Я забежала по лестнице в левое крыло и вприпрыжку доскакала до комнаты Клозели. Хотела ворваться без разрешения, но в последний момент остановилась и громко стукнула в дверь в лихорадочной радости. В комнате послышалось шуршание, но никто не открыл. Я постучала вновь и только тогда раздался робкий, на удивление тонкий голос.
— Кто?
Спит тетушка что ли.
— Это я! — по-умному ответила я. — Откройте, у меня новости! — прошипела, словно спрятанная в кустах змея, стараясь не привлекать внимания.
Клозель открыла сразу же, всем своим видом показывая, что совсем не ожидала моего визита. Была она, признаться, в немного разобранном состоянии, что касалось внешнего вида. Небрежно наброшенный халат и на редкость разбитая прическа, что для строгой тетушки было совсем нехарактерно. Я быстро вкатилась в комнату и осторожно прикрыла дверь.
— Я узнала тайну! — радостно выпалила я, для надежности покатав глаза по дуге из стороны в сторону.
Клозель почему-то ойкнула, вмиг покраснела и выпучила на меня светлые глаза.
— Какую? — тихо спросила меня побледневшими губами.
— Огромную! — не стала скрывать я.
— Да? — спросила Клозель и почему-то попятилась.
— Да! — просияла я. — Это все меняет! Поверьте!
И на радостях вцепилась Клозели в плечи.
— Это ужасно! — трагически резюмировала тетушка.
— Да что Вы! Наоборот, замечательно! — возразила я.
— Вы так думаете? Признаться я сама рада… — зарделась она.
— А Вы что, тоже заметили? — удивилась я прозорливости тетки, которая, казалось, ничего не видит кроме книг по правильной речи и подобающим приличному обществу манерам.
— Что заметила? — оторопела она и почему-то стала озираться вокруг, словно силясь заметить то, о чем я говорила.
— Вот! — помахала я самодельным конвертом. — Здесь! Вы должны передать это моему профессору в Изыскарии.
И добавила глухим шепотом:
— Если я сама не смогу это сделать, значит, возможно, меня уже нет в живых…
— Что-что? — не поняла тетушка.
— Конверт! — повторила я. — В нем сокрыта тайна. Этот лес отличается от нашего обычного представления. Вы же говорили, что заметили… Пожалуйста, передайте его моему профессору, когда вернетесь домой. Умоляю! Если я не буду с Вами, то возможно мой… жених довел меня до того, что за Вами я смогу наблюдать только с небес! — шмыгнула я носом для надежности, силясь выдавить слезу, чтобы чопорная тетка прониклась моим отчаянием.
— Алёна! — возмущенно вскрикнула Клозель. — Что Вы такое говорите! Что за глупости! У Вас прекрасный жених! Даже лучше, чем можно было бы ожидать в Вашем случае!
— В каком это таком случае? — поинтересовалась я с подозрением.
Но тут что-то громко скрипнуло за окном и мы вместе с Клозель одновременно подпрыгнули в воздух, проминая половицы и поднимая пыль.
— Ой! — сказала я, а Клозель почему-то снова покраснела и прикрыла рот рукой.
— За нами кто-то следит! — изрекла я с ужасом, представляя, что мерзкий Ратмир ужом забрался по стене и подслушивает нас, дабы не допустить распространения тайны за пределы этого дома. Теперь не жить ни мне, ни Клозели — почему-то подумалось. И засов не спасет. Никто не найдет наши холодные тела, закопанные рядом с поместьем. А что тащить-то далеко! Можно прямо на месте прикопать. Чтобы развеять подозрения, я быстро пересекла комнату и резко распахнула окно в надежде поймать лазутчика.
— Ааааа! — закричала я от увиденного. За окном, согнувшись в три погибели, дабы быть невидимым, и кося одним глазом из-под подоконника на неестественно вывернутой голове, прятался мистер Стен. Я заметила, что в его гардеробе отсутствует немаловажная деталь, а именно брюки. Все остальное, что должно было быть под ними, к счастью, было на месте, а именно размашистые труселя в синих горох.
— Здравствуйте! — очень вежливо меня поприветствовал мистер Стен, не меняя позы.
— Добрый день! — не менее вежливо ответила я.
— О-хо-хо-хо, — приторно захохотала Клозель, сцепив руки до побеления. — А что Вы здесь делаете, мистер Стен?
— Да я… это… окна хотел помыть. Да комнату перепутал, — смущаясь ответил наставник. — Наберите мне воды!
— Конечно… — растерянно смотрела я на него, хлопая глазами. Быть может, мистер Стен — тайный агент? Не зря же он с их, а не нашей стороны? Впрочем, тайному агенту странно пребывать в таком виде — я скосила глаза на развевающийся в порывах ветра горошек. Мистер Стен перехватил мой взгляд и пояснил:
— Я снял одежду, чтобы не запачкать. Простите.
Странный он, однако. Видимо, ему прохладно, раз рубашку решил оставить, а брюки пожалел. И поинтересовалась между делом, поскольку меня саму волновал вопрос: — А Вам удобно на карнизе стоять? Не страшно, там достаточно широко!
— О да! Очень удобно! — не вполне естественно засмеялся мистер Стен. А я в растерянности собралась бежать за водой — надо же помочь человеку, который и так находится долгое время в неудобном положении. По привычке отходя от окна я толкнула створку, чтобы она закрылась, но лучше бы я этого не делала! Мистер Стен к тому моменту зачем-то решил встать и схватился руками за подоконник, поэтому окно, вероломно приведенное мной в движение, со всего размаху припечатало его пальцы к каменному проему. Мистер Стен неестественно для джентльмена (преподающего хорошие манеры) взвыл и, не ожидая такой подлости от судьбы, моментально разжал пальцы. С протяжным жалостливым криком наставник, не хуже орла, спикировал прямо в розовые кусты, растущие под стеной, напоследок сверкнув синим горошком на нижнем белье.
— О Боже! — воскликнули мы с Клозель одновременно. И бросились вниз, правда Клозель отстала с целью набросить приличный для встречи с обществом гардероб.
Пулей вылетев из дома, я подбежала к тому, что торчало из кустов, а именно к двум волосатым ногам и голове, недоуменно озирающейся из стороны в сторону.
— Простите, извините мою оплошность! Я случайно! — запричитала я, охая и немедленно сгорая от стыда. — Вы сильно ушиблись? Я право не хотела…
По виду мистер Стен не получил существенных повреждений, кусты заметно смягчили его падение со второго этажа, впрочем, нанесли необратимые повреждения одежде и оставили после себя царапины в некоторых местах. Я протянула несчастному руки и кое как кряхтя и поругиваясь на остроту шипов, нам удалось вытащить мистера Стена из цветочной ловушки.
— Что здесь происходит? — раздался строгий голос над ухом, а я поняла — все кончено. Я пропала под градом надвигающейся неминуемой длинноволосой катастрофы. И ведь предупреждал не попадать в ситуации, которые могут скомпрометировать честное девичье имя, а все равно попала. Но разве я виновата? Несмотря на осознание своей полнейшей невиновности, у меня задергался один глаз. А грудная клетка, казалось, окончательно прилипла к позвоночнику, не решаясь делать вдох в присутствии подозрительно непроницаемого жениха. Изодранные труселя мистера Стена продолжали развеваться на ветру как пострадавший в морских боях пиратский флаг, но я старалась туда не смотреть, дабы не углядеть чего-то для чужих глаз совсем не предназначенного.
— Йогой занимаетесь? — отстраненно прозвучал следующий вопрос, настолько равнодушно, что стало понятно, что в нем таилась скрытая угроза. Чувствуя себя барашком на заклании я пояснила.
— Нет, что Вы! Мы окна мыли. Я пошла за водой и случайно прихлопнула мистера Стена. А тут вот… розовые кусты. — Торопливо проговорила я, чтобы избежать недопонимания.
Наконец, мне на помощь прибежала одетая, но все равно всклокоченно-озабоченная и до сих пор краснеющая Клозель. И вдруг… до меня стал доходить смысл происходящего. Я переводила взгляд с мистера Стена, нелепо застывшего в нелицепристойном виде с розой в руках, на мою наставницу с пылающими щеками, словно набравшую в род воды, от такой щекотливой ситуации. Оба педагога неотрывно смотрели друг на друга, будто остальной мир в этот момент внезапно перестал существовать. Мне стало ужасно неловко, что я невольно вмешалась в… э-э-э… контакт двух явно близких по духу и стилю воспитания подросшего поколения людей. Своими действиями, словно медведь, наступивший на цветочную поляну, могла передавить все цветы, тьфу ты, нарушить личную жизнь людей, имеющих право на счастье. Я настолько была окрылена своими открытиями, что не заметила бревна, норовившего проткнуть мой глаз.