Посвящается

Моему маленькому брату Саше, чьи прекрасные серые глазки способны очаровать кого угодно.

Пролог

Штат Мэн, США

Сентябрь 2012 года

Одно лишь золотое сияние вокруг неё выделяло малышку среди остальных детей. Маленькие зелёные глазёнки смотрели на меня серьёзным, далеко не детским взглядом. Казалось, она хотела знать все на свете, и это ВСЕ она находила в том, что её окружало. Она не боялась ни меня, хоть и видела впервые, ни мою жену Мерлин, что была далеко не эльфийского происхождения, ни кого-либо ещё, встречавшегося нам на пути.

— Со мной ты будешь в безопасности, — прошептал я, заворачивая ребёнка в детский конверт.

— Уэсли, — тревожный голос Мерлин раздался возле моего уха, — ты уверен, что нам стоит это делать?

— Наказания не избежать, — с грустью молвил я, легонько покачивая младенца из стороны в сторону и напевая себе под нос убаюкивающую колыбельную. — Она не должна пострадать из-за меня, в Эльфериуме сейчас слишком опасно. Ей лучше остаться здесь, пока все не уладится.

— Но что скажут люди?

— Они не увидят в ней того, что видим мы, — уверял я, прикрывая заострённые концы её ушей. — Малышка хоть и мала, но способна контролировать свою магию.

— Что если они придут за ней? Она ведь принадлежит эльфам…

— Нет! — воскликнул я. — Она никогда никому не принадлежала.

Жена испуганно осмотрелась по сторонам, все ещё опасаясь того, что кто-то из королевской гвардии придёт за мной, а тем хуже, за этим маленьким ребёнком.

— Не бойся, — я прикоснулся к её руке, и она тут же перестала метаться из стороны в сторону, — нам ничего не угрожает.

Свободной рукой я притянул её к себе и приобнял за плечи.

— Зачем она им? Она ведь ещё такая маленькая, — продолжала жена, нервно покусывая и без того потрескавшуюся губу.

— Не волнуйся за неё. Эльфы берегли её более сотни лет, выжидая Святого дня, когда она сможет появиться на свет, неужто ты думаешь, что они посмеют убить то, благодаря чему живут?

Мерлин понимающе кивнула и, тяжело вздохнув, спросила напоследок:

— Как долго она сможет жить вдали от Эльфериума? Что будет с её силой?

— Ей нельзя находиться среди людей более пяти лет, иначе её сил не хватит, чтобы выжить. Малышке нужно жить как можно ближе к лесу, только там она может полноценно расти, черпая силы из природы.

— Думаешь, это разумно, оставлять её здесь?

— Это лучшее, что мы можем сделать для неё.

К тому времени малышка уже спала, я положил её в кроватку и стал прислушиваться к её умиротворённому дыханию. С виду и не скажешь, что от этого дитя зависит жизнь всего эльфийского народа. Что если мудрецы напутали с пророчеством?

— Глупец, — сказал я сам себе, осознавая, насколько необдуманный поступок я совершил. Но, как ни странно, сердце подсказывало мне, что это был самый правильный выбор в моей жизни. Я потерял всё, чтобы её защитить, кто знает, возможно, даже не зря…

Из личных записей Уэсли Эберта

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Из земель, откуда нет возврата,

Возвращались эльфов корабли,

Золотые в пламени заката,

Смутные в неведомой пыли.

Подойдя к причалу возле верфи,

Отложив ненужные мечи,

Вновь на берег предков вышли эльфы,

Стройные, как светлые лучи.

Вновь на Землю возвратилась сказка,

Вздрогнули ожившие леса,

И звучали весело и ясно

Эльфов молодые голоса.

И хранили эльфы леса тайны,

Были тропы все известны им.

И встречали люди их случайно

И глазам не верили своим.

М.Виноградова

Глава 1. Эльфы

Штат Мэн, США

Март 2017 года

Поздней ночью, когда все дети уже давно лежали в кровати и наблюдали за снами, что подготовил им мир Морфея, я перелистывала страницы книги, укрывшись по самое горло тёплым пледом. Мои родители давно привыкли к тому, что я не сплю по ночам. Раньше мама ругала меня за это, утверждая, что маленьким детям положено в это время спать, но папа охотно присоединялся к моему любимому занятию и с радостью прочитывал за ночь целую книгу, в независимости от её объёма и количества страниц. Но в этот раз он напряжённо поглядывал на дверь, будто из неё должен был вот-вот появиться монстр.

— Уэсли, с тобой всё в порядке? — спрашивала мама всякий раз, когда папина кожа приобретала бледный, едва ли не зелёный цвет. Но он будто и не слышал её вопроса, продолжал покусывать нижнюю губу, пока из неё не начинала литься кровь.

Ближе к часу ночи, когда мои глаза начинали потихоньку закрываться под тяжестью век, раздался звонок в дверь, а позже пронзительный стук, что вывел меня из дремлющего состояния.

— Кому это мы понадобились в столь позднее время? — удивилась мама, подходя к двери.

Папа тем временем вскочил на ноги и взволнованно посмотрелна меня, а через секунду — на дверь. Я последовала его примеру и тоже поднялась на ноги, кладя книгу на тумбочку, а плед на кресло, в котором провела большую часть дня.

Мама открыла дверь прежде, чем успела осознать, что этого делать не стоило. В дом ворвались трое молодых офицера в золотом обмундировании. Они поспешно оградили меня от родителей, чтобы те не смогли ко мне подойти, и выставили перед собой оружие — мечи с золотой рукояткой. Я же, понимая всю безвыходность своего положения, оставалась стоять на месте, во все глаза смотря на незнакомцев, военная форма которых значительно отличалась от тех, что мне доводилось видеть по телевизору.

— Папа, что происходит? — спросила я, но мой вопрос вновь остался без ответа.

Отец молча смотрел на прибывших гостей, время от времени напрягая все своё тело, что делал всякий раз, когда был раздражён или чем-то разгневан.

— Вот мы и нашили тебя, Уэсли, — следом за офицерами в дом вошла высокая худощавая женщина с бледной кожей, несвойственной обычному человеку. — Долго же ты от нас скрывался.

— Старался, — ехидно улыбнулся отец. Миг, и его улыбка исчезла, он осмотрел незнакомку с головы до ног и сердито заявил: — Зачем ты обстригла свои волосы, Арабелла?!

— А зачем ты покинул свой дом? — сердито прошипела она, сверкая своими золотистого цвета глазами.

— А ты, вижу, ничуть не изменилась: всё так же чтишь закон и соблюдаешь правила, — с грустью в голосе проанализировал папа. — Вот только теперь ты стала плохо выполнять свою работу. Как можно было искать меня столько лет? Я ведь даже никуда не переезжал.

— Ты использовал магию, чтобы скрыться от нас в человеческом мире! — возмущалась женщина, словно ребёнок, у которого забрали любимую игрушку. — Ты забыл, что нам запрещено её использовать без срочной необходимости?

— Не забыл, — улыбнулся отец, явно наслаждаясь тем, как женщина на него злилась. Или он просто был рад её видеть? — А так же я отчётливо помню, что уже не принадлежу к вашим рядам. Или ты забыла?

Желваки незнакомки ходили ходуном, кажется, она была готова одним лишь взглядом удушить моего отца. На маму, впрочем, как и на меня, никто не обращал внимания, да и мы не спешили встревать в разговор. Наверное, в большей степени потому, что совершенно не понимали, что происходит и кто все эти люди.

— Мы забираем твою дочь в женскую академию колдовских искусств, — заявила женщина с ярко-рыжими волосами, бросая в мою сторону презрительный взгляд.

Улыбка отца тут же померкла, словно потушенная из-за ветра свеча. Посерьёзнев в лице, он нахмурил брови, всем своим видом выражая недовольство.

— Ей всего лишь пять лет, — с удивлением в голосе напомнила мама. До этого момента она молчала и не смела произнести ни слова, по всей видимости, была напугана происходящим. Но услышав о том, что меня хотят забрать в какую-то школу, её страх тут же куда-то улетучился. — Я не посмею вам забрать мою дочь!..

— Это не обсуждается, — строго заявила незнакомка, прерывая мамин монолог, — сама природа избрала её в свои ряды. Мы не смеем идти против правил, — она вновь посмотрела на меня и приказала офицерам: — Уведите её.

Трое молодых мужчин, превышавшие в росте и массе, схватили меня за руки и попытались вывести из дома, но я старательно вырывалась из их крепкой хватки, бултыхала ногами и во все горло кричала:

— Отпустите меня! Мама! Папа! Что происходит?!

— Подождите! — крикнул им отец. От его серьёзного тона они остановились, но сделали это, скорее, по привычке, нежели по собственной воле. — Позвольте мне хотя бы объяснить ей, что происходит. Она же ничего не знает.

Все повернулись в сторону Арабеллы, которой подчинялись офицеры. Минуту женщина размышляла над своим дальнейшим решением, но в конечном итоге сдалась и позволила мне попрощаться со своими родителями по-человечески. Офицеры меня отпустили, и я в ту же секунду побежала в объятья родителей.

— Джуди, — ласково начал отец, — школа, в которую тебя повезут, сильно отличается от человеческой, но она очень хорошая. Тебе там никто никогда не причинит

боль. Ничего не бойся, у тебя все получится, — крепко обняв меня за плечи, папа прошептал мне на ухо так тихо, что только я могла услышать: — Быть лучше остальных у тебя в крови.

— Я же вас ещё увижу? — спросила я, как только он ослабил хватку.

— Конечно, — улыбнулся он и в последний раз обнял меня на прощание. — А теперь иди, негоже заставлять гостей ждать.

— Уэсли, — начинала мама, — она же ещё такая маленькая.

Родители начали спорить: мама рыдала в три ручья и не хотела меня отпускать, в то время как папа твердил, что я обязана обучаться в школе колдовских искусств.

Чтобы прекратить наскучившую дискуссию, бледнокожая женщина схватила меня за руку и силой поволокла за собой в позолоченную машину, что стояла возле дома, словно какое-то архитектурное сооружение. Родители бежали за нами, мама всеми силами пыталась вернуть меня домой, что, к сожалению, оказалось бессмысленным делом.

— Залезай, — приказала мне Арабелла, в то время как один из офицеров открыл передо мной дверь машины, словно какой-то знатной даме из восемнадцатого века.

— Я никуда с вами не поеду! — запротестовала я, скрестив руки на груди. — Я не знаю, кто вы такая и откуда прибыли. С чего бы мне вас слушаться?

— Джуди, — вмешался отец. — Арабелла мой друг, ей можно доверять.

— Пока я рядом, тебе ничего не грозит, — уверяла женщина.

Я подозрительно уставилась на неё и вновь перевела взгляд на папу.

— Обещай, что будешь прилежной ученицей, — произнёс он ласковым, заботливым голосом.

— Обещаю, — поклялась я и с неохотойзалезла в машину.

На прощание я помахала рукой плачущей маме и взволнованному отцу, только сейчас осознавая, что родители так и не объяснили мне, что же ждёт меня в школе и почему меня туда так рано отправляют. Ко всему прочему, я не испытывала ничего, кроме страха. Даже слезы на глаза не наворачивались, что казалось таким странным в связи со сложившимися обстоятельствами.

— Я вас не подведу! — крикнула я им прежде, чем окна машин закрылись и лишили меня возможности запомнить все детали нашего маленького дома, что притаился в конце шумного мегаполиса, подальше от девятиэтажных домов и прочих построений, где всегда скапливалось огромное количество людей.

Как только машина сдвинулась с места, я удосужилась рассмотреть её должным образом. Салон не представлял из себя ничего особенного, разве что только здесь было слишком светло для ночи. Но я воспользовалась этой особенностью, чтобы повнимательнее рассмотреть внешность женщины, на шее которой, впрочем, как и у меня, красовалась большая белая лилия. Арабелла гордо смотрела перед собой и не обращала на меня никакого внимания. Или, по крайней мере, делала вид. Я же, имея настырный характер, поспешила разузнать о происходящем.

— Кто вы такая? — пожалуй, это было даже слишком грубо для такой маленькой особы, как я, но время назад не вернёшь, что сказано, то сказано.

— Твой папа тебе ничего не рассказывал? — она удивлённо приподняла правую бровь вверх, немного поворачивая лицо в мою сторону. — Не говорил, откуда он родом и

почему у него уши с заострёнными концами?

Я нахмурила брови, размышляя над её словами. На самом деле, я никогда не обращала внимания на уши отца, для меня они не представляли ничего особенного, ведь у меня они тоже были заострёнными. На люди меня никто не выводил, по крайней мере, днём, а если это происходило, то только в холодное время года, когда уши можно было спрятать под шапкой или глубоким капюшоном. У мамы же они были обычными, округлёнными, как у любого другого человека, за которыми я частенько наблюдала из окна своей комнаты, когда те проходили мимо нашего дома.

— Папа говорил, что в его семье у всех такие уши, — вспомнила я, незаметно прикоснувшись к заострённым концам.

— А про лилию на твоей шее ты что-нибудь знаешь? — продолжила спрашивать она.

Я помотала головой из стороны в сторону. Возможно, если бы я была немного старше, меня бы это и в самом деле заботило, но сейчас мои мысли были заняты другим, более важным делом.

— Школа, в которой ты будешь учиться, предназначена для эльфов, — женщина вновь повернула голову, гордо вскинув подбородок. — У всех нас есть определённая отметина на шее: у девушек — лилия, а у парней, если ты внимательно присматривалась к внешности своего отца — кленовый лист. Таким образом природа отмечает своих помощников.

— Природа? — уточнила я, не веря, как такое вообще может быть.

— Об этом тебе подробно расскажут в школе, — уверяла Арабелла. — Ну, а если сказать в общих чертах, то тебя научат колдовству. Деревья, цветы и всё, что окружает человека — работа эльфов. Всю эту красоту создаём мы, но сперва обучаемся этому мастерству в школе колдовских искусств, а позже в академии колдовского союза. После обучения идёт распределение, где определяют, к какой лиге мы будет относиться. Тебе, наверное, интересно знать, почему так рано отправляют в школу? — я еле заметно кивнула, ожидая продолжение. — Эльфы — самые умные создания природы, мы раньше всех остальных учимся читать и писать, мы единственные существа, что в первом же году своей жизни начинают говорить и бегать, словно уже достигли совершеннолетия. Пока дети ходят в детские сады, мы уже читаем книги и обучаемся основам мастерства. Поверить не могу, что твой папа тебе ничего не рассказывал, — добавила она, покачивая головой.

— Вы, правда, друг моего папы? — поинтересовалась я.

— Более того, — уверяла она, — раньше мы были с ним союзниками: ходили вместе в бои, сооружали братские орудия… — Арабелла задумчиво улыбнулась своим собственным воспоминаниям, отчего показалась очень милой и беззаботной женщиной. — Но когда Уэсли обручился со смертной, тем самым нарушив закон эльфов, мы с ним сильно повздорили и больше никогда не виделись, — её улыбка померкла.

Я не стала её больше расспрашивать на эту тему, но мысленно отметила, что ссора между ними была весьма серьёзной и неприятной для обеих сторон.

— Прошло столько лет, а мы только сейчас встретились, — с грустью осознала она. — Он ничуть не изменился.

— Что плохого в том, чтобы обручиться со смертной женщиной? — удивилась я. -

Моя мама очень хорошая и добрая…

Арабелла звонко расхохоталась, тем самым прервала мою дальнейшую речь. Она скептически посмотрела на меня, заявив:

— Эльфы совершенно противоположны людям. Мы создаём природу, люди же её уничтожают. И это, хочу заметить, далеко не единственная разница между нами. Сравни хотя бы нашу внешность — мы другие.

Я хоть и не знала всех отличий между людьми и эльфами, поскольку только сегодня мне сообщили о том, что я отношусь к последним, но всё же я считаю, что Арабелла права — мы отличаемся друг от друга.

— Когда я смогу вновь увидеться с родителями? — перешла я к главному вопросу.

Рыжеволосая женщина на удивление сочувственным, вовсе не презрительным взглядом посмотрела в мои глаза и еле слышно ответила:

— Когда закончишь обучение и пройдёшь распределение.

— Но…

— Мне жаль, — выдала она, — но таковы правила.

Всю оставшуюся дорогу мы провели в полном молчании. Арабелла все так же продолжала смотреть на невидимую точку перед собой, в то время как я пыталась смириться с мыслью о том, что ещё много лет не смогу увидеть своих родителей.

«Несправедливо», — возмущалась я в мыслях, но ничего не произносила вслух.

— Законы эльфов и в самом деле настолько суровы?

— Для нас они превыше крови, — заверила женщина. — Порой они кажутся слишком жестокими, особенно, когда ты пятилетний ребёнок, но со временемты начинаешь осознавать, что только при жёстком контроле и установленных правилах можно сохранить единство и преданность народу.

В моей голове крутилось множество вопросов, которые я хотела ей задать, но женщина прервала меня, велев выходить наружу. На улице тем временем уже посветлело, солнце начало подниматься вверх и согревать своими тёплыми лучами землю. Мы были далеко от города и страны, в которой я родилась. Высокие девятиэтажные дома и деревья сменились пляжным песком и морем, что так пленило в свои объятья. Холодный осенний ветер дул со всех сторон, делая из моих шелковистых волос пугало, что обычно украшало огороды и отпугивало ворон.

На берегу моря стоял огромного размера корабль из того же позолоченного материала, что и одежда офицеров.

— Арабелла Пелинбур, — с поклоном произнёс один из подошедших офицеров, по всей видимости, командир эльфов. — Всё готово.

Я восхищённо осмотрела его с ног до головы, замечая, что, помимо безупречно красивой униформы, у него безумно привлекательная внешность. Его эльфийские фиалковые глаза были столь красивы, что мне пришлось приложить немало усилий, чтобы перестать глазеть на молодого мужчину с длинными каштановыми волосами.

— Замечательно, — сдержанно улыбнулась бледнокожая женщина.

— Как прошла поездка? — эльф перешёл к менее официальному тону, как только офицеры, что сопровождали нас всю дорогу, направились в сторону корабля.

— Лучше, чем я ожидала, — спокойно ответила она, всё же пытаясь вести себя сдержанно. — Как твой отец, Джейк?

— Ему становится всё хуже, — с грустью в голосе заявил он. — Даже колдуны не могут ему помочь, говорят, он слишком слаб для колдовства.

— Неудивительно, что его тело перестаёт бороться, он прожил более трёхсот лет. Это немалый срок для эльфа.

— Понимаю, — кивнул тот, — но отец продолжает твердить о смене должности. Считает, мне будет лучше в королевской гвардии. Говорит, это позволит мне обеспечить дальнейшее существование и даст возможность жить дольше остальных.

— Так почему ты не хочешь служить королевскому роду?

— Потому что тогда я не смогу больше видеть одну прекрасную даму, что пленила моё сердце, — он с любовью посмотрел на Арабеллу, та же покраснела и смущённо отвела взгляд в сторону.

— Мне нужно уточнить некоторые дела с главнокомандующим и Моррисоном, — поспешно пролепетала она, дабы нарушить затянувшуюся паузу. — Ты не мог бы присмотреть за девчонкой? Я скоро вернусь.

Она побежала прочь, не давая ему возможности ответить.

— У меня есть имя, — крикнула я ей вслед, по-детски надувая губки.

Арабелла поспешно убежала на корабль, тем временем как красавчик эльф провожал её томным взглядом.

— Вы ей нравитесь, — уверенно заявила я, тем самым напоминая о своём присутствии.

Незнакомец на мои слова лишь звонко расхохотался и, присев на корточки, чтобы быть со мной на одном уровне, с надеждой в голосе признался:

— Хотел бы я, чтобы это было правдой.

— Вы очень красивый, — без всякого смущения добавила я, мило улыбаясь. — Разве все сердца дам не принадлежат вам?

— Я хоть и эльф любви, но моя магия не в силе покорить сердце одной прекрасной дамы, — с тоской улыбнулся он, — а все потому, что Арабелла безрассудно влюблена в другого эльфа.

— Ещё более красивого, чем вы?

— Возможно, — пожал он плечами.

— Уверена, вы нравитесь Арабелле, — стояла я на своём. — Думаю, она просто сама не осознает этого.

— Откуда же в столь маленькой особе столько знаний о любви? — удивился он. — Ты часом не из рода предсказателей или любовных уз?

— Нет, — я уверенно помотала головой со стороны в сторону.

— Тогда как же тебя зовут, малышка?

— Джуди Эберт, — гордо заявила я, вскинув подбородок, как это частенько проделывала Арабелла.

Но эльф не ответил на мои слова той же улыбкой, напротив, он нахмурился и серьёзным тоном спросил:

— Ты дочь изменника?

Глава 2. Эльфериум

— Что? — переспросила я.

— Ты дочь предателя Уэсли Эберта?

— Вы называете моего отца предателем только потому, что он женился на человеке, а не на эльфийской даме? — удивилась я.

— Его брак с человеком лишь цветочки по сравнению с тем, что он совершил.

— И что же он сделал? — спросила я уже приготовившись защищать имя своего отца.

— Он…

— Джейк Бенсон! — громко крикнула Арабелла с борта корабля.

Эльф, завидев её, разражено оскалил зубы и подождав пока женщина подойдёт к нам, спросил:

— Почему ты не сказала, что отправилась к нему?!

— А я обязана перед тобой отчитываться? — фыркнула молодая женщина. — Зачем мне рассказывать о своих делах если ты все равно будешь надо мной надсмехаться?

— Я никогда не…

— Ты считал, что это глупо — искать Уэсли, — перебила она его.

— Да! — не стал тот возражать. — Не могу поверить, что после всего, что он сделал, ты все ещё надеялась на его возвращение.

— Он мой побратим, конечно я хочу, чтобы он вернулся, но так же я понимаю, что это невозможно.

— Тогда зачем ты снова поехала его искать?

— Я искала его дочь! — крикнула Арабелла раздражённо. — Я выполняла свою работу, как того требует закон, так что не смей меня осуждать!

Эльф на минуту замолчал, но не сводил взгляд с женщины, что была раздражена не меньше его.

— Зря ты привела её сюда, — заявил он спокойным тоном. — Сама знаешь, что ничего хорошего из этого не выйдет. Она не сможет здесь спокойно жить, а всему виной твой любимый Уэсли.

Эльф ушёл прочь оставляя после себя еле ощутимый запах лаванды. Арабелла продолжала стоять на месте, раздражённая словно черт.

— Поднимайся на борт, — как можно спокойнее произнесла она и сама ринулась в сторону корабля.

Мне безумно хотелось разузнать о деяниях отца, но никто не обращал на меня внимание, а тем более не слушал. На корабле все расхаживали со стороны в сторону, толкая меня, то к одному, то к другому эльфу.

— Джуди! — позвала меня Арабелла. — Иди сюда.

Она стояла возле штурвала с полноватым длинноволосым эльфов, который, по всей видимости, был капитаном корабля.

— Здравствуйте, — произнесла я немного замявшись. Как мне к нему обращаться? Капитан? Сэр? Эльф?

— Здравствуй, дитя, — лучезарно улыбнулся он. — Я главнокомандующий Джон Моррисон, а также давний друг твоего отца. Ко мне ты всегда можешь обращаться за помощью.

— Даже несмотря на то, что я дочь предателя? — уточнила я.

Взрослые переглянулись между собой и только Джон ответил:

— Мы не считаем твоего отца предателем. Он всегда будет для нас другом.

— Если вы его друг, — продолжила я, всеми силами пытаясь оставаться в бодром расположении духа, — можете ли вы рассказать мне о моем отце? Почему все твердят, что он изменник?

— Я отвечу на все твои вопросы, но только завтра, — продолжил он бархатным голосом. — Ты слишком устала для того, чтобы воспринимать все здраво. Полагаю, ты много потрясений испытала за сегодня.

Не дожидаясь моего ответа Арабелла заявила:

— Пойдём, я провожу тебя в комнату.

Буквально через пару минут я оказалась в подвальном помещении корабля, где неподалёку от маленького круглого окна висел гамак и покачивался со стороны в сторону.

— Это, конечно, не то, к чему ты привыкла, но уверяю, в Эльфериуме тебя ждут едва ли не царские хоромы, — заверяла женщина.

— В Эльфериуме? — переспросила я.

— Это родина Эльфов, — пояснила она. — Уверена, тебе там понравится. Твой отец обожал лесную рощу и частенько играл там на скрипке.

— Папа мне этого никогда не рассказывал, — с грустью сообщила я.

— Думаю, он просто надеялся, что ты сможешь жить, как любой дугой нормальный ребёнок.

Я задумалась над её словами и даже не заметила, как Арабелла вышла из комнаты, но отчётливо помнила, как она пожелала мне доброй ночи. Я не стала долго вертеться в гамаке и быстро уснула.

Мне снился отец, он широко улыбался мне и оживлённо махал рукой, зовя к себе.

— Джуди, иди сюда! — кричал он.

Я радостно подбежала к нему, в надежде обнять, крепко-крепко, насколько хватит сил, но он от меня удалился. И делал это всякий раз, стоило мне только подойти к нему хоть на шаг ближе.

— Подожди меня! — кричала я ему. — Куда ты идёшь?

— В лесную рощу, — улыбался он все с той же добротой.

Игра в догонялки продолжалась до тех пор пока мы не очутились среди высоких могучих деревьев и пышных сосен. Они радостно поворачивали свои листья и иголочки к солнцу, что сияло так же ярко, как и летом. Всюду пели птицы и бегали животные, но никто, даже медведи и волки не трогали нас.

— Не бойся их, — прошептал папа мне на ухо, неожиданно оказавшись сзади меня. — Мы для них, как братья и сестры. Тебя здесь никто не обидит.

— Я не боюсь, — спокойно заявила я, поглаживая подбежавшего ко мне зайца.

— Это хорошо, — вновь улыбнулся отец и достал из-за пазухи скрипку.

— Ты умеешь играть на скрипке? — удивилась я.

— Более того, с её помощью я умею колдовать, — заверил он и провёл смычком по струнам.

Скрипка запела протяжную мелодичную мелодию, словно колыбельную, что обычно напевала мне мама перед сном.

— Он уснул, — не верила я своим глазам все ещё держа в руках серого пушистого зайца. — И птицы тоже умолки.

Папа лишь улыбнулся на мои слова и наклонившись чуть-чуть вперёд, заиграл озорную мелодию, от которой все жители лесной рощи проснулись и запрыгали по зелёной лужайки.

— Как ты это делаешь? — удивилась я, осматриваясь по сторонам.

Животные слушались команды моего отца или точнее его скрипки, и весело бегали вокруг нас, создавая, то большой, то маленький круг. Все это напоминало мне умело отрепетированное театральное преставление.

— Без скрипки все это мне не под силу, — уверял отец, прекращая играть. Животные разбежались в разные стороны, а птицы перестали парить в воздухе и заняли привычное место на ветках деревьев.

— Я тоже так хочу, — радостно воскликнула я и поспешила прикоснуться к скрипке, но она, словно по волшебству, исчезла.

— Для этого ты должна создать своё колдовское орудие. Если повезёт — ты овладеешь мастерством игры на скрипке и научишься с помощью неё контролировать любое создание природы, в том числе и человека.

— Разве это возможно? — не верила я, но тут же поняла, что увиденное мною колдовство и есть ответ на мой вопрос.

— В мире эльфов возможно все, — улыбнулся отец и исчез.

Я проснулась от ощущения ярого покачивания корабля. Поднявшись наверх и заглянув за борт я поняла, что мои домыслы оказались верны, корабль и в самом деле раскачивало со стороны в стороны, мы приближались к водовороту.

— Вы хотите, чтобы мы все погибли? — удивлённо воскликнула я наблюдая за взрослыми, что совершенно спокойно смотрели на происходящее.

— Джуди, не волнуйся, — ко мне подошёл главнокомандующий Джон. — Водоворот и есть вход в Эльфериум.

— Это безумие! — воскликнула я. — Вы сумасшедшие!

На мои слова взрослые лишь рассмеялись. Что смешного-то? Можно подумать, что я сказала им какую-то несуразную глупость.

— Подожди, — настаивал на своём Джон, — вскоре ты сама все увидишь.

Я попятилась назад, но уже ничто не могло меня спасти. Я так и знала, что этим людям, или точнее эльфам нельзя доверять.

Корабль резко качнуло вправо и занесло в тёмную водяную трубу. Я не помнила кричала я или нет, поскольку все моё внимание было сосредоточенно на воде, а чуть позже на зеленёном сиянии, что с каждым разом расширялось все больше и больше. Корабль попал в самый центр сияющей волшебной дыры и вынырнул на берегу какого-то острова, где всюду росли деревья и летали птицы.

— Как тебе путешествие? — спросил меня Джон широко улыбаясь.

— Это… — я указала на густой лес перед собой.

— Эльфериум, — подсказала Арабелла появившаяся из неоткуда, — или точнее лишь малая его часть.

Она протянула мне золотой маленький флакончик и велела выпить его содержимое как только мы окажемся на суше.

— Что это? — спросила я.

— Зелье, — пояснила она, — оно сделает твой рост наравне с другими эльфами.

— Разве эльфы не такие же высокие, как и люди?

— Для людей мы размером с ладонь. Лишь некоторые из нас способны менять свой рост и покидать приделы Эльфериума.

— Но почему?

— Зелье подходит далеко не всем волшебным существам. Чем больше в тебе эльфийской крови, тем больше вероятность того, что зелье на тебя не подействует.

На лодках нас доставили на берег, после чего я выполнила поручение эльфийки. Как и ожидалось я значительно уменьшилась в росте. Здешние деревья показались мне слишком гигантскими, а я настолько маленькой, что могла с лёгкостью забраться на любую птицу, что заинтересовано смотрела в нашу сторону.

— Это она? Это точно она? — слышался голос птиц. — Она очень похожа на свою мать.

— Мне кажется или птицы разговаривают? — спросила я своих сопровождающих, что уверенно шествовали в неизвестное для меня направлении.

— Тебе не кажется, — ответил Джон, — эльфы понимают язык животных.

— Но они говорят так же как и люди.

— Ты в этом уверена?

Я прислушалась к голосу крылатых созданий и заметила, что оно было больше похоже на мелодичное пение, нежели на человеческий голос.

— Поразительно, — прошептала я еле слышно, но никто меня не услышал.

— Джуди, поторапливайся, — велела мне Арабелла и быстрым шагом ринулась к золотым вратам, позади которых показалась эльфийская деревня с маленькими деревянными домиками, украшенными цветами и ягодами. — Здесь живут художники, — неожиданно заговорила эльфийка, — они разукрашивают природу во время смены времени года.

Я с интересом стала наблюдать, как волшебные создания в фиолетово-розовом одеянии перекрашивали белые кленовые листки в жёлтый, зелёный, оранжевый и красный цвет. Каждый из них занимался каким-то делом и никто не сидел без дела. Но здесь были только взрослые — ни одного ребёнка. Наверное они все сейчас были в школе. Интересно, а они тоже смогут увидеться со своими родителями только после окончания академии?

— Здравствуй, Джейк, — влюблённым голосом крикнула молоденькая эльфийка с темно-фиолетовыми почти черными волосами и такого же цвета глазами.

Заприметив рядом стоящею с ним Арабеллу незнакомка поспешно поклонилась ей, замявшись на полуслове. Казалось она наводила на неё страх.

— Здравствуй, Лола, — без особого энтузиазма ответил он. — Как продвигается работа? Все ли готово к приезду фей?

— Думаю, сегодня мы сможем закончить свою работу, — уверяла она немного улыбаясь, но все также смущённо пряча глаза.

— Надеюсь в этот раз листьев хватит для того, чтобы укрыть все деревья, — не сдержалась Арабелла испепеляя молоденькую эльфийку взглядом. — Феи были крайне недовольны вашей прошлогодней работой.

— На этот раз мы с мастерами сделали листьев в два раза больше, — оправдалась та.

— Очень на это надеюсь, — сухо ответила Арабелла.

Арабелла зашагала дальше, даже не удосужившись попрощаться, я последовала за ней, но мимолётом заприметила, как Лола передала Джейку какой-то подарок в жёлтой обёртке.

— Детский сад, — выпалила Арабелла, по всей видимости тоже увидев это.

Спустя пару минут эльф вернулся к нам. На его руке красовался цветной браслет, что излучал фиолетовое сияние и еле ощутимый запах роз.

— Красивый, — прокомментировала я указывая на подарок.

Джейк загадочно улыбнулся мне и надел браслет на моё запястье.

— Но это же вам подарили, — воспротивилась я.

— Не бери в голову, — неожиданно заговорила Арабелла, даже не поворачивая голову в нашу сторону, — ему каждый день поклонницы что-то дарят. С такими темпами он вскоре сможет открыть свой магазин «Безделушки от безделушек».

— Ревнуешь? — самодовольно улыбнулся эльф.

— Ещё чего, размечтался, — фыркнула она и ускорила шаг.

Я позабавилась происходящим, но никак это не прокомментировала. Лишь в мыслях отметила, что все-таки он ей нравится.

Следом за деревней художников последовала деревня с деревянными домами. Она больше напоминала мне мастерскую, где под ногами лежали опилки, а в воздухе витал запах рубленного дерева и новой, только изданной книги.

— Кто они такие? — поинтересовалась я.

— Они своего рода создатели, но мы называем их мастерами, — ответил Джейк. — Они создают листья и прочие элементы природы, художники же их разукрашивают.

У этих эльфов одежда значительно отличалась от предыдущих. Едва ли не на каждом были надеты зелёные брюки и бежевые тонкие рубашки. Даже девушки не были одеты в платья, наверное для мастеров это была не самая удобная одежда.

Каждый, опустив голову вниз, смотрел только на свою создаваемую работу. Никто не отвлекался ни на постукивание молота, ни на жужжание дрели и на нас разумеется тоже никто не обращал внимание, да и мы не хотели никого отвлекать.

— Здесь нет детей, — вновь заметила я, но заприметила несколько молоденьких эльфов и стариков, что кропотливо и бережно делали свою работу.

— Все дети сейчас находятся в школе. Они так же как и ты не смогут вернуться домой пока не закончат обучение, — заявила Арабелла.

— Не кажется ли вам, что это жестоко, не разрешать детям видеться со своей семьёй?

— Почему же, — спокойно продолжила она, — родителям позволена два раза в год приезжать к своим детям, но только на один день.

— Но… — замялась я.

— Мне жаль, но твоему отцу запрещено возвращаться в Эльфериум, — искренно заявила она.

— Так за какой поступок его изгнали? — обратилась я к Джону. — Вы обещали, что расскажете мне всю правду.

Эльф неуверенно преступил с ноги на ногу, осмотрел всех присутствующих, будто ища в них поддержку, но не найдя её все же ответил, но так тихо, что мне едва ли удалось разобрать его слова.

— Он украл эльфийскую корону, — прошептал Джон, — а она очень значима для нашего народа. Поговаривают если корона попадёт не в правильны руки все эльфы вымрут. Но если не будет эльфов, то и вся природа умрёт, а следом за ней человечество.

— Как корона может решить чью-то судьбу? — не понимала я.

— По легенде эльфы были созданы из слез ангела и вечно растущего цветка, внутри которого была спрятана корона из чистого золота, — продолжал рассказывать эльф. — Мой дед говорил, что раз в сотню лет из этого цветка вылупляется ребёнок — чистокровный эльф, что в дальнейшем становится королём или королевой и охраняет цветок от нечистокровных эльфов. Корона влияет на появления чистокровного эльфа и помогает всем нам в создании природы. Но если верить слухам, то твой отец украл корону, чтобы присвоить себе власть и создать свою собственную нацию эльфов.

— Быть того не может! — заявила я. — Мой отец живёт обычной человеческой жизнью, с чего бы ему вдруг воровать корону?

— В том то и вопрос, — вмешалась в беседу Арабелла. — Мы не знаем причину по которой он это сделал. И Уэсли не желает нам ничего рассказывать.

— Хватит его оправдывать! — не сдержался Джейк. — запись с камеры слежение доказало его виновность. Уэсли Эберт в самом деле украл корону! Джуди, ты спрашивала почему его изгнали. Так вот потому что из-за него мы все подвергались смерти. Его поступок — хуже предательства и измены. К счастью, корону нашли и вернули на законное место, но из-за твоего отца умер наследник престола, он просто-напросто не родился. И ко всему прочему погибло несколько сотен эльфов — они ослабли и умерли — им не хватило волшебной силы, что даёт нам корона, чтобы выжить.

— У него должна была быть причина для такого поступка, — я до последнего пыталась защитить отцовское имя.

— Причина? — фыркнул эльф. — Да, она должна быть, но её никто не знает.

— Джейк, — умоляюще прошептала Арабелла.

— Нет, Белла, нет надо! — воспротивился он. — Из-за Уэсли погибли многие члены моей семьи, а теперь и отец присмерти. У меня кроме него больше никого нет. Вскоре он умрёт и я останусь один. Ты хоть можешь представить каково это потерять всю семью?

— Мне очень жаль, Джейк, — искренно произнесла она, — но Джуди в этом не виновата, она ведь ещё совсем ребёнок…

— Я очень надеюсь на то, что ты, Джуди, не будешь такой, как твой отец, — заявил он и развернувшись к нам спиной едва ли не бегом поспешил от нас удалиться.

Теперь то я хотя бы знала почему он ненавидит моего отца и в каком-то плане даже стала понимать, что на его месте любой бы поступил бы так же. Но от этого мне не стало легче. Я не могла смериться с той мыслью, что отец совершил столь ужасные вещи. Кто знает, возможно, это не единственный его грех.

— Дети не должны расплачиваться за поступки своих родителей, — заговорил кто-то хриплым голосом за моей спиной.

Обернувшись я увидела седоватого старика с горбленной спиной и уставшими серыми глазами. По его одежде стало понятно, что он не относился к мастерам. На нем была надета бежевая, самую малость помятая рубашка, коричневые брюки и такого же цвета жакет. Вот только ноги были совершенно босыми и казалось ему нравилось ходить без обуви.

Эльф заботливо смотрел в мою сторону и еле заметно улыбался.

— Полагаю, ты новоприбывшая эльфийка, — продолжил он смотря только на меня.

— По всей видимости, да, — неуверенно ответила я.

— Небось такая же умная, как и твой отец.

Это комплимент или язвительное замечание? Я оставила его слова без ответа и ожидала, что он скажет что-то ещё, но старик молчал.

— Вы знали моего отца? — заговорила я первая.

— Можно и так сказать, — уклончиво ответил он, а чуть позже пояснил, — я знал его скрипку.

— Скрипку? — удивилась я.

— Она обладала немалой силой, — уверял эльф. — Как жаль, что она продолжает лежать у меня в арсенале без хозяина. Как жаль, — вновь загадочно повторил он и неторопливо зашагал дальше, в противоположную от нас сторону.

Я не успела прийти в себя, как старик уже скрылся из виду. Я вопросительно уставилась на Арабелла, которая поспешила мне объяснить:

— Это был один из мудрецов. Они всю свою жизнь путешествуют по Эльфериуму и пишут пророчества. Некоторые из них даже сходят с ума от своих предсказаний.

— Все ли мудрецы не носят обуви?

— Как ни странно да, — заверила она. — Говорят, так они черпают знания с корней природы. Не знаю насколько это правда, но об этом твердят все мудрецы.

— Если они путешествуют всю свою жизнь, значит ли это, что у них нет постоянного дома? — поинтересовалась я.

— Почему же? У них есть дом, — уверял Джон, — но они спрятаны на верхушках самых высоких деревьев, зачастую, возле королевского дворца.

До школы мы шли больше чем мне хотелось бы, мы не смогли воспользоваться ни птицами ни какими-либо другими животными чтобы добраться до колдовского здания быстрее ибо эльфы возжелали показать мне хотя бы малую часть Эльфериума. Я была не против этого, но после третьего часа беспрерывной ходьбы мои ноги начали уставать, а в животе урчать так сильно что даже мои сопровождающие это услышали.

— Дитя, да ты проголодалась, — воскликнул Джон словно я нашла в лесу королевскую корону, которой так восхищаются все эльфы.

Через пару минут мне вручили небольшого размера сумку набитую орехами, ягодами и холодной водой в небольшой бутылке. Но никто не предложил мне мясо, да и я усомнилась в том, что его здесь вообще едят. Наверное они здесь все так любят животных, а в особенности птиц, что спокойно выбирают вегетарианскую жизнь. Видимо мне придётся к этому привыкнуть, в независимости от того хочу я этого или нет.

— Потерпи ещё немного, мы почти пришли, — эту фразу Джон произносил мне всякий раз, когда я устало вздыхала и просила передохнуть хоть пару минут. Но к моего глубочайшему сожалению мы с ним по разному понимали фразу «мы почти пришли».

— Джон, как по твоему, 200 километров это много? — спросила я его ради интереса.

— Нет, — уверенно ответил он. — Это совсем чуть-чуть.

Арабелла насмешливо улыбнулась на его слова и прошептала мне к качестве объяснения.

— Все, что идёт до миллиона он считает небольшим числом.

— Так сколько же нам ещё идти?! — воскликнула я, но впереди показалось огромное каменное здание, больше походившее на замок.

Все его стены были покрыты цветами и зелёным плющом, отчего складывалось впечатление, что это мне снится. Замок будто вышел из страниц старинной сказки о прекрасных принцессах и принцах, что спасают дам на своих белых скакунах. Вблизи замка протекала река, а позади неё росли плакучие ивы. В небе летали птицы и крылатые создания с прозрачными крылышками, их платья больше походили на бутон розы, тюльпана или любого другого красивого цветка.

«Феи», — тут же поняла я.

Хотела же я сейчас иметь крылья, ведь так передвигаться намного быстрее и легче.

— Если эльфы создают природу, тогда что же делают феи? — поинтересовалась я.

— Они доставляют наши роботы к людям, — пояснила Арабелла. — Без фей мы бы меняли природу очень долго, а так как у них есть крылья они справляются с этим за считанные секунды.

— А маги тоже существуют?

— Разумеется, — подтвердил Джон. — Некоторые из них частенько наведаются к нам за редкими травами.

— А вампиры и оборотни?

— Мы никогда их не видели, — призналась Арабелла, — но думаю, что легенды не возникли бы на пустом месте. Люди тоже считают, что мы — миф, а ведь на деле выходит обратное.

Чем ближе мы подходили в школе, тем больше и красивее она становилась. Когда мы оказались возле реки, через которую можно было перейти только по серебряному мосту, нам на пути встретились двое стражников, разодетых в сине-серую форму.

По их радостным лицам стало понятно, что с Арабеллой Пелинбур они были знакомы уже много лет.

— Как там мир за приделами Эльфериума? — поинтересовался один из эльфов.

— Совершенствуется, — ответила эльфийка и чуть печальнее добавила: — В последнее время люди стали вырубать много деревьев. Думаю, следует доложить об этом королю, нужно что-то с этим делать и, как минимум, приготовить новые семена для посадки.

— Мы доложим об этом королю, — пообещал второй, с длинными, белыми, словно снег, волосами. Не дожидаясь её благодарности он внимательно осмотрел меня с ног до головы, мило улыбнулся и присев на корточки, решительно заявил: — Полагаю, ты новая ученица.

— Да, — в смятении ответила я, моля Бога, чтобы он не спрашивал какая у меня фамилия.

— Тогда тебе нужно следовать за мной, — продолжил он. — Я отведу тебя к Марлен Миллер.

— К кому? — переспросила я.

— Она поможет тебе обосноваться в школе, — уверял он, — и познакомится тебя с детьми, что будут учиться с тобой в одном классе. Думаю, тебе следует попрощаться, — он еле заметно кивнул в сторону Арабеллы и Джона, которые, как показалось мне, не хотели оставлять меня одну.

— Я навещу тебя в Святой день, — пообещала эльфийка, крепко-крепко обняла и прошептала на ухо так тихо, чтобы только я смогла услышать: — Уверена, твой отец будет гордиться тобой.

— Удачи, Джуди, — с улыбкой произнёс Джон и тоже поспешил меня обнять.

Не успела я что-либо ответить, как стражник за руку повёл меня в замок, что был ограждён серебряными вратами. Они были настолько высокими, что у меня даже не получалось достать до ручки двери, а потому её отрыл для меня эльф.

— Заходи, — велел он, но сам не прошёл внутрь.

Стоило мне только переступить порог, как высокая бледнокожая женщина в синем платье подошла ко мне стремительным шагом.

— Следуй за мной!

Я молча последовала за ней, напоследок успев помахать стражнику, чьё имя мне так и не удалось узнать.

— Желаю удачи! — крикнул он и скрылся за вратами, за пределами которых я смогу оказаться ещё не скоро.

Глава 3. Школа колдовских искусств

Внутри замок оказался не менее красивым, он поражал своей изысканной природной красотой и божественным ароматом, чей запах напоминал летний сад за которым так любит ухаживать отец в тёплое время года. Школа едва ли походила на людское учебное заведение, скорее это было сборище юных флористов. Здесь не было ни одной современной новинки, даже вместо ламп и люстр летали светлячки. Пол был укрыт цветами, которые, как ни странно, не меняли своей формы, когда я на них наступала — они оставались целыми и невредимыми, чем весьма меня удивили. Тут явно было задействовано колдовство. Что касается потолка, то он был полностью покрыт лианами и жимолостью — выглядело все это бесспорно красиво, но весьма непривычно для человека, что рос среди каменных домов и обоев из бумаги.

«Это школа или ботанический сад?» — подумала я, но не осмелилась произнести это вслух.

На одной из самых больших стен замка красовался портрер незнакомого мне эльфа с золотой короной на голове. Впервые я видела, чтобы из цветов кто-то делал подобную красоту.

— Ройл Гейб, — заявила Марлен, — нынешний король Эльфериума. Советую запомнить его имя. Если тебе повезёт оказаться при королевском дворе, а тем более понравиться самому правителю, что весьма вероятно с учётом твоей родословной, то ты сможешь служить семейству Гейбов.

— Почему все так рвутся туда попасть? — не понимала я.

— Королевский замок пропитан волшебным запахом, что исходит из цветка возрождения. Поговаривают, сироп из его лепестков способен исцелить любые раны и подарить огромную силу. Ходят легенды, что однажды в Эльфериуме появится новый эльф, чья сила будет сильнее всех когда-либо существовавших правителей.

— И вы в это верите?

— Сами мудрецы распространяют эти слухи по эльфийским долинам, уверена, неспроста.

— Получается, мудрецы могут предсказывать будущее? — уточнила я.

— Они единственные, кто на это способен, — подтвердила Марлен, недовольно цокая, — но эти привередливые негодяи помогают и отвечают на вопросы, только если видят в этом необходимость. Ты можешь отдать им кучу золота, но они не ответят на твой вопрос. Это тебе не людские гадалки, карты просто так не открывают.

Эльфийка прошествовала дальше, а я вновь мимолётно взглянула на светловолосого правителя династии с длинными заострёнными ушами. Голубоглазый эльф грозным холодным взглядом смотрел прямо мне в глаза, будто пытался понять мои дальнейшие намеренья.

«Не собираюсь я красть твою корону!» — возразила я мысленно и двинулась дальше, следом за не менее грозной дамой.

По всей видимости, эта школа предназначалась именно для девочек, ибо среди здешних учеников я не заметила ни единого мальчика. Ко всему прочему, все дети были разодеты в лёгкие белые платьица, на голове каждой был завязан высокий хвост, а поверх него — бант из той же белой ленты или, если присмотреться повнимательнее, цветка — розы или лилии.

— Не отставай! — велела мне Марлен, завидев которую все девочки расходились в сторону.

Либо же она была очень злой женщиной, либо же весьма известной и знатной эльфийкой, ибо других причин такого поведения учениц я не находила.

— В здешних школах у каждого класса есть своё расписание уроков и

соответственно начинаются они у всех по-разному, — продолжала рассказывать она. — Самый первый этаж предназначен для старших классов, так как выпускники в последний год своего обучения практикуют свои силы и способности гораздо чаще, нежели остальные классы. Во время практики детей всегда выводят на улицы, дабы уберечь школу от несчастных случаев. Ведь некоторые особы однажды даже умудрились подпалить северное крыло.

— Их, наверное, за это сильно наказали, — подумала я, не заметив, как произнесла это вслух.

— Их исключили, — подытожила та и ускорила шаг.

«Значит, если я подпалю школу, то меня вернут на Землю, — проанализировала я, но тут же опомнилась, вспомнив, что пообещала отцу. — Я не могу его подвести!»

— А где учатся младшие классы? — поинтересовалась я.

— На пятом этаже, — непринуждённо ответила Марлен, тем временем, как я едва ли не упала в обморок.

Мои ноги так болели, что я готова была рухнуть на этот цветущий пол и лежать до тех пор, пока кто-нибудь не решит меня перенести на кровать или хотя бы на диван.

— Поторапливайся, — добавила она, отсалютовав проходившим мимо преподавателям, что весьма заинтересованно на меня поглядывали.

Грубо говоря, они изучали меня словно какую-то лаборантскую крысу. Я поспешила скрыться от их глаз и не отставать от Марлен, которая совершенно свободно и чертовски быстро передвигалась по коридорам. Как только она может так быстро ходить на таких здоровенных каблуках? Они были длиной как минимум восемнадцать сантиметров — убийственная обувь.

Стоило нам подняться на второй этаж, как раздался мелодичный звонок, больше напоминавший мамино ласковое пение. Услышав его, девочки поспешно разошлись по своим классам, едва ли не сбив меня с ног. Марлен же опять-таки обходили стороной.

— Извините, если мой вопрос вам покажется грубым или неуместным, но кем вы приходитесь в этой школе? — поинтересовалась я, наслаждаясь тишиной опустошённого коридора.

— Директором, — сухо ответила она.

Я едва ли не подпрыгнула от неожиданности. Теперь мне стало все понятно. Кто, как не директор, внушает всем ученикам страх? Кто, как не Марлен, должна ходить по коридорам, тщательно следя за своими учениками.

— Вы основали эту школу? — вновь задала я вопрос, лишь бы только нарушить затянувшееся молчание.

— Школу построил мой муж, Марвин, — весьма печальным голосом пояснила она, — но после его смерти она перешла в мои владения.

— Простите, мне не стоило задавать лишних вопросов, — я почувствовала себя весьма неловко.

— Извиняться должна не ты, а твой отец, — с ненавистью процедила эльфийкасквозь зубы. — Это он убил его.

Моё настроение пошло на убыль, как мне теперь учиться в школе, если сама директриса ненавидит всю мою семью? Как мне защитить имя отца, если я не знаю всей правды, которую он от меня скрыл?

«Папа ни в чем не виноват!» — захотела я закричать, что есть силы, но у меня не было ни малейшего аргумента в пользу отца.

— Жди меня здесь! — приказала мне Марлен, как только мы оказались на пятом этаже возле деревянной двери с золотой окантовкой.

До этого момента директриса не произнесла ни единого слова, на её лице читалась

ненависть и тоска по мужу.

Стоило ей скрыться за дверью кабинета, как я облегчённо вздохнула и осмотрелась по сторонам в поисках спасения, которого я нигде не видела.

Девчонки слонялись по коридорам, болтали между собой и казались такими взрослыми, несмотря на то, что каждой из них было всего по пять лет. Я же выглядела здесь чужой и отстранённой от всего мира, одним словом, изгой.

— Как тебя зовут? — спросила одна из подошедших ко мне девчонок, чьи волосы, словно у Мальвины, были небесно-голубого цвета.

— Джуди, — тихо-тихо ответила я, от неуверенности и застенчивости зажавшись в угол.

— Как-как? — переспросила она. — Ответь внятно.

— Джуди Эберт, — ответила я чуть громче.

На этот раз собеседница меня расслышала и тут же попятилась назад, словно от какой-то смертельной болезни.

— Следуй за мной, — из ниоткуда позади меня появилась Марлен и сурово смерила девчонку взглядом так, что та поспешно удалилась прочь, — я познакомлю тебя с классом, в котором тебе предстоит учиться.

Стоило ей это произнести, как раздался мелодичный колокол — все поспешили вернуться в свой класс. Меня сбили с ног, я упала в ноги директрисы, которая, грозно смерив меня взглядом, презрительно прошипела:

— Поднимись немедленно на ноги и приведи себя в порядок!

Прежде чем открыть высокую дверь из позолоты, что располагалась в противоположной стороне от того места, где мы сейчас находились, она дала мне чёткие указания — молчать и не раскрывать рта, пока меня этого не попросит сама учительница.

— Пойдём, — скомандовала Марлен и поволокла меня внутрь.

За деревянными партами сидело не меньше тридцати пятилетних девочек. Каждая из них была по-своему красива и индивидуальна — у кого-то были голубые словно небо волосы, у кого бледно-зелёная кожа или чёрная оболочка глаза, выглядевшая похлеще любого кровожадного вампира, но у каждой из присутствующих, в том числе у двух взрослых людей, директрисы и здешней учительницы, были отчётливо виден урождённый след, присущий каждому эльфу — лилия. Она занимала большую часть шеи, её белые, словно у ангелов крылья, лепестки, красиво обрамляли нежную кожу.

Завидев Марлен, все ученицы повставали со своих мест, но ни одна из них не поздоровалась с директрисой. Неужели у них это не принято?

— С сегодняшнего дня в вашем классе будет обучаться ещё одна юная эльфийка, Джуди Эберт, — сообщила директриса, и по классу тут же раздался шёпот. — Фамилия эта вам известна каждому и, к сожалению, далеко не по самым приятным причинам, но все же я прошу вас, юные леди, вести себя подобающе и не опускаться до ничтожных черноборцев. Это юное создание, — она посмотрела на меня, — должна обучаться в школе Колдовских искусств по всем правилам и законам Эльфериума, потому прошу вас, будьте снисходительны к нашей новой гостье и внимательно за ней следите.

Марлен молча вышла из класса, не проронив больше ни слова. На меня тут же уставилось сотня глаз, и только учительница мне мило улыбалась своей озорной улыбкой.

— Присаживайся за любое свободное место, — велела она ласковым голосом и продолжила, уже обращаясь ко всему классу: — Меня зовут Эрма Фейербах, мне поручено наблюдать за вами, пока ваша предыдущая учительница Семилия Грей отсутствует по уважительным причинам. Ко мне вы можете обращаться по любым вопросам, — заверила она и жестом велела всем ученицам сесть по своим местам.

Единственное свободное место я нашла в конце класса, возле девочки с ярко-

фиолетовыми глазами, точно такими же, как и у моего отца.

— Можно я здесь присяду? — неуверенно спросила я все таким же тихим голосом.

— Конечно, — улыбнулась незнакомка. — Я Обри Холл, — представилась она, протягивая ладонь для рукопожатия.

— Приятно познакомиться, — улыбнулась я, пожала ей руку и тихонько подсела к ней за парту.

К счастью, ученицы перестали смотреть в мою сторону и сконцентрировались на уроке, но я чувствовала, что девочки мимолётно пытались на меня взглянуть. Теперь все будут обходить меня стороной и всячески избегать, а ведь я так хотела обзавестись подругой. Тогда мне было бы легче оставаться в этой школе.

«Мои родители были знакомы с твоим отцом, — написала корявым почерком моя соседка по парте на белоснежно чистом клочке бумаги. — Он вырос среди художников, но при распределении избрал королевскую гвардию, чтобы… В любом случае, не слушай тех, кто говорит всякие гадости про твоего отца, у него была причина для таких поступков».

«Мой папа ни в чем не виноват! — написала я в ответ, а чуть позже добавила. — И когда-нибудь я докажу это».

«Я верю в его невиновность», — последовал ответ.

Я не сразу поверила её словам, здешним эльфам я вообще боялась доверять, кто его знает, что у них на уме, но этой девочки мне почему-то захотелось поверить. Возможно, всему причиной была её внешность и запах фиалки. Все ли художники так чудно пахнут?

«Ты знаешь что-то, что помогло бы мне оправдать отца?»

«Нет, но я знаю место, где ты можешь получить ответы на свои вопросы, и знаю эльфов, которые могут помочь тебе с поиском информации»

«Не о мудрецах ли идёт речь?»

«Да, именно о них, — подтвердила она и чуть позже добавила: — В здешней библиотеке живёт одна из них, но к ней можно попасть только ночью, днём она странствует по Эльфериуму. Если хочешь, я могу провести тебя к ней сегодня, когда все лягут спать».

«Почему ты мне помогаешь?» — спросила я, не веря, что здесь есть хоть кто-нибудь, не испытывающий вражду к моему отцу.

«Мой папа тоже стал жертвой того происшествия. Его заключили в темницу за то, что он знал о планах Уэсли Эберта, но ничего не рассказал об этом королю. Его обвинили в измене… Я хочу освободить своего отца, но без тебя у меня не получится этого сделать. Когда я приходила к мудрецам, они отказывались отвечать на мои вопросы, ссылаясь на то, что время ещё не настало. Говорили: «Она ещё не прибыла». Полагаю, они имели в виду именно тебя».

«Меня? Но я ведь с ними даже не знакома. По дороге сюда я встретила лишь одного мудреца, но он только и делал, что твердил о волшебной скрипке».

«Мудрецам знакомства излишни. Они и так все знают, потому-то пишут пророчества и странствуют по миру — природа рассказывает им, что произойдёт в будущем».

«Мудрецы умеют слышать голоса природы?»

«Именно», — только и успела написать она.

— Эльфийский закон гласит — природа подчиняется тебе, пока ты не начинаешь ей вредить, — прервала нашу переписку учительница. — Это правило должен знать каждый эльф. Многим из вас уже известно, что бури, шторм и ураганы тоже проделки эльфов или, если быть точнее, это дело рук черноборцев — темных эльфов, которые обитают в Яровиле — городе мёртвых.

— Мне говорили, что в Яровиле нет ни одного живого растения, это правда? — подала голос одна из девочек, что сидела на первых рядах.

— Да, — подтвердила Эрма Фейербах, аккуратно переступая с ноги на ногу. — Все растения уничтожены из-за постоянно гулявших по городу стихийных бедствий. Ко всему прочему, животные там тоже не водятся.

— А феи? — поинтересовалась Обри, — они ведь далеко не такие добрые, как хотелось бы. Что если они помогают черноборцам в создании стихийных бедствий?

— И это тоже правда, — кивнула эльфийка своей светлой копной волос, — но фей там едва ли насчитывается сотня. Они слишком маленькие, чтобы жить в таком опасном городе, лишь только самые сильные из них способны рискнуть пойти на такое. — Она выдержала небольшую паузу, тем самым давая нам возможность переварить информацию, а чуть позже попросила открыть книгу на двадцатой странице, где были нарисованы маленькие крылатые создания — феи. — В нашем мире есть только две расы волшебных созданий, рождающиеся из цветов — феи и известные всем нам короли Эльфериума. И те, и иные могут слышать голоса природы. Некоторые из мудрецов тоже наделены этим даром, но он проявляется у них далеко не сразу.

— Если короли рождаются из цветов, то почему у них нет крыльев, как у фей? — вновь задавала вопрос Обри, которая, как показалось мне, хотела знать абсолютно все в этом мире.

— Среди фей нет мужчин, — напомнила Эрма, чему я порядком удивилась, в людских книгах говорилось совершенно другое, — а среди Эльфов ни разу не было королевы.

— А как же Флора? — удивилась Обри. — Мудрецы не раз писали о том, что именно с неё начался королевский род.

— Мудрецы — единственные, кто что-то знает о Флоре, другие же долгожители утверждают, что она вымысел. В последнее время мудрецы часто распространяют легенды о том, что она вскоре вернётся в Эльфериум и вновь займёт королевский трон, но на данный момент нет ни единого подтверждения этих слов, поэтому я тоже придерживаюсь мнения о том, что Флора — просто вымысел.

«Получается, мудрецы ждут возвращения Флоры, — написала на клочке бумаги, который едва ли уже не весь был исписан нашими записями. — Как думаешь, насчёт Флоры это правда?»

«У нас есть только один способ это выяснить», — написала она, прежде чем прозвенела мелодичная мелодия.

— Джуди! — ласково позвала меня к себе Эрма, как только остальные ученицы вышли из классной комнаты. — Понимаю, как тебе тяжело придётся в следующие несколько дней, но постарайся выдержать это напряжение.

— Не могу этого обещать, — призналась я. — Отца ненавидит вся школа, а ученицы то и дело бросают на меня злобный взгляд, даже некоторые учителя шепчутся за моей спиной…

— Я понимаю, — кивнула она и устало присела на стул.

Я рассмотрела её повнимательнее — она не была из тех худощавых эльфиек, которых я встречала по дороге сюда, но и толстушкой она тоже не являлась, Эрма была удивительно красивой женщиной с пышными формами и прекрасными голубыми глазами. Она явно не испытывала ко мне неприязнь, и это облегчало мне пребывание здесь.

— Понимаете? — переспросила я.

— Не ты одна слышишь все это, — прошептала Эрма и, наклонившись ко мне поближе, молвила: — Уэсли — мой сын, и все здешние учителя знают об этом, благо до

учеников не дошла эта информация.

— Получается, вы моя бабушка?! — то ли удивлённо, то ли радостно воскликнула я.

— Тссс… — она приложила указательный палец к своим бледно-розовым губам. — Мне пришлось сменить фамилию, чтобы иметь возможность здесь преподавать. Мне безумно хотелось с тобой познакомиться. Уэсли рассказывал о том, какая ты умная и красивая, но я даже и подумать не могла, что настолько.

— Вы моя бабушка, — повторила я, всё ещё не веря в происходящее.

— Да, — с улыбкой вновь подтвердила она и, взяв меня за руку, заверила: — и я сделаю всё возможное, чтобы помочь тебе оправдать имя твоего отца. Он и в самом деле ни в чем не виновен. Он защищал свой народ от…

Не успела она договорить, как прозвенел очередной трезвон на следующий урок.

— Поговорим обо всем после уроков, — заявила Эрма. — А сейчас иди учиться и постарайся понять то, о чем тебе будут рассказывать. Я помогу тебе догнать всю уже пройдённую ученицами программу, но ты должна пообещать, что не будешь падать духом и сделаешь все возможное, чтобы доказать, что семья Эбертов — лучшие во всем.

— Обещаю, — улыбнулась я во все зубы и, подбежав к Эрме, крепко-крепко обняла её вокруг шеи, прошептав благодарным голосом: — бабушка.

Глава 4. Тайны волшебных созданий

Уроки проходили слишком медленно и тоскливо, я совершенно не вникала в слова учителей, но отчётливо слышала оскорбления в свою сторону.

— Это она? Совсем на него не похожа, — утверждали ученицы, и даже девочки из старших классов, нарушая установленные порядки школы, поднимались на самый верхний этаж, дабы убедиться в том, что слухи, за пару часов разошедшиеся по всей школе, чистая правда.

Столь чрезмерное внимание меня смущало, а оскорбительные слова едва ли не доводили до слез. Мне хотелось убежать из этой школы как можно дальше, туда, где меня никто бы не смог найти. Но я даже не знала, как выбраться из Эльфериума, куда там, я даже не знала, как пройти через стражников, чтобы те меня не заметили.

Проклятая школа. Зачем меня отправили сюда, если здесь я для всех предатель?

В поисках утешения и успокоения я поднялась на самую высокую часть замка — крышу, на которой, к счастью, не было ни одного эльфа.

— Как красиво, — прошептала я, наслаждаясь пением птиц, которые то и дело пролетали вблизи меня. — Вы тоже считаете, что мой отец предатель? — спросила я их, даже не догадываясь о том, что они могут ответить.

— Нет, дитя, — возразил орёл, присевший на краю каменного ограждения.

Я испуганно попятилась назад, такая птица и убить меня может.

— Здесь все птицы умеют разговаривать? — поинтересовалась я.

— Да, — подтвердил он, шумно раскрыв свои черные пятнистые крылья, — но далеко не каждый эльф способен нас услышать.

Птица сверкнула своими ярко-серыми глазами и наклонила небольшую головку в сторону. Орёл будто пытался понять, кто я такая и что из себя представляю.

— Полагаю, ты и есть та самая девчонка…

— Чей отец предал свой народ, — закончила я, раздражено вздыхая. — Да, это я, и что с того? Ты прилетел сюда убить меня?

— Однако вы похожи, — задумчиво продолжил орёл, игнорирую мои вопросы. — Как две капли воды.

Я хотела было спросить, о чем это он говорит, но внизу, у самих врат школы, раздались голоса. Кто-то играл на флейте и привлекал внимание здешних учеников.

— Что происходит? — поинтересовалась я и подошла к самому краю крыши.

— Король прибыл, — пояснил орёл, взлетая вверх и с той же скоростью летя вниз.

Стоило вратам открыться, как орёл уже сидел на плече первого вошедшего эльфа. Это и был тот самый Ройл Гейб — временный правитель династии и, тем не менее, король Эльфериума.

Его длинные белые, словно снег, волосы водопадом спадали на мускулистые плечи и отлично гармонировали со светловолосой головой орла. Не знаю, что поведала птица королю, но тот резко поднял голову вверх и смерил меня суровым взглядом, от которого я попятилась назад и поспешила спуститься вниз, где меня уже поджидала Марлен.

— Где ты была?! — с возмущением произнесла директриса и, не дожидаясь моего ответа, продолжила: — В первый же день решила устроить себе экскурсию по замку и нарушить пару-тройку школьных правил?

— Нет, — без каких-либо эмоций ответила я, — просто я подумала, что мне не стоило приезжать в эту школу. Я здесь лишняя…

— Не тебе решать, оставаться тебе здесь или нет, сам король прибыл в замок, чтобы тебя увидеть!

— Меня? — удивилась я не на шутку.

Что теперь со мной будет? Меня убьют за грехи отца или заключат в темницу? Но я

ведь совсем ещё ребёнок…

— Следуй за мной и не отставай! — скомандовала она и едва ли не бегом прошмыгнула по всему коридору.

Директриса повела меня в северную башню, где, по её словам, был небольшой тронный зал, в котором обычно происходит распределение. Стоило нам там оказаться, как на меня обратилась сотня глаз молодых офицеров, которые, как и все остальные члены королевской гвардии, были разодеты в золотое обмундирование. В зале их было не меньше двух сотен, каждый из них провожал меня взглядом, будто выжидал, что я превращусь в дракона, убью короля и сожгу всю школу. Я пыталась особо не заглядываться на молодых эльфов, но их сияющие глаза словно магнитом приковывали к себе.

— Ваше величество, — с поклоном произнесла Марлен, остановившись возле трона, украшенного золотыми цветами и прочими растениями, что гармонично сочетались друг с другом, — я привела её.

То ли от страха, то ли от простого непонимания происходящего, я единственная из всех здесь собравшихся не поклонилась королю. Даже чернокрылый орёл склонил свою голову, когда король поднялся со своего трона, я же как вкопанная замерла на месте.

Голубоглазый эльф смерил меня долгим взглядом, казалось, он пытался прочесть мои мысли, но в голове моей крутилось лишь одно: «Он прикажет убить меня и всю мою семью?»

— Ты и есть та самая Джуди Эберт? — спросил он, заинтересованно наклонив голову набок, как это любил проделывать орёл. — А я представлял тебя несколько иначе… Ты эльф, в этом нет сомнения, но твоя аура значительно отличается от ауры твоего отца.

— Аура? — переспросила я, совершенно не понимая, к чему он клонит.

— Каждый эльф из королевской семьи способен увидеть у человека, эльфа или у любого другого существа особое свечение — ауру, что связывает его со своей семьёй, — пояснил король, спускаясь по ступенькам и приближаясь ко мне. — Аура твоего отца всегда сияла фиолетовым цветом, в цвет его глаз и ордена семьи, но твоя аура светится другим цветом.

Он подошёл ко мне совсем близко, присел на корточки, чтобы быть со мной на одном уровне и, заглянув в глаза, продолжил:

— Интересно, очень интересно. Неужели человеческая кровь так повлияла на твою сущность?

Я продолжала молча изучать короля взглядом, он был значительно выше меня и безумно красив. Его глаза хоть и наводили страх, но не казались злобными или ненавистными, напротив — добрыми и обеспокоенными. Эльфийские уши особо чётко выглядывали из-под волос, а сладкий запах мимозы нежно дурманил ноздри.

— И какого же цвета моя аура, позвольте узнать?

Услышав мой вопрос, король явно замешкался, но я однозначно не понимала почему. Я хотела было задать следующий вопрос, но Марлен прервала меня на полуслове.

— Ваше величество, прошу извинить за вторжение, но ученице пора возвращаться в свою комнату.

— Да-да, конечно, — с облегчением вымолвил он, — не стоит нарушать установленные порядки из-за моего приезда. К тому же я рассчитываю на то, что это юное дитя посетит королевский замок в Святой день и покажет мне то, чему научилась в этой чудной школе.

— Как будет вам угодно, — с поклоном молвила Марлен и поспешила увести меня из тронного зала.

Как можно вежливее попрощавшись с королём, я неохотно зашагала следом за директрисой. Она вернула меня на пятый этаж и, подведя к огромной картине, на которой были изображены пляшущие эльфы, молвила что-то невразумительное. Я готова была поспорить, что на этом языке не разговаривает ни один человек на всем белом свете.

Спустя пару секунд в центре картины появилось серебряное сияние, изображение стало нечётким, но вскоре вновь приобрело очертание.

— Заходи, — велела Марлен, и я последовала её указаниям.

В комнате парил полумрак, маленькие девочки непринуждённо болтали между собой, сбросив ноги с кровати, кто-то читал книгу, не отрывая взгляд от её страниц, и лишь некоторые из них просто лежали на спине и неотрывно смотрели в потолок, который, как оказалось, был усыпан звёздами. Неужели это настоящее звёздное небо? Эльфы всегда спят при открытом небе, но что если начнётся дождь?

— Потолок околдован, — словно прочитав мои мысли, пояснила Обри, появившаяся из ниоткуда. — Никакой дождь нам не страшен. Пойдём, я покажу тебе, где ты будешь спать.

Моя кровать оказалась в самом дальнем и, пожалуй, в самом тёмном углу этой огромной спальной комнаты. Напротив кровати было окно с широким подоконником, а вблизи него — книжная полка с небольшим ассортиментом незнакомых мне книг. Все же, это лучше, чем ничего.

— Повезло, что мы лежим недалеко друг от друга, — прошептала девчонка, присаживаясь на соседнюю кровать, я уселась на свою. Неподалёку от нас сидело ещё несколько девочек, но те не обращали на нас никакого внимания, они увлечённо играли в какую-то неизвестную для меня игру, чем-то напоминавшую людские шахматы, только в их игре фигурки были другой формы.

— А где вы делаете уроки? — поинтересовалась я, не увидев не единого рабочего стола.

— В библиотеке. Там есть все, что нам нужно, — зевнув, заверила Обри. — Обычно нас будят в четыре утра, чтобы мы успели сделать все необходимое до начала занятий.

Прозвенела последняя мелодия, и по всей громадной комнате выключили свет.

— Что происходит? — удивилась я.

— Нам пора спать, — пояснила Обри и улеглась на свою кровать, приготовившись ко сну.

Девчонка настолько устала и так быстро уснула, что я не захотела её будить. В библиотеку я могу попасть и в другой день, сегодня и так произошло слишком много потрясений.

Спустя пару часов комнату заполонила тишина, я прислушалась к умиротворённому посапыванию учениц, но сама же и глазом не моргнула, спать совершенно не хотелось. В голову лезли всякие дурные мысли, я раз за разом прокручивала сегодняшний день от начала до конца и всякий раз останавливалась при мысли о том, что родителей я ещё долго не смогу увидеть.

— Я уже скучаю, — прошептала я еле слышно, прижимая колени к груди и обнимая их двумя руками. — Это нечестно, папа. Ты должен был мне все рассказать.

С этими словами я уснула и проснулась спустя час от того, что кто-то яростно тряс меня за руку.

— Джуди, проснись! — прошептала Обри у моего уха. — Ну же, вставай!

Я недовольно приподнялась со своей кровати и, полусонная, проследовала за девчонкой, что бесшумно преодолела все расстояние от нашей кровати до волшебной двери. Я же, напротив, спотыкалась о каждую попавшую на пути кровать, тем самым едва

ли не разбудила других учениц.

— Преподаватели уснули, пора идти, — пояснила эльфийка и вышла через волшебную дверь наружу.

В коридоре было темно и безлюдно, прохладный ветерок задувал через открытые окна, и только светлячки время от времени летали по коридору.

— Марлен разозлится, если узнает, что они нарушают правила, — говорили они, на что я притянула указательный палец к губам, моля их сохранить все в тайне. — Не к добру это, — бурчали они, но просьбу мою выполнили.

— Поторапливайся, — еле слышно проговорила Обри и быстрым бесшумным шагом преодолела расстояние от коридора до чёрной деревянной двери, которую я едва ли сумела разглядеть.

Позади неё велась длинная, ничем не освещённая, лестница, по которой страшновато было спускаться.

— Следуй за мной и не прикасайся к стене! — молвила Обри и тут же поспешила объясниться: — Поговаривают, в потайных коридорах школы прячутся призраки умерших пленных. Насколько мне известно, во время Лютера Ленца всех эльфов, обвинённых в предательстве, муровали в этих стенах. В то время народ не доверял своему королю и часто устраивал восстания. Это было страшное время, эльфы, словно обезумевшие, начали уничтожать природу. После этого появился род черноборцев.

— Что будет, если прикоснуться к стенам? — поинтересовалась я, не осмелившись двинуться с места. Я даже не могла разглядеть кончик своего собственного носа.

— Ты разбудишь призраков, — прошептала Обри, беря меня за руку.

Наверное, она исследовала этот коридор вдоль и поперёк ещё при свете дня, ибо двигалась весьма уверенно.

— Почему здесь так темно? — спросила я, едва ли не полетев кубарем вниз.

— Осторожно, — шикнула та. — Призраки могут проснуться даже от маленького лучика света.

— И ты мне об этом говоришь только сейчас?

— Если бы я сказала тебе это раньше, ты бы не согласилась пойти со мной к мудрецам. Но этот коридор — единственное место, куда даже сами учителя бояться приходить.

— Здешние призраки так ужасны?

— Нет, — с грустью молвила та, — они несчастны. Они не тронут тебя и не будут убивать, а лишь попросят о помощи. Если быть точнее, то они поднимут на уши весь замок своими криками.

От услышанного я вздрогнула и поёжилась, всем сердцем сопереживая тем эльфам, что застряли в стенах этого замка. Кто только додумался обосновать школу в замке, в чьих стенах замурованы пленники?

— Пойдём скорей, — вернулась она к прежней теме. — У нас осталось не так уж и много времени.

Волей-неволей, но мы преодолели весь путь этого жуткого коридора. Время от времени мне слышались охрипшие голоса, но я всеми силами пыталась убедить себя в том, что все это мне только кажется.

Стоило нам только открыть дверь и выйти наружу в мрачную, слабо освещённую комнату, как послышались женские приглушенные голоса. Один из них принадлежал моей бабушке, Эрме Фейербах, а другой, более суровый и требовательный — директрисе, Марлен Миллер.

Мы спрятались за высокой деревянной стойкой и, периодически выглядывая из-под

неё, стали прислушиваться к их разговору.

— Этого не может быть! — кричала Марлен. — Я вам не верю!

— Но все сводится именно к этому, — спокойно молвила бабушка. — Думаю, все было запланировано заранее.

— Полагаете, наследник жив?! — женщина нахмурила брови то ли от возмущения, то ли от негодования.

— Природа никогда не ошибается, — прошептала еле слышно незнакомая для меня эльфийка, задумчиво перемешивая свой сахар в чае. — Дитя живёт в Эльфериуме, об этом знает каждый мудрец.

— Уэсли Эберт убил наследника! — выкрикнула Марлен, на что Эрма тут же воскликнула:

— Мой сын никого не убивал! Сколько раз я должна вам повторить, чтобы вы наконец-то это поняли? Мудрецы чувствуют изменения в природе, они ощущают силу, которая исходит из колдовского цветка. Все это указывает на то, что наследник престола жив!

— Тогда покажите мне его, — выдала директриса. — Пусть этот мальчишка появится перед народом и наденет на свою голову корону, возьмёт в руки меч Лютера Ленца и подымет его перед Святым деревом. И лишь когда все три колдовских орудия засияют золотым светом, я поверю вашим словам и признаю свою ошибку. Хотите доказать невинность своего сына — предоставьте факты!

С этими словами она развернулась и быстрым раздражённым шагом вышла из комнаты. Повисла гробовая тишина, но и она длилась недолго.

— С каждым разом становится все сложнее, — устало прошептала бабушка. — Даже если бы я ей рассказала правду, она бы мне не поверила.

— Её можно понять, — уверяла старая эльфийка с морщинистой кожей. — Марвин ничего не рассказал ей о своих планах, не сказал, что принимает другую сторону. Наверняка он знал, что Марлен все это не одобрит.

Бабушка вновь устало вздохнула и присела напротив своей собеседницы.

— Эрма, дай ей время, вот увидишь, вскоре она сама поймёт, что произошло на самом деле, — молила старушка. — Просто сейчас она все ещё носит траур и не видит всей правды.

— Наверное, ты права.

— А разве когда-то было иначе?

Бабушка, мило улыбаясь, поднялась со стула, который, как показалось мне, готов был развалиться в эту же секунду, и заявила:

— Думаю, мне тоже уже пора идти. Время позднее, а мы и так здесь слишком задержались.

— Ты ведь знаешь, что я всегда буду тебе здесь рада, — голубоглазая дама сверкнула своими глазами и посмотрев на дверь, прошептала: — Природа и в самом деле никогда не ошибается — наследник в Эльфериуме.

— Ты его чувствуешь? На что это похоже?

— На возрождение, — улыбнулась та. — В этот раз магия вдвое сильнее, чем обычно. Не могу пока сказать с полной уверенностью, но, думаю, Эльфериуму грозят перемены.

— Какие именно?

— Все зависит от наследника, — пожала та плечами и поставила опустошённую чашку на стол.

Эрма, понимая, что эльфийка устала не меньше её, вежливо поклонилась и вышла из библиотеки, пообещав напоследок вновь прийти сюда.

Как только дверь закрылась, старая дама развернулась в сторону нашего укрытия и заявила хриплым, но все же добрым голосом:

— Что это вы там делаете в столь поздний час? Родители вам не говорили, что подслушивать чужие разговоры нехорошо?

— Простите, — Обри, показавшись перед эльфийкой, виновато наклонила голову и уставилась на свою обувь. — Мы не знали, что сегодня к вам кто-то придёт.

— Само собой, — выдала она и переключила внимание на меня. — Полагаю, ты и есть Джуди Эберт.

Я еле заметно кивнула и осмотрела её с ног до головы. Женщина была разодета в бежевое длинное одеяние, больше похожее на мантию или длинный-предлинный халат. Её седые пышные волосы были небрежно собраны в пучок, на носу красовались очки, а на шее сияла эльфийская отметина — лилия.

— Меня зовут Ия Лагранж, — представилась она, рукой приказывая мне подойти ближе. Я неуверенно направилась в её сторону, нервно покусывая нижнюю губу. Стоило мне только приблизиться к ней максимально близко, как она тут же положила на мои плечи свои худощавые руки и, внимательно заглянув в глаза, заявила: — Я рада познакомиться с тобой, Джуди. Когда твой отец был того же возраста, что и ты сейчас, он всегда твердил мне о том, что будет прилежным учеником и станет служить народу. Надеюсь, ты последуешь его примеру и быстро догонишь остальных учениц.

— Вы знали моего отца? Но мальчики ведь не учатся в этой школе, — вспомнила я.

— Верно, — кивнула она, — но и мудрецы не сидят на одном месте.

Она вновь добрым взглядом осмотрела моё лицо и заверила:

— Ты рождена быть среди эльфов. Это у тебя в крови.

— Но я ведь не чистокровная эльфийка, — с грустью напомнила я.

— Неважно, кто твои родители, важно лишь то, что ты думаешь о себе и кем стремишься стать. Уверяю тебя, в школе есть сотня дам, что не считают твоего отца изменником, и знаешь почему? — я отрицательно помотала головойиз стороны в сторону. — Потому что им известна правда.

— О какой правде идёт речь? — поинтересовалась Обри.

— Джуди, твой отец не убивал наследника, — серьёзно глядя на нас, заявила старая дама. — Напротив, он спас мальчишку и унёс в долину Струн, чтобы королевская гвардия не тронула его. Сейчас, когда магия эльфов слабеет, Эльфериум нуждается в наследнике, но как бы мы не пытались, никто не может найти королевское дитя. По всей видимости, Уэсли применил очень сильную магию, чтобы замести следы. Периодически мы, мудрецы, чувствуем наследника, уверена, время от времени он выходит из своего укрытия. Возможно, ему самому нужны силы…

— Наследнику угрожала опасность? — продолжила спрашивать девчонка. — Почему возникла необходимость его спасть? Почему Уэсли Эберт бежал от стражников? Он ведь тоже служил при дворе.

— Этого я не знаю, но могу предположить, что сам король, скончавшийся в тот день, велел ему это делать.

— Король?! — удивлённо воскликнула Обри.

— Слышала, в тот день стражники устроили бунт и напали на короля. Уэсли, как правая рука Лютера Ленца, стал на его защиту, но кто-то украл у него скрипку, и потому тот не смог использовать всю свою силу, чтобы защитить правителя.

— Как скрипкой можно кого-то защитить? — удивилась я, посчитав, что дама говорит какую-то несусветную чушь, но в следующее мгновение вспомнила сон, где папа умело руководил животными в лесу, и тут же поняла — сон тоже был правдой. — Сколькими инструментами может владеть эльф?

— Лишь одним и, ко всему прочему, собственноручно сделанным, — пояснила Ия. — Как правило, существуют лишь пять колдовских инструментов: меч, лук со стрелами, флейта, колдовская книга и скрипка.

— Меч есть у каждого члена королевской гвардии, — продолжила Обри, — Лук со стрелами достаётся художникам, флейта — целителям или, если излагаться по-людски, лекарям, книга — мудрецам, а скрипка — создателям или так называемым мастерам.

— В Святой день, когда эльфы заканчивали свой учебный год, король созвал их всех в свой замок, чтобы выбрать для своей армии новых солдат, — продолжила старая дама, задумчиво наклонив голову набок, будто пытаясь вспомнить тот день до малейших подробностей. — Твой отец сделал просто грандиозное шоу с помощью своей скрипки, любой эльф или животное подчинялись ему, что, разумеется, заинтересовало короля. Несмотря на то что после дня Распределения Уэсли должен был присоединиться к создателям, король пригласил его в свой замок и сделал главнокомандующим королевской гвардии.

— Но ведь папа был не единственным эльфом, относящимся к мастерам, — подытожила я. — А значит, не только он мог колдовать с помощью скрипки. Значит ли это, что короля заинтересовало вовсе не его грандиозное шоу?

Старая дама заинтересованно прищурилась и посмотрела на меня так, словно я была открывателем нового мира, неведомого никому прежде. Значит ли это, что мои домыслы верны?

— Что, по-твоему, могло заинтересовать короля? — вновь спросила Ия Лагранж, но я не знала, что ответить, потому просто пожала плечами и задумчиво опустила голову вниз.

Дама шумно поднялась со скрипучего места, подошла к запылённому стеллажу с книгами и за считанные секунды, с помощью высоченной лестницы, поднялась на самую высокую точку.

— Куда же я его положила? — бурчала она себе под нос, в то время как мы с опаской глядели на шатающуюся лестницу. Как бы она не упала с неё. — Нашла! — торжественно воскликнула она, показывая нам книгу в коричневой потёртой обёртке.

— Что это? — поинтересовалась я, как только эльфийка спустилась вниз и протянула мне свою находку.

— Дневник твоего отца, — спокойным тоном произнесла она. — Уверена, в нем есть ответы на все вопросы.

— Вы его читали? — поинтересовалась я, быстро перелистывая шершавые страницы книги.

— Нет, — уверяла Ия. — Уэсли вёл записи на музыкальном языке, который мне, к сожалению, не известен. Я подумала, что, может, ты сможешь понять, что в нем написано.

— Но я не знаю этого языка, — нахмурилась я и протянула книгу назад, но та не приняла её.

— Если повезёт, и ты познаешь магию колдовской скрипки, то ты с лёгкостью сможешь прочитать этот дневник. Языки природы, а в том числе и музыки, знают лишь избранные эльфы. Среди них — короли Эльфериума.

— Но Уэсли Эберт не был королём, — воспротивилась Обри, которая все это время молча стояла в сторонке. — Как он мог различать голоса?

— В этом то и заключается вопрос, — прошептала Ия, не сводя с меня пристального взгляда.

Глава 5. Таинственный незнакомец

К тому времени как настало время просыпаться всем остальным ученицам, мы уже лежали в своих кроватях и старательно делали вид, что спим. Поверили нам или нет не имеет значения, ведь Марлен Миллер завидев нас ничего нам не сказала, а значит она ничего и не знала.

— Поторапливайтесь! — велела она ученицам.

После того как мы все были готовы и собраны должным образом, нас отвели в библиотеку, где не было видно не единого мудреца.

В плохо освящённой комнате со стороны в сторону расхаживала директриса и моя бабушка Эрма Фейербах. Обе вели себя довольно отстранённо и не обращали на нас особого внимания, что позволила нам время от времени тихонько перешёптываться между собой.

Тем временем дамы периодически бросали на друг друга косой взгляд, но и слова не произносили из того о чем на самом деле думали.

— Джуди Эберт, — позвала меня Марлен Миллер, остановившись возле моего рабочего стола.

Я нервно взглянула на сидевшую передо мной Мэри, что испугалась не меньше моего из-за столь неожиданного появления директрисы.

«Неужели она обо всем узнала?» — читалось в глазах девчонки.

— Где твоя школьная форма? — спросила эльфийка после чего я облегчённо выдохнула.

— Мне её ещё не выдали, — тихо-тихо ответила я, понурив голову.

— Миссис Фейербах, — позвала она бабушку, которая не менее напряжённо наблюдала за происходящим.

— Что-то не так, мисс Миллер? — уточнила Эрма походя к нам ближе и говоря на два тона тише, чтобы не привлекать излишнее внимание.

— Прошу позаботьтесь о форме новой ученицы. В школе не положено расхаживать в людской одежде, — на последних словах она презрительно смерили меня холодным взглядом и продолжила. — Занимайтесь с Джуди Эберт индивидуально до тех пор пока она не догонит по программе остальных учениц.

— Слушаюсь, — с лёгким поклоном ответила она и взяв меня за руку, вывела из библиотеки.

Стоило нам покинуть приделы столь огромной комнаты, как бабушка облегчённо выдохнула и молвила:

— Я боялась что она исключит тебя из школы.

— Есть на то причины? — поинтересовалась я, забеспокоившись о том, что все узнали о нашем начнём похождении, а соответственно нарушении правил школы.

— Родители обеспокоены тем, что ты учишься вместе с их детьми, — призналась она, продолжив следовать в неизвестном для меня направлении. — Они бояться, что Уэсли вновь нарушит закон и навредит королевству. Думают он снова что-то замышляет. Эльфы беспокоятся о будущем наследнике, никому кроме короля неизвестно начал ли он вообще расти.

— Но ведь папа не убивал кронпринца, он его спас! — возмущённо воскликнула я.

— Ты все слышала? — не особо удивилась эльфийка. — Я даже рада этому. Ты заслуживаешь знать всю правду.

— Что на счёт дневника? — вспомнила я. — Кто-то кроме папы может его прочесть?

— Мы с Ией наведались ко всем мудрецам и создателям, которые могли знать музыкальный язык природы, но никто из них не смог прочитать написанное твоим отцом.

Я разочарованно вздохнула и опустила плечи. Мы должны были что-то предпринять, к отцу я не могу приехать, да и он сюда вернуться тоже…

— Арабелла Пелинбур! — воскликнула я радостно. — Она ведь его побратим. Что если ей что-то известно?

— Вполне возможно, — не отрицала эльфийка. — Они всегда проводили время вместе, уверена, Уэсли что-то да рассказал ей о замыслах короля. Должна была быть причина всему этому.

— С Арабеллой я смогу встретиться лишь в Святой день, — вспомнила я. — Когда он наступит? Долго ли ещё ждать?

— Святой день это своего рода людской выпускной, ученики заканчивают свой учебный год, а наследник, растущий в цветке, становится на год старше.

— Как долго вы ждёте его появление на свет?

— Более трёхсот лет, — пояснила бабушка остановившись перед аркой на которой росли пионы. — Кронпринц рождается ровно в тот день, когда умирает его предшественник. Твоего отца обвиняют не просто в убийстве наследника, его обвиняют в убийстве короля. Поговаривают если за ближайшие пять лет королевское дитя не будет найдено, Уэсли Эберта убьют и замуруют в стенах королевского замка.

— Что их остановило сделать это пять лет назад?

— Во-первых, внезапное исчезновение твоего отца, а во-вторых, пророчество мудрецов о возвращении наследника.

— Что ещё сказано в пророчестве о продолжателе эльфийского рода? — поинтересовалась я в мыслях выискивания загвоздку во всем происходящем.

— Не могу сказать точно, пророчество меняется каждый день, никто не знает наверняка, что будет когда королевское дитя вернётся и займёт своё законное место. Мы знаем лишь одно — от наследника зависит существование всего Эльфериума.

Понимание того, что жизнь отца зависит от никому невиданного прежде мальчишки, повергла меня в шок. Мне хотелось покинуть школу, нарушить установленные здесь правила и отправиться на поиски наследника престола, но бабушка, понимая ход моих мыслей, всячески пыталась меня отговорить, ссылаясь на то, что если королевская гвардия не смогла найти эльфьское дитя, то мне и подавно с этим не справиться. В какой-то степени она была права, но я не хотела этого признавать и всяческим способом жаждала помочь отцу.

— Мне нужно встретиться с Арабеллой Пелинбур, — стояла я на своём. — Уверена, она сможет мне помочь. Нам известно столько информации о произошедшем в тот день, а ей известно все о моей отце.

— Если она, как ты утверждаешь, все знает о Уэсли, то и о его планах тоже. По крайней мере, так было раньше, до того, как он бесследно исчез, — подытожила Эрма. — А ведь она не меньше меня была огорчена тем, что он не посветил нас в свои планы. Мы ведь могли покинуть Эльфериум вместе с ним.

— Значит произошедшее касалось только королевских дел. Возможно король и в самом деле приказал ему спрятать наследника от остальных. Так как это королевская тайна, папа не имел права разглашать её остальным, даже своему побратиму, ведь так?

Бабушка кивнула в знак подтверждения и признала мою правоту.

— Ты права, Джуди. Арабелла заслуживает знать правду. Она и в самом деле может нам помочь, по крайней мере ей разрешено покидать Эльфериум. Как только Ия Лагранж вернётся в школу я расскажу ей о наших замыслах. Не беспокойся, мы обо всем позаботимся. Ты же можешь написать письмо своим родителям, а Арабелла доставит его им.

— Сейчас же этим и займусь, — улыбнулась я, взяв в руки перо и чистый листок бумаги.

«Дорогая мама и папа, в связи с недавними событиями я не могу не признать того, что я злюсь на вас из-за вашего умалчивании о моем происхождении. Как ни как, но вы должны были предупредить меня о том, что я наполовину эльф. Теперь, когда меня забрали в эту ужасную школу, в стенах которых замурованы призраки, я все больше начинаю сомневаться в том, что это все правда.

Едва ли не все здешние дети и учителя меня ненавидят, обходят стороной и постоянно шепчутся за моей спиной…

Папа, что происходит на самом деле? Почему все называют тебя предателем и изменником? Ты ведь не убивал наследника, ведь так? Мудрецы поговаривают ты его просто спрятал… Но где? Папа, мне страшно, эльфы постоянно от меня чего-то ждут, наверное думают, что я подпалю школу…

Ия Лагранж отдала мне твой дневник, говорит, что я могу прочитать его, но я не знаю языка, которым он написан. Откуда тебе известен язык природы? Ты ведь не королевское дитя, но тогда кто ты и кто я? Что вообще здесь происходит? Куда пропал кронпринц? Как мне его найти?

Прошу, ответь мне.

P.S. Я ужасно по вам соскучилась.

С любовью, в ожидании ответа, ваша любящая дочь, Джуди Эберт».

Как только с письмом было покончено бабушка выдала мне школьную форма — белое платье из шелка, после чего мы приступили к самому обучению. За шесть непрерывных часов бабушка объяснила мне иерархию эльфийского королевства, рассказала школьные правила установленные в старинном замке и объяснила почему феи не живут вместе с эльфийским народом. Как оказалось эти две магические расы частенько враждуют между собой и бывает даже похуже нежели эльфы с черноборцами. А все потому, что каждый видит себя главным в этом мире и не желает уступать королевское место. К слову об этом, раньше сотню лет до н. э. у эльфов и фей было две королевы — Флора и Фауна. Они были как две капли похожи друг на друга, но различались своими природными колдовскими способностями. В то время как Флора слышала голоса природы, Фауна понимала лишь животный мир. Все думали, что из-за этого они будут враждовать друг с другом, но они умело объединяли свои силы ради единого королевства — Эльфериума, которые после смерти своих правительниц был раздел на две части, одна из которых теперь принадлежит эльфам, а другая — феям. С недавних пор небольшую часть королевства заняли черноборцы славившиеся своей смертоносной силой.

— Некоторые эльфы, занимавшие важное место в нынешнем правлении королевством, отвергают существование Флоры и Фауны, считая, что основателем Эльфериума есть и будет только один король — Лютер Ленц, — продолжила рассказывать Эрма Фейербах. — Возможно тебе покажется странным, но всех последующих правителей называли этим же именем. Так эльфы выражают своё почтение к королю, они верят, что его имя приносит удачу.

— В самом-то деле? — удивилась я.

— Я не отношусь к числе этих верующих, — нахмурилась она, — и придерживаюсь мнения о том, что основательницами Эльфериума были Флора и Фауна. Хоть они и исчезли бесследно, я верю в их существование.

— Бесследно? — переспросила я. — Ты же говорила, что они умерли.

— Такой версии придерживают все учителя, но уверю тебя они были слишком сильны, их невозможно было убить ни одной эльфийской магией.

— Тогда что могло их погубить?

— Разве что только одно ужасное человеческое чувство.

— Какое?

— Любовь.

— Но что ужасного может быть в любви? — удивилась я не совсем понимая к чему она клонит.

— Никто из эльфов не способен на любовь, — призналась бабушка. — Мы можем испытывать только привязанность к кому-то, но не более. Поистине родственные души встречаются крайне редко. Мудрецы поговаривают, что их колдовские отметины на шее сияют стоит им только приблизиться друг к другу. По правде говорят мне ещё никогда не доводилось видеть это в живую, поэтому я не особо верю в эти сказки.

— Значит папа и мама на самом деле не…

— Думаю Уэсли просто позволяет ей любить себя, хотя кто его знает, — бабушка задумчиво почала плечами и продолжила. — Думаю, он отправился в человеческий мир только, чтобы ты была в безопасности.

— Разве мне что-то угрожает?

Не успела бабушка ответить на мой вопрос, как в комнату ворвалась молодая девушка на высоких каблуках и в голубом, словно безоблачное небо, платье. Она извинилась за внезапное вторжение и попросила уделить ей пару минут, сама то она всем видом показывала, что случилось что-то ужасное и это что-то требует немедленного вмешательства.

— Появились срочные дела, — уклончиво начала бабушка хмуря брови, — отдохни пока или прогуляйся по саду пока я не вернусь.

— Хорошо, — ответила я, но меня уже никто не слышал.

Обе дамы поспешно удалились прочь, я же совершенно не понимая, что к чему, осталась сидеть на том же месте, на деревянном стуле, что порядком предательски скрипел и самую малость действовал мне на нервы. Неужели за столько лет в школе не могли подчинить мебель? Я шумно встала со стула, но наткнула на чуть-чуть приподнятую деревянную дощечку на полу. Оказалось это была не просто очередная поломанная вещь в замке, а потайной туннель, который вёл черти знает куда.

— Что если и там есть призраки?

Как и следовало ожидать, моё любопытство побороло все сомнения. Я, не зная, что меня ждёт в этом тёмном туннеле, спустилась по небольшой деревянной лестнице вниз и на ощупь попыталась найти выход. Я трижды ударилась лбом о стены, дважды влезла в паутина и полетела кубарем вниз не заметив спуска, но все же преодолела этот долгий путь и вышла на зеленную поляну, на которой росли цветы, чей запах дурманил и щекотал ноздри.

— Ухты, — восхищённо прошептала я, внимательно осматриваясь по сторонам.

В небе летали ласточки, периодически спускавшиеся вниз, вблизи меня парили бабочки, а вдали виднелся закат и громадного размера хвойный лес.

— Девчонка! — послышался мальчишеский голос неподалёку от меня.

Я нервно вздрогнула и оглянулась. У входа из которого я вышла, стояло длинное ограждение из колючей проволоки. Ей богу, как в тюрьме.

— Кто ты такой? — спросила я, нахмурив брови.

Эльф в точности повторил мои движения и придвинулся ближе к ограждению. Я рассмотрела его повнимательнее и заприметила, что он был лет так на два старше меня. Его одежда была того же цвета, что и моя — белая, как снег; на шеи красовалась эльфийская отметина — кленовый лист, а из-под коротких волос выглядывали небольшие заострённые уши.

— Элиот Грей, — преставился мальчишка и протянул руку через сломанную на краю решётку, — ученик школы Боевых искусств им. Лютера Ленца. А ты я полагаю…

— Джуди Эберт, — прервала я его и поспешно пожала руку.

— Твой отец, часом, не Уэсли Эберт? — я кивнула и он удивлённо приподнял свои светлые брови.

— Не смей говорить, что мой отец предатель, — заявила я прежде, что он успел что-то сказать, — тебе не известна вся правда.

— Я и не собирался, — спокойно ответил он, чем крайне меня поразил. — Просто мне казалось, что род Эбертов больше не имеет потомков. Однако я ошибался.

Бледнокожий эльф с платиновыми волосами смерил меня долгим взглядом, но вовсе не злобным или ненавистным, а скорее заинтересованным и любопытным.

— А вы и впрямь с ним очень похожи, — неожиданно выдал Элиот заглянув мне в глаза.

— Похожи с кем? — поинтересовалась я.

— Что ты здесь делаешь? — не ответил он на мой вопрос. — Разве ученицам школы Колдовских искусств разрешено выходить за приделы замка?

— Приделы замка? — удивилась я и оглянулась назад.

— Это граница двух школ, — добавил эльф.

И в самом деле, отсюда едва ли можно было полностью разглядеть столь величественную архитектурную постройку. Я только видела верхушку замка и королевского орла сидящего на ней.

— Король снова прибыл в замок? — вновь удивилась я и не на шутку занервничала, как бы он вновь не позвал меня на аудиенцию.

— С чего ты взяла? — не понимал мальчишка, но я, впрочем, как и он минутой раньше, оставила его вопрос без ответа.

— Мне нужно идти, — поспешно пролепетала я и готова была уже вернуться обратно в туннель, но обернулась и в надежде спросила: — Что тебе известно о моем отце?

— Лишь только то, что он не убивал наследника, — заявил Элиот голосом полным уверенности.

Я оживлено приподняла брови и радостно воскликнула:

— Значит ты не считаешь его изменником?

— Нет, — ответил он и добавил: — Мой отец служил в армии твоего отца и был в хороших с ним отношениях. Мама говорила, что папа уважал Уэсли Эберта и доверял ему, как своему лучшему другу, поэтому я тоже доверяю семье Эбертов. Наша семья в долгу перед твоим отцом.

— И чем же вы нам обязаны?

— Жизнью.

Мне до жути хотелось расспросить эльфа о том, что ему известно, о том, что рассказывала ему его мама и что такого могло произойти раз уж семья Грея обязана моему отцу жизнью, но интуиция подсказывала мне, что нужно немедленно возвращаться в школу.

— Мне нужно идти, но мы можем встретиться с тобой завтра?

— Если мне удастся скрыться от стражников, то вполне возможно.

— Тогда увидимся здесь завтра на закате, — крикнула я и убежала прочь, не дав ему возможности ответить на мои слова.

Когда я вернулась в замок ни бабушки никого другого по близости не было, но за дверями тихой уютной комнаты творился хаос, эльфийки бегали со стороны в сторону, а учениц быстро загоняли по своим комнатам.

— Что происходит? — спросила я у первой попавшейся на пути девочки. — Из-за чего такая суматоха?

Она недоверчиво окинула меня взглядом, нахмурила брови, но все же пояснила:

— Поговаривают черноборцы вновь напали на Лиор. В столице сейчас идёт бойня. Марлен Миллер беспокоиться, что на школу нападут, ведь мы находимся совсем близко от сражения.

— Но почему они напали на Лиор. Какова их цель?

— Полагаю они ищут наследника, — ответила девчонка и убежала прочь я же занялась поиском Мэри.

Её я нашла неподалёку от библиотеки она с суровым взглядом отбирала дневник моего отца от какой-то старшеклассницы с фиолетовыми волосами. Зачем ей понадобился этот дневник.

— Отдай его сейчас же, — процедила Мэри сквозь зубы. — Он не твой.

— Но и не твой тоже, — парировала та. — Где ты его взяла? Украла?

— Ничего я не крала!

— Отдай мой дневник! — сурово молвила я скрестив руки на груди.

Девочка, выглядевшая лет так на десять, смерила меня презрительным взглядом, возмущённо прыснула, но все же перестала вырывать с рук Мэри дневник.

— Значит ты была инициатором кражи? — продолжила она. — Я доложу об этом директрисе, она накажет вас по всей строгости закона!

— Зачем ты говоришь то чего не знаешь? — спросила я её удивившись своей смелости. — Я имею право хранить этот дневник у себя!

— Будешь объяснять все это на совете, меня не интересуют твои оправдания, впрочем, как и ты сама.

С этими словами она довольно ухмыляясь зашагала прочь от нас вовсе не беспокоясь о том, что сейчас твориться в школе.

— Вот же наглая девчонка! — возмущённо молвила Мэри осматривая дневник со всех сторон, будто проверяя нет ли на нем повреждений.

— Что произошло? — поинтересовалась я забирая дневник.

— Она видела, как мы ночью пробрались в библиотеку и как после этого ты вынесла оттуда дневник, — пояснила она. — Сначала она просто угрожала мне наказанием, но потом ворвалась в нашу комнату и перерыла все вещи, пока не нашла то, что искала.

— Думаешь она расскажет все Марлен Миллер?

— Не знаю зачем ей это нужно, но скорее всего она так и поступит. Может нам лучше вернуть дневник в библиотеку, а то и со школы могут исключить за такое.

— Но ведь я ничего не крала, Ия Лагранж сама отдала его мне.

— Но мы пробрались в библиотеку поздно ночью, когда покидать свои комнаты запрещено! — напомнила девчонка.

— Но тогда не мы одни нарушили школьные правила, — проанализировала я посматривая в ту сторону в которую ушла старшеклассница. — Если она все расскажет, то ей тоже придётся объясниться почему она не спала той ночью, а бродила по школе.

Не успела девочка ничего ответить, как из неоткуда появилась директриса и велела немедленно вернуться нам в свои комнаты.

— Вам совсем не дорога ваша жизнь? — в привычной презрительно манере спросила она приподнимая свою тонкую бровь вверх. — Может вы хотите лично побороться с черноборцами или ещё хуже, присоединиться к их рядам?

— Нет, — в один голос воскликнули мы и побежали в свою комнату, которая по словам здешних учителей, наделена достаточной магией, чтобы нас защитить.

Около часу мы сидели в полной тишине и выжидали нападения темных эльфов. Но они прибыли в школу лишь на третьем часу нашего пребывания в этой комнате.

Услышав мощный удар по крыш замка мы резко повставали со своих мест и переглянулись между собой.

— Началось, — тихо-тихо прошептала Мэри и все ученицы, прижавшись друг к другу, забились в самый дальний угол спальни, выжидая пока бойня закончится.

В комнате царила гробовая тишина, никто ничего не спрашивал, никто не плакал и не дрожал от страха, хотя в глазах каждой из них читался страх.

Я, не зная всех обычай здешней школы, да и самого Эльфериума следовала примеру Мэри и сидела тихо, словно мышь загнанная в ловушку. Но в глубине души я всем сердцем желала выбраться наружу и взглянуть на черноборцев, чьё одно лишь имя навеивает на эльфов страх.

Прошёл ещё один час. Сидеть в том же положении стало просто не выносимо. Я потрясла Мэри за руку указала пальцем на дверь, тем самым давав понять, что я хочу выбраться наружу, но девочка упёрто замотала головой со стороны в сторону, приложила указательный палец к губам и велела сидеть на месте.

Я разочарованно опустила голову на свои руки и с неимоверным любопытством стала рассматривать их, словно они были золотыми, никак иначе.

Когда за окном совсем стемнело и эльфийки улеглись спать, я все ещё находилась в бодрствующем состоянии и все так же хотела покинуть приделы этой угрюмой серой комнаты, стены которой дрожали от каждого очередного удара. Небось черноборцы решили камнями и деревьями покидаться.

Прислушавшись к тихому сопению учениц, я тихонько пробралась к двери и не долго думаю, вышла наружу. Там творил хаос и беспорядок, стены были разрушены, крыши поломаны, картины сожжены, а цветы в безобразном порядке разбросаны по полу.

— Как они посмели с помощью смерча нападать на школу? — послышался женский голос из соседнего кабинета, дверь которого была вырвана с петель.

Рядом с этой незнакомкой в комнате находилась Марлен Миллер, Эрма Фейербах и ещё три эльфийки, которых мне ещё не доводилось видеть прежде.

— Ведь в школе есть дети, — продолжала все та же дама, возмущённо скрестив руки на груди.

— Никто не пострадал и это главное, — уверяла другая дама, с зелёными длинными волосами.

— Пострадала школа! — воскликнула директриса. — Этот замок был построен ещё при Лютере Ленце, а эти черноборцы его разбили в дребезги.

— Они думали, что здесь прячется наследник, — парировала незнакомка.

— Но его здесь нет! — воскликнула Марлен. — Разве это не очевидно? Эта школа предназначена только для девочек. С чего они только взяли, что он будет спрятан здесь?

— Потому что птицы собрались вокруг школы и летали над ней целую ночь. Это и привлекло черноборцев, — пояснила Ия Лагранж, появившаяся из неоткуда. Она прошла мимо меня, но не раскрыла моего укрытия, лишь сделала вид, что меня здесь нет.

— Какое отношение ко всему этому имеют птицы? — удивилась зеленоволосая дама.

— По поверью, птицы лучше всех нас чувствуют наследника, они собираются вокруг него всякий раз, когда тому нужна помощь, — продолжила объяснять она. — Возможно наследник и в самом деле был этой ночью в школе, но к сожалению, никому не удалось его обнаружить.

— Слышала птицы кружили всю ночь и возле школы Боевых искусств, — сообщила незнакомка с фиолетовыми глазами. — Значит ли это, что наследник выходит из своего укрытия только ночью?

— Но почему он скрывается от нас? Чего боится? — спросила одна из эльфиек, после чего все на мгновение умолкли.

— Возможно королевское дитя боится, что его убьют, как и Лютера Ленца? — не сдержалась Марлен. — Любой бы на его месте боялся…

— Хотите снова осквернить моего сына?! — не сдержала бабушка. — Вы ведь не знаете правды!

— Тогда расскажите мне её, — спокойным тоном продолжила та. — Что известно вам и чего неизвестно мне?

Эрма злобно сжала зубы, но не ответила на её вопрос, поэтому эту тишину Марлен приняла, как за свою победу.

— То-то же, — довольно усмехнулась директриса и добавила: — Когда же вы поймёте, что без доказательств вам не оправдать своего сына?

— Если я найду наследника и приведу его сюда, Уэсли сможет вернуться в Эльферуим? — поинтересовалась Эрма.

— Как знать, — задумчиво пожала Марлен плечами. — Даже если он не убивал наследника, именно по его вине он бесследно исчез. К тому же, мы не должны забывать о том, что Уэсли Эберт также виновен в смерти короля.

— Вранье! — с возмущением выкрикнула бабушка скрестив руки на груди. — Нет доказательств того, что он убил Лютера Ленца!

— Но так же нет доказательств подтверждающих его невиновность, — парировала директриса. — Миссис Фейербах, прошу впредь не начинайте этот разговор, каждый из нас знает за что ваш сын был изгнан из Эльфериума. Если вы и в самом деле хотите доказать его невиновность, найдите наследника престола. Только тогда я признаю свою неправоту и лично извинюсь перед вашем сыном за свои слова.

С этими словами она победоносно вышла из комнаты, а следом за ней ушли остальные незнакомые мне эльфийские дамы.

— Теперь Арабелле все известно о происходящем, — неожиданно заявила Ия Лаграндж.

— Когда ты успела с ней встретиться? Я ведь только пару часов назад рассказала тебе о нашем плане, — удивилась бабушке не меньше моего.

— Доставляла письмо королю, а по дороге встретилась с миссис Пелинбур, — пожала плечами старая дама. — Она очень разгневалась узнав всю правду. Сказала, что после того, как Уэсли Эберт начал служить в королевской гвардии, он перестал делиться с ней своими планами на будущее. Да и виделись они крайне редко. Говорила, что он даже не предупредил её о том, что собирается покинуть Эльфериум. Но теперь, когда она знает место его проживания, Арабелла согласилась отвезти переданные вами письма к нему и разобраться в произошедшем во чтобы то не стало, — утверждала Ия Лагранж. — Думаю ему хорошенько от неё влетит. Видела бы ты её лицо, она выглядела сердитее любого черноборца.

— Главное, чтобы Уэсли рассказал ей все, что ему известно о наследнике. От королевского дитя зависит жизнь моего сына. Уэсли должен понимать, что скрываться среди людей всю жизнь — не выход. Его магия слабеет с каждым днём, добром это не кончится.

— Не беспокойся о наследнике, в нужным момент он сам придёт и представится перед народом.

— Тебе что-то известно?

— Совсем немного, знаю лишь, что наследник ждёт нужного момента для своего появления. Он что-то задумал, но к сожалению, мне не известно, что именно.

— У нас есть повод для беспокойства? — взволнованно спросила Эрма, но получив желанный ответ «Нет», облегчённо вздохнула, а я поспешила вернуться в свою комнату.

Следующим утром, все и даже самые маленькие ученицы приводили школу в божий вид. Нас, как самых маленьких, отправили работать в саду, убирать сломанные ветки и цветы, а на их место высаживать новые. Старшим ученицам, которые уже умели грамотно использоваться своими колдовскими инструментами было поручено приводить в прежний вид коридоры и классы. Учителя же занялись перестройкой крыши и всего внешнего вида замка. Наблюдать за тем, как по велению эльфов деревья сами возвращались в прежний вид, было поистине интересно и увлекающее. Мне поскорее захотелось научиться колдовать подобным образом, но не зная даже элементарных эльфийских вещей, не позволяло мне этого сделать.

— Если нападения продолжатся нам тоже начнут преподавать уроки колдовского орудия, — сообщила Мэри.

— Было бы неплохо этому научиться, — призналась я. — Ты только посмотри, что можно делать с помощью колдовского инструмента.

Я указала рукой на пляшущих на поляне эльфиек. Они, приложив ко рту свои золотые и серебряные флейты, играли озорную мелодию и вытанцовывали дивный танец.

— Разве это не здорово? — спросила я и не дожидаясь ответа, продолжила: — Интересно, на что ещё способна эта флейта?

— Мы так долго убираем, — послышался усталый голос ученицы. — Время движется к закату…

— К закату? — воскликнула я и обернулась в сторону заходящего за горизонт солнца.

— Чего ты так удивляешься? — не понимала Мэри. — Нам понадобиться ещё несколько дней, чтобы привести замок в порядок.

Но удивилась я не из-за этого, со всей этой уборкой я совсем позабыла о запланированной встречи с Элиотом, учеником школы Боевых искусств. Надеюсь он не обидится если я немного опоздаю.

— Пойду принесу ещё семян, — молвила я и прежде чем кто-то заметил, что их здесь и так было предостаточно, поспешно убежала в замок.

Все были так заняты делом, что никто не обращал на меня внимание. Это сыграло мне на руку и позволило незаметно пробраться в нужную комнату и за считанные секунды преодолеть большую часть потайного входа. Но на пол пути дышать мне стало так же трудно, как и в гуще дыма, но его нигде не было видно, да и запаха горелого тоже. Коридор оставался таким же мрачным и темным, как и в прошлый раз, не было видно никого поблизости, но моё сердце разрывалось от бешеного сердцебиения, а эльфийская отметина на шее пекла и сияла по неизвестной причине.

Я попыталась взять себя в руки и привести дыхание в норму, но ничего не помогало, я даже с места сдвинуться не смогла. Вдали послышались громкие шаги, кто-то бежал со всех ног ко мне навстречу, так быстро, что сбил меня с ног и на минуту остановившись, молвил:

— Прости, я тебя не сильно ушиб? — передо мной стоял юный эльф, чья колдовская отметина сияла так же ярко, как и моя.

Не успела я рассмотреть его лица, как он тут же исчез, оставив после себя приятный, еле ощутимый весенний запах цветущий сакуры, который ещё долго дурманил мои ноздри.

Мой разум пытался вспомнить, что говорили эльфы о тех, чьи эльфийские отметины сияют в присутствии друг друга, но сердце твердило лишь об одном: «Я знают этого эльфа».

Глава 6. Школа Боевых искусств

Когда я пришла в себя и вспомнила, куда направлялась, солнце уже даже скрылось за горизонтом. Элиота Грея, мальчишки из соседней школы, нигде не было видно. Возможно, он все же был здесь и прождал меня немало времени, но запах лаванды, который исходил от него при нашей первой встрече, я не ощущала.

Ветер тихо завывал вдали, а птицы, притаившись в гуще густых деревьев, наблюдали за мной издалека, но не подлетали близко.

Эта тишина настораживала меня, но в то же время успокаивала. Наконец-то появилась возможность побыть наедине и разобраться в случившемся.

Я провела в лесу всю ночь, думая о парнишке с сияющим кленовым листом на шеи. А потому мне едва ли удалось вспомнить, что пора возвращаться в школу.

По возвращению назад в коридоре я никого не обнаружила, но возле нашей спальни заприметила десяток учителей, которые возмущённо о чем-то разговаривали.

— Пусть только попадётся мне на глаза, и простым наказанием она не сможет отделаться! — уверяла Марлен, сердито хмуря свои тонкие брови. — Вся в отца, он тоже не соблюдал правила и постоянно покидал пределы школы.

— Откуда вам это может быть известно? — возмутилась бабушка. — Вы что, следили за моим сыном?

— Нет. По слухам и так все было понятно.

— Не стоит доверять слухам, — уверяла Эрма Фейербах. — Как правило, они несут искажённую информацию, которая, ко всему прочему, ещё и неверна.

Директриса готова была сказать что-то в ответ, но я её перебила, появившись перед ними с виноватыми усталыми глазами.

— Простите, — первым делом сказала я и поспешно произнесла единственную уместную в этот момент ложь. — Ия Лагранж попросила помочь ей убраться в библиотеке. Я так долго работала, что не заметила, как уснула.

— Что ты делала в библиотеке, когда весь твой класс убирался в школьном саду?! — грозно спросила Марлен Миллер, но на её суровый тон моя спасительница Ия ответила мягким спокойным голосом.

— Джуди не лжёт, — уверяла она. — Я и в самом деле попросила её о помощи. Помощницы, которых вы мне дали, не справлялись с правильной расстановкой книг, а вы ведь знаете, как я придирчива к порядку. Мне показалось, что Джуди могла бы мне помочь. И в самом деле, она отлично справилась со своей работой.

Минуту директриса молча переводила взгляд с меня на Ию и обратно, будто пыталась понять, в чем тут загвоздка.

— Так уж и быть, на этот раз я поверю вам, — вымолвила она наконец и, повернувшись ко мне, добавила: — Отныне я внимательно буду за тобой следить! Глаз с тебя не спущу!

На этих словах эльфийка грозно указала в сторону волшебной двери, как бы пытаясь сказать, что мне уже давно пора спать, и она не уйдёт отсюда, пока не убедится, что я вернулась в свою комнату.

— Доброй ночи, — прошептала я одними лишь губами, а, повернувшись к миссис Лагранж, беззвучно молвила: «спасибо» и зашла внутрь.

У моей кровати сидела полусонная Обри, которая, завидев меня, радостно приобняла за плечи и тихо прошептала:

— Я боялась, что с тобой случится что-то плохое. Директриса подняла на уши всю школу, пытаясь тебя разыскать. Нас загнали в комнаты и велели не выходить из них, пока тебе не найдут. Мы думали, тебя похитили черноборцы…

— Со мной все хорошо, я просто уснула в библиотеке, — прервала я её нескончаемый монолог и рассказала придуманную минутами раннее версию своего места нахождения.

— В самом деле? — не особо веря мне, переспросила она.

Мне безумно хотелось поделиться с ней о произошедшем, рассказать об Элиоте и о том эльфе, с которым я столкнулась в коридоре. Но мы были в неподходящем месте, любая из учениц могла сейчас не спать и подслушивать наш разговор.

— Я так устала, — сказала я чистую правду. — Пойдём-ка спать.

Обри понимающе кивнула и вновь зевнула, широко разинув рот. Вот это ротище, и не скажешь, что этой маленькой девочке всего пять лет.

— Джуди, — позвала меня Обри, когда мы уже легли в кровать и приготовились ко сну, — не исчезай так больше, ладно?

— Обещаю, больше не буду, — ответила я, повернувшись на бок. Но действительно ли мне удастся сдержать своё обещание?

Об этом и обо всем другом я решила позаботиться завтра утром, а сейчас мне хотелось лишь одного — спать.

Следующие два дня мы продолжали убирать школу. Меня перевели работать в библиотеку, подальше от учениц, которые все ещё обходили меня стороной и время от времени шептались между собой о моем отце.

Работать в столь тихой и уютной обстановке было мне только в радость, никто не мешал и не тревожил по пустякам, не было бездумных разговоров, все были заняты делом и не отвлекались на всякую ерунду. Вот только директриса наведывала нас каждый час и проверяла, на месте ли я и выполняю ли работу должным образом.

— Не волнуйся, вскоре ей наскучит постоянно за тобой следить, — уверяла Ия Лагранж. — Марлен никогда не славилась настойчивостью и терпением.

— Я переживаю не из-за этого, — призналась я.

— Боишься, что наследник не примет свой титул и не вернётся назад?

Я кивнула в знак подтверждения и добавила:

— Я боюсь за отца. Если наследник престола не объявится, отца накажут по всей строгости эльфийского закона.

— Не беспокойся на этот счёт, — отмахнулась старая дама. — Как я уже говорила, наследник появится в самый нужный момент и разрешит все проблемы. Ты лучше скажи мне, где ты на самом деле пропадала прошлой ночью? Часом, не со школы сбежать решила?

— Что вы, я не посмею совершить подобное. Я обещала отцу, что буду хорошей ученицей.

— Вот и правильно, — улыбнулась Ия Лагранж и задумчиво продолжила перелистывать страницы книг.

Я внимательно наблюдала за её спокойной работой, гадая, отчего же эта женщина так добра ко мне. Неужто всему тому отец?

— Миссис Лагранж, — позвала я её, и она тут же откликнулась. — Вы ведь когда-то работали во дворце, стало быть, служили королю и Эльфериуму, верно?

— Я этим занимаюсь и по сей день, моя девочка, — улыбнулась она ласковой улыбкой и, прикоснувшись к моему плечу, добавила: — Я буду служить королевству до моего последнего дня пребывания в этом мире.

— Почему для вас это так важно?

— Королевские потомки — поистине чистокровные эльфы, они непорочны и чисты. В них нет человеческих качеств, им присущ ум, сила и рассудительность. Именно поэтому никто и посметь не может претендовать на звание короля — эту должность занимают лишь избранные создания природы. Поэтому служить им, для нас большая честь.

— Насколько же отец был верен королю, раз уж согласился пойти на такие жертвы?

— Уэсли Эберт хоть и относился к создателям, но всегда стремился стать гвардейцем.

— Почему именно им?

— Это было предначертано ему судьбой, — уверяла Ия. — Я поведала ему будущее и рассказала, что его ждёт, но он не поменял свой выбор в день Распределения и сделал все возможное, чтобы король заинтересовался им и принял на службу в свой замок.

— Королю вы тоже предсказали будущее?

— Разумеется, — кивнула она. — Поэтому Лютер Ленц попросил твоего отца о помощи. Каждый из них знал свою дальнейшую судьбу, но они не отказались от неё, а сделали все возможное, чтобы изменить её в лучшую сторону.

— А что касается остальных гвардейцев, они ведь тоже немало пострадали в тот день. Обри просила вас о помощи, зная, что вам известно все в этом мире, но почему вы отказываетесь ей помогать?

— Потому что я не в силе помочь ни ей, ни её отцу. Это вправе сделать лишь правитель Эльфериума. Только король может снять наказание.

К вечеру пароль от нашей комнаты сменили на новый. Марлен Миллер явно не шутила, говоря, что отныне будет за мной тщательно следить. Она всякий раз бросала холодный взгляд в мою сторону и равнодушно отводила назад, убедившись, что я на месте и не нарушаю установленные ею школьные правила. Столь тщательный надзор меня огорчал и не давал возможности встретиться с Элиотом Греем. Мне пришлось потратить немало времени, чтобы выпытать пароль у своей бабушки, которая взамен хотела знать о моих ночных похождениях.

— Я не могу тебе сказать, но уверяю, я не делаю ничего, что может мне навредить, — отвечала я ей всякий раз.

К концу этой недели она все же сдалась и рассказала о пароле, который я использовала в эту же ночь для исчезновения из замка.

Как и следовало ожидать, Элиота нигде не было и записки от него тоже. Недолго думая, я покинула школьную территорию, вырыв яму под забором, и пробралась на чужую сторону. Школа стояла совсем неподалёку, как в нее попасть, я не знала, поэтому попыталась найти черных выход или что-то на него схожее, дабы понять, как Элиот мог добираться до меня.

Это была узкая, едва заметная потайная дверь, с пыльным грязным коридором, который явно никто не убирал с момента постройки самой школы. Впрочем, остальные комнаты и коридоры тоже не славились чистотой. На стенах висели заострённые ножи и копья, в комнатах прятались мечи, сабли и луки со стрелами. Школа больше походила на оружейную, нежели на учебное заведение. Здесь было мало

цветов, стены были сделаны из камня и деревьев, на картинах изображались правители Эльфериума, но ни про какую Флору и Фауну речи не было. Наверное, они и вовсе отвергают значимость женщин в этом мире.

— Кто бы сомневался, — фыркнула я, совсем позабыв о том, что меня может кто-то услышать.

— Кто здесь? — послышался вдали мужской грубый голос.

Я едва ли успела спрятаться в первую попавшуюся на пути комнату, как гвардеец быстро дошёл до места, где я стояла минутой раньше.

— Пронесло, — облегчённо выдохнула я и обернулась.

Мне окружало ещё более огромное количество оружия, нежели в коридорах. Помимо них, на стенках висели макеты и эскизы еще не завершённых работ. В комнате царил полумрак, а за единственным огромным столом, полусидя, спал мальчишка, положив голову на пыльный стол.

— Элиот, — оживлённо воскликнула я, и он тут же проснулся, сонно потирая свои красивые серые глаза, от которых исходило серебряное сияние.

— Джуди? — не верил он своим глазам. — Что ты здесь делаешь? Тебе нельзя здесь находиться, тебя могут увидеть!

— Но мы должны были увидеться, — стояла я на своём. — Мне нужна твоя помощь, Элиот.

Не знаю отчего, но я с лёгкостью ему доверилась и рассказала о положении, в котором оказался мой отец. Элиот, хоть и сонно, но все же понял, почему я так спешу и почему не боюсь нарушать школьные правила.

— Я должна найти наследника, — закончила я и, отдышавшись, продолжила: — Что если он снова наведается в школу? Он чего-то боится и не хочет вступать на трон…

— С чего ты это взяла?

— Он жив, но не показывает своего лица. Думаю, любой бы наследник захотел возглавить свой народ, но он этого не делает, значит, чего-то боится.

— Возможно, он просто слишком юн, чтобы вступать на трон, — пожал плечами эльф и вышел из-за стола. — Посуди сама, сейчас ему не больше семи лет. Он хоть и умён, но все же слишком мал для того, чтобы управлять Эльфериумом. По закону, правитель сменяется на другого, когда кронпринцу исполняется пятнадцать лет, до того момента наследник вправе учиться в школе и жить, как обычное эльфийское дитя.

— Полагаешь, он просто выжидает своего часа?

— Именно, — кивнул тот.

— Но как же мой отец? — в ужасе молвила я. — Что с ним будет?

— Пока наследник оставляет после себя следы в виде птиц вокруг школы, намекая о своём существовании, Уэсли Эберту ничего не угрожает, — спокойным тоном молвил мальчишка. — На твоём месте я бы лучше позаботился о своём существовании. Тебе нельзя вот так просто покидать пределы школы, тебя могут исключить, и тогда ты точно не сможешь найти наследника, а тем более, доказать невиновность отца.

На минуту я задумалась, признавая, что эльф прав, мне нужно быть осторожнее и менее заметой для окружающих.

— За мной постоянно следят, — призналась я, — контролируют каждый шаг, шепчутся за спиной и всякий раз напоминают о том, что мой отец предатель.

Элиот недовольно нахмурил брови, скрестил руки на груди и заявил:

— Не кажись жалкой в их глазах. Ты потомок великого рода, они должны тебя бояться и уважать, но никак не осуждать, а тем более унижать.

Не успела я что-либо ответить, как в комнату ворвались два офицера в серебряном обмундировании и, завидев меня, без лишних слов силой уволокли из комнаты.

— Отпустите меня! — завопила я, тщетно пытаясь вырваться из их крепкой хватки.

— Немедленно успокойся! — сквозь зубы процедила Марлен Миллер, возникшая из ниоткуда. — Я говорила, что глаз с тебя не спущу, говорила?

Я нервно кивнула и бросила молящий взгляд на Элиота, который не знал, что и поделать в этой ситуации, впрочем, как и я сама.

Вблизи мальчишки стоял светловолосый эльф с зелёными, словно изумруд, глазами. Он не сводил с меня взгляд и еле заметно покачивал головой из стороны в сторону, словно отец, который недоволен поступком дочери.

Вскоре из своих комнат вышли все эльфы в своих белых просторных рубашках и того же цвета брюках. Они в недоумении поглядывали на меня, в то время как я не знала, что и делать.

«Как бы я хотела сейчас провалиться сквозь землю, — подумала я, краснея под взглядом чужих глаз. — Папа, прости, что подставила тебя».

— Юная леди, — ко мне обратился высокий полноватый мужчина в золотом обмундировании, — вам следует объясниться.

Не успела я хоть что-то ответить, как он тут же прервал меня, заявив:

— Но не здесь, вы расскажите все перед Колдовским советом. — Я нервно сглотнула под тяжёлым взглядом его суровых карих глаз. — Следуйте за мной.

И все как по команде развернулись в ту же сторону, что и он.

«Куда они меня ведут? Что со мной будет? Меня исключат из школы? Но тогда кто найдёт наследника?» — эти вопросы терзали меня всю дорогу.

Совсем скоро меня отвели в тёмный холодный зал, в котором стоял огромный стол в П-образной форме и сотня серебряных стульев, что издавали противный скрип, когда кто-то, желая на них сесть, отодвигал в сторону. В то время как в зал заходили эльфы и рассаживались по своим местам, меня посадили в центр зала на маленький низенький стул из дерева, отчего я казалась еще более жалкой среди этих взрослых созданий.

— Джуди Эберт, ты осознаешь, что нарушила десяток школьных правил, покинув пределы своего учебного заведения? — спросил все тот же полноватый мужчина, восседавший во главе стола. Его звали Ларион Грей, он был директором здешней школы и важной шишкой при королевском дворе.

— Да, — еле слышно ответила я, испуганно рассматривая длинноволосых эльфов, которые были как две капли похожи друг на друга. У каждого из них были черные волосы и карие глаза, которые при столь плохом освещении казались еще более темными, чем они есть на самом деле. На каждом собравшимся была надета темно-серая мантия, которая создавала еще более устрашающий вид.

«Это точно эльфы? Смахивают на серийных убийц», — заприметила я, но не произнесла свои мысли вслух.

— По правде говоря, я не совсем понимала, что делаю, — сказала я первое, что пришло в голову. — Видите ли, в последнее время я все чаще замечаю за собой признаки лунатизма. Засыпаю в комнате, а просыпаюсь в совершенно другом месте, и что самое ужасное, я совершенно не помню свой маршрут передвижения.

— Лунатизм? — переспросил один из эльфов, сурово нахмурив свои густые брови. — У эльфов никогда не возникало подобного рода заболеваний.

— Верно, — подхватил другой. — В нас не течёт кровь оборотней, и мы не зависим от Луны, как дети ночи.

— Но ведь я не чистокровная эльфийка, — напомнила я. — Моя мама — человек.

Услышав это, в зале поднялся гул, все стали переглядываться и перешёптываться между собой, в то время как я оставалась сидеть неподвижно.

— Я дочь Уэсли Эберта, — гордо заявила я. — Полагала, вы знаете.

— Дочь изменника? — слышались возмущённые возгласы со всех сторон. — Как ей только разрешили учиться в школе Марвина Миллера?

— Хочу напомнить, что по законам Эльфериума все эльфы, в том числе и не чистокровные, с пяти лет обязаны приступить к обучению в эльфийской школе, — спокойным тоном произнёс Ларион Грей, не сводя с меня взгляд. — К тому же, не будьте столь легкомысленными, вина Уэсли Эберта так и не была доказана.

После его слов в зале вновь поднялся гул, но он был так же неожиданно прерван, как и первый.

— Но сейчас мы говорим не о нем, а о его дочке. Джуди, — обратился он ко мне, — среди твоих друзей есть хоть кто-нибудь, кто мог бы подтвердить твои слова?

— Да, есть, — ответила я тут же. — Моя соседка по комнате, Обри Холл, однажды видела, как я брожу в ночи. Она-то мне и рассказала, почему я постоянно просыпаюсь не в своей комнате.

— Приведи девчонку сюда, — велел Ларион одному из гвардейцев, что стоял позади него. — Только, бога ради, не спугни её.

— Слушаюсь, — с поклон произнёс эльф, мимолётно взглянув на меня. Его ярко-зелёные глаза тут же мне все прояснили.

Это был тот самый парнишка, что стоял возле Элиота, когда меня забирали на эльфийский совет. Значит ли это, что он расскажет все Обри и поможет мне оправдать свою вину? Но с чего бы ему мне помогать, мы ведь даже не знакомы, хоть мне и кажется, что прежде я уже его встречала.

— Её шея, — услышала я вдали тихий мужской голос.

— О чем ты? — спросил эльфа его сосед.

— Её эльфийская отметина сияла, — прошептал он тихо, но я успела разобрать слова.

— Ничего не вижу, — парировал другой. — Может, тебе показалось?

— Думаешь, я совсем выжил из ума? Я еще не настолько стар!

— Ну, с этим я могу поспорить, — насмешливо молвил эльф с противоположного конца стола. — Тебе едва ли не шестьсот лет. По-твоему, это маленький возраст? В таком случае, я совсем ребёнок, раз уж мне всего лишь триста лет.

В зале раздался хохот. И пока они насмешливо перешёптывались между собой, я с нетерпением ждала появления Обри, которая далеко не ласковым взглядом поприветствовала собравшийся совет.

— Чем я могу быть вам любезна? — спросила она без каких-либо эмоций. С этим выражением лица она походила не на пятилетнюю девочку, а на пятидесятилетнюю женщину, которая пережила все жизненные трудности и уже больше ничего не боится в этом мире.

— Обри, — спокойно начал мужчина во главе стола, — ты когда-нибудь замечала в своей соседке, Джуди Эберт, признаки лунатизма?

— Да и не один раз, — кивнула она. — Когда я впервые заметила её исчезновение, то подумала, что она решила сбежать из школы. Я испугалась за нее и пошла следом, но вскоре обнаружила, что она ходила во сне с закрытыми глазами и время от времени повторяла: «Он не виноват. Папа ни в чем не виноват».

Услышав последнее, все заинтересовано переглянулись между собой и жестом руки велели продолжать.

— Наутро она сама вернулась в комнату, мне даже не пришлось её будить, но, когда я спросила Джуди о том, где она была прошлой ночью, она ответила: «Конечно же здесь, в своей комнате. Где же еще?». Тогда я очень испугалась за нее, не знала даже, что предпринять, поэтому, прежде всего, рассказала ей о лунатизме. Джуди не верила мне, пока однажды не проснулась в запретной части замка.

— Вот значит как, — подытожил эльф. — Кто-нибудь еще знает об этом?

— Да, миссис Лагранж тоже об этом известно, — ответила девчонка. — После того случая она помогала мне следить за Джуди, когда та спит.

Эльфы понимающе закивали и велели пригласить на совет Ию Лагранж, которая, как и следовало ожидать, тоже подтвердила мою невиновность.

— Но как тебе удалось пройти через волшебную стену? — спросил меня полноватый мужчина.

— Я не знаю, — прошептала я и добавила: — Я не помню. Я проснулась в замке за минуту до того, как меня нашли гвардейцы.

Недолго думая, совет принял решение и вынес вердикт — отпустить нас с миром, без малейших наказаний, как бы там ни просила об этом Марлен Миллер. Ко всему прочему, глава совета, Ларион Грей, заверил меня, что мудрецы и лекари позаботятся о том, чтобы я избавилась от лунатизма. Я хоть и поблагодарила их за заботу, но мысленно пожелала, чтобы они не исполняли своего обещания. Зачем эльфов зря тревожить из-за того, что на самом деле нет?

Тем временем, как дамы прощались с советом и разговаривали о прочих делах, мы с Обри тайком осматривали замок. Никому из учениц больше не представится такая возможность — побывать в школе Боевых искусств имени Лютера Ленца, а потому мы не могли этим не воспользоваться.

— Здесь столько оружия, — восхищённо и даже немного напуганно прошептала Мэри, боясь нарушить в замке эту зловещую тишину. — Они не думают, что это опасно, делать из школуы оружейную? Ведь здесь учатся дети.

— Может, они заколдованны? — предположила я, рассматривая заострённые копья, которые ярко сияли в здешнем полумраке. — Что если их нельзя просто вот так взять и снять со стены.

— Даже не думайте этого проверять! — услышала я позади знакомый голос. Элиот сурово нахмурил брови, но в следующую секунду улыбнулся милой беззаботной улыбкой. — Если же вы, конечно, не хотите остаться здесь ещё на одну ночь.

— Ты кто такой? — удивлённо воскликнула Обри.

— Элиот Грей, к вашим услугам, — с поклоном произнёс он и вновь улыбнулся мне. — Пойдёмте, я покажу вам замок. Совет все равно до утра ещё не разойдётся. Чего время зря терять?

Первое, что нам предстояло увидеть — тронный зал, большая часть которого была сделана из серебра. Лишь его пол был покрытым мраморной плитой, в отражении которой виднелись отблески огромной, просто гигантского размера люстре.

— Вот это да, — восхищённо молвила я, в то время как Обри, широко раскрыв рот, кружилась вокруг себя словно юла, рассматривая блестящий, словно ночное небо, потолок.

— Прийти сюда того стоило, — выдала она и зашагала дальше к молодым офицерам, чьё обмундирование скрывало их с головы до ног. — А ничего, что мы без спроса гуляем по замку?

— Сейчас здесь никого нет, — пожал мальчишка плечами, но завидев удивлённый взгляд эльфийки, пояснил: — Это просто костюмы, украшение для зала, не более.

Обри поспешила проверить, прав ли он, и в самом деле, внутри костюма никого не было, он был пуст.

— Я думала, гвардейцы и внутри школы вас охраняют.

— Нет, лишь снаружи, так же, как и вас.

Мы последовали дальше по коридору, внимательно рассматривая висевшие на стенах картины, они выглядели совсем как у людей, что напомнило мне об отце и о том, как сильно я скучаю по своим родителям.

— С тобой все хорошо? — поинтересовался Элиот, пока девчонка шла перед нами. — Ты так побледнела.

— Все в порядке, — энергично закивала я, и ускорила шаг.

В следующей, не менее красивой комнате пахло только изданными книгами, свежей выпечкой и домашним теплом. Библиотека была гораздо больше, чем в нашей школе, но весьма темной для чтения. Едва ли можно здесь разглядеть текст в книгах.

— Элиот, — послышалось вдали.

На подоконнике сидел светловолосый высокий мальчишка, примерно на два года старше меня. Его ярко-зелёные глаза сияли в темноте, словно камни изумруда.

— Вновь нарушаешь правила? — продолжил эльф, подходя к нам ближе.

Я, затаив дыхание, замерла словно статуя, вновь ощутив на шее приятное покалывание, которое вскоре перешло в колючее жжение.

— Джуди, твоя шея, — испуганно прошептала Обри, указывая на эльфийскую отметину.

— Что с тобой? — спросил меня Элиот, но я смотрела лишь на подошедшего эльфа, чей голос казался мне в сто раз роднее голоса отца.

— Мне кажется, или мы виделись с тобой где-то прежде? — еле слышно произнесла я, мимолётно взглянув на его шею, которая была прикрыта плотной чёрной тканью.

— Не думаю, — сухо ответил он, не сводя с меня взгляд. Он не был злым, скорей, молящим, мальчишка словно хотел мне что-то сказать, но не осмеливался этого сделать.

Было видно, как он с трудом отвернулся от меня и каким-то нервным голосом молвил:

— Смотри, не опоздай на церемонию. Святые ждать долго не будут.

И он ушёл, оставляя после себя дурманящий запах сакуры.

— Ого, — нарушила молчание Обри. — От парня так и исходит холод. А его взгляд… таким и убить можно. Кто он такой?

— Перл Вуд, — сообщил Элиот, все ещё подозрительно на меня поглядывая. — Мы с ним учимся в одном классе. Он гораздо доброжелательнее, чем кажется, — уверял эльф.

— Его запах, — шепчу я тихо-тихо, чтобы никто не слышал и тут же вспоминаю парнишку, которого я встретила в потайном коридоре своей школы. — Не может быть, — говорю я чуть слышно.

— О чем ты? — удивляется Обри. — На тебе лица нет, объясни, что происходит!

Но я не знаю, что ответить. Как можно объяснить то, что я сейчас ощущаю? Как объяснить своим новым друзьям, что Перл мне кажется более чем знакомым? Его взгляд меня не пугает и не отталкивает, а напротив, притягивает словно магнит. Я не вижу в нем зла или холода, я ощущаю в нем родственную душу и тепло, от которого не хочется уходить. Я ощущаю связь между нами. Но разве это возможно?

Глава 7. Побратим

За это недолгое пребывания в здешней школе я успела разузнать о Перле Вуде предостаточно, чтобы иметь хоть малейшее представление о его персоне. Мальчишка был на два года старше меня, как и Элиот Грей, он был сиротой и малообщительным эльфом. Кроме Элиота у него не было друзей, все его боялись и обходили стороной. Но Элиот, впрочем, как и я, видел в нем нечто особенно, что именно, ни я, ни он не знали, но чувствовали, что ему можно доверять. Обри же старательно пыталась больше не пересекаться с Перлом, утверждая, что он смахивает на черноборца.

— Его взгляд насквозь прожигает, — утверждала она, нервно вздрагивая всякий раз, когда я упоминала в разговоре Перла.

Стоило эльфийке узнать, что этой ночью Элиот с Перлом совершают обряд побратимов, как она вовсе впала в шок и не говорила с нами долгое время.

— Одумайся, — молила она Элиота, — ты уверен, что тебе следует это делать? Он ведь…

— Мне как брат, — закончил он за неё и тут же спустился по ступенькам вниз к тронном залу, где его уже поджидал Перл Вуд и семеро высоких эльфов в белой мантии, которая скрывала их лица.

Нам же велели ждать на балконе второго этажа, который, к счастью, позволял увидеть всё, что нам хотелось.

— Святые? — удивилась Обри, сощурив глаза.

— Кто они такие? — тут же спросила я. — Почему их так называют? Что они здесь делают?

— Это мудрецы, отказавшиеся от своего тела и смертной жизни, — пояснила она. — Они словно призраки, странствующие по Эльфериуму.

— Призраки? — переспросила я. — Разве они не должны быть прозрачными, как их описывают в книгах?

— Они же не люди, с чего бы им быть невидимыми? Они по своему собственному желанию отказались от своей жизни и выбрали бессмертие. Святые приходят к эльфам в день рождения ребёнка, на церемонию побратимов, коронацию, свадьбу и смерть. Они могучие колдуны, обладающие великой силой. С их помощью мы можем долго жить и колдовать, а так же не застревать между мирами после смерти.

— Что они делают? — спросила я, наблюдая за тем, как они вычитывают какое-то заклинание и преподносят острый кинжал к запястью Элиота.

— Клятва побратимов основана на крови, — объясняла Обри, загадочно и заинтересованно наблюдая за процессом. — Брак происходит ещё опаснее, нежели эта церемония. Смотри!

Я сразу же бросила взгляд на окровавленные руки мальчишек, они сцепили их у самого основания локтя и смотря друг другу в глаза, громко и чётко произносили:

— Отныне и навсегда моё сердце будет биться в унисон с твоим. Покуда жив будешь ты, я всегда буду для тебя щитом и братом. Отныне наши судьбы связаны до последнего дня пребывания в этом мире. Брат мой, побратим, убереги меня от темной стороны, стань светом, если я окажусь во тьме. Пока ты шествуешь со мной по этому миру, я всегда буду на твоей стороне. В огонь и в воду, в бою и на войне, я всегда с тобой. Отныне и навсегда я твой побратим!

Стоило им договорить эти слова, как их руки, с которых капала кровь, засияли ярким светом, после чего белый шар, образовавшийся вокруг парнишек, взорвался и осыпал весь тронный зал белыми хлопьями, словно снег. Белоснежная пыльца осела на головы и плечи эльфов, засияла и вновь потухла, словно свеча.

— Невероятно, — издала Обри, широко разинув рот.

— Что вы здесь делаете? — за нашими спинами оказалась Марлен Миллер. Она сурово поглядывала на нас, скрестив руки на груди. — Я же велела вам ждать меня внизу!

Она не стала слушать наши оправдания и приказала немедленно возвращаться в школу, в то время как парнишки, не глядя в нашу сторону, продолжали стоять перед Святыми, которые все ещё вычитывать колдовские заклинания, чтобы завершить обряд побратимов.

— Поторапливайтесь! — крикнула директриса, и нам не оставалось ничего, кроме как подчиниться ей. А ведь мне так хотелось досмотреть церемонию до конца или хотя бы попрощаться с эльфами, кто знает, когда нам ещё удастся встретиться.

***

Вскоре мы были доставлены в замок, через волшебный колдовской проход, о котором ни я, ни даже Обри не знали. Он находился в кабинете самого директора и строго охранялся двумя широкоплечими эльфами, которые, как показалось мне, ни разу не моргнули за все тридцать минут нашего пребывания в кабинете директрисы.

— Приведите себя в порядок, отдохните и с утра приступайте к занятиям, — велела она и отпустила с миром. А я уж тут приготовилась выслушивать от неё нравоучительную лекцию о нашем или, точнее, моем непристойном поведении.

Пока мы не дошли до своих кроватей, нам не хотелось разговаривать или что-то обсуждать, мы были слишком уставшими и сонными, но стоило мне лечь на свою тёплую уютную кровать, как Обри засыпала меня вопросами о том, где на самом деле я пропадаю по ночам, откуда знакома с эльфами из школы Боевых искусств, по какой причине нарушила школьные правила и отправилась на соседнюю территорию, зная, что это строго-настрого запрещено делать.

— Я жду объяснений, — вновь повторила она, и, несмотря на всю усталость и изнеможение, я рассказала ей все с самого начала, с того самого дня, когда впервые познакомилась с Элиотом Греем.

Она слушала меня внимательно и не задавала никаких вопросов ровно до тех пор, пока я не договорила все, что скрывала столь длительное время.

— Невероятно, — молвила она, не сводя с меня удивлённый взгляд. — Значит, ты думаешь, что тот мальчишка, Перл Вуд, и был тем самым эльфом, которого ты встретила в потайном коридоре?

— Я не уверена, но мне кажется, это был именно он. Если бы я только смогла увидеть его колдовскую отметину, тогда бы все прояснилось.

— Каково это, когда эльфийский знак так сияет? — спросила она, поджав ноги к своей груди. — Слышала, дело не из приятных.

— Иногда сильно жжёт, — призналась я, невольно прикоснувшись к лилии на своей шее. — Но зачастую тепло так приятно раздаётся по всему телу, что хочется ощущать это жженье каждый день.

— Поговаривают, эльфы, чьи судьбы соединены между собой, всегда могут почувствовать присутствие друг друга с помощью эльфийских отметин на своих шеях.

— Не думаю, что мы виделись с ним когда-то прежде, — заверила я, умалчивая о своих истинных чувствах. — Думаю, произошла какая-то путаница, мы с ним слишком разные, чтобы иметь что-то общее.

— Возможно, ты права, — пожала плечами Обри, удобно умостившись на кровати, — но то, как сильно сияла твоя шея, не может быть простой случайностью. Думаю, нам следует как можно больше разузнать о Перле Вуде, уверена, в его биографии мы найдём массу интересного.

Обри громко зевнула, широко разинув рот, тем временем как я, набравшись смелости, молвила:

— Когда Перл был рядом, я почувствовала нечто необычное… Казалось, будто я его знаю сотню лет. Да и он смотрел на меня так, будто ощущал то же самое, но боялся это признать. Как думаешь, все это может быть правдой? — спросила я девчонку, но она уже вовсю посапывала на своей кровати, плотно укутавшись по самое горло. — Доброй ночи, Обри, — успела произнести я прежде, чем все остальные ученицы зашли в комнату и улеглись спать. Благо никто не спрашивал, где мы пропадали все это время. Я ведь не знала, что можно мне говорить, а что нет.

***

Ближе к утру меня разбудил таинственный шёпот, который буквально звучал прямо возле моего уха и разносился по все комнате. Но открыв глаза, я убедилась в том, что никто больше от этого таинственного шёпота не проснулся.

— Обри, — позвала я её, но она продолжала тихонько посапывать на своей кровати. — Обри, проснись.

Не успела я встать со своей кровати, как среди шёпота, доносящегося по округе, я различила еле слышные мальчишеские голоса.

— Она здесь? Я её не видел. Может, ты ошибся?

— По-твоему, я могу её с кем-то спутать? — ответил другой, и я тут же узнала в нем голос Перла Вуда.

Что он здесь делает? Чтобы это выяснить, я решила сперва покинуть эту комнату и разузнать, откуда доносятся голоса. Но с комнаты мне выйти так и не удалось, она была заколдована. Пароль отгадать не получилось, так что мне оставалось рассчитывать лишь на мой отличный эльфийский слух.

— Говорю же, она здесь. Я не могу ошибаться, — вновь послышался знакомый и, самую малость, встревоженный голос Перла. — Вы только гляньте на мою эльфийскую отметину. Она никогда ещё так ярко не сияла.

— Ну, встретишь ты её и что потом? — спросил кто-то. Его суровый голос настолько громко произнёс это, что у меня не оставалось сомнений — эльфы были прямо возле волшебной картины, но из-за магии, наложенной на неё, не могли меня ни слышать, ни видеть.

— Не знаю, — ответил Перл. — Я просто хочу ей все рассказать. Она ведь совершенно ничего не знает…

— В том числе и о тебе, — напомнил его собеседник, после чего Перл умолк.

— Верно говоришь, — печальным голосом согласился эльф. — Зря сюда пришёл. Даже если я ей все расскажу, она мне не поверит. Глупо было на что-то надеяться.

— Не глупо, — услышала я голос Элиота и замерла на месте. — Ты ждал встречи с ней и так слишком много, я понимаю твои чувства. Но ты тоже должен понять, что для неё все это слишком ново, а если ты сейчас расскажешь всю правду… Она с ума сойдёт от потрясения. Перл, прошу, потерпи ещё чуть-чуть, дай ей время свыкнуться с новой обстановкой.

— Я так по ней скучал, — признался Перл, и в его голосе я услышала нотки печали и одиночества. — Если бы вы только знали, что я чувствую, когда она рядом.

— Расскажешь об этом по дороге, — в разговор встрял ещё один эльф. — Кто-то идёт, пора уходить отсюда.

— Так уж и быть, пойдёмте, — с тоской выдохнул Перл, после чего послышались приглушенные шаги, которые вскоре и вовсе утихни, а вместе с ними погасла эльфийская отметина на моей шее.

Что же все-таки происходит?

***

Как только двери открылись, бабушка тут же забрала меня к себе в кабинет. Она объясняла мне эльфийские законы весь день, настолько долго, что к вечеру мой мозг напрочь отказывался запоминать даже самую малейшую информацию.

— Я сдаюсь, — выдохнула обессилено я, облокотившись на деревянный стул. — Остальных уже давно отпустили с уроков, так почему я должна работать до потери сознания?

— Потому что ты многое пропустила, и тебе нужно догнать школьную программу прежде, чем закончится этот семестр, — тут же пояснила она мне и так очевидное. — Я надеялась, что тебе удастся вскоре присоединиться к остальным ученицам.

— Хотелось бы, — призналась я. — Слышала, сегодня будет проходить первый урок колдовских искусств.

— Тебя не пригласили?

— Нет, но ты ведь меня знаешь, я найду способ туда пойти.

— Вот и правильно, — улыбнулась Эрма Фейербах своей самой прекрасной улыбкой. — Ты должна туда пойти, даже если директриса будет против.

— Ты мне поможешь? — с надеждой спросила я, и получила одобряющий кивок головы.

— Думаю, Ия Лагранж сможет что-нибудь придумать.

Бабушка оказалась права. Ия за считанные секунды нашла необходимое зелье, чтобы скрыть от посторонних глаз мой истинный внешний вид. Зелье имело сероватый оттенок и весьма неприятный запах, но необычно действующий результат. Стоило мне, переборов свою неприязнь, выпить снадобье, как никто, даже Обри, не смогли меня узнать. Благо, когда я ей все объяснила, она радостно похлопала в ладоши и тут же, сквозь чары, увидела мой истинный облик.

— Значит, зелье работает ровно до того момента, пока эльф не осознает, кто на самом деле перед ним? — уточнила Обри, и я тут же подтвердила её слова на этот счёт. — Как здорово, теперь ты можешь ходить вместе со мной на все мероприятия, которые устраивает школа.

— У меня не так уж и много зелья осталась, но ты права, теперь я могу не бояться, что меня кто-то увидит.

Когда время показало полночь, и все пятилетние ученицы пошли в сад, я уже стояла наготове вместе с Обри и ожидала начала этого загадочного урока.

В саду нас встретила Арабелла Пелинбур, появления которой я никак не ожидала, но была безумно тому рада. Она, как и следовала ожидать, с гордо поднятой головой стояла в центре небольшой, сооружённой совсем недавно, сцены, и встречала учениц, которые с небольшой опаской поглядывали на рыжеволосую даму.

— Такая красивая, — восхищённо прошептала Обри.

— Хочешь с ней познакомиться? — спросила я, желая наконец-то поговорить с Арабеллой и выяснить, встречалась ли она с моим отцом.

— Нет! — тут же ответила девчонка. — От одного её взгляда в дрожь бросает… Не думаю, что она будет рада ответить на мои вопросы.

Я умолчала о характере Арабеллы, но продолжала смотреть на неё, будто надеясь, что она увидит меня, даже несмотря на чары.

«Узнай меня», — молила я её в мыслях, но не рисковала подходить к ней, поскольку остальные ученицы тоже этого не делали.

Эльфийка осмотрела собравшихся учениц, будто кого-то пыталась найти, но в конечном итоге разочарованно вздохнула и произнесла:

— Вновь оказаться в стенах этой святой школы для меня большая честь, а иметь возможность обучить вас эльфийскому колдовству, так и вовсе награда. Меня зовут Арабелла Пелинбур, и сегодня я объясню вам, что из себя представляют колдовские инструменты и почему вам следует научиться ими управлять.

По толпе прошёлся восхищённый шёпот, после которого все, тесно прижавшись друг к другу, подошли максимально близко к сцене. Так я оказалась в первых рядах.

— Как вам уже всем известно, существует пять колдовских инструментов: меч, лук со стрелами, флейта, колдовская книга и скрипка, — они по очереди появлялись перед нами и витали в воздухе, словно пёрышко. — В день Распределения каждому из вам представится шанс выбрать, к какому эльфийскому роду присоединиться. Вы можете остаться со своей семьёй, а можете её покинуть. Но, что бы вы не избрали, природа всегда знает ваше истинное желание. Когда я была в вашем возрасте, моим колдовским инструментом всегда была, казалось бы, совершенно безобидная флейта. С помощью неё я исцеляла пострадавших в бою эльфов, но не могла их защитить. Мне этого было не под силу.

— Слышала, черноборцы убили её родителей прямо на её глазах, — услышала я тихий-тихий шёпот за своей спиной.

— Какой ужас, — молвила другая собеседница и тут же умолкла.

Я вновь посмотрела в прекрасные золотые глаза Арабеллы и, наконец, поняла, почему они столь печальны. Ещё и папа оставил её здесь совсем одну… Наверное, теперь она его за это ненавидит.

— После всех произошедших событий мне захотелось пойти против установленной системы и выбрать другой колдовской инструмент, чтобы иметь возможность защищать своих родных, — продолжила Арабелла. — Я избрала меч, и, благо, он мне подчинился. Так я стала первой из эльфов, которая покинула свою семью и стала заниматься другим видом деятельности.

Я вновь приглянулась к эльфийке и заприметила на её лице печаль и грусть, которую она тщательно скрывала от присутствующих под маской высокомерия и равнодушия. Как только папа посмел её бросить? Он ведь был для неё семьёй.

— Кто-нибудь хочет узнать, к какому роду относится? — спросила она, и Обри тут же подняла мою руку.

— Что ты делаешь? — спросила я её, пытаясь опустить свою руку.

— Ты ведь так и не знаешь, к какому роду эльфов относишься, а это шанс во всем разобраться.

— Поднимайся на сцену, — велела мне Арабелла, так как я была единственной, кто проявила инициативу.

— Ну же, иди, — прошептала мне Обри.

Поднимаясь на сцену, я безумно боялась, что меня может кто-то узнать, но, с другой стороны, я этого хотела. Пусть знают, кто я такая. Я хоть и нечистокровная, но все же эльф.

— Встань в центр, — сказала она, а сама отошла в сторону. — Успокойся и хорошенько подумай о том, чем хочешь заниматься, в чем ты хороша и чего жаждешь в этом мире.

— Чего я хочу? — переспросила я.

— Да, подумай об этом.

«Я хочу очистить имя отца от той лжи, которую на него положили, хочу, чтобы он вернулся в Эльфериум и рассказал мне всю правду. Хочу помочь отцу Мэри и всем тем эльфам, которые пострадали в тот день. Хочу справедливости и равенства между народами», — я думала об этом так громко, что казалось, мои мысли были слышны на другом конце света. Но вокруг меня все продолжали стоять в тишине, отчего я не сразу поняла почему.

Передо мной парила скрипка и будто выжидала, когда я её возьму в свои руки. Но я продолжала стоять в недоумении и осматриваться по сторонам. Все наблюдали за мной, и от столь пристального внимания у меня зашумело в ушах и потемнело в глазах. Шея вновь стала гореть, словно к ней приложили огонь.

«Где ты?» — подумала я и тут же увидела вдали невысокий тёмный силуэт. Это был эльф, родимое пятно которого сияло так же ярко, как и у меня.

— Сыграй, — велела мне Арабелла, дабы все перестали говорить о моей эльфийской отметине. Я повиновалась ей и взяла в руки скрипку.

Загадочный эльф продолжал стоять в тени, отчего его лица не было видно, но одного лишь его присутствия было достаточно, чтобы успокоиться.

Мне не было известно, как правильно играть на скрипке, я просто повторяла все то, что делал отец в моих снах. Так, одного лишь прикосновения смычка к струнам было достаточно, чтобы скрипка заиграла медленную чарующую мелодию, на звон которой слетелись все птицы.

— Джуди? — удивленно, но очень тихо произнесла Арабелла, широко раскрыв глаза от удивления. Я мысленно попросила её молчать, но она и без того вела себя тихо, чтобы не привлекать лишнего внимания. Его и так было сейчас предостаточно.

Мелодия разносилась по всей округе, птицы парили вокруг меня, словно маленькие дети у новогодней ёлки, а ученицы не переставали смотреть на происходящее, широко разинув рты. Стоило мне закончить играть, как тут же раздался шквал аплодисментов, но я хотела увидеть лишь одно лицо, которое, к сожалению, уже исчезло. Эльфа, притаившегося в тени, нигде не было.

— Прекрасная работа, — похвалила Арабелла, похлопывая меня по плечу. — Кто-нибудь ещё хочет проверить свои силы?

Все подняли руки вверх, тем временем как я ушла в сторону, чтобы меня не затолкала эта толпа неугомонных детей.

Пока ученицы одна за другой поднимались на сцену, я попыталась еще раз успокоиться и прислушаться к природе, которая вновь перешёптывалась на дивном языке.

— Думаешь, это была она? — расслышала я сквозь шелест деревьев, приглушенный голос Элиота.

— Ты ведь видел, как сияла её лилия. Разве может быть иначе? Все карты сходятся — это она.

— Ладно-ладно, мы тебе верим, — ответили другие эльфы, которые тоже бродили ночью по замку.

— Элиот? — произнесла я еле слышно, но голоса тут же умолкли. — Перл? Что вы здесь делаете?

— Ты нас слышишь? — спросил Элиот, и я тут же осмотрелась по сторонам. Откуда доносятся их голоса?

— Уходим, живо! Марлен Миллер идёт! — услышала я суровый голос незнакомого парнишки.

— Береги себя, — еле слышно молвил Перл прежде, чем умолк дивный шелест листьев, сопровождающийся шёпотом эльфийских голосов.

***

Когда все закончилось, Арабеллу тут же поблагодарили за этот чудный урок. Я же продолжала стоять на своём месте, дожидаясь момента, когда можно будет поговорить с эльфийкой наедине, она явно хотела того же.

— Кого-то ждёшь? — поинтересовалась Обри.

— Нужно кое-что выяснить. Ты иди, я тебя вскоре догоню и все расскажу, — пообещала я, и девчонка тут же понимающе закивала.

— Только без глупостей, — бросила она мне напоследок.

Как только к Арабелле перестали подходить эльфы, я воспользовалась этим моментом и подошла к ней прежде, чем она успела куда-либо уйти.

— У вас получилось встретиться с моим отцом? — перешла я сразу к делу.

— Тссс… — прошипела она, приложив к своим губам указательный палец. — Нас могут услышать.

Она взяла меня за руку и увела в самый дальний уголок сада, где никто не ходил и не гулял, где птицы тихо сидели на ветках деревьев и не издавали не единого звука.

— С твоими родителями все хорошо, — уверяла эльфийка и тут же передала мне в руки письмо, которое пахло домом, маминой выпечкой и фиалками. — Они беспокоятся о тебе и очень скучают.

Недолго думая, я тут же развернула аккуратно сложенный лист бумаги и поспешно его прочла.

«Дорогая Джуди, надеюсь, к тому времени, как ты получила это письмо, тебе уже удалось обзавестись друзьями и, в конечном счёте, понять, что не все в Эльфериуме ненавидят наше семейство Эбертов. Что касается призраков, то это и есть несчастные эльфы, пленённые в стенах эльфийских замков, за участие в заговоре против короля. На самом деле, мы всегда были преданы Лютеру Ленцу и выполняли все его приказы. Ты должна понимать, что спрятать наследника на определённое время тоже было его приказом. Мы пожертвовали своей собственной честью и жизнью, чтобы защитить кронпринца. Не вини никого в том, что я сейчас не с тобой, я сам сделал свой выбор и ничуть о нем не жалею. Если тебе уже удалось встретиться с моей мамой, твоей бабушкой, то советую просто хорошенько расспросить её обо всем. Сначала она будет уходить от прямого ответа, но прояви настойчивость, и она все расскажет.

Не думаю, что есть смысл тебе искать наследника. Он сам появится тогда, когда посчитает нужным это сделать. Да и к тому же, скорее всего, он сам первый тебя найдёт.

Береги себя, Джуди, когда мы встретимся вновь, мне неизвестно, но, надеюсь, что это произойдёт в скором времени.

Мы тебя очень любим!

P.S. Про какой дневник шла речь в твоем письме? Я никогда ими не пользовался. Уверена, что он мой?

С любовью, твои мама и папа».

— Вы злитесь на моего отца за то, что он не взял вас с собой? — поинтересовалась я у Арабеллы, как только дочитала отданное ею письмо до конца.

— Раньше я ненавидела его за то, что он оставил меня здесь, — призналась эльфийка. — Но теперь я понимаю, он просто не хотел, чтобы я пострадала. Да, и к тому же, он хотел, чтобы в Эльфериуме остались те, кто смог бы помочь ему вернуться.

— Как думаете, нам удастся доказать его невиновность?

— Да, — уверенно заявила она. — Как только истинный наследник вернётся на своё законное место, все образуется и станет на свои места.

— Надеюсь так и будет.

Вскоре я вернулась в свою комнату, пообещав Арабелле, что буду себя беречь и постараюсь не лезть ни в какие неприятности. По правде говоря, я и она знали, что мне не удастся долго сидеть на месте, а, следовательно, это обещание не продлится дольше двух суток.

— Если тебе будет, что передать своим родителям, отдавай все Ие Лагранж, она отдаст письма мне, а я уже постараюсь как можно быстрее доставить их твоему отцу.

— Сперва мне нужно кое с чем разобраться, — уверяла я, не желая рассказывать о своих истинных желаниях.

Пока мне ученицы собирались идти спать, я, как можно быстрее, проникла в библиотеку и попыталась найти Ию Лагранж, которая, к счастью, сидела на своём привычном старом кресле и читала какую-то книгу, не имеющую ни названия, ни автора.

— Миссис Лагранж, — позвала я её, и она тут же поднялась на меня свои ярко-голубые глаза.

— Ты что-то хотела? — спросила она, отложив книгу в сторону. — Тебя что-то тревожит? Выглядишь неважно….

— Дневник, который вы мне отдали, — перешла я к делу. — Вы уверены, что он принадлежит моему отцу? Папа говорил, что никогда не вёл дневники…

— Я хоть и старая, но все же довольно сильная эльфийка. Возможно, этот дневник не твоего отца, но, уверяю тебя, он принадлежал эльфу, который, так или иначе, относится к твоей семье.

— Не понимаю. Если этот дневник не моего отца, тогда кому он принадлежит?

Глава 8. Черноборцы

— Твоему…

— Ия! — позвала эльфийку моя бабушка, внезапно ворвавшаяся в библиотеку.

— Что стряслось?

— Черноборцы напали на долину фей! Атака длится уже несколько часов, Крылоний нуждается в нашей помощи.

— Пора выдвигаться, — уверенно заявила Ия Лагранж и тут же подскочила со своего места. — Джуди, убедительно прошу тебя, в момент нашего отсутствия никуда не исчезай и не покидай пределы школы! Сейчас это слишком опасно.

— А если школа начнёт гореть?

— Джуди! — воскликнула бабушка. — Прекращай шутить, сейчас мы говорим на полном серьёзе.

— Со мной все будет в порядке, — уверяла я. — Не переживайте.

Стоило им покинуть комнату, как я уже от и до распланировала план бегства из школы. На самом деле, мне просто нужно было во всем разобраться, и в этом мне могут помочь мальчишки из школы Боевых искусств. Им явно было известно больше, нежели кто-либо мог подумать, и именно этот факт не давал мне спокойно переждать борьбу эльфийского народа с черноборцами.

Я не пошла в спальную и даже не пыталась рассказать что-то Обри Холл, иначе она бы обязательно попыталась меня остановить, а ведь мне сейчас каждая минута дорога.

В школе творилась уже привычная для меня суматоха, учителя как можно быстрее загоняли всех учениц по комнатам и наносили на замок защитные чары, чтобы уберечь нас от опасности. Это обстоятельство помогло мне незаметно пробраться в потайной коридор, который тут же без моей воли плотно закрылся, стоило мне только в него войти. Неужели Эльфийки решили закрыть все возможные двери замка через которые можно проникнуть внутрь? Дело дрянь раз уж так. Как же я теперь вернусь назад?

Об этом я решила позаботиться позже.

***

В школе Боевых искусств было гораздо тише нежели в нашей. Здесь никто не бегал словно ошпаренный по коридорам, а напротив, непринуждённо шествовал по коридорам. Возможно, им просто не доложили о происходящем в Крылонии? Но разве это возможно, по словам Эрмы Фейербах, эта школа

напрямую взаимодействует с эльфиский королевством, ибо немало участвует в защите простых жителей города. Значит ли это, что столь юных учеников тоже отправляют на битву с черноборцами? Но они ведь ещё так малы для сражения.

— Джуди? — позади меня в полном недоумении стоял Элиот, разодевшийся в боевое снаряжение. — Что ты здесь делаешь? Не знаешь, что ли, что черноборцы движутся на королевский замок?

— Разве битва сейчас не идёт в Крылонии?

— Город фей служит лишь отвлекающим манёвром, — уверял он. — Не отходи от вопроса! Что ты здесь делаешь?

— Мне нужна помощь, — вымолвила я и тут же умолкла. Сейчас весь эльфийский народ в опасности, а я решила выяснить, что меня связывает с Перлом. Как же глупо.

— Ты в своём уме?! — услышала я рассерженый голос мальчишки, который внезапно оказался возле Элиота. — Немедленно возвращайся в школу! Сейчас очень опасно!

— Но… — начала я, и моя эльфийская отметина тут же больно обожгла мою кожу. Эльфийский знак Перла сиял не менее ярче.

— Уходи! — сквозь зубы процедил Перл, даже не дав мне пояснить, что я уже точно не смогу вернуться в школу. Все двери замка уже давно закрыты. — Мне повторить еще раз?

Он больно схватил меня за локоть и силой уволок к двери, за которой простирался хвойный лес и ночная мгла.

— Перл, там опасно! — пытался остановить его Элиот, выхватывая мою руку из его крепкой хватки. — Ты хоть соображаешь, что делаешь? Ей уже нельзя выходить наружу.

— Ей нельзя оставаться здесь! — крикнул Перл, после чего несколько мальчишек, стоявшие недалеко от нас, обернулись и во все глаза уставились на нас.

Дальнейший монолог Элиота был прерван громким треском окон. Они за считанные секунды взорвались и посыпались на пол. Не успела я и звука издать, как Перл, испуганно глядя на меня, вытолкнул наружу и закрыл входную дверь на замок, чтобы я не смогла больше пробраться внутрь. И после этого кто-то ещё может утверждать, что мы с ним связаны судьбой?

— Открой дверь сейчас же! — крикнула я, как можно громче, тарабаня по двери. Бесполезно, в замке началось сражение, черноборцы тут, а я в лесу.

Осознав происходящее я обернулась и осмотрелась по сторонам. Что мне делать?

— Так-так, кто это у нас здесь? — послышался звонкий голос мальчишки, который заманчиво прокручивал в руке острый кинжал и медленно подходил ко мне, изучая пристальным взглядом. — Девчонка.

— Ясное дело, что не дерево, — прыснула я. Лучше бы я молчала, в моем положении мне даже дышать лишний раз нельзя, не то чтобы говорить.

— А ты остра на язык, — просмеялся он звонко. — Жаль даже убивать такую шутницу.

— Убивать? — переспросила я, испуганно осматривая мальчишку.

Он был старше мня на пару лет, высок и красив, но безумно опасен. Его длинные черные волосы красиво обрамляли бледную кожу лица и идеально гармонировали с только же черными, как бездонная ночь, глазами. Его одежда была такой же темной, как и его душа, но и так же чарующей, как и он сам.

— Ты, конечно, могла бы вступить в наши ряды, если бы была чуть старше, а так ты слишком мала. Не хочу иметь такое бремя, как ты.

— А кто сказал, что я хочу стать такой же жалкой, как и ты? — не выдержала я, за что получила острым кинжалом в руку.

Я шумно повалилась на землю, пытаясь вынуть с плеча острое лезвие, но от любого движения с моего горла срывался пронзительный крик.

— Думай, о чем говоришь, девчонка! Жалким?! Ты назвала меня жалким? Знаешь ли ты, на что я способен? Знаешь ли ты, как я могу колдовать?

Я молча глазела на него, жалея сотню раз, что рядом со мной сейчас нет скрипки. Она была бы кстати в данной ситуации.

Тем временем мальчишка начал быстро кружиться, создавая вокруг себя смерч, который становился все больше и больше с каждым его вращением.

— Прекрати, — молила я.

От этого ветряного вихря поднимались вверх все росшие возле школы деревья, и их мольба о пощаде эхом доносилась до меня. Но слышал ли кто-нибудь ещё этот крик? Ощущал ли собственноручно, что они испытывают?

— Прекрати, прошу! — повторяла я снова и снова. — Не надо! Не делай этого!

— Ты все ещё сомневаешься в моей силе? — спросил он, выйдя из ветряного вихря, который уже без его помощи кружился вокруг школы, сбивая все на своём пути.

Не успела я хоть что-то ответить, как черноборец плотно прижал меня к земле и крепко надавил на горло, лишая возможности дышать.

— Ты… — остановился он, внимательно изучая мою эльйскую отметину.

— Убери от неё свои руки! — кричал во все горло Перл.

Эльф перевёл взгляд на мальчишку, а потом вновь на меня.

— Связанные? — все ещё не верил в происходящее черноборец. Впервые на его лице помимо злости показалось новая эмоция, удивление. — Неужели вы оба…

Даже не договорив, он ехидно усмехнулся и во всю силу засвистел, тем самым призывая остальных черноборцев к себе.

Моя голова зазвенела от боли, я плотно зажмурила глаза, чтобы как-то унять боль, а когда открыла, увидела бежавшего ко мне Элиота, который вскоре вступил в сражение с черноборцем. Я, тем временем, попыталась встать и привести дыхание в норму, но Перла уже окружили другие черноборцы, которые только и делали, что утверждали о его сияющем эльфийском знаке.

— Уходи отсюда, прошу, — слышала я испуганный голос Перла в своей голове, тем временем как его губы были плотно прижаты друг другу.

Я не могла оставить его и Элиота здесь совсем одних. Моё сердце разрывалось на части лишь от одной мысли, что с Перлом может что-то случиться. Если бы только со мной сейчас была скрипка, я бы смогла спасти Перла.

— Джуди, лови! — услышала я знакомый голос орла, прислуживающего временному правителю Эльфериума. Он кинул мне в руки скрипку, и я тут же поспешила узнать, откуда он понял, что она мне нужна. — Ты слишком громко просила об этом, вот я и услышал, — ответил он и улетел прочь.

Больше не медля ни секунды, я, преодолевая всю боль, которая доносилась из моего окровавленного плеча, взяла в руки смычок и, прикоснувшись к струнам скрипки, заиграла звонкую мелодию, призывая всех животных и эльфов прийти на помощью Перлу. Черноборцы тем временем замерли на месте, что позволило Элиоту убить большую часть из них. Птицы тем временем окружили противников сверху и сыпали на них камнями, ровно до того момента, пока сюда не пришли истинные эльфийские воины с мечами и кинжалами.

— Перл, — только и успела вымолвить я, прежде чем мои глаза начали закрываться под тяжестью век. Я теряла сознание, но отчётливо слышала молящий голос Перла открыть глаза.

— Не бросай меня снова, — просил он меня, но я уже не могла ничего ему ответить.

***

— Пора уходить, — молвил Уэсли Эберт маленькому мальчишке, что с грустью поглядывал на меня спящую в цветущей сакуре. — Черноборцы вот-вот прибудут в замок.

— Она ещё такая маленькая, как я могу оставить её здесь совсем одну? — продолжил маленький эльф, не сводя с меня взгляда прекрасных зелёных глаз. — Прошу, сэр, сдержите своё обещание и позаботьтесь о ней, как о своей родной дочери. Для меня она очень дорога. Эмелин — единственный член моей семьи.

— Тебе незачем о ней беспокоиться, отныне она будет под надёжной защитой. Уверяю тебя, малышка вернётся в Эльфериум в срок, и вы встретитесь с нею вновь.

Мальчишка вновь задумчиво наклонил голову на бок, тем временем как Уэсли нервно поглядывал на дверь, из которой вот-вот должны были появиться черноборцы.

— Поговаривают, длительное расстояние между «связанными» мучительно для обоих, — тоскливо шептал парнишка. — Мне придётся жить вдали от природы, чтобы она прежде времени не смогла почувствовать связь между нами. Как думаете, у меня хватит сил дожить до нашей следующей встречи?

— Разве есть что-то, с чем бы ты мог не справиться? Помни, чей ты сын!

— Вы как всегда правы, сэр, в нашей семье непринято сдаваться! И ради неё я буду бороться! — указал он на меня.

— Вот теперь я узнаю наследника престола!

Как только послышался звук сражения, мальчишка тут же напрягся и бросив на меня последний взгляд, молвил «Береги себя» и исчез с порывом сильного ветра и крика детского плача доносящегося из моей груди.

***

— Джуди! — я услышала крик Перла, прежде чем осознала, где нахожусь. Он смотрел на меня обеспокоенным взглядом, точно таким же, каким смотрел на меня мальчишка во сне. У обоих были одинаково цвета глаза, и это сходство позволило предположить, что передо мной стоял один и тот же эльф.

— Как себя чувствуешь? Мы так переживали… — без остановки говорил Элиот, но я продолжала смотреть на парнишку, чья эльфийская отметина сияла в унисон с моей.

— Я в порядке, — врала я.

На самом деле, я совершенно не чувствовала своего тела и едва ли поворачивала голову из стороны в стороны, чтобы осмотреть помещение и эльфов, которые сейчас с облегчением смотрели в мою сторону, радуясь, что я наконец-то проснулась. Среди них я узнала свою бабушку, Ию Лагранж и Обри Холл. Последняя из них спала на соседней кровати и даже не догадывалась о том, что я уже проснулась. Интересно, как долго я проспала?

— Тебе нужно отдохнуть и еще поспать, ты слишком слаба для разговоров, — заверила Ия, заботливо улыбаясь на мою вымученную улыбку. — Мы не будем тебе мешать, отдыхай и набирайся сил.

— Но я ведь только проснулась, — напомнила я, но она уже вышла из больничного крыла вместе с бабушкой, которой явно хотелось о многом со мной поговорить.

— Пойду принесу тебе снадобье, — сообщил Элиот и словно ветер растворился в воздухе.

— Как вы это делаете? — спросила я тут же.

— Что именно?

— Внезапно исчезаете и появляетесь.

— Это лишь преимущества эльфийского меча, — подал плечами парнишка. — Каждый стражник умеет творить подобное. Это не так уж и сложно.

Он попытался улыбнуться, но я вновь сосредоточилась на его прекрасного цвета глазах и вспомнила сон, после которого у меня появилось много вопросов.

— Кто ты? — спросила я тут же, нахмурив брови.

— Ты меня не помнишь? — на его лице отразилась масса эмоций, но отчётливо видны из них были страх и боль.

— Ты мне снился, — призналась я, пытаясь занять сидячее положение. Тело отказывалось подчиняться мне и больно завывало от каждого сделанного движения. — Ты был совсем ребёнком.

Лицо парнишки озарилось от счастья, он готов было что-то мне рассказать, но я поспешно заявила:

— Ты разговаривал с моим отцом, — Перл поник. — Значит, он и в самом деле помог тебе сбежать?

— Это не совсем так, — мямлил эльф. — Уэсли помог спрятать…

— Значит, это ты наследник престола?! — спросила я, и он тут же замер, как вкопанный, под пристальным взглядом присутствующих здесь эльфов.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

«Я чувствую непреодолимое желание быть с тобой, но не могу объяснить причину. Кто ты? Почему мне кажется, что я тебя знаю лучше, чем себя саму?»

Из личных записей Джуди Эберт

Глава 9. Логово смерти

— Наследник престола? — переспросил парнишка, широко раскрыв глаза от удивления.

На его лице отобразилась масса эмоций, начиная от радости и заканчивая страхом. Мне безумно захотелось узнать, что на самом деле испытывает он в данную секунду и правдивы ли мои домыслы, но парнишка больше не сказал ни слова.

— Не помешаю? — неуверенно войдя внутрь спросил незнакомый мне эльф, разодетый в военное обмундирование.

На вид ему было около двадцати лет, его взгляд был мягче и добрее, что казалось даже немного странным. Эльфы хоть и добрые создания, но далеко не такие приветливые, как этот незнакомец. Но не только это показалось мне странным, его военная форма была столь безупречно чистой, что казалось будто он только-только присоединился в эльфийскому военному отряду.

— Его величество желает видеть Джуди Эберт у себя во дворце, — сообщил он с небольшим поклоном.

Разве офицерам положено делать подобный жест? Даже при короле они ведут себя сухо и сурово, будто чужеземцы.

— Сейчас там слишком опасно, — тут же нахмурился Перл.

Я мимолётно заметила, что он тоже поглядывал на незнакомца с подозрением. Что-то здесь точно было не так.

— Уверяю вас, малышку доставят в школу в целости и сохранности.

Я вновь попыталась встать с кровати, но мои попытки не увенчались успехом.

— Она еще слишком слаба, чтобы куда-то идти, — встряла в разговор Обри. Когда она только успела проснуться?

— Об этом не беспокойтесь, король позаботится о её выздоровлении, — улыбнулся эльф, уверенным шагом подходя ко мне.

Недолго думая, он подхватил меня на руки и, попрощавшись с другими эльфами, удалился прочь. Я тут же почувствовала запах гари, доносящийся от одежды эльфа, что заставило мне напрячься. Зачастую от офицеров доносился запах металла, еле ощутимого пота после сражений и легкий аромат весеннего цветка, но точно не дыма или пыли.

— Ничего не говори Лютеру Ленцу про наследника! — прозвучал голос Перла у меня в голове, а чуть позже парнишка добавил: — Береги себя!

Я бросила молящий взгляд на Обри, но она явно не осознавала причину моего страха.

— Зачем я так срочно понадобилась королю? — спросила я у эльфа прежде, чем успела заметить, как голубые глаза эльфа сменились на чёрный, пронзающий до костей цвет. — Черноборец, — прошептала я, на что он злорадно усмехнулся и подбросил меня в воздух, где меня когтями поймала огромная, просто гигантского размера птица.

— Лети в логово смерти! — крикнул эльф, а сам уселся на спину другой птицы и полетел вслед за нами.

— Перл! — закричала я как можно громче, насколько мне только хватило сил, но из моего горла издался жалкий писк мышонка.

Что теперь со мной будет?

***

За считанные секунды мы перелетели весь хвойный лес, замок и здешние школы Эльфериума. Я увидела незнакомые мне прежде озера и горы, на вершинах которых было порядком холодно. Мы обогнули длинное бескрайнее море и только потом попали на остров, где не было солнца и деревьев, не было ничего живого, лишь камни, пепел, дым и пламя. Неужто я в Преисподней?

Стоило мне только об этом подумать, как гигантская птица выпустила меня из своей крепкой хватки и швырнула в самую ближайшую каменную гору, ударившись об которую я тут же потеряла сознания.

— Нельзя так обращаться с нашими гостями, Сью, — услышала я ехидный голос эльфа, как только начала постепенно приходить в себя. — Мы же не можем допустить, чтобы она умерла так быстро, верно?

Я с трудом заставила себя открыть глаза и разглядеть место, в котором находилось. Здесь было очень темно и душно, дым заменял привычный мне свежий воздух, а пламя — солнце.

— Проснулась, значит, это хорошо, — продолжил эльф, возле которого сидела та самая гигантская птица, которая принесла меня сюда.

— Зачем с ней церемониться? — услышала я злобный голос птицы. — Кинули бы её в огонь и дело с концом.

— Что вам от меня надо? — прохрипела я, не в силах пошевелиться. Говорить — это единственное, что я могла сейчас делать.

— Поговаривают, из-за тебя погибло с десяток наших воинов, — расхаживал черноборец из стороны в сторону, в то время как птица злобно возмущалась.

— Из-за нее погиб мой хозяин! — вопил Сью, но, по всей видимости, никто, кроме меня, не слышал, что он говорил. — Она заколдовала эльфов с помощью скрипки, эта девчонка сильнее, чем кажется на первый взгляд. От нее надо избавиться!

— Не знаю, каким образом это вообще могло произойти, но полагаю, что ты представляешь из себя нечто особенное, — предполагал эльф.

— Вы ошибаетесь, — прохрипела я в ответ.

— Вранье! — вновь завопила птица. — Эта эльфийка связана с тем мальчуганом. Их отметины сияют, когда они находятся вблизи друг друга.

— Замолкни! — ответила я мысленно на бесконечный вопль птицы.

— Она говорит! — завопил Сью словно попугай, раскрывая крылья от возмущения. — Она понимает язык птиц. Эта девчонка…

— Сью, ты чего завёлся? — не понимал черноборец. — Так не терпится её убить? Девчонка служит нам как приманка, так что успокойся и жди, пока за ней не придут другие эльфы. Тогда ты увидишь еще то зрелище.

— Её надо убить сейчас! — вопил Сью.

— Что тебе известно о наследнике престола? — продолжил спрашивать эльф.

— Лишь только то, что его все ищут, — ответила я, на что птица вновь стала возмущённо махать своими гигантскими черными крыльями.

Эльф недовольно цокнул и скривил гримасу. Он несколько минут о чем-то размышлял, и даже болтливая птица не мешала ему в этом деле.

— Позови Грегора, — велел наконец-то чреноборец юному мальчугану, которого я заметила здесь далеко не сразу. Скорее всего, он прислуживал черноборцам или лишь недавно присоединился к их рядам, ибо не хвастался своей силой, как это делали остальные. Он вообще вёл себя подозрительно тихо.

— Слушаюсь, — ответил мальчишка, с опаской глядя в мою сторону.

Вскоре он вернулся, а вместе с ним появился высокий, едва ли не двухметровый эльф, с длинными, черными, как ночь волосами и такого же цвета глазами.

— Мартин, ты желал меня видеть? — спросил черноборец, но, завидев меня, тут же нахмурился и посуровел. — Эта она? Не вижу в ней ничего особенно, как по мне это обычная девчонка. Зачем ты её сюда принёс?

— Чтобы другие эльфы навестили наши земли. Малышка послужит лишь приманкой.

— Эльфам запрещено вступать на наши земли, впрочем, как и нам.

— Разве это кого-то когда-нибудь останавливало? — парировал Мартин. — Грег, признай, что это отличная идея — заманить сюда эльфов.

— Возможно это было бы так, если бы она представляла нечто особенное, столь важное, как и королевский потомок, — указал он на меня и вновь нахмурился, будто хотел показать, что не одобряет моё присутствие на этих землях.

— За её жизнь сражалось немало эльфов, и из-за нее погибло немало черноборцов.

— Да неужто? — удивился тот и подошёл ко мне ближе. — Как же так получилось, что такое маленькое дитя могло наделать столько бед для нашего народа? Возможно, ты сильнее, нежели кажешься на первый взгляд? Думаю, тогда стоит провести обряд и присоединить тебя к нашим рядом, что думаешь,

Мартин, оно того стоит?

— Она слишком мала для такого. Только обузой будет. Знаешь ведь, что после обряда она не сможет больше вырасти ни на дюйм.

— Вот именно, из неё выйдет отличная шпионка. Никто, даже король, не сможет догадаться, что столь юное дитя может быть черноборцем. Она может продолжать учиться в Эльфериуме, а обо всем происходящем докладывать нам.

— Ты как всегда прав, Грегор, — довольно улыбаясь закивал Мартин. — С этой девчонки может выйти нечто путевое и выгодное для нас. Сью, принеси снадобье.

— Ей нельзя доверять! — кричала гигантская птица, но её никто не слушал.

— Сью, ты слышал, что я сказал?! — грозно повторил Мартин, и птица тут же ему повиновалась.

— Не подходите! — охриплым голосом кричала я, наблюдая за тем, с каким довольным, злобным взглядом Грегор прокручивал острое лезвие в своих тонких бледным руках и подходил ко мне все ближе и ближе. — Я не хочу, не надо. Отстаньте от меня!

— Не трать сил зря на крики, — прошептал Грегор, — тебя все равно никто не услышит.

Я испуганно забилась в угол, заливаясь слезами от страха и боли, которая разносилось по всему моему телу. Я не могла бежать, у меня не было на это сил, я не могла позвать на помощь никого из тех, кого знала, поскольку находилась на вражеской территории, среди незнакомой мне местности и волшебных созданий.

— Перл! — закричала я что есть мочи, когда острое лезвие воткнулось в моё сердце и за считанные секунды прекратило его удары.

Я мертва и не могу шевелиться, но продолжаю чувствовать все то, что делают с моим телом. Как только Грегор вылил на мою рану зелёное снадобье, я почувствовала, как моё тело словно под электрическим током начало биться в конвульсиях.

— Что-то не так, — нахмурился Матрин. — Ты уверен, что она мертва?

— Кто может выжить после удара в сердце? — парировал Грегор.

— Но её тело не должно так реагировать.

Они вновь уставились на меня во все глаза и молча ожидали, что произойдёт дальше. Я же, словно призрак, парящий над своим собственным телом, пыталась понять, буду ли я после этого обряда жить.

— Принеси кровь мага, — велел Мартин птице, которая, как ни странно, тоже с опаской наблюдала за происходящим.

К моему собственному ужасу, непонятную жидкость в чёрном флаконе вылили мне прямо в рот, после чего удары током по моему телу прекратились.

Я еще несколько минут оставалась лежать неподвижной и лишь потом почувствовала вблизи себя знакомый аромат цветущей сакуры. Я поняла, что за мной пришли, а значит, я спасена.

— Перл, — молвила я тут же, как только лёгкие наполнились привычным свежим запахом, но парнишке нигде не было видно поблизости.

Словно вылечившись от всех болезней, я встала и осмотрелась по сторонам. Он точно тут, я не могла ошибиться.

— Кто такой Перл? — спросила Грегор у Мартина, на что тот лишь пожал плечами.

— Девчонка! — окликнул меня Грег. — Слушай меня!

Я повернулась на его голос против своей воли и, словно заколдованная, уставилась в его бездонные тёмные, словно ночь глаза.

— Отныне ты и твой разум принадлежит мне! — продолжил он суровым голосом. — Подчиняйся мне, как своему хозяину, делай все то, что я тебе велю и тогда никто: ни ты, ни твои родные — не пострадают, ты меня поняла?

— Да, хозяин, — слова вылетели с моих уст прежде, чем я осознала, что только что произнесла.

— Возвращайся в Эльфериум и узнай как можно больше о наследнике престола. Выясни, что королю известно об этом.

— Слушаюсь.

Я хотела была уже уходить, но вдали послышались знакомые голоса и звуки сражения. Эльфы вернулись за мной, я была права.

— Пришли все-таки, — усмехнулся Мартин. — Так я и знал. Ну что, повеселимся, Грег?

— Ты же знаешь, я никогда не упускаю возможности надрать задницу эльфам.

Мартин, довольно глядя на прибывших, прихватил с собой пылающий в огне меч и ринулся в бой.

— Найди своих и возвращайся в школу, — прошептал мне на ухо Грегор. — Я свяжусь с тобой позже.

— Как скажете, хозяин, — ответила я и вновь удивилась своему повиновению.

Какое зелье они мне дали, раз уж я теперь не могу контролировать свои собственные действия?

Глава 10. Скажи мне правду

Я не помнила, как очутилась в Эльфериуме и не знала, кто меня привёз в школу Марвина Миллера, но лишь частично догадывалась, кто был к этому причастен.

«Я нашла в бою Элиота и Перла, потеряла сознание, а очнувшись, оказалась здесь», — твердила я самой себе в мыслях, чтобы хоть немного возобновить свои воспоминания.

Открыв глаза, я увидела сидевшего рядом со мной Перла. Он мило посапывал и пускал на свой рукав слюни. Время от времени он бормотал себе что-то под нос, но мне и слова не удалось разобрать.

— Перл, — тихо-тихо прошептала я, но вместо его голоса услышала знакомый голос Грегора в своей голове.

— Ну наконец-то ты очнулась! — раздражительно молвил он.

Я испуганно осмотрелась по сторонам, но так и не поняла, где он может здесь спрятаться.

Комнату никак нельзя было назвать большой, из всей мебели здесь стояла лишь кровать, тумбочка с лампочкой и небольшое запылённое зеркало в углу.

— Где вы? — прошептала я, боясь разбудить эльфа.

— В Яровиле, — ответил Грегор и тут же перешёл к делу. — Слушай меня внимательно и запоминай! Каждый вечер я буду проникать в твой разум и выяснять, что тебе удалось выяснить про наследника. Каждый раз, когда ты будешь отвечать: «Мне ничего неизвестно», твоё тело будет биться в конвульсиях из-за тока, который я буду тебе посылать. Ты меня поняла?

В знак подтверждения своих собственных слов, моё тело резко дёрнулось от электрического разряда, тем самым разбудив Перла.

— Я поняла, — испуганно ответила я, и он тут же довольно рассмеялся.

— Вот и славненько, — после этого его голос исчез из моей головы и разряд тока тоже.

— Что ты поняла? — спросил Перл, испуганно подскочив на месте.

— Что? — неожиданно пришла я в себя. — Я разве что-то говорила?

Он посмотрел на меня во все глаза. Перл явно был испуган и беспокоен происходящим. Знал бы он, насколько я сейчас испугана.

— Что они с тобой сделали? — прошептал эльф, нежно-нежно прикасаясь рукой к лицу, словно к фарфоровой кукле. — Твоё лицо все в ссадинах и порезах…

— Как я здесь оказалась? — спросила я нервно, вздрагивая от любого прикосновения. Все тело выло от боли и тряслось, словно не родное.

— Ты ничего не помнишь?

— Что я должна помнить?

— Мы нашли тебя без сознания у скалы в Яровиле, — в комнату вошёл Элиот, по выражению лица которого стало ясно, что лучше мне не смотреть в зеркало ближайшую неделю. — Какая-то большая птица пыталась скинуть твоё тело в огонь.

Неужели Сью так сильно меня ненавидел, раз уж так старательно пытался от мня избавиться?

— Мы убили эту громилу, а тебя увели из Логово смерти, — закончил Перл.

— Что за Яровиль? — поинтересовалась я.

— Город стихийных бедствий, — пояснила Обри, вошедшая следом за Элиотом.

Значит, это правда, черноборец будет общаться со мной с помощью мыслей вне зависимости от того, где я нахожусь.

— Ты кричала все время, пока мы летели сюда, — напомнил Перл, внимательно изучая моё лицо, будто на нем были написаны все ответы на волнующие его вопросы. — Твоё тело извивалось в конвульсиях… Ты ничего не помнишь?

Я испуганно замотала головой из стороны в сторону. Что со мной будет, если я им все расскажу? Что если Грегор сейчас слышит все то, о чем мы сейчас разговариваем?

— Ты уверена, что над тобой не проводили никаких экспериментов? — спросил Перл еще раз, как можно аккуратнее.

— Я же сказала, что не знаю! — выпалила я и тут же испуганно забилась в угол от своей собственной реакции, которая была мне вовсе не свойственна.

— Оставьте нас на пару минут, — попросил Перл.

Как только нас в комнате осталось двое, напряжение спало, дыхание нормализовалось, и я успокоилась.

— Джуди, что происходит? Скажи мне правду.

— Нет! — выкрикнула я. — Не могу! Я боюсь.

— Боишься чего?

— Его боюсь, — едва ли не плача, выговорила я. — Он убьёт меня…

— Кто убьёт? — не на шутку испугался он. — Джуди, о ком ты говоришь?!

— Не заставляй меня говорить это! — кричала я, трясясь от страха. — Уходи, Перл! Оставь меня в покое!

Парнишка в недоумении замер на месте, а в следующую секунду встал и подошёл к двери, рассеянно оглядываясь по сторонам.

— Ты звала меня, — прошептал он. — Ты просила помочь тебе. Ты сказала, что черноборцы хотят убить тебя. Ты плакала, как в день нашего… — Эльф умолк и лишь чуть позже молвил: — Что они с тобой сделали?

Он вышел из комнаты, и по моим щёкам тут же потекли слезы.

«Что они с тобой сделали?» — этот вопрос терзал меня до конца вечера.

Я стала прислуживать черноборцу словно раб. Неужели я больше не смогу стать настоящей эльфийкой? Что теперь со мной будет? Я буду жить в том ужасном месте, где нынче обитают черноборцы?

Я долго просидела в тишине, не пуская никого, кто бы хотел ко мне зайти. Перл сотню раз пытался поговорить со мной, хотел рассказать всю правду, ответить на все вопросы, которые я раньше ему задавала, но я не желала его слушать. Я до

смерти боялась, что он и в самом деле окажется наследником престола, боялась, что черноборцы убьют его, и я больше никогда его не увижу. Я беспокоилась о, казалось бы, совершенно незнакомом мне мальчишке гораздо больше, чем о своей собственной жизни.

Когда Грегор вновь со мной свяжется, он обязательно накажет меня за бездействие и отсутствие новой информации, но даже невыносимые удары молнии не заставят меня приблизиться к Перлу.

— Уходи! — кричала я ему всякий раз, когда чувствовала, что он подходит к моей комнате в больничном крыле.

— Джуди, я могу помочь, впусти меня, — уверял он, но я не желала его слушать.

Весь день я изливалась слезами от страха, ночью умирала от разряда электрического тока, а наутро вновь прогоняла каждого, кто приближался к моей комнате. И лишь однажды ночью я позволила Обри со мной поговорить.

— Ты нас всех до смерти напугала, — эльфийка облокотилась о больничную стену и присела на пол, покрытый мягкой зелёной травой. — Когда Перл понял, что тебя забрал не офицер из королевской гвардии, все тут же ринулись тебя спасать. Элиота и Перла не хотели брать с собой, но они утверждали, что знают, где тебе искать. Перл даже рассказал всем о том, что вы с ним «связанные».

— Мы ведь едва ли знакомы с Перлом, — обессиленно прошептала я, как только перестала чувствовать электрический ток. — С чего бы такая забота?

— Вы «связанные», — в который раз повторила она. — По легенде, эльфы, подобные вам, чувствуют эмоции и боль друг друга.

— Получается ему сейчас так же больно, как и мне?

— Да, Джуди, — кивнула Обри. — Потому-то он и хотел с тобой поговорить. Эльфы не понимают, почему черноборцы не завершили обряд и не присоединили тебя к своим рядам. Многие полагают, что всему виной мальчишка. Чтобы завершить обряд, Перла тоже нужно убить и напитать кровью черноборцев.

— Кровью? Разве не эликсиром?

— Я читала о том, как проводится обряд перевоплощения. Эликсир лишь только в том случае, когда что-то идёт не по плану, когда высока вероятность смерти эльфа.

— Вот значит как, — еле слышно прошептала я и поникла.

***

Так прошло больше трёх дней. Когда моё тело вовсе ослабло от голода и мук, которые посылал мне Грегор, я все же решила выйти из своей комнаты, чтобы просто увидеть дневной свет. Я чувствовала, что мне вскоре придётся вернуться в Яровиль, и эта мысль никак не давала мне покоя.

— Что это с ней? — испуганно глядя на меня перешёптывались между собой маленькие девчонки с моего, параллельного и старших классов.

— Её глаза… Вы только посмотрите на них.

Я упёрто полагала, что мои глаза были просто красными и опухшими от слез,

но, как выяснилось позже, я глубоко заблуждалась в этом.

Стоило мне только дойти до гигантского зеркала, расположенного на первом этаже северного крыла школы, как я тут же увидела в отражении страшную изуродованную девчонку с золотистыми волосами, передние пряди которых стали темнее любого каменного угля. Зеленные лучезарные глазки превратились в черные страшные глаза Дьявола.

От страха и неожиданности я закричала что есть мочи и повалилась на пол.

— Нет, нет, только не это! — плача, кричала я, тем самым привлекая к себе внимание других учениц и учителей.

— Джуди, — ко мне подбежала не менее напуганная Эрма Фейербах и, оглянув меня с ног до головы, крепко-крепко обняла. — Поверить не могу, что они с тобой это сделали.

— Я становлюсь похожа на черноборцев, — плакала я. — Мои волосы потемнели, мои глаза изменили цвет…

— Тс-с-с, — прошипела она, — тише, Джуди. Пойдём, Ия знает, как тебе помочь.

— Помочь? — переспросила я, издавая истерический хохот. — Мне уже нельзя помочь.

Ученицы уставились на меня в ожидании продолжения, но на самом интересном месте прозвенел привычный мелодичный звон, призывающий всех учениц вернуться в классы.

— Они провели на мне обряд, — продолжила я шёпотом, когда любопытные девчонки ушли, — теперь я связана с Грегором, как раб со своим хозяином. Он может проникать ко мне в разум, он хочет знать все, что связано с наследником, Грегор хочет убить его, понимаешь?

— Убить? — переспросила Эрма.

Я нервно закивала ей в ответ и вновь залилась слезами.

— Что мне теперь делать? Я не хочу быть черноборцем.

***

Пока длился урок, меня поспешили отнести в библиотеку, где мне пришлось пробыть до самого вечера в ожидании возвращения миссис Лагранж из ежедневной прогулки по Эльфериуму.

К тому времени я успела три раза уснуть и столько же раз проснуться от голоса Грегора в своей голове. Он называл меня бесполезной девчонкой, говорил, что убьёт меня, если я не выясню для него необходимую информацию. Но я продолжала оставаться в привычном положении.

Пока я хоть немного могу контролировать свой разум, я не позволю себе предавать свой народ. Репутация моей семьи и так испорчена после внезапного исчезновения наследника престола, не хватало, чтобы меня еще убили за предательство.

— Вы мне не хозяин! — осмелилась как-то раз вымолвить я, за что целый час билась в конвульсиях.

Ни бабушка, ни Обри, присоединившаяся к нам позже, не могли мне помочь в ту минуту. Обе впадали в ужас от того, что происходило с моим телом, а я не могла больше сказать ни единого слова. Моё тело ослабло от изнеможения. Я вновь потеряла сознание, а когда очнулась, услышала обрывки разговора между Эрмой, Обри и Ией, которая наконец-то вернулась в школу.

— Обряд не завершён, — уверяла она.

— Вы в этом уверены? — нахмурилась Эрма недоверчиво глядя на меня. — У Джуди постепенное меняется цвет волос, а глаза и вовсе уже черные, совсем как у черноборцев.

— Я знаю, о чем говорю.

— Мы не знаем наверняка, слышит наш разговор сейчас Грегор или нет, — аккуратно напомнила Обри, по всей видимости, переживая, что эльфийки в порыве выяснения истинных причин моего состояния не сболтнули лишнего.

— Именно поэтому я и не могу рассказать всю правду, которая мне известна, — нахмурилась Ия.

— Какую еще правду? — охрипшим голосом поинтересовалась я, но вместо ответа получила привычный, до ужаса невыносимый разряд молнии.

— Выясни, что они скрывают! — услышала я знакомый голос Грегора в своей голове.

— Он все слышит, — скуля от боли словно щеночек, молвила я, провалившись вновь в темноту.

***

Проснулась я от приятного тёплого прикосновения к своей коже и дурманящего запаха цветущей сакуры. Мне не нужно было даже открывать глаза, чтобы понять кто пришёл меня проведать.

— Как себя чувствуешь? — поинтересовался Перл мягким заботливым голосом. — Голова не болит? Ты сильно ударилась головой, когда потеряла сознание.

— Где это мы? — спросила я, как-только открыла глаза.

Со всех сторон меня окружали цветущие сакуры, которыми так сильно пах Перл. Этот запах я могла учуять за километр и с точностью сказать, кому он принадлежит.

Кроме сакуры здесь не было больше никаких деревьев. Долина переливалась в фиолетово-розовом цвету с зелёным отблеском травы, на которую порядком никто не обращал внимание. Достаточно было посмотреть наверх и влюбиться в это розовое облако из листьев сакуры.

— Это долина святого покрова, — пояснил эльф, — я здесь пробыл все своё детство.

— Здесь? — удивилась я, не найдя поблизости ни одного домика, где можно было переночевать.

— Здесь редко идут дожди, погода всегда тёплая, а воздух столь же свежий, как и на берегу моря, — словно прочитав мои мысли, ответил мальчишка, задирая

голову вверх.

Я мимолётно залюбовалась его внешностью и белоснежной кожей, которая под лучами яркого солнца становилась все красивее и красивее. Парнишка будто насыщался пребыванием в здешних местах. Казалось только здесь он чувствовал себя счастливо.

— Почему мы не в школе? — поинтересовалась я, с трудом отведя взгляд от столь красивой персоны, как Перл.

— Здесь Грегор не сможет услышать твои мысли. Долина недоступна для черноборцев. Они не могут ориентироваться в здешних краях. Запах цветущей сакуры не позволяет им здраво мыслить.

— Откуда ты?..

— Эрма мне все рассказала.

— Но почему именно тебе?

— Потому что мы «связаны», — в подтверждение своих слов парнишка оголил свою шею, на которой сиял кленовый лист — эльфийская отметина, полученная от природы при появлении на свет.

— Мне никто никогда не объясняет, как эльфы, никогда не знающие друг друга, могут оказаться «связанными»?

— Ты меня знаешь гораздо лучше, чем может показаться на первый взгляд, — уверял эльф. — Ты просто меня не помнишь.

На последних словах лицо парнишки отобразилось грустью, он порядком приуныл, но в следующую секунду воодушевился и молвил:

— Но я могу помочь тебе все вспомнить.

— Вспомнить что?

— День твоего рождения. День, когда мы с тобой встретились впервые.

— Значит, я была права, я знала тебе и раньше, до того, как прибыла в Эльфериум.

— Скажу тебе даже больше, ты родилась не на Земле, а в Эльфериуме. Уэсли Эберт спрятал тебя у людей, чтобы никто не мог тебя найти.

— Нет, — запротестовала я. — Папа прятал от эльфийского народа наследника престола, а не меня.

Перл на минуту замолчал, давая мне все переосмыслить, а в следующую секунду крепко схватил за руку, погружая в сладкий сон воспоминаний.

Глава 11. Здравствуй и прощай

Сентябрь 2012 года

Его обеспокоенные глаза цвета зелёной ели, словно в предвкушении чего-то важного, с интересом рассматривали меня с ног до головы. Невысокий мальчишка в золотом одеянии лучезарно улыбался мне своей самой искренней и доброжелательной улыбкой. Золотистого цвета волосы водопадом спадали на костлявые плечи мальчишки. Он был старше меня всего на несколько лет, но его уверенный взгляд производил впечатление умного ребёнка. Едва ли не вундеркинда. От него исходил приятный аромат цветущей сакуры, которая росла совсем неподалёку. Вблизи неё с гор водопадом стекала вода, в отражении которой было видно и безоблачное небо, и птицы, парящие в нем, и солнце, ярко сияющее по всей округе.

Мне хватило несколько секунд, чтобы узнать среди этих красот свой дом. Я не гуляла по здешним садам прежде, но я определённо наблюдала за ними издалека. Казалось, что я длительное время находилась в глубоком сне и только сейчас проснулась.

— Здравствуй, принцесса, — с улыбкой молвил мальчишка, беря меня на руки.

Ко мне тут же вернулись воспоминания, когда мальчишка сидел возле меня и рассказывал все, чего я еще не могла увидеть. Я не отвечала ему, но все помнила до единого слова. Помнила, как он рассказывал о первом дне своего рождения и первом дне пребывания в Эльфериуме. Помнила, как он, сидя возле цветка, в котором я спала, обсуждал королевские вопросы с другими эльфами, что почтенно кланялись как мне, так и ему, несмотря на то что он был младше остальных на сотню лет.

Для здешних эльфов он был Перлом Кристофером Ленцом — наследником престола и будущим правителем Эльфериума, а для меня — братом и единственным членом семьи. Время от времени мне доводилось видеть взрослого светловолосого эльфа, некоего Лютера Ленца. Зачастую он приходил ко мне с хмурым встревоженным взглядом, но радовался каждый раз, когда обнаруживал, что со мной все хорошо.

— Набирайся сил, Джуди, — с улыбкой произносил он и, присаживаясь на большой камень, стоящий возле цветка, в котором я пребывала до своего дня рождения, рассказывал мне о том, что произошло или кого он встретил на протяжении этого месяца.

— Как жаль, что мне не удастся показать тебе весь Эльфериум, — с грустью молвил король за несколько часов до моего рождения. — Надеюсь, что хоть Перлу удастся это сделать.

Я хотела выяснить причину его грусти, но не могла ничего произнести. Мне оставалось лишь ждать, когда он сам захочет мне все рассказать.

— Надеюсь, черноборцы не потревожат тебя в день твоего рождения, — продолжал мускулистый мужчина с золотой мантией на плечах. — Первый день твоего пребывания в Эльфериуме должен пройти особенно. Когда родился Перл, мы устроили грандиозный праздник, весь народ праздновал его рождение. Небо было усеяно салютами, земля — праздными фонарями… Даже птицы со всех концов света слетелись на праздник.

— Ваше величество, — его рассказ был прерван бледнокожим эльфом в серебряном обмундировании, которое носил каждый стражник королевской семьи, — все готово. Черноборцы уже дошли до столицы.

— Пора, — нервно прошептал Лютер. — Жди меня в тронном зале, Уэсли, и предупреди остальных офицеров. Пусть будут готовы к самому ужасному концу.

— Слушаюсь, — эльф с поклоном покинул комнату.

— Пора нам прощаться. Надеюсь, что из тебя, принцесса, выйдет отличная королева. Помни своё имя, Джуди Эмелин Ленц, и никому не позволяй принижать тебя. Ты наследница престола и будущая правительница Эльфериума. Нет никого, кто мог бы быть сильнее тебя или Перла. Пока жив он, жива и ты, и даже пропитанный ядом меч не сможет тебя уничтожить. Вы «связанные», и это лучшее, чем могла наградить вас природа.

— Я здесь, отец, — позади Лютера возник Перл с тем же обеспокоенным взглядом, что и он.

— Позаботься о ней, — велел он своему сыну и, прикоснувшись к цветку, из которого я вот-вот должна была родиться, молвил: — Здравствуй и прощай, малыш.

Я наблюдала за его уходом, испуганно смотрела вслед на его мускулистую спину, которую он всегда держал ровно и гордо, как и было положено королю.

Перл с гордым взглядом провожал отца, но по его щекам текли слезы. Кто же мог подумать, что Лютера Ленца больше никто никогда не увидит.

***

Я помнила, как родилась на свет, помнила, как Перл крепко-крепко обнимал меня в тот день, словно драгоценное золото, от которого зависит его собственная

жизнь. Помнила, с каким заплаканным лицом он отдавал меня Уэсли Эберту и как молил его позаботиться обо мне.

— Пока ей не исполнится пять лет, сделайте все возможное, чтобы Джуди не знала о своём истинном предназначении, — просил Перл.

— Не кажется ли вам, что будет слишком жестоко и несправедливо скрывать от нее правду. Ведь она наследница престола…

— И моя сестра, — добавил мальчишка. — Она захочет меня увидеть сразу же, как только узнает всю правду. Но чем дальше мы будем находиться друг от друга, тем слабее будем ощущать магию, связывающую нас.

— Но ведь это опасно. От длительного расставания вы можете ослабнуть, а то и вовсе потерять свою силу.

— Когда я пойму, что мои силы на пределе, я велю Арабелле Пелинбур найти вас и вернуть Джуди в Эльфериум. Обещаю, вы тоже вернётесь на родину, как только я законно стану королём Эльфериума, но до тех пор вы должны сделать все, чтобы вас не нашли офицеры.

— Как будет вам угодно, Ваше высочество, — вновь поклонился Уэсли Эберт. — Обещаю, Джуди вернётся в целости и сохранности. Но что будет с вами? Где все это время будете вы?

— В долине Святого покрова. Она предназначена только для чистокровных эльфов, никто, кроме меня и Джуди, не сможет её увидеть.

Глава 12. Наследники престола

— Ты… мой… брат, — произнесла я по словам, как только пришла в сознание. — Ты…

— Твой брат, — вновь кивнул Перл.

— Значит, мы с тобой наследники престола?! — мой голос перешёл на крик. — Быть того не может, это невозможно! Я ведь нечистокровная эльфийка. Мой папа Уэсли Эберт, а не Лютер Ленц!..

— Джуди… — мальчишка протянул ко мне руки, но я отскочила от них как обезумевшая.

— Я тебе не верю! — выпалила я. — Я не верю ни единому твоему слову!

— Но ты должна мне поверить. Обряд черноборцев не завершился, потому что меня не было рядом. Мы с тобой «связанны». Чтобы убить одного, нужно убить и другого.

— Нет! Это невозможно! — стояла я на своём.

— Джуди Эмелин Ленц, — медленно произнёс парнишка, — это имя дал тебе Лютер Ленц, наш предшественник. Я обещал ему, что позабочусь о тебе, я обещал, что мы позаботимся об Эльфериуме.

— Это пообещал ты, а не я! Я не давала никакому Лютеру Ленцу никакого обещания! Ты всерьёз полагаешь, что я тебе поверю? Думаешь, я соглашусь управлять страной вместе с тобой? Мне пять лет, Перл, пять!

Я смотрела на эльфа как на сумасшедшего. Он хоть сам верил в то, что мне говорил. Все, что произошло со мной за последнее время, никак не укладывалось в моей голове. Хоть один здравомыслящий человек, побывав не моем месте, смог бы поверить Перлу?

Я — наследница престола… это же просто безумие! Абсурд! Быть того не может!

— Ты умна не по годам, и тебе это прекрасно известно, — парировал эльф. — Ты начала говорить гораздо раньше всех остальных своих сверстников, ты научилась читать без всякой помощи, более того, ты начала различать голоса птиц… Разве этого мало, чтобы поверить мне?

— Мало, — стояла я на своём, хоть в глубине души понимала, что возможно, доводы эльфа не такие уж и безумные. — Всё это время я не понимала, кто я такая, приходила в ужас от мысли о том, что только со мной разговаривают

птицы, скрывалась от людей, не окончила ни единого класса в школе и никогда не заводила себе настоящих друзей. Моё детство закончилось, как только Арабелла нашла меня и забрала в школу Колдовских искусств. Я понятия не имела, кто она такая и кто все эти люди, но чувствовала, что принадлежу тому же миру, что и они. По прибытию в Эльфериум я яро начала ощущать тягу к чему-то неизвестному. Я не понимала, что я ищу и что хочу увидеть, ровно до тех пор пока не встретила тебя. Твои глаза, волосы, голос, запах… господи, все казалось мне знакомым. Я понимала, что нас что-то объединяет, но никогда даже подумать не могла, что мы связаны с тобой родственными узами. Ты мой брат, я понимаю это, но не хочу в это верить. А знаешь почему? — не дожидаясь ответа, я продолжила: — Потому что все это время я думала, что у меня есть семья, есть мама и папа, как у всех нормальных детей, но оказалось, что меня обманывали, они притворялись моей семьёй, но никогда ею не были.

— Уэсли Эберт полюбил тебя задолго до твоего рождения. Он сам предложил спрятать тебя от черноборцев…

— Он мне лгал! — выпалила я. — А я ему верила…

Мне до ужаса хотелось плакать, но мне никогда не удавалось этого сделать. Ни единой слезинки не появилось на моем лице за всю жизнь, не единой.

— Я хочу с ним поговорить! — решительно молвила я и ускорила шаг в неизвестное направление.

— Нас разыскивают, нам нельзя сейчас появляться в городе! — Перл пытался меня остановить, но я даже и не думала его слушаться.

— Я не поверю ни единому твоему слову о том, что ты мой брат, пока папа… пока Уэсли Эберт не скажет мне этого лично! — я пригрозила мальчишку пальцем, на что он поднял обе ладони вверх, как бы в знак того, что он сдался и не видит смысла больше со мной спорить.

— Хорошо, — обессиленно выдохнул Перл. — Ты поедешь к Уэсли, но только при моем сопровождении.

— Замечательно.

— Еще с нами поедет Арабелла Пелинбур! — поспешно добавил он. — Она все-таки его побратим и уже давно ждёт встречи, чтобы вновь с ним увидеться.

С этим я возражать не стала.

***

Весь день, пока Перл выискивал Арабеллу, я провела в долине Святого покрова. Мальчишка полагал, что черноборцы особо чувствительно ощущают наше присутствие, когда мы находимся вблизи друг друга. Иными словами, он полагал, что будет лучше если мы не будем приближаться друг к другу, пока черноборцы не перестанут нападать на Эльфериум, выискивая наследника престола.

Эта мысль мне совсем не нравилась, поскольку это означало, что мне придётся большую часть своего времени пробыть в долине, дожидаясь своего «брата». Чем больше я об этом думала, тем сильнее мне хотелось встретиться со своим отцом. С мыслью о том, что он мне не папа, я так и не смогла смириться. Даже если то, что рассказал мне Перл — правда, не думаю, что я смогу долго сердиться на Уэсли, он все-таки пожертвовал собой, чтобы спасти меня. В конце концов, он отказался от своей семьи и родины, чтобы спрятать меня среди людей, где магия эльфов слабеет с каждым днём… получается, от колдовства он тоже отказался.

— Зачем такие жертвы, если я даже не его ребёнок? — спросила я саму себя, не ожидая услышать ответ.

— Ваше высочество? — удивлённый звонкий голосок раздался со стороны деревьев. Я осмотрелась по сторонам, выискивая того, кто мог это говорить. — Значит, это вы наследница престола?

Только сейчас я поняла, что это говорила синица, сидевшая на тоненькой веточке.

— Мы знакомы? — я и так знала, что нет, но почему-то мне захотелось это спросить.

Возможно, где-то на подсознательном уровне я понимала, что знала этот голос. Голос из дальнего прошлого, из детства…

— Я была первой птицей, чей голос вы услышали на Земле.

Я замерла на месте, дабы вспомнить, так ли это. А ведь действительно, в детстве, когда я тайком от родителей убегала в сад, в надежде встретить там кого-нибудь из друзей, вместо людей я видела одну и ту же одинокую птицу, внимательно смотрящую в мою сторону всякий раз, когда я к ней приближалась.

— Принцесса, — сказала она мне при нашей первой встречи, и это же она произнесла сейчас, чтобы на мгновение вернуть меня в прошлое.

— Я тебя помню, — с улыбкой призналась я. — Но что ты здесь делаешь? Разве ты не должна жить на земле?

— Птицы — свободные создания, мы всегда можем выбрать для себя новый дом, но я, будучи еще совсем птенцом, пообещала Лютеру Ленцу, что буду следить за тобой изо дня в день.

— Почему именно за мной?

— Чтобы Уэсли Эберт, которому поручено тебя охранять, всегда был в курсе, где ты и что с тобой происходит, вне зависимости от твоего местонахождения.

— Получается, что ты в любой момент можешь связаться с Уэсли? — с надеждой вымолвила я, подойдя к ней ближе и беря на руки, словно какую-то драгоценную вещь.

— Когда Уэсли сам того хочет, он может увидеть все тоже самое, что вижу я.

— Значит ли это, что сейчас он может видеть меня?

Птица кивнула мне в знак согласия. Я внимательно посмотрела в её ярко-голубые, не естественные для птицы глаза и молвила с голосом полным надежды:

— Папа, прошу, скажи, что все это неправда. Скажи, что все это сон, что я обычная девчонка, не эльф и тем более не наследница престола.

— Что ты делаешь? — позади меня откуда ни возьмись оказался Перл, он внимательно посмотрел на моё лицо и медленно опустил взгляд на руки, где сидела синица. — Вижу, ты уже познакомилась с нашей проводницей.

Он мило улыбнулся крылатому сознанию, подошёл к нам ближе медленной размеренной походкой и прояснил:

— С помощью неё можно телепортироваться в любое место, но для этого надо знать язык птиц.

— Ты не знаешь их языка? — удивилась я. — Разве не всем наследникам он известен?

— Я слышу голоса природы, — прояснил он, — и сейчас они сообщают мне о месте нахождения Арабеллы.

— Тебе достался это дар от Флоры, не так ли? — я прекрасно запомнила все то, что рассказывала мне бабушка по вечерам.

Я дословно помнила все легенды и тайны, которые поведала мне Ия Лагранж, и все те история, что я успела вычитать за время, проведённое в библиотеке старинного замка.

— Да, так и есть.

Говорить о том, что я унаследовала дары Фауны не было необходимости, об этом мне стало известно гораздо раньше, но вот о том, чем мы должны заниматься, как будущие наследники престола, поговорить стоило бы.

За пару часов, пока Арабелла готовила нам корабль для возвращения на землю, Перл успел поведать мне о наших прямых обязанностях не только в качестве наследников, но и в качестве простых эльфов.

Как оказалось, мы, занимая столь важное место в Эльфериуме и имея такие удивительные способности, какими раньше овладевали Флора и Фауна, обязаны сопровождать наших верных подданных эльфов на землю, чтобы тщательно контролировать процесс смены времён года. Но, если говорить об этом в общих чертах, это была лишь малая часть того, чем мы должны управлять.

Перл, как старший брат и эльф голосов природы, обязан следить за тем, чтобы каждый лепесток на деревьях сменил свой окрас, а эльфы морозной стужи принесли на землю зиму. Я же должна позаботиться о том, чтобы птицы улетели в тёплые края, чтобы все животные на эту зиму нашли ночлег или проснулись после зимней спячки.

— Но как я могу за всем этим проследить? — удивлялась я. — Мир такой огромный, а я…

— Скрипка, — Перл аккуратно протянул мне в руки сияющий солнечным светом музыкальным инструмент и прояснил: — Тебе стоит лишь только пожелать, как все исполнят твою волю.

— Разве эта скрипка не принадлежит моему отцу? — я отчётливо помнила её в своих снах.

— Нет, — возразил мальчишка, — она твоя. Теперь твоя, — уточнил он. — Раньше она принадлежала Лютеру Ленцу, но по его же просьбе была передана Уэсли Эберту на сохранность. Мы пообещали, что вернём её тебе, когда ты будешь готова её принять.

Я неуверенно взяла столь ценную для меня вещь в руки и в ту же секунду почувствовала приятное, знакомое тепло, разливающееся по всему моему телу.

— Удивительно, — прошептала я.

— Ты тоже это чувствуешь?

— О чем ты?

— Связь с природой, со мной и Эльфериумом…

Я не совсем понимала, что мной происходит, но все прояснилось, как только Перл взял в руки свою собственную скрипку, смычок и, прикоснувшись им к натянутым струнам, заиграл нежную, протяжную мелодию, от которой розовые лепестки, с растущих поблизости сакур, сорвались со своих тонких веток и закружились в танце вокруг меня и Перла.

— Удивительно, — только и смогла вымолвить я, словно зачарованная наблюдая за тем чудесным волшебством, которое творил эльф.

— Попробуй сыграть, — прошептал Перл, загадочно улыбаясь.

Сама того не понимая, что творю, я проделала то же самое, что и эльф. Играя мелодию, созвучную с мелодией Перла, я привлекла к себе внимание птиц, которые словно повторяя движения ветров, закружились вокруг нас вместе с лепестками сакуры, словно в безумном водовороте.

Перл прекратил играть, и я последовала его примеру, но лепестки деревьев и птицы еще некоторое время продолжали свой дивный танец.

— Вот, что значит быть эльфов, — с улыбкой произнёс мой брат, чья эльфийская отметила не переставала гореть зелёным пламенем, в унисон с моей.

Глава 13. Я тебе верю

Когда корабль был готов отправляться в дальнее плаванье, а Арабелла была достаточно осведомлена о нашем плане и причине возвращения на Землю, мне наконец-то разрешили покинуть долину Святого покрова. Но, как и следовало ожидать, мы делали это с Перлом через разный промежуток времени, чтобы черноборцы не смогли определить точные координаты нашего местонахождения.

Мне всегда было интересно узнать причину, почему черноборцы так яростно желают завладеть троном. Ведь и дураку понятно, что мир и все, что к нему прилагается, уничтожится за считанные секунды, если на престол встанет нечистокровный эльф, а тем более черноборец.

— Они возненавидели Лютера за то, что он изгнал их из своего королевства, — рассказывал эльф, — и посчитали правильным, что если трон не достанется черноборцам, значит, не достанется никому.

— Но ведь это безумие!

— А ты попробуй это объяснить черноборцам.

Ясное дело, что черноборцы не стали никого слушать на этот счёт.

***

— Малышка Эберт! — радостно прокричал Джон Моррисон, как только увидел меня на корабле. Эльф крепко, но в то же время ласково обнял меня за плечи. — Как я рад видеть тебя живой и невредимой.

— Я тоже рада встречи, Джон, — улыбнулась я ему в ответ. Какое счастье, что именно он будет вести корабль. — Как поживал все это время? Что нового за пределами Эльфериума?

— Время близится к весне, — сообщил он, — люди ждут не дождутся смены времени года.

Я хотела было уже представить Джону своего брата, но тот словно заворожённый разговаривал с какой-то юной, необычно красивой в лице эльфийкой.

— Полагаю, ты еще не знакома с моей племянницей Шелли, — сообщил Джон, проследив за моим взглядом. Мы подошли ближе к Перлу и Шелли, чтобы представиться.

— Джуди Эберт, — я протянула ей руку в знак признательности.

— Шелли Харт, — ангельским голосом ответила она, но пожала руку так, словно она была вымазана грязью и воняла бог знает чем. — Рада знакомству.

«Ага, как же», — возмущённо фыркнула я, в мыслях возненавидев девчонку. И чего это она строит глазки моему брату?

— Значит, ты учишься в школе Боевых искусств? — воодушевлённо продолжила она разговор с Перлом. — Расскажи мне об этой школе, мне очень интересно о ней узнать.

— В ней много орудий и тренажёрных залов, — ответила я вместо брата.

— Откуда тебе знать? — удивилась красавица, неловко перебирая в руке свои длинные тёмные, как ночь волосы. — Ты что была там?

— Конечно же нет! — опроверг её догадки Перл, всем взглядом показывая мне не выдавать эту информацию никому больше. Я как-никак нарушила школьные правила. — Она же девчонка, да еще и такая маленькая. Разве могла она проникнуть в нашу школу?

Шелли забавно расхохоталась и предложила Перлу провести экскурсию по кораблю, пока он будет рассказывать ей о школе. Меня оставили на палубе одну-одинёшеньку. Я бросила обиженный взгляд на брата.

«И после этого он можешь утверждать, что мы с ним одной крови?»

— Джуди, не злись на Шелли, — Джон положив свою огромную руку на моё плечо, — она родилась в семье эльфов любви. В неё влюбляются все, кто посмотрит ей в глаза, от этого никуда не деться.

— Я и не злюсь, — соврала я, отметив про себя, что фиалковые глаза Шелли были и впрямь необычными. Такого же цветы глаза были у Джейка Бенсона.

— Джон, только не злитесь, но вы уверены, что Шелли стоило брать с нами? Она ничем не сможет нам помочь.

— Уверяю тебя Джуди, она не навредит твоим планам, — спокойно ответил Джон, возвращаясь на своё законное место капитана корабля.

Книги на Книгоед.нет

Я мало верила его словам, но шумиху из-за этого поднимать не стала. Эльфы могли помочь мне вернуться к отцу, и если ради этого мне придётся терпеть общество Шелли, значит, я согласна на это.

— Слышала, ты вновь нарушила школьные правила, — позади меня стояла высокая рыжеволосая эльфийка, с прекрасными, золотого цвета глазами.

— Арабелла! — я радостно обняла её в ответ. — Не беспокойся на этот счёт, я усердно учусь, а нарушаю правила лишь изредка.

— Вот же лгунишка, — улыбнулась она, — я ведь знаю, что ты проникла в школу Боевых искусств.

— Я искала наследника.

— И я безумно рада, что ты наконец-то его нашла, — с её лица не сходила лучезарная улыбка. — Я не могла дождаться момента, когда Перл смог бы тебе все рассказать.

— Ты всё знала?

— Прости, но я дала слово, что не расскажу тебе ничего, пока ты не будешь к этому готова.

В этот раз я не злилась на нее или кого-либо еще, ведь впервые мне рассказали правду и ответили на все вопросы, которые не давали мне спать по ночам. Я была рада обнаружить Перла своим братом, но в то же время весьма огорчилась тому, что Эберт не был моим отцом.

Но даже такие ужасные стечения обстоятельств обернулись мне на пользу: я наконец-то разобралась во всем, что меня окружало, а главное, я поняла, кем являюсь и что мне уготовано судьбой.

— Жду не дождусь дня, когда вы сможете вернуть Уэсли домой, — призналась мне на корабле Арабелла. — Знаешь, это очень сложно, жить вдали от своего побратима. Это словно лишиться возможности дышать… Но думаю, ты и сама все это прекрасно знаешь.

— Да, — кивнула я, — пока я жила среди людей, вдали от Перла, я ощущала нехватку чего-то важного все время.

***

Ближе к вечеру, когда корабль достаточно далеко отплыл от берега и выплыл в океан, а меня все оставили наедине со своими собственными мыслями, я достала из своего чемодана птицу, которая покорно дожидалась момента стать полезной для меня.

— Пора перемещаться? — спросила она, когда я взяла её в руки.

— Не уверена, — честно ответила я и предложила ей осмотреться. Маленькое крылатое создание село на моё плечо и вместе со мной прогулялось по всему кораблю.

Мы вновь наткнулись на Перла и Шелли, они все еще беседовали между собой, не замечая никого вокруг. Я демонстративно прошла мимо них, яро обсуждая с сидевшей на плече птицей о наших дальнейших планах. К счастью, они не понимали языка птиц, чему в этой ситуации я оказалась безумна рада.

— Если Перл твой брат, то почему он не рядом с тобой? — удивлялась синица.

— Хотелось бы мне знать.

Я уловила на себе любопытный и малость разгневанный взгляд Шелли, но оставила его без внимания. Перл же молча наблюдал за происходящим, к сожалению, по его лицу не возможно было понять, о чем он думает.

— Джуди! — позвал меня брат, когда я была уже готова просить птицу перемещать нас на Землю. — Джуди, стой!

— Чего тебе? — я сама удивилась своему тону, с которым ответила на его слова, поэтому тут же мягче добавила: — Ты что-то хотел?

Он на минуту остановился, осмотрел меня с ног до головы и, будто поняв в чем дело, предупредил тихо-тихо, чтобы никто не смог больше услышать.

— Чистокровные эльфы не умеют любить, не забывай об этом. Мы преданы лишь себе подобным эльфам.

Про это мне однажды рассказывала Ия Лагранж, когда я приходила к ней в гости за новой книгой эльфов. Я не особо верила в это, вспоминая, как Перл смотрел на эту смазливую девчонку.

— Я говорю это на полном серьёзе, Джуди, — повторил он. — Ты никогда не сможешь полюбить Элиота настолько, насколько бы этого хотела, впрочем, как и я кого-либо еще.

— Мне он вовсе не нравится! — воскликнула я.

— Потому что только рядом со мной ты чувствуешь себя в безопасности, — спокойно продолжил Перл. — Тоже самое испытываю и я, по отношению к тебе. Когда ты рядом, я чувствую силу и приятное тепло по всему телу, но когда ты отходишь от меня хоть на метр, моя эльфийская отметина остывает, а тело начинает замерзать и разрываться от боли.

Я не могла поверить в то, что он и впрямь ощущал то же, что и я. Но теперь все мои сомнения на его счёт исчезли: стало ясно, почему наши отметины сияли вблизи друг друга, почему я ревновала его к этой смазливой девчонке и почему чувствовала все то же, что и он.

— И к сведенью, — добавил эльф, — чары Шелли на меня не действуют, я просто её отвлекаю от тебя.

— Зачем?

— Чтобы ты успела переправить нас на Землю, пока никто не видит. — Он подмигнул птице, сидевшей на моем плече и прошептал: — Действуйте.

Я тут же взяла в руки скрипку, посмотрела в глаза мальчишке, но так и не начала играть.

— Что такое? — удивился Перл.

— Я тебе верю, — спокойно прошептала я. — Думаю, ты и впрямь мой брат. Я, конечно, ещё не уверена насчёт того, что мы наследники престола, но если это так, давай вернём Уэсли в Эльфериум. Знаю, пока мы не примем официальный титул правителей Эльфериума, нам это не удастся, но давай сперва разберёмся с черноборцами раз и навсегда.

— Ты говоришь как настоящая королева, — с улыбкой прошептал он. — Но я согласен с тобой, мы не должны тратить время зря, лучше позаботиться о своём народе и скорейшем возвращении на трон. К тому же, черноборцы вновь напали на столицу.

— Снова?! — с ужасом выкрикнула я и поспешила сообщить Арабелле о нашем возвращении в Эльфериум.

— Но как же Уэсли? — эльфийка была явно расстроена внезапной перемене наших планов. — Неужели мы его так и не увидим?

— Поезжай на Землю и сообщи Уэсли Эберту о наших планах, — скомандовал Перл. — Он заслушивает знать о том, что происходит.

— Мы с Перлом вернёмся назад, — закончила я.

Так как больше никто не возражал, я тут же схватилась за скрипку и заиграла мелодию, чтобы птица немедленно вернула нас в Эльфериум. Как и говорил Перл, птица растворилась в воздухе, а на её месте оказался портал.

Прежде чем через него пройти, я попросила Арабеллу передать привет моему отцу и маме, вне зависимости от того, мои они родители или нет.

— Передай, что со мной всё хорошо и я люблю их, — на этих словах я прошла сквозь портал и вмиг оказалась в Эльфериуме, на границе между двумя школами.

Не успела я прийти в себя и отдышаться, как Перл тут же начал отдавать приказы.

— Предупреди всех о нападении и вели им увести учениц в колдовскую комнату! — тут же скомандовал он. — Вечером, если нападения прекратятся, с тобой встретится Элиот и передаст от меня новости.

— Когда я смогу увидеться с тобой?

Он указал на птицу, что удобно примостилась на моем плече.

— Ты в любой момент можешь вернуться в долину Святого покрова, — напомнил он. — Я всегда ночую там, чтобы черноборцы ни о чем не догадались.

Глава 14. Помощь

Штат Мэн, США

Май 2015 год

Я хотел ей объяснить все заранее, рассказать, кем она является на самом деле и почему так отличается от остальных детей. Но каждый раз, глядя на её милое личико и добрые умные глаза, я понимал, что не могу заставить её плакать.

Каждый ребёнок хочет семьи, родителей, друзей, но если я расскажу ей всю правду у неё не будет даже этого. Ни один из королевских потомков не знает, какого это, любить. Любить по-настоящему, как любят друг друга люди, вступая в брак. Чистокровному эльфу не даны эти чувства, но я хочу, чтобы она их испытала. Я хочу подарить ей свою любовь, вместо родителей, которых у неё нет и никогда не было».

Из личных записей Уэсли Эберта

***

Как бы нам того не хотелось, нападения не прекратились, через час черноборцы окружили со всех сторон школу Марвина Миллера и не давали прохода уже весь день.

Как и следовало ожидать, нас тут же поместили в колдовскую комнату, где нам никто не смог бы навредить. Некоторые из учителей остались вместе с нами, чтобы следить за порядком и в случае непредвиденных ситуаций помочь нам их разрешить. Все остальные учителя защищали школу и своих учениц на поле боя.

— Джуди! — радостный вопль Обри раздался в толпе испуганных учениц. — Где ты пропадала все это время? Я нигде не могла тебя найти.

Эльфийка появилась передо мной также неожиданно, как и Шелли, спокойно шагавшая позади неё.

— Я позже тебе расскажу, ладно? — как можно спокойнее ответила я, обнимая её в ответ. В следующую секунду я переключила внимание на Шелли Харт. — Что ты здесь делаешь?

— Спасаюсь от черноборцев, как видишь, — ответила она язвительным тоном.

— Ты знаешь, о чем я говорю.

— Вы знакомы? — удивилась Обри, осматривая с ног до головы незнакомку. По взгляду далеко не сразу стало ясно, что она о ней думает.

— Шелли Харт, — представилась девчонка, протягивая Обри руку.

— Я знаю, кто ты, — сухо ответила она и пожав ей руку добавила. — Я Обри Холл.

Выражение на лице Шелли тут же изменилось, она презрительно осмотрела Обри с ног до головы и лишь потом переключила своё внимание на меня.

— Поговорим позже, — после чего она ушла, оставив меня в полном недоумении.

— Так ты тоже её знаешь?

— Лучше бы я её не знала, — в глазах Обри читалась ненависть. — Её мать околдовала моего папу, он бросил нас и ушёл в их семью.

— Околдовал?

— Они же из рода любовных уз. Могут околдовать любого эльфа, который посмотрит им в глаза. За исключением наследников престола, конечно.

— А что не так с наследниками?

— Они любят лишь себе подобных, — напомнила Обри. — Насколько мне известно, ни один из наследников не был женат. Полагаю, чтобы не смешивать кровь с другими нечистокровными эльфами.

— А если бы наследников было бы двое? — на свой страх и риск поинтересовалась я.

— Это было лишь однажды, когда на свет появились Флора и Фауна, но больше никогда прежде такого не повторялось.

— Но что если все-таки однажды наследников снова будет двое?

— Возможно, им придётся обвенчаться, чтобы не враждовать на троне, — непринуждённо ответила она, пожимая плечами, как бы говоря, что никто наверняка не знает, как на самом деле все будет при таких стечениях обстоятельств. — А почему ты спрашиваешь? Тебе стало что-нибудь известно о наследниках?

— Нет, — поспешно ответила она. — Мне просто стало интересно.

Обри недоверчиво смерила меня взглядом, но ни о чем расспрашивать не стала, чему я безумно была рада.

Когда бои утихли и нам разрешили вернуться в свои комнаты, мы вернулись в библиотеку, чтобы поговорить о произошедших событиях с Ией Лагранж и Эрмой Фейербах, которых пришлось порядком подождать в нашем тайном месте встреч.

В момент их отсутствия я успела рассказать Обри о Перле и о том, где я пропадала все это время, разумеется, ничего не упоминая о том, что отныне мы с Перлом наследники престола.

Скрывать что-либо от Обри мне совсем не хотелось, но и подвергать её опасности, рассказывая столь секретную информацию, тоже. Поэтому Обри стало известно лишь о том, что Перл мой брат и что он захотел увидеться с Уэсли Эбертом, якобы своим отцом.

— Поверить не могу, что он твой брат!

— Я и сама не до конца в это верю, — призналась я. — Но он сказал, что чувствует все то же, что и я.

— Ты уверена, что он твой брат? Может быть, вы все-таки связаны узами любви? — стояла на своём Обри. — Это ведь такая редкость, чтобы брат и сестра чувствовали одно и то же.

— Вот поэтому мы отправились к моему отцу, правда, только так и не доплыли до нужного места. Новость о нападении черноборцев на Эльфериум заставила нас вернуться назад.

Как только я начала рассказывать о Шелли, с которой познакомилась на корабле, в библиотеку вошла Ия с Эрмой, уставшая и выжатая, как лимон.

— Почему вы еще не спите? — обессиленно молвила Эрма, готовая потерять сознание в любую секунду. — И кстати, где ты пропадала все это время, Джуди? Мы обошли весь Эльфериум, чтобы найти тебя.

— Я была с Перлом, — тут же ответила я, ожидая дальнейшей её реакции на мои следующие слова, — своим братом.

Эрма тут же поникла и устало опустила глаза в пол.

— Обри, не могла бы ты оставить нас ненадолго? — обратилась она к эльфийке, которая озадаченно, но все же поспешно покинула комнату.

Ия осталась сидеть на прежнем месте, в кресле, что подтверждало мои догадки — ей тоже было обо всем известно.

— И когда же вы собирались мне обо всем рассказать?

— Перл хотел сам это сделать, — встряла в разговор Ия, — потому и велел нам молчать.

— К тому же мы хотели, чтобы у тебя была семья, чтобы рядом с тобой были те эльфы, на которых ты могла бы положиться.

— Как я могу полагаться на тех, кто меня водил за нос все это время?!

— Не говори глупости! — возмутилась Ия, пригрозив в меня пальцем. — Мы дали тебе дневник не просто так, он принадлежал Лютеру Ленцу, твоему предшественнику.

Я тут же вспомнила, что почерк в дневнике, значительно отличался от почерка Уэсли Эберта. Да и язык, которым был заполнен дневник, и близко не был похож на тот, на котором разговаривал папа. Еще тогда я должна была догадаться, что это не его дневник.

— Перл не смог его прочесть, так как не понимает голоса птиц, но он сказал, что ты можешь с этим справиться, — продолжила Эрма.

— Все верно, — осенило меня.

В следующую секунду я тут же выбежала из библиотеки и, за считанные секунды добежав до своей комнаты, забрала спрятанный под кроватью дневник. Если ни Перлу, ни мне не удаётся прочесть его, значит, птицы в состоянии это сделать.

Чтобы не привлекать к себе излишнее внимание, я скрылась в ближайшую каморку и, представив долину Святого покрова, оказалась на ней за считанные секунды.

— Перл! — кричала я, выискивая его повсюду. — Перл, ты здесь?

— Чего кричишь, сестрёнка? — сонно потирая глаза, молвил Перл, внезапно возникший передо мной. — Что стряслось?

— Я знаю, как прочесть его, — я радостно вытянула перед собой дневник Лютера Ленца. В глазах Перла тут же появилось осознание происходящего. Его сонливость как рукой сняло.

— Так чего же мы ждём? Прочти его.

Для такого дела на помощь к нам прилетел орёл, прислуживающий Ройлу Гейбу, что для нас показалось весьма необычным, ведь мы не звали его и не приказывали лететь в долину.

— Чем могу вам быть полезен? — с поклоном начал он.

— Что ты здесь делаешь? — удивилась я.

— Ты ведь сама меня позвала, принцесса.

— Откуда ты…

— Я королевский слуга и верный подданный вашей семьи. Мне поручено всегда и во всем помогать вам. Такова было последняя воля Лютера Ленца.

— Что он говорит? — поинтересовался Перл, и я тут же ему все рассказала. — Раз уж Лютер ему доверял, то и мы должны.

— Так чем я могу вам помочь? — повторил он с интересом и нетерпением глядя на нас.

— Ты можешь прочесть это? — я указала на раскрытый дневник.

— Конечно, — с улыбкой ответил орёл и приступил к чтению.

Глава 15. Таинственные записи предшественников

«Дорогие Перл и Джуди,

Если вам передали этот дневник, значит вы уже в курсе всех событий, произошедших в тот день. Для меня очень важно, чтобы вы понимали, Уэсли Эберт все это сделал по моему приказу и, в какой-то степени, по своей собственной воле. Много лет он был моим верным другом и соратником, везде и во всем поддерживающим меня. Я ему доверял так же сильно, как и вы вскоре будете доверять друг другу. Сейчас вам сложно понять, насколько сильно вы зависимы друг от друга. Так как вы не виделись уже много лет, ваши силы, чего уж там скрывать, едва ли не исчезли, впрочем, как и Эльфериум. Но не бойтесь, чем больше вы проводите время вместе, тем сильнее становитесь.

Но мне следует вам напомнить о черноборцах. Так уж распорядилась природа, что именно они должны защищать Эльфериум, но после давно произошедшей вражды все поменялось, за исключением одного — они все также чувствуют наследников. К глубочайшему сожалению, они ощущают нас гораздо сильнее наших побратимов: черноборцы чувствуют наш страх, наши сомнения и все самые сильные эмоции, которые мы только можем испытать. А так как в этот раз наследников родилось двое, вам не следует появляться вместе за пределами долины Святого покрова.

Если пойдёте на юг долины, возле реки найдёте небольшой домик, я успел его построить прежде, чем… впрочем неважно, главное, что там вы будете в безопасности. Берегите себя и присматривайтесь к окружающим.

Не спешите вставать на престол, сперва закончите своё обучение, к тому же, по закону Эльфериума, официально титул короля можно занять лишь в восемнадцать лет.

Присматривайте за Ройлом Гейбом, он не тот кем кажется.

P.S. Орлу можете доверять, как самим себе, он лучший советник из всех, кого я знал за всю свою жизнь, а прожил я немало.

С верой в вас, король Эльфериума,

Лютер Ленц»

Стоило орлу закончить читать первую запись в дневнике, как Перл тут же потребовал прочесть следующую. Лютер детально описал свой план действий, которые они с Уэсли, Ией, Эрмой и ещё несколькими эльфами планировали осуществить. О том, почему ему пришлось убить себя, а нас поселить как можно дальше друг от друга, он также описал в своём дневнике.

Так мы провели всю ночь, читая записи своего предшественника. Где-то в глубине души мы искали подсказку в его словах, надеялись, что он подскажет нам, как действовать дальше и как решить проблему с черноборцами. Они хотели власти, а мы не могли им её уступить, прежде всего потому что на кону стояла жизнь всего Эльфериума.

В конце концов, мы пришли к выводу, что нужно найти дом, о котором упоминал Лютер в своей первой записи, но решили оставить это дело на другой день. Сейчас нам нужен был отдых, да и орёл порядком вымотался от долгого беспрерывного чтения.

— Спасибо за помощь, — поблагодарила я птицу и впервые за все это время решила выяснить, как его зовут.

— Король звал меня Рио. Мы встретились с ним впервые в Рио-де-Жанейро, тогда я спас ему жизнь, а он решил забрать меня в своё королевство в качестве благодарности.

— Значит ты тоже из мира людей? — удивилась я.

— Да, но я рад, что оказался здесь. Я рад тому, что мне выпал шанс служить королю Эльфериума.

С этими словами он с нами попрощался и улетел прочь, пообещав следующей ночью сюда вернуться, чтобы продолжить читать записи Лютера Ленца. Мы же пообещали следующим утром найти дом, который упоминал Лютер в своих записях. Мы упёрто полагали, что его построили не просто так и что в нем можно найти подсказки или хотя бы еще один дневник Лютера Ленца.

***

По возвращению в школу, без особого удивления я наткнулась на Шелли Харт, которая поджидала меня возле спальни. Рядом с ней стояла Обри, обе девушки яро о чем-то спорили, но завидев меня, тут же умолкли и с облегчение заговорили в один голос:

— Наконец-то ты пришла.

Переглянувшись, они закатили глаза и продолжили.

— Где ты была, Джуди? — поинтересовалась Обри, но, вспомнив о том, что Шелли еще никуда не ушла, поспешно добавила: — Хотя, впрочем, не важно, позже все расскажешь, без посторонних лиц.

Она угрожающе взглянула на эльфийку. Даже несмотря на то, что Шелли была выше нас по росту, да и старше на два года, Обри не спешила показывать свою слабость перед ней, а напротив, смело выдерживала её прямолинейный самоуверенный взгляд.

— Мне нужно с тобой поговорить, Джуди, — как можно спокойнее сообщила Шелли, после чего повернулась к Обри, чтобы дать ей понять, что она в этой беседе лишняя, — без посторонних лиц.

— Ишь чего захотела!

— Обри, поговорим позже, ладно, — я улыбнулась ей самой тёплой улыбкой, на которую только была только способна.

— Ладно, так уж и быть, не буду вам мешать, — она заковыляла прочь, нервно теребя подол белого платья.

Подобного рода жест она проделывала всякий раз, когда нервничала или была в чем-либо заинтересована. В такие моменты она была столь милой и доброй, что казалась обычным пятилетним ребёнком, а не умной эльфийкой, готовой пойти на всё ради своей цели.

— О чем ты хотела поговорить? — поинтересовалась я, в мыслях желая поскорее избавиться от назойливой собеседницы.

Прежде чем продолжить разговор, девушка осмотрелась по сторонам и, не найдя больше никого поблизости, прошептала:

— Что ты скрываешь, Джуди?

— О чем ты? — нахмурилась я, её злобный тон мне совершенно не понравился.

— Я видела, как вы с Перлом проходили сквозь портал. Столь маленький эльф, как ты, не имеют право ими пользоваться. Кто вам его открыл? Лишь самые сильные эльфы на это способны.

— Не понимаю, о чем ты, — я остановилась на мысли, что сейчас лучше просто притвориться глупой девчонкой, дурочкой, которая ничего не понимает. — Думаю, тебе это все приснилось. Портал? Ты что, серьёзно думаешь, что такая маленькая девочка, как я, смогла бы его открыть?

— Но вот и мне показалось это странным, — стояло Шелли на своём, оценивая меня сверху вниз. — Но я знаю, что я видела, и знаю, что порталы на пустом месте не возникают. Не знаю, что вы с Перлом задумали и почему столь неожиданно вам разрешили отправиться на землю, но уверяю, что отныне я с вас глаз не спущу. Я докопаюсь до истины.

— Какой истины? — возмутилась я. — Шелли, лучше наведайся к врачу, у тебя явные галлюцинации.

— Как ты смеешь!

— Не лезь в мои дела! — пригрозила я её пальцем, а в следующую секунду развернулась и зашагала прочь. — И не смей подходить к Перлу! — добавила я, обернувшись.

Ох не нравится мне эта девица. При парнях ведёт себя словно добрый милый ангел, а на деле оказывается демоном в теле красивой девчонки. Это меня и настораживало.

***

Обри впустую время тратить не стала и тут же приступила расспрашивать меня обо всем, что говорила мне Шелли. Для этого нам пришлось вернуться в библиотеку.

Как оказалось позже, Шелли успела растрепать Обри о портале, которая, не веря в произошедшее, поспешила лично у меня все выяснить. Я не стала выдавать ей всю правду и упёрто стояла на том, что Шелли просто сошла с ума, что у неё галлюцинации и никакого портала там и в помине не было.

— Я тоже подумала, что она врёт, — закивала в ответ Обри, — её слова лишены смысла. Лишь немногие из нас умеют создавать, а тем более открывать портал. Даже не все короли Эльфериума на это были способны.

— Что? — переспросила я, не веря её словам.

— А ты разве не знала, что для открытия портала нужна связь с потусторонним миром? По легенде, птицы являются связывающим звеном между двумя мирами. Те, кто умеет различать их голоса, всегда могут перемещаться во все точки земного шара за считанные секунды.

— Ты это серьёзно?! — обрадовалась я. Значит, папу я могу увидеть в любой момент.

— Конечно, — закивала Обри в ответ. — Правда, это может быть опасно для тех, кто не знает, как им управлять. Можно застрять меж мирами на долгие годы и так и не выбраться наружу. Поговаривают, многие наследники умерли в порталах, совершив неправильный прыжок. А почему это тебя так интересует?

— Просто стало любопытно, вот и все, — пожала я плечами, неловко улыбнувшись. — Не стоит воспринимать все мои слова так серьёзно. Ты ведь знаешь меня, я очень любопытная девчонка.

— Что правда, то правда, — улыбнулась Обри, тем временем как я мысленно уже расспрашивала Ию о книгах, обучающих правильно использовать порталы.

Через пару часов, когда все улеглись спать, и даже Обри уже вовсю посапывала на своей мягкой кровати, я аккуратно поднялась со своего места и на цыпочках, чтобы никого не разбудить, зашагала к двери, волшебный пароль на которой вновь успел измениться. Благо, Эрма мне его сказала прежде, чем я успела пойти в свою комнату сна.

Спать хотелось ужасно, но моё любопытство взяло верх. Я не могла заснуть со спокойной душой, пока бы не убедилась в том, что в школе есть книга, которую я ищу. Меня порядком беспокоило, что я могу неправильно воспользоваться порталом, а ведь я обязательно его использую в ближайшее время, просто не смогу удержаться, не опробовав его вновь.

***

Ию, как и следовало ожидать, я нашла в библиотеке, спящую на старом кресле-качалке, в котором она засыпала всякий раз, когда возвращалась с очередного своего путешествия по Эльфериуму.

Чтобы не тревожить её в столь поздний час, я тихонько исследовала книжные полки вдоль и поперёк, выискивая нужную книгу, но к своему собственному удивлению заметила, что отсутствие на уроках сказалось на моем умении понимать эльфийский язык — я не могла прочесть ни единой книги, все они были написаны на старинном языке эльфов, который я лишь недавно только-только начала изучать.

— Могу ли я тебе чем-нибудь помочь? — моё сердце нервно вздрогнуло от неожиданности и ужаса, но в следующую секунду с облегчением пришло в норму.

Элиот стоял позади меня, запустив руки в карманы своим черных брюк. Эльф был одет в свободную лёгкую футболку того же цвета, что и брюки, а волосы были нервно взъерошены. На первый взгляд казалось, что его только что разбудили и заставили сюда прийти. Отчего я сразу подумала о Перле, вдруг он попросил своего побратима сюда прийти.

— Что ты здесь делаешь? — прошептала я, обернувшись.

Прежде чем ответить, Элиот широко раскрыл рот, зевая.

— Решил прочесть пару книжек перед сном, — ответил он невнятно, а в следующую секунду мило улыбнулся и передал мне в руке конверт. — Перл попросил разыскать и передать тебе это.

Я взяла конверт, который на редкость оказался гораздо тяжелее, чем я думала. Пальцами я нащупала в конверте небольшую ключ и что-то еще, похожее на

медальон. Я тут же поспешила вскрыть конверт. Мои догадки оказались верны, медальон представлял из себя кленовый лист из золота на золотой цепочке. Помимо ключа, в конверте еще лежала маленькая записка, на которой аккуратным каллиграфическим почерком было выведено:

«Это подарок от Лютера. Он просил отдать его тебе, когда ты будешь готова его принять.

P.S. Иди спать!»

— Если ты не спишь, Перл не спит тоже, — пояснил Элиот, вновь широко зевнув. Мальчишка явно желал поскорее лечь спать. — Для чего этот ключ я не знаю, но, по словам Перла, он принадлежит этому замку, а значит должен что-то в нем открывать. Он попросил выяснить, что именно. Ключ был найден в одном из дневников Лютера. А этот медальон, — эльф во все глаза уставился на него, — служит связывающим звеном для вас двоих. Кстати, у Перла это лилия, что как по мне странно… — Элиот нахмурился, но быстро переключился на другую тему. — Впрочем, неважно. Надень медальон и иди спать, во сне сама все понять сможешь.

Элиот готов был уже уйти, но, сонно заковыляв в другую от двери сторону, он остановился перед одной из книжных полок и достал на самой верхней из них, небольшую книгу в сером переплёте. Он протянул её мне, заверив, что это та самая книга, которую я искала.

— Откуда ты?..

— Просто знаю и все, — улыбнулся он загадочной доброй улыбкой и ушёл прочь туда, откуда пришёл.

— Спасибо, — лишь успела прошептать ему я в след.

На растрёпанной старой обложки гласило «Колдовские измерения и затерянные миры». Книга была написана вручную и, как выяснилось позже, принадлежала Фауне. Её аккуратно выведенное имя я нашла на последнем развороте книги, которая, к моему собственному удивлению, была написана человеческим языком, к которому я привыкла за время пребывания на земле.

«Впервые я случайно использовала портал весной, когда решила вернуться к своей сестре Флоре, которая на тот момент пребывала в Эльфериуме…» — гласило на первой записи дневника, который я так и не продолжила читать, поскольку обессиленно рухнула на ближайших диван в библиотеке и уснула крепким сном вместе с Перлом, который позже мне же и приснился.

***

Мы сидели в саду у плакучей ивы, рядом с которой протекала вода, тянущаяся вниз к водопаду. Я не ощущала на себе лучи яркого солнца, согревающего сад, но почувствовала приятное жжение на шее, где сияла моя эльфийская отметина.

— Я уж было подумал, что ты вовсе сегодня не собираешься спать, — первое, что сказал мне мальчишка, подойдя ко мне ближе.

— Ты и раньше не спал из-за меня?

— Нет, это началось совсем недавно, — нахмурился Перл, присев рядом со мной на лавочку из белого дерева, — возможно, именно про это Лютер и говорил, когда писал, что мы зависимы друг от друга.

— А что насчёт этих медальонов? — я указала на его золотую лилия, висевшую на золотой цепочке.

— Пока мы их носим, мы в любой момент может услышать голоса друг друга, — пояснил эльф. — Многие «связанные» пары носили подобные медальоны, чтобы в случае чего успеть помочь друг другу.

— А на совместный сон они тоже влияют?

Ответом служил одобрительный кивок и дальнейший рассказ о том, где и как он обнаружил переданный мне ключ. Он и впрямь нашёл его в школьной библиотеке, в одном из дневников наших предшественников. К глубочайшему сожалению, всех их назвали одним и тем же именем, отчего попять, какому по счету правителю Эльфериума принадлежал этот ключ было практически невозможно.

Тем не менее Перлу удалось выяснить, что ключ остался у короля после превращения замка в школу Колдовских искусств Марвина Миллера. По словам Элиота Грея, ключ может открывать потайные комнаты замка, где были захоронены наши предшественники короли, а также все самые почётные воины Эльфериума. Но точного подтверждение данного предположения ни у кого не было, а значит нам оставалось лишь самостоятельно это выяснить и проверить, прав ли Элиот.

Чтобы это по скорее разузнать, я готова была уже проснуться и отправиться на поиски тайных комнат, как Перл воспротивился и не позволил мне уйти.

— Пойдёшь с Элиотом следующей ночью! — скомандовал он. — Я не позволю тебе проделывать все это в одиночку.

— Да что со мной может случиться?

На самом деле произойти со мной могло много всего, я не знала, что скрывается под замком в нашем замке и понятия не имела, что меня может ожидать. Возможно, в конечном итоге, ничем хорошим мои поиске не закончатся, но даже эта мысль не остановила мою любознательность.

— Даже и не спорь, — продолжил Перл, — ты пойдёшь с Элиотом.

Как жаль, что Перлу нельзя было отправиться на поиске вместе со мной, а все потому что черноборцы сразу же почувствовали бы наше присутствие в Эльфериуме. Мы должны были держаться вдали друг от друга, чтобы те не навредили нашему народу.

— Ладно, — сдалась я, под его пристальным взглядом. — Скажешь Элиоту, что в полночь я буду ждать его в библиотеке.

— Так-то лучше, — улыбнулся Перл заботливой улыбкой, под которой скрывал своё истинное волнение за меня и своего побратима.

— Не волнуйся, братец, все будет в порядке, — уверяла я его, не зная наверняка, кого из нас двоих надо заставить поверить в это.

Глава 16. Тайная комната

Когда солнце поднялось над горизонтом, в библиотеке уже никого не было. Вокруг царила тишина и гармония, а за дверьми этой комнаты — хаос: ученицы бегали тут и там, стараясь лишний раз не опаздывать на уроки, где чтят пунктуальность и сдержанность; учителя тем временем обеспокоенно оглядывались по сторонам, опасаясь, что в любой момент в школу могут проникнуть черноборцы.

Я же, чтобы не привлекать к себе излишнее внимание, разыскала Эрму Фейербах, которую уже давно привыкла называть своей бабушкой, и большую часть дня провела с ней в кабинете, изучая законы, историю, обычаи и заклинания Эльфериума. Остаток дня мы посвятили старинным языкам эльфов, которые в этот раз показались мне столь лёгкими, что я даже удивилась тому, что не смогла выучить их раньше.

Бабушка удивлялась моему ненасытному рвению выучить все и сразу, но в то же время радовалось, что я не теряю время зря и успеваю догнать программу остальных учениц школы.

— Вскоре ты сможешь учиться вместе с остальными, — заверила она радостно.

Я же от этой мысли не приходила в восторг. Мне вовсе не хотелось вновь выслушивать обвинения в свой адрес, а тем более терпеть насмешки и издевательства от остальных учениц. Знали бы они, с кем имеют дело, тогда бы не говорили мне всего этого.

— А это обязательно? — все же поинтересовалась я.

— Учиться с остальными? Конечно, ученицы уже вовсю расспрашивают меня о тебе. Знала бы ты, какие слухи они распускают за твоей спиной.

— Бабушка, ты ведь знаешь, что я не хочу учиться вместе с остальными. Они не принимают меня в свой круг закадычных друзей, даже не воспринимают меня, как эльфа. В их понимании я могу лишь принимать сторону зла и быть предательницей…

— Брось, — нахмурилась Эрма, — ты уже догнала их в школьной программе и вполне можешь учиться с ними на равных. К тому же ты — наследница престола и должна всем сразу дать понять, кто здесь главный.

— Тс-с-с, — поспешно шикнула я, нервно оглянувшись по сторонам, — вдруг кто-то услышит.

— В моем кабинете этого никогда не произойдёт, — уверяла она. — Комната околдована и надёжно защищена от любознательных эльфов.

— И все же, — продолжила я, — говорить об этом слишком опасно в школе. Никто не должен узнать о моем истинном происхождении.

— Джуди, ты ведь знаешь, что на нас ты всегда можешь положиться.

— Да, но в случае с учениками этой школы, я не могу воспользоваться твоей помощью.

— Зато ты можешь выслушать мой совет, — бабушка взяла меня за руки и, ласково взглянув на меня своими ярко-голубыми глазами, прошептала: — Никого не бойся в этом мире, нет никого, кто был бы сильнее тебя и Перла. Вы — наследники престола, будущие короли Эльфериума и самые сильные из всех существующих эльфов. Неужели какие-то маленькие эльфийки смогли тебя напугать? Джуди, Эльфериум — твой мир, и всё, что в нем находится, принадлежит тебе. Покажи всем, что ТЫ здесь королева и что тебя никто и ничто не сможет напугать. Те девчонки ничего о тебе не знают, но ведь ты-то знаешь, кто ты. Когда тебе исполниться восемнадцать, ты присоединишься к Перлу и вступишь на трон, как законная королева Эльфериума. В тот день, в день твоей коронации, все преклонят перед тобой колено и попросят прощения за клевету, которую посылали в твой адрес. Но до тех пор, ты не должна скрываться в тени. Пусть думают, что ты дочь Уэсли Эберта, пусть думают, что он изменник. Но однажды его вину оправдают и назовут героем. Джуди, носи с гордостью своё имя, что бы оно не означало. Хорошо?

— Хорошо, бабушка, — улыбнулась я ласково, — спасибо.

Она с любовью провела своей ладонью по моей голове и велела идти в свою комнату отдыхать. По правде говоря, мы и впрямь провели сегодня слишком много времени за учёбой и порядком вымотались к концу дня.

— Доброй ночи, бабушка, — пожелала я и вышла из её кабинета.

Но спать я так и не пошла. Преодолевая желания пойти и хорошенько выспаться, я направилась в библиотеку, где всё оставшееся время дожидалась Элиота Грея. Я успела даже прикрыть глаза в попытке вздремнуть, как мальчишка появился передо мной и громким тоном велел мне немедленно проснуться.

— Я вчера долго из-за тебя не смог уснуть, так что и ты сегодня не будешь спать, — заявил он, как только я открыла глаза и со злостью уставилась на него. Спать хотелось безумно.

— Ну, а ты почему не спал?

— Я побратим Перла, забыла? Я чувствую то же, что и он. Не спит он, не сплю я.

— Прям уж таки всё, — встала я и с любопытством уставилась на него. Я искренне надеялась на то, что он не чувствует той же любви по отношению ко мне, которую испытывает Перл.

— ВСЁ, — в который раз повторил Элиот, задержав на моем лице взгляд.

Мы стояли без движения лишь пару секунд, а казалось, что целую вечность. Моё сердце замерло в ожидании продолжения, но мальчишка произнёс вовсе не то, что я ожидала услышать.

— Поэтому для меня ты как сестра.

Я продолжала стоять без движения, прокручивая в мысли одну-единственную мысль о том, что возможно к Элиоту я чувствую то же, что и к Перлу.

— Пойдём, — первым заговорил Элиот. — Время на исходе.

— Конечно, — поспешно ответила я, опомнившись, — нужно поторапливаться.

***

Все шло по плану, как я и рассчитывала, никто не попадался мне на глаза: ни учителя, ни ученики, ни призраки, которых я время от времени видела в стенах школы. Мы спустились в самую глубь замка, к потайным комнатам, заходить в которые было строго-настрого запрещено. Даже деревянная табличка на двери громогласно заявляла: «ЖИВЫМ ВХОД ЗАПРЕЩЁН!». Хоть это порядком меня насторожило и заставило задуматься о дальнейших последствиях, я не отказалась от задуманного плана, а потому решительно зашагала дальше.

«Не делай этого, если чувствуешь, что не готова», — услышала я голос Перла в своей голове.

Я прикоснулась к подаренному братом медальону и мысленно обратилась к Перлу, уверяя, что все в порядке и я справлюсь. Он велел мне быть осторожнее и не рисковать напрасно. Но было уже поздно, я достала из внутреннего кармана платья небольшой ключик и вставила в дверную скважину. Дверь со скрежетом отрылась. Затаив дыхание, я прислушалась к своему бешенному сердцебиению, пытаясь понять, кто больше из нас сейчас нервничал: я или Перл.

Элиот дружески сжал мою руку и одобряюще кивнул, дав понять, что он рядом и никуда не денется.

Глубоко набрав в лёгкие воздух, мы вошли внутрь, в тёмную старинную комнату, где попахивало гнилью, пылью и пеплом. По коже пробежала дрожь, тело покрылось мурашками, а волосы встали дыбом от увиденного.

Единственным светом здесь служил факел, в дальнем углу комнаты, рядом с которым лежало неподвижное тело Лютера Ленца. У его ног красовалась табличка с его именем.

— Это же… — прошептала я, так и не осмелившись договорить.

«Джуди, уходи оттуда!» — услышала я встревоженный голос брата.

Но как бы мне не хотелось покинуть эту комнату, раз и навсегда позабыв о её существовании, я не могла оторвать свой взгляд от мёртвых тел эльфов. Стоило мне только перевести взгляд на следующее неподвижное тело, как в глаза тут же бросилась надпись «Джордан Холл». Отец Обри, моей новой подруги. Впервые в жизни я была рада тому, что скрыла правду от неё, не рассказала правду о том, кем являюсь и не взяла её с собой сюда, в эту жуткую тайную комнату.

— Это же её отец, — с ужасом прошептала я. — Она ведь его ждёт. Обри просила меня помочь найти его.

Элиот крепко прижал меня к своей груди, отгораживая от столь жуткого зрелища. Я покорно спрятала свое лицо, но поверх его плеча мимолётно заметила пустующее вдали место, среди сотни похороненных здесь эльфов.

«Уэсли Эберт» — гласила надпись, но к счастью тела рядом не было.

— Здесь похоронены все эльфы, погибшие в тот день, — парировал Перл.

— Кроме моего отца, — добавила я еле слышно, указав на табличку позади Элиота.

Парень побледнел от ужаса, но в следующую секунду, велел нам уходить отсюда.

— Если тело не сжечь, то призраки начнут высасывать из живых всю энергию, — добавил Элиот. — Нам нельзя здесь оставаться.

— Почему их не сожгли? — спросила я, не отрывая взгляд от пустующего места Уэсли Эберта.

— Их считают изменниками…

— Даже короля? — я указала на неподвижное тело Лютера Ленца. Элиот продолжал молчать. — Они засуживают почётной смерти.

— Джуди, стой! — крикнул Элиот, но было уже слишком поздно. Я схватила в руки пылающий факел и, ни на секунду не сомневаясь в своих дальнейших действиях, подожгла неподвижные тела эльфов, которые всполохнули словно спичка.

— Покойтесь с миром, дети ветров, — прошептала я, как это было положено было делать на похоронах.

Элиот крепко схватил меня за руку и поволок из горящей комнаты прочь.

— Зачем ты это сделала?! — возмутился Перл и Элиот в один голос.

Я поспешно ответила обоим.

— Они не заслужили умирать подобным образом, сгнивая в стенах этой жуткой комнаты!

— Джуди, ты не понимаешь! — возмутился Элиот, схватившись за голову. — Черноборцы за сотню миль чувствуют прах сожжённых эльфов. Они питаются энергией, исходящей от умерших тел.

— Вот черт, — выругалась я, уставившись на закрытую дверь, которая, будучи заколдованной, не выпускала рвущееся наружу пламя. — Значит они сейчас прибудут в замок?

— Более того, они уже здесь, — парнишка указал наверх, откуда доносились приглушенные крики.

— Что же я наделала, — схватилась я за голову.

— Всего лишь призвала в школу черноборцов, — пожал плечами Элиот, нервно посмеиваясь.

Как только в коридоре послышались приглушенные шаги армии черноборцев, я схватила Элиота за руку и, представив перед собой границу между двумя школами, за считанные секунды переместились туда.

От неожиданности Элиот лишь зачертыхался, ошарашенно повалившись на землю.

— Перл не говорил, что ты умеешь открывать порталы, — с ужасом и восхищением во взгляде произнёс Элиот.

— Сообщи в школе о нападении черноборцев, — велела я, и в следующую секунду вернулась в школу, где меня поджидала Эрма, с остальными учителями школы.

— Джуди, что ты вновь натворила?! — в ужасе спросила бабушка, отведя меня подальше от остальных учителей.

Я поспешно рассказала ей правду о произошедшем, за что успела выслушать нравоучительные нотации о том, что я поступила далеко не самым разумным образом.

— Знаю, бабушка, что поступила глупо, но сейчас мне бы хотелось знать, как я могу исправить ситуацию.

— Лучше иди к остальным ученицам, там ты будешь в безопасности.

— Я в безопасности, пока жив Перл, ты ведь знаешь.

— Знаю, но я не позволю тебе идти с войной на черноборцев вот так, без всякого оружия. К тому же, ты еще слишком мала для сражения.

С этим я возражать не стала, да и эльфы со школы Боевых искусств уже прибыли на подмогу, без всяких замедлений. Воспользовавшись этой ситуацией, я решила разыскать Перла, который как выяснялось позже, уже обо всем разузнал от Элиота, своего побратима.

Брата я нашла в долине Святого покрова, в самом безопасном месте в Эльфериуме.

Он возмущённо расхаживал из стороны в сторону, заведя руки за спину. Его желваки ходили ходуном, что подтверждало недовольство, касающееся моего поступка.

— Ты поступила глупо и опрометчиво! — высказал он прежде, чем я успела, что-либо произнести.

— Перл, я…

— Нет, Джуди, послушай меня внимательно! — он резким движением повернулся в мою строну и, скрестив руки на груди, сердито молвил: — Ты вернулась в Эльфериум совсем недавно, тебе еще не известны все законы, существующие здесь. Эльфийские законы значительно отличаются от людских, у нас не принято хоронить умерших эльфов и закапывать под землю. По закону, мы обязаны хранить мёртвое тело короля до тех пор, пока новый наследник не вступит на престол. Это делается для того, чтобы дух эльфа освободился и подарил полученные за все годы знания, будущему королю.

— Но я ведь не знала, — оправдывалась я.

— Вот именно! — воскликнул Перл. — Именно поэтому отныне я запрещаю тебе колдовать в Эльфериуме без веских на то причин.

— Ты не имеешь права!

— Имею, я твой старший брат.

— И что с того? То, что ты родился раньше меня, еще не значит, что ты имеешь право мной командовать! Наследники престола — вольные эльфы и вправе делать то, что, по их мнению, необходимо, — процитировала я заученную фразу из школьной книги.

— Ты еще слишком мала!

— Не стоит меня недооценивать. Мала говоришь? А кто в свои пять лет уже различает голоса животного мира? Кто умеет открывать порталы?..

— Ты снова открывала порталы?! — возмутился Перл.

На его лице отобразилась столь злобное выражение, что мне стало страшно за себя, мало ли что он решит со мной сделать.

— Джуди, ты ведь могла там застрять и больше никогда из него не вернуться! Это слишком опасно!

— Но ведь ничего не случилось. Я здесь, как видишь, — парировала я, разведя руки в стороны, — целая и невредимая.

— Не смей больше ими пользоваться, слышишь?

— А что если посмею? — с вызовом глянула я не него.

— Неужели ты не понимаешь? — нахмурился брат. — Сотни эльфов пропали без вести, после прохождения через портал. Никто не знает, живы они или нет, но одно известно точно. Если ты, не дай бог, там застрянешь и умрёшь, умру и я, а следом за нами все королевство. Мир будет уничтожен.

Мой яростный пыл тут же ослаб. Перл был прав, я поступала глупо и многим рисковала. В конце концов, от нас зависел не только Эльфериум, но и людской народ. Без природы не будет кислорода, а значит и жизни тоже.

— Прости за мою глупость, — виноватым голосом прошептала я, опечаленно опустив голову вниз, — я должна была понимать, чем рискую.

— Джуди, ты же моя сестра, — мальчишка крепко обнял меня за плечи, вплотную притянув к своей груди, — я не вынесу еще одного расставания с тобой.

Мы простояли в таком положении всего несколько секунд, а показалось, что целую вечность, которую мне хотелось растянуть, как можно дольше. Вдыхая аромат цветущей сакуры, который исходил от его тела, я прислушалась к своим собственным ощущениям и чувствам. Вот чего мне не хватало за все время пребывания на Земле, мне не хватало своего родного брата — эльфа, по венам которого течёт «золотая» кровь наследника престола.

— Перл.

— Мм-м?

— Обещай, что всегда будешь на моей стороне. Обещай, что больше никто и ничто не разлучит нас.

— Обещаю, Джуди, я всегда буду рядом с тобой, — прошептал он, обняв меня в ответ еще крепче.

Глава 17. Наша тайна

Прежде чем солнце успело подняться над горизонтом и своим ярким сиянием пробудить всю природу эльфийских земель, нам удалось разыскать таинственный домик, о котором писал в своих записях Лютер Ленц.

Дом не выглядел так, как мы его представляли, он был спрятан в самом дереве, под корой могучего старого дуба. Подобного рода дома я наблюдала лишь в мультфильмах про Винни Пуха, но ни у людей, ни у эльфов ничего подобного я прежде не видела. Возможно, именно поэтому нам пришлось потратить немало времени на его поиски. К счастью, к нам на помощь прилетел преданный друг Лютера Ленца — Рио. Хоть и не сразу, но он все-таки вспомнил, где располагался тайник нашего предшественника, чему, конечно же, мы не смогли не обрадоваться. За день мы порядком утомились, особенно я, после встречи с призраками. Они и впрямь высасывали все живое. После встречи с ними я чувствовала себя обессиленной, вялой и нежизнеспособной. С каждым часом мне все больше и больше хотелось спать, но я не давала себе лишиться возможности прочесть еще несколько записей Лютера Ленца.

— Мы можем поискать тайник в другой раз, — уверял Перл, но я даже слушать его не желала.

— Нет, — воспротивилась я. — Мы найдём его сегодня.

Так оно и произошло. Не знаю от чего, но чем больше я находилась вблизи Перла и чем ближе приближалась к дому, тем сильнее ощущала на своей шее горящую ярким пламенем эльфийскую отметину. Я была уверена, что Перл ощущал тоже, что и я, но не знала всех причин моих ощущений.

— Полагаю, в доме есть то, что нам принадлежит, — прошептал Перл в ответ, проходя через лесную рощу к высокому дубу, который, как показалось мне, был видел с любых концов долины Святого покрова, настолько он был высоким.

— Что именно? — не совсем понимала я.

— Корона, — прошептал эльф еле слышно. — Кроме нам подобных чистокровных эльфов нас притягивать может только одной — эльфийская корона.

— Разве она не должна быть в замке?

— Здесь она в безопасности, — уверял мальчишка, — ведь только мы сможем взять её в руки. Нечистокровным эльфам она обожжёт ладонь до кости, а то и вовсе превратит в пепел.

От этой мысли я вся скукожилась, но в следующую секунду поспешила в дом.

Внутри царил полумрак, вдали еле-еле виднелись потушенные факелы, которые Перл поспешил разжечь. Стоило ему это сделать, как на глаза тут же попались аккуратно сложенные по полкам и ящикам книги, бумаги и прочие неведомые еще нам рукописи. Мы не спешили к ним приближаться, нам хотелось ощутить всю таинственность этой небольшой, но весьма высокой комнаты, на стенах которой тут и там стояли книги. Форма комнаты походила на конус, справа от нас было вырезало небольшое круглое окно, а слева стояло две кровати, словно специально подготовленные для нас. Они были аккуратно заправлены листьями лопуха, а подушки неизвестно каким образом сшиты из одуванчика. На единственном в этой комнате столе, помимо рукописей и писем Лютера Ленца, лежало несколько чистых листов бумаги, три пера и небольшая баночка с чернилами.

Перл умостился на скрипучей кровати, я заняла место за рабочим столом и вместе с сидевшим на моем плече орлом Рио приступила читать первое попавшее мне в руки письмо.

Лютер, словно заранее зная, как все произойдёт, похвалил нас за успешно закончившейся поиск дома и приступил рассказывать нам об обязанностях, которые нам следует будет выполнять при вступлении на престол.

«Не бойтесь столь ответственного дня, — писал он, — нет ничего, с чем вы не смогли бы справиться. Быть правителями Эльфериума у вас в крови».

Лютер не раз успел предупредить нас о том, что нам не следует раскрывать свою тайну наследников не при каких обстоятельствах. Он утверждал, что пока мы находимся в Эльфериуме, никто, даже временный правитель, не может навредить нашему народу. А потому нам не следует покидать Эльфериум. Один из нас всегда должен оставаться на родине, чтобы эльфийский народ не погиб, а вместе с ним и вся природа. Этого правило мы однозначно будем придерживаться. Про все остальное мы решили прочесть в следующий наш визит в долину Святого покрова.

— Пора возвращаться, — подытожил Перл, задумчиво заглянув в окно. — Природа стихла, черноборцы ушли.

— Если мы наследники престола, так почему мы не можем помочь своему народу в войне с черноборцами? — удивлялась я, откладывая дочитанное письмо в сторону.

— Пока нам не исполнится восемнадцать, нам нельзя встревать в дела Эльфериума, — по выражению его лица стало ясно, что он тоже не в восторге от этого, — мы должны оставаться в тени, насколько это вообще возможно.

Я задумчиво прокрутила в голове произошедшие со мной в этой месяце события.

— Черноборцы запомнили меня, — в памяти тут же всплыло воспоминания о том, как они меня взяли в плен, — скорее всего они еще тогда все обо всем поняли.

— Тебе не стоит насчёт этого беспокоиться, пока я рядом, ты в безопасности.

Мне это было прекрасно известно, но на душе скребли кошки. Что же так сильно меня беспокоило?

— Смотри, — Перл указал рукой на висевшую на самой верхушке комнаты вместо люстры золотую корону, которая своим сиянием притягивала к себе любого осмелившегося посмотреть на нее эльфа. — Пока она здесь, под нашей защитой, Эльфериуму ничто не угрожает, даже черноборцы.

Я понимающе кивнула и мысленно перенаправилась в школу Колдовских искусств, где меня дожидалась Обри.

— Ты ничего не хочешь мне рассказать? — в её взгляде читалось недоумение и гнев. Она явно была на меня из-за чего-то расстроена, но в чем я провинилась?

— О чем это ты? — недоумевала я.

Она возмущённо скрутила руки на груди, приблизилась ко мне и еле слышно прошептала:

— Я знаю, кто ты.

— Что? — в ужасе переспросила. Неужели ей все рассказали, но кто?

— Совсем недавно я случайно услышала, как Ия Лагранж и Эрма Фейербах обсуждали твою недавнюю с Элиотом Греем выходку в тайных комнатах замка. Оказалось, что ты сожгла тела давних предков Эльфериума и призвала черноборцев к замку.

— Тс-с, — шикнула я, мигом закрыв ей рот ладонью. — Никто не должен больше об этом знать, — умоляла я её и против своей воли рассказала обо всем, что от нее так долго скрывала, в том числе и о том, что Перл, как и я, наследник престола.

— Я догадывалась, что ваши эльфийские отметины сияют неспроста, но до последнего верила, что я ошибаюсь, и все мои предположения ошибочны, — призналась Обри все тем же тихим голосом, — но когда я увидела Перла в живую, все стало на свои места. Внешне вы так на друг друга похожи, что только идиот не поймёт, что вы родня. К тому же мальчишка так смотрел на тебя в тот день, когда мы были в школе Боевых искусств, что я окончательно убедилась в том, что если не ты, то Перл уж точно тебя знал прежде.

— Почему же тогда ты мне все это не рассказала?

— А когда бы я успела? Ты едва ли не каждую ночь исчезала из замка. Я думала, что ты вновь ходишь на встречи с Элиотом, но, когда мне удалось с ним встретиться, оказалось, что у тебя «есть кое-то поважнее него».

— Это Элиот тебе так сказал? — задумчиво нахмурилась я.

— Да, — кивнула Обри. — Что между вами происходит? Часом их побратимская связь не повлияла на ваши взаимоотношения?

Я растерянно пожала плечами, вспоминая, как эльф сказал, что я для него как сестра. Этих слов было достаточно, чтобы рассеять все мои бессмысленные выдумки на этот счёт.

— Я мало что сейчас понимаю, Обри, но насколько мне известно, чистокровные эльфы не любят никого, кроме себе подобных.

Обри задумчиво поджала губы, открыла было рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрыла его. Мы молча вернулись в свою комнату, переоделись в школьные белые платья и раньше всех остальных поспешили в класс, где отныне мне вновь пришлось заниматься с остальными ученицами школы.

— Ты можешь не волноваться насчёт того, что мне известно, — уверяла Обри, — я, как и мой отец однажды, всей душой и сердцем предана наследникам престола. Пусть услышанное мною ночью останется нашей тайной.

— Спасибо, Обри, — я с благодарностью улыбнулась ей в ответ и наконец-то смогла расслабиться, — я тебе очень признательна.

Эпилог

Обри сдержала свое слово, маленькая эльфийка с неподдельной преданностью охраняла нашу тайну. Тайну о наследниках престола, тайну о моем происхождении и моих колдовских способностях. К счастью, Перл не рассердился на меня, узнав, что я рассказала все Обри. Эльф вошёл в моей положение и заверил, что если я доверяю Обри Холл, то и он тоже. К тому же девчонка не раз спасла нас от любознательной Шелли Харт, которая едва ли не каждую минуту отслеживала моё передвижение. Она ходила за мной хвостиком, отчего мне всякий раз хотелось уже самолично сообщать ей, где я была и куда направляюсь. Конечно, я этого не делала. А вот Обри напротив, придумывала для меня отмазки, если кто-то замечал мои ночные похождения, а случалось это довольно часто.

Отныне Обри Холл знала обо всем, что происходило в моей жизни. И если сперва я беспокоилась, стоит ли рассказывать ей ВСЕ, что я знаю и видела, то сейчас я была полностью уверена в её верности и преданности. Обри стала для меня лучшим другом, хранительницей и защитницей. А ближе к осени — побратимом.

Мы пришли к этому решению вместе, после счастливого празднования Святого дня. В день, когда мы заканчивали свой первый учебный год, в день, когда мама Обри и побратим моего отца, которого я все еще продолжаю так называть, Арабелла прибыли в замок навестить нас. Мы сообщили о своём решении без всяких промедлений. Взрослые эльфийки велели нам еще раз тщательно обдумать своё решение, ведь однажды выбрав побратима, больше никогда нельзя будет его сменить.

«Вы будете связаны друг с другом сердцем и душой», — предостерегающим голосом молвила Эмилия Холл.

Лицом Обри во всем походила на свою мать. У обоих были слегка пухлые щёчки, фиалкового цвета глаза и рассудительный мудрый взгляд. Однако фигура Эмилии была весьма полненькая, но никак не толстая. Эта лёгкая полнота напротив придавала ей шарма и некой детской доброты.

— Мы уверены в своём выборе, — сообщили мы им в один голос на следующий день, и они тут же радостно, но в то же время взволновано, пообещали нам немедленно устроить церемонию побратимов.

Пока Арабелла с Эмилией подготавливали нам праздник, я успела рассказать обо всем своему брату, который просто не мог не обрадоваться.

— Я приду посмотреть на вас, — пообещал он, что делал крайне редко.

Все мы знали, что нам нельзя появляться одновременно в одном месте, чтобы не привлекать к себе внимания черноборцев. Однако Перл пообещал, что будет стоять

на безопасном расстоянии от меня и тем временем все видеть. От этой новости я пришла в полный восторг.

***

Рано утром, на рассвете, 1 сентября мы заключили побратимский союз. Засвидетельствовать это события пришла Ия Лагранж, Эрма Фейербах, Арабелла Пелинбур, Эмилия Холл, наш верный друг Рио, мальчишка Элиот и, конечно же, мой брат Перл Вуд, как его привыкли здесь все называть. Хоть он и находился вдали от всех, я чувствовала его присутствие, а это было лучшее, что только могло быть.

— Я рядом, — услышала я его шёпот в своей голове. — Смелей.

Мы стояли возле церемониальной арки, роскошно украшенной цветами всех видов, и смотрели друг на друга, в ожидании того прекрасного торжественного момента.

Святые мудрецы, отрёкшиеся от своего тела и смертной жизни, в который раз убедились, что решения стать побратимами мы приняли в полном осознании того, что за этим последует, и не собираемся его менять.

Мудрецы перечитали все наши обязанности, вновь спросили, не отказываемся ли мы от желания стать побратимами и лишь после этого приступили вычитывать клятву, которая из их уст звучала, как таинственный приговор или заклинание ведьмы.

— …Великие владыки природы, эльфы решили заключить побратимский союз, — грозно произносил святой, — позвольте же им его завершить.

Последующие слова я слушала вполуха, мы держались с Обри за руки и не сводили друг с друга глаз. С этой эльфийкой я буду идти по жизни до самой смерти.

Пока святые в белых мантиях вычитывали заклинания, по нашему телу с головы до ног раздавалось приятное жжение, мимолётно я бросила взгляд на шею своей подруги, эльфийская отметина сияла огненным пламенем.

Мудрецы протянули нам острый кинжал, мы сделали небольшой надрез на своих запястьях и, взявшись за руки у самого основания локтя, услышали спокойный голос мудреца:

— …поклянитесь и вы, дети природы, в верности друг другу, — услышала я голос святого.

Затаив на секунду дыхание, мы произнесли в один голос.

— Отныне и навсегда моё сердце будет биться в унисон с твоим. Покуда жива будешь ты, я всегда буду для тебя щитом и сестрой. Отныне наши судьбы связаны до последнего дня пребывания в этом мире. Сестра моя, побратим, убереги меня от темной стороны, стань светом, если я окажусь во тьме. Пока ты шествуешь со мной

по этому миру, я всегда буду на твоей стороне. В огонь и в воду, в бою и на войне, я всегда с тобой. Отныне и навсегда я твой побратим!

***

Для завершения этого прекрасного дня мы отправились в Королевский замок, где собрались все школьники Эльфериума. Выпускники школы Колдовских искусств и школы Боевых искусств нарядились в этот день особым образом. На них не было привычной белой одежды, их нарядили в одежду того цвета, в зависимости от того, к какому роду эльфов они будут отныне принадлежать. К сожалению, мы пропустили начало торжества, когда происходило распределение выпускников и прибыли в замок в середине праздника, когда эльфы вовсю кружились в ритме вальса, сперва медленного, а позже — весёлого и ритмичного.

Королевский замок был огромен и велик. Большая его часть была сделана из золота, а мелкие детали, мебель, шторы и пол, из пахучих цветов и листьев деревьев. Вместо потолка ночью сияли звезды, а днём — солнце. По комнатам расхаживали прислуги, мудрецы и лекари, все шагали бесшумно и спокойно, будто боялись нарушить королевский покой и гармонию. А вот прибывшие сюда юные эльфы, напротив, вовсю веселились и отмечали окончание учебного года. У каждой двери стояло двое гвардейцев, что открывали нам дверь всякий раз, когда мы хотели зайти внутрь.

— Перл, — прошептала я брату взволнованным голосом, — что если черноборцы сюда нагрянут?

— Они не посмеют, — уверял он, — в этом замке все подчинено лишь нам и нашим мыслям.

— О чем это ты? — не совсем понимала я.

— Королевский замок и долина Святого покрова — два места, где мы можем находиться вблизи друг друга и чувствовать себя в полной безопасности. И даже наши эльфийские отметины в стенах замка могут не сиять, если мы этого захотим.

Эльфы продолжали танцевать, плавно передвигаясь из одной части тронного зала в другую. Ройл Гейб заинтересованно уставился на пришедших эльфов.

— Нам следует отдать ему честь, — напомнила Обри, и мы тут же поспешили поздороваться с временным правителем Эльфериума, который не вызывал у меня никакого доверия.

— Не думай ни о чем, притворись обычной девчонкой, — прошептал в моих мыслях Перл. — Придёт время, и мы займём своё законное место.

Я тяжело вдохнула и выдохнула. Я могу с этим справиться.

Ройл Гейб, вырядившийся в золотой костюм, с таинственной улыбкой следил за каждым нашим шагом. Я старательно делала вид, что не понимаю, по какой причине он так на меня смотрит.

— Рад встречи, Джуди Эберт, — проговорил он, особым образом произнеся мою фамилию, которая даже не принадлежала мне.

Я мило улыбнулась ему в ответ и уже искренней улыбкой одарила орла Рио, который поприветствовал меня в моем родном доме — королевском замке.

— Правда он прекрасен, — радостно защебетал орел, — как только это будет возможно, я покажу тебе все потайные комнаты, которые только здесь существуют. Я обежал Лютеру Ленцу, что сделаю эту.

Я вновь улыбнулась и ответила уже Ройлу:

— И я весьма рада вновь вас видеть. Как обстоят дела в королевстве? Черноборцы вас не докучают?

Улыбка эльфа тут же померкла, я-то знала, что его дела обстоят не лучшим образом. Недавно я подслушала, как Ия Лагранж говорила о том, что Ройла хотят изгнать из Эльфериума за несоблюдение своих полномочий. Что именно он нарушил, мне не было известно, но вскоре эта новость должна была распространиться по всему королевству.

— Не будем говорить о плохом в этот чудный вечер, — произнёс он с натянутой улыбкой. — Лучше давайте потанцуем.

После его слов заиграла медленная протяжная музыка. Внезапно появившаяся перед нами Шелли Харт взяла под руку моего брата и силой потащила танцевать в центр зала. Меня это ужасно огорчило, но Элиот решил поднять мне настроение и тоже пригласил на танец.

— Надеюсь, её высочество мне не откажет, — прошептал мне на ухо эльф, сладко улыбаясь на мой смущённый взгляд. — Негоже стоять в стороне принцессе.

— Говорите тише, нас могут услышать, — предупредила я его, хотя мальчишка и так говорил столь тихо, что я сама едва ли слышала её слова.

— Джуди, не волнуйся ты так, — он взял меня за руку и повёл в центр зала, где Обри уже вовсю кружилась в танце с неизвестным для меня черноволосым эльфом, который то и дело улыбался, глядя на неё. Отныне я могла ощущать те же эмоции, что и она, а сейчас она была счастлива.

— В этот вечер нужно обо всем забыть и просто насладиться моментом, — добавил эльф.

— Не доверяю я Ройлу Гейбу, он незаконно управляет Эльфериумом, — нахмурилась я, но потанцевать согласилась.

— Вам еще не разрешено вступать на престол, и тебе это известно, — прошептал он на ухо и положив руку мне на талию, притянул к себе максимально близко.

Приятное тепло ощущалось на тех участках кожи, к которым он прикасался. Я мигом позабыла обо всех своих проблемах, позабыла о Ройле, чей пристальный взгляд я ощущала на своём теле, даже не оборачиваясь в его сторону, и полностью погрузилась в удивительный звон флейты и скрипки.

В этот вечер я трижды потанцевала с Элиотом Греем, пять раз с незнакомыми мне эльфами с школы Боевых искусств и лишь один раз со своим братом. С ним, со столь красивым эльфом, хотели потанцевать едва ли не все юные эльфийки, что лишало мне возможности даже просто с ним поговорить.

«Ты мне нужен», — обратилась я к нему мысленно, и он тут же бросил на меня тревожный взгляд, но увидев, что я в полном порядке, Перл расслабился и облегчённо вздохнул.

— Прошу меня простить, дамы, но я обещал танец одной девушке, — он с ласковой улыбкой посмотрел в мою сторону, подошёл ко мне и поцеловав тыльную сторону моей ладони, закружил в медленном вальсе.

— Я уже боялся, что ты опять влезла в неприятности, — прошептал он на мне на ухо.

— Я не столь неуклюжа, как ты думаешь, — возразила я.

— Разумеется, — не стал спросить он.

— Я уже думала, что эти девчонки тебе и шагу ступить не дадут.

Перл загадочно улыбнулся моим словам и повторил сладким голосом:

— Помни, что мы принадлежим друг другу.

Я улыбнулась ему в ответ, но на секунду задумалась, стоит ли спрашивать о том, что меня тревожило столько времени.

— Перл, что если чистокровные эльфы все же способны на любовь…

— …к себе подобным, — закончил за меня мальчишка, но в эту секунду я посмотрела на Элиота, который не сводил с нас взгляд.

Я не могла знать, о чем он думает в эту секунду, но на миг мне показалось, что Элиот Грей видит во мне не только сестру. Возможно, мне и самой того хотелось. Пока что я этого не знала наверняка, а потому не стала продолжать разговор на эту тему.

— Ты только представь, — прошептал мне на ухо Перл, — вскоре мы будем сидеть на троне, носить золотые короны, устраивать балы и руководить королевской

армией. Придёт день, когда все эльфы будут величать нас королём и королевой Эльфериума.

— До нашего совершеннолетия так далеко, — с грустью молвила я.

— Но это вовсе не значит, что мы не сможем помочь своему народу.

Я с недоумением уставилась на него. Мне было прекрасно известно, что мы пока что никак не можем помочь Эльфериуму. Все, что от нас требуется на данный момент — не покидать приделы эльфийской страны.

— Что ты задумал? — я с прищуром уставилась на брата.

— Революцию.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ