Глава 1

С самого утра Елена Сергеевна крутилась по дому, как белка в колесе. С минуты на минуту сын Андрей приведёт знакомиться свою невесту Ирину. Они уже подали заявление в ЗАГС. Через месяц состоится свадьба.

Николай Михайлович, отец Андрея, не утруждал себя какими-либо заботами по поводу предстоящего торжества. Он принял душ, переоделся во всё чистое, безупречно отглаженное, и засел в кресло напротив телевизора. Иногда он вставал, прохаживался по дому, напевал что-то себе под нос, подходил к зеркалу, вынимал из кармана брюк маленькую расчёску и прочёсывал ею свои тёмные с проседью жидкие волосы. Затем клал расчёску в карман и двумя ладонями сжимал несколько раз волосы сверху, делая их таким образом волнистыми. Осматривал себя с ног до головы и снова садился напротив телевизора.

Елене Сергеевне сорок три года, её мужу — сорок семь. Жили они втроём с сыном в добротном частном доме с хорошим садом, ухоженной дворовой территорией, тремя гаражами и красивой оградой в элитном частном секторе, в окружении четырёх многоэтажных микрорайонов.

Ещё до свадьбы Николай Михайлович стал называть Елену Сергеевну Лёкой. С тех пор по имени так ни разу и не назвал.

— Лёка! — властным тоном произнёс он, — что ты там так долго возишься? — Через пятнадцать минут подъедут молодые, а ты ещё не переоделась!

— Я успею, — спокойно ответила она, бросив последний взгляд на празднично накрытый стол.

Затем привычными движениями сняла с себя передник и прошмыгнула в спальню. Спустя пятнадцать минут вышла, нарядно одетая, при лёгком макияже. Выглядела она великолепно, ибо от природы была статной и красивой. Николай Михайлович бросил на неё безразличный взгляд:

— Пошли встречать, приехали.

Они вышли на крыльцо. Открылась кованая калитка, и первой во двор вошла среднего роста светловолосая девушка. Вслед за ней появился Андрей. Молодые подошли к родителям и поздоровались.

— Знакомьтесь, это моя невеста Ирина, — представил Андрей девушку родителям. — А это, Ирина, моя мама Елена Сергеевна и папа Николай Михайлович.

— Очень приятно, — произнесла девушка и протянула букет роз будущей свекрови. — Это вам.

— Спасибо, Ирочка, проходите в дом.

Родители усадили молодых рядышком за стол, сели сами. Николай Михайлович наполнил бокалы вином и произнёс заученный тост по случаю знакомства. Выпили хорошего вина. Затем начали поздравлять молодых с помолвкой, снова выпили. Потом расспросили Ирину об её родителях, пожелали им здоровья и подняли бокалы за них. Елена Сергеевна и Ирина каждый раз делали лишь по одному маленькому глоточку, мужчины же опустошали бокалы до дна. Заканчивалась уже третья бутылка.

— Пойдём, покурим, — предложил Николай Михайлович сыну, изрядно захмелев. — Девчонки без нас пусть пострекочут о своём, о девичьем.

Мужчины вышли, а Елена Сергеевна, как бы невзначай, начала выведывать у Ирины всё о её родных. Должна же она была знать, из какой семьи Андрей берёт себе в жёны девушку. Ирина оказалась человеком открытым, спокойно отвечала на все вопросы без прикрас, чем произвела на Елену Сергеевну хорошее впечатление. Когда в голове Елены уже сложилось мнение о семье девушки, а вопросы иссякли, она вспомнила, что купила вкусное мороженое и решила подать его на стол с шоколадной крошкой и клубничным конфитюром. Лёка поднялась со стула и направилась в коридор. Там в тумбочке она собиралась взять одну баночку с конфитюром из свежего урожая клубники. Окно на веранде было открытым, а за ним внизу на скамейке о чём-то разговаривали её мужчины. Только она присела на корточки, как услышала голос сына:

— Как тебе моя невеста?

— Ладненькая девушка, — произнёс заплетающимся языком Николай Михайлович. — Главное — быть уверенным, что вы во всём подходите друг другу? Зря ты официально женишься на ней сразу. Пожил бы с ней сначала так, присмотрелся, притёрся.

— Не получится. Она не признаёт внебрачных отношений.

Елена Сергеевна, затаив дыхание, стала вслушиваться в их беседу. Ей очень хотелось узнать мнение мужа о будущей невестке и то, что расскажет о ней сын.

— Ну, что же, — многозначительно произнёс отец, — тогда у тебя есть шанс прожить с ней всю свою жизнь.

— Как вы с матерью? Вы, ведь, уже двадцать четыре года вместе. Как вам это удаётся?

Волна гордости за себя и супруга накрыла в этот момент Елену. Она ещё старательнее стала прислушиваться к разговору родных ей мужчин.

— Меня мужской мудрости научил мой дед. Накануне свадьбы он долго разговаривал со мной.

— Поделишься со мной дедовской мудростью?

— Почему бы и нет? Слушай и учись! Это пойдёт тебе только на пользу! Никогда не ласкай свою жену и не возбуждай её. Целуй только в щёку, лоб, как ребёнка, или кратко чмокай в губы, но не в засос. Иногда раза два в неделю погладь, как бы невзначай, по голове, скажи ласковое слово и всё.

— Почему? — удивился Андрей.

А Николай Михайлович продолжил:

— Ты, наверное, знаешь, что каждый тринадцатый ребёнок, по статистике, рождается женщинами не от их мужей!

— Что-то по этому поводу слышал.

— Тебе надо воспитывать чужого ребёнка?

— Нет, наверное. Но Ирина не такая.

— Все они не такие. Делай так, чтобы секс для неё был неприятной обязанностью, не доводи её до экстаза, чтобы она ни разу не испытала оргазм. Пусть лучше считает себя неполноценной женщиной. Тогда она не будет желать других мужчин.

— Но как возможно не ласкать свою жену?

— Очень просто! Если у тебя возникает потребность в близости, делай это быстро, без прелюдий, чтобы она опомниться не успела. Потом отворачивайся и храпи. Если она начнёт к тебе ластиться, срочно озадачь её чем-нибудь.

— Чем?

— Например, вспомни, где лежит твоя грязная голубая рубашка и спроси: «Ты постирала и погладила мою голубую рубашку?»

— И что дальше?

— Она ответит, что нет. Тогда потребуй сейчас же её постирать, а утром отутюжить, так как ты собираешься её завтра надеть. Когда она её постирает и вернётся в кровать, делай вид, что уже спишь и громко храпи.

— Тогда, зачем вообще жениться?

— Ты же знаешь, что мы любим одних, а женимся на других?

— Нет, не знаю.

— Какие твои годы? Ещё узнаешь. Женимся мы на тех, с которыми не стыдно появляться на людях и которые будут нам верными жёнами, рожать от нас детей, а ты их рано или поздно захочешь иметь. Будут растить их, воспитывать, содержать в порядке дом и всех членов семьи, обстирывать, отглаживать, готовить пищу и не предъявлять претензий. Домой никогда не приходи с работы вовремя. Пусть сначала она вернётся с работы, наведёт дома порядок, приготовит пищу, сделает уроки с ребёнком, а к ночи возвращайся и ты.

— И где я должен болтаться всё это время?

— С друзьями общайся, с женщинами развлекайся… Да что я тебе объясняю? Уж я-то знаю, какой ты ловелас! Или не мой ты сын? Запомни, никогда не называй любовниц и жену по имени, чтобы не запутаться и не назвать одну именем другой. Сразу дай Ирке какое-нибудь прозвище или кличку, как собаке, чтобы вызвать в ней комплекс неполноценности. Звучание собственного имени повышает в жёнах самооценку.

— Так вот, почему ты всегда называешь мать Лёкой!

Из глаз Елены брызнули слёзы. Она еле сдержалась, чтобы не разрыдаться.

— Верно, — продолжил отец семейства. — А свою Ирину можешь называть Ириской. Сразу отучай её общаться с подругами. Их у неё не должно быть. Ничему хорошему они её не научат. Никогда не дари ей украшения. Ей достаточно будет тех, что она носила до свадьбы. Незачем ей привлекать внимание мужчин к своей внешности. И ещё запомни! Деньги на нужды семьи жена должна просить у мужа с чувством вины. Сам зарплату ей не отдавай, как это делают многие глупые мужики.

— Что-то я не помню, чтобы мать их у тебя просила.

— А она и не просила. Ей хватало тех, которые она сама зарабатывала.

— Тогда, куда ты девал свои? Этот дом построил?

— Дом? Ты шутишь? Женская натура от природы слишком завистливая. Как только мать узнала, что её бывшая подруга с мужем и коллега по работе отгрохали себе добротные особняки, тоже захотела избавиться от старого домишки и построить новый. Я её идею не поддержал намерено. Тогда она несколько лет подрабатывала дополнительно, делала проекты индивидуального строительства недвижимости для зажиточных людей. Одновременно делала проект и своего дома. Я этого не знал. Думал, что она не успевает выполнять обязанности в своём проектном бюро в рабочее время и берёт работу на дом. Когда уехал в длительную командировку, она успела возвести фундамент и корпус дома. Я вернулся к началу отделочных работ и проводке коммуникаций.

— Уму не постижимо! — выпалил Андрей.

— Ой-ой! Только не разрыдайся! И ещё, не забывай постоянно предъявлять претензии жене, чтобы чувство вины никогда не покидало её. Ладно, пошли за стол.

Услышав последние слова, Елена Сергеевна мгновенно выпрямилась и бросилась к двери. На пороге она увидела бледную Ирину и поняла, что та всё слышала. Она приложила палец к губам, чтобы девушка молчала, приобняла её за плечи и быстро увела в гостиную.

— Ирочка, постарайся успокоиться и не подавать вида, что ты слышала их разговор! Прошу тебя!

Когда мужчины вошли в гостиную, Ирина встала из-за стола, с вымученной улыбкой поблагодарила хозяев за чудесный вечер и направилась к выходу.

— Подожди, моя сладкая Ириска, — произнёс Андрей, — я тебя провожу.

— Сладкая Ириска, — невольно передразнила Ирина жениха и взглянула на Елену Сергеевну.

Та понимающе кивнула.

— Я поймаю такси, а ты, Андрей, отдыхай, — категорично заявила Ирина.

— Нет, я должен тебя проводить!

Ирина не стала с ним спорить, а легонько оттолкнула его, выпорхнула из дома и помчалась к калитке.

— Что это с ней? Вы поссорились? — спросил жену Николай Михайлович.

— Нет, мы не ссорились. Накануне свадьбы у девушек бывают такие срывы, — попыталась она сгладить ситуацию.

— Уж больно нежные, как я погляжу, стали современные девушки! — проворчал хозяин дома, снова наливая вино в фужер. — Плюнула в душу и упорхала, как будто её здесь плохо встретили!

Вслед за отцом наполнил бокал и Андрей. Он медленно глоточками потягивал вино и внимательно рассматривал мать, словно первый раз её видел. Она тоже смотрела на него, пытаясь понять, сочувствует он ей или осуждает. Внезапно в нём она увидела своего мужа молодым и поняла, что урок отца он точно возьмёт на вооружение. Ведь назвал же уже свою невесту Ириской по его совету. Елене было невыносимо осознавать то, что сын даже не попытался остановить оскорбительные речи отца в её адрес. Она поднялась со стула.

— Вы тут отдыхайте, а я пойду, прилягу. Что-то голова разболелась. От вина, наверное.

Глава 2

Лёка ушла в дальнюю комнату, закрыла дверь на задвижку, уткнулась лицом в подушку и разрыдалась.

— Двадцать четыре года я считала его неполноценным, не способным к нормальной близости со мной. Жалела его, сочувствовала его недугу. Дала себе слово, что никогда не изменю ему, как бы не было тяжело терпеть его! А он все эти годы называл меня кличкой собаки, нещадно эксплуатировал, издевался, а любил других. Я для него была просто рабыней. И сына научил тому же. Сладкая Ириска! Тьфу! — плюнула она, приподнявшись над подушкой.

Самым страшным для неё было то, что муж вывернул наизнанку их, даже самые интимные отношения перед Андреем. Этого она ему никогда не простит.

Тяжёлые мысли и воспоминания одни за другими лезли в голову. Казалось, Елена переживает каждый прожитый день с мужем заново. Теперь, словно со стороны, она анализировала свою жизнь и не видела в ней ничего хорошего. Винила во всём только себя и не понимала, как позволила супругу так унижать её все эти долгие годы.

Было уже за полночь, когда она, устав от тяжёлых мыслей, совершенно опустошённая, поднялась с кровати и вышла в гостиную. Свет в ней горел, но мужа с сыном там не было. Она по очереди заглянула в их комнаты. Оба спали на своих кроватях.

Елена прошла в гардеробную, достала из шкафов несколько больших сумок и начала укладывать в них свои вещи. Затем перенесла их в свой автомобиль, стоящий в одном из гаражей. Написала и положила на стол записку, вернулась в гараж, села в машину и поехала к матери, одиноко живущей в своей трёхкомнатной квартире.

К двенадцати часам дня Николай Михайлович проснулся и вышел в гостиную. Там уже сидел Андрей с запиской в руке. Увидев отца, он молча протянул её ему.

— Мать ещё не проснулась? — удивился отец, протягивая руку к листку бумаги.

Взглянув на него, узнал почерк жены и начал читать текст:

— Собака по имени Лёка родила и вырастила своего щенка и твоего сына, терпела тебя в постели, считая неполноценным. Двадцать четыре года прожила с тобой, как рабыня, по твоему требованию разогнала своих подруг, не знала от тебя ласки и добрых слов, не получала твоих подарков. Не была твоей любимой женщиной. Теперь, когда Андрей окончил институт и собирается начать самостоятельную жизнь, я ухожу от тебя, чтобы начать уважать саму себя. Заявление на развод подам на этой неделе.

PS:

Андрей, Ирина тоже прослушала в коридоре урок мужской мудрости, данный тебе твоим отцом. Ты уже взял его на вооружение, назвав невесту Ириской. Думаю, что свадьбе вашей не суждено состояться.

Жить я буду у матери. Ко мне не приходите оба. Если захочу увидеть тебя, сын, позвоню сама.

Николай Михайлович, бухнулся на диван и выпалил:

— Чёртова дура!

— Я бы, на её месте, тоже от тебя ушёл, — сквозь зубы процедил Андрей.

Он набрал номер телефона Ирины. Девушка поздоровалась первой и, не дожидаясь, когда Андрей начнёт говорить, произнесла:

— Свадьбы не будет, Андрей!

— Ирочка, не делай глупостей! — попытался он исправить ситуацию.

— Пойми, Андрей, когда девушка выходит замуж, она идёт в семью своего мужа, рожает и продолжает род его семьи, а я способствовать продолжению рода твоего отца не хочу и не буду. Прощай. Не пытайся больше искать со мной встречи.

Прошло два месяца. Елена Сергеевна развелась с мужем. Андрей, по предложению своего сокурсника по институту, переехал жить в другой город и стал работать инженером на крупном заводе.

Ближе к зиме Елена Сергеевна купила путёвку на курорт с проживанием в одноместном номере. Ей хотелось отойти от всего пережитого и немного поправить здоровье. Когда она вошла в фойе курортного корпуса, то оказалось, что её путёвка была по ошибке продана лишней. Ей предложили поменять её на следующий заезд либо подселиться к женщине в двухместный номер. В этом случае пообещали вернуть тридцать процентов стоимости путёвки. Елена согласилась на второй вариант, чтобы не возвращаться домой и не переносить свой отпуск, что было сделать не так просто. Ольга, так звали женщину в номере, имела лёгкий и весёлый характер. Была на несколько лет моложе Елены, но казалось, что лет на двадцать. Её красота и стать заставляла мужчин и женщин невольно останавливать на ней взгляд и любоваться ею. Замуж она ни разу не выходила. Не захотела. Поняв, что с Еленой творится что-то неладное, осторожно «влезла» ей в душу и прослушала историю о том, какую жизнь она прожила с бывшим мужем, и почему. Рассказ об уроке Николая Михайловича, данном сыну на тему мужской мудрости, поверг Ольгу в шок. А то, что Елена выстроила дом исключительно на свои деньги, оформила его в собственность на двоих с мужем, а потом покинула его и ушла к матери, вывела её из себя.

Ольга с Еленой принимали радоновые ванны в разное время дня. Когда однажды Елена ушла на водную процедуру, Ольга достала из её тумбочки паспорт и переписала из него в свой блокнот место нынешней регистрации Елены и предыдущей, где она жила с супругом и сыном.

Все дни на курорте Ольга водила Елену по всем увеселительным мероприятиям, развлекала, как могла, знакомилась с людьми сама и знакомила с ними Елену. Постепенно Елена пришла в себя, и в её глазах снова появился жизненный блеск. Женщины жили в разных городах, но расположенных неподалёку друг от друга, буквально в десяти километрах. Спустя месяц после курорта Ольга навестила Елену дома, пообщалась с ней около трёх часов и на своей машине, якобы, отправилась к себе домой. Елена поблагодарила подругу за визит и попросила чаще бывать у неё.

Спустя пятнадцать минут машина Ольги медленно, словно поломанная, поползла по улице частного сектора, на которой жил Николай Михайлович. Резко дёрнувшись последний раз напротив калитки его дома, остановилась. Ольга взглянула на окна, в двух из них горел свет. Она вышла из машины, открыла капот, заглянула под него, снова села за руль. Начала, якобы, куда-то звонить и вообще создавать видимость, что машина вышла из строя, а она ничего не может с ней поделать. Спустя какое-то время Ольга заметила в окне мужской силуэт и поняла, что за ней наблюдают. Прошло более часа. Она напрочь замёрзла, но постоянно притворно «предпринимала попытки» завести машину. Наконец из дома вышел мужчина.

— Здравствуйте! Что-то случилось с машиной?

— Заглохла и не хочет ехать. Вы можете что-нибудь с ней сделать?

— Нет, я в них не разбираюсь. Позвоните в ближайший автосервис. Приедут, отремонтируют или пришлют эвакуатор и заберут к себе для ремонта.

Да я из соседнего города и так замёрзла, что еле стою на ногах.

Николай Михайлович внимательно всмотрелся в глаза женщины. Что-то щёлкнуло в его голове, и он предложил:

— Идёмте, я напою вас чаем. Потом найду номер автосервиса для вас.

Ольга проследовала за ним. В прихожей он взял из её рук коротенькую норковую шубку и повесил на крючок.

— Не найдутся ли у вас для неё плечики? — спросила Ольга. — Шубы не желательно вешать на крючок за петлю.

Хозяин крякнул недовольно, но ушёл в другую комнату и вернулся с плечиками в руке. Ольга надела на них шубку и повесила на крючок. Затем безвольно опустилась на банкету и попросила:

— Снимите, пожалуйста, с моих ног сапоги? Руки так закоченели, что не слушаются меня.

Николай Михайлович ошалел от такой просьбы, но опустился на колено, расстегнул по очереди сапожки, стянул их с Ольгиных ног и аккуратно поставил у стены. При этом отметил про себя красоту и стройность её ног.

Идёмте в гостиную, — позвал он, — я поставлю чайник. Меня Николаем Михайловичем зовут. А к вам как обращаться?

— Ольга.

Она машинально сняла с головы берет, повесила на крючок и пошла вслед за хозяином. Её шикарные белокурые волосы разбросались по плечам. В гостиной Николай Михайлович повернулся к ней и предложил сесть за стол. Только сейчас, когда Ольга была без головного убора, он увидел красоту её волос, больших голубых глаз, в обрамлении длинных ресниц, густые, как стрелы, тёмные брови и сочные пухлые губы. Голубой обтягивающий свитер оттенял цвет глаз и подчёркивал идеальную фигуру.

Сладкая судорога пробежала по его животу:

— Хороша, зараза!

Он поторопился в кухню, заполнил и включил чайник. Достал из навесного шкафа вазочки со сладостями, принёс и расставил их на столе. Затем поставил чашки. Чуть позже на столе появился заварной чайник и чайник с кипятком.

— Какой ароматный у вас чай, — потянула носом Ольга.

— Пейте на здоровье! — добродушно предложил хозяин.

Когда чай в чашке уже заканчивался, ему кто-то позвонил на мобильный телефон. Посмотрев на экран, он вышел из гостиной и начал эмоционально, даже с раздражением, общаться. Ольга быстро прилегла на диван, положила голову на подлокотник и закрыла глаза, словно спит.

Прошло минут десять, прежде чем Николай Михайлович вернулся в гостиную. Увидев гостью спящей, он постоял несколько секунд в раздумьях, потом сходил в комнату за пледом, накрыл её, а сам примостился на стул и уставился на неё изучающим взглядом. Чем больше он смотрел на неё, тем больше не хотел с ней расставаться. Звонить в автосервис не стал. Позже принёс и положил ей под голову подушку.

Ольга и сама не заметила, как заснула по-настоящему. Проснулась она около семи часов утра, нашла ванную комнату, налила в ванну горячей воды с пеной и улеглась в неё. Сладкая истома овладела всем телом. Только она снова задремала, как почувствовала лёгкое дуновение ветерка из открывшейся двери. Ольга открыла глаза. В дверном проёме стоял Николай Михайлович и улыбался.

— Простите меня, пожалуйста, — стеснительно заговорила гостья. — Я так сильно вчера промёрзла, что до сих пор не согрелась до конца. Будить вас не стала, чтобы попросить разрешения принять ванну.

— Ничего страшного! Но поторопитесь, мне ванная комната тоже нужна, пора собираться на работу.

Он вышел из санузла и закрыл за собой дверь. Ольга торопливо ополоснулась чистой водой, насухо вытерла тело полотенцем, взятым там же из шкафа, оделась и вышла. В гостиной она сообщила хозяину, что вынуждена срочно бежать на железнодорожную станцию, а за машиной явится позже. Попросила записать её номер телефона, на всякий случай, оделась и ушла.

Прошло несколько дней. Машина Ольги так и стояла у дома Николая Михайловича. Он вынужден был позвонить Ольге и попросить забрать её, так как она преграждала выезд из гаража его автомобилю. По этой причине он ходил на работу пешком.

— К вечеру я её заберу, — пообещала Ольга и внесла его номер мобильного телефона в контакты.

Николай Михайлович, услышав это обещание, весь день пребывал в приподнятом настроении. После работы купил букет роз, хорошее вино и поспешил домой. Он надеялся, что Ольга непременно заглянет к нему, прежде чем заберет машину, хотя бы для того, чтобы поблагодарить его за приглашение домой согреться. Но, свернув на свою улицу, ещё издалека заметил, что машины у дома уже нет. Это вывело его из равновесия. С тех пор, как Ольга побывала в его доме, мысли о ней не покидали его. Желание обладать этой женщиной становилось всё навязчивее и навязчивее.

Ольга же специально оставила свой автомобиль напротив дома, чтобы он своим ходом добирался до работы. В эти дни она на другой машине выследила, где он работает, и куда ходит после работы. Спустя день увидела, как он направляется совсем в противоположную от дома сторону и тоже в частный сектор. Там он по-хозяйски вошёл в калитку, за которой располагался весьма внушительных размеров двухэтажный дом. Записав адрес, она в течение следующего дня выяснила, что хозяином этого дома является сам Николай Михайлович. Оказалось, что построен он был раньше того, в котором проживал с семьёй, но в период брака с Еленой. Как ему удалось построить его и оформить только на себя без письменного согласия жены, было не понятно.

Прошло ещё два дня. Ольга набрала его номер телефона и после первого же звонка сбросила вызов. Николай Михайлович подпрыгнул на стуле от радости. Он надеялся, что она перезвонит, но телефон молчал. Тогда он сам позвонил:

— Здравствуйте! Вы мне звонили только что. Очевидно, меня не было в кабинете.

— Прошу прощения, — ответила Ольга, — я ошибочно нажала на ваш номер. Вы, очевидно, Николай Михайлович?

— Верно. А вы, кто? Мы с вами знакомы? — притворно спросил он.

— Я та самая женщина, которую вы напоили чаем и обогрели в своём жилище. Спасибо, вам, что не дали мне замёрзнуть.

— Пожалуйста! Я бы с удовольствием повторил то же самое ещё не один раз. Приезжайте ко мне сегодня вечером.

— Сегодня вечером? — искренне растерялась Ольга, не ожидая такого быстрого развития событий. — У меня машина в ремонте. Я не смогу.

— Это не проблема. Я заеду за вами.

— Нет, лучше я приеду в ваш город на электричке и останусь у вас, если не возражаете. А утром уеду обратно. У вас найдётся для меня отдельная кровать?

Николай Михайлович чуть не задохнулся от счастья. Поперхнулся собственной слюной, кашлянул и сипло выдал:

— Конечно, найдётся!

— Тогда прямо с работы я еду к вам. Точное время своего прибытия назвать не могу, но постараюсь не задерживаться. Готовьте свой ароматный чай.

С этого дня Ольга стала часто бывать у Николая Михайловича. Слушала его рассказы о себе. Болтала с ним на разные темы. Они вместе смотрели телевизор, слушали музыку. Он ежедневно пытался склонить её к близости, но она всегда мудро уклонялась от таких отношений.

Тогда он спросил напрямую:

— Зачем ты ко мне приезжаешь? Я надеялся, что ты нормальная, как все другие женщины, которым нужен секс.

— Думаю, что мне он тоже нужен, но внебрачные отношения я полностью отвергаю. Извини.

Она быстро оделась и вышла из дома. Он не бросился её догонять.

Прошло семь дней. Николай Михайлович позвонил первым и позвал в гости.

— В наших встречах нет смысла, — заявила Ольга.

— Какой тебе нужен смысл? — разозлился он.

— Я же сказала, что не признаю внебрачных отношений!

— Приезжай, я не буду к тебе приставать, — пообещал Николай Михайлович.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Вечером Ольга снова приехала к Николаю Михайловичу. Он помог ей раздеться и проводил в гостиную. Там на столе уже горели две свечи, стоял в вазе букет роз, бутылка хорошего вина, фужеры и лёгкая закуска.

Ольга прошла в ванную комнату, помыла руки, вернулась в гостиную и села за стол. Из кухни вышел со штопором хозяин, умело откупорил бутылку, налил вино в фужеры, вытащил из кармана бархатную коробочку, открыл её и протянул Ольге.

— Красивое, — взглянув на кольцо, произнесла она.

— Выходи за меня замуж, — с обречённой интонацией в голосе попросил Николай Михайлович.

Ольга пристально посмотрела ему в глаза:

— Как-то безрадостно это прозвучало из твоих уст, Коля! Я бы даже сказала — жертвенно. Не созрел ты ещё видеть меня своей женой. Кольцо пока оставь при себе. Если поймёшь, что я точно тебе нужна, тогда приму его из твоих рук. Не торопи события. Давай лучше выпьем за нашу дружбу.

Вздох облегчения вырвался из груди Николая. Он залпом выпил вино из фужера и спросил:

— И долго мы ещё будем с тобой дружить, как малолетки?

— Пока не созреешь для семейной жизни.

Глава 3

С этого дня Ольга приезжала к Николаю почти каждый день. Он вручил ей ключи от дома и разрешил приходить в любое время суток. Иногда она являлась раньше хозяина, сразу принимала душ, надевала красивый соблазнительный халатик и ждала его на диване в гостиной. Он всегда приходил с полными пакетами продуктов. Сам готовил что-нибудь на ужин или заказывал в ресторане доставку готовых блюд. После ужина и общения с ним Ольга поднималась в свою комнату, брала в руки журнал или книгу и читала.

Однажды Николай постучал в дверь её комнаты и, не дожидаясь разрешения, вошёл.

— Лёлик! — начал он сладчайшим голоском, — не желаешь помыть посуду?

В душе Ольги всё перевернулось. Она медленно отложила журнал в сторонку и уставилась на него пристальным взглядом.

— Как ты меня назвал?

— Лёлик.

— А чем тебе не нравится моё имя?

— Разве я сказал, что оно мне не нравится?

— Не сказал, но попытался его подменить своим вульгарным «Лёлик». Пожалуйста, обращайся ко мне всегда только по имени.

— Как скажешь, — смутился Николай.

— А теперь о мытье посуды. Как тебе, Коля, не стыдно?! Я — твоя гостья. Гостей встречают с уважением, вкусно кормят, развлекают, дают им отдохнуть, а не нагружают работой.

— Но я же только спросил!

— Ты спросил, а я ответила. Кстати, я никогда не навожу порядки в чужих жилищах, не находящихся в моей собственности.

— Ты хочешь сказать, если мы с тобой поженимся, то ты не будешь здесь убирать из-за того, что не являешься собственницей этого дома?

— Однозначно не буду. Я — не рабыня. К тому же у тебя у самого это хорошо получается, — обвела она комнату глазами.

— Я это делаю не сам. Два раза в неделю днём приходит женщина, всё убирает, а когда надо, и стирает за дополнительную оплату. Если я женюсь, то эти обязанности должна будет выполнять моя жена. Мне не очень нравится, что посторонняя женщина хозяйничает в моём доме.

— Коленька, дорогой! — залилась Ольга звонким смехом. — Тогда кольцо, которое ты пытался мне подарить, никогда не будет красоваться на моём пальце. Так что выбирай! Либо ты оформишь половину дома в мою собственность, и я стану здесь полноправной хозяйкой, либо мы не поженимся. Что меня тоже устраивает.

* * *

Погода в Московском регионе менялась, как настроение у капризной девчонки. Ещё вечером за окном было морозно, а к утру подул южный ветер. Температура воздуха стала плюсовой, и пошёл дождь со снегом. Ольга с юности привыкла ложиться спать полностью обнажённой. Просто укрывалась одеялом и засыпала. Эта ночь была не исключением. С потеплением воздуха за окном и в доме стало жарко. Во сне она сбросила с себя одеяло и продолжила спать. Не спалось только Николаю Михайловичу. Дерзкая, манящая и одновременно непреступная Ольга расшатала его душевное равновесие. Дедовские уроки мужской мудрости в отношениях с ней не прокатывали.

— Может прекратить с ней общение вообще? — задал он себе вопрос. — Чего она мне морочит голову? Каждый день с ней общаюсь и не знаю, как подступиться.

Он медленно подошёл к её комнате, тихонько открыл дверь и вошёл внутрь. На цыпочках протопал до кровати и уставился на неё. Свет из дверного проёма мягко освещал Ольгу. Разбросанные по подушке волосы, статное тело, красивая грудь не рожавшей женщины, манящий чёрный треугольник на лобке надломили его волю. Челюсти так свело, что заскрипели зубы. Он наклонился к Ольге и стал её обнюхивать. В этот момент она открыла глаза и вскрикнула, потянув на себя одеяло.

— Не бойся, Оленька, это я! — попытался успокоить её Николай, протягивая к ней руки. — Иди ко мне.

Он сгрёб её в объятия вместе с одеялом, но Ольга, совладав с испугом, спокойно потребовала властным тоном:

— Немедленно отпусти меня и выйди из комнаты.

— Не выйду! — стал он сопротивляться. — Я — живой мужик и устал ждать, когда ты прекратишь со мной играть!

— Тогда я уйду! — решительно высвободилась она из его рук, поднялась с постели и направилась к платяному шкафу.

Быстро оделась, побросала одежду и тапочки в сумку и бросилась в прихожую.

— Ну, не дури! — попытался остановить её Николай, — Куда ты пойдёшь ночью в такую погоду?

Ольга выглянула в окно. Увидев, что идёт дождь со снегом, прихватила с полочки зонт Николая и бросила на ходу:

— Купишь себе новый!

— Ну, и характер! — разозлился он, когда дверь за ней с грохотом захлопнулась. — Ничего, помаячит минут пять под дождём и, как миленькая, вернётся!

Но она не вернулась. Мимо как раз проезжало пустое такси. Она села в него и укатила домой, в свой город.

Две недели Николай заходил в комнату Ольги, ложился на её кровать, обнимал подушку и вдыхал оставшийся слабый запах её тела с ароматом духов. Ругал её, на чём свет стоит, от собственного бессилия и постоянно ворчал на себя:

— Я ведь ничего о ней не знаю, даже фамилии. Пытался как-то отыскать паспорт в её сумочке, но его там не оказалось. На все мои вопросы всегда отвечала уклончиво. Её телефон не отвечает. Что делать? Где её искать?

Он перестал нормально спать и есть. Не мог полноценно работать.

Тогда он испробовал последний шанс и написал ей СМС:

— Немедленно верни мне мой зонт, он мне дорог, как подарок.

— Ну, наконец-то! — обрадовалась Ольга.

Она сама зашла в тупик со своими капризами и не знала, как к нему вернуться. А вернуться надо было, ибо задуманное ещё не завершила. Поэтому ответила на СМС:

— Какой ты мелочный! После работы привезу тебе твой зонт.

Вечером её машина подкатила к дому. Николай видел это и ждал, когда Ольга позвонит в домофон. От волнения его сердце бухало, как у быка. Сотрясалась вся грудная клетка. Наконец, раздался писк домофона. Он нажал кнопку, не спрашивая, кто звонит, чтобы она не попросила его выйти и принять зонт из её рук на улице.

Ольга вошла в дом, Николай тут же закрыл дверь на ключ и заявил:

— Не выйдешь отсюда, пока не согласишься стать моей женой!

В руке он снова держал бархатную коробочку.

— А дом твой по-прежнему будет убирать приходящая домработница? — спросила она.

— Не угадала! За домом будешь следить ты. Я намерен оформить дарственную на половину этого дома.

— Только не дарственную, — категорично заявила она. — Оформим как куплю-продажу, чтобы не платить мне налогов.

О том, что вторая половина принадлежит его бывшей жене, он промолчал. Но она и без него это знала.

Ольга снова осталась у него. На следующий день парочка подала заявление в ЗАГЗ и на неделе отнесла документы на сделку с недвижимостью в подразделение Росреестра. Спустя неделю она получила свидетельство о собственности на половину дома и поспешила к Елене. Честно рассказала, что когда-то пережила личную трагедию, после которой еле оправилась. Потом создала «Центр по оказанию помощи обманутым жёнам». Привлекла к работе в нём известных юристов, адвокатов и психологов. Когда на курорте узнала о трагедии Елены, подсмотрела в её паспорте адрес Николая Михайловича и решила защитить её права.

Она сообщила Елене, что её супруг уже давно имел втайне от семьи добротный дом в другом частном секторе. И убедила Елену обратиться в суд, чтобы отобрать у него половину того дома. Пообещала в помощь хорошего адвоката.

— И ещё, — добавила Ольга, — завтра мы пойдём с тобой оформлять сделку купли-продажи второй половины дома, построенного тобой. Ты будешь владеть им полностью.

— Но я не имею таких денег, чтобы выкупить долю у Николая! — запротестовала Елена.

— Деньги не понадобятся. Половина дома сейчас принадлежит мне. Мне она досталась бесплатно и тебе она ничего не будет стоить.

Елена заволновалась:

— Каким образом ты её заполучила?

Ольга рассказала ей в подробностях о своём коварном плане мести и добавила:

— Таких подлецов, как твой бывший муж, надо учить их же методами, чтобы прочувствовали, каково было тому, кого они унижали и дурачили столько лет.

* * *

Спустя неделю Елена стала владеть всем домом, но Николай об этом ничего не знал. Ольга, как и обещала, приступила к обязанностям по содержанию дома. Ведь теперь, как он думал, она является собственницей его половины. Адвокат «Центра по оказанию помощи обманутым жёнам» собрал и подал документы в суд на раздел дома, тайно построенного Николаем Михайловичем во время нахождения в браке с бывшей женой.

За день до регистрации брака Николай Михайлович вернулся с работы и обнаружил в доме расхаживающую в халате Елену. Он заволновался. Понимая, что та имеет на это право, всё же решил, что она не вовремя появилась в доме. Поэтому откровенно попросил:

— Ты, Елена, не могла бы не появляться здесь хотя бы неделю?

— Это ещё почему? — невозмутимо спросила она.

— Я женюсь завтра. Боюсь, что, если невеста увидит тебя, то не пойдёт за меня.

— А она меня уже видела, — соврала она. — Приняла меня за домработницу. Когда я ей рассказала, что являюсь собственницей половины этого дома, то собрала вещи и ушла. — Вот, — протянула она записку, — просила тебе передать.

Николай развернул её.

— Ты должен был рассказать мне о том, что половина дома принадлежит твоей жене, и она имеет право жить в нём. Я улетаю за границу, отдохнуть и переварить всё. С вранья семейную жизнь начинать не стоит. Не звони мне. Я свяжусь с тобой, когда сама захочу.

Николай заскрипел зубами:

— Какого чёрта тебя именно сейчас сюда принесло?

— Имею право! — отрезала Елена.

* * *

Спустя месяц Николай Михайлович получил заказным письмом повестку в суд и копию искового заявления на раздел дома.

— Как ты узнала о моём доме? — орал он вечером дома на Елену.

Она немного помедлила с ответом, затем смело посмотрела ему в глаза.

— Мой адвокат раскопал, что от моего имени кем-то оформлено у нотариуса согласие на оформление дома в твою единоличную собственность. Значит, ты уговорил какую-то женщину сделать это и дал ей в руки мой паспорт. Ты не только разделишь со мной дом, но и ответишь за подлог фальшивого документа. Адвокат будет настаивать на твоей уголовной ответственности и той женщины, которая выдавала себя за меня у нотариуса.

Николай ушёл в свою комнату, метался по ней из угла в угол, вздыхал и ворошил волосы на голове. В три часа ночи разбудил Елену.

— Давай мирно решим наш вопрос.

— Каким образом, — не поняла сонная Елена.

— Завтра я переведу на твой счёт половину стоимости того дома.

— Я согласна только на две трети!

— Но почему на две трети, а не на половину?

— Потому что нас было трое с сыном. Ты когда-нибудь интересовался, как он живёт в другом городе и где?

— Интересовался. В общежитии.

— То есть тебя не мучила совесть, когда ты один жил в двух домах? Когда я, построившая этот дом за свои деньги, проживала у своей матери, а твой сын в общежитии?

— Я просто об этом не задумывался. Хорошо, — согласился он, — завтра утром мы вместе пойдём в банк, и я переведу тебе две трети стоимости дома. А ты заберёшь заявление в суде. Согласна?

— Согласна, но будет ещё одно условие. Завтра ты навсегда исчезнешь из этого дома.

— Но половина дома уже не принадлежит мне, — хотел сказать он, но осёкся, посмотрел лукаво на бывшую жену и решил: «Пусть для неё это будет сюрпризом».

Утром деньги были переведены на её счёт. Николай переехал в дом, построенный им. Елена сообщила об этом Ольге и забрала заявление из суда.

— И всё-таки я чувствую себя неловко, — пожаловалась Елена подруге. — Обобрала бывшего мужа, как липку.

— Не смей себя в этом обвинять, — отругала её та, — считай, что это компенсация тебе тех денежных средств, которые Николай не давал тебе на семейные нужды двадцать четыре года.

Спустя полгода Николай попытался отыскать Ольгу и приехал по месту её регистрации, указанной в Договоре купли-продажи доли в доме. Дверь ему открыла древняя старушка. На его расспросы о ней ответила, что Ольга снимала у неё комнату, а она, по доброте души своей, прописала её у себя. Но недавно Ольга выписалась, вышла замуж и улетела жить за границу. На самом деле это была бабушка Ольги, подученная так отвечать.