Существенная. Кровавый плод поддерживает твое существование. Употребление человеческой крови дает некоторые… гм… бонусы.

— Какие?

— Способности усиливаются. И начинаешь выглядеть моложе своих лет, — терпеливо пояснил Эйдан, хотя внутри у него все клокотало. — Поэтому не все вампиры стали вегетарианцами.

"Сам напросился в наставники, расхлебывай теперь".

Диана с интересом разглядывала его лицо, на котором отсутствовали какие-либо признаки старения.

— Значит, человеческую кровушку попиваете, ага! — весело произнесла она. — У вас сколько доноров?

— Один, — пытался оставаться невозмутимым Эйдан.

— Ух ты? А кто это?

— З-з-зои, — выдавил из себя вампир. — Это вообще-то личное, я не знаю, почему так с тобой откровенничаю…

— А ей больно?

— Не больно… И вообще, я редко этим злоупотребляю…

— Ей приятно?!

— Приятно, — сквозь зубы произнес Эйдан, вцепившись в диван.

Синие глаза не в меру любопытной ведьмы распахнулись.

— А как сделать так, чтобы донору было приятно?

— О Господи! — вампир откинулся на спинку дивана и страдальчески прикрыл глаза рукой.

— А, я знаю! — радостно воскликнула Диана. — У вас, наверное, как у клещей, выпускается это, как его, обезболивающее вещество! И можно без проблем впиться! А еще должна быть какая-нибудь психотропная штука, чтобы жертва была как в тумане, да?

Эйдан вновь расхохотался, но в его смехе послышались истерические нотки. Девушка сидела с крайне довольным видом.

— А может, Вы на мне все это покажете, чтобы я знала, как донор себя чувствует, и что надо делать?

Вампир подскочил как ужаленный.

— Боже мой! Все, с меня хватит!

— Мистер Ван Голд, успокойтесь! — засмеялась Диана. — Я же пошутила! И не собираюсь я никого кусать, Вы что!

Мужчина, обнаружив, что чай закончился, подошел к бару и налил себе виски.

— Понимаете, дело даже не в Тристане. И не совсем в том, что я хочу заполучить вампирские фишки. Да, я творческий человек, и мне это помогло бы очень в развитии и карьере. Но есть еще кое-что.

Вампир молча глотал виски.

— Это внутри меня, — сцепила руки в замок синеглазая ведьма. — Желание как осознанная необходимость. Как будто что-то меня толкает на этот шаг. Потребность. Может, дело в том самом балансе, помните?

Эйдану вроде бы полегчало, и успокоившийся вампир сел на один диван с девушкой, однако, держа приличную дистанцию.

— Я сообщу Диди, чтобы всю эту ситуацию держали под надзором. Ты знаешь, как будешь менять сущность?

Диана кивнула.

— С помощью эликсиров.

— Есть еще один способ, — задумчиво произнес Эйдан. — Сам вампир может обратить человека в себе подобного, но уже никто не помнит, как это делается… У оборотней с этим все проще… Значит, эликсир.

Его глаза серьёзно уставились на девушку.

— Есть одна сложность: превращение невероятно болезненно и длится трое суток. В прошлом веке моя кузина влюбилась в человека, он ответил ей взаимностью, и Совет разрешил ему превращение. После, я не преувеличиваю, трехдневной агонии, он был настолько измучен и зол, что немедленно потребовал излечения.

— А как же Ваша кузина?

— Расторгла помолвку, уехала в Италию и вышла там замуж. За вампира. До сих пор дружим семьями. Ты поняла меня? Взрослый мужчина не смог выдержать превращения, а ты всего лишь хрупкая девушка…

— Это уже не Ваша забота, — попыталась сказать Диана как можно вежливее. — Я справлюсь. Спасибо Вам. Кстати, мистер Ван Голд, — ее глаза лукаво сощурились, — Вы с мамой иногда с такой теплотой упоминаете друг друга… У вас был роман?

— Не было, — тяжело вздохнул вампир.

— А что было? — девушка коварно не желала менять тему.

— П-п-п… прошлое пусть остается в прошлом, — с облегчением уклонился Эйдан. — Не было ничего такого, что тебе нужно знать.

Диана какое-то время пристально смотрела на него, гадая, закончилось ли действие эликсира, или вампир и вправду ей не лжет.

***

После ухода девушки Эйдан еще какое-то время цедил виски, бездумно глядя на оставленный на столике чайный набор, пока его слух не уловил, как во входной двери шевельнулся ключ. Зои вернулась домой, ее супруг принял у нее шубку и вдохнул аромат духов, исходящих от холодного меха.

— Как прошла беседа с юной мисс Браун? — полюбопытствовала ведьма, отправляясь с мужем в гостиную.

— Весьма содержательно. Она мне чуть душу не вынула, — честно признался Эйдан и обнял жену. — Милая, что доктор сказал? У тебя все в порядке?

— Да, — на лице Зои появилась лучистая улыбка. — Я жду ребенка.

— Какого ребенка? — не понял тот. — еще кто-то придти должен?

Ведьма рассмеялась.

— Нашего ребенка. Общего.

— Как общего?

— Эйдан, я беременна. Милый, ты чего?

Мужчина опустился на диван, в шоке глядя на Зои.

— В смысле? Как? Правда? Но я думал…

— Что слишком стар для этого? — поддразнила его рыжеволосая ведьма, взъерошивая черные волосы. — Сколько тебе лет в переводе на человеческий? Все еще сорок с хвостиком? Да, дорогой, ты станешь папой в третий раз. Кстати, доктор велел мне принимать железо, — подмигнула ему она. — Ты в ужасе?

— Я просто… — с трудом сглотнул Эйдан и вновь обнял свою жену. — Я просто не знаю, чем заслужил такое счастье.

Глава 10. Сны

Один пропущенный звонок от Алана. Диана вздохнула и убрала телефон в карман. Бедный Алан никак не мог смириться с тем, что она решила сменить сущность, считал все это простой шуткой. Парня не убедило даже собственное присутствие еще на нескольких встречах с представителями вампирского сообщества. Надо же, в этом подземелье ловит сеть…

— Ты где там? — донесся до нее голос Диди. Диана повернулась и зашла в комнату с открытой дверью.

Книги, книги, множество книг в бескрайних рядах полок, которыми были заставлены все стены. Ведьмам были нужны некоторые пособия для создания эликсира. Диана настояла, что будет варить его сама. Диди, естественно, не согласилась, заявив, что станет контролировать процесс.

— Где-то здесь… — главный алхимик города сосредоточенно рассматривала корешки книг. — Ага, вот эти три томика на четвертой полке. Там говорится об ингредиентах.

— Это все домой тащить? — Диана воззрилась на литературу с нескрываемым ужасом. — Почему это до сих пор не оцифровали?

— Можешь и здесь просматривать и делать выписки, читальный зал рядом. И не вздумай фотографировать или еще как-то "оцифровывать", эти сведения не должны быть в свободном доступе.

— Брось, мам, в Интернете просто дофига рецептов всяких зелий, — фыркнула юная ведьма.

— Угу, и кто их придумывает? 99 % этого — шарлатанство.

— Дамы, вы здесь? — в коридоре зазвучал голос Серены Дурвуд. — Диди, можно тебя на пару слов?

— В общем, ты тут осваивайся, — велела миссис Браун, — а я пока отойду.

***

— Вам понадобится кровавый камень для эликсира, не так ли? — говорила Серена, идя вместе с Диди по освещенному холлу. — У нас есть он в запасах, и раз уж Совет и вампиры дали добро на это безумие, — она на секунду нахмурилась, — пожертвуем немного алмазной пыли. Кстати, я так и не разобралась, это на самом деле гранат или рубин? — задумчиво произнесла она, отпирая дверь хранилища.

Диди ахнула, пошатнулась и схватилась за косяк.

В небольшой комнате в нескольких шкафах и на множестве полочек сияли радужной россыпью драгоценные камни. В том числе сине-фиолетовые редкости, которые бы ведьма узнала из тысячи. Танзанит. Обработанные камни, неотшлифованные, более тусклые экземпляры, кучки крупной алмазной пыли. Они занимали чуть ли не целый шкаф.

— Удивлена? — Диди перевела ошарашенный взгляд на Серену, стоявшую, скрестив руки на груди. Блондинка придвинулась к ней ближе. — Неужели ты думала, что мне неизвестно о твоем маленьком предприятии? Хотя как сказать маленьком, я прекрасно осведомлена о твоем доходе.

Диди в изумлении рассматривала танзанит. Под каждым камнем был приклеен ярлык с датой. Видимо, с датой его добычи. Большинство камней оказались в хранилище раньше того дня, когда ей удалось приготовить "Фонтан молодости".

— Я убью Джоу, — сорвалось с ее губ.

— Диди! — Серена положила ей руку на плечо. — Почему ты не обратилась ко мне за помощью, когда решила сварить эликсир? Ты же истратила весь магический резерв, он наверняка потом долго восстанавливался. Почему не попросила?

Диди перевела по-прежнему потрясенный взгляд на миссис Дурвуд.

— А вы бы поделились со мной ради моего сугубо эгоистического желания продлить себе жизнь? Сомневаюсь.

— Боже мой, дорогая! Сколько лет ты уже живешь здесь? И до сих пор не научилась доверять людям? Доверять Совету? Мы же единое сообщество, мы бы помогли тебе, — укоризненно вещала Серена под недоверчивым взглядом коллеги. — Так что теперь это, — обвела она руками полки, — в твоем распоряжении. Естественно, при условии, что часть гонорара будет поступать в Совет.

***

— Чего вы там так долго? — Диана уже успела запихать книги в сумку. — Я надеюсь, мы домой на такси?

— Ты езжай, а мне надо еще задержаться, — сообщила ей Диди.

— Мам, да я заблужусь здесь!

— Тебя Серена проводит, — ведьма терпеливо выпроводила дочь из библиотеки.

Передав Диану в руки миссис Дурвуд, Диди повернулась и вгляделась в полумрак дальней части коридора. Холл не разветвлялся, поэтому она с легкостью дошла бы до необходимого ей помещения.

Она спускается по каменным ступеням вниз. Что там ждет ее, кромешная тьма? Но факелы освещают ее путь. Можно заметить, что огонь, который в них горит, магический. Что заставляет поддерживать здесь энергию? Материал, из которого возведены стены?

Тупик. Лишь большой старинный стеллаж с древними томами возвещает о конце ее пути. Она медленно обводит взглядом корешки книг. Здесь нет того, что она ищет.

Она помнит эти книжные полки. Несколько лет назад ее провела к ним Глава Совета. Это не библиотечные фолианты, тесно прижавшиеся друг к другу на полках. Это дверь.

Диди четко осознавала, что во сне доходила до потайной двери, которая казалась шкафом. Знала, какую именно книгу надо вытащить, чтобы дверь открылась. Помнила, потому что этот сон регулярно приходил к ней. Такую настойчивость не стоило игнорировать.

Свечи не горели за несколько метров до предполагаемого помещения. Диди создала небольшого магического светлячка, подвесив его в воздухе, и спокойно дошла до того самого стеллажа.

Рука почти машинально нашла нужный фолиант, как внезапно действие заклинания закончилось. Диди продублировала его, создав новую вспышку, и наклонила том.

Тяжело, со скрипом дверь отворилась. Светильники в помещении автоматически загорелись. Ведьма какое-то время привыкала к более яркому освещению, затем повернулась по памяти налево и практически уперлась в смутно знакомый сервант.

Значит, именно здесь и хранятся рецепты эликсиров высшей степени сложности? Между томами был зазор, соответствующий ширине книги, которую им с дочерью выдала Серена. Видимо, отсюда она и вытащила рецепт приготовления "Укуса вампира". Но сейчас Диди интересовал другой фолиант.

Пухлый потрепанный томик с золотым переплетом и пожелтевшими страницами. Она так часто брала его в руки во сне, что запомнила все тактильные ощущения. Дотронувшись до книги в реальности, Диди даже вздрогнула оттого, что на какое-то мгновение ей перестало казаться, явь ли вокруг нее, или она спит.

Ведьма бережно уложила том в сумку, закрыла створки серванта и вышла из помещения. Потайная дверь медленно повернулась вслед за ней.

***

Дом Флоры Гудфеллоу поражал. Жилища фей в Мунлайте, казалось, строил некто средний между Гауди и иллюстратором сказок. Увитый плющом, каким-то чудом уместившийся на вершине холма белый особнячок можно было разглядывать бесконечно, чем Диди и занималась последние десять минут. Поэтому ведьма даже слегка испугалась, услышав мелодичный голос:

— Диди Браун? Здравствуй, дорогая, я очень рада с тобой познакомиться.

Причина неслышного появления Флоры заключалась в том, что она практически висела в воздухе, удерживаемая огромными крыльями, сотканными из белого сияния. Поначалу ведьма даже не смогла их толком разглядеть. Матриарх фей заслуживала не меньшего внимания, чем волшебство за ее спиной. Никто не знал, сколько ей лет, вернее, сотен лет, но на свой возраст Флора выглядела просто очаровательно.

Диди поздоровалась и последовала за матриархом по крутым ступенькам к входной двери. Фея поразительно быстро взлетела по лестнице, ведьма же слегка запыхалась, дойдя до конца.

— Чаю? — улыбнулась Флора.

— С удовольствием, — ответила Диди, с любопытством осматривая уютную кухню.

Фея поставила перед ней довольно большую чашку, и ведьма с интересом вдохнула аромат напитка. Какие-то знакомые травы, земляника и что-то еще, весьма приятное.

— Вересковый мед, — пояснила фея, занимая свое место за столом. — Сказки и легенды предостерегают людей пить его из рук фей. А ты не боишься?

Диди никогда не призналась бы, но она робела даже тогда, когда просила аудиенцию у матриарха. Гудфеллоу и другие феи тратили невероятно много времени и усилий, чтобы поддерживать природу города и окрестностей практически заповедной. Отвлекать их от этого занятия казалось ей кощунством.

— Мне нужна Ваша помощь по одному вопросу, — Диди обхватила руками чашку с превосходным напитком. — Я уже обращалась к вашей семье, но они посоветовали… не заморачиваться.

— Пип и Далия такие юные, — снисходительно ответила Флора. — Откуда им знать разгадки сложных вещей? Ты правильно поступила, придя ко мне. Я помогу тебе, чем смогу.

Диди вовсе не считала среднее поколение Гудфеллоу юными, но древнему матриарху было виднее. Поэтому она просто начала рассказывать.

— Уже лет тринадцать, наверное, мне снятся необычные сны. Разные, но связанные с одним и тем же. Я так чувствую. И они повторяются. Мне снится, что я варю странное зелье, — ведьма слегка запнулась, — розового цвета. Даже иногда снится весь процесс, включая измельчение ингредиентов. А позже прибавился еще один сон. Будто я спускаюсь в наше Хранилище древностей и нахожу там вот это.

С этими словами она полезла в сумку и достала оттуда фолиант с золотым переплетом.

Флора восхищенно ахнула при виде книги. Спросив разрешения, она бережно взяла томик и принялась разглядывать его со всех сторон.

— Как Вы видите, на корешке и обложке присутствуют только руны. Я когда-то учила их, мне нужно было для занятий магией, но это какой-то совсем древний алфавит, я не все понимаю.

— О да, — Флора любовно провела ладонью по обложке. — В этой книге подробно рассказывается о том, как создать "Волшебное благословение".

— Что это?

— Это, моя дорогая, — ласково поглядела та на Диди, — зелье, позволяющее дать человеку крылья. Сделать его одним из нас.

Ведьма открыла рот.

— Ты пей чай, — посоветовала ей Флора. — Остынет. Вкус уже будет не тот.

Диди послушно пригубила напиток и чуть не застонала от восторга.

— Вкусно? Я дам тебе рецепт. А мед можно найти у нашего общего друга мистера Тимбли. Если Маригольд не сожжет ульи, после того как ее в тысячный раз покусают пчелы, — тяжело вздохнула фея. — Ну да мы не об этом. Итак, моя дорогая, вот уже тринадцать лет ты готовишь во сне это зелье. Совершенно непрозрачный намек, не правда ли?

— Вы считаете нужным, чтобы я сварила этот эликсир? — недоверчиво поинтересовалась Диди.

— Когда природа так долго пытается до тебя докричаться, ты не можешь отвернуться от нее. Ты ведь и сама так чувствуешь в глубине души, не правда ли?

— Вы думаете, это природа? — слегка нахмурилась Диди. — Серена Дурвуд сказала, что кто-то насылает на меня эти сны.

— О нет, — покачала головой Флора. — Среди нас не осталось тех, кто умел это делать. Они все ушли… — она вновь вздохнула. — Ведьмы — проводники и медиумы, вам дана возможность предвидения, а во сне природа говорит с вами. Наш же народ может непосредственно общаться с ней. Ты же сейчас главный алхимик города, никто кроме тебя не сварит это зелье.

Диди помолчала, смакуя чай и делая маленькие глоточки.

— Для кого же оно предназначается?

— Пока ты этого не увидела, сие остается тайной, — с улыбкой поведала ей фея. — Всему свое время. Я помогу тебе, как и обещала. Я переведу книгу. Конечно, это займет достаточно времени, но мы же не спешим, правда?

— Но Серена…

— Серена — одна из тех ведьм, что игнорируют зов природы, — вежливо, но твердо сказала Флора. — Они думают лишь о том, как продлить молодость и нажить состояние. Меня радует, что новая Глава магов не пошла в своих родных предшественниц. У девочки нет предрассудков, ее ум и сердце открыты. Поэтому далеко не всем стоит знать о нашей небольшой тайне, ведь так?

***

Вокруг темнота. Неизвестный источник дает недостаточно света, чтобы разглядеть цвета. Диана осторожно ступает по прохладным каменным плитам босиком. Обнаженная кожа покрывается мурашками.

Бескрайний бассейн теряет свои границы во мраке. По воде слегка прокатывается рябь. Вода манит, обещая покой и наслаждение.

Диана делает еще пару робких шагов. От бассейна доносится запах. Приятный и сладковатый, с металлическими нотками.

еще пара движений, и ее ступни коснутся воды. Нужно отважиться и войти. Что она и делает.

Жидкость в бассейне слишком густая для воды. Запах усиливается, кажется, что он пропитывает каменные стены.

Где-то в вышине восходит полная луна. Серебристый свет заливает бассейн. Теперь становится понятно: он наполнен не водой. Кровью.

***

Диана резко очнулась, обнаружив себя лежащей на полу. Пальцы правой руки сжимали кисточку, ладони были перепачканы краской. Девушка поднялась, разминая затекшие конечности. Бросила взгляд на картину и вздрогнула.

Свежая красная краска, хаотично перемешанная с черными полосами, покрывала весь холст.

— Что со мной не так? — прошептала девушка, с содроганием разглядывая свое творение.

Как бы ни хотелось этого, пришлось признаться себе в том, что она опять рисовала во сне. Диана слышала о том, что некоторые особо чувствительные люди ходят при полной луне и буквально спят на ходу. А она, не просыпаясь, пишет пугающие картины.

Холодная вода слегка успокоила и ободрила, добавив румянца на непривычно бледную кожу девушки. Удалось даже оттереть краску с ладоней. Диана задумчиво проводила взглядом потоки красной воды, стекающие по раковине. Про себя она решила, что пора либо отвлечься на время от вампирской темы, либо ускорить процесс. Что-то в глубине души подсказывало, что чаша весов склонялась ко второму варианту.

Из ванной комнаты Диана вышла к завтраку посвежевшая и с полуулыбкой на лице. Аргус уже уехал в госпиталь, лишь Диди медленно помешивала кофе, сидя за столом.

— Папа избегает меня, — грустно произнесла Диана, усаживаясь на стул.

— Он не смирился до конца, да и я тоже, — ответила ей мать, пододвигая банку с джемом к ней поближе.

— Пусть радуется, что я сущность меняю, а не ориентацию, — хмыкнула Диана, наливая себе кофе.

Диди фыркнула.

— Я не знаю, был ли бы он рад при обратном раскладе… Сегодня у тебя есть занятия в галерее?

— Нет, мы же решили начинать готовить эликсир, я хочу не затягивать с этим.

— Перевоплощение произойдет не раньше, чем ты закончишь школу, — отчеканила Диди. — И вообще, тебе надо готовиться к поступлению на художественный факультет. Или все-таки журналистика?

— Рисовать мне больше нравится, — мотнула головой девушка. — Да я как раз за лето оклемаюсь и успешно поступлю, и никого не съем, вы все раздуваете из мухи слона.

— Ну да, ну да…

Завтрак продолжался в тишине, пока Диди не рискнула спросить:

— Ты ничего не хочешь мне рассказать?

— Ты о чем? — поинтересовалась Диана, облизывая ложку с джемом.

— Ты не утаиваешь от меня ничего важного? — ведьма пристально посмотрела на дочь. — Проблемы в отношениях с кем-нибудь, страхи, ночные кошмары, странные сны?

Диана отложила ложку в сторону и отпила кофе.

— Ну что ты, мамочка, все в порядке.

Глава 11. Повороты

— Я не сдам этот чертов тест, — Алан с отчаянием отшвырнул учебник в сторону.

— Не преувеличивай, ты способный мальчик, — Исмаэль отложил в сторону журнал о бизнесе. — Просто ты не задумывался, что у тебя перенапряжение? Иди прогуляйся. Или побегай где-нибудь.

Алан отъехал на стуле от стола и потянулся.

— И что ты решил с университетом?-

— Ну… — протянул юноша, покрутившись на сиденье. — Тот, куда Диана будет поступать.

— Гм, понятно. Факультет?

— Бизнес.

Чуть позже, когда сын выйдет из комнаты, Исмаэль станцует джигу, но в тот момент мужчина лишь широко улыбнулся.

— Отличный выбор! Я никогда не сомневался в тебе, сын. Кстати, — вкрадчиво спросил мужчина, — ты уже пригласил мисс Браун на выпускной бал?

— Пригласил, — буркнул Алан, не поднимая глаз.

— Хорошо… Может, стоит проявить чуть побольше инициативы, вам же не десять лет уже…

— Папа!

— А что? Ты только отгоняешь от нее потенциальных соперников, но ни разу не попытался взять то, за чем стремились они.

— Пап, ну перестань, — Алан умоляюще посмотрел на отца, тот примиряющее поднял руки. — Она еще и вампиром скоро станет…

— А ты имеешь что-то против того, что юная леди обзаведется маленькими клычками? По-моему, это весьма пикантно.

— Все, я пошел бегать, — резко поднялся Алан.

Исмаэль, посмеиваясь, вновь взялся за журнал.

***

— Почему наша дочь не может быть одной из этих нормальных девчонок, которые заботятся только о том, какое платье на бал выбрать? — проворчал Аргус, запихивая рубашку в чемодан.

— Она уже выбрала платье, — Диди мягко отобрала у него вещи и начала складывать их сама. — И кавалер у нее имеется, как хорошо, что они не рассорились с Аланом из-за ее решения.

— Тебе необязательно ехать со мной, — настроение оборотня не улучшалось. — Ты помнишь, что эта сладкая парочка натворила в прошлый раз? Мне страшно оставлять их вдвоем.

— Так, — остановила его Диди. Ее руки скользнули по его плечам. — Я хочу поехать с тобой на эту конференцию. Приглашение на двоих. И вообще, давай проведем время только вместе, разве тебе не хочется?

— Но…

— Они усвоили урок, милый. Давай дадим им еще один шанс.

Конференция врачей проходила в одном из крупных городов штата. Даты проведения совпадали с выпускным балом в школе, и поначалу Аргус не желал пропускать это событие. Диди удалось уговорить его, напомнив о том, что на конференции соберутся медицинские светила, известные профессора и выдающиеся доктора. К тому же, как считала ведьма, главным было то, что они уже присутствовали на вручении диплома, а встречать ребенка с бала было бы необязательно.

Аргус был категорически против ее идеи, постоянно припоминая те выходные, когда они оставили Алана и Диану наедине. Его слегка успокоили два факта. Первый: юный оборотень ни за что бы не допустил повторения ситуации. Второй: Диана уже прошла первый этап на пути к обращению в вампира, приняв зелье, лишившее ее магических способностей.

-

***

— Милый, не переживай так, краска смоется. Попробуй оливковым маслом, — Эмили Дурвуд говорила по телефону, одновременно оглядывая галерею. — Все будет в порядке, не переживай. Целую.

— Что-то случилось? — нахмурился Тристан, вынырнувший из подсобного помещения.

— Ральф случайно измазался краской дома, и Зак пытается его отмыть, — сообщила ему сестра. — Братик, это так здорово!

— Что здорово? — опешил вампир. — Что малыш измазался краской?

— Нет, глупенький, я имею в виду твою работу здесь! Такая красота! — она всплеснула руками. — Все это освещение, все украшения! Я в восторге! Ты лучший брат на свете! Ну и оформитель тоже.

— Все как по проекту, который ты мне дала, — пожал плечами Тристан. — Кстати, надо еще кое-что проверить, сейчас вернусь.

Он чмокнул сестру в румяную щечку и скрылся обратно в подсобке. Эмили же перевела взгляд вперед и выцепила из присутствующих хрупкую медововолосую фигурку.

— Зои, ты со спины как будто и без такого пузика, — восторженно проговорила блондинка, беря подругу под локоток.

— Ага, но если повернусь — сюрприз, — улыбнулась ведьма.

— Ты нормально себя чувствуешь? — обеспокоенно спросила Эмили. — Не хочешь присесть?

— Нет, я в порядке, — отмахнулась от нее Зои. — Даже можно сказать, что чувствую себя прекрасно. Видишь, молочный коктейль пью.

— Это я специально для тебя заказала, — гордо призналась ее подруга. — Там еще вишневый вкусный очень, попробуй.

— Обязательно. Я бы и минеральной водой обошлась, но спасибо. Мне очень приятно.

— А где папа? Как это он впервые оставил тебя одну?

— Мы же приехали с Исмаэлем, — пояснила Зои. — Дэвид с Хэйли в отъезде, так что Эйдан использует каждую возможность, чтобы уговорить того не строить клуб, а вложить деньги в другой проект. Сегодня решил убедить его открыть еще одну галерею.

— Думаешь, сработает? — скептически подняла бровь Эмили.

— Исмаэль выслушает его как обычно, а потом вежливо откажется. Использует ту же тактику, что и Эйдан с ним, — ведьма оглядела потолочные украшения и вздохнула: — Как красиво. Когда она уже приедет?

— Да вот уже скоро должна, — Эмили взглянула на часы. — Я тоже по ней соскучилась.

— Это же все ее заслуга. Ну и Тристана, конечно, — поправилась Зои и, указав взглядом в сторону подсобки, понизила голос: — Как ты думаешь, никаких взрывов не будет?

— Нет, конечно, — беззаботно ответила ей Эмили. — Столько лет прошло, все уже остыли.

— Все наладил, теперь все идеально, — из подсобки вновь появился Тристан. — Можешь выдохнуть, сестрица. Привет, Зои, — кивнул он рыжеволосой ведьме и внезапно застыл.

— О, вот и она, — весело воскликнула Эмили и помахала кое-кому впереди.

Бриллианты сверкают в ушах, блестящие шоколадные волосы спускаются на плечи, светлая ткань платья удачно сочетается со смуглой кожей. Белозубая улыбка; так улыбаться может лишь она, — только губами, не глазами.

— Бет… — послышалось от потрясенного Тристана. Эмили предупредительно сжала его руку.

Экс-миссис Ван Голд, а лет пять как уже вновь Рейган, расцеловалась в щеки с подругами и только после этого обратила внимание на бывшего мужа.

— Здравствуй, Тристан, — а в зеленых глазах ни тени холода, только тепло.

Тристан подхватил бокал шампанского с подноса у проходящего мимо официанта.

— Давно не виделись.

— Да уж, это точно. Прекрасно выглядишь.

— Ты тоже… — как это, бокал уже пуст?

Эмили и Зои переглянулись.

Она и впрямь подозрительно хорошо выглядела. Тристан привык, что женщины в семьи принимали какое-то продлевающее молодость зелье и практически не старели. Но почему же Бетани так же, черт ее побери, красива, как и в их прошлом? Инъекции, пластическая хирургия? Она могла бы, с ее вечным стремлением к совершенству.

— А где Эйдан? — встрепенулась она. — Хочу с ним поздороваться.

— Пойдем, провожу, — Зои бросила косой взгляд на Эмили, уводя Бетани за собой.

***

Сегодня или никогда. Сегодня или никогда.

Выбор казался Алану совершенно жестоким и надуманным, но необходимо было поставить себе какие-то рамки, крайний срок. Отец прав, еще немного, и у него не останется шансов. Уже сегодня на балу кто-нибудь спокойно может увести ее. Даже с учетом того, что он не оставит Диану ни на минуту одну. Хотя вряд ли кто-то осмелится подойти, учитывая тот случай с Гатором. Алан непроизвольно скрипнул зубами и сжал кулаки. Тут же, охнув, разжал, вспомнив о браслете. Цветы, к счастью, не помялись.*

Факт, который его мучал и не давал решиться на активные действия, был стопроцентно верным и безжалостным. Она относится к нему как к другу. Значит, его ждет смущение, сочувствующая улыбка и "Прости, но я не испытываю к тебе того же". А потом Диана наверняка начнет его избегать. Лучше уж оставить все, как есть.

"Я не трус, я реалист".

— Я готова! — послышалось откуда-то сверху. — Может, я все-таки в кедах поеду?

— Ты с ума сошла? — изумился Алан. — Какие кеды к вечернему платью?

— Я не дойду в шпильках до машины по траве, — обидчиво крикнули в ответ.

— Я донесу тебя на руках, — самоотверженно предложил оборотень и затаил дыхание.

И почувствовал себя героем глупого романтического фильма в сцене, когда героиня величественно спускается по лестнице, он берет ее на руки, и они сливаются в страст…

"Вот ерунда в голову иногда лезет!", — возмущенно подумал Алан и потряс этой самой головой.

Судя по цокоту каблуков, спускалась Диана очень медленно и осторожно. На середине спуска до парня досадливо донеслось:

— Как я не догадалась взять кеды с собой и в машине переодеться!

— Спускайся уже, — буркнул Алан. — Или туфли сними.

— Я не могу их снять прямо сейчас!

Когда Диана начала приближаться, у оборотня отвисла челюсть. Платье было шикарным, из синего шелка, но просто вопиюще, возмутительно, провокационно, до смешного коротким.

— Ты с ума сошла? — вырвалось у парня. — Ты в этом поедешь?

Девушка поглядела на него как на умственно отсталого.

— Ты сейчас же возвращаешься наверх и надеваешь что-нибудь длиной до пят!

— Спасибо за совет, папочка, — фыркнула Диана. — Тебе не нравится? Ой, это что, корсаж?

Ее взгляд упал на ленточку, которую парень держал в руке.

— Ага, — переключился Алан, не знающий, что ответить на первый вопрос. — Я же повезу тебя на бал, по традиции хочу подарить. И не только по традиции…

— Как здорово! — восторженно перебила его Диана, протягивая руку. — И прямо под цвет платья получилось!

— Под цвет глаз, — поправил ее Алан, осторожно закрепляя браслет из ленты и цветов у нее на запястье.

Девушка полюбовалась получившимся и, схватив сумочку, потянула оборотня за собой.

— Поехали, а то и так опаздываем. Закрою дверь, и на крыльце ты возьмешь меня на руки.

***

Тристан молча цедил бокал шампанского, счет которым он давно перестал вести. От нее не спрячешься. Она везде, назойливо напоминая о себе своим смехом, своим запахом, не духов, которые раньше можно было учуять за три метра, а каким-то более тонким, похожим на ореховое пралине.

Сейчас Бетани стояла в нескольких шагах от бара, о чем-то счастливо щебеча с улыбающейся Зои. Иногда она пыталась проделать странные манипуляции с ее животом: трогала и даже слушала его. По мнению Тристана, это был страшный неадекват, хотя он сам позволял себе такие нежности с сестрой, когда она была беременна Ральфом. Позволял, когда никто не видел. И часто возился с племянником. И иногда в шутку кусал его за пяточки. Когда никто не видел, конечно же.

— А нет чего покрепче, виски, например? — осведомился Тристан у хмуро взиравшего на него бармена.

— Ваша сестра распорядилась не наливать Вам крепких спиртных напитков, — сухо ответил тот, откупоривая очередную бутылку игристого вина.

Убийственный взгляд, отправленный в сторону неподкупного бармена не помог. Пришлось приканчивать бокал.

В плечо неожиданно крепко впились пальцы с острым маникюром.

— И какого лешего ты здесь сидишь и надираешься? — раздался за спиной недовольный голос Эмили.

— Оставь меня в покое, — проворчал Тристан.

— Нет, не оставлю. Все было нормально, что стряслось вдруг? Куча гостей, культурное мероприятие, — нетрезвый оформитель в это не вписывается.

— Ничего не стряслось, дай мне посидеть и отдохнуть, сестра.

— Я слежу за тобой, — угрожающе прошептала Эмили, склонившись к его уху.

Она выпрямилась и направилась к подругам. Бет оторвалась от Зои, наконец, и послала в сторону Тристана странный обеспокоенный взгляд. К ней тут же подлетели общие знакомые, наперебой восхищаясь проектом оформления галереи.

— Друг, ну налей мне виски, тебе трудно, что ли? — вновь обратился вампир к церберу по ту сторону барной стойки.

— На Вашем месте, я бы не смешивал… — выразительно поднял бровь тот.

— Слушай, — заговорщически понизил голос Тристан, — давай ты сейчас просто дашь мне целую бутылку, и я уйду тихо себе пить в подсобку. И никак не испорчу сестре вечер. А про виски мы ей ничего не скажем.

***

Когда они прибыли в школу, веселье уже шло полным ходом. В середине зала под громкую зажигательную музыку прыгал их общий друг Квентин Фицджеральд, окруженный визжащими девчонками. Несмотря на шпилько-платформенные копытца, выпускницы активно двигались. Диана сконфуженно признала поражение и плюхнулась на стул у свободного столика.

— Что будем есть? — спросил Алан, пристраиваясь рядом.

Мимо проплыл тот самый блондинистый бюст третьего размера, одаривая Диану презрительным взглядом. Девушка насупилась и воткнула вилку в ближайшую закуску.

— Первый раз жалею, что я больше не ведьма, — мстительно проговорила она. — Такую фифу только в жабу превращать.

— Ди, не парься, — слегка толкнул ее локтем Алан. — Давай налопаемся креветок. Смотри, какой коктейль, как думаешь, из чего он?

***

В подсобку постучали. Подавать голос Тристану совершенно не хотелось. Но, видимо, визитеру и не требовалось услышать разрешение, потому что дверь толкнули и вошли, заявляя о себе цокотом каблуков.

— Черт, ты все-таки меня поймала… Ну только не ори, сестрица.

— Боюсь, мне придется выдать тебя Эмили, — улыбку в ее голосе можно было услышать. Тристан резко крутанулся на стуле, умудрившись не расплескать виски. Хотя там оставалось полбутылки, так что вероятность этого неприятного события была невелика.

— Ты что тут делаешь? — сфокусировал он свой взгляд на Бетани.

Она переступила с одной ноги на другую, прикрыв дверь.

— Мне показалось, что у тебя испортилось настроение, ты весь вечер сидел в баре и выглядел каким-то хмурым. Пришла проведать.

— О, ты все время следила за мной?

Бетани снова улыбнулась.

— Эмили не заметила, что ты ушел из бара с бутылкой, а я не могла оставить это без внимания.

— А почему бы вам всем не оставить меня в покое? — патетически воздел руки к потолку Тристан. — Тебе вообще должно быть на меня плевать. Мы чужие люди давно.

Улыбка исчезла с ее лица.

— Мне не плевать на тебя.

— Напился и напился. С кем не бывает. Может, у меня повод есть.

— Какой повод?

Вампир еще раз крутанулся на стуле и отпил прямо из горлышка.

— Призрака увидел.

— Ну это для Мунлайта норма, поводом не считается. И как же выглядел этот призрак?

Тристан поболтал темной жидкостью в бутылке.

— Ну как… Такой знакомый, из прошлого…

Бетани помолчала, затем тихо скрылась за дверью.

***

Естественно, в середине вечера Алану пришлось отлучиться на какое-то время. Казалось, Диана совершенно не желала принимать участие в веселье, мрачно ковыряя вилкой еду и не обращая малейшего желания на шампанское. Тем больше было удивление парня, когда он обнаружил ее сидевшей на полу в коридоре, прислонившись к стене.

— Ди, тебе плохо? — бросился он к ней. — Что случилось? Тебя тошнит?

Она помотала головой, черные пряди свесились ей на лицо.

— Это алкоголь? — Алан поспешно убрал волосы с ее лица, вглядываясь в покрасневшие глаза девушки. — Ты что-то приняла?

— Нет, — выдавила она. — То есть, да, но это не то, что ты думаешь.

— В смысле? — потрясенно спросил он. — Что именно?

— Эликсир…

— Тот, который лишает магических способностей? Так это было давно, и вряд ли…

— Не его…

Алан выпрямился во весь рост. Проглотил комок, образовавшийся в горле.

— Какой, черт возьми, эликсир ты выпила?

— Тот самый, — подняла на него глаза Диана. — Я не хотела больше ждать. Он был готов. Я готова.

— Т-ты о чем? — отшатнулся парень. — Нет, Ди, ты же не полная…

— Дура? Увы. Я думала, действие начнется позже, — она зажмурилась и прижала руку ко лбу. — Немного ошиблась в расчетах…

— Немного ошиблась?! — повысил он голос. — Ты все-таки сделала это? Дождалась, пока все уедут, чтобы ни оставить им ни единого шанса помешать тебе?

— Все уже решено, Алан. Зачем мешать? Я столько готовилась…

— Нет, — он вновь бросился к ней. — Черт, ты такая ледяная… Так, надо что-нибудь тебе дать, чтобы тебя вырвало, что ли. И я звоню твоим родителям.

— Нет! — она вцепилась в его руку холодными пальцами. — Не вздумай! И уже слишком поздно для каких-либо мер. Просто отвези меня домой…

— Черт тебя побери, Ди! — взорвался парень. — Я тебя сам готов сейчас убить!

— Не кричи на меня, — Диана вновь зажмурилась. — Мне и так плохо.

Алан впечатал кулак в стену, не заметив, как девушка вздрогнула. Выругавшись, он поднял ее на руки и понес к выходу.

***

Уложив девушку на кровать в ее спальне, оборотень вышел в гостиную. Насколько он помнил, на одном из столиков лежала телефонная книга с номерами друзей и знакомых семьи. Дэвид Масгрейв был в отъезде, полицейская из соседнего дома, леди-вампир Джанет, была на дежурстве. Оставались Ван Голды, однако, оба не брали трубку. Как и отец.

Диди с Аргусом, как сообщил электронный голос, "отключили телефоны или находились вне зоны доступа". Алан швырнул мобильный. Он знал, где находилась аптечка, в том числе магическая, но не представлял, что именно могло бы помочь. Или вообще остановить процесс.

— Надо позвонить в Совет, — зашел он в спальню. — Дома есть излечивающий эликсир?

— Нет! — приподнялась Диана. — Если ты хоть как-то… попробуешь предотвратить это, ты мне больше не друг, понял? Это мое решение. С каких пор ты не уважаешь чужой выбор?

— Ди, зачем ты мучаешь себя? — вырвалось у него.

Она бессильно упала на кровать.

— Я… не мучаю. Принеси мне водички, пожалуйста, — тихо попросила девушка.

Алан покорно сходил за стаканом, по пути еще раз набрал всех из списка. Безрезультатно.

— Я могу еще как-то помочь тебе? — растерянно спросил он, глядя как она с трудом делает глотки.

— Да. У меня совсем нет сил, ты не мог бы… Стянуть с меня это платье, а то я задыхаюсь?

Вздохнув, он подождал, пока она перевернется на живот, осторожно убрал ее волосы со спины, не сразу нашел скрытую молнию.

— Понятно, почему ты не можешь дышать, оно такое узкое…

Раздался треск.

Диана издала то ли вздох, то ли смешок.

— Опять испортил тебе одежду, прости.

— Спорим, в любой другой ситуации ты был бы рад стащить с меня его.

Алан молча освободил ее ступни от шпилек, поставил туфли на пол.

— Извини, сама не знаю, что несу, мне просто плохо очень, голова как в тумане…

Парень аккуратно снял резинку, стягивающий волосы девушки в тугой хвост. Смоляные пряди разметались по спине. От них пахло чем-то свежим и лесным.

— У тебя озноб? Давай я найду тебе что-нибудь потеплее.

Он выдвинул ящик комода, выбрал длинную оранжевую футболку.

— Вот, осторожно, еще один рукав… Так, а теперь давай я тебя укутаю…

Диана послушно дала укрыть себя вторым пледом и закрыла глаза. Алан, скинув пиджак и не без труда развязав галстук, присел рядом с ней на кровать.

— Да, сначала идет озноб, — проговорила она, не открывая глаз. — Потом мне будет очень жарко. А затем больно. Но я справлюсь, — девушка накрыла своей ледяной ладонью его руку. — Ты останешься со мной?

— Я не уйду, — пообещал Алан, поднося ее ладонь к губам.

***

— Кошмар! Позорище!

Тристан попробовал приоткрыть глаза, но они не желали повиноваться.

— Как можно было так надраться!

— Ыыы…

— Ыыы, — передразнила его Эмили и сильно пихнула в бок. — Опять двадцать пять?

— Мама, — раздался детский голосок из коридора. — А дядя Тлистан зывой?

— Живой, — вздохнула блондинка. — Солнышко, иди к папе, я тут сама разберусь.

— Халасо, — последовал философский ответ, и стало слышно, как Ральф послушно движется в ходунках.

— Ммм…

— Ты мне надоел, — Эмили уверенно прошагала к окну и резко раздвинула шторы.

— Нууу!…

— Все было прекрасно, — сердито распахнула она окно. — Ты давно завязал со своим пьянством и прочим, что за рецидив?!

— Я спал один…

— Конечно, ты спал один! — повернулась к брату белокурия фурия. — Мы притащили тебя к нам, когда ты отрубился в подсобке. Как ты умудрился пронести мимо меня виски? Уволю Пола!

— Не надо… я взял бутылку, когда он отвернулся…

Эмили вновь тяжело вздохнула и залезла на кровать.

— Ну братишка, я считала, что все уже позади. Что тебя выбило из колеи?

— Зачем она приехала?

— О Бо-о-оже, — протянула бывшая вампирша. — Вы же развелись лет пять назад. А расстались десять! Что с тобой происходит?

— Я не знаю, Эми… Я не знаю. Можно мне в душ и апельсинового сока?

— По заднице тебе ремнем, — огрызнулась сестренка, сползая с кровати. — Встретьтесь да поговорите.

***

— Зачем же ты так с этим поторопилась, милая? — Зои ласково провела рукой по лицу Дианы, с состраданием глядя на нее.

Девушка тяжело дышала, иногда сжимаясь в комок, иногда зарываясь лицом в подушку, пытаясь подавить стоны. Нахмурившийся Эйдан внимательно осмотрел ее радужки, пощупал пульс, потрогал лоб. Аргус молча наблюдал за его действиями, скрестив руки на груди и впиваясь ногтями в плечи.

— Все в порядке, — с облегчением встал с кровати вампир. — Все идет так, как и должно быть. Сильная девочка.

Оборотень посмотрел на него так, как будто тот сейчас сказал явную и величайшую ложь. Потом перевел взгляд на дочь.

— Тебе больно? — произнес он сквозь зубы.

Диана умоляюще взглянула на отца.

— Мне еще больнее, — проговорил Аргус, резко развернулся и вышел из спальни.

— Аргус, подожди! — бросилась за ним Диди, не сдерживая слез.

Когда дверь за ними закрылась, она схватила его за рукав:

— Ты не можешь все время убегать! Мы нужны ей, особенно сейчас. Ей больно, тебе больно, ну а как ты думаешь, себя чувствую я?

— Мы не должны были этого допускать, — холодно ответил ей муж.

— Аргус, а как ты ей запретишь? Все одобрили, зелья давно были подготовлены. Так и должно было быть. Ты же не запретишь ребенку дотрагиваться до пламени, лишь получив ожог, он все понимает…

— Какой ребенок, Диди? Она давно уже выросла. Я не знаю, что происходит у нее в голове. Вы, ведьмы, можете верить в свой чертов баланс, но неужели не было другого способа его восстановить?

— Успокойтесь, оба, — послышался строгий голос Эйдана. Его бесшумное появление Диди и Аргус заметили не сразу. — Повторю слова вашей дочери, но вы действительно раздуваете из мухи слона.

— Тебе легко сказать, вампир, — бросил ему доктор Браун. — Она там на кровати корчится в муках из-за собственной глупости и чертовой демократии в этом городе, где не учитывается мнение самых близких.

— Вот именно, Аргус, она мучается, — Эйдан холодно посмотрел на него. — Вместо принятия ее выбора и поддержки ты всячески отвергаешь ее. Помни, альфа, это все еще твоя дочь.

В комнате девушка на постели еле слышно прошептала:

— Я не хотела…

— Что, милая? — участливо склонилась к ней Зои.

— Я не хотела, чтобы они видели меня такой… Я специально планировала превращение без них, чтобы они не знали, через что мне придется пройти.

— Они должны знать. Они должны понимать, чего тебе это стоило.

***

В мягком кабинете, даже, скажем так, алькове, музыка не бьет по ушам, а лишь пульсирует, вкрадчиво проникая в сердце. Бархат повсюду, обволакивая и усыпляя.

Бокал мартини, который он зачем-то заказал, наверное, по привычке, стоит нетронутый на столике. Хоть он довольно быстро отошел от своего похмелья, приключившегося пару дней назад, на алкоголь больше не тянуло.

"До поры, до времени", — решил Тристан, растягиваясь на софе.

— Так и думала, что найду тебя именно здесь, — Бетани изящно обогнула его, усаживаясь на диванчик напротив через столик. Нога на ногу, как всегда модная и элегантная. Но почему от нее больше не пахнет духами? Они бы сейчас его так раздражали.

— И тебе привет, — Тристан вновь устремил взгляд в потолок. — Почему ты так думала?

Улыбка! Ее постоянная улыбка — точно раздражающая вещь.

— Ну как же, мы раньше любили проводить время именно здесь.

— Вау, ты это помнишь?

— Я все помню. Только плохое стараюсь не держать в памяти.

— И как, получается?

— Я же здесь, делай выводы сам.

Тристан медленно поднялся и сел.

— Что тебе нужно?

Бетани полюбовалась своим идеальным маникюром.

— Просто пожелала встретиться.

Ему ужасно захотелось потянуться к бокалу и осушить его, но он сдержался.

— Я думал, мы договорились держаться друг от друга подальше.

— Ты так зациклен на прошлом?

Тристан прищурился.

— Я вообще стараюсь не вспоминать былое.

— Ясно, — Бетани откинулась на спинку дивана и задумчиво постучала ногтями по сумочке. — Поговорим о будущем или настоящем?

— О том, как тебе удается выглядеть так, как будто ты сейчас — гостья из прошлого, — насмешливо промолвил вампир. — Ботокс? Подтяжки?

Бетани вновь улыбнулась.

— Лучше. Эликсир молодости, который любезно готовит наша дорогая подруга Диди Браун. Я — одна из ее любимых клиентов.

Тристан попытался подавить изумление.

— Зачем это тебе? — попробовал он добавить сарказм в голос. — Боишься состариться? Опасаешься, что морщины испортят твое идеальное лицо?

Мисс Рейган поглядела на бывшего мужа с легким оттенком сожаления.

— Приятно знать, что ты все еще считаешь мое лицо идеальным. Нет, я лишь хочу продлить себе жизнь, ведь в мире столько всего интересного. Я путешествую, изучаю искусство.

Руки так и чесались взять бокал, но он изо всех сил сдерживался.

— Кстати, Эмили рассказала мне о твоих… увлечениях. Тебе не кажется, что пора бы обратиться за квалифицированной помощью?

— В смысле? — Тристан даже приподнялся.

— Алкогольную зависимость у вампиров лечат? — усмехнулась Бетани.

— У меня нет зависимостей, милая. А лечиться от всяких неврозов и перфекционизма требуется тебе.

Женщина притворно вздохнула.

— Бедный мой мальчик. Сначала тебя бросила мама, потом жена. Неудивительно, что ты пытаешься компенсировать эти печальные события разными неразборчивыми…

Тристан все-таки взял бокал для того чтобы стремительно запустить его в стену в полуметре от Бетани.

Она побледнела и в миг растеряла свое спокойствие. Страх появился в ее глазах и начал расти по мере того, как вампир подошел к ней и встал напротив, скрестив руки на груди.

— Ты забыла, с кем разговариваешь, дорогая.

Бетани нащупала сумочку, поднялась и выпрямилась во весь рост.

— Я приехала не поболтать. Мне нужно забрать одну свою вещь.

Он неотрывно наблюдал за тем, как бьется жилка на ее шее.

— Какую?

— Браслет, — в ее голосе начала появляться уверенность, появившиеся было хриплые нотки исчезли. — Он из золота и практически весь усыпан бриллиантами. Он хранится в комоде в потайном ящичке. Я забыла его забрать, а потом мы не виделись… Эта вещь дорога мне, это подарок отца.

— Этот комод давно разломали и выбросили.

— Ты никогда не умел врать, — улыбка вновь тронула уголки ее губ. — Я зайду в кабинет к Эйдану, нужно передать ему кое-что от итальянских партнеров. Жду тебя у твоей машины через пятнадцать минут.

Она молча обошла его, слегка коснувшись плечом его груди, и вышла в зал. Тристан помедлил и последовал за ней. В большом помещении музыка звучала громче, к вечеру постепенно начинали заявляться посетители.

— Можно отправить туда кого-нибудь навести порядок? — попросил он у бармена, усаживаясь за стойку.

— Лужу крови вытереть не надо? — ухмыльнулся тот. Тристан закатил глаза. — Я уже сказал тебе, что до двадцати одного года крепкие напитки не продаем! — сурово обратился бармен к клиентке, сидевшей близко от вампира.

Тот проследил за направлением его взгляда и с удивлением отметил для себя, что даже не обратил внимания на стройную девушку в красном платье и с длинными черными волосами.

— Нет удостоверения личности, нет выпивки, — оставался неумолимым бармен.

— Диана! — изумленно воскликнул Тристан. — Ты все-таки сделала это!

Девушка повернулась и тотчас растянула губы в счастливой улыбке.

— Привет!

Ее кожа, казалось, посветлела. Глаза горели голубым блеском, а из-за верхней губы показались белые клычки.

— Да, я только сегодня отошла, — она придвинулась ближе к Тристану.

— Ну ты даешь! — засмеялся он. — И сразу в бар отметить?

— Ага, — кивнула Диана. — Не могу дома сидеть и выдерживать взгляды мамы и папы. Ни на кого напасть не хочется, зря меня так стращали. А вот запахи очень остро чувствую, и музыка по ушам бьет.

— Привыкнешь. Ты как превращение выдержала? Я сам не проходил, естественно, и не видел, но это должно быть мучительно больно.

— Я уже забыла эту боль, — девушка небрежно пожала плечами. — Но чувствую себя, как будто заново родилась.

— Так оно и есть. Ты молодец, главное, чтоб оно того стоило.

— Стоит, — вновь широко улыбнулась она. — Только случайно сегодня пару раз себя за губу укусила.

Тристан засмеялся во весь голос и соскочил с барного табурета.

— Потанцевать не хочешь?

Неужели мечты начинают сбываться?

В восторге она подала ему руку, он вывел ее в середину зала и закружил совершенно не в такт музыке. Ей было абсолютно все равно, ведь он смотрел на нее и улыбался ей. Одна его рука обнимала Диану за талию, другая крепко, но бережно сжимала ее ладонь. Какого цвета у него глаза? Вроде бы серые, но в них горит желтый огонь. Очень светлые. Она готова была провести еще несколько мучительных суток, только бы он не отрывал взгляда и танцевал с ней.

Тристан внезапно остановился и отпустил девушку.

— Спасибо за танец, малышка, но мне пора бежать.

— Куда ты? — обескураженно спросила она, застыв с поднятыми руками.

— Меня ждет жена. Бывшая, — поправился он. — Удачи тебе, девочка, и долго в баре одна не сиди.

Совершенно потерянная, Диана, не в силах двинуться, смотрела, как он стремительно покидает клуб.

***

Бетани ждала его, прислонившись к нагретому солнцем боку автомобиля.

— Надо же, ты не пьян и никого не снял?

— Садись в машину, — велел он ей, щелкая брелоком.

Она молча последовала его указанию; Тристан уселся с другой сторону и завел автомобиль.

— Пристегнись, — бросил он, отъезжая и резко разворачиваясь.

— А если нет, то что?

— Ты хочешь, чтобы я тебя убил?

— Возможно.

— Твое поведение сегодня просто располагает к этому.

Он надавил на педаль газа. Бетани вжалась в сиденье, но так и не притронулась к ремню безопасности.

— Ты знаешь, Эйдан, как и твоя сестра, совершенно не одобряет твой образ жизни. Ты бросаешь тень позора на семью.

— Поверить не могу, что ты с ними об этом говорила. Тебе-то какое дело?

— Семья — часть бизнеса. Затрагивая их, ты затрагиваешь дело.

— О Боже, Бет, ты так и осталась хладнокровной стервой, которой наплевать на все, кроме работы.

— А ты по-прежнему инфантильный мальчик, который любит зависать в клубах до утра и не расстается с гитарой.

Авто слегка занесло на повороте, но Тристан справился с управлением и выровнял машину.

— Погоди, я ошибся. Работа — не единственная вещь, которая тебя интересует. еще брендовые шмотки и побрякушки.

— Прекрати свои оскорбления. Я сказала тебе, что этот браслет очень важен для меня.

— Ты десять лет о нем не вспоминала, и вдруг в голову ударило? Ты невыносима! Понятно, почему так и не вышла замуж, не один мужчина не выдержит такую эгоистку!

— Это уж лучше, чем для самоутверждения тащить в свою постель кого попало!

Тристан вдавил педаль газа в пол, входя в новый поворот. Бетани дернулась и слегка ударилась плечом о дверцу.

— Ты с ума сошел! Успокойся! Хочешь кого-нибудь сбить?

Однако такого шанса ему бы не представилось: показался дом, и Тристан резко затормозил. Женщина с трудом удержалась, по инерции рванувшись вперед.

— Просто зачем все это? — Тристан в ярости ударил по рулю.

Бет ничего не говорила, просто смотрела на него широко распахнутыми глазами. Ее грудь часто и высоко вздымалась.

— Ты сейчас что-нибудь сломаешь, — наконец рискнула вымолвить она.

— Я ненавижу все это. Что происходит вообще? Зачем ты меня доводишь? Лучше бы ты не приезжала. Лучше бы мы не встречались. Я… — его дыхание перехватило, и он судорожно попытался вдохнуть. — Я боюсь, что просто не смогу себя контролировать. Давай быстрее покончим с этим.

— Так дай выход всему и успокойся уже, — проговорила Бетани, раздражение которой неожиданно исчезло.

Тристан секунд пять дико смотрел на нее, а потом последовал ее совету. Прижав женщину к сиденью и укусив ее за нижнюю губу.

У Бетани не было ни единой возможности отодвинуться или оттолкнуть его. Первые мгновения она просто замерла в шоке, затем попыталась вцепиться ему в плечи, но он перехватил и сжал ее руки. Что это было — поцелуи, или так он пытался закрыть ей, наконец, рот, — она поначалу не поняла, настолько грубо и больно ощущались его прикосновения. Но чуть позже, когда одна его ладонь отпустила ее руку и скользнула по ее телу на бедро, Бетани позволила себе опустить свои руки с его плеч на спину. Воздуха не хватало.

Он переместился с губ на ее шею, жадно, до боли впиваясь в кожу, и ей удалось проговорить:

— Мне нечем дышать… Давай выйдем из машины, пожалуйста…

Тристан неохотно отпустил ее. Дрожащей рукой она открыла дверцу автомобиля и с трудом выбралась наружу. Едва ей удалось глотнуть прохладного воздуха, как Тристан тут же оказался с ее стороны машины, и вдавил ее в капот, продолжая свое занятие.

Казалось, время перестало течь, а воздух вокруг ощутимо нагрелся. На коже обещали остаться синяки, и боль слегка отвлекла Бетани, что позволило ей узреть неожиданных свидетелей происходящего.

— Стой, — шепнула она Тристану. — Дети…

— Какие дети?..

— Там… смотрят.

Он с трудом заставил себя оторваться от нее и, повернувшись по указанному ею направлению, узрел двух мальчишек, возвращавшихся с велосипедной прогулки, а в данный момент с открытыми ртами наблюдавшими, как он исследовал ее шею, одновременно стягивая джемпер с ее плеча.

— Пойдем в дом, — шепнула Бет, утягивая его за собой. Тристан без слов дал себя увести под разочарованное "Ну вот!.." невольных свидетелей.

Дверь дома закрылась, и если бы шумоизоляция была чуть хуже, то те, кто остался на улице, услышали бы, как в холле разбилась ваза, упавшая со столика.

***

Когда Тристан покинул клуб, Диана простояла несколько мгновений, не веря глазам и ушам. Затем повернулась и медленно побрела к бару.

Он вернулся к бывшей жене? Или у них просто встреча? Есть ли у нее шанс?

— С каких пор дочь альфы является вампиром?

Девушка мгновенно обернулась на голос. Темноволосая женщина с холодными голубыми глазами презрительно оглядывала ее с головы до ног.

— С каких пор, — решила не оставаться в долгу Диана, — оборотни посещают вампирский бар?

— Навита, — предостерегающе дотронулся до дамы ее муж, сидящий с ней за одним столиком. — Не стоит.

— Ты слишком дерзкая, как и твой друг, — зло вспыхнули голубые огни. — Раньше молодых людей воспитывали совершенно по-другому.

— Ваше время прошло, — выпалила Диана. — И не Вам судить о других, миссис-я-самая-высокомерная-шав…

— Да как ты смеешь…

— Тихо-тихо-тихо! — за спиной у девушки неслышно даже для ее улучшенного слуха возник незнакомый ей человек с мягким, слегка вкрадчивым голосом. — Не надо ссориться, леди. Ну и кто у нас сейчас альфа?

— Мой папа, — гордо заявила Диана, поворачиваясь к незнакомцу. — Аргус Браун.

На лице мужчины промелькнули непонятные эмоции.

— Аргус! Какая у него хорошенькая дочка! А как вышло, что она — вампир?

— Вчера обратилась, — призналась девушка.

А чего бы и не признаться другому вампиру.

— За это нужно выпить, — усмехнулся тот и повел ее к бару. Навита следила за ними, плотно сжав губы. — Я — Данте, старый друг твоего отца. Мы вместе снимали дом когда-то.

— Даа? — Диана по-новому взглянула на собеседника. — Он не рассказывал.

— Да ты что? Два виски, пожалуйста, — обратился он к бармену. — Тогда я как-нибудь сам расскажу, там столько забавных историй наберется. В этом доме еще и призрак клептоманки жил, представляешь?

Бармен поставил две стопки с коричневой жидкостью непосредственно перед Данте. Тот пустил по глади стойки один шот по направлению к Диане.

— Пей, не бойся. Только залпом, — предупредил он девушку. Его глаза смеялись.

Диана выдохнула, храбро опрокинула стопку, схватилась за горло и закашлялась.

— Не смешно… какая гадость! Слышишь, не смейся!.. Ужас, как вы это пьете!

Данте, посмеиваясь, пододвинул к ней орешки.

— Теперь ты точно не будешь пить алкоголь до своего совершеннолетия, так?

— И после пить не буду, — Диана отдышалась и потянулась за арахисом. — А как вышло, что ты не знаешь, кто альфа?

— Я же уезжал, — вампир прикончил свой напиток. — Буквально вчера вернулся. Я вообще в Сан-Франциско жил несколько лет.

— Ух ты! — глаза Дианы зажглись интересом. — А чем ты занимаешься?

— Я шеф-повар, — ответил Данте и закинул в рот орешек. Улыбнулся ответному "Вау!" и продолжил: — Но в жизни все поменялось, и я решил вернуться сюда. Соскучился по городу.

— Будешь здесь работать шеф-поваром? Иди в кафе Ван Голда, там не очень вкусно готовят, — проявила честность девушка.

Данте хмыкнул.

— У нас с Эйданом не очень хорошие отношения, вряд ли мы сработаемся.

— А почему? — полюбопытствовала юная вампирша.

— Понимаешь, он — консерватор, а я… — он развел руками. — А я люблю новое пробовать. И не люблю правила.

Диана сунула в рот еще один арахис.

— Давай о тебе поговорим. На ком Аргус женился? Я все пропустил.

— Моя мама — Диди Уинн, ну Уинн в девичестве. Она ведьма, — поведала девушка.

— Ммм… — нахмурился Данте, но тут же посветлел. — Ага! Так он все-таки заполучил ту куколку! Понятно теперь, в кого ты пошла, — прищурился он.

— Я на папу похожа, — сообщила девушка, прожевав орех.

— Да уж, это я тоже вижу… Ладно, давай-ка я отвезу тебя домой, если ты не против, конечно. Заодно повидаюсь со старым приятелем.

***

Дорогу домой Диана украдкой (во всяком случае, она надеялась, что украдкой) разглядывала своего нового знакомого. Как любой вампир, выглядел на неопределенный возраст. У глаз мелкие морщинки. Не пьет человеческую кровь, или ему просто лет 35 на человеческий пересчет? Приятная внешность. Наверное, даже чуток смазливый.

Данте присвистнул, останавливаясь у дома с оранжевой крышей.

— Неплохо зарабатывают хирурги, а?

— Мы немножко достроили, раньше это был небольшой викторианский особнячок, — почему-то покраснела Диана.

— Вот как… Ну пойдем.

Дверь открыла Диди, с удивлением уставившись на незнакомого мужчину рядом со своей дочерью.

— Здравствуйте… Аргус?

Позади нее возник оборотень и так же разделил ее удивление.

— Данте? Какими судьбами?

— Аргус, друг! — широко улыбнулся тот и распахнул объятия.

Диди посторонилась, пропуская Диану с ее спутником.

— Давно не виделись, приятель! — Аргус сгреб вампира в объятия. — Ну даешь, где ты пропадал все время? Как твоя карьера?

— Так закрылись же мы, чертовы слияния компаний… Новые владельцы холдингов просто вышвыривают людей с работы. И нелюдей тоже.

— Вы приехали вместе? — осторожно вклинилась в разговор Диди, рассматривая пришедшего.

— Ага, решил заглянуть в "Красный бархат" и встретил там вашу девочку.

— В бар?! — Аргус буквально испепелял взглядом сжавшуюся Диану. — Ты сказала, что поехала к Алану!

— Я, правда, поехала к нему, — затараторила девушка. — Но его не оказалось дома, и Исмаэль довез меня до клуба…

— И ты выпила, — слова не были вопросом.

— Выпила, — подтвердил Данте. — Под моим надзором. Попробовала коктейль. И ей не понравилось. Правду говорю?

— Страшно не понравилось, — озадаченно взглянула на него Диана.

— Аргус, Диди, послушайте, — вампир посерьёзнел. — Она, как я понял, обратилась буквально вчера? У нее есть наставник?

— Эйдан, вроде бы, но… — супруги неуверенно переглянулись, и Диди продолжила: — У него сейчас семейные дела, вряд ли он сможет уделять ей время.

— Я готов занять его место. Я серьёзно. Аргус и я знаем друг друга давно. Девушка совсем юная, ей нужен кто-то, кто бы помогал и направлял.

Диана стояла с открытым ртом, не сводя с Данте взгляда.

— Подумайте, пожалуйста, над этим. Я искренне желаю помочь.

***

— Ты даже не жалуешься, что я растянул твой дизайнерский джемпер, — усмехнулся Тристан, натягивая свежую одежду.

За окном было пасмурно; комнату наполнял неяркий свет. Бетани, закутанная в ослепительно белую рубашку, вышла из ванной, откинула влажные завитки волос с плеча и, улыбаясь, подошла к нему, обняла его со спины, пока он застегивал манжеты, и вдохнула запах, исходящий от него.

— Я забыла, как ты вкусно пахнешь.

Тристан высвободился из ее рук и прошел к кровати. Сел на край, продолжая застегивать одежду.

— Бет, ты же понимаешь, что это было исключение из правила.

Молодая женщина непонимающе посмотрела на него.

— Мы просто спустили пар. Вспомнили прошлое.

Она закусила губу.

— Ты думаешь, мы не заслуживаем второго шанса?

— Десять лет прошло, Бет! Десять лет назад ты собрала вещи и уехала из этого дома. еще лет пять была эта муторная процедура развода. И разве ты не помнишь, как мы трепали нервы друг другу? По-моему, вчера мы отлично освежили воспоминания. И разве не ты недавно описывала, как тебе хорошо живется?

— Что толку, если я не могу разделить это с тобой, — тихо проговорила она.

Тристан грустно усмехнулся.

— Я не хочу проходить опять через все это. Нельзя вернуться в прошлое. Ты же понимаешь, не будет как прежде.

— Не надо как прежде, — покачала головой Бетани. — Все изменилось. Не знаю, как ты, а я осознала, насколько нуждаюсь в тебе. За всей этой шелухой скандалов и отчужденности я потеряла главное…

— Я не буду вновь проходить через все, — перебил он ее. — Хватит.

— Но… то, что произошло вчера…

— Было практически изнасилованием, — хмыкнул он, жестокая усмешка перемешалась с тщательно скрываемой болью

Бет обхватила себя руками, как будто ей было холодно, и настойчиво продолжила:

— Я хочу тебе кое-что предложить. То, на что бы я никогда не согласилась раньше.

Тристан замолчал, недоверчиво сверля ее взглядом.

— То, о чем ты мечтал, но не решался озвучить. Я ведь знаю все о том, чем ты занимался после того, как мы расстались…

Тристан не верил своим ушам и глазам. Он замер на кровати в том положении, в котором сидел, не дыша.

— Я согласна, — произнесла Бетани, убирая волосы с одной стороны шеи. — Думаешь, я не знаю, чего ты всегда жаждал? Я не придавала этому значения… и в этом была моя ошибка… одна из многих, — продолжила она неуверенным голосом, в котором начали появляться дрожащие нотки.

Тристан продолжал сидеть на кровати, уставившись на ее гладкую смуглую шею. В голове крутились самые разные мысли. Можно было презрительно усмехнуться и заявить ей, что время прошло. Можно было сказать, что он предпочитает другую группу крови, что было бы враньем. Можно было солгать, что это его больше не интересует.

Много чего можно было наговорить, но он выбрал другое. Тристан поднялся, не спеша подошел к ней, обратив внимание на плескавшиеся в ее зеленых глазах страх, неуверенность и прочие не самые радужные эмоции, переплетенные с отчаянным упорством.

Он медленно провел пальцами по ее шее, где под тонкой кожей в вене пульсировала кровь. Наклонился, вдохнул ее запах. И, несмотря на заманчивые ощущения, осознал, что ему совершенно не хочется этого делать.

Тристан ограничился непродолжительным прикосновением губ к ее шее, заметив, как часто забилось ее сердце.

— Прости, — сказал он, отрываясь от поцелуя. — Ничего не будет.

Бетани еще раз закусила губу. Ему показалось, что к ее глазам подбираются слезы, или ее действительно готова была заплакать?

— Я поняла, — глухо зазвучал ее голос. — Глупо было надеяться… Ты прав, все осталось в прошлом.

Через пятнадцать минут она уехала на такси.

***

— Что ты об этом думаешь?

Диди и Аргус расположились на диване в гостиной. Каждый из них практически не спал прошлой ночью, теряясь в мыслях, сомнениях и догадках.

— О Данте? Рад был его видеть. Веселые были времена, когда мы снимали один дом на двоих.

Ведьма покачала головой.

— Я имею в виду его желание стать наставником Дианы.

— Конечно, первой кандидатурой для меня был и остается Эйдан, но он действительно занят. Даже помешался на беременности жены, постоянно рядом с ней в клинике, — усмехнулся Аргус. — Дэвид вернется не раньше, чем через месяц, так что пока доверить нашу дочь Данте кажется мне единственным приемлемым решением.

— Он мне не очень нравится, — сощурилась Диди. — Он, конечно, располагает к себе, но что-то в нем настораживает.

— Ты просто его не знаешь, — убежденно проговорил оборотень. — А я с ним довольно долго жил. Данте веселый малый, готовит отлично, свой в доску, никакого вампирского снобизма или высокомерия. Нормальный парень.

— Ага, на особой диете.

— Из кровавых плодов, как и все наши вампиры, — успокаивающе обнял жену доктор Браун.

— А можно, моим наставником будет Тристан? — Диана возникла как будто ниоткуда, краснея и нервно крутя кисточку в руках.

— Исключено, — отрезал Аргус.

— Да уж, этот вариант не рассматривается, — тихо согласилась Диди, стараясь ни на кого не смотреть.

— Понятно, — угрюмо ответила девушка. — Пойду порисую что ли тогда.

***

Он принял правильное решение. Ведь так? Их вчерашний разговор совершенно не был похож на встречу старых друзей. И ничего хорошего от возобновления отношений ждать не приходится.

"А браслет она ведь так и не забрала, по крайней мере, я этого не видел".

Тристан подошел к комоду, присел и выдвинул нижний ящик. Он помнил, что, если нажать на заднюю панель, выдвинется потайное отделение. Так и произошло.

Отделение было пустым. Дно покрывал ровный слой пыли.

***

Когда становилось тепло, и на улице стояла хорошая погода, Диана всегда рисовала на заднем дворе. Вот и сейчас она приготовила мольберт, холст и кисточки. С предвкушением глядя на чистое пространство, девушка смешивала краски на палитре.

Ветер сдвинул облако, закрывавшее солнце, и лучи пролили на землю тепло. Пожалуй, она нарисует вон тот розовый куст. И бабочку.

С энтузиазмом Диана начала наносить первые мазки. Рисовать на свежем воздухе всегда было гораздо приятнее, чем в собственной спальне. Прилив вдохновения воодушевлял.

Увлекшись рисунком, она не сразу почувствовала, как болит кожа. Отложив кисточку, девушка потрогала предплечье. Кожа саднила, как будто она провалялась на солнцепеке часа три.

— О нет, — огорченно выдохнула Диана.

О загаре и планере можно было забыть.

***

Сколько раз она открывала ему дверь, встречая его на пороге собственного дома, ни разу еще не видела его таким. Тристан приходил к ней веселым, грустным, встревоженным, пьяным, но никогда Диди не видела в его глазах отчаянной решимости, смешанной с обреченностью.

— Я уезжаю, — отрывисто сообщил он, не давая ей даже раскрыть рот, чтобы сказать ему "привет".

— Куда? В Италию? На концерт? На выставку? — озадаченно спросила Диди, сразу же отвлекшись от собственных тяжелых мыслей.

Тристан помотал головой.

— Нет. Я уезжаю отсюда. Полечу в Великобританию. Не знаю, на сколько. Мне надоело жить в этом городе, Диди. Я задыхаюсь от всего.

— Что произошло? — ошарашенно спросила ведьма, в изумлении уставившись на него.

— Это уже не важно, — отмахнулся он. — И прости меня.

— Мне не очень нравится твое состояние, — нахмурилась Диди. — За что мне тебя прощать?..

— За то, что я не могу не сделать.

Не дав ей ответить, Тристан крепко прижал ее к себе, целуя ее так, как будто от этого зависела его жизнь. Полотенце выпало у Диди из рук.

Она не успела опомниться, как он выпустил ее из своих объятий, развернулся и, хлопнув дверью, оказался на улице. Через несколько мгновений взревел мотор его автомобиля, вскоре затихнув в отдалении.

Диди ошарашенно смотрела на дверь. В душе бушевал шторм самых разных эмоций. Шок пока преобладал над всем остальным. Первая мысль — если бы Аргус был здесь, Тристан бы сейчас никуда не ехал, а был бы впечатан в стену. Вторая — как хорошо, что Диана была наверху с кремом от ожогов и тоже не стала свидетелем произошедшего. Третья — какого, собственно, черта?

Шок постепенно уступал место гневу. Что за выходку он себе позволил? Диди яростно швырнула полотенце на кресло. Его вечная склонность к драматизации действовала ей на нервы. Уезжать? Убегать от проблем? О, это в его стиле. Сказать или вытворить что-нибудь эффектное, а затем плыть по течению, не зная, что делать со своей жизнью.

Диди присела на то самое кресло, куда швырнула полотенце, и прижала ладонь к губам. В душе росло мерзкое, противное ощущение чего-то неправильного. Он все испортил. Он не должен был переходить грань их дружбы.

Факт, вызывающий у нее отвращение больше всего, заключался в том, что ей было приятно. Сложно было смириться с тем, что она, оказывается-то, вполне себе живой человек с присущими ей слабостями. Что при до сих пор сильно любимом муже она может думать о других мужчинах, успешно сопротивляясь влечению и оставаясь невозмутимой внешне.

Диди внезапно рассмеялась. Что за чушь пришла ей в голову! Подумаешь, он поцеловал ее. Тристан со своим сумасбродством и надуманными проблемами может катиться подальше. Пускай ей хотелось догнать его и выбить из его головы всю дурь, но это его жизнь. Пусть сам с ней и разбирается.

***

Тристан гнал машину, закусив губу до крови. Осознать, что ты дурак, и все равно двигаться в неправильном направлении, наверное, самая разочаровывающая вещь в мире.

Поцелуй, которого он жаждал так долго, что все нормальные люди покрутили бы пальцем у виска, узнав об этом, оказался совершенно не таким, каким он себе его представлял. Когда Тристан, обомлев от собственных действий, хлопнул дверью на пороге Диди, озарение снизошло на него подобно удару кувалды. Он хотел ее крови. Жаждал ее крови. И только. Спутать два все-таки разных желания, хотя все это время он считал по-другому, это каким же идиотом надо быть? И он бы все равно никогда не причинил бы вреда своей самой близкой подруге, влечение к которой угасло со временем, заменившись на его первейшую потребность.

Тристан исступленно ударил по рулю несколько раз. Он хотел к Бет. Разумеется, о том, чтобы пить ее кровь, не могло быть и речи. Она нуждалась в его заботе. Защите. Папочкино воспитание не дало бы ему свободы вонзить клыки в горло любимому человеку, ведь ему попалась не такая чокнутая мазохистка, как Зои.

Интересно, она уже в аэропорту? Он понятия не имеет, куда она направилась из его дома. Она изменилась, просила его все вернуть, а он повел себя как полный придурок.

Тристан застонал, ударившись о руль уже собственным лбом.

Нет, она должна была уехать из города только поздним вечером. Надо развернуться. Исправить свои ошибки, пока не поздно.

Или дать себе отдохнуть.

Тристан включил радио и надавил на педаль газа что есть силы. Через несколько минут он пересек границу Мунлайт Фолз и за его спиной защитный магический купол скрыл дорогу, ведущую к городу.

Глава 12. Шагая днем

Тридцать три… тридцать четыре…"

— Сын.

Алан, сжав зубы, продолжал подтягиваться.

"Тридцать пять… тридцать шесть…"

— Сын, — повторил Исмаэль, деликатно не двигаясь с места. — Такие частые тренировки приведут к сильным болям и обратному эффекту.

"Тридцать семь… тридцать восемь…"

— Ты уже несколько дней себя изводишь. Я понимаю, это лучше, чем бегать где-то в горах, однако…

"Тридцать девять… сорок".

Алан мягко спружинил на землю и начал выполнять упражнения на растяжку.

— Ты и твоя лучшая подруга отдаляетесь друг от друга, и меня это беспокоит. Вы всегда были неразлучны, она приняла тебя таким, каков ты есть. Теперь ты не желаешь отплатить ей тем же?

— Тема закрыта, отец, — отрезал парень, поднимаясь.

Исмаэль коротко и сердито выдохнул и, покачав головой, отправился в дом. Алан, усевшись на землю, вновь вернулся мыслями в тот день, когда впервые увидел ее такой.

***

Несколько дней назад

Блинчики пахли соблазнительно вкусно, желудок отчаянно требовал пищи, но в горле стоял ком. Диди с сочувствием посмотрела на парня и налила ему кофе.

— Милый, тебе надо позавтракать. Ты третий день уже практически ничего не ешь.

— Оборотням вообще нужно больше калорий, чем людям, — поддержал жену хмурый Аргус. — Поэтому как хочешь запихивай в себя омлет и все, что есть на столе.

— Простите меня, что я так долго у вас торчу, — пробормотал Алан. — Злоупотребляю гостеприимством, как сказал отец.

— Глупости, — отмахнулась от него Диди. — Ты ей нужен. Можешь оставаться столько, сколько захочешь.

— Она такая бледная… — парень понизил голос до шепота. — И спит уже двенадцать часов…

— Эйдан же сказал, что все идет нормально, — грустно ответила ведьма. — Я ему доверяю.

Дверь из комнаты Дианы скрипнула. Диди развернулась. Девушка закрыла дверь и растерянно оглядела собравшихся. По их расширившимся глазам можно было сделать вывод, что они уставились на привидение.

— Эй, вы чего? — слегка обиженно спросила она.

Родители и Алан ошарашенно взирали на стоявшее перед ними существо. Кожа, бывшая весьма смуглой, сейчас казалась невероятно бледной, из-за чего оранжевая футболка совершенно не шла девушке. Ярко-синие глаза как будто выцвели и слегка светились, словно полная луна ночью. Диана зевнула, и оборотням пришлось признать, что белые клычки выглядели внушительно.

— У меня ничего не болит, — радостно сообщила новоиспеченная вампирша. — Зато я теперь так хорошо слышу, что ваш разговор меня разбудил. Я такая голодная, — пожаловалась она.

Диди отодвинула стул, приглашая дочь присоединиться, но Диана обогнула стол, направившись к холодильнику.

— Эйдан же привез мне кровь? — заглянула та в него. — О, нашла! Так интересно, как это на вкус.

Она с энтузиазмом оторвала фольгу с пакета под безмолвными взглядами домашних и воткнула в пакет соломинку.

— Ммм, вкусно! — с восторгом продегустировала Диана содержимое пакета и облизнулась. — А я боялась, смогу ли это пить, вдруг окажется гадостью.

Алан наконец моргнул и отъехал на стуле к стене.

— Ну я рад, что с тобой все в порядке, — преувеличенно бодро забормотал он, поднимаясь, — но мне пора домой, я слишком долго отсутствовал, отец беспокоится…

— Хотя бы съешь омлет, — попыталась остановить его Диди.

— Нет-нет, — затряс тот головой, — прости, но меня, кажется, тошнит.

— Я тебя отвезу, — подозрительно радушно вскинулся Аргус. — Заодно поболтаю с Исмаэлем, давно не виделись.

Через секунду о присутствии оборотней напоминали лишь две кружки с не успевшим остыть кофе.

— Козлы! — Диана возмущенно двинула кулаком по столешнице. — Ну это что такое вообще?!

Диди лишь вздохнула и развела руками.

— Мама, я устала от этого! — продолжала кипеть девушка. — Алан все трое суток провел рядом со мной, а стоило мне окончательно перевоплотиться, так стал вести себя как папа! Где вся его хваленая толерантность? — бурча, уселась она на место отца.

— Дай им время, милая, — попыталась успокоить дочь ведьма. — Им все-таки сложно к такому привыкнуть.

— Они знали с самого начала, что это неизбежно, но непонятно на что надеялись! Им придется это принять, — насупилась Диана, выливая остаток кровавого сока из пакета в кружку. — Дай мне омлет, я сама его съем. Голодная как зверь.

— А тебе можно смешивать? — осторожно спросила Диди, стараясь не смотреть на кружку с красным содержимым.

— Мама! — закатила глаза юная вампирша. — Ну ты сама прекрасно знаешь, что можно, зачем спрашиваешь.

— Одно дело ужинать с вампирами или вместе сидеть в баре, другое — видеть своими глазами вот это, — указала Диди взглядом на кружку.

— Это даже не настоящая кровь, — с досадой в голосе ответила ей дочь. — Хочешь понюхать?

— Я, пожалуй, тоже пойду, — капитулировала ведьма, оставляя Диану на кухне в одиночестве.

***

Алан вынырнул из воспоминаний, задумчиво сминая травинку. Погрузившись в утро из прошлого, он не сразу услышал осторожные шаги. Затем стройная фигура заслонила от него солнце.

— Ты меня избегаешь, — безапелляционно констатировала факт Диана.

— Не сгоришь на солнце? — парень отбросил травинку.

— Я намазалась "Кремом от загара" и еще кое-что выпила из маминых запасов, — сообщила девушка, усаживаясь на траву и совершенно не переживая по поводу белоснежности своих джинсов. — Муторный процесс, зато я точно знала, что смогу застать тебя дома.

— Я не избегаю тебя, — вспомнил Алан первый вопрос подруги.

— Ну-ну. То-то я не могу даже поблагодарить тебя за то, что ты для меня сделал. За то, что был рядом в очень паршивые для меня часы.

Алан пожал плечами, не желая признаваться, что в то время он больше всего на свете желал влить ей в глотку излечивающий эликсир.

— Мне обидно! — Диана потрясла его за плечи. — Ты волком бегаешь, всяких зайчишек задираешь, папа тоже, и это как бы в порядке вещей. А я так вдруг стала персоной нон-грата в собственной семье. Вы меня достали, — заявила она. Ее посветлевшие глаза сверкали. — Я требую уважения.

— Да ты все неправильно понимаешь, — попытался соврать парень. — Просто… непривычно видеть тебя такой.

Девушка злобно фыркнула и поднялась на ноги.

— Вот поэтому я кое-что придумала. Вставай, пойдем на охоту. Вместе.

— Чего-о? — у Алана отвисла челюсть.

— Поехали в горы, там обернешься, и мы поохотимся. Я теперь быстро бегаю, да и клыки у меня не хуже твоих, — злорадно улыбнулась она, показывая насколько "не хуже". — Кто первый поймает зверюшку, тот… мороженое покупает, вот.

Парень смотрел на нее, как будто она сказала несусветную глупость.

— Ты в этом собралась бегать? — выдавил он из себя первую пришедшую на ум мысль.

— Нет, конечно! Я привезла рюкзак со старым шмотьем. Давай вставай. Папа тоже здесь. Проведем тренинг по семейному объединению.

***

Громкий хохот Алис разнесся по кухне. Диди притворно насупилась, но все же сбросила маску и невольно улыбнулась.

— О Боже мой, — отдышалась миссис Фицджеральд-Гаррис. — Тристан со своей вечной семейной драмой у тебя уже в печенках сидел. Правильно парень сделал, что свалил из города. Мыкался туда-сюда, не знал, чем себя занять, то выпивка, то девки, то у сестры под ногами вечно мешался.

— Ты к нему слишком строга, — слегка пожурила подругу Диди. — Его сильно подорвал уход жены. Счастье вроде бы было, но призрачное. Мне кажется, у него детская травма, от Эйдана ведь тоже ушла жена…

— А при чем здесь ты, его давняя замужняя подруга? — специально сделала Алис акцент на предпоследнем слове. — Да уж, если бы вас застал Аргус, хотела бы я на это посмотреть!

Диди чуть не поперхнулась вином и укоризненно взглянула на провокаторшу.

— Тогда бы моего мужа посадили бы за жестокое и кровавое убийство, — пробормотала она. — Не вижу здесь ничего смешного.

— Он всегда недолюбливал твоего вампирчика, — усмехнулась Алис. — С самого начала ваших отношений. Видел же, как Ван Голд рядом с тобой крутился. До тебя одной только все доходит, как до жирафа. Я удивляюсь, как он ему раньше доходчиво не пояснил, что не стоит даже думать о чужой жене. Хотя, может, ты не знаешь чего-нибудь, — подмигнула она.

— Нет, ты что, — покачала головой ведьма. — Я всегда пыталась не допускать конфликта. Если есть возможность, всегда лучше избежать столкновения.

— Иногда, Диди, конфликт позволяет многое узнать и прояснить, — наставительно произнесла Алис, подливая в бокалы вино. — Кстати, где твоего клыкастого ребенка носит? Она уже выросла, можно доставать третий бокал, — рассмеялась женщина.

Диди улыбнулась, когда в словах подруги проскользнула привязанность к Диане.

— Уехала с Аргусом и Аланом в горы на охоту. Даже не знаю, что из этого получится.

— Правильно сделала, пусть покажет этим мужикам, что тоже умеет кусаться. А тот оборотень все так и бегает за ней?

— Ага, — Диди отпила вина. — Помнишь, мы шутили, что было бы здорово, если бы наши дети поженились.

— Ой нет, не надо, — отмахнулась Алис. — Квентин и Диана оба такие ураганы, что даже подумать страшно, что получится. Блин, тоже хочу девочку! Уговорить Малькольма на еще одного ребенка, что ли? Хотя поздновато уже…

— У меня всегда есть эликсир в запасе, — напомнила ведьма.

— Точно! А когда Хэйли со своим вампирюгой вернется из Европы, то давай ее тоже на маленького уговорим. И тебя заодно на второго. А что?

Диди закатила глаза, и в этот момент открылась входная дверь. Потянуло хвоей и, к ужасу ведьмы, кровью. Первым на кухне появился запачканный бурой грязью Аргус, кивнул Алис и быстро сунул пакет с чем-то багрово-красным в морозильный ящик.

— Алан проспорил мне мороженое, — раздался довольный голос, и на кухню ступила Диана. Вид ее старой порванной одежды усугублялся кусочками мха, веточками, листьями и кровавыми подтеками. — Мам, ты зайчатину умеешь готовить? О, здравствуйте, тетя Алис!

— Привет, детка, — та с изумлением разглядывала крестницу. — Док, вы ее в лесу валяли, что ли?

— Я бы все равно предпочел, чтоб ты была оборотнем, — проворчал Аргус, уворачиваясь от Дианы, которая попыталась шутливо пихнуть его в бок.

— Господи, — срывающимся голосом проговорила Диди. — Вы что устраиваете?!

— Так и знала, не надо было тебе больше наливать, — пробормотала Алис. — Полбутылки — и все…

— Милая, а что такого? — развел руками Аргус. — Мы прекрасно провели время, я даже не ожидал, что…

— Я живу с чудовищами! — повысила голос ведьма. — Один вечно обрастает шерстью и приносит домой растерзанных животных! Вторая теперь кровь хлещет как воду, да еще и принимает участие в ваших жестоких забавах! Я устала!

И, к стыду и удивлению вернувшихся, она спрятала лицо в ладони и расплакалась.

— Ну, милая, — Аргус присел рядом с женой и, осторожно дотронулся до нее, стараясь не запачкать. — Прости, мы не подумали о твоей тонкой психике.

— Мам, да я его за ушки поймала, — тихо оправдывалась Диана, с испугом глядя на плачущую Диди. — Хочешь, я больше не буду с ними ездить. Я это… пойду в душ, а то мне к Данте ехать.

— Хотя еще бокальчик тебе не повредит, — Алис подвинула бутылку ближе к подруге и похлопала Аргуса по плечу.

***

— Привет, — запыхавшаяся Диана проскользнула мимо Данте в его дом.

— Привет. Зачем бежала? Тренировала вампирскую скорость? — усмехнулся тот.

— Извини, что опоздала, хоть и взяла такси, — девушка взглянула на него с виноватым видом. — Ой, у тебя щеночки! Какие милые!

Со счастливым повизгиванием по холлу бегали три пушистых разноцветных комочка. Двое из них с интересом обнюхали Диану, третий радостно приложил лапы к ее ноге.

— Место! — скомандовал Данте, и щенки послушно побежали в гостиную. — Да взял на передержку, но они как-то тут уже обжились. Правда, уже нашел хозяев. А ты не хочешь одного?

— Не знаю, — Диана с любопытством разглядывала вампира. — Не знала, что ты любишь животных.

Тот пожал плечами.

— Да нашел у моста в коробке… Ты проходи.

Девушка последовала за ним в гостиную, где с удивлением обнаружила несколько бокалов с темно-красной жидкостью, расставленных на журнальном столике.

— Что это? — спросила она, усаживаясь на диван. Данте расположился напротив.

— Разные группы. Резус пока решил не добавлять, тут все положительные. Сейчас какие только кровавые плоды не выращиваются, но я решил начать с элементарного.

— И где какая группа? — все четыре бокала выглядели абсолютно одинаково с виду.

— А вот это ты и скажешь мне сама, — провозгласил Данте. Щенки возились где-то в углу, полностью игнорируя временного хозяина.

— Чего? Зачем? — Диана изумленно выгнула бровь. — А когда ты будешь учить меня ловить настроения и эмоции окружающих? Я же этого хочу.

Вампир закатил глаза, однако терпеливо пояснил:

— Если ты не разбираешься в физических нюансах, то как собираешься различать эмоциональные? Пробуй, чувствуй. Описывай мне ощущения.

Диана, почему-то покрасневшая при выражении "физические нюансы", взяла ближайший к ней бокал и принюхалась. Сделала глоток.

— Эээ… первая?

— В молоко, — покачал головой Данте. — Поставь на место, а то я сам запутаюсь в последовательности. Вкус какой?

— Да блин… — смутилась девушка. — Как кровь вкус. Соленоватый.

Морганта тяжело вздохнул.

— Ты безнадежна. Пробуй второй.

— Слушай, — Диана не спешила притрагиваться к новой порции. — А как же это… обучение самоконтролю, сдерживанию порывов, жажды?

— У тебя проблемы с вышеперечисленным? — перебил ее Данте.

— Нет, вроде…

— Тогда о чем ты беспокоишься? — развел он руками. — Просто дай мне выполнять свою обязанность.

Диана с грустным видом поболтала жидкость следующего бокала. Пригубила.

— Третья.

— Надо же, угадала. Что не исключается статистикой, — криво усмехнулся Данте. — В чем разница?

— Честно? — пробурчала девушка. — Да ни в чем. На мой неразборчивый вкус они вообще друг от друга не отличаются.

— Так и есть, — прищурился Данте. — Они одинаковые.

Диана недоверчиво взглянула на него.

— Ты хочешь сказать, там одно и тоже? В первом тоже третья группа?

— Совершенно верно, — кивнул вампир и даже показался ей более довольным. — Уж извини, четвертой в супермаркете не нашлось, как-нибудь потом.

Диана с охотничьим энтузиазмом оглядела оставшиеся бокалы.

— Так, значит, тут есть первая и вторая…

— Ты давай не устраивай тут игру в математику и пятьдесят на пятьдесят. Мне не важно на данном этапе, угадаешь ли ты вновь. Важно, чтобы ты умела чувствовать разницу.

— А у людей же все равно отличается? — брякнула юная вампирша. Настал черед Данте выгибать бровь.

— Ты хочешь, чтобы я привел тебе четверых доноров с разными группами крови? — в его словах скользило тщательно скрываемое веселье. — Ты сначала с кровавыми плодами разберись, малышка.

— Хватит так снисходительно ко мне относиться, — буркнула Диана, вцепляясь в третий бокал. — Я новичок, ежу понятно. Но ты сам вызвался. Эйдан со своими шутками все равно бы не стал меня так высмеивать.

— Не обижайся, пожалуйста, — голос Данте окрасился в примирительный тон. — Я понимаю все, ведь меня самого давно обратили.

— Да? — интерес вновь вспыхнул в бледно-синих глазах. — Когда?

— еще до рождения твоей мамы, — прикинул в голове время вампир. — Интересное было время…

— Кто это сделал? Зачем?

Данте ненадолго погрузился в размышления. Один из щенков подозрительно принюхался к столику и тут же убежал, возмущенно поскуливая.

— Раньше существовали разные кланы. И сейчас существуют, но их мало осталось. В основном, вампиры живут кровными семьями, родами. Как люди. Но ведь вампиры могут и обращать в себя подобных. Не через эликсир.

— Эйдан рассказывал о ритуале, — кивнула Диана. — Упомянул также, что он практически забыт сейчас.

— Раньше им владели главы кланов, — продолжал свой рассказ Данте. — Соответственно, только они и могли обращать. Так поступили и со мной.

Как только он сделал паузу, девушка открыла рот, чтобы, очевидно, выстрелить в него кучей вопросов, но вампир предостерегающе поднял руку.

— А кто, почему, как и зачем, узнаешь в следующий раз. Может быть. Пей.

Глава 13. Ночь

— Перестаньте, пожалуйста, обращаться со мной так, будто я фарфоровая кукла, — процедила Зои сквозь зубы. — Это непомерно раздражает! Эйдан, — перевела она взгляд на супруга. — Если поздним вечером я случайно оброню, что мне хочется артишоков, это не значит, что нужно сломя голову мчаться в поисках круглосуточного супермаркета!

— Милая, — забормотал смутившийся Ван Голд, — я лишь хочу, чтобы ты ни в чем не нуждалась.

Ведьма молча обвела глазами детскую, утопающую в игрушках, пеленках, колясочках и прочем.

— Я нуждаюсь только в покое, — твердо произнесла она. — Чтобы я могла мирно выполнять свои обязанности.

Эмили хмыкнула, но не стала отрываться от смартфона, пока не вмешиваясь в разговор. Эйдан набрал в грудь воздуха.

— Дорогая, — вкрадчиво начал он, — тебе давно уже пора перестать выполнять свои обязанности…

Зои сверкнула янтарными глазами, мгновенно наполнившимися гневом. Колыбелька тихо заскрипела, раскачиваясь без посторонней помощи.

— Вы с мамой сговорились? — возмутилась она. — Она спит и видит, как сместить меня с поста Верховной. Не дождется! Даже когда я сложу с себя полномочия, она Главой вновь не станет, — безапелляционно отрезала ведьма.

— Я ни с кем не вступал в сговор, — оправдывался Эйдан. — Я лишь беспокоюсь за твое здоровье…

— Папа, — Эмили наконец сочла нужным вмешаться. — У тебя деловая встреча. Дай нам спокойно побыть вместе, мы же праздник планируем.

— Я отменю все встречи, — торопливо ответил вампир и положил свою руку на ладонь жены. — Милая, я не хочу, чтобы ты чувствовала себя ненужной и…

— Эйдан, у меня вот здесь уже твоя забота! — неожиданно повысила голос ведьма, проводя рукой по горлу. — Я тебя люблю, но ты меня просто душишь своим вниманием! Надоело! Займись своей работой!

И на голову растерянного мужчины приземлился неизвестно как поднявшийся в воздух огромный плюшевый жираф.

Эмили, изо всех сил стараясь не хихикать, сняла с отца игрушку и похлопала его по плечу.

— Пап, не спорь с беременной колдуньей, самому хуже будет, — прошептала она ему.

***

— А почему мы едем не в "Красный бархат"? — слегка удивленно спросила Диана, увидев, что Данте направляет автомобиль в центр. — Это же самый такой… известный, классический вампирский бар.

— Да ну его, — с налетом презрения отозвался ее собеседник. — Там ты уже была, пора открывать для себя новое. Едем в "Ноктюрн".

— Ух ты, — зачарованно прошептала девушка.

Это место считалось одним из лучших в городе, и она взволнованно оглядела свой маникюр, туфли и платье.

— Роскошно выглядишь, — криво усмехнулся Данте. — Этот клуб хоть и пускает пыль в глаза, но там на дресс-коде так, как в "Бархате", не заморачиваются.

— Просто он давно уже существует, — робко встала Диана на защиту собственности Ван Голдов. — С начала прошлого века…

— Старье, — присвистнул Данте, уходя в поворот. — Развлечемся сегодня, малышка.

— Ты меня новому научишь? — в светло-синих глазах зажегся огонек.

— И тебе даже понравится, — пообещал тот, паркуясь перед зданием.

— Только не издевайся надо мной, — насупилась девушка. — Как в прошлые встречи.

— Да ладно, кровь ты уже не путаешь… почти, — ухмыльнулся вампир. — В дерево при беге не врезаешься… почти.

Диана вылезла из автомобиля и сердито захлопнула дверцу.

— Сломаешь, — укорил ее Данте. Та вдруг замерла. — Ну что еще?

— А меня не пустят в клуб, — огорченно проговорила девушка. — Мне ведь нет двадцати одного.

— Пустят, — уверенно возразил вампир, обогнул автомобиль и весьма фамильярно обнял Диану за плечи. — Убирай с лица всякий след сомнения.

Девушке было довольно неловко находиться так близко к нему, рука, обвивавшая шею, весьма ее смущала, но она послушно дала наставнику практически потащить себя к зданию. При встрече с вышибалой все ее надежды рухнули.

— Девушку не пущу, — сурово загородил тот вход. — Слишком молоденькая. Разве ей есть двадцать один?

— Ей сто двадцать один, — лениво выплюнул Данте вопиющую ложь.

— По вам, вампирам, ничего определенного не скажешь, — проворчал вышибала. — Валите в ВанГолдовский притон, там самое место таким, как вы.

Вампир сузил глаза.

— Ммм, да, "Красным бархатом" действительно владеет Эйдан Ван Голд, а еще он ведет некоторые дела с этим… отцом твоего приятеля, — обратился он к Диане, — как его?

— Исмаэль Раффин, — подсказала повеселевшая девушка.

— Точно. Так вот, — развернулся Данте к охраннику. — Мы подскажем им, чтобы они обратили внимание на "Ноктюрн". Возможно, захотят его выкупить, с их-то загребущими руками… — доверительно поведал он вышибале. — И вот тогда ваше элитное заведение точно превратится в рассадник вампирского разврата.

— Ладно, проходите, нелюди, — проворчал мужчина, нехотя освобождая паре путь. Данте довольно усмехнулся, протаскивая за собой Диану. Войдя в помещение, он тут же отпустил ее и перестал к ней прикасаться, что вызвало у нее облегчение.

— Пойдем, найдем местечко поукромнее, — кивнул он ей.

Они проскользнули в полуоткрытую нишу, где Данте оставил Диану на диванчике и молниеносно принес два стакана с чем-то, бывшей ведьме неизвестным.

— Этим клубом владеют люди? — спросила она у наставника, принимая от него коктейль.

— И кто-то из магов, — Данте свободно расположился рядом с ней. — Вампиры сюда обычно не ходят, а нам они и не нужны. Зато людей… хватает.

Танцпол тем временем заполнялся посетителями клуба. Некоторое время Диана с любопытством наблюдала за красиво одетыми танцующими девушками, обнимающимися парочками, смеющейся компанией молодых людей. Затем, не притронувшись к коктейлю, она обратила внимание на Данте, не сводившего с нее глаз. Захотелось отодвинуться.

— Ты обещал мне рассказать про свое обращение, — напомнила она ему.

Вампир сделал глоток и насмешливо на нее уставился.

— Я сказал "может быть". Пора тебе откровенничать.

— С чего бы это? — нахмурилась девушка.

Данте смерил ее оценивающим взглядом.

— Ты можешь пудрить мозги Совету, вампирам в городе, любящим папочке с мамочкой, но со мной это не пройдет. Почему ты стала вампиром?

Диана вздохнула и откинулась на спинку диванчика.

— Итак, — Данте дал понять, что не отстанет от нее в своей непреклонности. — Зачем тебе понадобилось менять свою жизнь так кардинально?

Девушка взглянула на него исподлобья.

— А не знаю, — пожала она плечами. — Как тебе такой ответ?

— Вранье, — отреагировал Данте. — Наглое и неуважительное, — он склонился к ней. — Влюбленность в вампира имела место?

Внезапно она поняла, даже почувствовала, что ей было абсолютно безразлично, узнает Данте или нет о том, что она рассказала Эйдану, краснея и находясь под слабым воздействием "сыворотки правды".

— Дело даже не в любви, — прямо взглянула Диана Данте в глаза. — Я была влюблена в вампира, это верно. Довольно долго, с детства. А потом он уехал, и я поняла, что все чувства ушли, что это была дурацкая подростковая влюбленность с бабочками в животе, замиранием дыхания при виде его и прочим. Так что не это причина. Мне просто… — умолкла она, глядя вперед и подбирая слова. — Мне просто очень хотелось обратиться, я чувствовала это как сильную потребность…

— Да, это была не любовь, — прервал ее Данте, ставший странно задумчивым. — Любовь остается, несмотря на изменения, потрясения, тем более время и расстояние.

— Ты испытывал такое? — тихо спросила Диана, наблюдая за тем, как незнакомое ей чувство сменила отрешенность на его лице.

Вампир медленно кивнул.

— Я жил здесь, это было довольно давно. Она была человеком, — сухо ответил он.

— И? — подалась вперед Диана.

— И я уехал в Бриджпорт, а она осталась здесь.

— Почему? — потрясенно спросила девушка. — Почему ты не обратил ее? Не остался с ней?

— А что бы я ей дал? — горько усмехнулся Данте. — Поверь мне, ничего хорошего. Ее ждала нормальная жизнь, с нормальным мужем, нормальными детьми, — он залпом допил остатки содержимого своего стакана. — Я бы не смог сделать ее счастливой.

— Если она любила тебя, то достаточно было бы просто быть с ней, — тихо возразила Диана. — А ты не навещал ее здесь?

— Ты еще так юна и наивна, — покачал головой вампир. — И отвечая на твой вопрос, скажу, что поздно. Она мертва. Погибла из-за несчастного случая. Ее не успели спасти, — жестко проговорил он.

— Какой ужас, — пробормотала огорченная донельзя девушка. — Прости…

— Закончим на этом, — закрыл тему ее наставник. — Давай танцевать, клуб все-таки. А потом приступим к обучению.

Диана не стала спорить и начала подниматься с дивана, как он схватил ее за руку.

— Сначала выпей, — велел Данте девушке, указав на стакан с нетронутым коктейлем. — До дна.

Диана скрипнула зубами, но сделала, как он сказал. Горло неприятно обожгло, по телу как будто прошелся огонь, но голова стала удивительно свободной от всяких прежде пребывающих там мыслей.

Данте бесцеремонно ухватил ее за подбородок, пристально вгляделся в ее мгновенно расширившиеся зрачки, и не успела девушка возмутиться, как он протянул:

— Мдааа… Вампиры с одной порции не пьянеют, но ты, чудо мое, исключение.

Диана хихикнула и мотнула головой.

— Танцевать! — провозгласил Данте, беря ее за руку и увлекая за собой вперед.

В толпе танцующих было не слишком тесно, музыка звучала довольно медленная, и даже в не совсем трезвом состоянии Диане было неловко думать о том, что ей предстоит медленный танец с наставником. Однако Данте оказался у нее за спиной, неспешно провел ладонями по ее плечам, опустил их на талию и прошептал ей на ухо:

— Просто расслабься и отдайся музыке. Плыви по волнам, двигайся, как чувствуешь.

Диана выскользнула из его рук, закрыла глаза и попробовала поймать ритм песни, теряясь в ароматах духов присутствующих. Забавно, закралась в голову мысль, о Тристане она даже не вспоминала до сегодняшнего разговора. Он был ей попросту безразличен. Такое же равнодушие она испытывала и к Данте. Странному, красивому Данте, который умудрялся быть в одно и то же время сдержанным и развязным, чьи прикосновения не вызывали у нее ничего. Ровным счетом ничего, кроме смутно неприятных ощущений. Это ее насторожило.

— Выброси из головы все посторонние мысли, — его ладони вновь скользнули на ее талию, а губы практически прикоснулись к уху. — Очисти голову. Сейчас ты попробуешь кое-что, что называется охотой.

Диана мгновенно открыла глаза, попыталась развернуться, однако его руки держали крепко.

— Но охота же запрещена! — нервно произнесла она.

— Это необходимо для того, чтобы ты научилась улавливать чувства и эмоции окружающих, — шептал ей Данте. — Не беспокойся, ни на кого нападать тебе не придется. Верь мне. Закрой глаза.

Девушка закусила губу, но последовала его указанию.

— Так, а теперь выдохни и расслабься. Дыши. Медленно. Какие запахи ты чувствуешь?

— Много духов, — мрачно пробормотала Диана. — Отпусти меня.

— Рано. Что ты слышишь?

— Музыку, — буркнула девушка.

— Что ощущаешь?

— Мне жарко, а твои руки как капкан! — выпалила Диана.

— Кому еще жарко? — задал он неожиданный вопрос.

— Надеюсь, что не тебе, — уже рявкнула юная вампирша. — Будешь ко мне приставать, папа тебя…

Внезапно она замолчала. Каким-то шестым чувством, продолжая держать глаза закрытыми, она ощутила энергетические поля окружающих. Будучи ведьмой, иногда ей удавалось видеть ауры окружающих, различая с этой помощью сверхъестественных существ. Чувство, которое она испытывала сейчас, было похоже на то ощущение, однако энергетические сгустки пульсировали, манили к себе. Какие-то выделялись сильнее, но больше всего притягивала чья-то сущность, к которой и развернулась Диана.

— Молодец, — послышался одобрительный голос Данте. — Можешь открыть глаза.

По направлению ее взгляда за диванчиком в одной из ниш сидела грустная темноволосая девушка. Ее пальчики касались полного бокала с каким-то напитком.

— Иди к ней, — выдохнул Данте, подталкивая свою подопечную.

— Зачем? — Диана невольно отступила назад, испугавшись нахлынувших ощущений и образов.

— Просто иди. Поговори с ней. Посмотрим, что ты сможешь уловить и прочувствовать.

Диана хотела бы, наоборот, отойти подальше или вообще сбежать из клуба, но невольно сделала один шаг вперед, потом еще один и еще… пока не уперлась в столик, за которым сидела та девушка.

— П-привет, — несколько нервно произнесла вампирша.

Девушка не пахла духами, которыми щедро облились танцующие, так что рядом с ней можно было свободно дышать. Она подняла голову, вернувшись из собственных мыслей, взглянула на Диану, и ее глаза расширились.

— Ой… Привет. А ты сверхъестественное существо? — с замиранием в голосе произнесла незнакомка.

— Эээ… — слегка растерялась вампирша. — Ну да, но в Мунлайте же их кишмя кишит, что ты так удивляешься?

— У меня все друзья — люди, — пояснила девушка с извиняющейся улыбкой. — У тебя глаза светятся, — зачарованно произнесла она. — Ты вампир или оборотень?

— Ты их совсем не различаешь? — изумилась Диана. — Вампир я, но ты не бойся.

— Я не боюсь, — покраснела девушка. — Ты присаживайся, — спохватилась она. — Как тебя зовут?

Мисс Браун представилась, усаживаясь на краешек дивана.

— А я — Вэл, — приветливо улыбнулась ее новая знакомая.

— Очень приятно, — решила проявить вежливость Диана. — А чего ты тут сидишь совсем одна?

Вэл погрустнела и опустила взгляд.

— Я тут должна была встретиться с парнем, — тихо призналась она. — Но он не пришел…

— И давно ждешь? — мрачно спросила Диана.

— Час… — плечи девушки поникли.

— Тогда ну его, лучше развлекись, — от всей широты души предложила синеглазая брюнетка. — Познакомься с кем-нибудь!

— А… — Вэл бросила взгляд на Данте, находящегося неподалеку от девушек и, казалось бы, совершенно не обращающего на них внимания. — А это твой парень?

— Фуу! — возмутилась Диана. — В смысле, он ничего такой, но лучше с ним не связываться. Неприятный тип. И мой наставник.

— У него кто-то есть? — грустно спросила Вэл, продолжая украдкой разглядывать неприятного типа.

— Попугай и щенок, — сообщила вампирша. — Правда, не советую.

— Жарко, — тем временем вздохнула темноволосая девушка, собирая волосы в пучок и открывая шею.

Диана замерла, глядя, как бьется тоненькая жилка под светлой кожей. Потянулась вперед, не в силах оторвать взгляд. До нее не сразу дошло, почему Вэл испуганно косится на свою сегодняшнюю знакомую.

— Красивое ожерелье, — поспешно выпалила Диана, глядя в настороженные карие глаза. — Всегда хотела себе нечто подобное.

— Хочешь примерить? — проявила доброту вмиг расслабившаяся девушка и потянулась к застежке.

Внезапно раздался громкий звук смартфона; Диана вздрогнула. Перевела взгляд с шеи Вэл на экран: звонил Алан. Пару мучительных мгновений решала, брать трубку или нет. Затем, словно очнувшись от сна, приняла вызов.

— Привет, — послышался слегка хрипловатый голос парня. — Ты где?

— В клубе, — рассеянно ответила девушка, глядя как Вэл снимает цепочку.

— Я подумал, может, встретимся? Знаю, что поздно, но ты все время с Данте, и мы давно не общались…

Диана некоторое время смотрела на уставившуюся на нее с любопытством Вэл, теребившую в руках цепочку. Затем глубоко вдохнула и сообщила оборотню:

— Уже еду. Будь дома.

Стремительно поднявшись с дивана и отвернувшись от удивленной девушки, она рванулась к выходу из клуба, задев плечом Данте и скороговоркой сообщив:

— Мне пора, я возьму такси.

Выскочив на улицу, Диана сделала еще один вдох, втянув свежий ночной воздух, и больно впилась ногтями в собственную руку.

***

Вот уже полчаса Зои перебирала все документы в кабинете Эйдана в доме, проклиная себя за глубоко укоренившуюся привычку работать за его столом. Она могла машинально спрятать нужную папку или блокнот в стол или один из выдвижных ящиков, а ее муж, в свою очередь, мог преспокойно завалить искомое документами клуба или письмами.

"Надо все упорядочить", — подумала Глава Совета магов, попутно выдвигая средний ящик.

Уведомление, письмо, приглашение, счет, журнал, еще один счет… Эйдан всегда был скрупулезным, но в последнее время его занимала лишь беременность жены, а в делах он стал рассеянным. Зои усмехнулась, убирая конверт и застыла, не в силах сделать вдох.

Ее пальцы дотронулись до старой, некогда черно-белой, но давно пожелтевшей фотографии. На снимке ее муж, с другой прической, не такой стройный, как сейчас, но без сомнения это был он, обнимал роскошную светловолосую женщину в платье двадцатых годов прошлого века. Оба светились счастьем.

Зои подняла фотографию и медленно опустилась в кресло. Разумеется, на снимке была его бывшая жена. Та самая певица, которая когда-то очень давно разбила ему сердце, попортила нервы и омрачила детство Тристана и Эмили. Последняя и поведала подруге о своей матери и прошлом Эйдана.

Сердце Зои кольнуло. Она невольно приложила руку к животу и попыталась отогнать мрачные мысли.

Если это все случилось так давно, то почему Эйдан хранит в такой доступности фотографию своей бывшей жены, где она полна радости рядом с ним? Где он тоже излучает счастье и довольствие?

***

Они стояли у входа в дом, напряженный черноволосый парень, скрестивший руки на груди, и взволнованная, смущенная девушка, зябко поводившая обнаженными плечами. Месяц робко набирал силу и бросал серебристые лучи прозрачного света на траву. Розовато-сиреневое сияние поднималось от круглых напольных светильников. Но между двумя молодыми людьми, вернее, нелюдьми, не было и намека на романтику в напряженных позах и взглядах.

— Значит, ты опять была с ним, — утвердительно произнес Алан, мрачно уставившись на Диану светящимися в темноте желтыми глазами.

Она не поднимала головы.

— Ты же понимаешь, он мой наставник… — еле слышно прошептала девушка.

— Значит, часть покровительства, — со злостью выговорил Алан последнее слово, — заключается в том, чтобы возить тебя ночью по клубам? Или не доходит, что ему от тебя нужно? Не понимаю Аргуса, как он допустил это, что вокруг тебя все время отирается этот хлыщ, — сжал он кулаки.

— Папа ему доверяет, — рывком вскинулась Диана. — И… и не надо так думать о Данте! Он учит меня и даже не помышляет о… о чем-то ином, — она попыталась загнать глубже неприятно укусившую ее тревогу. — И вообще, ты не имеешь никакого права все это мне выговаривать!

Алан шагнул к ней и прикоснулся к ее руке.

— Ты сама сказала однажды, что я тебе как брат, — хрипло проговорил он. — Я переживаю за тебя, я чувствую за тебя ответственность. Ди, давай не будем ссориться, — умоляюще попросил он.

Диана судорожно вдохнула ночной воздух и посмотрела куда-то себе под ноги.

— Я хотела рассказать тебе кое о чем, о том, что произошло сегодня в клубе, — прерывисто начала она. — Я… Данте учил меня охотиться, и…

— На кого? — перебил ее оборотень. — На людей?

— Это не то, что ты думаешь… Это… Ты закрываешь глаза и чувствуешь сущности всех находящихся вокруг тебя людей, — сбивчиво продолжила рассказывать Диана и внезапно понизила голос до шепота. — И выбираешь так самую яркую… Это… это оказалась девушка, и Данте направил меня к ней… И мы поговорили… И… — посмотрела она другу в глаза со смесью страха и восторга, — и я видела, как пульсирует кровь у нее под кожей, и мне нестерпимо захотелось…

Лицо Алана будто окаменело, огонь в глазах потух.

— Зачем ты мне все это рассказываешь?

— Потому что ты мой друг… Ведь это же нормально? — взгляд Дианы стал умоляющим.

— Ты ведь обещала, что не будешь пить человеческую кровь, — Алан внезапно ощутил, что у него пересохло в горле.

— Я и не буду. Просто ощущение было манящее… — Диана замерла, глядя как меняется выражение лица оборотня.

Он смотрел на нее так, как будто только что испытал глобальное разочарование. Как будто солнце вдруг стало испускать лунный свет или вовсе исчезло. Алан перестал дотрагиваться до ее руки и даже сделал шаг назад.

— Это чудовищно, — выдавил он. — Ты же обещала… Это все чертов Данте…

— Но я же ничего не сделала! — Диана почему-то ощутила, что горела от стыда, хотя какая-то ее часть шептала ей, что стыдиться было нечего.

— Но ты захотела сделать… Прости, я… Я не могу так. Давай отвезу тебя домой.

Девушка проглотила комок в горле и медленно шагнула вниз с крыльца.

— Не надо. Я вызову такси.

***

Звонок телефона раздался совершенно неожиданно и резко в изолированных стенах кабинета в "Красном бархате". Номер был европейским.

— Какого черта наставником Дианы стал Данте Морганта? — раздался в трубке недовольный голос Дэвида Масгрейва.

— И тебе доброго времени суток, дружище, — посмеиваясь, ответил Эйдан, перелистнув страницу финансового отчета.

— Эйдан, почему не ты?

— Как ты знаешь, Дэвид, я не могу разрываться между работой, ожидаемым пополнением в семье и юной подопечной. Пришлось пожертвовать менее важным. Откуда ты узнал?

— Хэйли переписывалась с Диди, та ей и рассказала. Эйдан, — голос Дэвида странно изменился, — нельзя было допускать его к ней.

— Почему? Аргус Браун сам одобрил его кандидатуру, — Ван Голд отложил отчет и нахмурился.

— Потому что… Черт побери, это я виноват, нельзя было скрывать…

— По существу давай, друг.

— Эйдан, он из Бриджпорта. Он клановый вампир.

Молчание длилось пару секунд.

— И что?

— Ты не осознаешь до конца. Он из клана Догерти.

Эйдан резко поднялся и перехватил трубку другой рукой.

— Я не понял, их же всех вырезали. Ты же был там, ты же… — внезапно застыл вампир, пораженный догадкой.

— Он был совсем молодой, испуганный, ничего не осознавал, — в голосе Дэвида послышалась попытка оправдания. — Он попал туда незадолго до всех тех событий.

— И ты его пожалел, что ли?! — повысил Эйдан. — Дэвид, они же все были чокнутыми! У них была принята кровная месть и куча других устаревших, сумасбродных, извращенных вещей!

— Ты меня тоже пожалел, — напомнил другу Дэвид, и когда тот слегка успокоился, продолжил: — Я наблюдал за ним, он вроде бы вел себя более-менее нормально, но воспитание обращенной я бы никогда ему не доверил.

— Почему ты никому не рассказал? — тихо спросил Ван Голд.

— Как ты думаешь, что бы приказала сделать с ним Дорин? Она бы пожалела на него излечивающего эликсира и велела бы убить на месте.

Тяжело вздохнув, Эйдан признал правоту друга, и тот продолжил:

— Мы вылетаем ближайшим рейсом. Надо срочно связаться с Браунами.

Глава 14. Бриджпортская история

Бриджпорт, декабрь 1985 года

Снег заметал тротуары и проезжую часть, неприятно сыпля в лицо ледяными иголками. Под ногами тонкое белое покрывало быстро таяло, успев ненадолго превратиться в серую кашу, безжалостно забирающуюся в ботинки. Ветер метал снежные иглы в самых неожиданных направлениях, добавляя совершенно нерадостное чувство к настроению прохожих.

Худой темнокожий мужчина абсолютно не обращал внимания на неприятные погодные явления, укрывшись в телефонной будке.

— Дэвид, у тебя еще есть возможность вернуться, — голос Эйдана Ван Голда звучал в холодной трубке мягко и уговаривающе.

— Это мой выбор, — сухо ответил ему Масгрейв, сжимая в ладони ключи от машины. — Никто не принуждал меня вступать в ряды ликвидаторов. Я звоню только, чтобы держать тебя в курсе.

— Их там и так достаточно, кроме того, будут маги. Ты думаешь, тебе нечего терять, а если тебя там убьют? — повысил голос Эйдан. — Ты никому ничего не должен, как ты не поймешь?

— До скорого, друг.

Трубка вернулась на свое законное место, а Дэвид покинул телефонную будку и направился к припаркованному автомобилю. Его раздражали переживания лучшего друга, раздражала предрождественская суета, которая могла поспорить по своим масштабам с неделей перед Днем Благодарения. И сейчас он ждал несколько минут, чтобы выехать с парковки. Снегопад и слякоть на дорогах серьёзно затрудняли движение оголтелых покупателей, направляющихся в торговые центры за рождественскими подарками. Все как всегда, в последнюю минуту. Интересно, кому пришла в голову светлая идея назначить ликвидацию клана на вечер пятницы?

Автомобиль недолго полз по дороге в веренице других машин. Где-то далеко зажегся красный огонек светофора, и вся кавалькада встала в ожидании зеленого пропуска. Дэвид сделал глубокий вдох, затем выдох, и раздражение ушло.

Внезапно дверца автомобиля со стороны пассажира распахнулась. Сначала взору ошарашенного вампира предстал необъятных размеров живот, потом его обладательница с трудом протиснулась в машину, не обращая ни малейшего внимания на шокированного водителя.

— Спасибо огромное, что остановились! — рассыпалась женщина в радости. — Я уже отчаялась поймать такси!

— Э…

— Мой муж в отъезде, а больше меня некому отвезти. Вы не волнуйтесь, — неправильно истолковала выражение лица Дэвида пассажирка. — У меня уже отошли воды, я не запачкаю сиденье.

Масгрейв продолжал молча смотреть на нее, нажав на газ, только когда позади автомобиля послышались гневные гудки.

До женщины, наконец, дошло понимание сложившейся ситуации.

— О, Боже! — залепетала она. — Так Вы просто остановились, а не для того, чтобы меня подвезти? Какой ужас! Простите, у меня голова в последнее время совсем не соображает!

— Да ладно, чего уж там, — хмыкнул Дэвид. — Я все равно еду в Мемориальный госпиталь, Вам повезло. Наверное.

— Спасибо огромное, — с трудом поверила своему счастью женщина. — Вы меня просто спасли. И простите еще раз.

— Ничего страшного. Только знайте, что опасно вот так садиться в машину к незнакомому человеку.

Его собеседница издала нервный смешок. Автомобиль повернул на перекрестке.

— Ну, Вы производите впечатление надежного человека. Хотя ничто Вам не помешает убить меня и засунуть в Ваш огромный багажник, — попыталась пошутить дама.

— Это вряд ли, — вновь хмыкнул Дэвид.

В багажнике попросту не было места: среди прочего оружия и снаряжения лежал пистолет с глушителем и огромный нож, чем-то смахивающий на катану, хотя в его видовой принадлежности, а уж тем более в происхождении, Дэвид не был уверен.

— Алисия, — вежливо представилась тем временем женщина.

— Очень приятно, Дэвид.

— А у Вас есть дети? — с любопытством спросила дама, глядя на нового знакомого.

— Нет, — покачал головой вампир. — И точно не будет.

— Вы так категорично говорите, — удивилась Алисия. — Почему же?

Тот криво улыбнулся.

— Плохая карма, — пояснил он женщине. — Не хочу, чтобы она передалась детям.

Алисия растерянно захлопала ресницами, но до конца дороги больше не задала ни одного вопроса своему спасителю, лишь с еще большим любопытством косилась на него. Вскоре они на удивление беспрепятственно подъехали к госпиталю, и Дэвиду даже удалось найти свободное место на парковке.

***

Рабство в США отменили в 1865 году. Разумеется, это не значило, что всех бывших рабов мгновенно отпустили на свободу. В глухом уголке штата Миссисипи стоял огромный особняк одного из тех южан, которые рьяно не желали признавать закон. Власти бы еще долго добирались сюда, позволяя владельцу поместья безнаказанно мучить бесправных людей. Даже если бы и добрались, мало что смогли бы сделать семье вампиров.

Однако, если законы государства можно нарушить, то закон воздаяния еще никому не удавалось преступить. Так, однажды вечером на пороге дома появился молодой выходец из Голландии, начинающий предприниматель Эйдан, жаждавший найти компаньона. В итоге Ван Голд нашел мальчика-подростка, над которым нещадно издевался собственный хозяин, и тайно вывез ночью. Мальчик был мулатом и вампиром, унаследовавшим сущность от отца — владельца поместья.

Дэвид позже узнал, что вампиров из Миссисипи казнили, а выжившим слугам запретили рассказывать кому-либо о монстрах, некогда живших в белоснежном доме посреди плантации. Однако он знал, что легенды о них ходят до сих пор.

Скорее всего, легенды о Бриджпортских кланах тоже будут жить еще долго. Дэвиду пришлось долго привыкать к нормальной жизни в невероятном маленьком городке, который совместно строили вампиры, маги, оборотни и люди. Позже рискнули выйти из тени иные волшебные существа, понявшие, что в этом месте они могут жить спокойно. Масгрейв ясно помнил свое восторженное изумление при виде крылатой феи, излучавшей вокруг себя сияние. Поначалу он принял ее за ангела.

Его же сейчас можно было спокойно принять за демона. Он умел четко распознавать мысли и эмоции существ, не являющимися вампирами, двигался с невероятной скоростью, мог виртуозно обращаться с разными видами оружия. Стоя посреди окровавленной комнаты, Дэвид почему-то вспомнил, как в самом начале строительства Мунлайта маги накрыли город защитным куполом, не позволяющим практически никому обнаружить тайное место. Если вампиры клана Догерти были бы умнее, они так же бы защитились от внешнего мира и вели бы себя потише. И Дэвиду не пришлось бы тогда уничтожить их с командой ликвидаторов.

Больше всего на свете он ненавидел тех, кто использовал свои преимущества для того, что унижать, мучить или убивать других в своих целях. Войнами кланов за влияние в городе Бриджпортские вампиры не ограничились. Те же Догерти развернули широкую деятельность, открывая элитные и подпольные клубы, обращая людей в своих соратников (что могли сделать главы лишь некоторых кланов) и не считаясь с количеством жертв. Они потеряли осторожность.

И человечность.

— Ты идешь? — окликнул Дэвида маг, появившийся в дверях. — Помни, нам еще предстоит все тут сжечь.

— Только осмотрю и спущусь.

Когда напарник скрылся, Масгрейв закрыл глаза. В помещении больше не должно было никого быть, но его чувства подсказывали ему, что что-то он упустил. Он не мог улавливать мысли себе подобных, но учащенное сердцебиение отлично слышал.

— Выходи, — приказал Дэвид, повернувшись к черному шкафу.

Несколько секунд стояла тишина, затем створки приоткрылись, и из шкафа буквально выполз юноша. Он дрожал, но его затрясло сильнее, едва он увидел следы бойни в комнате.

— Вампир, — констатировал Дэвид, вынимая пистолет с глушителем. — На шее метка клана Догерти.

Парень съежился и беззвучно зарыдал.

— Они… они все… мертвы? — удалось ему выговорить.

— Мертвы, — успокаивающе произнес Дэвид, поднимая руку с оружием.

— А… а люди? — поднял юноша светлые глаза на Масгрейва.

— Какие люди? — нахмурился тот.

— В подвале… Они держали некоторых внизу…

Не сводя с юноши взгляда и прицела, Дэвид сообщил об этом напарнику через рацию. Парень слегка успокоился и странно равнодушно глядел на пистолет.

— Вы меня отпустите?

— Почему тебе должна быть оказана особая честь? Разве ты никого не убивал?

Парень судорожно запустил пальцы в волосы.

— Я жил на улице, когда наткнулся на них… Они хотели меня убить, но глава не позволил… Обратил меня, — сглотнул он. — Хотел, чтобы я сражался за него с другим кланом, но я не смог… Я не убийца, — в упор взглянул он на Дэвида, — в отличие от тебя.

Масгрейв очень медленно опустил пистолет.

— Почему я должен тебе поверить?

— Не должен, — пожал плечами юноша. — Но я сказал тебе про подвал. Я рад, что клан мертв, — прошептал он.

Дэвид хмуро смотрел на него, принимая самое тяжелое решение в своей жизни.

— Как тебя зовут?

— Данте, — не сразу проговорил вампир.

— Значит так, Данте, слушай меня внимательно. Твоих родителей убил Догерти. Тебе некуда идти, и я решил забрать тебя с собой. Татуировку тебе переделаем. Но если ты, — Масгрейв шагнул и приставил дуло к голове парня, — обманешь мое доверие, я тебя пристрелю. Ты меня понял?

***

Вернувшись в больницу и завершив там все дела, Дэвид возвращался по коридору к машине, где его ждал неожиданный подопечный. Случайный взгляд, брошенный в окно палаты, заставил его остановиться. Его нежданная попутчица, уставшая, но счастливая, баюкала новорожденного младенца.

Спустя десять минут Дэвид вновь проходил по этому же коридору, но теперь в руках у него было кое-что, извлеченное из недр багажника.

— Можно к вам? — тихо осведомился он у Алисии, заглядывая в палату.

Женщина удивленно посмотрела на него и тут же улыбнулась.

— Дэвид, это Вы! Не могу выразить, как я Вам благодарна, — ее янтарные глаза сияли.

— Я уезжаю, но вспомнил о Вас и решил Вам кое-что оставить. Мне это точно не понадобится, а вот малышу — в самый раз.

Дэвид положил на прикроватный столик пухлый потрепанный томик. Обложка гласила: "Сказки о феях".

— Какая прелесть! — Алисия с восторгом рассматривала книгу, продолжая качать ребенка. — Буду читать своей малютке.

— Значит, у Вас девочка?

— Да, — с гордостью улыбнулась молодая мама. — Назвала Хэйли. И, кажется, у нее мои глаза.

***

Мунлайт Фолз,

первая половина XXI века

После того, как прибыло такси, Диане совершенно не хотелось ехать домой. В голове и на душе царила сумятица. Алан замкнулся в себе и даже не взглянул на нее после их неловкого разговора. Тяжелое молчание продлилось до прибытия такси.

Кроме дома было еще одно место, куда девушка могла бы сейчас отправиться. Данте не сразу взял трубку, но благосклонно разрешил ей приехать. Звонить ему при Алане Диана не решилась и сделала звонок только когда села в такси.

Выйдя из автомобиля рядом с домом наставника, девушка отогнала неприятное чувство, тянувшее ее обратно, поднялась по ступенькам крыльца к двери и позвонила.

— Входи, не заперто, — раздался из дома голос Данте.

Диана вошла, на всякий случай закрыла за собой дверь и в мрачном расположении духа направилась в гостиную. Открывшаяся перед ней картина заставила ее замереть, едва ли не споткнувшись.

Данте расположился на одном из своих диванов. На полу у его ног полулежала недавняя знакомая Дианы — Вэл, казавшая абсолютно расслабленной.

— Что здесь происходит? — нервно обратилась к вампиру его подопечная. — Мне уйти?

— О нет, как раз наоборот, — Данте убрал руку с шеи девушки, и Диана с ужасом заметила следы крови на ее коже. — Ты как раз вовремя.

Вэл хихикнула и направила полный странного обожания взгляд на вампира.

— Ты что, одурманил ее? — Диане внезапно стало холодно. — Загипнотизировал, чтобы она беспрекословно позволила тебе выпить ее кровь?!

— Не понимаю твоего возмущения, — Данте ласково перебирал каштановые волосы девушки. — Она сама дала свое согласие на то, чтобы отправиться сюда вместе со мной. Вошла в мой дом, а остальное — дело техники… Так что, как там тебя, милая… — приподнял он голову жертвы за подбородок.

— Вэл, — резко проговорила Диана, чувствуя, как нарастает ее гнев. — Ее зовут Вэл.

— Ах, да. Вэл, — склонился к той Данте. — Тебе больно? Страшно? Отвратительно?

— Нет! — расплылась она в полунаркотической улыбке. — Мне очень, очень-очень хорошо…

Диана, не веря своим глазам и ушам, уставилась на новую знакомую и на четко просматривавшийся след укуса.

— Вот видишь, — вкрадчиво продолжал Данте, усаживая довольную Вэл себе на колени. — Когда еще такой шанс представится? Так что, юная моя ученица, продолжим занятие. Возьми бокал на столе и выпей до дна. Там находится очередная дрянная искусственная кровь из пакета. А потом, — убрал он волосы девушки с шеи, — попробуй на вкус настоящую. Поверь мне, весьма недурно. И не надо так сверкать глазами, это же твоя природа…

***

Эйдан так и не вернулся ночью домой. Зои практически не спала, периодически перечитывая сообщение от него: "Возникли кое-какие сложности. Приеду завтра. Не переживай".

Интересно, он и вправду думает, что от его слов она на самом деле успокоится? Довольно наивно с его стороны. Что же такого могло случиться? Зои отчаянно пыталась не связывать его отсутствие с найденной фотографией. Уговаривала себя и впрямь не переживать. Пила отвар трав с легким успокоительным эффектом и смотрела мультики, не вникая в содержание. И зачем только мультфильмы показывают ночью?

Под утро ей удалось немного подремать, однако затем она вновь проснулась и проверила сообщения. Ни одного смс, ни одного звонка. Зои села на кровати и медленно оперлась на подушки.

В таком положении ее и застала Эмили, у которой до сих пор хранилась копия ключей от дома.

— Привет, — поздоровалась она, заглядывая в спальню, так как дверь была открыта. — Ты не слышала, как я пришла?

— Нет, — потерла глаза Зои. — Доброе утро.

"Надеюсь, оно действительно доброе".

— А я так гремела в подвале, что думала, разбужу тебя, — блондинка уселась на кровать рядом с подругой.

— Что-то искала?

— Ага, — кивнула Эмили. — Понимаешь, когда мама сбежала, на папу однажды что-то нашло, и он сжег почти все ее фотографии. А одна уцелела, потому что была в рамочке, и при переезде ее закинули в коробки со всякой ерундой. Сначала эти вещи лежали у нас в подвале в старом особняке, но потом мы все перевезли сюда. Я все утро ищу это фото, — простонала она, — и никаких результатов. Хотя я говорила об этом папе, подозреваю, что он мог найти ее сам и куда-то переложить.

На душе у Зои заметно полегчало, а утро стало казаться явно добрее.

— Поищи в его письменном столе, — решила она не выдавать себя. — У него там куча бумаг хранится.

Поиски не заняли у Эмили много времени. Со счастливым возгласом она выудила старое фото из ящика и, сияя, вернулась к подруге.

— А зачем тебе это фото? — с любопытством спросила посветлевшая ведьма.

— Понимаешь, — блондинка бережно разгладила измятые уголки, — я ведь ее совсем не помню. Но мне ее не хватало. Я так злилась на нее раньше, что она ушла и бросила меня. А потом, когда поняла, что жду ребенка, испугалась. Вдруг я не смогу дать ему всю необходимую любовь и заботу? Ведь у меня никогда не было любящей матери.

— И когда все изменилось?

— Когда Ральф родился. Помню, я посмотрела на него, и все мои страхи исчезли. Я поняла, что моя любовь к нему безусловна и безгранична. И осознала, что справлюсь. А еще, — в голубых глазах промелькнуло что-то озорное и радостное, — я знаю, что Тристан тоже справится. Я верю в братишку.

***

Великобритания, Брайтон

Мини-купер с Юнион Джеком на крыше неспешно подъехал к одинокому дому в современном стиле, стоявшему практически на самом берегу. Припарковавшись, из автомобиля вышла темноволосая женщина. Слегка сощурилась, вглядываясь в горизонт, сверилась с адресом, написанным на листочке, который она вытащила из кармана, и зашагала к дому.

Тристан, услышав звонок в дверь, первым делом с улыбкой подумал о сестре. Не преминула навестить его, как и обещала. Ризотто по семейному рецепту было практически готово, так что он выключил плиту и отправился открывать дверь.

— Привет. А я все преследую тебя, как видишь, — улыбнулась ему гостья, снимая солнцезащитные очки.

Он не поверил своим глазам, во рту мгновенно пересохло.

— Привет, Бет, — проговорил Тристан растерянно. — Какими судьбами?

— Я зайду? — мягко спросила она и, дождавшись его медленного кивка, проскользнула в дом.

Бетани осматривалась некоторое время все с той же улыбкой. Тристан судорожно разминал пальцы, не сводя с нее глаз.

— А ты все обставил, как и хотел, — повернулась она к нему. — Берег моря, бело-голубая гамма. Свободно живется и легко дышится.

— А ты здесь по своим делам? Проездом?

— Нет, — наклонила она голову с блестящими каштановыми волосами. — Специально приехала к тебе.

— Зачем? — тихо спросил он, сглотнув.

Бет неторопливо прошлась по холлу, достигнув кухни, и провела пальцами с безупречным маникюром по столешнице.

— После нашей последней встречи я задумалась и решила, что ты прав. Что мы просто позволили тогда вспомнить прошлое и слегка забылись. Но… Кое-что произошло.

Она вытащила из сумочки сложенный лист бумаги, расправила его и положила на стол, придвинув его к Тристану.

— Что это? — он нахмурился и поднял документ. Прочитал несколько строчек, и ему показалось, что его сердце остановилось, ухнуло вниз и забилось вновь часто-часто.

— Справка от врача, — голос Бет слегка задрожал. — Я не могла не поставить тебя в известность, ведь… Ведь если внутри меня растет маленький вампирчик, то мне одной не справиться.

Тристан оторопело глядел на нее широко раскрытыми глазами. Бетани попыталась улыбнуться. Ее глаза влажно блестели.

— Я… все еще люблю тебя. Чтоб ты знал.

Он обошел стол, обнял ее и уткнулся подбородком в ее пушистый шелковистый затылок.

"Я не буду плакать, я же мужчина все-таки".

— Бет, я… Я такой дурак, Бет, прости.

Они долго стояли на кухне, обнимая друг друга, пока плита не напомнила о неснятом ужине писком.

— Будешь ризотто?

Глава 15. Последствия

Диана открыла глаза.

Деревянный потолок, покрытый паутиной. Деревянный пол, покрытый пылью.

Саднящее горло, гудящая голова и горящий желудок.

Девушка попыталась приподняться; в виски будто вонзили два раскаленных гвоздя. Застонав, она неловко села и подтянула колени к груди. Что было вчера? Где она?

— Данте… — прохрипела Диана; в памяти метались обрывки вечера в клубе.

Девушка огляделась. Помещение, в котором она находилась, явно было давно заброшено. Какие-то коробки, заколоченные окна и практически полное отсутствие света, что не помешало ей разглядеть хрупкую фигурку, ничком лежащую на полу неподалеку.

— Господи… — с содроганием прошептала Диана, с трудом подползая ближе. Она с ужасом прижала ладонь ко рту, узнав бесчувственную Вэл со следами укусов и засохшими пятнами крови на шее и груди. Ей хотелось завыть в голос и разрыдаться. Вместо этого девушка протянула дрожащую руку в попытках нащупать пульс, всей душой молясь, чтобы он присутствовал.

С невероятным облегчением Диана уловила слабое и неприятно редкое биение сердца. Всхлипнув, она попыталась привести Вэл в чувство, слегка похлопав ее по щеке, что не принесло никакого результата.

Надо было выбираться. Поиски мобильного телефона оказались безуспешными. У Вэл его не было, а собственный смартфон лежал в углу, разбитый на несколько кусочков. Ключей от дома нигде не было видно. Диана подавила дрожь во всем теле, с трудом поднялась на ноги и, пошатываясь, медленно направилась к выходу. Распахнув дверь из рассохшихся досок, державшуюся на скрипучих петлях, девушка зажмурилась.

Утреннее летнее солнце беспощадно заливало лес. Рядом с домом пролегала дорога, выглядевшая так, будто по ней давно никто не ездил. Ни один автомобиль не проехал мимо, пока Диана с отчаянием вглядывалась в оба конца шоссе. Она принимала защитный эликсир, но его действие должно было уже кончиться. Если она слишком много времени проведет на солнце, то последствия будут крайне неприятными.

Голову будто сдавило железным обручем, огонь внутри продолжал бушевать, только теперь к нему прибавилась тошнота. Почему она ничего не помнит? Данте… Данте с Вэл на коленях. Та одурманена и безвольна. Что же случилось потом, почему в памяти только черная пустота?

Диана вернулась в дом. Вэл по-прежнему не подавала признаков жизни. Ничего не оставалось делать, кроме как попытаться вынести несчастную жертву наружу. Несмотря на то, что сила вампира превосходила человеческую, Диана с трудом вытащила девушку из старого дома на траву у шоссе, чувствуя, как слабеет с каждым шагом.

Опустив Вэл на землю, она упала рядом, пытаясь на провалиться в спасительное забытье.

— Помогите… кто-нибудь…

***

Диди с тяжелым сердцем возвращалась домой. Всю ночь она и другие маги потратили на то, чтобы выяснить местонахождение дочери после тревожного звонка Эйдана. Дома у Раффинов или Данте ее не оказалось, жилище последнего вообще пустовало.

— Это бесполезно, так мы ее не найдем, — настаивала Серена Дурвуд.

— Неправда, — возражала ей Диди, сжимая в руках длинную оранжевую футболку дочери. Она пахла любимыми цитрусовыми духами Дианы, и от этого родного запаха на глаза наворачивались слезы. — Ритуал позволяет найти любого человека по принадлежащей ему личной вещи.

— Вот именно, что человека, — мягко ответила ей Серена. — Или мага. Диана теперь вампир, ее магия совершенно другого рода. Мы сделали все, что могли, но вампира нам не отыскать.

Практически не сдерживая слез, Диди дошла до двери дома, отомкнула замок и, зайдя в холл, расплакалась, закрыв лицо руками.

Он напал неожиданно, она так и не уловила, с какой именно стороны. Сжал запястья, буквально пригвоздив к стене и, не дав опомниться, вонзил зубы в шею.

Ощущения от укуса вампира не шли ни в какое сравнение с теми сказками, которые как-то рассказывал спьяну Тристан. Раздирающая боль вынудила ее закричать и дернуться, но стальная хватка напавшего держала крепко. Отчаяние, ужас, паника, страх за ребенка и гнев вылились и оформились в единственную стихию, которая вырывалась на свободу в момент угрозы ее жизни.

Потоки огня заструились из раскрытых ладоней, пронзая и опаляя вампира, заставив его отскочить и с воем кинуться прочь из дома через входную дверь, которую Диди не успела запереть. Ведьма, усилием воли удержавшись от потери сознания, зажимая рану ладонью, рванулась на кухню в поисках флакона с кровоостанавливающим средством, благодаря Бога, что так и не последовала совету Аргуса не хранить эликсиры рядом с едой. Опустошив флакон и вылив часть на рану, она разорвала бинт и, прижимая его к шее, сначала поспешно заперла дверь, а затем опустилась на пол в коридоре, достала смартфон и, оставляя кровавые пятна на экране, принялась набирать номер. Пока шли гудки, ее взгляд случайно упал на лежавшую на полу связку ключей с брелоком Дианы.

***

Ночное дежурство Аргуса подходило к концу. Он потерял счет кофейным чашкам, которые опустошил за это время. Ему хотелось бросить все и самому немедленно помчаться на поиски дочери. Ведьмы, может быть, и найдут ее, но что с ней произошло? Эйдан почему-то скрытничал, лишь упомянув, что Данте может быть опасен, и Диану необходимо срочно найти и не подпускать к нему. Аргус не мог поверить в это. Разве старый приятель, с кем он несколько лет прожил под одной крышей, саркастичный шеф-повар, постоянно заглядывающийся на красивых девушек, способен причинить какой-либо вред его дочери? Он мог за ней ухаживать, это у него не отнимешь, но не более…

— Аргус! — окликнула его Навита, спешащая к нему из левого крыла больницы. — Твоя дочь нашлась!

Он развернулся к ней с радостным блеском в серых глазах, но серьёзное выражение лица подруги заставило улыбку на его лице потухнуть.

— У нее отравление и куча ожогов, — быстро говорила Навита, успокаивающе положив руку ему на плечо. — Противоядие уже ввели, интоксикация прошла, регенерация началась.

Аргус сжал кулаки, до крови впиваясь ногтями в ладони.

— Послушай, — понизила голос миссис Синг. — С ней привезли еще девушку. Им невероятно повезло, проезжающий мимо автомобиль обнаружил их лежащих без сознания у заброшенного дома. У второй девушки, Аргус, серьёзная кровопотеря и следы укусов на шее.

— На что ты намекаешь? — ледяным голосом проговорил оборотень.

— Аргус! — позади запыхавшийся доктор Майк Никс ухватил его за рукав. — Аргус, твоя жена… Ее привезли на скорой, у нее на шее рана…

Доктор Браун молниеносно развернулся и побежал в приемный покой. Позже в кошмарах ему будут сниться не погибшие на операционном столе пациенты, не пропавшая и измученная дочь, а карие, широко раскрытые, наполненные ужасом и переживаниями глаза жены, и ее ладонь, все еще судорожно прижимающая пропитанную кровью повязку к шее.

— Данте… — прошептала Диди, едва завидев мужа. — Это был Данте…

Аргус крепко, но бережно сжал ее в объятиях. Зверь внутри поднял голову, оскалился и зарычал.

— Он напал на меня… Он был у нас дома… Каким-то образом заполучил ключи Дианы… — рассказывала дрожащая ведьма, вцепившись свободной рукой в его одежду. — Что он с ней сделал? Где она теперь?

— Здесь, — успокаивающе прошептал Аргус ей на ухо. — Она здесь, она в порядке, жива и восстанавливается. Почему-то была отравлена и в ожогах, — он сильнее сжал жену в объятиях, а та заплакала.

— Зачем он это делает, Аргус? За что? Что ему нужно от нас? Я с самого начала ему не доверяла.

Врач отстранился от своей ведьмы.

— Я его лично убью.

— Нет, только не это, — Диди не могла заставить себя выпустить из руки край его одежды. — Только никакого самосуда. Послушай, мы ночью поставили границу на город. Пока не снимем, никто не сможет покинуть пределы магической сферы. Он где-то здесь, в Мунлайте или окрестностях.

Аргус кивнул и вышел из палаты.

— Только не убивай никого… — прошептала вслед ведьма.

***

Она парила над алтарем, казалось, не дыша. Плотно сомкнутые веки не шевелились, под глазами залегли глубокие тени. Покрасневшая кожа постепенно бледнела. Скорость изменений была незаметна, но удовлетворенные состоянием пациентки врачи оставили ее в покое.

Алан с мукой на лице не отрывал взгляда от Дианы. Больше всего его беспокоили посеревшие губы, но, как ему объяснили, это были последствия интоксикации. Кто-то отравил ее и бросил в самый дальний участок города, нежилой и заброшенный. Девушку спасло только чудо, страшное везение и сильный организм.

Алан догадывался, кем мог являться этот "кто-то", и злился от бессилия. Она не послушала его, безоговорочно доверяла своему "наставнику". Да что там, даже Аргус положился на свое прошлое. Никто никогда не узнает, что на самом деле творится у человека на душе. Ты не можешь доверять никому кроме себя самого, а они оказались слепы и наивны.

Юноша с болью поглядел на девушку. Он ужасно хотел дотронуться до ее руки, но боялся этим причинить ей боль, кожа не до конца регенерировала. Странно было видеть, как она висела над каменной плитой. Неизвестно, что держало ее, воздушная подушка или неизвестная оборотню вампирская магия. Все равно скоро ее должны были перевести в обычную палату. Ему пришлось чуть ли не с боем прорываться в кабинет, чтобы увидеть ее после всех процедур. Он полночи проездил по городу в ее поисках, после того как Эйдан позвонил им среди ночи и поинтересовался, не знают ли они местонахождение мисс Браун.

— Я люблю тебя, — если слышно проговорил он, наклонившись к неподвижно лежавшей девушке. — Только, пожалуйста, очнись. Ты выбралась из этого кошмара, ты жива. Не сдавайся, борись, ты же сильная. Только вернись ко мне…

Дверь распахнулась, появившийся на пороге Аргус мотнул головой, указывая Алану, что надо покинуть палату. Тот, бросив на Диану последний взгляд, вышел в коридор. Аргус закрыл за ним дверь.

— Это был Данте, — коротко ответил он на его вопросительный взгляд. — Он напал на Диди и, скорее всего, из-за него сейчас Диана в таком состоянии.

В золотистых глазах Алана блеснул нехороший огонь.

— Я останусь здесь, а ты бери всех Вульфов, и прочешите весь город, все окрестности, все места, где может прятаться эта тварь. Приведите его живым.

— Жаль, — бросил Раффин.

— Ты слышал меня, — с нажимом произнес Аргус. — А теперь пошел быстро.

Алан не успел сделать и десяти шагов, как его остановила хорошо ему знакомая женщина с холодными голубыми глазами.

— Значит так, мальчик, — преградила она ему дорогу и свистящим шепотом продолжила: — Твои отношения с этой избалованной вампиршей должны быть прекращены, тебе ясно? Она поставила безопасность города под угрозу, и тебе ничего хорошего не принесет. Будешь дальше волочиться за ней, как щенок, можешь забыть про инициацию. Останешься омегой до конца своих дней.

Алан лишь молча смотрел на нее сверху вниз.

— Навита, отпусти его, — Аргус подтолкнул его к выходу. Когда тот скрылся из виду, оборотень навис над коллегой и со злостью в голосе поинтересовался: — Какого черта?!

— Какой из тебя альфа, Аргус, если ты собственную дочь не можешь контролировать? Та девушка с кровопотерей, ее привезли вместе с твоей драгоценной малышкой, кем, думаешь, покусана? На губах Дианы были следы крови, и я не лгу тебе. А эти вампиры, хваленый Эйдан Ван Голд и все остальные, как они могли допустить такое? К черту демократию, Аргус, они все должны понести наказание. Все до единого, включая твою дочь.

— Закрой рот, — посоветовал Навите оборотень почти беззлобно. — И умерь свою кровожадность. И оскорбления. Ты бросаешь мне вызов, Навита Синг?

Что-то было в его спокойном голосе такое, что заставило женщину отпрянуть и вжаться в стену.

— Ни в коем случае, альфа, нет, — выговорила она, чувствуя, как во рту внезапно пересохло.

— Вот и славно, — отодвинулся Аргус. — Возвращайся к своим пациентам.

***

Открывать глаза было очень сложно, кожа горела, слабость во всем теле не давала пошевелить даже рукой. Тошнота и жжение в желудке прошли, теперь невыносимо хотелось пить.

— Мама…

Диди потянулась к дочери и ласково погладила ее по волосам.

— Я здесь, милая, все в порядке.

— Вэл… Что с Вэл?

— Вэл? — переспросила ведьма, беря стакан с водой с прикроватной тумбочки, и осторожно, придерживая голову дочери, позволила ей чуть-чуть отпить. — Это та девочка, которую с тобой привезли? Она потеряла много крови, но сейчас с ней все хорошо. Кроме того, что она вообще ничего не помнит.

— Я тоже… Тоже ничего не помню. Мама, — Диана закрыла глаза, и ее голос задрожал. — А вдруг это я? Я ее чуть не убила? — Слеза скользнула вниз на подушку по виску.

— Я уверена, что ты ничего плохого не сделала, — Диди вытерла капельку с ушка дочери. — Мы во всем разберемся, милая, сейчас для тебя главное — отдохнуть и восстановиться.

— Что с тобой случилось? — внезапно спросила девушка, сфокусировав взгляд на шее ведьмы.

Диди машинально потянулась к ране.

— Ничего серьёзного, не переживай, — слабо улыбнулась она.

— Он… — начала Диана всхлипывать, и слезы вновь устремились на подушку. — Он и до тебя добрался… Я ведь знала, я догадывалась… О Боже, это я во всем виновата!..

— Тихо-тихо, детка, — Диди вновь наклонилась к дочери, гладя ее по голове. — Здесь нет твоей вины ни в чем, ты поняла? А насчет Данте… Я сумела поджарить его задницу прежде, чем он сбежал, — ей даже удалось усмехнуться. — Магическая сфера никого не выпустит из города, об этом мы позаботились. Оборотни найдут его, и он получит по заслугам, если, конечно, они не увлекутся охотой и не разорвут его на части, — вздохнула она.

— Мама, — Диана посмотрела на нее полными слез светло-синими глазами. — Я больше не хочу быть вампиром. Я больше не смогу…

Диди помолчала, перебирая черные локоны дочери.

— В любом случае, ты не должна начинать превращение до того, как полностью восстановишься. Отдыхай и забудь обо всем, — она потянулась и поцеловала горячий лоб девушки.

Глава 16. Суд

Письмо в красном конверте пришло, не успела Диана встать с постели и начать передвигаться без посторонней помощи. Конверт был очень красивым, с изящной сургучной печатью. Такие использовались только Советом Магов. Девушка с любопытством сломала печать и открыла послание. Изысканным шрифтом на белоснежной бумаге были выведены слова, прочитав которые, Диана выронила листок и смяла конверт в руке. Письмо спланировало на пол у кровати.

Повестка в суд.

Суд Совета. Если она не явится туда, ее притащат насильно. Диана сжалась на кровати. Ей доверяли, ей разрешили воплотить в жизнь идею, которая сейчас казалась бредовой. В результате она чуть не убила человека. Девушка отчаянно надеялась, что в произошедшем с Вэл нет ее вины, но маленькая, темнейшая часть ее души шептала обратное.

Диди, пришедшая проведать дочь, застала ее бездумно раскачивающейся на кровати. Диана сидела, уставившись в одну точку, ее тонкие пальцы разрывали красную бумагу на мелкие кусочки.

— Что это? — ведьма подошла к белому листку, подняла его и вчиталась в текст. — Надо же… Быстро они отреагировали.

— Что со мной будет? — подала голос Диана, прекратив увеличивать количество бумажных обрывков в палате. — Мне нужен адвокат? Кто им станет, может быть, ты?

— Во-первых, — ответила Диди, откладывая письмо в сторону, — адвокат тебе не понадобится. Суд магов — это не обмен аргументами, а нечто другое. Во-вторых, не паникуй раньше времени.

— "… по обвинению в нападении на человеческое существо!" — вскричала ее дочь, вскакивая с кровати. — Ты читала это? От Алана больше суток нет известий, я уже потеряла надежду!

— Успокойся, — Диди крепко сжала Диану за плечи. — Мы ничего не знаем о случившемся, на суде это прояснится. У Совета есть средства объективно восстановить картину произошедшего.

— Совет, может, и объективен, — девушка вернулась к кровати, села и спрятала лицо в ладонях. — Но ведьмы весьма субъективно ко мне настроены, особенно некоторые.

— Согласна, на собрании по поводу твоего обращения не все отнеслись с пониманием к этой идее, — Диди вздохнула, вспомнив Серену Дурвуд. — Но перестань трястись, не убьют же тебя, в конце концов.

— Ты не понимаешь, — Диана подняла голову. — Я не боюсь наказания. Я боюсь, — сглотнула она, — что окажется, что именно я причинила вред Вэл…

— Так, — Диди села рядом с дочерью на больничную койку. — Ты ведь помнишь, что, придя к Данте, застала его с той девушкой? Именно он здесь виноват, а не ты.

Диана угрюмо молчала.

— Я принесла тебе кое-то, — ведьма указала на пакет с изображением кровавого плода. — Тебе надо набираться сил.

— Я не буду это пить, — наотрез отказалась девушка. — Я не могу даже думать об этом.

— Шутишь? — недоверчиво спросила Диди. — Ты все еще вампир, ты не сможешь прожить без необходимой тебе пищи.

— А можно, мы поедем домой? — Диана умоляюще взглянула на мать. — Это все, что мне нужно сейчас.

— Суд вечером, — поднялась ведьма. — Ты успеешь побыть дома, если этого хочешь, давай собираться. Думаю, Аргус не будет против твоей выписки.

— Подожди, мне надо сделать кое-что еще. Я хочу зайти в палату к Вэл. Надеюсь, это не запрещено?

— Иди, — кивнула Диди, принявшись собирать вещи дочери.

***

Как выяснилось, Вэл лежала в соседней палате. Девушка выглядела достаточно бодро после переливания крови и восстанавливающих эликсиров. Поначалу Диана застыла на пороге, не решаясь сделать ни шагу к кровати. Ее окликнула сама Вэл.

— Привет, — тихий голос заставил Диану вздрогнуть. — Ты кто?

— Ты не помнишь меня? — спросила та, осторожно приближаясь к девушке.

Вэл слегка нахмурилась, изучая вошедшею брюнетку.

— Ты вампир, — ее слова были больше похожи на утверждение, чем на вопрос.

Диана судорожно кивнула.

— Это ненадолго, — пробормотала она.

Карие глаза Вэл заискрились.

— Мы встретились в клубе, — продолжила она. — С тобой и еще с твоим парнем… Он такой красивый, это я помню, — к изумлению Дианы она счастливо улыбнулась. — Ты ушла, а он познакомился со мной, а потом… — она растерянно замолчала и машинально потянулась к шее, на которой усилиями медицины и алхимии исчезал бледный шрам.

— Он не мой парень, — Диана заставила себя отвести взгляд от следа укуса. — Он чудовище. Напал на мою маму.

— Какой ужас, — глаза Вэл расширились. — Так значит, он мог сделать это со мной? — она понизила голос практически до шепота, со страхом глядя на собеседницу.

"Нет, думаю, что я сделала это с тобой".

Загнав в глубь сознания непрошеную мысль, Диана твердо проговорила:

— Его найдут, я тебе обещаю. Город закрыт, никто не сможет войти или выехать. Его поймают.

***

— Жертва нападения, Валери Ханненберг, страдает временной, как мы надеемся, амнезией и все еще находится на лечении в госпитале, поэтому сегодня на суде она присутствовать не сможет, — ровный голос Зои Ван Голд был слышен во всех уголках зала, несмотря на отсутствие микрофона. — Собственно, допрос пострадавшей нам проводить не потребуется.

В зале суда ратуши Мунлайта в этот вечер находилось довольно много жителей города. Сама Зои сидела за столом перед ровными рядами кресел с Сереной по правую руку и с мужем, стоявшим по левую. Бывшая Верховная настаивала на том, чтобы ожидавшая на последнем месяце ребенка дочь передала ей все полномочия, в том числе по ведению сегодняшнего заседания, но рыжая ведьма наотрез отказалась. Эйдан не сводил тревожного взгляда с жены. Он боялся, что она подвергает себя слишком большим психологическим нагрузкам. Ему пришлось напомнить себе, что упрямства его девочке не занимать.

Иногда он переводил взгляд в зал, и сердце его сжималось при виде казавшейся болезненно худой и бледной девушки с потухшим огнем в некогда ярко-синих глазах. Рядом с Дианой сидели ее родители, Диди крепко сжимала ладонь дочери и временами вела безмолвный диалог с Эйданом, казалось, разделявшим ее боль и страх. Хмурый Аргус постоянно проверял телефон и явно нервничал. Хэйли Сумари что-то обнадеживающе шептала Диди, с беспокойством посматривая на Дэвида, по обыкновению находящегося в тени недалеко от Эйдана. Ее вампир в последнее время был странно подавленным и не объяснял причин своего состояния.

Следующую скамью и далее занимали оборотни из тех, которые не принимали участие в поисках Данте. В другом ряду сидели маги, причем, не только состоящие в Совете. На последних местах разместились некоторые вампиры города. Когда Диди обернулась на звук открывающейся двери, то увидела входящую Флору Гудфеллоу. Фея тепло и ободряюще улыбнулась ей, что позволило ведьме ненадолго успокоиться.

— Диана Браун обвиняется в нападении на Валери Ханненберг, — все так же без эмоций продолжала Зои. — Кроме того, Данте Морганта также подозревается в участии в этом преступлении, а кроме того в нанесении физического вреда члену Совета и главному алхимику города Диди Браун…

Диана не шелохнулась, будто впав в странный ступор. Диди с тревогой отметила, насколько холодна рука ее дочери.

— Аргус Браун, — обратилась Глава Совета к резко поднявшему голову оборотню, — как альфа стаи, знаешь ли ты о каком-либо прогрессе в поисках подозреваемого?

— Поисковая группа перестала выходить на связь пару часов назад, — нехотя ответил тот.

— Что ж, — вступила Серена, — не будем затягивать, начнем. Диди, пройди со мной, пожалуйста, в комнату дознания. Мы просмотрим твои воспоминания о нападении.

— То же самое ждет тебя, — шепнула ведьма дочери, поднимаясь с места. Хэйли придвинулась ближе к Диане и крепко обняла ее за плечи. Она с беспокойством следила за тем, как Дэвид подал знак Эйдану и вывел его в соседнее помещение. Там никто не мог их увидеть или услышать.

— Я признаюсь, — коротко сообщил Масгрейв другу, убедившись, что они изолированы от присутствующих в зале суда.

Эйдан с недоумением отпрянул от него.

— Ты с ума сошел?! — Дэвид никогда не видел Ван Голда настолько эмоциональным как в этот момент. — Зачем тебе это? Чувство вины гложет? Давно пора его отпустить, это было столько лет назад!

— Пострадали две невинные девушки, — упорствовал Масгрейв. — Если бы я тогда не поверил ему… Он ведь мог спокойно сыграть на моем сочувствии тогда, мы же не можем читать мысли подобных нам.

— Если бы, если бы… — проворчал Эйдан, с гневом глядя на лучшего друга. — Ты не мог этого знать. Когда ты привез сюда парня, он был тихим и всех сторонился, это я хорошо помню. Мы не знаем, что творится у него в голове, и почему он все это затеял.

— Я должен понести наказание, — упрямо твердил Дэвид. — Я не выполнил свою миссию до конца, и поставил под угрозу безопасность жителей города.

Эйдан устало потер переносицу.

— Хорошо, ты признаешься, и что дальше? Срок давности все равно истек, никому не будет до этого дела. Нечего цепляться за прошлое из-за чувства вины, лучше давай сделаем что-нибудь для будущего девочек. А за Диану мы несем ответственность, я слишком расслабился, хотя именно меня Брауны поначалу желали видеть ее опекуном, — расстроенно проговорил он.

Тем временем Диди вернулась в зал суда. Следующей в комнату дознания Серена пригласила Диану. Девушка встала и пошла за ведьмой, уткнувшись невидящим взглядом в узоры каменного пола.

Комната оказалась небольшой, со столом на несколько человек, явно предназначенным для присяжных или членов Совета. В углу стоял маленький круглый столик с водруженным на него хрустальным шаром и парой стульев.

— Присаживайся, — кивнула Серена девушке. — Это оракул. Он позволяет заглянуть в прошлое или увидеть один из вариантов развития будущего. Сейчас мы с тобой отправимся в тот вечер, когда было совершено нападение на мисс Ханненберг.

Диана осторожно опустилась на стул. В сфере едва заметно клубился полупрозрачный туман.

— Опусти ладони на шар, — велела Серена, занимая место напротив и прикасаясь к оракулу. — Закрой глаза и вернись в тот вечер, к последнему запомнившемуся тебе эпизоду.

Девушка не двигаясь продолжала глядеть на хрустальную сферу.

— Правда, какой бы она не была, все же лучше, чем незнание, — Серена вздохнула. — Крепче спать из-за своих провалов в памяти ты не станешь. Давай быстрее со всем покончим. Итак, вечер с Данте и Валери…

Диана закрыла глаза и потянулась ладонями к оракулу. Прикоснувшись к холодной поверхности, она нехотя ушла мысленно в тот день. Данте подвозит ее к клубу, фамильярно обнимает, заговаривает зубы охране, проходит в зал… Они сидят где-то в полумраке, мягкий кожаный диван. Напиток со странным вкусом. Откровения. Танец, который ей не нравится. Охота. Завораживающее чувство. Вэл…

Звонок Алана и нахлынувший стыд. Осуждение в глазах друга. Побег к Данте. Сердце стучит все быстрее. В доме нет собак. Разомлевшая Вэл на коленях у вампира.

Шар заволакивает изнутри туманом.

***

— Возьми бокал на столе и выпей до дна. Там находится очередная дрянная искусственная кровь из пакета. А потом, — Данте убирает волосы с шеи Вэл, — попробуй на вкус настоящую. Поверь мне, весьма недурно. И не надо так сверкать глазами, это же твоя природа, — усмехается он.

Диане хочется убежать и больше не возвращаться в этот дом, но ее взгляд не может оторваться от бокала. Она и вправду голодна, даже слегка кружится голова и сжимается желудок. Сил практически не осталось. Придется опять вызывать такси.

Вампирша садится на диван, сверля недовольным взором улыбающегося Данте, к которому так и льнет одурманенная Валери. Диана хватает стакан и выпивает содержимое. В голову лезут дурацкие мысли. Что производители добавляют в искусственную кровь, раз она долго не сворачивается? Что Данте, чертова лама его побери, от нее надо? Какого лешего Вэл позволила накрутить себе мозги? Почему у крови вкус схож с тем коктейлем из клуба, там же не вампирское место?

Опустошив бокал, Диана ставит его обратно на столик, едва не разбив.

— Теперь я поеду, — говорит она, но ноги совершенно не слушаются.

Тут тепло и сытно, шепчет что-то в ее голове, посиди чуток.

— Ну куда же ты так быстро? — Вэл выскальзывает из объятий Данте и кое-как перебирается на диван к Диане. Бог мой, как сильно расширены у нее зрачки.

— Ты ее наркотой накачал помимо прочего? — сердито выговаривает Диана вампиру. Тот картинно закатывает глаза.

— Слушайте, — Вэл внезапно обнимает вампиршу и улыбается еще шире. — Мой парень не пришел ко мне в клуб, но я не позволю испортить ему мой вечер! — торжественно восклицает она. — Зато я познакомилась с вами, а вы, ребята, такие классные! Я зря боялась вампиров!

— А ты такая вкусная, — Данте наклоняется ближе, в его глазах горит искушающий огонек.

Диана, пытающаяся высвободиться из объятий приятно пахнущей девушки, презрительно фыркает, но в ее голове или душе что-то вновь шевелится. Что-то незнакомое. Или наоборот, знакомое, но глубоко спрятанное ото всех и от себя.

— А ты, — Данте обращается уже к ней, — такая скучная. Если кто-то здесь чем-то недоволен, то не мы с прекрасной Вэл, а как раз ты, угрюмое создание. Не умеешь отдыхать и развлекаться. Примерная девочка стала неинтересной вампиршей, — поддразнивает он Диану.

— Это я-то примерная? — ее задевает за живое. — Вы наверняка никогда не курили самокрутки из арники и кентрантуса!

Данте удивленно вскидывает бровь.

— Вау! — реагирует непосредственная Вэл. — Кент… кетравнус? Что это?

— Да уж, я тебя недооценил, — усмехается Данте. — Но где же та оторва? Что-то я ее не вижу.

— Да вообще, — вскакивает Валери. — Скучно! Давайте танцевать! — она хватает пульт и делает музыку громче. Ритм бьется в унисон с Дианиным сердцем. А говорят, у вампиров вообще пульса нет…

Тем временем, Вэл начинает кружится по комнате, ее каштановые волосы больше не удерживаются в пучке и разлетаются по плечам. Диана невольно любуется ее жизнерадостностью на грани с наркотическим экстазом, ее смуглой точеной фигуркой, то плавными, то дергаными движениями. Вэл, смеясь, хватает Данте за руку, пытаясь поднять его. Тот отмахивается:

— Лучше с ней потанцуй, а то она сейчас совсем утонет в диване.

— Нет-нет, — Диана отодвигается подальше от девушки. — У меня вообще нет сил, я как-то странно себя чувствую. Приду в себя и вызову такси…

Вэл с веселым смехом цепляется за нее, рывком заставляя встать. Вот это да, неужели она настолько ослабела, что не может сопротивляться человеческой девушке? Последняя радостно прыгает рядом, держа Диану за руки, пытается хоть как-то расшевелить ее, и наконец брюнетка поддается, начиная медленно двигаться в такт ритмичной мелодии. Краем глаза она замечает довольную улыбку Данте. Какой он веселый в этот вечер.

От Вэл одуряюще пахнет чем-то свежим и еще томительно знакомым, с ноткой железа. Этот запах провоцирует голод. Почему она опять голодна, ведь совершенно недавно осушила огромный бокал?

Последний раз Диана так себя чувствовала, когда они с Аланом запивали виски эликсирами из арники. Вроде бы сейчас свалишься на пол без сил, но что-то заставляет тебя держаться на ногах, хотя вокруг все расплывается.

Внезапно Валери спотыкается о столик и начинает падать назад. Диана, к собственному удивлению мгновенно среагировавшая, пытается ее поймать и утыкается носом прямо в шею, на который виднеется незаживший укус.

Запах. Ударяет прямо в голову. Заставляет прикоснуться к ране губами.

— Я не против, — тихо шепчет Вэл. — Ты ведь тоже вампир. Мне не будет больно…

На этот раз к коже прикасаются клыки.

***

Диана отняла руки от шара, резко поднялась, пошатываясь. Начала бесцельно бродить по комнате, прижимая одну руку к горлу, другой цепляясь за окружающие предметы.

— Сядь, — отчеканила Серена, разминая затекшие руки. — Это еще не конец.

Девушка оперлась о стол, задыхаясь.

— Меня сейчас… меня сейчас стошнит. Господи…

— Мятного эликсиру? — осведомилась ведьма.

— О Боже, нет, — Диана вновь зашагала по комнате, прижав ладонь к губам. В широко раскрытых глазах стояли слезы. — Нет, нет…

Она хватала ртом воздух, вслепую натыкаясь на стулья, шкафы с книгами и магическими предметами. Ударилась о что-то плечом, но, казалось, не заметила. Медленно сползла по стене вниз и судорожно обхватила ноги.

Серена заскрипела зубами, однако не могла не признать, что в ее душе шевельнулось беспокойство за существо, явно испытывающееся сейчас к себе ненависть и отвращение. Впрочем, подходить, а тем более дотрагиваться до представителя нелюбимой ею расы она не стала.

— Послушай меня внимательно, — ровно и размеренно произнесла ведьма. — Ты виновата, да. Но Данте явно подмешал тебе что-то в выпивку и в искусственную кровь, что отключило твою способность к самоконтролю, а позже и начало тебя убивать. Твоя новая сущность, — в ней все дело. Ты не смогла сопротивляться.

Так как девушка до крови впилась ногтями в собственные руки, Серена забеспокоилась сильнее. Беспокойство перерастало в раздражение.

— Диана! Вставай и садись за стол, — сказала ведьма более резко и отрывисто, чем собиралась. — Мы должны знать, что произошло позже. Надо до конца разобраться в ситуации. Знаешь что, мой зять постоянно пьет кровь моей дочери, и ничего. Не раздувай из мухи слона, подумаешь, укусила человека, — фыркнула Серена, внутренне злясь на себя за откровенность.

Когда девушка распрямилась и поднялась на ноги, бывшая Верховная ведьма с удивлением отметила, что ее лицо с блестевшими дорожками слез более не выражало ни одной эмоции. Диана совершенно молча подошла к столу с оракулом, села на свое место и положила исцарапанные в кровь руки на сферу.

***

В темном переплетении чувств и ощущений она не может выделить ничего конкретного. Какая-то смесь восторга, вкуса, блаженства, страха, отвращения и желания. Сейчас Диана будто разделилась на две половины сознания: одна часть крепко прижимает к себе постепенно слабеющую Вэл, другая медленно плавится под ощущением стыда, зная, что за этим наблюдает та, которая была против ее превращения в вампира.

Подумаешь, укусила человека, сказала Серена.

Подумаешь, предала свои принципы.

Подумаешь, довела до полусмерти беззащитную, доверившуюся ей девушку.

Подумаешь, не прислушалась к более мудрым людям, которые желали ей только добра.

Зачем? Зачем она поддалась мучившим ее снам? Зачем все это?

Сознание тихо проваливается в черную пустоту, заставляя отпустить Вэл и рухнуть на диван. Данте успевает подхватить падающую девушку, ее шелковые волосы цвета шоколада — последнее, что видит Диана перед тем, как закрыть глаза. Она дрейфует где-то на грани забытья и яви, поэтому периодически приходит в себя и замечает, как Валери уже не танцует радостно вокруг, а сломанной куклой лежит на диване напротив. Как Данте находит ключи от дома с оранжевой крышей и прячет их в кармане.

Следующий раз, когда Диана выныривает из небытия, она не может понять, почему потолок стал таким низким. Через секунду она успевает осознать, что ее куда-то везут, прежде чем чернота окончательно ее накрывает.

***

— Как долго… — прошептала Диди, не отрывая взгляда от двери, ведущей в комнату с оракулом.

— Ну они же должны все выяснить, — взволнованно проговорила Хэйли. Ее больше беспокоил муж, от которого не отходил Эйдан, периодически пытаясь ему что-то втолковать. Дэвид хмурился.

Внезапно дверь, ведущая в комнату дознания, распахнулась. Первой вышла Серена. За ней медленно прошагала Диана. Казалось бы, куда ей было становиться еще более бледной, однако Диди испугалась при взгляде на дочь. Диана дошла до их скамьи и опустилась рядом с Аргусом.

— Я сделала это, — ничего не выражающим тоном произнесла она, уставившись в одну точку. — Я сделала это…

Глава 17. Беззаботный город

Глава 17. Беззаботный город

Чистые звуки пения наполняли своды собора. Дети, кто-то помладше, кто-то по виду перешедшие в старшую школу, с явным удовольствием выводили высокие ноты, следуя мелодии фортепиано. Смуглая синеглазая брюнетка любовалась поющими со светлой грустью. У них было то, чего она лишилась. Невинная душа.

Диана обернулась и обнаружила, что Алан смотрел на нее с легкой улыбкой.

— Что? — шепотом спросила она, невольно улыбаясь в ответ.

— Я рад, что к тебе возвращается твой нормальный цвет кожи, — пояснил он, понизив голос и усмехнувшись. — Ну что, отправляемся на поиски?

Девушка согласно кивнула, и молодые люди покинули Собор Святого Людовика, ступив на улицу Французского квартала Нового Орлеана.

***

Мунлайт Фолз, некоторое время назад

— Я сделала это, — шептала Диана, направив вперед немигающий взгляд. — Я сделала это…

Серена, остановившись рядом с Зои, обратилась к сидящим на первых рядах магам:

— Прошу участников Совета, кроме Диди Браун, — метнула она быстрый взгляд на упомянутую ведьму, — последовать за мной в зал совещаний.

— Постой, — перебила ее Зои, первый раз за весь суд проявившая хотя бы какие-то эмоции, точнее, легкое раздражение. — Диана Браун, признаешь ли ты свою вину в совершившемся?

— Признаю, — пересохшие губы девушки с трудом шевелились.

— Тебе есть что сказать Совету?

— Да, — Диана будто очнулась от забытья. — Я… Вне зависимости от того, какое вы примете решение, я бы… Я бы не хотела больше быть вампиром.

В рядах замолкших было присутствующих послышались оживление и шепот: раздражение среди магов; недоумение среди сидящих на последних скамьях вампиров; одобрение от оборотней.

— Вот как, — процедила Серены, исподлобья глядя на сжавшуюся девушку. — У меня нет слов. Коллеги, прошу последовать, наконец, за мной.

— Ты думаешь, они пойдут на это? — прошептала изумленная Хэйли подруге. Диди лишь нервно пожала плечами, не отрывая взгляда от дочери.

Аргус убрал телефон в карман и крепко прижал к себе Диану. Ее кожа была холодной; девушка казалась замерзшей, поэтому он принялся растирать ее пальцы.

— Диди, у нее, по-моему, минусовая температура, — проворчал он. — Детка, перестань себя грызть, я не знаю, как убедить тебя, что чувство вины тебе ничего хорошего не принесет… Когда последний раз ты пила эту чертову кровь?

— Утром выпила? — нахмурилась Диди. — Тот пакет, который я тебе принесла?

Диана покачала головой, по-прежнему уставившись в одну точку. Ведьма выругалась.

— Решила заморить себя голодом? Черт, ну и где я теперь ее возьму? Эйдан! — негромко крикнула она, приподнимаясь.

— Нет! — Диана дернулась и вцепилась в руку матери. — Не надо! Я не буду это пить! Больше никогда!

— Мне кажется, она все еще под воздействием лекарств, — устало проговорил Аргус, крепче прижимая к себе дочь. — Не знает, что творит и что говорит. И что было в той комнате? Почему только Серена якобы видела Дианины воспоминания?

— Обычно она работает с оракулом, — пояснила ему Диди, ожидая, пока к ним приблизится Эйдан. — Сейчас все участники увидят через него как бы "записанные" события.

Диана застонала и сжалась еще сильнее.

— Эйдан, — обратилась ведьма к подошедшему вампиру. — Мне неудобно спрашивать, но дело в том, что Диана… не питалась вообще за сегодняшний день и…

— Почему? — изумленно уставился Ван Голд на девушку. — Ей же нужно восстанавливать силу.

— Я ни капли в рот не возьму, — упрямо проговорила Диана.

— Ясно… — протянул вампир. — А потом набросишься на прохожего с царапиной, ты этого хочешь?

Пока девушка собиралась с мыслями, среди вампиров на задних рядах вновь начался шум. Они все, как по команде, обернулись к дверям. Не прошло и нескольких секунд, как тяжелые двустворчатые двери распахнулись, пропуская мягкие лучи вечернего солнца в скудно освещенный зал суда. На пороге появились Гатор Вульф и Алан, волочившие за собой кого-то третьего. За ними следовал отец Гатора, Дуэйн, и еще несколько оборотней. Вид у них был потрепанный, усталый, а также явно голодный и небритый.

Алан и Гатор без слов протащили свою извивающуюся и вопящую находку по проходу между рядов.

— Повезло, что эта тварь ничего не ела, — бросил на ходу Дуэйн. — Иначе мы бы его еще двое суток ловили.

Аргус молча выпустил дочь, медленно подошел к отчаянно пытающемуся высвободиться из хватки молодых оборотней Данте, и неожиданно нанес ему удар кулаком по лицу. Диди ахнула.

— Это за мою дочь, — глухо произнес альфа. — А это — за жену…

Его вновь замахнувшаяся рука была перехвачена Дуэйном.

— Не стоит мараться, друг, — укорил он, отпуская оборотня.

— Действительно, не стоит, — раздался голос Зои, вышедшей из комнаты совещаний на шум вместе с другими магами. Эйдан молниеносно бросился к жене. — Данте, тебя нам и не хватало. Мы все уже выяснили, — взгляд ее пылающих янтарных глаз устремился на вампира. У того стекала по губам струйка крови из разбитого носа. — Остается лишь причина, — произнесла она, усаживаясь в свое кресло с помощью супруга. — Не просветишь нас?

Данте поднял на нее злой обезумевший взгляд.

— Беатрис, — тихо обратилась Верховная к рыжей ведьме, — сделайте круг, наложите на него заклинание неподвижности, ребята из последних сил его держат.

Маги последовали ее просьбе, однако Алан и Гатор не спешили выпускать вампира из своих рук.

— Зачем? Зачем ты все это устроил? — не выдержала Диди. — Мы же доверяли тебе!

Кровавая ухмылка исказила красивое лицо Данте; он сплюнул кровь и вкрадчиво спросил у ведьмы, глядя на пластырь на ее шее:

— А доверяешь своему мужу? Любишь его?

— Какого черта… — начал Аргус, но Дуэйн вновь не дал ему придвинуться к вампиру.

— Да, — просто ответила Диди и перевела взгляд на дочь. Диана теперь смотрела на бывшего наставника; по ее щекам текли слезы.

— Данте, — вмешалась Зои. — Тебя судят за попытку убийства, отравление и нападение. Ты же знаешь, здесь нет адвокатов. Тебе есть что сказать?

— Но я же не убил, — улыбка на лице Данте стала безумнее. — Я не убийца, — его взгляд скользнул по застывшему в тени Дэвиду. — В отличие от многих присутствующих здесь, я никого никогда не убивал.

— Действительно, — Зои рассматривала свой маникюр, — всего-то довел до полусмерти.

— Вы лицемеры, — Данте снова сплюнул кровь. Серена брезгливо покосилась на мраморный пол. — Маги, думающие только о продаже зелий и собственной наживе, упивающиеся властью. Вампиры, которые лишь бледное подобие истинных своих собратьев, потерявшие свою сущность хищников. Оборотни, — повернулся он к Аргусу и его стае. — Чудовища в облике человека. Я чувствовал, как вы мечтаете разорвать меня так же, как животных, на которых охотитесь. И в человеческой форме вы все равно остаетесь монстрами, — поднял он ненавидящий взгляд на альфу.

— Ближе к делу, — напомнила Зои.

— Ты убил ее! — заорал Данте. — Ты хладнокровно дал ей умереть на операционном столе! Позволил ей истечь кровью!

В зале воцарилась гробовая тишина. Аргус отшатнулся от того, кого считал другом.

— О ком ты говоришь? — растерянно спросил он.

Данте истерически рассмеялся.

— Ты даже не помнишь ее имени! — выкрикнул он. — Она была для меня всем! Кэтлин, Аргус, очередной накрытый простыней пациент в твоем списке. Их было много, да?

— Кэтлин? — потрясенно переспросил оборотень. — Та Кэтлин, с которой ты встречался, когда мы жили вместе? Но ты же бросил ее, Данте. Ты уехал строить карьеру в Сан-Франциско. Оставил здесь влюбленную в тебя девушку.

— Ты понятия не имеешь, откуда я пришел, и как я жил. Я бы ничего не смог ей дать. Она должна была выйти замуж за хорошего парня, родить детей, прожить нормальную человеческую жизнь, черт бы вас всех побрал! Я думал, ей будет в этом городе безопасно, а через несколько лет мой друг убивает ее!

— Данте, это был несчастный случай, — тихо проговорил Аргус, — ее доставили с травмами, несовместимыми с жизнью… И ты ошибаешься, я помню всех и каждого…

— Лжешь! — попытался взвиться вампир, но заклинание Беатрис держало крепко. — Столько магов в городе, столько эликсиров! Ты не захотел ей помочь!

— Эликсиры от магических травм, не от естественных, — попытался урезонить его альфа, но Данте уже не слушал.

— Я решил, что отплачу тем же. Выжидал долго… Но месть стоит ожидания, и моя раса это знает… Вампиры умеют ждать, Аргус, а меня многому научили. Я хотел, чтобы ты почувствовал то же, что и я, — перевел вампир дикий взор на чуть ли не окаменевшую Диди. — Как удачно, что твоей единственной дочке взбрело в голову стать одной из нас, — жутко улыбнулся он. — Видишь, мне даже убивать до конца никого не пришлось, я не ты… Хотя твоя прекрасная жена чуть не прожгла во мне две дыры, а как меня достала Диана, ну и капризная же она с…

В этот раз удар прилетел от Алана. Вампир, издав какой-то придушенный звук, повалился на пол.

— Прекратите рукоприкладство, — раздался усталый голос Зои. — Совет решит твою судьбу, Данте. Прошу всех подойти ко мне.

— Нравится поднимать руку на тех, кто слабее тебя? — еле слышно бросил Данте в сторону Алана, поднимаясь. — Хотя это неудивительно, в стае только один оборотень сильнее… Неужели никто кроме меня этого не видит?

Алан, не сказав ни слова, скрылся за обступившими вампира членами стаи. Его глаза встретились с заплаканными глазами Дианы, потерявшими свою былую яркость.

— Тебе жаль его? — недоумевающе обратился он к ней. — Этого подонка? Он чуть не убил трех женщин, в том числе тебя. Некоторым из наших тоже не поздоровилось. А ведь мы всего не знаем, Ди.

Диана как-то потерянно пожала плечами.

— Я понимаю его, — призналась она. — Ему больно… и он причиняет боль другим.

На лице Алана отражалась непонятные ей эмоции. Диана отвернулась.

— Ты ненавидишь меня? — раздался ее шепот. — Я знаю, тебе противно все это, моя сущность, все эти проблемы, в которые я тебя вовлекла…

Парень не успел ничего ответить; Совет вернулся на свои места.

— Что ж, мы готовы огласить приговоры, — привлекла внимание присутствующих Зои. — Данте Морганта, твоя судьба определена следующим образом: тебя лишат всех способностей, и соответственно, сущности.

Вампир дернулся и зашипел.

— Тебя передадут в заключение в полицейский отдел города, где поместят в одиночную камеру сроком на двадцать лет.

Данте попытался рвануться к столу, где восседала Верховная, но магический барьер не дал ему этого сделать.

— Если ты, — хладнокровно продолжала Зои, краем глаза заметив, что Эйдан выдвинулся чуть вперед. — Если ты каким-то образом попытаешься вернуть свою нынешнюю сущность и — или сбежать, будь уверен, тебя ждет не повторное заключение, а смерть.

И, понизив голос до еле слышного шепота, который, однако, прекрасно могли различать находящиеся недалеко от ее стола вампиры, Глава Совета добавила:

— И тогда наш Ликвидатор, наконец, доделает свою работу…

Эйдан скрипнул зубами и подавил неистовое желание обернуться и попробовать испепелить взглядом стоящего в тени Дэвида. Когда тот успел?!

— Теперь перейдем к мисс Браун, — ровным тоном продолжила Зои, пока Данте выволакивали из зала. — Что ж, твое прошение о прекращении существования в качестве вампира будет удовлетворено.

Диана рывком вскинула голову. В помещении повисла такая тишина, что было слышно, как звенят крылья внимательно наблюдавшей за ходом дела с последнего ряда Флоры.

— Однако тебе будет возвращена сущность ведьмы, — на этом моменте на Зои изумленно уставились не только три пары разноцветных Брауновских глаз, но и остальные присутствующие. — В качестве искупления вины тебе придется выполнить одно важное поручение для Совета и всего города. Для поимки Данте нам пришлось провести ритуал, в результате которого магический щит, окружающий город, усилился и не позволял никому покинуть Мунлайт, либо въехать в него. Многие не знают, что защиту города необходимо периодически поддерживать, так как сфера со временем слабеет. Для этого применяются особые артефакты. Для усиления барьера мы использовали один из них, единственный, надо сказать, бывший у нас в распоряжении. Теперь сфера ослабла, а артефакт отсутствует. Поэтому тебе предстоит его добыть.

— Все, что вы скажете, — пробормотала Диана, до конца не пришедшая в себя.

— Искомый артефакт находится в Новом Орлеане…

— Зои, нет! — Диди резко поднялась и вцепилась в спинку впереди стоящей скамьи.

— Ты поедешь туда и привезешь его нам, — Зои и бровью не повела. — Считай это своей инициацией. Суд окончен. Дорогой, помоги мне подняться. И где мой молоточек?

— Зои, она всего лишь ребенок! — умоляюще воскликнула Диди. — Это чересчур! Отправь туда лучше одного из нас, хотя бы меня!

— Я могу сопровождать ее?

Все обернулись, пытаясь отыскать говорящего. Зои замерла, с удивлением глядя на Алана, который, скрестив руки на груди, неподвижно застыл у выхода.

— Не могу наложить на это запрет, — слегка пожала она плечами и продолжила выбираться из-за стола.

— Аргус, но они же дети, — Диди смотрела на мужа так, будто у него был шанс изменить ситуацию. — Это же… это же слишком опасно для них.

— Не могу согласиться с тобой в том, что Алан ребенок, — Аргус протянул подошедшему воспитаннику руку. — Не знаю, как благодарить тебя за то, что ты делаешь для нас.

Сзади кто-то деликатно кашлянул.

— Мы, — Эйдан положил ладонь на плечо стоящего рядом Дэвида, когда все внимание было обращено на них двоих. — Мы готовы проспонсировать всю поездку.

— Не стоит… — пробормотала растерявшаяся Диди, но Масгрейв поднял руку, возражая.

— Стоит, — твердо проговорил он. — Позвольте нам хоть в этом позаботиться о Диане.

Родители, наконец, обратили внимание на дочь, все это время сидящую с широко распахнутыми глазами и раскрытым ртом. Эйдан тихонько процедил сквозь зубы:

— Ты умудрился признаться моей жене?

— Она же не Дорин, — выдвинул весомый аргумент его друг.

— Не поспоришь, — признал правоту Масгрейва Ван Голд, и тот усмехнулся впервые за несколько дней.

***

Новый Орлеан

Небольшой магазинчик, являвшийся сувенирной лавкой, привлекал к себе туристов затейливыми вещицами на витринах и устрашающей надписью "Вуду". Диана и Алан остановились на тротуаре напротив входа.

— Давай еще раз повторим то, что нам сказала Диди, — предложил парень, не выпуская руку девушки из своей. Та слегка наморщила лоб.

— Ни в коем случае не раскрывать им секрет, что в Мунлайте обитают феи, — понизив голос, начала излагать она. — Не оставлять нигде личные вещи. Четко следовать указаниям и говорить только то, что было в инструктаже.

Алан кивнул.

— Хорошо. Я думаю, мы справимся, и уже скоро вернемся домой. Идем?

— Идем. Только говорить буду я.

— Конечно, кто же из нас ведьма?

Приятно зазвенел колокольчик открывшейся двери. Как Алан и предполагал, от Вуду в магазине было немного; товары и оформление интерьера представляли собой эклектику, призванную угодить туристам с самыми разными вкусами. За прилавком сидела молоденькая темнокожая девушка, неторопливо почитывающая какой-то журнал. Кроме продавщицы и Алана с Дианой в лавке никого не было.

— Приветствую, — начала Диана, подойдя ближе к прилавку. — Мы приехали из Мунлайт Фолз в поисках Мари Бонне.

Продавщица подняла на нее шоколадного цвета глаза и пожала худенькими плечиками.

— Простите, не слышала о такой.

Колокольчик вновь оповестил звоном о вошедшем. Им оказался молодой парень, который немедленно заинтересовался деревянными бусами, свисающими со специальной подставки.

— Как же так? — озадаченно спросила Диана, понизив голос. — Мы же связывались с обществом местного ковена буквально пару дней назад, и нас заверили, что…

— Ребят, я не понимаю о чем речь, — девушка развела руками. — И я не знаю никакой Мари Бонне. И про ковен тоже. Вы виккане? Оккультисты?

Алан не сводил взгляда с потенциального покупателя. Тот, видимо, не найдя того, что искал, покинул магазин. Колокольчик предсказуемо звякнул.

— Мы сейчас одни, — Диана оперлась о прилавок; ее забранные в конский хвост волосы мягко скользнули по поверхности. — Можно не притворяться, что не понимаешь, о чем речь. Нас прислал сюда Совет магов Мунлайта за артефактом, мы сотрудничаем уже давно…

— Ребят, ну правда, — повысила голос продавщица, — мне нечем вам помочь. Вы пришли явно не по адресу.

Растерянные Диана и Алан переглянулись. Им ничего не оставалось, как покинуть лавку. На улице оборотень остановился и достал свой смартфон из кармана джинсов.

— Слушай, давай свяжемся с нашими и уточним.

— Это какая-то чертовщина! — растерянно воскликнула Диана. — Нам дали четкие указания, а эта девушка вообще, кажется, не понимает о чем речь!

— Ребята, так, значит, вы из Мунлайта?

Оборотень и ведьма мгновенно обернулись на голос. Он принадлежал тому самому юноше, который интересовался в лавке бусами, но не стал ничего покупать. Смуглый незнакомец стоял у витрин и, улыбаясь, слегка щурил на солнце желтоватые глаза.

— Да, — выступил вперед Алан. — Ты из ковена?

Парень засмеялся, обнажив небольшие клыки.

— Меня зовут Андре. И вообще-то я не из ковена, а из стаи, если ты понимаешь, о чем речь. Должен понимать.

Он отодвинулся от окна здания и, внимательно изучая Алана, начал неторопливо подходить к нему.

— Ты оборотень? — выглянула из-за плеча друга Диана. — Здорово! Мы должны были встретиться с магами, но здесь что-то пошло не так.

— Эта девчонка может действительно ничего не знать, — Андре кивнул в сторону сувенирной лавки. — Так что вам лучше пойти со мной, а то привлечете еще ненужное внимание…

— С тобой это куда? — с подозрением в глазах уставился Алан на нового знакомого.

— На собрание стаи, разумеется, — оборотень еще один раз радушно блеснул клыками. — Мы вам поможем. Мы уважаем членов других стай, если они не претендуют на нашу территорию. Ну а будущего альфу, — взгляд его золотистых глаз остановился на Алане, — уважаем тем более.

Изумление в глазах Раффина сменилось усмешкой.

— Лестно слышать, однако, я еще даже не прошел инициацию.

— Идем, — Диана решительно шагнула вперед.

***

Друзья следовали за ловко ориентировавшимся в запутанных переулках Французского квартала Андре, огибая углы, пока не вышли на залитую солнцем площадь.

— Так что такого произошло в Новом Орлеане за те пару дней, пока мы все утрясали и добирались сюда? — недоверчиво спросил Алан у клыкастого провожатого.

— Переворот, — небрежно бросил тот через плечо.

— Переворот? — ахнула Диана. — В смысле?

— Доберемся до места, вам все расскажет альфа. Но помните, — на секунду остановился Андре, — Новый Орлеан — это далеко не Мунлайт Фолз.

Озадаченные мунлайтовцы продолжили следовать за представителем местной стаи. Диана с любопытством уставилась на пожилую женщину, которая трясущимися руками раскладывала карты Таро на столике уличного кафе. Внезапно та устремила на нее темные, почти черные глаза.

— Она не должна существовать, — забормотала незнакомка, выронив колоду из рук. — Природа не допускает такого… Гибриды противны ей и неестественны…

— Пойдем-пойдем, — потянул за собой Диану и Алан Андре. — Не обращайте внимания.

— Кто это? — девушка испуганно обернулась вслед странной гадалке.

— Местная сумасшедшая, — отмахнулся оборотень. — Когда-то была ведьмой, но совсем сбрендила. Теперь периодически несет всякую чушь. О, дошли.

Позабыв о бывшей колдунье, друзья с восхищением уставились на особняк. Он по-прежнему сохранял свое величие, несмотря на кое-где обшарпанные стены и неухоженные кусты. Андре открыл ворота; те медленно распахнулись, пропуская гостей, и закрылись за ними. Трое последовали в дом; оказавшись в холле, Диана с интересом огляделась, но, вопреки ее ожиданиям, Андре повел их с Аланом не наверх, а вниз в подвал.

Винтовая лестница приглашала в прохладный полумрак; путь слегка освещался электрическими светильниками, стилизованными под свечи. Внизу троих путников встретила массивная дубовая дверь. Андре несколько раз постучал, используя тяжелое металлическое кольцо, прикрепленное к ней.

После полумрака спуска глаза не сразу привыкли к теплому свету, наполнявшему помещение, заставленное разномастными резными креслами. На небольшом подиуме стояло самое большое из них, на котором восседал седой мужчина, борода которого была темнее, чем волосы. Алан склонил голову, безошибочно признав в нем альфу новоорлеанской стаи. Впрочем, не признал бы его только полный дурак.

Андре быстро приблизился к повелителю, тихо передав ему суть дела. Альфа с интересом рассматривал Диану и Алана, слегка задержавшись взглядом на молодом человеке.

— Итак, — его голос оказался глубоким и звучным. — Оборотень и ведьма. Добро пожаловать в Новый Орлеан.

— Ведьма? — резко отозвался кто-то из членов стаи, стоявших у двери. — Прошу прощения, альфа, но от нее невыносимо разит вампирами.

Диана покраснела и уже хотела обернуться, открыв рот, чтобы высказать обладателю отличного нюха все, что она о нем думает, как альфа усмехнулся:

— Понимаешь, Джейми, эти юные создания прибыли из Мунлайт Фолз, а в том странном городке процветает равенство и братство. Вампиры спокойно соседствуют с магами и оборотнями.

Некоторые из последних упомянутых недовольно заворчали.

— Тихо, — не повышая голоса произнес альфа, и в подземном зале тут же покорно воцарилась тишина. — Что ж, Диана и Алан, я должен представиться. Меня зовут Николас, и вы, бесспорно, осознаете, кем я являюсь.

Он дождался двух кивков и продолжил:

— Вы выбрали не самое удачное время для визита в наш город, тем более, для поиска ведьм, но мы не можем оставить вас без помощи. В чем же цель вашего приезда? Будьте добры просветить нас.

Николас указал юным мунлайтовцам на заботливо принесенные для них кресла, куда те не преминули опуститься. Алан явно чувствовал себя расслабленно и в своей тарелке, что слегка удивляло Диану: все же принимала их не его родная стая. Но открытая доброжелательность Николаса внушала ей доверие, поэтому она позволила себе поудобнее устроиться в роскошном кресле и начала:

— Наш город, насколько вы знаете, является уникальным в том плане, что сверхъестественные существа живут рядом с людьми, совершенно не скрывая свою сущность. Однако от всего остального мира и современных технологий город приходится прятать под магической завесой. Для ее поддержания мы раз в несколько десятилетий проводим специальный ритуал. Для него требуется особый артефакт — кристалл или драгоценный камень. Из-за… форс-мажорных обстоятельств у нас не оказалось такого артефакта, а время ритуала приближается.

"И это все, что им надо знать".

— Мы давно уже сотрудничаем с другими городами, где есть сверхъестественные сообщества, и именно через Новый Орлеан наш Совет Магов приобретал такие артефакты. Мы связались пару дней назад с местным ковеном, они заверили нас, что помогут нам, как обычно. Но… — развела руками Диана. — Человек, находившийся в условленном месте встречи, кажется, ничего не знает об этом.

— Что за переворот произошел за такое короткое время? — перестал молчать Алан.

Альфа глубоко вздохнул.

— Видите ли… Магия, которую практикуют у вас, и магия, которой занимается, то есть, занимался наш ковен, сильно отличаются друг от друга. Ладно бы это было обычное вуду, которым заманивают туристов, однако в последнее время ведьмы, как бы вам сказать, потеряли всякую совесть, — недобро усмехнулся он. — Они уже не просто режут петухов и змей, а приносят в жертву людей — туристов и местных. Потом замахнулись на моих ребят, — его глаза недобро блеснули. — Если бы вы приехали на сутки раньше, то, может, кого и застали бы в живых.

Диана, остолбенев, вцепилась в ручки кресла. Алан пристально глядел на Николаса из-под нахмуренных бровей.

— И что, в-вы всех уб-били? — дрожащим голосом чуть ли не пропищала ведьмочка.

Николас пожал плечами и задумался.

— Мы не всех… Кого-то они сами, ведь не все ведьмы были согласны с политикой ковена… Да и осведомители в городе у них наверняка остались.

Диана нервно почесала шею.

— Эти бесчеловечные твари затаились на болотах, — продолжал Николас со злой улыбкой. — Но они не рассчитали, что мы легко ориентируемся хоть в Квартале, хоть в топях.

— А Мари Бонне? — осведомился Алан. — Нам нужно выйти с ней на связь, она осталась жива?

Николас подозвал к себе пару оборотней, и они начали что-то негромко обсуждать. Диана все еще остервенело расчесывала шею.

— Прекрати, — склонился к ней Алан, пряча внезапную улыбку. — Это, в конце концов, неприлично.

— Это нервы, наверное, — доверительно прошептала ему Диана. — Хотя ты не мог бы посмотреть, что там у меня? Наверное, кто-то укусил.

Алан отогнул край ее тонкого свитера и изумленно поднял брови.

— Когда ты успела сделать татуировку?

— К-какую татуировку? — девушка изогнула шею, будто надеюсь увидеть собственную спину. — Что там?

— Какой-то странный узор… — Алан медленно провел пальцем по черным линиям, жутковато смотревшимся рядом с красными следами Дианиных ногтей.

В следующее мгновение к ним подскочил Андре и бесцеремонно сдвинул ворот свитера. Судя по его помрачневшему лицу, увиденное ему не понравилось.

— Это метка.

— Метка? — с ужасом воззрилась на него Диана. — Но как она туда попала?

— Ты никаких вещей не оставляла в той лавке? — требовательно спросил Андре. — Продавщица! — внезапно дошло до него. — Строила из себя "ах-я-ничего-не-знаю", а сама что-то у тебя взяла! Черт! И ведь там уже наверняка и след ее простыл!

— Волосы! — вспомнил Алан. — Я вечно нахожу твои волосы повсюду, дома, в машине… Один волосок мог бы и на прилавке остаться.

— Ведьмы поставили на тебя метку и теперь смогут найти тебя, где бы ты ни была, — пояснил Николас, оторвавшийся от разговора. — Вопрос только в том, зачем ты им понадобилась.

— В Мунлайте тоже могут искать магов по личным вещам, — Диана растерянно потирала шею. — Но никаких меток мы не ставим…

— Вам же сказали, что это не Мунлайт, — перебил его тот, кого назвали Джейми. — Во всяком случае, здесь вы не можете оставаться. Мы все рискуем, что так уцелевшие ведьмы обнаружат это место.

— Мы поедем в мотель, — поднялся Алан, — где и планировали быть, если придется задержаться.

— Сообщите Андре адрес и лучше не покидайте номер, — велел Николас. — Мы попробуем отыскать Мари Бонне и свяжемся с вами. Ее имени не было в списках тех, кто занимался черной магией.

***

В мотеле Диана с отсутствующим видом бросила сумку на стол, прошла к переносному мини-холодильнику, достала оттуда красный пакет со специфическим рисунком и, дрожащими руками пробив фольгу соломинкой, принялась пить под недоумевающим взглядом Алана.

— Ты все еще питаешься кровью?! — потрясенно спросил он.

Диана выпустила из губ соломинку.

— Ну а как ты думал, не за пять минут же я поменяю сущность, — буркнула она. — Все постепенно происходит, мне еще иногда требуется… подпитка. Ладно, я в душ.

— Хорошо, — пробормотал ей вслед озадаченный парень. — Я пока свяжусь с Аргусом.

Как только Диана скрылась за дверью, он вытащил мобильный и набрал номер своего наставника.

— Аргус, здравствуй, слушай, тут такое дело…Да? Что?! Когда она успела? Подожди, а почему именно она? Хорошо, я, конечно, пока буду держать в тайне, просто все с ног на голову переворачивается… Окей, я все понимаю.

Алан нажал отбой и взъерошил отросшие волосы. Просто неожиданность на неожиданности.

Всхлипы из ванной заставили его метнуться туда, наплевав на приличия. За дверью он обнаружил опрокинутую красную упаковку, небольшую лужицу разлитой искусственной крови и Диану, снявшую только свитер, которая, скрючившись под душем и рыдая, отчаянно и безуспешно пыталась стереть с кожи злополучную метку.

— Что за привычка залезать в ванну в одежде, — выдал оборотень первое, что пришло ему в голову, отбирая у подруги мочалку. — Ну чего ты удумала? Что с тобой?

— Я… я… никогда… не отмоюсь! — рыдания душили Диану, она мотала головой, отталкивая руки Алана.

— Ну это же метка, — попытался "успокоить" девушку тот, выключая воду и заворачивая свое промокшее несчастье в махровое полотенце. — Раз ведьма наложила, ведьма и снимет.

— Я не про метку, — зубы Дианы клацали: она почему-то открыла только холодную воду. — Я… я вся… в грязи. Понимаешь? Вся в грязи…

И она вновь разразилась слезами.

— Ну… — Алан вытащил ее из ванны, вынес из комнаты в гостиную на руках, сел на диван и принялся укачивать, не обращая внимания на начавшую промокать собственную одежду. — Не преувеличивай.

***

Так они просидели некоторое время, думая каждый о своем, пока за окном не начало садиться солнце, а звуки, раздающиеся с улицы, не вывели Диану из оцепенения.

— Что это? — тихо спросила она, поднимая голову. Алан тоже прислушался.

— Похоже на джаз. Джазовый фестиваль, может быть?

Диана слезла с его колен и подошла к окну.

— Точно, — робкая улыбка появилась на ее лице. — Как здорово, все такие нарядные, и музыканты шагают вместе со всеми… Слушай, — повернулась она к другу. — А давай сходим?

— Нам нельзя высовываться, — напомнил ей Алан.

— Да, но на мне метка, так? Меня рано или поздно здесь обнаружат. А если мы будем постоянно в движении, шанс быть пойманной становится гораздо меньше.

— Но с тобой же я.

— Я не хочу подвергать тебя опасности! — запротестовала Диана. — И вообще, нет смысла прятаться! Давай присоединимся к празднику и просто затеряемся в толпе.

Алан, подумав немного, признал ее правоту. Переодевшись и наведя порядок в номере, они вышли на улицу.

Пестрая толпа нарядных, смеющихся людей, пританцовывая, шествовала по улицам, напоминая змею с блестящими на солнце разноцветными чешуйками. Голову "змеи" представляли несколько саксофонистов, упоенно игравшие на своих инструментах. Ощущение беззаботности и счастья витало в воздухе и мгновенно передалось мунлайтовским гостям города джаза. Алан и Диана влились в движение толпы, поддавшись общему праздничному настрою, и, держась за руки, последовали течению фестивальной "реки".

Спустя некоторое время они обнаружили, что шествие направлялось в сердце Французского квартала, откуда они вернулись пару-тройку часов назад. Постепенно люди начали останавливаться, музыканты заняли заранее приготовленные для них места на неприметной сцене и продолжили свою прекрасную импровизацию, вкладывая в музыку собственную душу. Люди разделились на группы и пары, полностью отдавшись танцу; некоторые отошли к навесам за прохладительными напитками.

— Давай тоже потанцуем! — с улыбкой крикнула Диана другу, и он, в неосознанном порыве поднял ее и закружил. Девушка смеялась, раскинув руки, и они совершенно забыли обо всех событиях, что произошли с ними вплоть до этого момента. Хотелось отрешиться от реальности, от до сих пор не уложившихся в голове известий о массовых убийствах, произошедших в городе. От мыслей о том, что, возможно, связь с новоорлеанским ковеном окончательно утеряна, а это значит, что загадочный артефакт огромной силы не попадет им в руки, и Мунлайт больше не будет защищен…

— Хочется пить! — Диана, оказавшись опущенной на землю, принялась обмахиваться ладошкой. — Стало гораздо жарче по сравнению с утром, правда?

Алан кивнул.

— Давай сходим и купим воды или чего-нибудь еще, — предложил он.

— А где?

— Вон там, смотри, — он повернулся к лоткам с едой и напиткам. — Видишь?

Алан обернулся. На месте Дианы был воздух.

— Эээ, Ди?

Оборотень оторопело пялился на пустой участок тротуара, где мгновение назад стояла девушка в оранжевых кедах. Затем принялся озираться по сторонам, но не увидел в толпе знакомые черные волосы и синюю футболку. Сделал несколько шагов вперед. Вернулся. Прошел вправо. Влево. Вспомнил о мобильном телефоне, быстро набрал номер Дианы.

— Абонент временно недоступен, — сообщил голос обыденную фразу, прозвучавшую жутко в тот момент.

Алан сунул телефон в карман и запустил руку в волосы, взлохматив шевелюру. Растерянно уставился на толпу людей, пахнущих духами, алкоголем и разгоряченной солнцем кожей. Опустил взгляд вниз и увидел длинный черный волос, ярко выделявшийся на его белой футболке.

Волос, оставленный на прилавке магазина. Черная метка на шее.

— Черт бы вас побрал!

В голове почему-то возникла мысль о том, что Навита права, и он никогда, никогда, никогда не будет инициирован.

***

Держа в одной руке черный волос дочери, в другой — кристалл-поисковик, Диди, закрыв глаза, сосредоточилась над картой Нового Орлеана. Ведьма вызвала в своей памяти синий взгляд, родную улыбку. Образ Дианы ярко вспыхнул в ее голове. Кристалл дернулся в сторону, и пальцы выпустили его. Глухой удар о стол, и Диди открыла глаза.

— Болота, — резюмировал увиденное Николас. — Собственно, чего еще мы могли ожидать? — Он развернулся к стае. — Собираем всех и выдвигаемся к реке.

— Я с вами, — Диди убрала кристалл в карман куртки. Волос, зажатый в руке, вспыхнул пламенем, и вскоре от него ничего не осталось. Изумленные вервольфы зашептались.

— Вы? — удивленно воззрился на ведьму новоорлеанский альфа. — Стоит начать с того, что я поражен тем фактом, что Вы вообще прибыли сюда. Я бы ожидал скорее Вашего мужа, так что совершенно не представляю, как он мог отпустить сюда свою супругу.

Несмотря на сложившуюся ситуацию, бившуюся на задворках сознания панику и подступавший адреналин, Диди вздернула бровь и усмехнулась. О разговоре, вернее, скандале с Аргусом абсолютно не хотелось вспоминать.

— Интересно, как бы вы отнеслись к прибытию на вашу землю главы другой стаи? Кроме того, у него своего заботы, и он не может оставить город.

— Вы должны понимать, что я не могу подвергать Вас опасности, — нахмурился Николас.

С губ Диди пропала улыбка. Она практически вплотную подошла к оборотню и заглянула ему в глаза.

— Представьте, что у них Ваш ребенок. И что же, станете отсиживаться в безопасности, будучи в силах противостоять им?

Николас промолчал, но выражение его глаз изменилось.

— Я тоже с вами, — подал голос доселе молчавший Алан, не сводивший все это время неверящих глаз с Диди. Аргус предупредил его по телефону о ее приезде, однако он до сих пор не до конца осознал, что в темный омут Нового Орлеана нырнула еще одна дорогая ему женщина. — Я… облажался, — нелегко было это признать, но он собрал волю в кулак. — По полной.

Сзади неслышно возник Андре и дружески хлопнул Алана по плечу.

— Не бойся, друг, если что, я тебя прикрою.

***

Мунлайт Фолз

Некоторое время назад

— Что ж, — Зои медленно опустилась в кресло. — Не прошло и дня, как мы снова с вами собрались. Необходимо решить еще один назревший вопрос.

Диди практически не слушала Верховную; в ее голове бродили назойливые мысли об опасной поездке дочери и ее смутном будущем.

— Начну со всем известного факта, — расцвела светлой улыбкой миссис Ван Голд, опустив руку на живот. — Вскоре должен родиться мой ребенок, так что я по вполне понятным причинам не смогу занимать свой пост. Следовательно, сегодня нам предстоит избрать Главу Совета мне на замену.

На этом месте Диди очнулась и вернулась в реальность, поймав себя на том, что совершенно не задумывалась о грядущем изменении, которое было очевидным для всех, кроме нее, занятой своими проблемами.

— Итак, давайте посмотрим, какие у нас имеются кандидатуры, — тон Зои сменился на деловой. — Возможно, кто-то захочет себя выдвинуть?

Серена, по-прежнему занимавшая кресло рядом с дочерью, деликатно кашлянула.

— Возьму на себя смелость сделать это первой. Как вы все знаете, я находилась на посту Верховной в течение нескольких лет, перед тем, как правление передали в руки Зои. Думаю, все согласятся с тем, что я безукоризненно и строго исполняла свои обязанности и идеально подойду на эту должность.

Повисло молчание.

— Может быть, — несколько напряженно проговорила будущая мамочка, — кто-нибудь еще желает проявить инициативу? Джоан?

Миссис Макдуф с доброй улыбкой покачала головой.

— Я понимаю ход твоих мыслей, дорогая, мол, дети выросли, и я теперь могу посвятить себя магии в полной мере, но ведь у меня остается маленький Алекс.

Зои еле заметно вздохнула и обратилась к следующему представителю волшебного семейства:

— Джулс?

— Эй, не только тебе предстоит пеленки менять, — полушутя отозвался маг. — Я понимаю, непривычно видеть меня семейным человеком, но я таким и планирую оставаться.

Зои помрачневшим взглядом обвела присутствующих, назвав еще несколько имен, но потенциальные кандидаты либо не могли, либо не желали брать на себя управленческую ответственность. Серена взирала на Совет с победоносным видом.

— Хорошо, — протянула Верховная и решительно выпрямилась. — Тогда я сама предложу вам одну кандидатуру.

Маги уставились на Зои заинтересованно, Серена — недовольно.

— Диди Браун, — объявила Глава.

Упомянутой ведьме показалось, что она ослышалась. Серена изумленно воззрилась на нее и практически выкрикнула:

— Это невозможно! Главный алхимик города не может одновременно занимать пост Верховной! Это противоречит принципу разделения властей!

— Джоу сможет занять должность алхимика, — неожиданно вмешался Джулс. — Мой брат хоть и не обладает магическими способностями, но по части знания алхимии меня за пояс заткнет.

Некоторые из присутствующих одобрительно закивали. Серена, казалось, разъярилась от этого еще сильнее.

— Их семья, — обратила она взгляд на потрясенную Диди, — немало неприятностей принесла нашему городу. Как вообще может возникнуть мысль о том, чтобы передать власть в эти руки?!

Диди не верила своим ушам. В сердце начало закрадываться холодное скользкое чувство, похожее на ощущение… предательства?

— Серена, — тихо заговорила она, и сразу все шепотки смолкли. — Ты сама двадцать лет назад вручила мне "Курс практической магии", говорила о том, как рада видеть меня в рядах ведьм. А теперь ты считаешь меня недостойной?

— Диди, — обратилась к ней Зои, не ожидая ответа слегка растерявшейся матери. — Ты принимаешь мое предложение и выдвигаешь свою кандидатуру?

На несколько мгновений тишина стала едва ли не абсолютной. Диди перевела взгляд на ведьму с медовыми волосами и спокойно ответила:

— Да.

Было видно, что Серене стоило больших усилий сдержаться. Она вцепилась ставшими крючковидными пальцами в крышку стола и плотно сжала губы.

— Дамы и господа, — вновь вмешался Джулс. — Позвольте напомнить всем вам в очередной раз, что у нас демократия. Так что давайте голосовать.

— Верно, — с благодарностью посмотрела на него Зои. — Итак, кандидат номер один — Серена Дурвуд. Прошу поднять руки тех, кто за то, чтобы она заняла пост Главы Совета магов.

Показалось несколько рук, явно меньше, чем хотелось бы кандидату номер один. Зои сосчитала и записала их количество и затем продолжила:

— Кандидат номер два — Диди Браун. Прошу поднять руки тех, кто за то, чтобы должность Верховной ведьмы перешла к ней.

На этот раз число поднявшихся рук было гораздо больше. Серена выглядела потрясенной и разочарованной. Диди же, судя по ее ошарашенному виду, не до конца осознала произошедшее.

— Что ж, — объявила довольная Зои, — большинством голосов Диди Браун избирается в качестве Верховной ведьмы, Главы Совета магов!

Вокруг захлопали, начали выкрикивать поздравления, кто-то ободрительно похлопал новоизбранную Верховную по плечу. До нее самой свершившееся пока не дошло в полной мере. Серена выглядела готовой метать молнии, однако сумела сохранить самообладание.

— Поздравляю, — ядовито бросила она в сторону Диди. — Надеюсь, от нашего города не останутся руины благодаря твоему назначению, — и не дав никому что-либо возразить, продолжила: — Однако выбор Главы — не единственный вопрос, который нам нужно обсудить. В связи с произошедшими недавно событиями предлагаю наложить полный запрет на изменение сущности человека либо сверхъестественного существа. За исключением, разумеется, наказания, как в случае с Данте Морганта.

Диди похолодела. В алхимической лаборатории дома с оранжевой крышей в запертом и на ключ, и магически отделении хранился флакон с эликсиром розового цвета. Зелье, способное подарить человеку крылья феи. Они с Флорой тайно работали над ним на протяжении долгого времени. Матриарх не только перевела для Диди рецепт из старинной книги, написанной рунами, но и помогла в сборе редчайших ингредиентов и в непосредственном процессе приготовления эликсира. Они пока не поняли, для кого предназначалось созданное ими, но Флора твердила, что сама природа воззвала к Диди для этого.

— Надо над этим подумать, — первой высказалась Джоан Макдуф.

— В принципе, это предложение не лишено здравого смысла, — пожал плечами Джулс. — Из-за всех этих превращений за последние десятилетия такая заварушка образовалась…

— Я бы не сидела здесь, если бы бабушка Дорин не напоила меня зельем превращения в ведьму, — медленно проговорила Зои, — обуславливая это необходимостью продолжить магическую линию в нашем роду, ведь, как вам известно, мы с братом родились без способностей к колдовству. Эмили не стала бы человеком, если бы Совет давно наложил запрет. И не было бы всего это происшествия с Дианой, — вздохнула она. — Мы не может утверждать, что превращение всегда оборачивается благом или злом.

— Раньше я бы согласилась с тобой, милая, — нахмурилась Серена. — Но мы не можем просто так играть с природой и сущностями.

— Природа сама восстанавливает баланс, — вновь заговорила Джоан. — Зои, я разделяю твое мнение насчет этого. Ведь у нас сейчас начался настоящий бэби-бум, да и в семьях Ван Голдов грядет пополнение.

"Тристан?" — пронеслось в голове у Диди.

— Голосуем? — привычно предложил Джулс.

— Кто за запрет на изменение сущности, поднимите, пожалуйста, руки, — Зои приготовилась считать. — Так, получается, процентное соотношение равняется шестидесяти к сорока. Итак, запрет вступает в силу, но Совет всегда должен быть готов к обсуждением в каждом конкретном случае.

Диди облегченно выдохнула. Это никто не заметил, так как в дверь постучали, и встревоженная Фелисити Макдуф, сестра Джулса, работавшая при Совете секретарем, вошла в комнату совещаний.

— Прошу прощения за то, что мне приходится прервать собрание, но есть важные новости насчет новоорлеанского ковена…

***

Новый Орлеан

Диана надеялась, что больше никогда в жизни не очнется на деревянном полу в старом, полуразвалившемся доме. Она искренне полагала, что в одну реку нельзя войти дважды. Мучавшая горло жажда и ободранные руки позволили неприятным воспоминаниям нахлынуть на девушку. Однако паника унялась так же внезапно, как и поднялась, едва Диана осознала, что в помещении горит свет, окна не заколочены, а ее сосредоточенно разглядывают две женщины, одна — практически склонившаяся над ней, а другая — со страхом отступавшая в тень.

— Как чувствуешь себя, лапочка? — та, которая стояла ближе, усмехнулась. Черные волосы, хищное выражение лица и длинные сломанные ногти.

— Пить, — прохрипела Диана. — Крови….

Ведьма отшатнулась от девушки; теперь и на ее лице появилось выражение ужаса. Она схватила чашку с непонятной жидкостью, силой влила в рот ослабевшей Дианы и заставила ее проглотить содержимое, надавив под подбородком. Девушка растерянно поморгала, а затем вновь провалилась в сон.

— Уф, — выдохнула напоившая ее загадочным зельем женщина. — Ты это видела? Пусть еще поваляется в отключке.

— Элиза, — дрожащим голосом позвала ее вторая ведьма. — У нее клыки, да? Кошмар…

— Так ведь ее отец оборотень, — дернула плечами та. — Возможно, так перемешалась кровь. Фу, как это вообще возможно, с волком… Хотя тот парень, Андре, очень даже ничего, согласна? — из накрашенных темной помадой губ вырвался хриплый смешок.

Вторая покачала головой.

— У оборотней не такие клыки. Да и ты сама слышала, она попросила крови, — выражение отвращения появилось на ее лице.

Элиза на мгновение задумалась.

— Ха, тогда может быть, ее мамочка изменила альфе с каким-нибудь вампиром, — расхохоталась она. — Не бойся ее, Абигайл, она залог нашей безопасности.

Внезапно вдалеке раздался пронизывающий душу вой. Элиза выругалась.

— Чертовы твари все-таки сумели нас отыскать… Оповещай всех, — кивнула она второй ведьме, и та потянула за шнур черного колокольчика, висевшего около окна. Мелодичный звон раздался не только в их хижине, но и в некоторых других, раскиданных по всем болотам, где скрывался ковен.

Тем временем Элиза распахнула окно и прокричала в тонувший в сумерках лес:

— Слушайте все! У меня дочь альфы Мунлайта! Если хоть кто-то из вас попытается напасть на меня, я перережу ей глотку!

Волк завыл уже ближе. Элиза бросилась к двери и открыла ее; за дверью оказался молодой мужчина. Он шагнул в дом и нахмурился, увидев находившуюся на полу без сознания Диану.

— Поднимай девчонку, — велела ему ведьма. — Я пойду вперед, ты за мной. Абигайл, ты замыкаешь. Главное, добраться до машин.

Колдуны в условленном порядке спешно покинули дом. В лесу стояла обманчивая тишина, которую нарушали члены ковена, выбегающие из расположенных на приличном расстоянии друг от друга хижин. Элиза быстро шла к зарослям, где был искусно запрятан автомобиль, зорко оглядываясь по сторонам. Кристоф с каменным лицом нес по-прежнему спящую Диану на руках. Абигайл, сжимающая в руке острый ритуальный кинжал, нервно оборачивалась и чуть не споткнулась несколько раз.

Они не успели сделать и двадцати шагов, как тишина разорвалась. Волки уже не выли, лишь глухо рычали, в мгновение ока появившись из чащи. Послышались вопли ужаса, и Элиза со страхом различила впереди чью-то фигурку, на которую набросился зверь. Вспышки заклинаний раздавались повсюду, в сумрачном небе начали сгущаться тучи.

— Абигайл, разделяемся! — крикнула предводительница ковена, и вторая ведьма скрылась в зарослях. — Кристоф, быстрее!

Оставалось всего лишь несколько метров на машине, как вдруг словно из-под земли вырос огромный волк с проблескивающей в серой шкуре едва заметной сединой. Он вздыбил загривок и зарычал.

— Ну здравствуй, Николас, — смогла усмехнуться Элиза. — Не думала, что так скоро встретимся. Видишь, какой у нас ценный груз?

Она не подавала колдуну за спиной никаких знаков, но тот мгновенно вытащил свой кинжал и приставил его к шее бесчувственной Дианы, опустив ее на землю.

— Нападешь на меня, и она погибнет. Аргус Браун такого не простит, не так ли? Ты хочешь еще одну войну, но уже между кланами? Братоубийственную?

Волк, продолжая издавать глухие, леденящие кровь звуки, переводил взгляд желтых глаз с колдуньи на мага, не двигаясь с места.

— То-то же, — заключила Элиза, ощущая, как в ней растет уверенность в удачном исходе. — А теперь дай нам пройти, и мы избежим лишних жертв.

Внезапно за ее спиной раздался душераздирающий крик, заставивший ее на миг потерять бдительность и обернуться.

Кристоф, выпустив из рук и нож, и Диану, катался по земле, объятый пламенем. За ним стояла женщина, увидеть которую здесь Элиза совершенно не ожидала.

***

В облике волка усиливается восприятие окружающего мира через все органы чувств. Видишь дальше, запахи чувствуешь острее, слышишь лучше. Разумеется, и в человеческом теле сенсоры организма обострены, но не до такой степени. В лесу множество сигналов может сбить с толку, если не знаешь, за чем следовать.

Сидеть тихо и не высовываться — задача не для него. Альфа Нового Орлеана может отдавать приказы своей стаи, но Алан им не подчиняется. Он не бросит Диди и Диану в беде. И Андре не придется прикрывать ему спину. Он достоин самостоятельности.

Следы привели Алана в обличье черного волка на поляну, где сражались друг с другом несколько колдунов и оборотней. Поначалу он растерялся и на секунду в голове проскочила малодушная мысль о том, что он еще не готов к такому. Но когда в волке с рыжеватой шерстью, отчаянно сражавшемуся с явно сильным магом, он узнал Андре, все сомнения исчезли. Позади к нему, пользуясь отвлеченностью оборотня, подкрадывалась ведьма с кинжалом в руке.

Инстинкт включился мгновенно, и Алан, не раздумывая, бросился на Абигайл.

***

Кристоф перестал кататься по земле, истошно вопя, вскочил на ноги и припустил к реке. Вскоре он нырнул в зеленоватую воду и скрылся из вида.

— Я слышала, у вас там крокодилы водятся, — Диди проводила убежавшего колдуна взглядом.

Элиза наконец отмерла. Владеющая стихией огня ведьма представляла ей серьёзную угрозу.

— Послушай, — начала она, собравшись с мыслями. — Я не причинила вреда твоей дочери. Она всего лишь под действием сонного зелья. Эта не твоя война, Диди, забирай девочку и уходи.

Диди тем временем присела, проверив у Дианы пульс, ласково погладила спящую дочь по волосам и вновь поднялась.

— Духи тебе не помогут, — с абсолютно спокойным видом обратилась она к Элизе. — Магия предков больше не доступна вам, не так ли? Как только вы начали приносить человеческие жертвы, духи от вас отвернулись.

Позади был Николас, впереди — маг-стихийник. Сражение шло вдалеке от места, где они находились. Элиза лихорадочно высчитывала в голове план бегства.

— Ты права, это не моя война, — продолжила Диди. — А их, — кивнула она в сторону серого волка.

Последним, что услышала глава новоорлеанского ковена, было рычание альфы. Последним, что она почувствовала, стали его клыки на ее шее.

***

Большой черный волк протрусил к лежащей на траве Диане и уткнулся носом в ее волосы. Девушка что-то пробормотала во сне, запустила руки в теплую шерсть и сладко причмокнула.

— Дети, — вздохнул Николас, находясь уже в своем прежнем облике. — Говоришь им держаться подальше от опасности, а они все равно рискуют.

Диди ничего не сказала в ответ на это, не отрывая взгляда от погребального костра.

— Упокой, Господь, их души, — альфа посмотрел на языки алого пламени. — Пусть огонь очистит их от грехов.

Они немного постояли молча. Николас с беспокойством повернулся к ведьме. В ее глазах отражался огонь. Лицо было бесстрастным.

— А Вы не принимали никакого эликсира, подавляющего эмоции? — рискнул спросить он.

Диди перевела на него взгляд.

— Вы ждете, что я впаду в истерику или упаду в обморок?

— Нет, просто… — было странно видеть высокого седого мужчину растерянным. — Просто вы, женщины, хрупкие и нежные существа. Вас нужно оберегать от подобных потрясений. А Вы сегодня увидели многое. Ваш супруг имеет полное право оторвать мне голову за то, что я это допустил.

Диди слегка раздраженно выдохнула.

— А те, чьи тела сейчас сгорают на костре, тоже были хрупкими и нежными созданиями?

Николас осторожно дотронулся до ее плеча.

— Я пытаюсь донести до Вас, что скорее всего, вы пребываете в состоянии шока. Опасность заключается в том, что эмоции нахлынут позже, и в этот момент кто-то должен находиться рядом с вами.

***

Как приятно было проснуться в уже знакомой комнате мотеля, ощутить себя на диване, где совсем недавно тебя обнимал близкий человек. Взгляд раскрывшихся синих глаз упал на красный пакет, ждавший ее на столике. Сопротивляясь слабости, Диана протянула руки и вцепилась в вожделенную кровь.

— Проснулась? — раздался голос Алана из угла. Парень упаковывал их немногочисленные вещи. — Как чувствуешь себя?

— Эм… Что вообще произошло? — Диана осторожно села.

Оборотень бросил свое занятие и подошел к ней.

— Ну, у меня для тебя несколько новостей. Но сначала я должен тебя спросить: что ты помнишь?

Диана убрала свешивающуюся прядь волос за ухо.

— Так… Мы с тобой были на фестивале, ты отправился за водой, а меня… Меня просто умыкнули оттуда, и я даже пикнуть не успела, — с горечью признала она. — Помню только дурацкую тряпку с чем-то вроде хлороформа…

— Как видишь, мы отбили тебя у ведьм, да и ковена больше не существует благодаря усилиям новоорлеанской стаи, — Алан сел на диван рядом с Дианой.

— Они все-таки всех убили… — пробормотала она, холодея.

— Не берусь никого судить, — пожал плечами парень. — Давай лучше о хорошем. Можешь меня поздравить, теперь я — полноценный член стаи.

Диана с удивлением взглянула на него.

— Ты прошел инициацию?

Тот кивнул.

— Но как? В чужой стае? Так же вроде не делают?

— Это возможно, если присутствует кто-то из родной стаи. Да и Николас сказал, что я достоин этого, так как спас одного из оборотней, проявил героизм и всякое такое, — грустно улыбнулся он.

— Погоди, — перебила его Диана. — Кто-то из наших оборотней приехал?

— Не оборотней, — покачал головой Алан. — Кстати, этот человек еще и метку с тебя снял.

Метку? Диана подскочила, кинулась к зеркалу и с волнением осмотрела шею, откинув черные волосы.

— Не осталось ни следа, — она с облегчением рассматривала гладкую кожу. — Но кто же это был?

— Ведьма нанесла метку, ведьма ее и сняла.

— Какая ведьма? — нахмурила лоб девушка. — Мари Бонне? Кстати, что с ней?

— Выяснилось, что она жива, но речь пока не о ней, — Алан помедлил немного. — Я обещал тебе не говорить, но ты же все равно меня в покое не оставишь… Метку сняла твоя мама.

— Мама?! — замерла Диана.

— Она уже уехала назад после того как практически спасла тебе жизнь и помогла стае одолеть ковен.

— О Господи! — простонала девушка, закрывая лицо руками. — Я такая беспомощная! Вечно влипаю в неприятности, и мои близкие вынуждены за это отдуваться!

Алан подошел к ней и ободряюще похлопал ее по плечу.

— Ничего, ходячее несчастье, у тебя еще будет шанс справиться с неприятностями самой.

Диана вопросительно посмотрела на него, и парень, широко улыбнувшись, объявил:

— Мы летим во Францию.

Глава 18. На земле кельтов

Автомобиль стремительно рассекал пасторальные зеленые пейзажи, приближаясь к небольшому городку на юге Франции. Погода, казалось, благоприятствовала путешественникам и просто тем, кто решил прогуляться летним деньком. Однако, несмотря на безмятежность окружающего мира и поднимающую настроение солнечность, разговор в машине не ладился.

— Мне как-то неловко, — призналась Диана, аккуратно открывая пакет с кровью, — что наши расходы оплачиваются мистером Ван Голдом и мистером Масгрейвом. Я чувствую, что обязана им, но они категорически отказались рассматривать это как долг.

Алан мельком бросил взгляд в зеркало заднего вида.

— Когда ты уже перестанешь пить кровь?

— Когда процесс превращения завершится, — невозмутимо ответила девушка. — И нет, я не могла дотерпеть до остановки, потому что не хочу шокировать Мари.

Как выяснилось в тот переломный вечер в Луизиане, мисс Бонне спешно покинула Новый Орлеан, отбыв на родину во Францию. Искомый артефакт ей удалось увезти с собой, чему поспособствовали загадочные местные маги, связанные с ней кровными узами. К удивлению мунлайтовцев, сбежавшая новоорлеанская ведьма ничем не напоминала покойных членов своего бывшего ковена. В городке, куда они прибыли на арендованном автомобиле после приземления в аэропорту Нима, их встретила молодая девушка со светлыми глазами и россыпью веснушек на золотистой коже. Было видно, что она слегка нервничала, но узнала Диану и Алана, едва увидев их.

Оборотень припарковал машину возле дома, убедившись, что они приехали точно по адресу. Вышел из автомобиля, оставив Диану спешно упаковывать пустую коробочку из-под крови в непрозрачный пакет, и приветливо поздоровался с Мари. Девушка робко улыбнулась ему.

— Рада, что вы благополучно добрались сюда, да и вообще… — понизила она голос. — Выжили в тот страшный вечер… Но не будем о плохом. Алан, верно? Приятно познакомиться, — Мари протянула ему тонкую руку и заметила выбирающуюся из автомобиля Диану. — Будь благослов… — начала она принятое у ведьм приветствие, как вдруг оборвала себя и расширившимися от удивления светлыми глазами внимательно вгляделась в силуэт Дианы.

— Привет, — та озадаченно переводила взгляд с нее на нахмурившегося Алана. — Что-то не так?

— Странно, — Мари пару раз моргнула. — У ведьм аура обычно золотистая и яркая. Чем ярче она, тем сильнее маг. А у тебя… какие-то черные пятна по всему ореолу и цвет… Нет, золотистые всполохи есть, просто цвета преобладают другие… Багровый и лиловый, как у вампиров, — обеспокоенно пояснила она.

Диана беспечно махнула рукой.

— Это длинная история, если будет время, расскажу. А сначала мы первым делом должны завершить нашу неожиданно затянувшуюся миссию.

— Верно, — спохватилась Мари. — Вы наверняка устали, так долго добирались сюда. Пойдемте, я покажу, где вам можно отдохнуть.

Алан забрал из машины сумки и вместе с Дианой последовал за светловолосой ведьмой. Они обошли дом, вошли через калитку в сад, обогнули деревья и кусты роз. Мари остановилась у небольшой постройки, представлявшей собой главное здание в миниатюре.

— Это домик для гостей, — она открыла дверь и жестом пригласила приезжих войти. — Располагайтесь и чувствуйте себя свободно.

Внутри взору открывалась уютная гостиная со столиком в центре, на котором были красиво расставлены блюдца, чашки, чайник, тарелочки со свежеиспеченными, судя по манящему запаху, круассанами и изящная масленка с кремового цвета сливочным маслом. Диана углядела земляничный джем и поняла, как проголодалась.

— Присаживайтесь, — пригласила гостей Мари. — Если что-то потребуется, ванная вон за той дверью.

Спустя некоторое время, когда ребята нашли место для вещей и умылись с дороги, все трое расположились в гостиной. Мисс Бонне разлила всем чай.

— Моя семья соберется к вечеру, надеюсь вас с ними познакомить. А пока я расскажу вам о том, что вас здесь ждет.

— Мари, спасибо вам огромное за гостеприимство, — Алан осторожно оставил чашку. — Но мы не собираемся долго вас обременять. У нас четкая задача: доставить камень домой.

— Хотя я вот не против побывать на знаменитых виноградниках, — начала Диана, прожевав кусочек круассана, но осеклась под взглядом друга.

Мари постучала аккуратными розовыми ноготками по крышке стола, слегка задумавшись.

— Понимаете, когда я узнала о темных изменениях в ковене, то сразу поняла, что нужно бежать от них как можно скорее. Мне удалось собрать важные артефакты и, заручившись поддержкой семьи, вернуться во Францию. Нельзя было допустить, чтобы столь сильные магические накопители попали не в те руки. Да упокоятся души погибших с миром, — тяжело вздохнула она. — Сверхъестественное сообщество Нового Орлеана больше не подходит для хранения подобных вещей. Распри и злоупотребление силой лишили их доверия друидов.

— К-кого? — чуть не поперхнулась чаем Диана.

— Друидов, — повторила Мари, с легким удивлением глядя на девушку. — Вы не знали? — та покачала головой, и ведьма продолжила: — Ведь когда-то эти земли принадлежали кельтским племенам, жрецы которых владели истинной магией и истинным знанием. К сожалению, многочисленные войны и завоевания привели к тому, что Людей знания осталось очень мало, как и других сверхъестественных рас, поэтому мы все вынуждены скрываться.

— Мы должны будем увидеться с этими друидами? — спросил Алан, пока Диана переваривала полученную информацию.

— Они хранят свои личности в секрете. Я — посредник между ними, как связанная родством, и между другими причастными к магии. Наша задача — охранять остатки Знания в мире и владеющих им, защищать нечеловеческие расы от вымирания и истребления. Мунлайт очень важен в этом плане, поэтому, несомненно, для ритуала потребуется самый мощный из артефактов, вывезенных мной сюда на хранение. Это алмаз, бывший частью алтаря в Новом Орлеане. Он накопил в себе достаточно магической энергии для подобного заклинания.

— Сдается мне, так просто нам этот камень не отдадут? — мрачно поинтересовался Алан.

Мари вздохнула.

— Друиды приняли решение спрятать его, как и другие артефакты. По их мнению, только достойный сможет забрать их. Чтобы доказать это, любому желающему приобрести артефакт, придется пройти испытание.

Диана почувствовала, как ее аппетит мгновенно пропал, несмотря на благоухающую аппетитную еду.

— Испытание? — тревожно переспросила она, насупившись. — Какое еще испытание?

— В нескольких километрах отсюда, — начала рассказывать Мари, — находится шато Ландграаб. Это замок, который прежде принадлежал одной известной семье, занимавшейся магией и наукой. Правда, они уже давно там не живут, поэтому шато заброшено и охраняется мощными заклинаниями. Немногие знают о том, что оно связано с садом Туата подземным ходом. Туда вам и предстоит попасть, предварительно пройдя через замок.

— Туата?

— Ну, Туата де Дананн, — пояснила мисс Бонне. Выражение непонимания на лицах ее собеседников никуда не исчезло. — Племена богини Дану? Сиды? Сидхе?! Ши?! Ну ребята, неужели вам ничего про них неизвестно? — она, казалось, даже расстроилась.

— Си… Ши? — попыталась повторить Диана. — Это кто такие?

— Ну эльфы же! — всплеснула руками Мари.

Диана открыла было рот, чтобы сказать, что знает только крылатых фей, но внезапно вспомнила о том, что ей строго-настрого запретили сообщать о "маленьком народце", живущем в Мунлайте, кому бы то ни было. Однако новорлеанская беглянка ее удивила.

— Их еще могут называть "фейри", — устало пояснила она. — Крылатые создания, живущие в вашем городе, я имею в виду фей, тоже к ним относятся. Их осталось очень мало, поэтому друиды сосредоточили свои силы на оберегании этих существ.

— Эльфов как-то не доводилось встречать, — развел руками Алан.

Мари налила себе еще чаю.

— Кельты хранили множество легенд о них и их волшебной силе. Истину знали лишь жрецы. К сожалению, ши покинули этот мир, здесь остались лишь их крылатые собратья, впрочем, это очень долгая история… Суть в том, что именно в саде Туата, насыщенном их магией, и хранится сейчас необходимый вам алмаз.

— Так, дай-ка уточнить, — оборотень наклонился вперед. — Значит, мы должны проникнуть в нашпигованный охранными заклинаниями замок, каким-то образом отыскать вход в подземелье, затем пройти по нему в сад и умудриться не сдохнуть от эльфийской магии, так?

Мари растерянно захлопала ресницами.

— Совет фей и Совет магов убедил старейшин, что вы справитесь…

— Похоже, они смерти нашей желают, — мрачно проговорила Диана, переглянувшись с другом.

***

Мунлайт Фолз

Джанет Пок довольно давно служила в полиции Мунлайта. Ее вампирская сущность сыграла в этом немалую роль. Обостренный слух и огромная скорость передвижения делала ее незаменимой на заданиях, а любовь к ночным сменам сильно улучшала жизнь служащих всего отделения.

Джанет поправила челку, откинула шикарные черные волосы на спину и с тихим вздохом устремила взгляд на молодого человека, дремавшего за решеткой. Ей всегда нравился Данте, хоть она и была замужем. Ее дом располагался относительно недалеко от Раффинов, поэтому с историей Морганта она была знакома не понаслышке. Сейчас, глядя на бледного уже-не-вампира, Джанет недоумевала, ради чего стоило затевать все то, из-за чего красивый успешный мужчина был лишен своей сверхъестественной сущности и заперт в камеру.

— Джанет, — раздался тихий голос.

Вампирша вздрогнула и удивилась тому, что она не заметила вошедшего Дэвида Масгрейва. С другой стороны, вокруг него вечно существовал ореол слухов, связанных с его прошлым в качестве Ликвидатора. Навыки позволяли ему оставаться незамеченных даже для собратьев.

— Здравствуй, Дэвид, — она позволила себе потянуться. — Пришел навестить заключенного?

Вампир кинул задумчивый взгляд в сторону решетки.

— Я прошу у тебя разрешения остаться с ним наедине. Пять минут.

Джанет помедлила. Она доверяла Дэвиду, полагая, что у него нет мотивов устраивать побег Морганта, поэтому в конце концов кивнула и бесшумно скрылась в конце коридора.

Дэвид дождался, пока слышные ему ее шаги стихнут, и подошел к камере. Данте, будто что-то почувствовав, зашевелился и открыл глаза. Ему понадобилось некоторое время, чтобы сфокусироваться в полумраке помещения. Было неимоверно сложно приспосабливаться к окружающему миру после превращения.

— А, это ты, — узнал он Дэвида. — Пришел исполнить обещанное?

Масгрейв слегка нахмурился.

— Имеешь в виду?..

— Имею в виду твое обещание всадить в меня пулю, если я не оправдаю твоего доверия, — Данте вольготно развалился на кровати, ничуть не растеряв свой дух.

Дэвид помолчал.

— Скоро тебя переведут в Бриджпорт, на один из островов, в отделение тюрьмы для бывших сверхъестественных существ, — наконец негромко заговорил он. — А что касается моего обещания… Я пришел сказать тебе кое-что.

Данте притих и не сводил с вампира настороженного взгляда.

— Я уже не тот, что раньше. Жизнь меняется. И если ты не меняешься вместе с ее течением, если ты застрял в прошлом, тем хуже для тебя, — Дэвид положил ладонь на прутья решетки. — Я совершенно не горжусь тем, что делал раньше, и тем, кем я был.

***

Когда хлопнула входная дверь, Диди вздрогнула, будучи погруженной в свои мысли. Она отвернулась от окна и попала в объятия стремительно бросившегося к ней мужа.

— Ты дома, — сжал он ее так, что на мгновение ведьма забыла, как дышать. Тепло его тела и знакомый родной запах почему-то больно отозвались в сердце. Аргус отстранился, не выпуская Диди из руки, затем нахмурился и четко проговорил: — Ты больше никуда не поедешь одна. Ты вообще больше никуда не поедешь. Понимаешь меня?

— Перестань, — ведьма попыталась растянуть губы в беспечной улыбке, но она получилась вымученной. — Ты всегда недооценивал меня, считал меня слабой. Но я давно уже не испуганная девочка, неспособная использовать собственные силы.

— Да, но какой ценой? — оборотень нежно убрал прядку коротких черных волос с лица любимой женщины. — Николас рассказал мне все в ярчайших подробностях. Клялся, что всячески старался оградить тебя от сражения, но видимо, наша дочь унаследовала свое упрямство именно от тебя.

— В подробностях? — повторила Диди, мягко высвобождаясь из рук мужа. Она вновь повернулась к окну. — Что-то я в этом сильно сомневаюсь…

— Прости, что так громко ворвался в дом, кстати, — Аргус положил руку ей на плечо. — Напугал тебя? Прости, — в его голосе звучало искреннее беспокойство. — Просто Навита… — беспокойство сменилось нарастающей яростью. — Навита! — он отпустил Диди и начал прохаживаться по гостиной. — Никак не может успокоиться. Продолжает обвинять меня в том, что произошло, не хочет прекращать нападки на вампирское сообщество. И я, альфа, не могу ее унять! Впечатление, что она хочет войны.

Диди вздрогнула и резко повернулась к нему.

— Никакой войны, — замотала она головой, — нет, Аргус, никто не понимает…. Никто не понимает, как это страшно, — ее голос дрогнул. — Я видела все, я была там, в самой гуще, в бойне… Вода окрасилась кровью, — она всхлипнула и прижала ладонь ко рту. — Оборотни разрывали магов на части, те их тоже не щадили… — неудержимый поток слез прервал ее речь, и ведьма зарыдала, спрятав лицо на груди прижавшего ее к себе мужа.

— Все позади, моя девочка, — шептал он, гладя ее по мягким волосам. — Все уже позади. Все хорошо.

Его мысли были мрачны и метались вокруг воображаемой высокой башни, куда бы он запер своих женщин на всю их последовавшую жизнь.

Диди, дав волю слезам, немного успокоилась и подняла заплаканное лицо.

— Послушай, мы с тобой… У нас есть власть, чтобы не допустить… — сбивчиво начала говорить она Аргусу. — Ты — альфа, я — Верховная. На нас лежит ответственность гасить и разрешать конфликты. Никаких войн. Никаких столкновений.

Он обнял ее крепче.

— Я обещаю тебе.

— Наш город — маленькое мирное убежище, понимаешь? — тихо говорила Диди, не желая, чтобы он выпускал ее из своих рук. — Мы должны его сохранить… Мой Совет, твоя стая, феи под началом матриарха и вампирские семьи… Только сотрудничество, Аргус… Только сотрудничество нам поможет.

***

Франция

Автомобиль подъехал к шато Ландграаб на закате. Солнце уже садилось, отбрасывая багряные всполохи на старые каменные стены дома. Особняк выглядел мирно, единственным, что могло насторожить наблюдателя, была тьма, видневшаяся в каждом окне.

Диана вылезла из машины и позволила себе размять затекшие мышцы.

— Ну что сказать, древний нашпигованный ловушками особнячок вовсе не выглядит зловещим или пугающим, — обратилась она к последовавшему за ней Алану.

Тот по привычке щелкнул брелоком, ставя авто на сигнализацию, впрочем, сомневаясь, что найдется кто-то в этой местности, гипотетически желающий угнать машину.

— Ты же помнишь, о чем нам рассказала Мари. Друиды и все такое прочее. После того как Ландграабы покинули свой дом, они устроили все здесь так, чтобы ни одно живое существо не могло сюда проникнуть и овладеть хранящимися тут знаниями или магическими артефактами.

— Легенда для местных, — фыркнула Диана. — На самом деле они устроили тут полигон для потехи над сверхъестественным молодняком, судя по словам Мари, — угрюмо заключила она, ковыряя землю кончиком кеда.

— Не накручивай себя, — Алан слегка похлопал подругу по плечу, покрытому белой футболкой. — Раз они решили, что мы достойны пройти это испытание, значит, у нас все получится.

— И мы наконец-то вернемся домой… — тоскливо протянула Диана. — Не подумай, что я ною и жалуюсь… Хотя нет, именно этим я и занимаюсь. В общем, я соскучилась по дому.

Оборотень поправил рюкзак за спиной, приобнял девушку, и они потихоньку начали приближаться к загадочному особняку — первой точке, ведущей к мистическому саду Туата, хранилищу нужного им артефакта-алмаза.

До них доносилось благоухание роз, в изобилии растущих на кустах, которых давно уже не касалась рука садовника. Ключа от дома ребятам не выдали, видимо, для входа он бы и не понадобился, сделали они вывод.

— И что? — пожала плечами Диана. — Надо просто подняться по ступенькам и открыть дверь?

— Может, обойдем дом? — предложил Алан, которому чисто интуитивно не понравилась высказанная девушкой идея.

Та же махнула рукой и ускорила шаг.

— Хочу быстрее с этим разделаться.

Однако, едва она ступила на лестницу, ведущую к главному входу, как из скрытых отверстий перед дверьми вырвались струи огня высотой в ее рост.

Диана икнула и отступила, в оцепенении не отрывая взгляда от языков пламени. Алан мгновенно оказался рядом с ней, осторожно отводя ее назад.

— М-мдаа… — удалось выговорить ведьмочке, едва к ней вернулась речь. — Кажется, ты был прав.

— Обойдем все-таки дом? — оборотень медленно попытался развернуть подругу в сторону от огненной стены.

— Погоди, — нахмурилась Диана. Видно было, что потрясение ушло, и ее мозг вновь заработал. — Есть у меня идея. Неслучайно ведь пройти это испытание могут только сверхъестественные существа, так?

Девушка вытащила из кармана джинсов предмет, к которому, как ей казалось, она не прикасалась целую вечность, — волшебную палочку.

— Я успела разучить несколько полезных заклинаний, до того как… Ну ты понимаешь, о чем я.

— Ди, я как-то сомневаюсь в том, что ты сможешь обезвредить механизм…

— Давай рассуждать логично, — Диана вновь направилась к дверям. — Скорей всего, здесь магия, а не изрыгающее огонь хитроумное устройство. А что является противоположностью огня? Лед.

— Ландграабы кроме магии как раз наукой и занимались, не забывай, — попытался урезонить девушку оборотень.

Впрочем, она вовсю уже выписывала палочкой затейливые узоры в воздухе, складывающиеся в действующие знаки, и шептала слова древнего базового заклинания, выстраивая магическое поле.

Ледяной вихрь, берущий свое начало из кончика палочки, материализовался перед Дианой и устремился на бушующую стену огня. Под скептическим взглядом Алана две стихии вступили в борьбу, и ни одна из них не одержала победу. Произошла аннигиляция. Огонь потух, а ледяные иглы растаяли под лучами теплого вечернего солнца.

Диана издала ликующий клич и уверенно двинулась вперед. Каково же было ее разочарование, когда при касании ступеней, ведущих ко входу, огненный страж вновь непоколебимо встал у дверей.

— Механизм ледяной магией не обезвредить, — мягко сказал Алан. — Так что пойдем искать какой-нибудь рычаг, который может отключить это устройство. Он должен быть спрятан или хитро замаскирован. Или поищем черный вход. Хотя там тоже может быть ловушка… Ди, что с тобой?!

Девушка медленно осела на землю, выронив палочку и сжав виски. Оборотень стремительно опустился перед ней, обеспокоенно вглядываясь в ее побелевшее лицо.

— Что случилось? Как ты себя чувствуешь?

— Голова раскалывается… — выдавила Диана. — И, кажется, очень хочется пить.

Алан мгновенно достал бутылочку воды из рюкзака и протянул ее девушке. Та сделала глоток и поморщилась, положив руку на живот.

— Или есть… Непонятное ощущение.

— Встать можешь?

Парень помог подруге подняться, осторожно поддерживая ее. Та слегка пошатнулась.

— Голова кружится, — пробормотала она, цепляясь за Алана. — И сосет под ложечкой… Слабость.

— И давно с тобой такое? Что это вообще было?

— Не знаю, — Диана закрыла глаза. — Наверное, слишком много энергии потратила на заклинание.

Алан недоверчиво посмотрел на нее.

— На одно из базовых? Которое ты смогла выучить, будучи подростком? Что-то мне не верится.

— Тут тебе не одну снежинку создать, — огрызнулась Диана, отстраняясь от оборотня. — Ладно, пойдем, как ты предлагал, искать вход или ключ.

Алан вновь накинул рюкзак и отправился осматривать дом, про себя решив, что не спустит глаз с явно что-то недоговаривающей ведьмочки. В молчании пара обошла особняк. Они нашли черный вход, как и предполагал парень, однако и перед незаметной дверью в восточном крыле их ожидали языки огня. Обогнув шато и сделав немаленький круг, оборотень остановился и, сбросив рюкзак на землю, закрыл глаза.

— Что ты делаешь? — поинтересовалась Диана, пытаясь заглушить нарастающее чувство голода шоколадно-ореховым батончиком. Свою бутылку воды она прикончила во время обхода дома.

Алан размял мышцы шеи и плеч.

— Возможно, мои способности оборотня здесь пригодятся. Я попробую найти то, что отключает "стража", полагаясь на них.

"Учись чувствовать различную материю", — когда-то наставлял его Аргус. — "Мы имеем возможность находить металлы и драгоценные камни. Но как отделить то же серебро от земли с помощью чутья?"

Земля. Плотная, но в то же время рыхлая. Теплая, нагретая у поверхности солнцем, вмещающая переплетающиеся корни растений. Вся материя — сгустки застывшей энергии, иногда настолько концентрированной, что чутье угадывает камень. И вдруг оно буквально спотыкается о нечто чужеродное, но все же вышедшее из самой земли. Знакомый запах.

Алан, не открывая глаза, пошел вперед, куда его звал запах железа. Скрывшись за кустами роз, он присел и нащупал в почве холодный металлический рычаг.

Диана услышала щелчок, доносящийся от главного входа. Она осторожно приблизилась к нему и поставила ногу на первую ступеньку. Вопреки ее ожиданиям, столбы пламени не взвились в очередной раз. Отверстия в лестнице были наглухо закрыты.

— Сработало! — донесся до Алана счастливый возглас девушки. Он улыбнулся.

***

Внутри их ожидало несколько коридоров, ведущих во всевозможные направления, и широкая лестница, призывно расположившаяся прямо напротив дверей.

— И куда же теперь? — Диана растерянно покрутила головой. — Пойдем наверх? Или осмотрим одну комнату за другой? Нам нужен план.

— Погоди, — Алан удержал уже было дернувшуюся подругу за локоть. — Ты опять лезешь и не смотришь под ноги? Видишь темные пятна на полу? Что-то мне подсказывает, что там очередные ловушки.

Притихшая девушка внимательно осмотрела паркет. Везде, куда хватало взгляда, простирались подозрительные потемнения, находящиеся весьма близко друг к другу.

— Эти Ланграабы явно были чокнутыми…

Диана подняла глаза и увидела блестящую табличку, висящую на стене в нескольких шагах от порога. На табличке был выгравирован какой-то текст.

— Смотри, — указала она Алану в ту сторону, — там что-то написано. Наверняка, нам требуется это прочитать.

— Ну, французский в школе был только у тебя, — нервно выдохнул тот. — Так что…

— Придется идти мне, — заключила Диана.

Алан был совершенно не в восторге от этой идеи, но девушка приободрилась, осознав, что практически полностью пришла в себя. Лишь непонятное ощущение в желудке продолжало слегка беспокоить, однако, слабость исчезла.

Оборотень с тревогой смотрел, как Диана, балансируя между темными пятнами, медленно, но уверенно прошла к висевшей на стене загадочной табличке и только тогда позволила себе расслабиться.

— Та-ак, — протянула она, хмурясь и изучая надпись. — Тут сказано… эм… что музыка… только музыка… Так, сейчас. Вот. Кажется, поняла. "Только музыка сможет усыпить чудовище". Чудовище?! — в панике повернулась она к Алану. — Здесь еще и монстры водятся?!

— По-моему, единственные монстры здесь — мы, — криво усмехнулся оборотень. — А насчет музыки… — он кивнул в сторону комнаты, находящейся за стеклянными дверьми. Там виднелся старинный граммофон. — Кажется, все весьма прозрачно. Но туда уже я сам пойду.

Алан ловко проскользнул через ловушки и осторожно открыл двери, ведущие в музыкальную комнату. Внимательно осмотрев пол, он прошел к граммофону. Там уже лежала пластинка, покрытая пылью. Сдув временной налет с черного диска, парень осторожно установил его в проигрывателе и повернул ручку.

Громкая, непривычная музыка заполнила кабинет и вырвалась в коридор. Диана узнала кельтские мотивы, а в следующий момент до ее слуха донесся уже знакомый звук блокирования ловушек.

Она осторожно пробралась в комнату к Алану, до конца не доверяя отключению механизмов.

— Наверное, таким образом все ловушки обезврежены, — сообщила девушка оборотню. Он в это время внимательно осматривал музыкальный кабинет. — Теперь можно методично изучить весь особняк. С чего начнем?

Алан указал ей на книжные полки, стоявшие у стены.

— Заметь, в среднем стеллаже нет ни одной книги, зато лежит куча пластинок, и повсюду разбросаны всякие безделушки. Возможно, я ошибаюсь, но…

Оборотень подошел к стеллажу и попробовал сдвинуть его с места. Тот на удивление легко поддался… открывая непроглядно черный проем, откуда повеяло прохладой.

— Кажется, все весьма очевидно. Может, не будем тратить время на осмотр всего шато, а сразу направимся туда?

Диана завороженно кивнула и, взявшись за руки, друзья шагнули в темную неизвестность. В следующее мгновение они с криками провалились вниз.

***

Когда первоначальный шок от падения прошел, Алан попытался приспособить зрение к окутывающей его темноте. Однако для того, чтобы различать окружение, требовалось хотя бы какое-то подобие света, отблеск или блик.

— Не ушиблась? — прозвучал в темноте его голос.

— Коленку… слегка, — ответила ему Диана. — Ты где? — Ее беспорядочно двигавшиеся руки коснулись оборотня. — А, ты тут, — с облегчением вздохнула она. — Вот это сюрприз нам.

— Ага, — согласился Алан, на ощупь стягивая рюкзак с плеча. Ему удалось расстегнуть его и сравнительно быстро отыскать фонарь. Луч света отразился от стен.

— Ого, — Диана оглядывала помещение, больше похоже на узкий каменный коридор, заполненный бочками и полками с бутылками. — Кажется, это винный погреб.

— А вот отсюда мы и свалились, — Алан указал фонариком на то место, где должен был оказаться вход, однако кроме глухой стены и упиравшейся в нее крошечной лестницы там ничего не было. — Странно, вход как будто закрылся сам собой.

— А лестницу мы и не заметили, — заключила Диана, поднимаясь на ноги.

Молодой человек с удивлением и тревогой прощупал стену, не найдя даже малейшего намека на бывший здесь вход.

— Кажется, остается двигаться вперед.

Девушка тем временем с интересом рассматривала стеллаж с вином.

— Ты посмотри только! — с изумлением воскликнула она, вытащив покрытую пылью старого вида бутыль. — "Le plasmafruit"! Это вино из кровавого плода!

На лице Алана отразилось недоверие и даже промелькнуло что-то, близкое к отвращению.

— Причем год урожая близок к дате первого выращивания этого плода! — восторженно продолжала Диана, вертя в руках вино. — Возможно, именно Ландграабы приняли участие в его изобретении наряду с магами и феями. Как интересно!

Оборотень пробормотал нечто нечленораздельное и двинулся вперед. Погреб оказался довольно длинным, упирающимся в глухую стену, аналогичную загадочно возникшей первой. Только вот ступенек там уже не было, из чего Алан сделал вывод, что пол хранилища представлял собой плавный спуск. Стены каменного коридора были увешаны старинными подсвечниками. В некоторых еще имелись свечи.

Фонарь внезапно моргнул пару раз и погас. Алан выругался.

— Как же так, батареек должно было хватить надолго… Так, у меня в рюкзаке должна быть зажигалка, можешь посмотреть? Попробуем зажечь хотя бы пару свечей.

— Я удивлена, что ты не захватил запасные батарейки, — отозвалась Диана. Судя по доносившимся звукам, ей удалось нащупать рюкзак, и теперь она перебирала его содержимое. — С твоей-то предусмотрительностью…

Алан хмыкнул. Тем временем девушка отыскала зажигалку и безуспешно ей чиркала.

— Не срабатывает.

Оборотень вновь выругался и потряс фонарем.

— Не переживай, — Диана бросила бесполезный кусок пластика и осторожно выпрямилась в темноте. — Я могу кое-чем помочь.

— У тебя есть спички?

— У меня есть магия.

И прежде чем Алан успел что-либо возразить, девушка сосредоточилась и вызвала в воздухе искрящийся огненный шар. Даже с другого конца коридора оборотню было видно, что поддерживать сгусток энергии ей было неимоверно тяжело.

— Ди, не стоит…

— Главное, не попасть в бочку с вином, — Диане даже удалось пошутить. Шар раздвоился. Две горящие сферы пролетели вдоль стены параллельно друг другу, по пути зажигая уцелевшие свечи. Когда они потухли, не долетев до конца коридора, ведьма рухнула на пол, сильно побледнев.

— Ди! — ледяной страх начал прокрадываться в сердце Алана, бросившегося ей на встречу. Молодой человек с ужасом заметил темную струйку крови, медленно прокладывавшую путь над верхней губой девушки. — Тебе нельзя колдовать!

Она сидела на каменной кладке, будучи бледнее мела, с видневшимися клыками и кровавой дорожкой на белом лице. В голове у оборотня закрутились давнишние мысли, которые он раньше не желал слушать.

— Это ведь началось после превращения обратно в ведьму, так? Ты все еще пьешь кровь и слишком много сил теряешь на колдовство.

Диана закрыла глаза и осторожно вытерла кровь.

— Там… в твоем рюкзаке должен быть еще один шоколадный батончик…

— Да какой, к черту, шоколадный батончик?! — взорвался Алан. — Что происходит?

Тем не менее, измученный вид девушки уколол его в сердце, и он торопливо достал требуемое. Ему пришлось разорвать обертку, так как дрожавшие пальцы Дианы не могли с этим справиться.

— Мы должны идти дальше, — упрямо проговорила она. — Нельзя терять время.

— Времени у нас предостаточно, — в голосе Алана появились стальные нотки. — По крайней мере, пока свечи не потухнут. Или пока здесь не кончится кислород. А ты сейчас мне расскажешь, что с тобой творится.

Диана жалобно посмотрела на него. Парень неспешно присел и вольготно развалился на полу, опершись спиной о стену.

— Давай-давай, — подбодрил он девушку. — Рассказывай.

Та убрала обертку от съеденного шоколада в карман джинсовых шорт и достала из рюкзака воду. Отпив немного из бутылки, Диана закрутила крышку и обреченно уставилась на свои кеды, кусая губу.

— Ты скажешь, что я полная дура. Что глупее и опрометчивее меня не найти человека в целом мире.

— Ты вытащила ту девушку из заброшенного дома, выстояла под жарким солнцем и сумела выжить, — напомнил подруге Алан. — Самокритичность не порок, но давай фокусироваться на положительном, ладно?

Диана запрокинула голову вверх; в ее глазах стояли слезы.

— Тогда после суда я была практически в невменяемом состоянии. Мне велели вернуть сущность ведьмы, хотя я ожидала наказания. Нахлынули самые разные эмоции: чувство вины, недоверие, облегчение… Как водоворот. Как только очутилась дома, нашла в алхимической эликсир, дающий магические силы, и приняла его. Перед мамой и Советом отчиталась, что все выполнила.

— Не понимаю, где проблема, — недоумевающе посмотрел на нее Алан. — Ты сделала все, как тебе сказали.

Слезы текли по бледным щекам Дианы.

— Ты забываешь, что сначала нужно выпить "лечебное" зелье, устраняющее имеющуюся сверхъестественную сущность… А я сразу проглотила превращающий в мага эликсир.

— Значит, — не укладывалось в голове оборотня, — не перестав быть вампиром, ты стала ведьмой? Как такое возможно?

— Помнишь, ту сумасшедшую на улице Нового Орлеана? — сглотнула слезы девушка. — Она сказала что-то вроде "гибриды не должны существовать"… Ты тогда не придал этому значения, а я сразу поняла.

— Две сверхъестественные сущности не могут ужиться в одном теле? — тихо спросил Алан, сжимая кулаки.

— Не родилась же у оборотня и ведьмы колдунья, способная обращаться в вервольфа… И теперь сущности как бы соперничают, не знаю… Не могут проявиться в полной мере. Ты сам видел, сколько сил отбирает у меня магия. И хотя солнце мне не страшно, жажда не уходит. А клыки… наверное, останутся на всю жизнь.

— Почему ты ничего никому не рассказала?

— Все так быстро завертелось… Мы вернемся, и я приму "Мощный лечебный эликсир".

— Считаешь, он поможет? Ты должна все рассказать Совету или хотя бы Диди!

— Я уже достаточно всех разочаровала, — еле слышно прошептала Диана, однако Алан со своим тонким слухом прекрасно все уловил.

— Ты можешь жалеть себя и упиваться чувством вины, — резко бросил он, — а можешь собраться с силами и выполнить возложенную на тебя миссию! Я же рядом, — уже мягче произнес он. — Я всегда тебе помогу.

Диана нахмурилась и схватилась за живот.

— Магия усиливает жажду, я только сейчас поняла… И, как назло, не взяла с собой ни одного пакета.

Алан помолчал, отведя взгляд.

— Вообще-то тут есть я… И я же вижу, как тебе плохо. Так что могу поделиться своей первой положительной, если вы, вампиры, не брезгуете кровью оборотней, — с улыбкой проговорил он, глядя как Диана меняется в лице.

— Н-нет, — замотала она головой. — Я больше никогда, никогда не буду пить чью-либо кровь.

— Посмотри на себя, ты же на ногах не держишься!

Вопреки его словам, девушка поднялась, придерживаясь за бочки с вином.

— Зато тут есть нектар с кровавым плодом.

Бровь Алана изумленно выгнулась вверх.

— Ты собираешься пить вино вековой давности? Да там уже плесень завелась, наверное!

Девушка вытерла пыль с бутылки, потерпела поражение в борьбе с пробкой и протянула ее оборотню.

— Ты не мог бы ее открыть?

— Ди, — серьезно посмотрел на Диану парень. — Ты опять принимаешь опрометчивое решение. Зачем тебе рисковать, если в шаговой доступности моя шея?

— Я. Не буду. Пить. Твою кровь, — упорно отчеканила девушка.

Алан со вздохом откупорил бутылку и вернул ее Диане. Та немедленно начала вливать в себя ее содержимое под мрачным взглядом друга.

— Я совсем забыл, что ты совершенно не умеешь пить.

Когда кровавого нектара оставалось совсем чуть-чуть, Диана покачнулась и осела на пол напротив оборотня, со счастливой улыбкой прижимая к себе бутылку.

— Итак, я заперт в магическом подземелье вместе с пьяной вампиршей, — констатировал Алан. — Что ж, день определенно удался.

***

Некоторые свечи горели ровным золотистым светом; другие трещали и коптили. Вторых было больше именно на той стене, привалившись к которой, сидела Диана, поставив рядом с собой полупустую бутылку со столетним вином из кровавого плода. Напротив располагался Алан, чьи глаза светились в полумраке, как у всех оборотней. В его направленном на подругу взгляде смешивались различные чувства и эмоции, однако внешне юноша оставался спокойным.

— Я захватил с собой пару сэндвичей, может, ты ими закусишь?

— Мм, — отозвалась Диана, не открывая глаз.

Оборотень подавил возникшее раздражение.

— Ты знаешь, я не приемлю насилия над личностью, но, кажется, у меня сдают нервы, Ди.

— Т-тогда т-тебе т-тоже надо выпить, — сумела сложить слова в предложения девушка.

— Нет, спасибо, — язвительно отреагировал Алан. — Хоть одному из нас необходимо сохранять трезвый рассудок.

— Скоро п-пройдет. И мы… двинемся дальше.

— Куда дальше? — развел руками молодой человек. — Мы наглухо замурованы. Мое чутье молчит. Видимо, здесь работа для мага.

— Я не маг. Я в-ведьма-вампир.

— Я вижу, — саркастически произнес оборотень. — Если сейчас твоя вампирская сущность насытилась и успокоилась, то пора бы ведьминской поработать.

Диана соизволила открыть глаза.

— Упс.

— Так что приходи в себя поскорее.

— Т-ты все равно не б-будешь ненавидеть меня сильнее, чем я н-ненавижу себя, так что… Я с-скажу, — девушка сделала над собой усилие. — Алго… алкоголь зн-начительно уменьшает с-сверхъест… сверхъестевст… короче, магические способности. Д-думаешь, п-почему оборотни почти н-не пьют?

Аргус говорил, что при начинающем бурлении эмоций необходимо досчитать до десяти. К сожалению, сия мудрость напрочь вылетела из головы у Алана, когда тот вскочил в гневном порыве, схватил бутылку с "Le plasmafruit" и со всей силой запустил ее в противоположный входу каменный тупик.

К его изумлению, сосуд с остатками вина не разлетелся на сотню осколков, а без малейшего звука пролетел сквозь стену. Алан застыл, не веря своим глазам.

— Кажется, я п-протрезвела, — выдала Диана, пытаясь встать. — П-пойдем п-проверим.

— Ну уж нет, — круто развернулся к ней оборотень. — Ты сиди тут! Только не на каменном полу, — опомнился он. — Лучше на рюкзак сядь. И не предпринимай ничего, пока я не вернусь, поняла?

— Ладно, — Диана покорно подгребла к себе рюкзак и начала обыскивать его на предмет тех самых заботливо припасенных Аланом сэндвичей. Раффин же подошел к таинственной иллюзии и без промедления скрылся за обманчивой каменной кладкой.

***

Девушка с тревогой посматривала на магический проход, приканчивая второй сэндвич. Хмель, на удивление, быстро выветривался из головы. Алана все не было, а из-за загадочной иллюзорной стены не доносилось ни звука. Диана нервно сверлила глазами конец коридора. Решимость в этот раз быть послушной девочкой и дождаться друга на месте таяла каждую секунду.

Внезапно в винном погребе пронесся неизвестно откуда взявшийся ветер, потушив все горящие свечи. Диана немедленно поднялась на ноги, крепко прижав к себе сумку.

— М-мамочки… — прошептала она.

Оставаться в заполненном тьмой ограниченном помещении совершенно не хотелось. Беспокойство за Алана росло, и Диана, сцепив зубы, на ощупь стала пробираться к концу коридора. Внезапно ее будто накрыло ледяным водопадом, а затем все исчезло. Исчезла и она сама.

***

Путь был долгий и пролегал в кромешной тьме. Полная темнота не препятствовала движению Алана: он твердо знал, что идти надо только вперед. Что бы ни ждало его в конце, этим должен был оказаться свет.

Внезапно свет вспыхнул не впереди, а вокруг. Он был тусклым, однако зрение Алана не сразу привыкло к нему после глухой черноты. Когда же оборотень вновь смог различать окружающий мир, он увидел перед собой весьма знакомую фигуру.

Себя самого.

— Интересные у вас, у друидов, здесь вещи творятся, — пробормотал он, разглядывая свое трехмерное зеркальное отражение. — Привет, что ли.

"Отражение" склонило голову набок.

— Здравствуй, — ответил двойник. — Вот уж не ожидал себя увидеть здесь, не правда ли?

— Это уж точно, — усмехнулся Алан. — Да еще и вести с самим собой беседы.

— Думаешь, не сошел ли ты с ума?

— Думаю, что еще интересного мне подкинет это путешествие.

— Зачем ты вообще в него пустился? — недоумевающе вопросил двойник. — Тебе-то что от этого нужно? Тебя Совет никуда не посылал.

Алан нахмурился.

— Ты прекрасно знаешь, зачем я здесь.

— Знать — это одно, а честно себе признаться — совсем другое.

— Я признался. Давно уже. Я отправился с ней, потому что люблю ее.

— И надеешься в конце концов обрести ее благосклонность, — насмешливо ответил двойник.

Гнев появился на короткое мгновение, но оборотню удалось его обуздать.

— Это неважно.

— Но ведь такая мысль краем проскальзывала у тебя в голове. Ты не станешь отрицать.

— Не стану. Но еще раз повторю, — это не главное.

— Разве то, что ты к ней испытываешь, можно назвать любовью? — вопрошал двойник, обходя Алана по кругу. — Ты ведь бегаешь за ней, как собачонка.

— А ты нет? — оборотень решил, что не будет позволять провоцировать себя на злость.

— Я — твой разум. Я отчетливо понимаю, что на самом деле имеет значение. Ты будешь претендовать на роль альфы, и нахождение под каблуком у этой несчастной глупой девчонки унизит тебя в глазах стаи. Разве потеря власти стоит того, чтобы быть тем, кого она постоянно использует?

В этот раз Алану сложнее было справиться с собственными эмоциями, однако слова двойника заставили его вспомнить о том, что в погребе его дожидается находящаяся не в самом лучшем состоянии Диана.

— Я здесь не только ради нее, — ответил молодой человек. — Я здесь ради всего города, которому требуется защита.

— А стоят ли того его жители? Беспечные вампиры, грызущиеся за власть оборотни, корыстные маги, не видящие ничего, кроме самих себя феи, — ты ради них отправился на другой континент? Взять хотя бы твоего отца. Ты ведь не можешь не догадываться о том, что он не тот, за кого себя выдает.

Алан помедлил.

— Он мой отец. Это все, что мне надо знать.

— И ведь ты ни разу не задавал ему вопросов. Неужели не было любопытно? Неужели не закрадывалась мысль, что твой гнев, твоя ярость, возникшие, например, в тот момент, когда ты чуть не убил молодого Вульфа, являются его наследием?

— Послушай, — Алан вздохнул. — Мне нужно идти вперед и выполнить эту миссию. Пропусти меня.

— Я не мешаю тебе.

Двойник улыбнулся и растаял в воздухе.

Что-то в груди Алана, на месте солнечного сплетения, дрогнуло и заискрилось. Тьма вновь сгустилась, но теперь она заканчивалась где-то впереди сияющим белым светом.

Оборотень прикоснулся к висевшему на груди анкху, вспомнив момент, когда Диди надевала его по завершению ритуала инициации ему, коленопреклоненному в окружении членов новоорлеанской стаи. С этого момента он твердо знал, что пройдет любое испытание ради любимых им людей.

Молодой человек развернулся, чтобы возвратиться к Диане, и в полумраке, созданном сияющем издалека свете, увидел ее, лежащую без чувств на каменном полу по эту сторону магической завесы. Рядом валялся полупустой рюкзак.

***

Шагнув сквозь ледяной водопад, Диана очутилась в тускло освещенной пещере. Из грота вели три туннеля, оканчивающиеся непроглядной чернотой. Девушка решила, что ей предстоит выбор, в какой именно ход свернуть. Оборотня нигде не было видно.

— Алан! — позвала она друга, в надежде, что тот услышит, как бы далеко ему не удалось пройти.

В правом ходу послышалось шуршание, и через несколько мгновений перед глазами ошарашенной Дианы появилась длинноволосая девушка в синем платье, похожая на нее саму как две капли воды.

— Мы как будто шли с тобой по прекрасному солнечному лесу, как вдруг свернули не туда, и уже забрели в дремучий… И вернуться никак нельзя, — с грустью сказала она.

Диана пару раз моргнула. Ее копия никуда не исчезла.

— Ты кто? — недоверчиво спросила она.

— Ведьма, — неожиданная собеседница протянула ладонь, на которой в россыпи искр материализовался красный фрукт. — Хочешь яблочко?

— Она не вегетарианка, — послышался насмешливый голос слева.

Из левого прохода, шелестя кроваво-красным шелком платья, вышла белокожая версия Дианы, скаля в улыбке клыки.

Сердце прижимающей к себе рюкзачок девушки ухнуло вниз.

— Это что за шутки? — спросила она, медленно переводя взгляд с одной своей близняшки на другую. — Это какая-то магия?

— Действительно, давай поговорим о магии, — вампирша подошла к ведьме, сняла с ее ладони яблоко и с наслаждением откусила от него. По ее руке потек красный сок, и Диану передернуло. Фрукт больше не являлся яблоком; теперь это был кровавый плод. — Хочешь? Ты ведь не будешь отрицать, что твоя жажда крови не унимается.

— Где Алан? — потребовала от своих двойников ответа Диана.

— Борется со своими демонами, очевидно, — отмахнулась от нее вампирша.

— Твои мысли сейчас о нем, — послышался печальный вздох от ведьмы. Она расправила складки на синем платье и продолжила: — Ты так долго скрываешь правду от себя самой, посмотри, до чего все дошло.

— Нам не нужен этот оборотень! — хищница в красном брезгливо поморщилась. — Когда мы можем иметь гораздо большее! Я взывала к тебе так долго, зачем же ты все испортила?

— Ты отринула свое наследие ради этого, — покачала головой ведьма, простирая смуглую руку в сторону вампирши. — И сейчас у тебя есть шанс вернуться к истокам, сделай же верный выбор.

— Думаю, я с удовольствием перегрызу тебе горло, — бросила ей та. — Я так просто не сдамся.

— Подождите! — выкрикнула Диана, выронив рюкзак и воздев руки вверх. — Прекратите этот сюр! Зачем ты взывала ко мне? — обратилась она к леди в кровавом платье. — Для чего все это было нужно?

— Ты прекрасно знаешь для чего, — сверкнула та глазами. — Но, как обычно, слишком слаба, что признать истину. Я же помогу обрести тебе силу.

Диана беспомощно уставилась на ведьму в синем.

— Ты отказалась от меня, — устало проговорила та. — Ты никогда не хотела, чтобы природная магия была частью тебя. Всегда желала не быть той, кем являешься.

— Папочка меня не любит, — ехидно поддразнила застывшую Диану вампирша. — Папочка все время проводит с этим мальчишкой-оборотнем. А мамочка вообще не хотела меня. Я пришла не вовремя…

— Перестань, — сглотнула нахлынувшие слезы Диана. — Это все неправда.

— Даже если правда, — перебила ее ведьма, — разве это имеет значение? Сейчас ты окружена любовью. Ты дорога всем близким, несмотря на то, что запуталась и сбилась с пути. Но любой опыт ценен уроком, который может быть из него извлечен. Если ты позволишь прошлому брать верх над тобой, то с такими же трудностями столкнется твоя дочь.

— Моя дочь? — растерянно переспросила Диана.

— Или сын, — вставила вампирша.

— Нет, — спокойно возразила ведьма с твердостью в голосе. — Эпоха, когда в этой семье родится мальчик, станет переломной для всех нас.

— Так, — выдохнула Диана и попыталась собраться с силами. — Кажется, с меня хватит. Послушайте, мы ведь… эээ… все за одно, так? Поэтому давайте вы поможете мне лучше найти Алана и тот артефакт, который нужен для защиты города. А то я тут с вами заболталась.

Две копии девушки синхронно улыбнулись и растаяли в воздухе. Два боковых хода из пещеры слились с центральным. В голове у Дианы потемнело.

***

— Ди!

Что Алан только не предпринимал: тряс подругу, брызгал на нее водой, звал ее, — Диана не спешила открыть глаза. Очнулась она только в тот момент, когда юноша почти совсем отчаялся.

— Ох, — простонала она, цепляясь за него и с трудом поднимаясь на ноги. — Чтоб этих друидов…

— Я так рад, что с тобой все в порядке, — Алан сгреб девушку в охапку. — А с тобой точно все в порядке? — отстранился он, заглядывая в синие глаза.

— В полном, — кивнула та, беря его под руку. — Пойдем на свет, надеюсь, наше путешествие близится к концу.

— Должно быть, именно такое испытание нам суждено было пройти, но меня не оставляет чувство, что нас ожидает что-то еще.

— Ты тоже встретился со своим двойником?

Так, беседуя, однако не рассказывая друг другу всех подробностей о случившемся, они добрались до источника света. Когда их взглядам предстало само место, дыхание перехватило у обоих.

Изумительной красоты грот раскрылся перед ними. Несмотря на нахождение пещеры под землей, воздух казался свежим и был наполнен ароматами цветов. Розы и бутоны других растений распускались повсюду. Журчал подземный водопад, струя прозрачной воды била из прекрасного рукотворного фонтана. Цветами были увиты даже металлические решетки, встречающиеся по всей пещере.

— Странно, — Алан потрогал одну из таких конструкций. — Не могу определить, из каких металлов сделан сплав.

— Должно быть, это сад Туаты, — осматривалась Диана. — В сплаве ты не чувствуешь железа, а по преданиям эльфы его не выносят.

— Оборотни по легендам не выносят серебра, но я же его ношу, — пожал плечами Алан.

— Может, иммунитет выработали, — улыбнулась девушка и указала на находящийся в одном из уголков пещеры алтарь, на котором покоился ослепительно белый кристалл. — Мы нашли его.

С замиранием сердца она подошла к алмазу. Алан последовал за ней.

— Вряд ли мы можем просто забрать его отсюда.

— Ты прав, — Диана оглядела алтарь. — Я чувствую здесь магический фон, артефакт просто так не вытащить.

— Что же нам нужно сделать? — нахмурился Алан, внимательно изучая крепление камня к алтарю.

Девушка вздохнула.

— Видишь два желобка? Они ведут к центру, там должно быть углубление. Под самим алмазом.

— Еще я вижу вот это, — оборотень указал на висящий над алтарем кинжал. — Это все наводит на мысли о каком-то ритуале.

Диана повернулась к нему.

— Тебе не понравится эта идея, — она выглядела непривычно серьезной. — Нужно принести жертву.

— Кого в жертву?

— Не смешно, — нахмурилась Диана. — Наносишь порез ритуальным кинжалом, кровь стекает по желобкам в центр.

— Это точно эльфийский сад, а не вампирский?

— Я много чего перечитала в детстве в библиотеке Совета и могу с уверенностью сказать, что подобные артефакты так просто не даются. Искатель проходит моральную и физическую проверку.

— Ладно, я тебе верю, — Алан потянулся и достал кинжал. — Но резать себя этим неизвестно сколько провисевшим здесь ножом я не позволю.

Он аккуратно положил кинжал на алтарь, затем достал из рюкзака спирт и бинты. Диана изумленно воззрилась на друга.

— У тебя там вещи на все случаи жизни, что ли?

— Надо же продезинфицировать, — кратко ответил Алан, отрывая кусок бинта, промачивая его спиртом и протирая кинжал.

— У папы научился?

Перебрасывая шуточками, чтобы отвлечься от страха и волнения, они выполнили необходимое. Пока темно-багряные ручейки достигали камня, оборотень забинтовал себе и Диане руки. Внезапно порыв ветра пронесся по гроту, шевеля цветы и играя с волосами девушки. Кровь с алтаря исчезла, как и магическое поле, которое Диана больше не улавливала.

— Наверное, он тяжелый, — тихо проговорила она, глядя на сияющий белый камень.

— Боишься дотронуться? — улыбнулся Алан.

Он осторожно поднял артефакт с каменной плиты и спрятал его во многое повидавшем сегодня рюкзаке.

Как только это произошло, в противоположном конце пещеры послышался грохот. Обернувшись, ребята обнаружили узкий проход, приглашающий их выбираться наружу.

— Даже жаль покидать такое красивое место, — огляделся еще раз оборотень.

— А вот я с удовольствием его покину, — пробормотала Диана, отворачиваясь от опустевшего алтаря.

Они двинулись к выходу, как вдруг девушка случайно бросила взгляд на каменную стену. Сначала ей показалось, что там что-то блеснуло; приглядевшись, она различила полустертые знаки.

— Постой, — Диана подошла к начертанным символам ближе. — Здесь что-то написано.

— Это явно не французский, — пригляделся Алан. — Ты это понимаешь?

— Это руны. В детстве мама учила меня их разбирать, но я практически все забыла. Вот эти рядом друг с другом сохранились лучше других, — указала она на письмена. — Я помню, что это означает "королева". А рядышком — глагол "приходить". Значит, "королева пришла" или "придет". Что-то в этом роде.

— Может, здесь идет речь о какой-нибудь эльфийской правительнице? — предположил Алан, с интересом глядя на незнакомые символы.

— Может, — пожала плечами Диана.

Друзья в последний раз оглядели эльфийский сад в гроте и скрылись в узком проходе.

***

Дорога до дома Мари Бонне заняла некоторое время. На чернильно-синем бархате неба уже горели звезды; Диана и Алан, как и ожидали, провели в подземелье несколько часов. К их удивлению, проход из сада привел их назад к шато Ландграаб, вернее, к небольшому пристрою рядом с замком.

Диана, казалось, дремала на пассажирском сиденье, прижимая к себе рюкзачок с ценным грузом. У Алана же сна не было ни в одном глазу. Мысли роились в его голове. Порез неприятно саднил, а повязка пропитывалась кровью.

Оборотня все больше напрягал этот момент. Скорость регенерации была значительно хуже обычной. Он бы списал это на голод и усталость, но интуитивно ощущал, что дело было не только в этом. Круговорот мыслей провернулся еще раз и остановился. В голове щелкнуло.

Сплав! Он не мог ощутить, из какого сплава сделана увитая розами решетка, видимо, тоже самое произошло и с ритуальным кинжалом. В составе последнего наверняка было серебро, которое Алан не уловил из-за смешения с другими металлами.

Наличие в кинжале серебра объясняло незаживающий порез. Оборотни действительно могли прикасаться к нему, выработав генетическую устойчивость на протяжении своего существования. Он сам как полукровка даже носил какое-то время назад многочисленные серьги в ушах. Но рана, нанесенная серебром вервольфу, не поддавалась сверхъестественной регенерации, и на ее заживление уходило гораздо больше времени, чем обычно.

Алан бросил быстрый взгляд на дремавшую Диану. На бинте, повязанном на ее руке, расплывалось красное пятно. Разумеется, не избавившись полностью от вампирской сущности, она также пострадала от ритуала.

В груди начала подниматься злость. Юноша сам себе удивлялся. Всю дорогу он пребывал в мирном, даже радостном по поводу завершении их миссии, состоянии, но теперь внезапно его сознание заволокло темным.

— Просыпайся, приехали, — обратился он к своей спутнице, затормозив у дома Мари. Сама ведьма, должно быть, услышав шум подъезжающего автомобиля, выбежала им навстречу.

Диана встрепенулась, открыв глаза. Первое время она растерянно моргала, не сразу сообразив, где находится, затем вылезла из машины вслед за Аланом.

— Вы в порядке? — взволнованно спросила их Мари. — У вас все получилось?

— Получилось, — коротко бросил ей оборотень, шагая ко входу.

— Какая чудесная новость! — всплеснула руками мисс Бонне. — Я сообщу старейшинам! В ванной вы найдете чистые полотенца и халаты. А чуть позже я принесу ужин.

Она скрылась у себя. Алан хлопнул входной дверью. Диана, поежившись и недоумевая, вошла следом.

— Все нормально? — с тревогой спросила она, глядя на друга, остановившегося посреди гостиной.

Он развернулся к девушке.

— Нормально, — повторил оборотень. — Нормально.

Диана опустила рюкзак на пол около дивана.

— В том кинжале было серебро, — Алан принялся неспешно прохаживаться по гостиной. — Поэтому наши порезы никак не заживают.

Девушка посмотрела на свою руку и охнула, увидев пропитанный алым бинт.

— Но ведь ты никогда не думаешь, прежде чем что-то сделать. Ты сначала лезешь, а потом расхлебываешь последствия. Поправка: не ты одна их расхлебываешь.

Диана растерянно глядела на оборотня, нервно зажимая рану.

— И так каждый раз, — продолжал тот, ощущая как плотина, сдерживающая чувства, прорвалась, и теперь он тонет в буре эмоций. — Выпила превращающий в вампира эликсир, не дождавшись более подходящего момента. Отправилась с Данте ночью в клуб, наплевав на мои предостережения и собственную интуицию. Вложила все силы в колдовство, не думая, что можешь вообще коньки отбросить…

Он ходил по гостиной, как зверь в клетке. Все его мышцы были напряжены и перекатывались под темной кожей. Злость и горечь, звучавшие в его словах, заставили Диану уткнуться взглядом в ковер и сморгнуть подступившие слезы.

— Ты имеешь полное право злиться, — очень тихо проговорила она, а затем замолчала на некоторое время, боясь, что вновь разрыдается при нем. — И ты, наверное, голодный…

Алан остановился, вздохнул и взъерошил отросшие черные волосы.

— Да, Ди, я проголодался. И пойду-ка я в душ.

Когда за ним закрылась дверь, ведущая в ванную, Диана медленно побрела в одну из спален. Там она уселась на кровать и вытерла слезы. Как же он прав. Все носятся с ней, как няньки с беспомощным ребенком. Она же лишь безостановочно устраивает сама себе неприятности, навлекая этим беду и на других.

Диана долго просидела в комнате, слушая, как стрекочут сверчки в ночи за окном. Она слышала, как Алан вышел из душа, как в дом вошла Мари, наверняка принеся ужин, как они о чем-то поговорили и вышли на улицу. Только тогда она осмелилась слезть с кровати и проскользнуть в ванную. Там, встав под горячим душем и глядя на прозрачные потоки воды, смешивающиеся с кровью из пореза, девушка дала волю слезам.

Чуть позже, закутавшись в белый халат, Диана покинула ванную и босиком направилась в гостиную. В ней она обнаружила переодевшегося в чистую одежду Алана, который, как оказалось, разговаривал по громкой связи с ее отцом.

— … и ты можешь себе представить, Аргус, как мы провезем этот камешек через границу? — возмущенно спросил молодой человек у телефонной трубки. — У нас ведь ни документов, ни разрешения нет на этот алмаз, ни-че-го.

— А друиды?

— А что друиды? Мол, раз мы его из пещеры утянули, то и через таможню сообразим, как провезти.

— Ясно, — послышался голос Аргуса в телефоне. — Сейчас попробую решить этот вопрос и перезвоню.

Он отключился. Следующие пять минут были наполнены молчанием. Диана неловко переминалась с ноги на ногу.

— Короче, дело решено, — сообщил при втором звонке мунлайтовский альфа. — Мы связались с Ван Голдом, в шесть утра вам надо быть на частном аэродроме. Его итальянский партнер пришлет за вами свой самолет. Координаты сейчас вышлю. Ничего, дома отоспитесь.

— Ничего себе, — высказался потрясенный Алан.

— А вы как хотели, тут весь город вас с нетерпением ждет, — голос Аргуса потеплел. — Где ребенок?

— Я здесь, папа, — робко прочистила горло Диана.

— Ты жива, здорова, сыта?

— Сейчас буду, — невольно улыбнулась девушка. — В смысле, насчет последнего.

— Вот и славно. Ладно, ловите адрес и… скоро увидимся.

Связь прервалась. Алан нехотя перевел взгляд на Диану и указал рукой на закрытое фольгой блюдо.

— Мари принесла запеканку на ужин, можно разогреть. Хотя не знаю, как ты ее съешь, туда вбухано столько масла. Не понимаю я французскую кухню… Ах, черт возьми!

Диана проследила за его взглядом и обнаружила начавший пропитываться кровью белоснежный рукав махрового халата.

— Иди сюда, залатаю, — махнул оборотень рукой, доставая аптечку.

Девушка присела на диван, грустно вздохнув. Алан принялся аккуратно забинтовывать порез. От юноши пахло чем-то очень приятным и родным так сильно, что Диане немедленно захотелось приникнуть к нему. Что она и сделала.

Оборотень закончил вязать бантик из разорванного на две части кончика бинта и обнял ее. Сидеть так вместе в тишине и полумраке было очень здорово и естественно. Естественным девушке показалось и прижаться своими губами к его.

Так прошли минуты, а может быть, часы, пока рука Алана случайно не коснулась ее бедра, оказавшись под полой халата. Он тут же отстранился и хрипловато пробормотал:

— Хватит, Ди, я же не железный…

Вместо ответа она почему-то всхлипнула и вновь поцеловала его.

Гостиную заливал холодный свет полнолуния, и Алан совершенно забыл, что после инициации оно было ему не страшно. Впрочем, это уже совершенно не имело значения.

Глава 19. Крылья

В стекло, сквозь которое струился лунный свет, ударился маленький камешек и отлетел от него, приземлившись обратно в траву. Диана, встрепенувшись, рывком поднялась с кровати и открыла окно своей спальни на первом этаже.

Алан аккуратно влез на подоконник, спустился и, стараясь не шуметь, прикрыл за собой ставни.

— Точно никто не услышит? — полушепотом спросил он у Дианы, заключая ее в объятия.

— Папа в ночную смену, а мама крепко спит, — помотала головой та.

— Я соскучился…

***

Две недели прошло спустя возвращения ребят из Франции. Совет активно готовился к ритуалу, а бывшие выпускники — к университетской жизни. Сегодня Диана и Алан планировали отправиться в колледж, куда они хотели поступать. Девушка собиралась к отъезду у себя, а молодой оборотень должен был заехать за ней с минуты на минуту.

Аргус сидел в кресле в гостиной, будучи мрачнее тучи.

Незапертая входная дверь открылась, и на пороге появился Алан, явно пребывающий в отличном настроении. Он радостно поздоровался с наставником. Тот же лишь коротко бросил ему:

— Сядь.

Слегка озадаченный парень опустился в кресло напротив. Аргус на секунду прикрыл глаза рукой и глухо проговорил:

— Я тебя не убил только потому, что моему внуку нужен отец.

— Прости, что? — переспросил Алан, совершенно переставший что-либо понимать.

Аргус тяжело вздохнул.

— А ты ничего не замечаешь? Ничего нового в Диане не видишь, не чувствуешь? И я имею в виду вовсе не ту алхимическую муть, через которую она прошла.

Алан молчал, лишь недоумевающе хмурясь.

— Поясняю для особо одаренных, — с сарказмом выделил альфа последние слова. — Запах у нее не изменился? Не напоминает ли тебе она сдобную булочку?

— Эээ… Ну есть что-то такое…

— Так вот, умник, "что-то такое" означает существенные изменения в организме женщины. Под существенными изменениями я подразумеваю беременность.

Алан выглядел так, будто ему только что двинули тяжелым пыльным мешком по голове.

— Предохраняться надо было, — глухо прорычал старший оборотень. — Привезли, черт бы вас побрал, "артефакт".

— Мы предохранялись… — казалось бы, темная кожа юноши не могла краснеть, но в данный момент он это опровергнул.

Аргус лишь устало махнул на него рукой.

— В твоей голове сейчас явно бьется одна-единственная мысль: "Что же дальше будет?". Так я тебе скажу, что. Ты сейчас поднимаешься, идешь к Диане в комнату и сообщаешь ей новость о ее состоянии. Потому что она пока сама не поняла.

— Погоди, — оторопел Алан. — Я должен буду сказать своей девушке, что она ждет ребенка? Как-то это… абсурдно.

— Абсурдно, — фыркнул Аргус. — Я, знаешь ли, оказался в такой же ситуации. Только нам с ее мамой было далеко за двадцать. И мы были женаты, — он снова помрачнел. — Так что пошел быстро, пока моя чересчур самостоятельная дочь не обнаружила все это дело сама и не натворила глупостей, не дай Бог.

Алан медленно поднялся с кресла и повернулся в сторону двери, ведущей в Дианину комнату. Пока он шел туда, его сердце билось так, как будто готово было выпорхнуть из груди.

"Как же ей сказать об этом?"

Он постучался. Приветливый голос девушки разрешил ему войти. Алан зашел в спальню и плотно закрыл за собой дверью.

— Давай только, — начал он, — если родится девочка, то назовем ее Евой.

***

Входная дверь вновь отворилась. На этот раз на пороге появилась Диди, успевшая в это утро закупить травы в алхимическом магазине.

— Здравствуй, бабушка, — саркастически поприветствовал ее муж.

Диди ахнула и выронила пакеты.

— О нет, я так и знала! — она начала взволнованно озираться по сторонам в поисках зеркала. — То зелье, продляющее жизнь, все-таки сыграло со мной злую шутку! Я вся в морщинах, да?

— Успокойся, — поднял руки не ожидавший такой реакции Аргус. — Я имел в виду, что ты сейчас буквально стала бабушкой.

Диди плюхнулась в то кресло, с которого только недавно поднялся Алан, и растерянно воззрилась на мужа.

— Что… как… кто… Это ты шутишь так?

— Хотел бы я шутить… — вздохнул оборотень. — Но даже к лучшему то, что я заметил это первым.

— Подожди, — перевела дыхание Диди. — Наша дочь беременна? От Алана? Но… Боже мой, только я подумала, что все потрясения позади, как такой сюрприз! А ты уверен? — уцепилась она за соломинку, с надеждой вглядываясь в стальные глаза мужа.

В это мгновение из комнаты Дианы донесся истошный крик. Дверь распахнулась и раскрасневшаяся девушка ворвалась в гостиную, чтобы замереть под взглядами родителей.

— О, Боже… — мучительно краснея, выдавила она. — Вы все знаете… Папа, ну может, ты ошибся, а? Ну в конце-то концов, я же в который раз сущность сменила!

— Даже не надейся, — сурово отрезал отец.

— Господи, — на глаза Дианы навернулись слезы, и она прижала руки к животу. — Я же только закончила школу, мы же поступаем в университет, а тут… а тут…

— Эй, — Алан приобнял ее. — Ты же не одна. И вообще…

— И вообще, это прекрасное событие, — взяла ситуацию в свои руки Диди, видя, что дочь находится на грани истерики. — Милая, не стоит паниковать. Дети всегда появляются вовремя, — твердо добавила она. — И уж они важнее, чем университет.

Диана посмотрела на нее сквозь слезы и вдруг, словно вспомнив что-то значимое, успокоилась и позволила Алану себя обнять.

***

Исмаэль в последнее время довольно поздно возвращался домой. Контракт на клуб был подписан, они с Дэвидом Масгрейвом ударили по рукам, а Эйдан Ван Голд обещал посодействовать со связями. Место для клуба было выбрано в самом центре города. Все шло как нельзя лучше.

В конце лета рано начинало темнеть. В доме не горел свет, что означало, что сын то ли еще не вернулся из поездки в университет, то ли засиделся допоздна у Браунов. Исмаэль открыл дверь. Едва он ступил за порог в темноту, как вспыхнул свет. Мужчина непроизвольно закрыл глаза.

Когда же он их открыл, то увидел себя стоящим в центре круга с причудливыми пентаграммами и звездами, а напротив — располагающуюся в кресле Диди.

— Добрый вечер, — вежливо поздоровалась с ним ведьма, небрежно покручивая в руках волшебную палочку.

— Приятно встретить тебя у себя в гостях, — и бровью не повел невозмутимый хозяин. — Не объяснишь, что происходит?

— Знаешь, — перекинула ногу на ногу ведьма и начала рассматривать свой маникюр, — я долго ни о чем не догадывалась. А совсем недавно меня поразили некоторые факты. Во-первых, странные сны, которые видела я, а как недавно оказалось, и моя дочь, хотя у нее они были несколько иного рода. Во-вторых, данные о тебе, которых ничтожно мало, ведь судя по документам, ты появился в этом мире, когда тебе исполнилось лет тридцать. В-третьих, фотографии. Ты можешь организовать себе любую легенду, но не меняться внешне на протяжении двух десятков лет — как минимум странно.

— Позволь спросить тебя: к какому же умозаключению ты пришла? — Исмаэль внимательно следил за движениями палочки, не двигаясь с места.

Диди положила свое оружие на столик у кресла.

— Мунлайт — удивительный город. Здесь находят прибежище оборотни, вампиры, маги, феи, даже преступники. Тут приютят любое сверхъестественное существо. И я подумала: а почему бы в нашем городе не поселиться обыкновенному демону?

— Я не демон, Диди, — покачал головой мужчина.

— Да ну? — скептически подняла бровь ведьма. — Докажи.

Исмаэль вздохнул и шагнул за пределы пентаграммы.

Диди тут же вскочила с кресла, схватила почему-то не лежащую на столике палочку, а стоящую рядом вазу, и со всей силы запустила своим орудием в хозяина дома.

Тот еле успел уклониться, шокированно повернувшись, чтобы увидеть, как дорогой предмет разбивается на сотни осколков.

— Ты с ума сошла?! — в изумлении вопросил он Диди.

Ведьма устало опустилась обратно в кресло.

— Прости. Тяжелый выдался… год, — махнула она рукой. — Так кто же ты все-таки такой? — уставилась она на него исподлобья.

Исмаэль подошел к ней и сел в соседнее кресло. Теперь их разделял столик с волшебной палочкой на нем.

— Джинн.

Диди фыркнула.

— Я знала одного. Вернее, одну. Она жила здесь несколько лет назад. Имела весьма примечательную внешность, знаешь ли. Зеленую кожу, например.

— А какие у нее были выдающиеся способности? — спокойно спросил Исмаэль.

Ведьма призадумалась.

— Не знаю… Она прекрасно разбиралась в алхимии, но ничего такого особенного я не припомню.

— Просто она явно была существом не высших уровней, — пояснил Исмаэль. — На это указывает и внешность, и отсутствие большой силы.

— А ты, значит, высшего уровня существо? — саркастически поинтересовалась его гостья, осторожно пряча палочку в карман.

— Джинны бывают разных… эм, направлений, — откинулся в кресле мужчина. — Это напоминает магов-стихийников. Загвоздка лишь в том, что джинны — это элементали, проводники и воплощения определенных стихий. Моя стихия — земля. Я созидаю.

Диди недоверчиво поглядела на него.

— Почему ты скрываешь свою сущность?

Исмаэль вздохнул.

— Люди полны пороков. Они алчны. Это легко использовать в своих целях, однако, когда они используют тебя… Представь себе, Мунлайт узнает, что я — джинн. И начнется: сделай то, сделай это, исполни мое желание, построй Верховной ведьме особняк…

Диди подавила улыбку.

— С недавних пор Верховной являюсь я. Не беспокойся, особняк не попрошу.

— Пожалуйста, сохрани то, что узнала, в тайне, — поднял на нее темные глаза Исмаэль. — Это очень важно. Не хочу потерять чудом обретенную свободу.

— Ты был несвободен? — тихо спросила ведьма.

— Это долгий рассказ, — встал мужчина. — Может, сварить тебе кофе?

***

— Джинны живут по-разному. Дух во мне силен, но я не сравнюсь с истинными повелителями стихий. Скажем так, проживу я подольше среднестатистического оборотня.

Исмаэль подлил Диди в чашку еще дымящегося черного ароматного напитка и продолжил:

— Как ты думаешь, почему в некоторых арабских государствах до сих пор не кончаются нефть и золото? — Ведьма ответила изумленной улыбкой, догадавшись, и мужчина подтвердил: — Потому что владельцам земель с природными ресурсами служат джинны.

— Погоди, — задумалась Диди. — Мне стыдно иметь знания лишь по сказкам, но разве джинн не привязан к определенному предмету, лампе, например?

Исмаэль поднял руку и продемонстрировал ей внушительный золотой перстень, с которым никогда не расставался.

— Я был привязан к этому кольцу. Разумеется, повелитель элементаля бережет связывающую его вещь как зеницу ока. Однако людям свойственно забывать, что они смертны, особенно тем, кто находится у власти и теряет голову от богатства. На моего хозяина было совершено покушение. Я понял, что судьба предоставила мне шанс обрести свободу, снял с его пальца кольцо и… исчез.

Исмаэль помолчал, по-видимому, погрузившись в воспоминания.

— Я сбежал в другое государство. Получив в свое единоличное распоряжение всю доступную мне магию, я сменил, вернее, обрел личность и попытался вести скромный и незаметный образ жизни. Мне совершенно не хотелось вновь попасть в услужение к очередному человеку, возомнившему себя властелином мира. В конце концов, я оказался в Эфиопии.

Мужчина прервался, встал и заглянул в один из кухонный буфетов.

— У меня есть карамельный сироп, прекрасно сочетается с кофе. Будешь?

— Видимо, сейчас пойдет рассказ о не самой счастливой поре в твоей жизни? — осведомилась Диди, кивая.

— Напротив, — вернулся за стол Исмаэль. — Это оказалось идеальное место для меня. Бедная страна, другая религия, другая сторона континента… Никому бы и в голову не пришло, что там мог бы обретаться джинн. А я попытался найти свою нишу. Непривычно было перестать быть проводником чужой воли. А затем я встретил ее.

Взгляд кофейных глаз джинна затуманился, а губы тронула мягкая и теплая улыбка.

— Она была необыкновенно красива. Но правду говоря, меня привлекла ее душа.

— Как демона? — не преминула вставить Диди.

Исмаэль лишь по-доброму усмехнулся.

— Она всегда пыталась во всем добиться справедливости. Ратовала за равные права для всех, организовывала сборы средств для постройки школы, на одном из которых мы и познакомились. Поженились. Через год родился сын. Потом она погибла.

Он опустил взгляд в чашку с черной бездной.

Диди попыталась что-то сказать, но смогла лишь издать странный сдавленный звук.

— И после ее смерти Алан стал меняться. Для меня было огромной неожиданностью столкнуться с тем, что мой сын — тоже не человек. Я решил начать с ним новую жизнь и обязательно дать ему достойное образование. Так мы попали сюда.

Ведьма молчала некоторое время, пока не решилась задать мучавший ее вопрос.

— Значит, Алан наполовину де… джинн?

— Ты же знаешь, природа не допускает гибридов, — начал рассуждать Исмаэль. — Но мы не можем отрицать тот факт, что в нем течет моя кровь. Все равно сущности предков оказывают свое влияние на потомство.

— Кто же тогда у них родится… — простонала Диди. Ее собеседник послал ей непонимающий взгляд. — У него и Дианы, я имею в виду, — поправила она себя и тут же коварно улыбнулась. — Дедушка.

Исмаэлю хватило пары секунд, чтобы сделать правильный вывод из ее слов.

— Что ж, — выдохнул он, в кои-то веки выглядя совершенно застигнутым врасплох, — я, конечно, поощрял сына на более активные действия с твоей девочкой, но на подобное не намекал.

***

Сентябрь разливался запахом спелых яблок по всему городу. Кристально чистый воздух приглашал продлить сезон прогулок и посиделок на природе. Погода стояла идеальная для проведения ритуала по восстановлению защитного магического купола.

В комнате Дианы Диди заканчивала застегивать дочери церемониальный белый наряд. Последняя пуговица была продета в петельку, и ведьма поправила спадающие темные локоны девушки, отливающие золотистыми искорками.

— Мама, — грустно вздохнула Диана, глядя на свое отражение в зеркале, — скажи мне правду. Меня вновь сделали ведьмой только потому, что Зои сейчас не может замкнуть круг, а нужен тринадцатый маг? Я считала, что меня лишат любых сверхъестественных способностей.

Диди вновь любовно дотронулась до шелковых прядей девушки.

— Ты ошибаешься, — возразила она, берясь за гребень. — Ты вновь ведьма, потому что сама это предпочла. Ты приняла свою первую и истинную сущность с достоинством. И, кстати, ты сейчас тоже не можешь участвовать в круге.

Синие глаза изумленно блеснули.

— Тогда зачем?..

— Чтобы ты видела, как это происходит, — терпеливо пояснила Диди, аккуратно расчесывая волосы своего ребенка. — Чтобы набиралась опыта. Все будут присутствовать там.

Деревья зеленой завесой надежно укрывали от посторонних глаз спрятанную в лесу поляну. Круг из камней служил местом силы, откуда белые маги черпали энергию для подобных ритуалов. В центре располагался невысокий валун с плоской вершиной, куда Верховная положила охапку белых лилий, и невыразительный, блеклый при свете солнца привезенный из Франции алмаз.

Диана с замиранием сердца следила за разворачивающейся церемонией. Подошедшая Джоан Макдуф ласково потрепала ее по плечу.

— Ты теперь вновь одна из нас, милая, — улыбнулась она и прошла в круг.

Принимающие участие в ритуале маги, которых вместе с Диди было тринадцать, взялись за руки и принялись медленно обходить валун с артефактом и лилиями. Они двигались по часовой стрелке, повторяя нараспев древнее заклинание как молитву. Несмотря на то, что Диана не входила в круг, она чувствовала себя причастной к происходящему, как завороженная глядя на действие.

Маги остановились. Они по-прежнему продолжали держать друг друга за руки, но теперь стояли с закрытыми глазами. Диана с изумлением заметила, как потоки белой энергии начали исходить от участников ритуала, двигаясь по направлению к центральному валуну. Покоящийся на нем алмаз будто впитывал эту энергию, разгораясь все ярче. Необъяснимое волнение охватило девушку. Алмаз продолжал распространять белое сияние, заставляя прикрыть глаза. Свет все разрастался, выходя за пределы круга и образуя сферу. Он устремился ввысь, накрывая защитным куполом город и исчезая в голубом небе.

***

Год спустя

Маленькая девочка бежит по зеленой траве, заливаясь радостным смехом. Солнце искрится лучиками на ее темных кудрях. Как же хочется обнять ее, закружить, прижать к себе крепко-крепко и никогда не отпускать… Но она не добегает, разворачивается, меняя направление и приглашая поиграть в догонялки. За спиной у нее сияние, сотканное из лунного света, — два мерцающих шифоновых крылышка… Но стоит лишь дотронуться до них, как пальцы пронзят пустоту, ведь крылья эти — чистая энергия…

Диди проснулась.

Полежала немного, прислушиваясь к спокойному, размеренному дыханию мужа. Осторожно вылезла из-под его руки, накинула халат и, стараясь двигаться бесшумно, чтобы не скрипнул пол или дверь, спустилась на первый этаж.

Холл заливало свечение луны. Дверь в детскую была открыта. Полусонная Диана покачивала колыбельку.

— Опять проснулась? — шепотом осведомилась Диди, с нежностью глядя на крошечную девочку, безмятежно спящую в своей постельке.

— Уже убаюкала, — тихо ответила Диана.

Ведьмы вышли из детской, прикрыв дверь.

— Теперь бы мне самой уснуть, — вздохнула старшая, поплотнее запахивая полы халата.

— Не спится? — синеглазая девушка достала два стакана и налила туда воды.

Диди помолчала, не зная, как объяснить дочери вещь, которую она наконец поняла.

— Это она.

— Ты не спишь из-за Евы? — не поняла Диана, протягивая матери стакан, наполненный водой.

— Мне приснился сон, — в карих глазах Верховной горело что-то, чего молодая ведьма никогда не видела. — Теперь я знаю, кому предназначается то зелье, которое мы изготовили с Флорой. Ей, — кивнула она в сторону детской.

Диана резко выпрямилась.

— Нет, — твердо сказала она. — Только не ее. Я не хочу, чтобы моя дочь прошла через тот же ад, что случился со мной. Тем более, мама, как ты можешь предлагать превратить свою собственную внучку в фею?! Ведь Совет наложил запрет на изменение сущности!

— Но ей предназначено это, — настаивала Диди. — Я видела ее во сне сегодня. Девочку лет пяти, с чудесными крыльями, абсолютно счастливую. Пойми, если сама Флора говорит, что это природа взывает к нам, мы не можем ее игнорировать.

Диана помолчала, постукивая ногтями по столешнице.

— Я не уверена, что это природа, мама. Лично у меня в голове сидел демон.

— Как говорит Исмаэль, демон сидит в каждом из нас, — вздохнула Диди. — Но Флоре я доверяю.

Ее дочь закусила губу.

— Хорошо. Допустим, это судьба. Допустим, этого хочет природа, регулируя таким образом численность сверхъестественных созданий. Но ты должна мне пообещать, — в упор посмотрела на мать Диана, — что не дашь моему ребенку это зелье, пока она сама не согласится. Понятно? Пусть это будет ее выбор.

— Я обещаю тебе, — проговорила Диди, не в силах спрятать улыбку.

В детской маленькой Еве тоже снились сны. Она видела уже знакомые ей розы, которые иногда стояли в ее комнате. Но еще никогда не видела она, чтобы розы обвивали странную решетку из металла. Также она еще не видела фонтанов и алтарей с висящими над ними кинжалами. Но все это ей снилось. Как и снились ей существа, которых она никогда не встречала.

Но должна была встретить.

Конец второй части.