Над переводом работали:

Переводчик: MonaBurumba

Редактор: Nikolle

Дизайн обложки: Poison_Princess

В книге всего: 15 глав

Перевод осуществлен для группы: https://vk.com/paranormal_love_stories

И для сайта: http://ness-oksana.ucoz.ru/

Текст выложен исключительно для ознакомления.

Не для коммерческого использования!

При размещении на других ресурсах обязательно указывайте группу, для которой был осуществлен перевод. Запрещается выдавать перевод за сделанный вами или иным образом использовать опубликованные в данной группе тексты с целью получения материальной выгоды.

Глава 1

Запертая в клетке, я съежилась в углу, страх пульсировал в моих венах, всё тело неудержимо дрожало. Я посмотрела на свой голый беременный живот.

— Скоро, — эхом отозвался механический голос в темноте. Мой живот мучительно сдулся, и вопль младенца пронзил воздух. Друэлец прошел мимо клетки с моим ребенком, держа его вверх ногами четырьмя толстыми пальцами. Я видела бледную кожу моего сына и ясные голубые глаза, как у его отца. Теплая влага достигла моих ног, впитываясь между пальцами. Я посмотрела вниз и увидела пол, залитый кровью. Моей кровью.

Моррдрук с мечом в руке позади друэльца сражался с фраксийцем.

— Спаси его! Моррдрук, ты должен спасти его! — закричала я.

Решетки внезапно исчезли, а Моррдрук крепко сжал меня.

— Аюнна, Аюнна…

Я открыла глаза, Моррдрук нежно тряс меня за плечи.

— Аюнна, у тебя кошмары, проснись.

Я заморгала от искусственного света, сосредоточившись на его лице. Унылые ночные кошмары всё ещё цеплялись за мой разум, когда туман сна рассеялся. Моррдрук крепко прижал меня к груди, успокаивающе поглаживая рукой по спине.

Это сон, просто сон.

Глубоко вздохнула.

— Я в порядке. Не сплю. — Я положила голову ему на грудь, черпая силу в его тепле, пытаясь выкинуть из головы последние остатки сна.

— Хочешь поговорить об этом? — Моррдрук погладил меня по лицу. Я вздохнула от его тихого вопроса: — Скажи, кого мне нужно было спасти? Ты говорила: спаси его.

Я сглотнула, пытаясь избавиться от сухости во рту. Несмотря на то что мое колотящееся сердце потихоньку начало успокаиваться, я не переставала дрожать.

— Мне снился наш ребенок и друэльцы. Они пришли, чтобы забрать нашего сына.

Он долгое время молчал, поэтому я слушала ровный ритм его сердца.

— Я не позволю этому случиться, моя Аюнна. Мы почти дома, поговорим об этом позже.

Я кивнула и посмотрела на закийцев, большинство из них держали своих женщин таким же образом: сжимали в объятиях, ожидая, пока корабль достигнет нашего пункта назначения. Как и сказал Моррдрук, вскоре корабль остановился, и все встали на ноги, направляясь к задней части корабля. Сон на мгновение забылся, все напряглись в ожидании, жаждая свободы, даже если это и было временно. Я приветствовала звук открывающихся электронных дверей… не могла дождаться выхода из этого проклятого корабля.

Внезапный поток яркого света заставил меня сощуриться, когда двери раскрылись, а длинная платформа опустилась. Никто не стал ждать приказа выходить. Каждый стремился убраться подальше от друэльцев.

Моррдрук крепко держал меня за руку, когда мы спускались по платформе. Следуя за всеми остальными, мы не останавливались, пока не оказались на расстоянии не менее двухсот метров от корабля. Когда прояснилось, все стали наблюдать, как бластеры корабля включились, и он поднялся с бесплодной выжженной территории, на которой приземлился.

Корабль поднимался выше в атмосферу, пока не остался только белый след на фоне голубого неба.

— О да! Ты чувствуешь этот запах? — Эбби широко развела руками, наклонив голову к теплым лучам закийского солнца. Мягкий прохладный ветерок трепал наши волосы и одежду.

— Какой запах?

Я вздохнула, восхищенная свежестью воздуха, теплый солнечный поцелуй на моей коже уравновесил прохладный ветерок, обдувающий тело. Меня поразило множество разных экзотических цветочных ароматов. Но всё же я понятия не имела, о каком запахе говорила Эбби.

— Свободы. — Она опустила голову, ловя мой взгляд, прежде чем взглянуть на Нулара.

— Нашей свободы, мой огонек. — Он ей улыбнулся.

— Только несколько стариков осталось сейчас, молодежи больше нет. Мы последние из молодого поколения. Я хочу увидеть, кто ещё жив.

Моррдрук потянул меня вперед. Он почти не отпускал меня с тех пор, как поднялся на корабль друэльцев, следующий обратно на его планету — как будто не мог ни на секунду со мной расстаться.

— Я только что поняла, насколько лучше становится твой английский, — заметила я, торопясь идти в ногу с Моррдруком.

— Наша связь крепче. Я учу и лучше понимаю твой язык, и ты также понимаешь меня лучше.

— Ох, ладно, думаю, это имеет смысл. — Очень инопланетным образом.

Двигаясь вверх по холму, мы достигли гребня. Полная трепета, я скользнула взглядом по ландшафту. Зеленые поля с оттенками розового. Неужели на них росли зерновые культуры. Вдалеке я увидела высокие горные хребты, ошеломленная тем, что они выглядели белыми у основания и покрытыми, казалось, бледно-голубым снегом. Слева от меня протянулись на несколько миль пышные мрачно выглядящие джунгли. Огромное озеро сверкало кристально-голубой водой, напоминающей мне цвет глаз Моррдрука. Помимо разных цветовых сочетаний, ландшафт выглядел очень похожим на Землю.

Я всегда любила синий цвет. Просто никогда не знала, что у него так много разных оттенков, а ещё мне нравилось, как красиво он был перемешан здесь.

— Ничего себе пятьдесят оттенков синего, — сказала Джоан, демонстрируя удивительное чувство юмора.

Макку озадаченно на неё посмотрел. Джоан лишь пожала плечами.

— Пойдем, до деревни ещё надо добраться. — Макку повел её вниз по склону, следуя примеру других, уже спускающихся вниз. В центре величественного пейзажа я увидела ряды одинаковой формы холмов, покрытых травой, и несколько больших черных зданий, очень похожих на те, что видела на планете друэльцев. Высокие черные круглые башни выделялись на бело-голубом фоне. Я предположила, что они были около тридцати футов в высоту, напоминая мне вышки сотовых телефонов на Земле.

— Это твоя деревня? — Почему-то я ожидала другого.

— Друэльцы дали нам это. Я помню это с детства. Вокруг этой земли есть границы, чтобы нас сдерживать. — Моррдрук указал на то место, где луг встретился с джунглями. — От джунглей Окпа Форрест до Бледного озера. Мы не можем уйти дальше горной базы от того места, где находимся сейчас.

— Я не вижу стен. Как они могут держать нас взаперти? Я думала, что это твоя планета, но ты не можешь никуда уйти.

— Друэльцы установили невидимые стены, за которые мы не можем выйти. Мы вынуждены оставаться на наших землях.

Я сжала руки в кулаки, охваченная внезапной яростью.

— Мы совсем не свободны. Эти ублюдки держат нас на привязи, как овец.

Моррдрук окутал меня жаром своего тела, скользнув рукой по моему животу в собственническом, но успокаивающем жесте.

— Не надо сражаться с монстрами. Это время нашей свободы, — пробормотал Моррдрук.

— Ага, типа кровавые летние каникулы, — ухмыльнулась Эбби.

Я полностью с ней согласилась.

— Так что, черт возьми, происходит, когда они возвращаются? Большинство из нас будет на поздних сроках беременности. Они собираются взять нас всех или только бойцов, чтобы они снова развлекали их на арене? — Воспоминания об ужасающих битвах на арене, похожей на римскую, всё ещё свежие в моей памяти, заставили меня содрогнуться от страха.

— Не сейчас, Аюнна, тебе нужен отдых. Мы поговорим о побеге позже. — По твердому тону Моррдрука я знала, что спор ни к чему не приведет. Я чувствовала себя немного уставшей от всего этого напряжения на корабле, и я только недавно забеременела.

— Нам предоставили не так много свободы, но мы можем подумать об этом позже. Прямо сейчас я хочу наслаждаться тем, что у нас есть, а не думать о том, чего у нас нет. — Огонь вспыхнул в глазах Эбби, похожий на её рыжие волосы, блестящие на солнце. Она права. Они спланируют побег позже.

Трава ощущалась мягкой под моими ногами. После такого большого количества времени, проведенного босиком в рабских кварталах на планете друэльцев, я едва могла вспомнить, каково это иметь обувь.

Я засмеялась, внезапно подумав, что с закийцами заключили несправедливую сделку. Им придется мириться с кучей беременных женщин с гормонами.

— Что тут смешного, — спросила Эбби.

— Подумай, девятнадцать беременных женщин, и нигде не видно шоколада, — усмехнулась я.

Звонкий смех Эбби разнеся по воздуху. Что оказалось ещё смешнее? Видеть недоумение на лицах мужчин, конечно.

* * *

Закийцы разошлись, каждый нашел, и заселялся в свой собственный дом. Я последовала за Моррдруком по тому, что выглядело как главная улица. Место оказалось заброшенным, если не считать неприметной тропинки от нескольких хижин до главного здания.

— В этом здании находится тренировочное оборудование, но оно никогда не использовалось. Не тогда, когда я рос, ни во времена свободы. Мы предпочитаем тренироваться на улице. — Моррдрук указал на главное здание. — Дальше столовая и помещение для встреч, где мы собираемся, чтобы поговорить. Позади здания с тренажерами склад с тканевыми репликаторами. Друэльцы прилетают с кораблями снабжения, прежде чем мы прибываем, чтобы убедиться, что у нас всё есть.

— Они просто не оставят вас в покое, да? — Я с отвращением уставилась на здания.

— Мы делаем, что должны, используем то, что нам необходимо, чтобы оставаться сильными. Именно слабые умирают в битвах друэльцев.

Это имело смысл — выживание сильнейшего. Если ты не боролся, то умирал.

Трудно поверить, но закийцы являлись рабами друэльцев в течение трех поколений, насколько я могла сосчитать. Виды стояли на грани исчезновения, поэтому они похитили всех человеческих женщин. Гребаные ублюдки! Это стало горькой пилюлей, смешанной с удовольствием любить Моррдрука.

На сердце у меня было тяжело, хотелось сделать что-то большее, чем просто родить новое поколение, чтобы помочь закийцам. Наши сыновья и дочери все равно будут рабами друэльцев, свежим кормом для их игр. Необходимо действовать.

— Ты знаешь что-нибудь о своих предках до друэльцев?

— Только истории великих городов, как мы поклонялись трем лунным богам. Сейчас это всё лишь далекие воспоминания. Наши старейшины передали знание нашего языка и того, как мы всегда должны заботиться о наших женщинах. Вы очень ценны. Они учат нас, как сражаться, но друэльцы безжалостно уничтожили следы того, кем мы являлись когда-то. — Он показал рукой на горы. — Старики рассказывали о борьбе с машинами друэльцев.

Я крепче сжала руку Моррдрука. Это тронуло мое сердце, я видела грусть в его глазах, когда он смотрел на горные хребты.

— Мне так жаль. Ты намного больше, чем то, что друэльцы пытаются создать из тебя. — Мой голос прозвучал со смесью гнева и печали.

Его улыбка не достигла глаз, но я увидела его любовь, когда он снова посмотрел на меня. Обхватив меня за талию рукой, он притянул меня к себе.

— Забудь сейчас о друэльцах, наш дом в этой стороне.

Черные строения напомнили мне передвижные дома, каждый примерно того же размера, что и моя квартира с двумя спальнями в Мельбурне. С квадратными окнами, высокими дверями и стоящие в ряд, который тянулся от одной стороны деревни к другой. Казалось, что закийцы вытащили тонну грязи на заднюю часть каждого здания, где теперь на холмах росла трава. Мне это напомнило о норах хоббитов из романа Толкиена.

— Что это за грязь, покрывающая здания?

— Лучшая защита от жары и холода. Помогает нам чувствовать себя как в закийском доме, а не в доме друэльцев.

Это заставило меня задуматься о том, в каких домах жили закийцы до друэльского вторжения. Мы достигли последнего здания, рядом с какой-то густой растительностью и высокими деревьями, которые почти его поглотили. Виноградные лозы висели над дверным проемом и некоторыми окнами. Моррдрук оттолкнул их назад, но заколебался и повернулся ко мне.

— Подожди. Сначала я проверю наше жилье. Прошло много времени с тех пор, как я жил здесь в последний раз. Не хочу пугать тебя неожиданными существами.

Прекрасно, я понятия не имела, какого рода жуткие насекомые водились у них на планете. Я более чем счастлива побыть девочкой и позволила Моррдруку с ними разобраться.

Он распахнул дверь и исчез внутри. Я заглянула и увидела открытое жилое пространство со столом и стулом. Моррдрук перешел в другую комнату и пропал из поля зрения. Не в силах сдержать своё любопытство и наплевав на жуков, я поднялась на две ступеньки и перешагнула через порог.

Справа были скамейки и оборудование. Может быть, это какая-то кухня? Моррдрук снова появился.

— Аюнна, я сказал тебе подождать, — мягко меня отчитал он.

Я просто улыбнулась и пожала плечами:

— Мне было любопытно.

Он улыбнулся и, слегка покачав головой, открыл ещё одну дверь. Я наклонилась над раковиной и повернула ручку. Кран застонал и брызнул. Я отскочила назад, когда полилась грязная жидкость. Прошло некоторое время, прежде чем вода стала чистой. Я вздохнула с облегчением.

— У нас здесь есть водопровод.

— Кран в ванной тоже работает. — Моррдрук вернулся в кухню и гостиную. — Всё необходимо почистить. А ещё нужна большая кровать, — он широко улыбнулся. — Здесь нет опасности. Ты оставайся, пока я принесу припасы. — Он вошел в комнату, которая, должно быть, являлась спальней, потому что снова появился с длинной односпальной кроватью. Я отступила, пока он маневрировал через дверные проемы. К счастью, двери были приспособлены к росту закийцев.

О, как приятно наблюдать, как мускулы Моррдрука напрягаются, делая что-то без оружия в руках. Я облизнула губы, желая почувствовать, как вся его замечательная твердая мужская плоть чувственно скользит по мне. Мое тело напряглось, а лоно сжалось при этой мысли.

— Я начну уборку. Поскорее возвращайся. — Я соблазнительно подмигнула ему, когда он выходил за дверь. Он засмеялся, пропустил шаг и споткнулся, обращая внимание больше на меня, чем на то, куда шёл.

— Я потороплюсь, — пробормотал Моррдрук и исчез.

Почувствовав боль в щеках от широкой улыбки, я снова обернулась, чтобы осмотреть пыльную кухню. Шагнула вперед и наклонилась, чтобы открыть нижний шкафчик. Внезапно громкий, сердитый щебет заставил меня отступить. Я испуганно закричала, упав на задницу, когда черное пушистое существо размером с детский шар для боулинга выпрыгнуло из затемненного пространства.

Глава 2

Я крутанулась и поползла назад, как краб, только чтобы испуганно остановиться, когда моя спина встретилась с холодной стеной. Моррдрук ворвался в дом, грозно нахмурившись, а в руке держал тяжелый брусок, готовый сражаться с… ну, черт возьми, что бы это ни было.

— Аюнна, тебе больно? — Его взгляд метнулся по комнате.

— Нет… что-то выскочило на меня. — Я указала на пушистый верещащий шарик на полу в углу.

Его растерянный хмурый взгляд сменила широкая улыбка. Он усмехнулся и покачал головой:

— Не нужно бояться. Это ваззл.

— Ваззл? Он… он не опасен… да?

— Нет, он друг полей и питается растениями и цветами, а не нами.

Моррдрук подхватил меховой шарик рукой и погладил его указательным пальцем. Маленькое черное существо трансформировалось в абсолютно белый шар, соответствующий цвету кожи Моррдрука, издав дрожащий, щебечущий звук.

— Он дружелюбный. Говорят, что найти ваззла в своем доме к удаче.

Я встала на ноги и осторожно подошла.

— Дружелюбный, говоришь?

— Да. — Моррдрук протянул его мне.

Стараясь успокоить дрожащие руки, я осторожно взяла существо, его мех был мягким, как хлопок, и дрожал под моими нежными поглаживаниями. Смех застрял у меня в горле, когда ваззл издал счастливый щебечущий звук. Пораженная, я смотрела, как он становился розовым, чтобы соответствовать цвету моей кожи. Мое сердце растаяло от способности маленького существа себя маскировать. Я подняла его к лицу и понюхала. Он высунул головку из тела, и шершавый розовый язычок лизнул мою щеку.

— Ты приобрела друга. Если он лижет, то связывается с тобой.

Я взглянула на удивленное лицо Моррдрука:

— Связывается?

Он скользнул рукой по моему увеличившемуся животу.

— Как ребенок связывается с родителем, так ваззл связывается с тобой.

— Но мы же не можем держать питомца?

— Он умный и выбирает хорошего партнера для связи. Мы должны сохранить его сейчас. — Моррдрук поцеловал меня в макушку. — Я ненадолго, ваззл защитит тебя. — Он рассмеялся, выходя за дверь.

Ошеломленная, я стояла, уставившись на пушистое существо в моих руках.

— Ты хочешь быть связанным со мной или на свободе в полях?

Он выпрыгнул из моих рук. Я хихикнула, когда его ножки защекотали меня, прижавшись к изгибу шеи. Щебетание стало громче. Думаю, это ответ.

— Хорошо, хорошо, я оставлю тебя. Даже не знаю, мальчик ты или девочка. Пожалуй, назову тебя Счастливчик. Если Моррдрук прав, нам нужна вся удача, которую мы можем получить.

Он подпрыгивал и вибрировал у меня на плече. Я не могла сдержать смех от заразительного возбуждения этого странного маленького существа.

Оказалось, почти легко забыть, что друэльцы собирались вернуться через несколько месяцев. Мой живот напрягся при мысли о том, что они разорвут нашу с Моррдруком странную семью. Я медленно вздохнула. Рядом с моим новым другом ваззлом мне становилось спокойнее.

— Что ж, надеюсь, твой дом не сломан. — Я вернулась к открытию шкафов, на этот раз с большей осторожностью, пока не нашла то, что нужно для начала уборки. — Давай, Счастливчик, у нас есть работа.

* * *

После нескольких часов уборки: вытирания стен, подметания и мытья полов — я чувствовала себя немного уставшей. Моррдрук работал ещё усерднее, помогая убрать излишки виноградной лозы и растительности вокруг того, что, думаю, можно назвать нашим домом. Он поставил кровать побольше, накрыв её мехами и другими одеялами из кладовых.

Стало темнеть, и мой желудок заурчал, что не осталось незамеченным Моррдруком.

— Хватит работать. Идем в столовую. Остальные уже вернулись с полей.

— Остальные? — Я смутно помнила, как он упоминал что-то о других закийцах после того, как мы высадились с друэльского корабля.

— Да, в деревне живут несколько пожилых закийцев, которых друэльцы считают слишком старыми, чтобы сражаться в их играх.

От всей этой работы моя кожа стала грязной и потной, я нуждалась в душе.

— Хорошо, но позволь мне сначала освежиться.

— Пока нет, после еды.

Он схватил меня за руку, волоча за собой по тропинке к главному зданию в центре деревни. Я моргнула в замешательстве. Почему он не дал мне умыться? Он никогда не останавливал меня раньше.

— Но я грязная и вонючая!

— Для меня ты всегда прекрасна. — Он слегка улыбнулся, и я поняла, что он что-то замышлял.

Но прежде чем я смогла допросить его, он внезапно остановился, заставив меня оценить место, куда меня привел. Мой взгляд натолкнулся на трех закийцев, которых я раньше не видела, они стояли перед входом в столовую и разговаривали с несколькими мужчинами без пары.

Воин отошел в сторону, когда Моррдрук шагнул вперед, всё ещё крепко держа меня за руку.

— Моррдрук, рад, что ты вернулся к нам, — приветствовал старший из трех закийцев. Его кожа казалась не такой белой, и я заметила серые пятна вокруг его узоров на руках. В его черных волосах, которые свободно свисали с плеч, проглядывали серебряные нити. Несмотря на то что он выглядел старше, его бугрящиеся мышцы, показывали, что он всё ещё в хорошей физической форме.

— Киллиу, — Моррдрук почтительно поклонился.

— Я слышал, что друэльцы предоставили большинству из вас цветных подружек.

Я покраснела под их оценивающими взглядами.

— Аюнна, это Киллиу, Фили и Вармиу. Киллиу — наш деревенский лидер и единственный оставшийся старейшина. Друзья, это моя Аюнна. Я выбрал и боролся за нее, так как она лучшая из всех человеческих женщин.

— Добро пожаловать, Аюнна, надеюсь, ты сможешь обрести покой здесь, среди нас.

— Спасибо, Киллиу. Я счастлива быть там, где Моррдрук.

Он улыбнулся в знак одобрения.

— Она очень красивая, Моррдрук, для меньшего создания. Ты всегда распознавал хорошую вещь, когда видел её, мой друг.

— Да, просто помни, что она моя.

Киллиу усмехнулся:

— Конечно, мой друг, и прими благословение твоему растущему ребенку.

— Как твои дни, спокойны? — Моррдрук потер пальцами мои ладони.

— Гораздо лучше, чем у тебя, всё ещё вынужденного бороться у друэльцев. Мы прилагаем все усилия, проводя дни в полях, выращивая корни яки и парппы. Также мы молимся богам лун. Молитва нашего народа будет услышана, и мы сможем вырвать свободу у друэльцев.

Мое сердце болело, зная, каким разрушениям друэльцы подвергли Закию и, бог знает, сколько других планет.

— Итак, ты наконец стал лидером?

Я нервно передвинулась под взглядом Киллиу, прежде чем хмуро посмотреть на Моррдрука.

— Стать лидером?

— Мы можем поговорить об этом позже. Я должен заботиться о моей Aюнне.

— Моррдрук следующий в очереди, чтобы возглавить наших людей. Разве он не говорил тебе этого? — Киллиу перевел взгляд с меня на Моррдрука.

— Нет, не говорил. — Я вырвала ладонь из руки Моррдрука и скрестила руки на груди, желая услышать ответы.

— Киллиу прав. Он брат моего отца. Наш род всегда возглавлял наш народ.

Удивленная, я проговорила:

— Киллиу — твой дядя? Ты никогда не говорил мне и этого. Есть что-нибудь ещё, что я должна знать?

Моррдрук покачал головой, возвращая мою руку.

— Нет, моя сладкая, больше ничего нет. Я не думал, что так важно сказать это тебе.

Я вздохнула и снова посмотрела на улыбающегося Киллиу. Он дядя Моррдрука, что делало его и моей семьей тоже.

— Скоро мы проведем совещание о том, что сделать против нашего врага. Хотя мы оплакиваем потерю наших женщин, жизненно важно, чтобы мы защищали то, что имеем сейчас, чтобы наша раса навсегда не исчезла в звездах. Я сделаю всё, чтобы защитить мою Аюнну.

Яростное заявление Моррдрука послало дрожь по моей спине и вызвало гул одобрения со стороны других мужчин.

— Но сейчас моя Аюнна голодна.

Киллиу и другие мужчины отошли в сторону, слегка поклонившись.

— Конечно. Как ты знаешь, закийцы гордятся тем, что могут позаботиться о своей паре. Я приготовил тебе свежие запеченные корни парппы. — Киллиу подмигнул мне, когда мы проходили мимо. Улыбаясь, я кивнула головой на его дружеский жест.

— Давай поедим, и я отведу тебя купаться. — Моррдрук потянул меня вперед.

Я вздохнула и оставила свои вопросы на потом.

* * *

Уже стемнело, когда мы вышли из зала. Большая часть еды оказалась точно такими же кубиками, что и на планете друэльцев, но стало приятным изменением съесть немного приготовленных свежих продуктов из урожая Киллиу и других закийцев. Корень парппы напомнил мне о картофеле, кроме того что оказался ярко-оранжевым и имел приятный вкус запеченного.

Мягко светящие лампы свисали с каждой хижины, освещая деревню. Вместо того чтобы возвращаться в наш собственный дом, Моррдрук повел меня в густую растительность и темноту.

— Моррдрук, куда мы идем? Я ничего не вижу. — Ногой я попала в ямку и споткнулась. Моррдрук с легкостью поймал меня и поднял на руки. Я обняла его за шею. Счастливчик, который во время нашей трапезы зашел в столовую и залез ко мне на колени, теперь приютился в тепле наших тел.

— Нужно подождать, моя Аюнна, у меня есть кое-что особенное, чтобы тебе показать.

В темноте его узоры на коже светились. В этом не было ничего нового, но я всегда испытывала острые ощущения, зная, как сильно он меня желает. Лоно сжалось и увлажнилось при мысли о том, что он для нас приготовил.

Вдали я услышала шум воды, который становился всё громче с нашим приближением. Кусты и деревья, окружавшие нас, создали плотный защитный полог. От света, исходящего от Моррдрука, я могла разглядеть несколько больших камней и валунов.

Моррдрук не единственный, кто светился в темноте. Вокруг нас в прохладном ночном воздухе гудели ярко-желтые насекомые, освещенные флуоресцентными прожилками на листьях. Это захватывающее зрелище красивого, мягкого и сияющего цвета меня заворожило.

Запрокинув голову, я увидела три луны Закии: серебряный полумесяц, бледно-голубое полнолуние и пыльно-розовую растущую луну — затмевающие далекие звезды. И застыла в восторге от этой красоты.

Моррдрук пролез через куст, и я ахнула, когда мы подошли к краю большой лагуны. Сквозь кристально чистую воду сияло множество цветных камней, создавая мерцающую радугу. Желтые насекомые порхали и переливались над нами, усиливая эффект звездного света.

— Ух ты, это потрясающе!

Моррдрук поставил меня на ноги. Я растворилась в потрясающем зрелище, мой мозг запоминал каждую деталь, сохраняя каждое мгновение на потом.

— Мое особое место юности. Прихожу сюда купаться, размышлять. А теперь разделю его с моей особенной Аюнной.

Он взял Счастливчика с моего плеча. Тот несчастно запищал, когда Моррдрук посадил его на ближайший валун.

— Ты мне нужна обнаженная, Аюнна. Разденься для меня.

Возбуждающий озноб пробежал по моей спине. Кожу покалывало, а грудь стала чувствительнее, чем раньше. Она болела от прикосновения и ласки.

Я быстро потянулась к подолу своей поношенной туники, потрепанной от постоянной стирки и ношения. Моррдрук взял её из моей руки и небрежно отбросил в сторону. Затем обнял меня. Тепло его тела так приятно ощущалось в прохладном ночном воздухе. Приподняв, он прижал меня грудью к своим твердым мышцам. Я приникла к нему и откинула голову назад, чтобы получить его поцелуй. Наши языки сплелись с горячей страстью. Рукой он схватил мои волосы, удерживая в плену. Я застонала, сдаваясь, пока Моррдрук неторопливо исследовал каждый уголок моего рта, пока мир вокруг меня не закружился, и не осталось ничего, кроме моего возлюбленного.

Я только отметила, что он понес меня в пруд, когда теплая вода окружила мою нижнюю половину тела.

Ошеломленная и пьяная от его поцелуя, я почувствовала, как он отстранился и осторожно опустил нас обоих в воду. Я обхватила ногами его за талию, притянув ближе, пока он двигался на глубину.

— Прекрасная Аюнна, вся моя.

Я ахнула, когда он переместил руку к моей промежности и сунул толстый палец глубоко внутрь. Закрыла глаза, откинув голову назад, и задохнулась от приятных ощущений.

Он скользил пальцем в медленном устойчивом ритме, а подушечкой большого пальца ласкал клитор, сводя меня с ума от желания.

— Ты всегда такая горячая и тугая, моя Аюнна. — Переместив другую руку к моему затылку, он удерживал меня неподвижно, пока продолжал подталкивать ближе к вершине удовольствия.

Я сильнее сжала руки на его плечах. Все мое тело дрожало, напрягаясь перед освобождением.

— Да… о да, любовь моя… пожалуйста, пожалуйста.

Он добавил второй палец. Потянув меня за шею вперед, он укусил чувствительную плоть прямо под моим ухом, прежде чем её пососать. Пьянящая смесь боли и удовольствия заставила мышцы внутри меня сжаться в ответ вокруг этих волшебных пальцев. Я закричала, когда оргазм пронзил меня. Тяжело дыша, всем телом упала на Моррдрука, он вынул из меня свои пальцы. И продолжал держать меня, поглаживая мою спину, пока я спускалась с небес.

Я вздохнула, когда он отклонил мою голову назад и прижался губами к моим; нежное исследование быстро стало горячим, чувственным, когда он жадно погрузился в мой рот. Я чувствовала его отчаяние и напряжение его члена, трущегося о внутреннюю часть моего бедра.

— Трахни меня, пожалуйста. Ты мне нужен внутри, — сумела выдохнуть я.

— Нет, нет, я наврежу ребенку.

Я моргнула в замешательстве. Моррдрук отказывался от секса, потому что боялся повредить ребенку? Что ж, пришло время быстренько похоронить этот миф. Многие из моих клиентов, проходящих лечение, являлись беременными женщинами. Если у них не было прямого запрета от врачей, я знала, что заниматься сексом во время беременности безопасно.

— Многие пары на Земле занимаются сексом во время беременности. Ты не причинишь вреда ребенку. Пожалуйста, любовь моя, мне необходимо почувствовать тебя внутри себя.

Тем не менее он колебался. Я терлась об него, скользя телом по жесткому члену, заставляя стонать.

— Ты уверена, что это безопасно?

Я скрыла улыбку от отчаяния в его глубоком, резком голосе.

— Да, совершенно уверена. — Я поцеловала его горло, покусывая кожу, как он делал это со мной.

— Хочу тебя. Ты мне нужен глубоко внутри. Трахай меня, — пробормотала я ему в шею, сдвинув бедра, чтобы скользить вдоль его члена.

Руками он сжал мои бедра. Вода закрутилась вокруг нас, когда он раздвинул ноги. Толстая округлая головка его члена встретилась с моим широко открытым лоном. Он насадил меня на свой толстый, твердый ствол, растянув стенки влагалища своим внезапным вторжением.

О боже! Мне нравилось, когда он это делал. Боль и удовольствие сводили меня с ума. Брызги воды разлетелись по сторонам, когда он приподнял меня, почти вышел, а затем снова глубоко вошел. Он вколачивался в меня снова и снова, сильно и быстро.

Его выносливость не переставала

меня удивлять. Какая потрясающая сила требовалась, чтобы удерживать меня и использовать как игрушку для траха. Он продолжал скользить мной вверх и вниз по своему члену. Я прикусила нижнюю губу, пытаясь сдержать стоны и страстные крики.

— Нет, позволь мне услышать тебя. Пусть этот мир знает, что ты моя.

Я подчинилась без колебаний, позволив своим крикам разразиться в ночи, когда давление снова стало нарастать глубоко внутри, член Моррдрука неустанно вел меня к бездумным высотам.

— О боже, да! Быстрее, сильнее, Моррдрук. — Плеск воды смешался с нашими стонами и неистовым дыханием. Одной рукой он сжал мое левое запястье, чтобы прогнуть меня назад, почти вытащив из воды. Захватив мою левую грудь ртом, он щелкнул языком по соску и осторожно прикусил.

Вселенная разлетелась вдребезги, когда новый оргазм пронеся по моему телу, и я выкрикнула имя Моррдрука. Набирая темп, он снова и снова толкался в меня, сильнее и сильнее, прежде чем яростно вздрогнул. Я почувствовала жар его члена, пульсирующего внутри меня, теплый поток его спермы, когда его рев эхом отразился в ночи. Весь мир остановился, вода успокоилась и мягко ласкала нашу кожу, пока наше дыхание выравнивалось.

— Я люблю твое особое место и люблю тебя, — прошептала я ему в грудь спустя долгое время. Мы просто обнимали друг друга, слушая звуки джунглей вокруг нас. Я знала, что ничто не сможет навредить мне здесь, в безопасности рук Моррдрука.

— Наше особое место, — поправил он, — я люблю мою Аюнну, всегда.

Я застонала, когда он вышел из меня, а на его лице появилась озорная улыбка.

— Ты умеешь плавать?

— Ты не можешь вырасти в Австралии, не научившись плавать, — улыбнулась я в ответ.

Я поняла, что мои ноги не касаются дна, хотя он стоял. Посмотрела вниз на светящиеся камни, казалось, что я нахожусь в аквариуме с золотыми рыбками.

— Всё на твоей планете светится?

— Это общий аспект жизни на Закии. Вещи в вашем мире разве не светятся?

— Да, но очень мало и не подобным образом. Это удивительно. — Я оттолкнулась от Моррдрука и легла на спину, глядя на странное звездное небо. Тепло воды и два оргазма сделали меня вялой и расслабленной.

— Мне нравится твой мир. Я могла бы жить здесь вечно, — выпалила я, не задумываясь.

Жарким телом Моррдрук прижался ко мне и рукой обхватил мою талию, мягко притягивая к себе. Я смотрела в его глаза и видела, как бурлят эмоции. Большой рукой он провел по моему не сильно увеличившемуся животу.

— Мы найдем способ. Мы будем свободны, вместе. Я буду драться, никогда не позволю друэльцам забрать тебя. Я буду защищать тебя и своих людей, пока смогу дышать.

Я заморгала, стараясь удержаться от жгучих слез, которые грозили выплеснуться, и обхватила его руками, поглаживая спину и успокаивая.

— Я знаю, но мы сделаем это вместе. Давай просто наслаждаться этим моментом, здесь и сейчас. Знаю, что друэльцы — жестокие, бессердечные существа, но во всем, что они сделали, есть кусочек добра. Я могу представить, какой стала бы моя жизнь на Земле. Я всё ещё оставалась бы в одиночестве и без пары. Друэльцы дали мне тебя, и я, честно говоря, не могу сказать, что хочу быть где-то ещё.

— Ты не скучаешь по своей семье?

— Да, я скучаю по братьям и папе, но они были частью моей жизни, моего прошлого. Но ты… — я погладила его по волосам, проведя пальцем по контурам его точеного красивого лица, — … вот мое будущее, и я не вижу себя без тебя.

Он обнял меня.

— Необычность бросилась мне в глаза, когда я увидел тебя в друэльской клетке. Странная, маленькая и такая красивая. Глубоко внутри я знал, что должен сделать тебя своей, не важно, чего это стоило. Мы найдем способ, мы освободимся от друэльцев.

Мое сердце наполнилось любовью к Моррдруку, переполненному взрывными эмоциями. Слезы навернулись на глаза, а потом потекли по моим щекам. Его поцелуй стал таким нежным и любящим. Я хотела защитить его так же сильно, как и он меня. Слова Моррдрука отозвались эхом в моей голове… не важно, чего это стоило.

Глава 3

Солнечный свет проникал через небольшое окно, и я улыбнулась. Как приятно проснуться от солнца вместо искусственного освещения. Я вспомнила, как мы занимались любовью прошлой ночью в лагуне.

Моррдрук снова взял меня, но на этот раз нежно, на берегу лагуны, и прохладные, гладкие камни ласкали мою спину.

Он благоговейно целовал каждый дюйм моего тела, сводя с ума от желания, прежде чем глубоко в меня погрузиться. Двигался во мне медленно и неспешно, пока я не начала умолять его дать мне кончить. Затем врезался в меня сильно и быстро, сдерживая свое освобождение, пока я не достигла оргазма дважды, прежде чем уступить своему собственному.

После этого я мало что помнила, но он, должно быть, перенес меня в наш новый дом.

Моргая от света, я перевернулась, рукой поглаживая прохладные простыни, где лежал Моррдрук. Скрипучий и злой щебет заставил меня отдернуть руку. Я придавила Счастливчика. Быстро освободила маленькое существо.

— Привет, Счастливчик. С тобой всё в порядке? — Я подняла ваззла и прижалась к нему. Он издал тот же довольный щебет, что и раньше.

— Куда пропал этот большой парень? — Мордрук, вероятно, завтракал.

Быстро осмотрев комнату, заметила, что пропала ткань, которую я использовала как тогу. Я нахмурилась. Мы оставили её в лагуне прошлой ночью? Я не могу ходить голой.

Я положила Счастливчика, и глупыш раздулся. Может быть, это план Моррдрука — держать меня голой и заставить спать весь день. Не то чтобы я возражала, но никогда не оставалась одна, чтобы провести весь день в постели. Мне нужно что-то делать, заниматься чем-нибудь.

Я встала ногами на холодный металлический пол. Потянулась, схватила меховое одеяло, обернула его вокруг себя и отправилась на поиски Моррдрука. Счастливчик последовал за мной.

Моррдрук отсутствовал на кухне, поэтому я пошла в ванную, чтобы привести себя в порядок и расчесать волосы, прежде чем отправиться обратно на кухню. Где он ходил? Моррдрук не любил оставлять меня одну на долгое время.

Я села за стол, и Счастливчик вскочил мне на колени. Погладив ваззла, улыбнулась тому, каким довольным тот казался.

— Должны ли мы пойти искать его? — Счастливчик сильнее защебетал, радостно пища, потом вскарабкался по моему плечу, щекоча ножками.

— Ну ладно. — Не успела я подняться, дверь открылась, и комната наполнилась светом.

Моррдрук вошел с пакетом в руках и улыбкой на лице. Он жадно оглядел моё тело — если бы можно было сгореть под его горячим вожделеющим взглядом, так бы и случилось. Мгновенно мое тело среагировало, я почувствовала, как стенки моего влагалища уже сжались вокруг его фантомного члена. Лоно увлажнилось, так мне хотелось почувствовать Моррдрука глубоко внутри. Моя грудь отяжелела, а соски, жаждующие прикосновений, сжались.

Я улыбнулась в ответ. О, как я любила этого мужчину. Он вошел, бросил сверток на стол и откинул Счастливчика в сторону. Впившись пальцами в мои волосы, сжал руку в кулак. Я задохнулась от боли, взволнованная его внезапным проявлением силы. Его рот на моем — горячий, жесткий и такой требовательный. Он сорвал мех и поднял меня, завладев моим ртом.

Спиной я упала на прохладные простыни. Он оторвался от моих губ и начал лизать и целовать мое горло, не останавливаясь, пока не достиг груди. Взяв сосок в рот, сильно посасывал и покусывал его, заставляя меня кричать.

Двумя пальцами он скользил по супермокрому лону, глубоко трахая меня, пока жестко пощипывал мой сосок. Остановившись, он переключился на другую грудь и начал снова. Я быстро вознеслась к вершине, а он остановился прямо на краю. Убрав руки и рот, он сжал мои бедра и перевернул меня, поставив на четвереньки.

— О боже, да! Пожалуйста, Моррдрук, возьми меня! — Лицом я прижалась к матрасу, моя попка торчала высоко вверх, а ноги были широко разведены, в то время как моя горячая сердцевина сочилась от желания.

Всё ещё сжимая мои бедра, Моррдрук приставил член к входу в лоно. Одним долгим движением он вошел в меня. Я вскрикнула от чистого удовольствия от его глубокого проникновения, мои стеночки обхватили его член в ответ. Он трахал меня жестко, используя всю мощь и силу. Я наслаждалась каждым мигом. Крича, я взорвалась в экстазе. Моррдрук неуклонно врезался в меня снова и снова. Пот снова покрыл мое тело, подталкивая меня к краю пропасти.

Сильной рукой он обнял меня за талию, притягивая к себе, но не смягчился. Острые зубы Моррдрука внезапно сжали правую сторону моей шеи. Я закричала, когда он укусил, боль повергла меня в головокружительный оргазм. Я содрогнулась, все мои нервные окончания переполнились удовольствием.

Кровь пульсировала в ушах, сердце гулко стучало, словно вдалеке я услышала рев Моррдрука. Так сложно сосредоточиться на чем-либо. Задыхаясь, мы упали на кровать, он продолжал крепко меня обнимать.

Паря на облаке чистого блаженства, я медленно приходила в себя. Вау, секс был хорош и раньше, но сегодня он стал фантастическим. Моя шея пульсировала там, где он меня укусил, и я почувствовала, как что-то мокрое потекло на ключицу. Я коснулась её и удивленно моргнула, увидев собственную красную кровь. Моррдрук и раньше использовал зубы, но никогда настолько сильно, чтобы прокусить мою кожу. Я немного смутилась от его действий. Неужели он потерял контроль? Не то чтобы это очень больно.

— Ты меня укусил? — выпалила я.

— Я больше не мог сдерживаться. Прошу прощения, если причинил тебе боль. — Я почувствовала его горячее дыхание, прежде чем он языком коснулся моей раны. Его слюна исцелила её, тупая боль исчезла. Я застонала, когда он вышел из меня. Развернулась в его руках лицом к нему.

— Это наш способ отметить свою пару, я не стал делать это перед друэльцами. Но теперь ты моя на всю жизнь. Ни один другой закиец не сможет иметь тебя. Здесь у тебя прекрасный след навсегда. — Он провел по моей шее.

— Так это закийский эквивалент брака? — Находясь на планете друэльцев, я объяснила человеческую концепцию брака, но не уверена, что Моррдрук её понял.

— Лучше, чем брак. Наша связь навсегда.

Ну ладно, я уже думала о нас как о «вместе навсегда». Но была более чем счастлив согласиться с тем, как Моррдрук обозначил это.

— Почему ты не сделал это прошлой ночью в лагуне?

— Кровь в воде привлекает зарпа. Лучше сделать это здесь… безопаснее.

Понятия не имела, кто такой зарп, но если ему нравилась кровь, то о нем я не хотела знать.

Щебетание в ухе заставило меня повернуться. На кровати сидел ожидающий Счастливчик. Я рассмеялась.

— Думаю, это официально. Теперь я, миссис Моррдрук, — сказала я пушистому существу.

Моррдрук поднялся с кровати:

— Пойдем, получишь подарок на свадьбу.

Несмотря на то что я чувствовала себя довольно уставшей от оргазмов, волнение вспыхнуло во мне при мысли о подарке от моего… ну… теперь уже мужа.

Я взяла предложенную им руку. Моррдрук легко перенес меня из кровати в гостиную, где открыл сверток, лежащий на столе, и вытащил несколько предметов одежды.

Первой оказалась простая юбка с зеленоватым узором и соответствующий топ в крестьянском стиле.

— Эбби сказала, что тебе понравится.

Это было глупо, знаю, но я не могла не взвизгнуть в девичьем ликовании при виде настоящей одежды. Вскочив, я покрыла его лицо поцелуями.

— О Моррдрук, мне очень, очень понравилось! Спасибо, спасибо!

Его грудь распирало от гордости, когда я вытаскивала одежду из его рук. Я надела юбку на бедра — идеально подходит — и натянула блузку через голову. Она свисала с моего плеча, заставляя чувствовать себя сексуальной цыганкой.

Было ещё два комплекта одежды: один бледно-голубой с таким же узором, другой — темно-красный.

Я закружилась вокруг, разглаживая юбку, а потом снова бросилась в его объятия.

— Где ты это взял?

— Здесь есть машина для пошива одежды. — Он застенчиво улыбнулся. — Эбби помогла выбрать в каком стиле. Я также взял это для твоих красивых волос. — Моррдрук поднял подходящие полоски ткани. Я не могла бы быть более довольной.

— Ты лучший муж, какой только может быть у женщины. — Я поцеловала его, и поцелуй быстро перерос в желание. Прежде чем я смогла отдышаться, Моррдрук схватил меня и понес обратно в кровать.

* * *

Мужчины собрались в столовой, чтобы обсудить и спланировать атаку на башни с беспилотниками друэльцев и стены силового поля, которые удерживали нас в одной зоне. Поэтому Эбби и я решили навестить Сару.

— Как она? — Я не знала, почему шептала, может быть, потому что это выглядело более уважительно.

Эбби и я стояли возле дома Сары и Булара. Я держала букет сладко пахнущих цветов. Моррдрук показал мне, какие из них я могу собрать, а какие оставить в покое из-за их ядовитости.

Эбби пожала плечами:

— Когда видела её в последний раз, она была замкнута и безразлична ко всему, но Булар казался способным позаботиться о её физических потребностях. Лучше всего дать им время, чтобы успокоиться, и, надеюсь, это поможет горю Сары.

Я переживала всем сердцем и за Риту, и за Сару, понимая, что если когда-нибудь Моррдрук будет так жестоко вырван из моей жизни, я бы не знала, как мне справиться. Оказать поддержку и показать ей, что мы здесь рядом, наверно, лучшее, что мы могли сделать.

Эбби посмотрела на меня, на её лице отражалось беспокойство, которое и я чувствовала. Она постучала в дверь. Послышались тяжелые шаги, и дверь открылась. На пороге стоял нахмуренный Булар.

— Мы пришли посмотреть, как дела у Сары, ты не против? — Я встретила взгляд Булара, выражение его лица говорило, что ему очень нужна помощь.

— Да, давайте. Я не могу заставить её поесть. Возможно, у вас получится. Она в кровати и лежит там, глядя на стену. — Он отступил назад, чтобы нас впустить.

Я поднялась по ступенькам, и Эбби последовала за мной. Поскольку все дома одинаковые, Сару оказалось легко найти. Как и сказал Булар, она лежала на боку и смотрела в стену.

— Сара? Это Эбби и Анна. — Она моргнула, устремив свой взгляд на нас, но ничего не сказала и снова уставилась в стену.

Я присела на край кровати и убрала её светлые волосы с лица. Её глаза казались запавшими и пустыми.

— Знаю, что сейчас тяжело, но ты не можешь пренебрегать своим здоровьем. Ты должна что-нибудь съесть, — говорила я спокойным и нежным голосом.

Вошел Булар, держа чашку сладко пахнущего сока из странного кактуса, растущего по всей деревне.

— Она вообще плакала? Есть какое-нибудь выражение скорби? — спросила Эбби Булара.

Он покачал большой головой, с печалью смотря голубыми глазами на Сару.

— Ты можешь заставить её выпить это? — Он протянул мне чашку.

— Сара, пожалуйста, выпей, тебе станет лучше.

Она снова моргнула, ничего не сказав.

— Сара, — произнесла Эбби тоном, не терпящим возражений, — если ты не начнешь что-то есть, у меня не будет другого выбора, кроме как заставить Булара отвезти тебя в медпункт здесь, в деревне, и заставить тебя есть.

Лицо Сары нахмурилось. Она посмотрела на Эбби, которая стояла рядом с Буларом.

— Ты не станешь, — прошептала она.

Эбби сложила руки на груди.

— Тебе лучше поверить, что я так сделаю, и Булар тоже. Не так ли?

— Да, я должен сделать то, что лучше для тебя, Сара.

Гнев омрачил красивые черты Сары. Она села и с удивительной силой столкнула меня с кровати. Мне удалось не пролить напиток, вскочив на ноги.

— Кто вы такие, черт возьми, чтобы говорить мне, что делать? — Её слова сочились ядом.

— Мы — твои друзья, которым небезразлично, что с тобой происходит. Мне очень жаль, что ты потеряла Баруки. Но ты не можешь позволить ублюдкам друэльцам победить. Именно они убили его и любого другого бойца в своих глупых играх.

Сара долго смотрела на меня широко раскрытыми глазами. Я не осознавала, что мои руки дрожали, пока она не взяла чашку из моих пальцев.

— Если я выпью это, вы, черт возьми, уйдете и оставите меня в покое?

— Пока, да. — Эбби уверенно кивнула. — Но я буду внимательно следить за твоим здоровьем. Булар расскажет мне, если ты не позаботишься о себе сама или не позволишь ему о тебе позаботиться.

— Я не собираюсь прикасаться к тебе, Сара. Знаю, что ты очень сильно привязалась к Баруки. Он был моим закийским братом. Я тоже оплакиваю его потерю.

Сара фыркнула, но выпила сок и вернула чашку обратно.

— Теперь, пожалуйста, уходите. — Она легла на спину и снова повернулась к стене.

Я вздохнула и отвернулась, но не раньше, чем положила цветы на край кровати, желая сделать больше, чем мы могли.

Я чувствовала себя достаточно плохо из-за того, что Эбби заставляла Сару принимать пищу… но это сработало, помогая ей оставаться живой и здоровой.

— Мы рядом, если будем нужны тебе, — сказал я, прежде чем проскользнуть мимо Булара к входной двери.

— Спасибо вам обеим, — пробормотал он, следуя за нами.

— Такие вещи требуют времени, Булар. Спасибо, что присматриваешь за ней. — Эбби улыбнулась большому парню и похлопала его по руке. — Но зови меня, если она снова откажется есть.

Булар кивнул и открыл входную дверь.

Идя назад к столовой, мы увидели мужчин, выходящих из зала с решительным выражением на лицах. Мой живот скрутило от понимания, что они решили действовать.

Глава 4

— Вы просто собираетесь атаковать все сразу. — Я встала у раковины на кухне, скрестив руки и уставившись на Моррдрука. — А вы пытались сделать это раньше?

— Давным-давно, когда я был еще ребенком, мы пытались. — От признания Моррдрука лучше мне не стало.

— Очевидно, это не сработало. Так чем же отличается сегодняшняя ситуация?

Я не знала, обосновано ли мое беспокойство, но, увидев скорбящую Сару, я не хотела потерять Моррдрука в какой-то глупой попытке вырваться от друэльцев.

— Мы соберем материал, который нам нужен, и сделаем прочное оружие, чтобы сбить машины. Не беспокойся, моя Аюнна, на этот раз все получится. Мы вырвемся на свободу и спрячемся в горах. Именно там когда-то стоял великий город Закии.

Его глаза сияли уверенностью, когда он приблизился, чтобы окружить меня своим теплом, развернув меня в своих руках, чтобы осторожно скользнуть рукой по моему животу. Моррдрук положил подбородок на мою голову.

Я вздохнула и расслабилась в его объятиях. Именно здесь я чувствовала себя в безопасности, защищенной от бессердечной вселенной.

— Сколько времени пройдет, прежде чем ты и остальные будете готовы?

— Друэльцы могут думать, что они умны, не оставляя нам оружия, но мы умнее и знаем, как сделать хорошее прочное оружие.

Я повернулась в его руках и откинула голову, чтобы посмотреть ему в глаза.

— Меч против робота с энергетическим оружием?

Моррдрук широко улыбнулся:

— Не просто меч, поверь мне. Если мы можем победить зверей Херла, тогда машины друэльцев — легко.

— Знаю, что не должна сомневаться. Это сработает, но я переживаю, что однажды ты не вернешься ко мне. Я боюсь потерять тебя.

— Верь мне.

— Да, конечно. — В моем сердце и разуме не было сомнений.

— Верь, я всегда вернусь.

Я улыбнулась ему, обняла за талию и прижалась ухом к его сердцу.

* * *

Следующие несколько дней прошли как в тумане. С возросшей активностью мужчины приходили и уходили из деревни, перевозя вещи, которые им были нужны, в более укромную часть джунглей нашей территории. Они построили то, что Моррдрук назвал тепловым куполом. Я улыбнулся, осознав, что здание, превратившееся в семифутовый холм, заполненный мхом и грязью, стало кузницей. Там имелась печь для плавки и формирования металла в любое оружие, которое они захотят.

Что ещё хуже, утреннее недомогание действовало с полной силой. Мой сверхзащитник Моррдрук отчаянно волновался и отказывался покинуть меня.

Эбби, которая, казалось, страдала только легкой тошнотой, пыталась успокоить его, объясняя, что это естественный процесс в человеческой беременности.

Это было ужасно. Моя голова кружилась, а рот был сухим. Я с трудом могла ходить по утрам, когда не чувствовала, будто меня швыряют десятифутовые волны.

Счастливчик несчастно щебетал, словно чувствуя мои страдания, и мурчал в мое плечо, пытаясь меня успокоить.

Наконец, после обеда я почувствовала себя лучше и настояла, чтобы Моррдрук оставил меня с другими женщинами и помог в строительстве кузницы. Те, кто хотел помочь, старались изо всех сил. На свалке валялось много старого металлолома, оставшегося от здания деревни. Несколько женщин и я перебирали кучу, находя более мелкие кусочки, которые закийцы могли превратить в снаряды.

Мужчины, конечно, не позволили ни одной из женщин поднять что-то слишком тяжелое. Но они поняли, что мы должны быть частью этого, как и они.

Мы работали целыми днями, разбирали и переносили металл в кузницу. Несколько дней спустя из джунглей поднялся непрерывный столб черного дыма и раздался звук удара по чистому металлу. Производство оружия началось.

В то время как большая часть мужчин работали в кузнице, женщины находились в деревне: готовили, прибирались, общались друг с другом.

Эбби, Джоан и я были в столовой, чистили и готовили корень парппы. Киллиу показал нам, как искать растение в полях, выкапывать и готовить его.

— Я люблю эту штуку. Клянусь, это лучше, чем ирландский картофель.

— Как картофель может быть ирландцем? — Джоан махнула чистящим ножом в сторону Эбби. — Картошка — это картошка, будь то в Ирландии или Америке.

Эбби расплылась в широкой улыбке:

— О женщина, у тебя никогда не было картошки, пока ты не приехала в Ирландию и не попробовала ирландскую. Послушайте, вы никогда не съедите ничего вкуснее, чем старые добрые картофельные пирожки моей мамы.

Я расхохоталась.

— Но эта парппа, клянусь, может соперничать с ними в любой день. Прошлой ночью я приготовила жареные для Нулара. — Она показала корень, высоко поднятый в воздух.

— Настоящим заявляю, что это новая картошка Закии.

Джоан и я так смеялись над выходками Эбби, что слезы потекли по нашим лицам, а я снова почувствовала тошноту.

Булар ворвался в дверь. Наш смех замер, когда мы увидели его широкое обезумевшее лицо. Он дико оглядывал зал, пока его взгляд не остановился на нас.

— Аюнна, Эбби, Джоан, вы видели Сару?

Я встала, качая головой:

— Её не было здесь.

— Она попросила лекарство от головной боли, но когда я вернулся, она исчезла.

— Хорошо, я уверена, что она не могла далеко уйти. Мы поможем тебе в поисках. Эбби, иди за другими женщинами. Мы будем искать в деревне. Булар, иди, возьми мужчин из кузницы. — Я попыталась унять панику, когда встретилась взглядом с Буларом; чувствуя, что если мы быстро не найдем Сару, это может закончится плохо.

Эбби быстро бросила закийскую картошку и вышла. Булар последовал за ней.

Я усадила Счастливчика на плечо и, проходя мимо домов, стала звать женщине. Все с готовностью согласилась помочь в поиске.

К тому времени, когда мы обыскали часть деревни, Булар вернулся с мужчинами. Моррдрук взял на себя руководство: организовал несколько небольших поисковых групп и отправил их в разных направлениях.

— Мы продолжим искать в деревне, — сказала я Моррдруку. Он кивнул, но посмотрел на меня внимательно.

— Оставайся в деревне и жди, когда мы вернемся. Она может вернуться сюда в ближайшее время. Надеюсь, она просто пошла гулять. — Он быстро поцеловал меня в голову и направился к горам.

О боже, я надеялась, что Моррдрук прав, и Сара просто ушла, как я делала несколько раз, чтобы размяться.

Мы закончили наши поиски и вернулись назад, чтобы узнать результат, но все пришли с пустыми руками. Большинство женщин вернулись в свои хижины. Остальные расположились в общем круге на улице, сев на бревна, сглаженные с одной стороны, чтобы получилось похоже на скамью. Минуты потянулись как часы.

— Что так долго? — Эбби стала первой, кто высказался из оставшихся ждать.

— Несмотря на силовое поле друэльцев, это всё равно большая территория для поиска. — Джоан нервно продолжала осматриваться, надеясь, что Сара появится.

Я тихо сидела, глядя в сторону Моррдрука и его группы. Всей душой я жаждала присоединиться к ним и помочь с поисками. Никогда не сидела без дела и не ждала, когда смогу чем-нибудь помочь.

Я вскочила на ноги, не в силах больше это выносить.

— Черт возьми, я не собираюсь сидеть сложа руки и ждать. — И пошла вслед за Моррдруком.

— Подожди, я пойду с тобой. — Эбби побежала за мной.

— Вы не оставите меня здесь. — Джоан последовала за нами.

— Мне неприятно это говорить, но думаю, что знаю, где искать.

Другие женщины с мрачным выражением на лицах согласно кивнули.

Мы сделали только несколько шагов, когда группа закийцев вышла из густого подлеска. У меня сжался живот и закружилась голова, когда я увидела, как Булар несет безвольную Сару.

В ярком солнечном свете я могла видеть, как её светлые волосы спутались и окрасились кровью в ярко-красный цвет. Её руки болтались, а запястья висели под неловким углом.

Эбби подавила рыдания, бросаясь вперед, чтобы встретить четверых мужчин. Замерев на месте, я увидела, как она дрожащими пальцами потянулась к горлу Сары, очевидно пытаясь почувствовать пульс.

— О боже, нет.

С лица Джоан сошли все краски.

Заставив себя двигаться, я быстро обняла её, поддержав, прежде чем она вяло завалилась назад. Я удержала желчь, поднимающуюся в горле, осознав тот факт, что Сара мертва.

* * *

Мрачное настроение охватило деревню. Мужчины похоронили Сару, положив на её могилу большие валуны и вознося молитвы богам трех лун. Бедный Булар стоял над могилой. На его лице смешались шок и недоумение. Он не мог понять, почему Сара захотела покончить с собой. Было ясно, что он винит себя за то, что не позаботился о ней.

Я тоже понятия не имела. Неужели она так сильно любила Баруки? В ту ночь, когда выплеснула собственную печаль в объятиях Моррдрука, я задалась вопросом, хватит ли мне сил жить дальше, если с ним что-нибудь случится.

Казалось, он чувствовал то же самое беспокойство.

— Пообещай мне, что если я погибну в битве, ты продолжишь жить. Будешь сильной для нас и нашего малыша.

Вытерев полные слез глаза, я посмотрела на Моррдрука:

— Мне не хочется терять тебя никогда. Я могу только догадываться о глубине отчаяния, которое Сара, должно быть, почувствовала, раз решила спрыгнуть с этого утеса. Тебя я боюсь потерять больше, чем собственную жизнь.

Почти болезненно Моррдрук сжал мои плечи. Напряженное отчаяние в его глазах охватило меня.

— Но ты продолжишь жить, а не лишишь себя жизни.

Я тяжело вздохнула:

— Нет, обещаю, я не попытаюсь себя убить, как бы больно ни было. Но, пожалуйста, я не хочу говорить о твоей гибели. Пожалуйста, Моррдрук, просто обними меня. Никто не заставляет меня чувствовать себя более живой, чем ты.

Он притянул меня к своему большому телу. Я положила голову на его грудь, успокаиваясь от сильного, устойчивого биения его сердца.

Глава 5

После смерти Сары Моррдрук организовал круглосуточную охрану. Я говорила ему, что он слишком осторожен, поскольку ни одна из оставшихся женщин не станет самоубийцей, но он всё же настаивал. Все закийские мужчины по очереди стояли в четырех основных точках, позволяющих присматривать за деревней сверху. Пока остальные дорабатывали оружие.

Их мастерство оказалось более искусным, чем я могла себе представить. В кузнице они создали сложные арбалеты и множество стрел с наконечниками из стали для них. Копья выглядели такими же смертоносными с заостренными зазубренными краями. Также закийцы изготовили красивые клинки и множество кинжалов.

Трудно поверить, что прошло уже три недели с тех пор, как друэльцы нас оставили, время текло стремительно. Мой живот начал слегка увеличиваться, в то время как животы других женщин стали более заметны. Волнение в деревне возростало, многие из нас задавались вопросом, сможем ли мы когда-нибудь освободиться от оков друэльцев.

Каждый мужчина надел доспехи, чтобы защититься от энергетического оружия дронов-охранников, и заявленное Моррдруком «Мы нанесем удар сегодня вечером, когда наше зрение станет лучше» наполняло уверенностью. Он созвал всех на завтрак в столовой.

— Сегодня вечером мы вырвемся на свободу от машин друэльцев и разрушим стены.

— Лучше всего отправиться на север в горы, где есть глубокие пещеры, в которых можно от них спрятаться. Наше желание скрыться может показаться трусливым, но помните, как они опустошили планету и убили наш народ. Мы должны защищать больше, чем просто наши собственные жизни, — произнес Киллиу.

Никто не опроверг план Киллиу, зная, какое разрушение машины друэльцев уже нанесли их планете. Это вопрос выживания, а не трусости.

Я внимательно слушала, как Моррдрук намечал план атаки. Все женщины должны были быть забаррикадированы в столовой, пока не станет безопасно покинуть зал. План мне не понравился. Я хотела драться рядом с Моррдруком, но также понимала, что должна защищать ребенка, растущего во мне.

Страх, что он может быть ранен или убит, всё ещё преследовал меня. Я улыбнулась Моррдруку, чтобы выразить свою преданную поддержку, когда остальные покинули зал.

— Всё будет хорошо, моя Аюнна. Я вижу беспокойство в твоих глазах. Ты не веришь мне?

Я неловко фыркнула:

— Да верю, и тебе не нужно спрашивать, но не могу удержаться от беспокойства.

— Было бы странно, если бы ты так не делала. Пойдем, у нас есть время до вечера. Давай пока всё это оставим.

Мои губы растянулись в улыбке, я точно знала, что он имел в виду. Я прыгнула в его жаждующие объятия.

— Я люблю наше особое место, но тебя люблю больше.

Я обхватила его лицо ладонями и прижалась к его губам. Поцелуй быстро углубился, стал горячим и возбуждающим, как и всегда. Требовалась лишь простая искра, чтобы разжечь желание.

Я оторвалась, тяжело дыша, горячая и возбужденная.

— Предлагаю поторопиться.

* * *

Холодная вода ласкала мои ноги, пока я грелась в теплых лучах закийского солнца. Я лежала на теплом валуне, откинув голову назад, чтобы высушить волосы, и совершенно не желая двигаться. Моррдрук занимался со мной любовью несколько раз, удостоверяясь, что я никогда не забуду проведенного с ним времени в лагуне.

— Богиня солнца, — весело произнес Моррдрук.

Приоткрыв глаз, я наблюдала, как его мощное тело скользило в воде, прежде чем он из нее вышел. Я облизнула губы и открыла оба глаза, мой взгляд проследил за каплями воды, стекающими по его телу. Ох, весьма заманчивое зрелище. Он поймал меня за подглядыванием и подмигнул, а его улыбка заставила меня снова растаять. Я смело повернулась и приподняла бровь.

— Знаешь, на моей планете я бы палкой отбивала от тебя других женщин.

— Является ли борьба палками обычной практикой?

Я расхохоталась:

— Нет, я говорю, что ты очень привлекательный мужчина.

— Наших женщин привлекало положение мужчины и то, что он мог ей дать, а не его черты, — усмехнулся он.

— К сожалению, люди в основном визуалы, и их привлекает внешний вид. Если бы ты жил на моей планете, все человеческие женщины хотели бы тебя.

— Они не смогли бы получить меня, даже если бы я пришел в твой мир. — Он подошел ко мне и положил руки по обе стороны от моей головы. Исходящий от него жар обрушился на меня, когда он прижал меня к камню.

— Я бы нашел тебя. Во всех мирах и во всех галактиках ты моя.

Как он это делал, я не знала, но мне было всё равно, я всё сильнее и сильнее влюблялась в него.

Я погладила его по лицу.

— Я люблю не только твою внешность, а всего целиком, твою честность, целостность. — Я положила руку на его бьющееся сердце. — Я люблю твою внутреннюю и внешнюю силу. Ты такой же мой, как и я твоя.

— Согласен. — Он лениво поцеловал меня в губы, прежде чем его язык погрузился внутрь и соприкоснулся с моим.

Громкий щебет рядом с моим ухом заставил нас прервать поцелуй. Мы оба повернулись и увидели, как Счастливчик прыгает вверх-вниз у моей головы, лежащей на камне.

— Почему-то мне кажется, что он ревнует, — пробормотала я, немного разочарованная, когда Моррдрук отстранился. Мое тело оплакивало потерю тепла его тела, когда он отвернулся и поправил свою одежду.

— Он самец, потому что только самцы связываются с женщинами. Пойдем, нам лучше вернуться в деревню. — Моррдрук прижал свой недавно изготовленный кинжал к своему поясу.

Как бы мне ни хотелось, я знала, что мы не можем отдыхать и заниматься любовью весь день. Мы должны вернуться и подготовиться к сегодняшнему вечеру.

Поднявшись с камня, я потянулась и собрала свою одежду, натянув юбку, прежде чем надеть цыганский топ.

— Давай, Счастливчик, пора идти. — Я потянулась к своему маленькому питомцу. Того, казалось, посетили другие идеи, он скатился вниз по тропинке, уводящей от воды.

— Эй, ты куда?

— Ты идешь?

Я оглянулась на Моррдрука:

— Я буду через минуту. Просто хочу поймать Счастливчика, он убежал.

Моррдрук кивнул:

— Хочешь, я подожду?

— О нет, ты иди, я недолго. — Улыбнулась ему и поспешила за Счастливчиком. Я заметила, как он подпрыгивал и щебетал, прежде чем исчез в кустах.

— Счастливчик, вернись обратно! Я не хочу обыскивать всю эту территорию, чтобы тебя найти. — Изменив направление, я последовала за громким щебетанием. И заметила, что мой теперь уже зеленый меховой шарик мчится через подлесок нижних кустов; он направлялся к выступу из крупных валунов, больше похожих на столбы овальной формы, чем на камни.

Счастливчик остановился на мгновение, словно ожидая, пока я догоню.

— Клянусь, я заставлю тебя спать на кухне, ты, маленький беглец.

Счастливчик подпрыгивал, безумно щебетал, но отскочил вне моей досягаемости. Ну, по крайней мере, он не мог выйти за пределы больших валунов. Раздражение усилилось.

— Разве мы не должны быть связаны?

Но когда снова потянулась к нему, он метнулся сквозь массу виноградных лоз, растущих над валунами. Я моргнула, может ли ваззл пройти сквозь камень?

Пройдя несколько футов, пытаясь слева обойти выступ валунов, я наткнулась на невидимый барьер. Вскрикнула, потеряв равновесие на неровной земле и упала, тяжело приземлившись на задницу. Черт, я почти забыла, что стены друэльцев окружили нас. Поднявшись на ноги, потерла свою теперь уже больную задницу, бурча проклятия себе под нос, пошла назад туда, где исчез Счастливчик. Я всё ещё могла слышать его слабый писк.

Я опустилась на колени и отодвинула ветки, только чтобы обнаружить дыру размером с кролика. Сорвав больше веток, увидела большие камни, располагающиеся над отверстием, сдвинула один из них с пути, и отверстие стало шире. Я сидела, уставившись в дыру, поглядывая налево, где был барьер, и понимала, что он находится прямо по середине этого выступа. Хм, мне интересно, что если он также проходит через все скалы?

Не слишком раздумывая, начала убирать с дороги камни большего размера, пока проход не стал достаточно большим, чтобы я смогла туда залезть.

— Счастливчик? — позвала я и снова услышала его щебет. — Давай, Анна, будь смелой, — сказала я вслух, придавая себе смелости. — Ты сталкивалась с более страшными вещами, чем темная дыра. — На четвереньках я поползла вперед во тьму.

Глава 6

— Из всех глупостей, что можно было совершить, — бормотала я вместо того, чтобы слушать свое резкое дыхание в темном замкнутом пространстве. Я поцарапала колено чем-то острым, пришлось прикусить губу, чтобы перестать плакать от острой боли. — Я собираюсь отдать тебя кому-нибудь ещё, Счастливчик!

Вернуться. Это разумно, но развернуться было негде, поэтому мне пришлось медленно отступать назад. Без сомнения, Моррдрук может вернуться и поискать меня. Унижение обожгло мои щеки, потому что ему придется вытащить мою жалкую задницу из этой дыры.

Забудь глупого ваззла. Не обращая внимания на боль в колене, я попыталась переместиться назад, только моя задница ударилась о свод каменных стен. Тот пошатнулся; над моей головой раздался громкий скрип и медленный скрежет. Вот дерьмо. Пещера нестабильная. Нужно убраться отсюда как можно быстрее.

При попытке сдвинуться скрип стал громче, и я поняла, что не смогу вернуться тем же путем, каким пришла. Черт. Низко наклонившись, я ползла вперед, пока не увидела тусклый свет на другом конце.

Позади меня скрип быстро превратился в грохот, и я в безумной панике рванула вперед, пока всё это не рухнуло и не погребло меня. Я расчистила выход из тоннеля, только для того, чтобы выскочить на крутой склон. Закричав, покатилась вниз, пока какая-то густая растительность не остановила мое падение.

— Aюнна! — громко взревел Моррдрук. Я услышала легкую панику в его голосе.

Сдерживая дыхание из-за падения, несколько секунд лежала неподвижно, пока не смогла вдохнуть достаточно воздуха, чтобы ответить:

— Моррдрук, я здесь!

— Aюнна? Где ты?

Я села, морщась от боли от нескольких синяков на бедрах и руках. Посмотрев вниз, увидела, что моё оцарапанное колено кровоточило, но выглядело не так уж плохо. Я поднялась на ноги, карабкаясь вдоль края склона, и направилась назад вокруг большого количества упавших валунов, через которые проползла.

— Аюнна? — голос Моррдрука раздался ближе.

— Я здесь. — Я взглянула на Моррдрука, который стоял у валуна, но не подходил ближе, с широко раскрытыми глазами он смотрел на меня с выражением полного неверия. Я посмотрела на свои царапины и синяки, задаваясь вопросом, на что он уставился.

— Что? Я упала, но в порядке. Почему ты так смотришь на меня?

— Как? — Моррдрук поднял руку, и невидимый барьер замерцал, как это случалось, когда кто-то к нему прикасался.

Потребовалось время, чтобы этот факт дошел до моего сознания.

— Черт возьми! — Я оказалась на другой стороне барьера.

— Через скалы, в скалах была дыра. Я гналась за Счастливчиком. — Я подошла к барьеру. Моррдрук взглянул на гору валунов, сложенных друг на друга.

— Есть выход? — В его бледном взгляде мелькнуло беспокойство.

— Я… я не знаю. Наверное, он рухнул, как только я вылезла.

Хмурая тень на его лице прогнала надежду.

— Оставайся здесь, я посмотрю.

Вздохнув, я присела на невысокий валун в ожидании, когда Моррдрук исчез из поля зрения. Я могла слышать, как он двигал камни вокруг. Потирая больное бедро, раздумывала о своем новом затруднительном положении. Если застряла на этой стороне, и пути назад нет… что, черт возьми, мне делать?

Выражение лица Моррдрука не выглядело многообещающим.

— Не могу пробраться. Ты права, он рухнул. Я пойду позову других, чтобы помочь. Возможно, мы сможем расчистить новый путь. Ты останешься здесь, пока я не вернусь. — Он развернулся, чтобы уйти.

— Моррдрук. — Я поднялась на ноги, мне необходимо дотронуться до него, найти какое-то утешение, но невозможность этого разрывала меня изнутри. Спокойно, я должна оставаться спокойной и собранной. Он остановился и оглянулся. — Вы должны подготовиться к сегодняшнему вечеру, если атака будет успешной, тогда вы сможете снести стену.

— Нет, мы сделаем это в первую очередь. Я не оставлю тебя там, если есть выход.

Увидев его твердо сжатые челюсти, снова села на камень.

— Я никуда не уйду.

— Я быстро.

Счастливчик выбрал этот момент, чтобы поболтать. Я подхватила ваззла и прижала к своей щеке.

— Ладно, Счастливчик, ты втянул меня в эти неприятности, как теперь собираешься вытащить меня?

Какая ирония судьбы, я оказалась на свободе, но это ничего не значило без Моррдрука.

* * *

— Слишком много камней. Моррдрук, мы не можем больше тратить время. — Нулар отряхнул руки. — Здесь невозможно пройти.

Горстка закийцев последние несколько часов пыталась разобрать камни и проложить новый туннель, но всё безрезультатно. Сумерки быстро приближались.

— Нет, я не оставлю её там одну.

— Мне повезло, я не одна. Подожду здесь, пока ты не надрал задницы роботам друэльцев. — Я попыталась придать бодрости голосу, скрывая беспокойство за улыбкой.

Моррдрук ударил кулаком по барьеру, его лицо исказилось от гнева, когда стена замерцала под его ударом.

— Не нужно, сейчас это не принесет пользы никому из нас. — Я встала, наклонив голову. — Посмотри на меня. — Взгляд Моррдрука встретился с моим.

— Знаю, что ты не покинешь меня. Все здесь, включая меня, рассчитывают, что ты будешь действовать по плану. Иди, уничтожь машины, приди и забери меня. Я люблю тебя и знаю, что ты меня не подведешь.

Да, это сработало. Такой же решительный блеск в его глазах я видела несколько раз раньше.

— Ты права. Я буду драться, а потом вернусь за тобой. Моя храбрая, прекрасная Аюнна… спрячься на время битвы, ты будешь в безопасности, и я найду тебя после.

— Ты лучший, — улыбнулась я.

Он повернулся к закийцам:

— Идемте, подготовимся к битве. Я хочу вернуть свою пару.

Я смотрела, как они отступают, оставляя меня одну в угасающем свете.

— Хорошо, Счастливчик, давай найдем нам укрытие, пока не стало слишком темно.

Счастливчик щебетал у меня на плече, когда я осторожно пробиралась через камни и кусты. Пытаясь понять, куда идти, я огляделась. Холм справа от меня вел к горам. Я могла следовать за силовым полем в джунглях, но не хотела идти туда ночью. Местные животные, обитающие и бродящие там, не опасные, по словам закийцев, тем не менее не вызывали у меня желания рисковать. Подъем в гору казался лучшим выбором.

В воздухе повеяло прохладой, когда я начала подниматься в гору. Я потерла руки, надеясь, что мне будет, где укрыться. Счастливчик спрыгнул с моего плеча и поскакал на холм.

— О, не убегай снова! — Я последовала за зверьком, совсем не желая терять то маленькое утешение, которое у меня осталось. — Счастливчик, пожалуйста. — Я напряженно пыхтела, залезая вверх.

Мое тело было истощено и устало от стресса последних нескольких часов, а моя беременность только усиливала утомление.

Наткнувшись на небольшую поляну, я отодвинула листья розового куста и нашла маленькую пещеру, не очень большую, но достаточную, чтобы защитить меня от погоды. Продвигаясь дальше, увидела мягкий фиолетовый мох, покрывающий заднюю часть пола пещеры.

Счастливчик катался по мху, меняя свой цвет, чтобы соответствовать.

— Счастливчик, думаю, ты оправдываешь свое имя.

Усевшись спиной к стене, я подтянула под себя ноги. Так устала. Я зевнула, зная, что сейчас ничего не могу сделать, кроме как ждать.

* * *

Резкий пронзительный звук заставил меня выпрямиться, быстро моргая в темноте. Черт, я, должно быть, уснула.

Счастливчик несчастно защебетал, когда я выскочила наружу. Я ни черта не могла разглядеть; три луны ещё не взошли. Ходить в темноте опасно. Лучше и безопаснее оставаться на месте, пока Моррдрук не придет за мной.

Ветер принес крики и звук стрельбы. Атака началась. Я отступила назад и прижалась к стене пещеры, прислушиваясь к новым звукам. Явный боевой клич воинов Закии заставил меня повернуть голову в том направлении.

Мне отчаянно хотелось что-то сделать, но что я могла, даже если бы видела? Моя работа — защищать ребенка Моррдрука. Мой живот сжался, и я потерла шею, когда беспомощность меня захлестнула.

Счастливчик заполз ко мне на колени, я придвинула маленького ваззла поближе. От нежных поглаживаний зверек забавно урчал, помогая мне снять напряжение.

— Им лучше победить. Не хочу застревать здесь одна. — Что бы я сделала, если бы они потерпели неудачу? Мне нужно найти еду и укрытие. Должна ли я остаться у барьера, просто ожидая возвращения друэльцев? — Нет, я не буду думать об этом сейчас.

Предполагаю, что это особенность моей земной натуры, всегда представлять худший вариант развития событий. Видения окровавленного тела Моррдрука, лежащего на земле, заставили меня заплакать. Я отвергла это, выбросив из головы. Вынудила себя представлять, как он атакует, сражается мечом и наконец стоит победителем над машинами друэльцев.

— Они победят, мы должны верить. Он придет за нами, Счастливчик. — Я чуть быстрее гладила пальцами по мягкому меху ваззла, понимая, что это будет долгая ночь.

Через несколько мгновений всё стихло. Тихие звуки ночи и мое учащенное дыхание — единственное, что я слышала. Они сделали это? Освободились?

Я облизнула сухие губы, пытаясь собрать достаточно влаги, чтобы сглотнуть.

— Пожалуйста, пусть они будут победителями, пожалуйста. — Мой шепот был поглощен ночью. Я качалась взад-вперед, смотря в темноту, и ждала… ждала, пока не увидела, как тьма начинает исчезать, и в свете раннего утра передо мной открылись окрестности.

Мое тело болело от часов напряженного ожидания. Глаза пекло от того, что я старалась держать их открытыми долгое время. Я не хотела ничего, кроме как принять горячий душ и погрузиться в мех, окутанная теплом моего мужа, обхватившим меня своим руками. Надежно, безопасно и счастливо.

Холодный резкий свет утра приветствовал меня. Теперь, видя дорогу, я положила на плечо спящего Счастливчика и встала. Мучительно медленно я спускалась по склону холма, обратно к барьеру.

Увидела кучу больших валунов, стоящих там, где, как я знала, проходила невидимая стена. Мое сердце колотилось в груди, когда протянула руку и ударилась о барьер.

— О боже. — У меня перехватило дыхание от охватившего меня страха.

Они потерпели неудачу, но где Моррдрук? Он погиб? Застигнутая головокружением, я села на тот же камень, что и накануне, и подтянула колени к груди, стараясь не раздавить увеличившийся живот, и стала ждать.

Глава 7

— Анна!

Я подняла голову, услышав голос Эбби. Её рыжие волосы сияли, как маяк, на утреннем солнце. Лицо Эбби выглядело бледным, я увидела следы слез. Нулар и Киллиу следовали за ней.

Левая рука Нулара была в повязке, а его плечо перевязано. Я поднялась на ноги, лицом к троице.

Паника поднялась в моей груди, заставляя меня напрячься.

— Моррдрук! О боже, пожалуйста, не говори мне…

— Нет, — Эбби быстро покачала головой. — Он ранен. Его правая нога сломана в двух местах, и он получил довольно сильный удар по голове, но поправится через несколько дней. Закийцы выздоравливают удивительно быстро.

— О слава Богу. — Он до сих пор жив — это главное. — Но… — Я снова коснулась друэльской стены. — Атака не удалась.

— Их просто оказалось слишком много, — проговорил Нулар. — Мы уничтожили гораздо больше, чем раньше, но их слишком много. Либо сдаться, либо мы все бы погибли.

— Кто-нибудь…

— Мы потеряли двух закийцев, ни один из них не был в паре. — По щекам Эбби покатились слезы. Нулар обнял свою жену.

Новая волна паники поднялась во мне. Грудь внезапно сжало, и я изо всех сил пыталась дышать. Меня замутило, голова закружилась.

— Анна, успокойся, сделай медленный глубокий вдох. — Голос Эбби звучал ровно и спокойно. Я повиновалась, и мое дыхание постепенно выровнялось. Я снова коснулась барьера.

— Что мне делать? Я здесь одна. У меня нет еды, нет теплой одежды. Я умру, если останусь здесь.

Киллиу вышел вперед:

— Нет, Аюнна, ты можешь кое-что сделать. Слушай внимательно. Когда-то закийцы являлись многочисленным народом, у нас было много огромных, замечательных городов. Мой отец рассказал мне о них до того, как его забрали друэльцы.

Я уставилась на Киллиу:

— Ну, это хорошо, но как это мне поможет?

— Мой отец говорил, что если отправиться за эти горы и следовать линии утреннего солнца три дня, то можно найти один из наших великих городов. Я верю, что если ты пойдешь и найдешь этот город, ты также найдешь и всё необходимое, чтобы выжить. Друэльцы преследовали нас как народ, но не наши земли. Уверен, у тебя будет приют, одежда и еда.

— Три дня следовать за солнцем.

— Да, ты сможешь это сделать. Моррдрук решил драться за тебя. Он видел силу, которой ты обладаешь. Я знаю, ты захочешь сделать это для него и ребенка, растущего в тебе.

Я провела рукой по животу. Внутри находился тот, о ком я тоже должна думать. Мне необходимо позаботиться о себе, чтобы уберечь нашего малыша.

Я не хотела покидать Моррдрука, но разве у меня есть выбор? Я обещала Моррдруку, что буду жить.

«Подумай, Анна. Подумай, что лучше для всех вас троих». Я снова погладила живот.

— Вы уверены, что в этом городе будут еда, кров, одеяла? — Я встретилась взглядом со старым закийцем.

— Да, чем раньше ты пойдешь, тем скорее найдешь город. Помни, что пока следуешь линии утреннего солнца, ты не собьешься с пути.

Ну, ему легко говорить.

— А Моррдрук? Ему это не понравится.

— Ты должна сделать это, Анна. Моррдрук не хотел бы, чтобы ты страдала здесь одна. Ему это может не нравится, но он будет знать, что это лучшее решение для тебя и ребенка, — вставила Эбби. — Я тоже не хочу тебя терять. Ты мой лучший друг. Но мы должны отложить в сторону наши личные чувства и делать то, что должны, чтобы выжить. Ты знаешь это. Все мы так поступаем.

Она права. Я всегда делала всё, чтобы выжить до сих пор. И должна доверять своим инстинктам.

Если бы у меня появилась возможность вернуться и освободить их всех от друэльцев, возможно, этот затерянный город содержал ответы. Я должна пойти и найти способ вернуться.

Нижняя губа у меня задрожала, и защипало в глазах, заполнившихся солеными слезами. Я смахнула их, когда они потекли по моим щекам.

— Скажите Моррдруку, что я люблю его и сделаю всё возможное, чтобы мы оба остались живы. Нулар и Киллиу, пожалуйста, позаботьтесь о нем и убедитесь, что он не наделает глупостей. Знаю, что он попытается как-то пройти через барьер. Я… я… просто… приглядывайте за ним.

Мне захотелось сделать шаг назад.

— Я клянусь тебе, Аюнна Моррдрука. — Нулар стоял высокий и гордый, правой рукой прикоснувшись к своей груди в обещании.

Покинуть их сейчас, прежде чем полностью сломаться. Я сглотнула, повернулась и пошла. Всхлипывая, смахивала упрямые слезы, не зная, увижу ли когда-нибудь Моррдрука снова.

* * *

Через горы и следуя за солнцем, слова отдавались эхом в голове снова и снова, поскольку день продолжался. Ноги болели, а тело устало. Голод скрутил живот, я остановилась выпить как можно больше воды из ручья, прежде чем продолжить путь.

Счастливчик питался пучками синей травы, а я отдыхала под тенистым деревом. Чем выше поднималась в горы, тем меньше становилось растительности.

— Мы можем сделать это, правда, Счастливчик? — Я была более чем благодарна за то, что мой маленький ваззл отправился в это путешествие к месту, которое не известно существует или нет, вместе со мной.

— Тогда давай, нам лучше найти место для ночлега.

* * *

На третий день я сильно ослабла и чертовски проголодалась. Острые камни были жестоки к моим ногам, небольшие порезы сделали подошвы ног чувствительными. Я сделала туфли, используя мох, листья и оторванные полоски с моей юбки, крепко всё это связав. К счастью, воды оказалось много. Я регулярно сталкивалась с небольшими ручейками и маленькими прудами. Но несмотря на то что могла пить, сколько хотела, мне необходима еда. Я вздохнула с облегчением, когда наконец увидела огромные открытые поля перед собой. Это означало, что смогу выкопать немного корня парппы и, возможно, найти кусты черники.

— Тебе чертовски повезло, что я тебя ещё не съела, Счастливчик. — Я облизнула сухие потрескавшиеся губы.

Счастливчик щебетал и карабкался впереди, также как он это делал много раз за последние несколько дней. У меня появилось странное чувство, что ваззл знал, куда мы идем, и вел меня в правильном направлении.

— Счастливчик, ты можешь помочь мне найти корни и ягоды?

Тот снова защебетал и побежал вниз по холму, его мех, теперь бледно-пурпурный, совпадал с окружающими скалами, мимо которых мы шли. Теперь я была убеждена в интеллекте моего ваззла. Казалось, он всегда понимал мои слова и предвидел мои потребности. Я крайне признательна зверьку за его компанию.

Я опиралась на длинную узкую палку, которую нашла по пути. Слава богу, знала, что такое походы и могла сделать трость из валявшихся веток. Я делала это много раз с моим братом и отцом в австралийском буше[1]. Наш загородный дом располагался на территории буша небольшого провинциального городка, в нескольких милях от Мельбурна.

Я вспоминала свою семью в эти дни. Также много думала о Моррдруке, задаваясь вопросом, всё ли у него в порядке, хорошо ли заживают его раны. Старалась не размышлять, в каком он отчаянии от того, что не может защитить и позаботиться обо мне. Всегда такой чертовски милый.

С радостью я добралась до подножия гор, солнце позади меня свидетельствовало, что через несколько часов наступит темнота.

Счастливчик уже копался в поле впереди меня. Мягкая трава была добрее к моим больным ногам. Шагая медленно, я осознала насколько слаба, когда добралась до своего питомца и опустилась на колени. Конечно же, Счастливчик нашел цветок парппы, его ярко-желтые лепестки — маяк среди ковра из фиолетово-синей травы и зеленых кустарников. Счастливчик лазил по земле, пытаясь выкопать корень. Я наклонилась и руками раскопала почву. Увидев верхушку розового корня, чуть не заплакала от радости.

Дрожащими руками поспешно выдернула его из земли, отряхнула как могла и вгрызлась в сладкий корень.

Он хрустел, как яблоко, но на вкус был крахмалистым, совсем как сырая картошка. Черт, мне все равно… это еда, и только это имело значение. Я жевала, стараясь не подавиться им в голодном отчаянии.

Я отрывала кусочки зубами и протягивала их Счастливчику, улыбаясь, когда его маленькая голова выскакивала, и он кусал, как кролик, пока полоска корня парппы не исчезала.

Еда закончилась, и я встала, уставшая до чертиков. Мой разум хотел продолжать, но мое тело ох как устало.

— Мне нужно найти место для сна, Счастливчик. — Сделав шаг, вздрогнула от боли в ногах.

Скользнула взглядом по длинному полю и ряду деревьев, вдали отражался блеск воды.

— Думаю, я могла бы спуститься к воде. Помыться было бы так же хорошо, как и поспать.

Я подняла Счастливчика и продолжила путь, благодарная за ровный спуск и короткую мягкую траву, что немного облегчало дорогу.

Звук ветра в деревьях заставил мое сердце заныть. Я так скучала по своему Моррдруку. Опустившись на колени на берегу и набрав в горсть воды, я пила, плача в тишине. Вода стекала, пока мои слезы падали, нарушая гладкую поверхность пруда.

— Я скучаю по нему, Счастливчик. Скучаю по ним всем. Это отстой быть одной. Что изменится, даже если мы найдем этот затерянный город? — Я поднялась на ноги и споткнулась о деревья. — Мы всё равно будем одни.

Решив сейчас отдохнуть, а искупаться утром, я свернулась калачиком под низко висящими ветвями дерева. Сдержала слезы и закрыла глаза. О, я настолько устала… мне не потребовалось много времени, чтобы уснуть.

* * *

Дни сменяли друг друга, но я продолжал идти, проходя по многочисленным и нескончаемым полям, вниз по ущельям и пересекая медленные потоки. Я прошла мимо пасущихся неуклюжих зверей, которые больше походили на морских слонов с ногами. Они посмотрели на меня, но, казалось, их больше интересовала трава на пастбище.

Полдня я провела, собирая корни парппы. И зарыдала от радости, когда наткнулась на несколько поникших кустов с голубыми ягодами черники. И постанывала, как свинья, набившая свое пузо, когда их сладкий сок тек по моему горлу. Я съела столько, сколько влезло в мой живот, и несла корни парппы в маленьком мешочке, который сделала из большого куска, оторванного от моей одежды. От неё немного осталось. Она больше походила на потрепанное красное мини-платье, чем на прекрасную вещь, которую мне подарил Моррдрук.

Благослови моего милого ваззла, он остался со мной и никогда не уходил далеко. Казалось, я больше следила за маленьким существом, чем пыталась следовать указаниям Киллиу. Уверена, что шла больше трех дней. Могла бы поклясться, что все пять. Но опять же… это для высоких закийцев путешествие стало бы трехдневным. Они бы наверняка преодолели гораздо большее расстояние, чем я со своими короткими ногами.

Теперь мы с Счастливчиком стояли на холме, обдуваемом ветром. Посмотрев вдаль, я увидела большие горные хребты.

— Где этот город, Счастливчик? Мы должны были достичь его к этому времени. Сколько ещё мы должны идти? Может быть, мы пошли не в том направлении.

Я сомневалась, что хочу идти дальше. Каждый шаг вперед казался битвой — битвой с собой, чтобы не развернуться и не пойти назад. Несмотря на то что я зашла уже так далеко. Необходимость увидеть Моррдрука, даже без возможности его потрогать, усиливалась с каждым трудным шагом.

Отчаяние завладело мной, мне хотелось свернуться калачиком и снова заплакать. «Я не могу продолжать жить как дикий зверь, даже если мы находимся на странной звериной планете».

Счастливчик защебетал, соскользнул с моего плеча и опустился на мою набухшую грудь. Ваззл обладал удивительной ловкостью. Он спрыгнул с меня, легко приземлился на пушистые ножки и побежал.

— Куда ты побежал в этот раз? — Не желая потерять своего единственного друга, я поспешила за ним так быстро, как только мои больные ноги смогли понести меня, следуя за гребень холма. Если бы я потеряла Счастливчика, это уничтожило бы меня. Тогда бы я действительно осталась одна.

Четыре странно выглядящих валуна торчали из земли на открытой местности. Счастливчик остановился между ними и отчаянно запрыгал вверх-вниз.

— Что это, мальчик? Ты нашел что-то? — Я фыркнула и рассмеялась над собой, словно ребенок из фильма о Лесси. — Я схожу с ума.

Присела на один из покрытых мхом валунов, только чтобы понять, что он совершенно квадратный. Встав, повернулась, чтобы его осмотреть. Соскребая грязь с верха, я ахнула, когда увидела тот же самый спиралевидный рисунок, который имелся у закийцев по всему телу.

Почувствовала головокружение, когда во мне вспыхнуло возбуждение. Либо это, либо отсутствие пищи заставило меня ощущать себя немного одурманенной. Я поспешила к другому камню и очистила его. Конечно же, там тоже оказались рисунки. Я расчистила все четыре валуна.

— Хорошо, и что теперь? — Я присоединилась к Счастливчику в центре каменных квадратов. Медленно повернулась, оглядывая окрестности, надеясь увидеть больше камней или каких-либо признаков города. Насколько могла видеть, не было ничего, кроме гор, холмов и полей.

Счастливчик продолжал подпрыгивать у моих ног. Я нахмурилась, глядя на ваззла.

— Что с тобой не так? Здесь нет ничего, кроме каменных знаков. Где, черт возьми, закийский город! Не похоже, что это они…

Земля вдруг загрохотала под моими ногами. Громкий треск и шипение заставили меня взвизгнуть. Скрип и урчание становились всё громче. Я закричала, падая на землю. Почва и трава обвалились, когда подо мной открылась огромная дыра. Внезапный яркий пронзительный свет вырвался из-под земли, окружил меня, заставляя зажмуриться. Слепая паника охватила меня, когда я пыталась за что-нибудь ухватиться, но мое тело так крепко сжало, что я изо всех сил пыталась вздохнуть. Я выкрикнула имя Моррдрука, прежде чем полностью отключиться.

Глава 8

Меня окружало тепло. О, так хорошо. Я перевернулась на мягкой кровати.

— Моррдрук? — Я потянулась к нему, но осталась с пустыми руками. Открыла глаза и потерла их, прогоняя сон.

— Женщина неизвестного происхождения, ДНК смешана с закийской, женщина носит ребенка закийца.

Неизвестный мужской голос заставил меня моргнуть и сесть.

— Женщина недоедает и должна потреблять питательные вещества. Готовлю еду.

Закийские рисунки украшали белые стены, растягиваясь до высокого потолка. Синий свет сверкал над моей головой.

Я нахмурилась в замешательстве:

— Кто там? Где я?

— Добро пожаловать в Морради Сити Прайм Закии. Эссенс — это искусственный интеллект программы.

— Эссенс, ты — программа? — Я откинула одеяло и встала, вздрогнув от боли в ногах. Мой желудок жалобно заурчал.

— Правильно, пожалуйста, оставайтесь в покое. Я оценил ваши травмы. Ваше тело нуждается в отдыхе и питательных веществах.

Я едва могла поверить в это. Я добралась до города.

— Есть ли ещё какие-нибудь закийцы в городе?

— В Морради Сити Прайм нет закийцев.

— Итак… ты компьютерная программа, которая заботится о вещах?

— Слово «компьютер» не понято. Пожалуйста, перефразируйте свой вопрос.

— Я разговариваю с роботом?

— Эссенс — это искусственный интеллект программы Морради Сити Прайм, — повторил голос.

Хорошо.

— Эссенс, какова твоя основная функция?

— Эссенс запрограммировали поддерживать и заботиться о Морради Сити Прайм и его жителях.

— Но здесь никого нет.

— Ответ отрицательный. Сейчас в Морради Сити Прайм есть два жителя.

— Два? — Предположительно я один из них. Но был ли другой?

— Подтверждаю.

— Кто второй?

— Закийский ребенок внутри женского тела.

— Ох. — Я потерла живот и улыбнулась, мне понравилось, что компьютер считает нас обоих. — Как я попала в эту комнату, если здесь никого нет?

— Эссенс использовал антигравитационную платформу, чтобы переместить вас с защитного купола города в центр исцеления.

Я вспомнила луч света и то, что схватило меня, прежде чем потеряла сознание.

— Как долго ты являешься стражем Морради Сити Прайм?

— Восемь тысяч шестьсот пятьдесят два цикла.

Я понятия не имела, как долго это продолжалось, но предполагаю, что намного больше, чем несколько лет. Но было так много других вопросов, которые мне нужно задать. Прежде чем я смогла открыть рот, мерцающий синий свет появился вокруг столика возле кровати, оставив после себя большую накрытую тарелку на подносе и высокий кувшин с водой.

Я встала и подняла сначала крышку тарелки. Не смогла определить шаткое, зеленое желатиновое вещество на ней, но пряный аромат был аппетитным. Ещё до того, как поняла, что делаю, я взяла ложку и сунула её себе в рот. Сладко — как сахарная булочка с тапиокой.

Я сглотнула:

— Почему здесь есть еда, если город заброшен так давно?

— Оптимизатор частиц еды Эссенса. Еда для женщины содержит все необходимые питательные вещества для восстановления здоровья.

— Спасибо, — пробормотала я, доедая. Тут вспомнила о Счастливчике. Надеюсь, он не пострадал, когда Эссенс доставил меня в город.

— Где Счастливчик?

— Слово Счастливчик не понято.

— Ваззл, связанный со мной. Надеюсь, он не пострадал.

— Животное отдыхает в соседней комнате.

К тому времени, как я закончила с третьей тарелкой, почувствовала себя очень сонной. Моя голова поплыла. Я уставилась на пустую тарелку и посмотрела на синий луч света над собой.

— Что было в этой еде?

— Все необходимые питательные вещества для восстановления вашего здоровья и успокаивающее средство, чтобы помочь вам отдохнуть. Это не нанесет вреда. Эссенс защитит вас и город.

— Это снотворное! — Мое недоверие длилось лишь несколько секунд, прежде чем я упала на кровать, как только наркотик начал действовать.

* * *

Я села, быстро моргая в тусклом свете, и потревожив спящего Счастливчика, который недовольно защебетал при пробуждении.

Посмотрев вниз, я схватила моего ваззла:

— О, Счастливчик, я очень рада тебя видеть.

Чувствовала я себя замечательно. Ноющие боли из-за сна на земле прошли. Откинув одеяло, я встала. Мои ноги больше не болели. Вместо этого я почувствовала давление на мочевой пузырь.

И вспомнила, что Эссенс положил что-то в мою еду, чтобы помочь уснуть. Хоть это и было неправильно с этической точки зрения, но помогло мне исцелиться.

— Эссенс?

— Я здесь, женщина.

— Анна, меня зовут Анна. Неважно, сейчас не об этом. Есть ли ванная комната поблизости, которой я могла бы воспользоваться?

— Слово «ванная» не переводится.

— Мыться, принимать ванну, мне нужно… облегчиться.

— Двигайтесь по коридору, поверните налево и пройдите шестьсот шагов, справа от вас будет дверь.

Я поспешила, заметив большой просторный коридор, прохладный гладкий камень под моими ногами сверкал, отражаясь синим и зеленым. Я прошла большие резные двери в диаметральных узорах. За прекрасными арками светились огни. Это выглядело очень роскошно. Мне казалось, что пульсирующий синий свет следовал за мной, следя за каждым шагом.

— Эссенс?

— Эссенс здесь, Анна. — Ах, я так и думала. Это выглядело довольно жутко, но с другой стороны, это лучше, чем быть в одиночестве, и программа, казалось, действовала в моих интересах.

— В какой части города я нахожусь?

— Королевский дом Морради.

— Это королевский дворец? Вау. — Я нахмурилась. — Почему ты всё ещё работаешь? Мне думается, что через столько времени энергия должна исчерпаться.

— У Морради Сити Прайм есть бесконечный запас энергии из жидкокристаллического ядра планеты.

— О, ладно. — Задайте вопрос и получите ответ «я понятия не имею, о чем идет речь». Прямо сейчас у меня были другие неотложные проблемы. — Ты собираешься снова меня усыпить?

— Вы отдохнули. Ваше тело возвращается в здоровое состояние.

Я вздохнула с облегчением. По крайней мере, с этой программой мне не пришлось беспокоиться, как в ситуации с сверхразумным компьютером «HAL» из фильма «Космическая одиссея 2001».

Я остановилась, когда коридор закончился.

— Ванная комната находится справа от меня?

— Ответ положительный.

Двойные двери открылись автоматически.

— Ух ты! — С раскрытыми глазами я смотрела на огромный бурлящий бассейн, который доминировал в комнате. Там можно разместить двадцать больших закийцев. Я посмотрела вниз на свое грязное тело. Мне необходимо принять ванну.

Потребовалось время, чтобы найти закийскую версию туалета. Но как только закончила и разделась, я спустилась по ступенькам в теплую воду, застонав от блаженства. Я нырнула, чтобы намочить волосы.

Вынырнув, я увидела Счастливчика на краю бассейна, наблюдающего за мной.

— Как думаешь, я смогу получить одежду после купания?

Замерцал синий свет, и одежда белого и абрикосового цвета появилась на одной из каменных скамей в ванной комнате.

— Спасибо, Эссенс.

— Работа Эссенс — служить и защищать.

Счастливчик прыгал по краю бассейна. Я улыбнулась маленькому зверьку и откинулась на спину, чтобы подумать о своей ситуации. Я собиралась обнять Киллиу, когда снова его увижу. Перестав улыбаться, с беспокойством подумала, что, черт возьми, я делаю? Я бездельничала, наслаждаясь этой роскошью, когда мои друзья находились там, в друэльском лагере.

Мне нужно подумать. И всё выяснить, ведь я никак не могла оставить их там.

— Эссенс, ты ответишь на мои вопросы?

— Эссенс ответит на все вопросы в рамках параметров программирования.

— Хорошо. Что случилось с населением Закии? Почему их так мало осталось? — Я с трудом понимала, как друэльцы смогли так легко их победить. Они были такими высокоразвитыми.

— Доступ к историческим записям прошлых событий.

Голограмма появилась над бассейном. Я с восхищением и ужасом наблюдала за тем, как Эссенс транслирует об опустошение, которое друэльцы навлекли на Закию.

Сначала они пришли под предлогом мира, желая заключить торговый договор. Закийцы были открыты и доверчивы. Но друэльцы заразили вирусом население, который уничтожил более половины закийцев за несколько недель. Именно тогда друэльцы нанесли удар, забрав сотни закийцев с планеты. Не имея постоянной армии, чтобы себя защитить, у жителей Закии не было шансов.

Я сжала пальцы, всё внутри меня кипело от гнева. Плача, я вылезла из бассейна.

Оставшиеся закийцы изо всех сил пытались найти лекарство от вируса, но к тому времени, когда они это сделали, стало уже слишком поздно. Они были побеждены.

— Если тебя создали, чтобы защищать и оберегать, почему ты не смог защитить Закию?

— В последние дни меня создал ученый Гальван для защиты города. Он жил в надежде, что закийцы однажды вернутся домой.

Черт, ублюдочные друэльцы, они убили миллиарды закийцев и всё ради собственной эгоистичной жадности.

— Почему они не напали на город и его не разрушили? — Я вытерлась насухо и надела одежду.

— Ответ неизвестен.

Я вспомнила, как Моррдрук говорил мне, что друэльцы хотели население Закии, а не их планету.

— Есть ли на планете системы защиты? Друэльцы вернутся.

— Информация засекречена.

— Засекречена? Так что я не смогу защитить себя, если они нападут? — нахмурилась я.

— Ответ отрицательный. Вы будете в безопасности.

— Как? — потребовал я, скрестив руки и глядя на синий луч.

— Информация засекречена.

— От кого? Все мертвы! Я здесь одна! — Я взмахнула руками от разочарования.

Глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Глупо злиться на компьютерную программу.

— Только члены королевской семьи могут получить доступ к информации.

— Так мне ты не скажешь?

— Ответ положительный. Вы в безопасности, Анна. Эссенс будет защищать и служить вам.

— Ну что же, секретная информация. Как насчет оружия. То, которое я могла бы держать в руке. Здесь есть такое?

— Всё оружие в армейских хранилищах.

— Будет ли какое-нибудь из этого оружия достаточно мощным, чтобы уничтожить друэльскую машину примерно такого же размера, как я?

— Подтверждаю.

Отлично, мы немного продвинулись. Мой мозг заработал, и начали появляться идеи. Я улыбнулась.

— Есть ли в городе какой-нибудь транспорт, которым я могла бы воспользоваться?

— Подтверждаю.

Всё лучше и лучше.

— А это оружие… кто-то вроде меня сможет им воспользоваться?

— Ваш вес и масса тела указывают на то, что вы не сможете воспользоваться этим тяжелым оружием.

— Эссенс, мне нужна твоя помощь. — Я надела брюки и топ. Они подошли очень хорошо. — Хочу, чтобы ты показал мне, где находятся машины и оружие. Затем ты научишь меня ими пользоваться.

Глава 9

— Предупреждение о небезопасном приближении к колонне.

— Я знаю, знаю. Хватит мне повторять! — Я стиснула зубы, стараясь не слишком переусердствовать, скользя вокруг колонны.

— Ура! — Получилось! Воздушный мотоцикл, как я его назвала, выглядел скорее как нечто среднее между водным мотоциклом и лошадью-качалкой, только намного больше. Черное кожаное сиденье с мягкой подкладкой могло вместить двух больших закийцев.

Элементы управления, встроенные в руль, облегчали использование. Э, как я переименовал Эссенс, также сказал мне, что у него есть круиз-контроль. На передней части мотоцикла стоял выглядевший опасно, черный дезинтегратор[2] с автоматическим прицелом. По крайней мере, мне не пришлось бы учиться им стрелять. В большом военном бункере выстроились сотни этих воздушных мотоциклов, а также множество больших летающих кораблей и других странно выглядящих машин.

Я выбрала мотоцикл, так как мне показалось, что его легче всего научиться водить. Я получила несколько царапин, прежде чем освоить эту машину. Что-то под названием «пут» — оружие на жидких кристаллах размером с автомат, но с телескопическим стволом — несло в себе один заряд. Изучение того, как стрелять из пута и ездить на байке, заняло больше дней, чем мне хотелось.

Э всегда был рядом, чтобы напомнить мне об опасности, которой я подвергала своего ребенка и собственную жизнь.

— Думаю, что готова. Я могу летать и стрелять достаточно уверенно. Мне нужно лишь попасть в лагерь, а мужчины смогут сделать всё остальное. Сколько оружия может увезти этот байк, Э?

— С вашим весом, двадцать дезинтеграторов, — голос Э глухо прозвучал в пещере.

— Я возьму десять и припасы к ним. — Я опустила мотоцикл и перекинула ногу над широким сиденьем. — Мешки готовы?

— Подтверждаю. Э не рекомендует вам продолжать. С вероятностью в шестьдесят два процента у вас ничего не получится.

— Да, знаю. Ты продолжаешь мне это говорить, но я пойду за своим мужем. Мы уже слишком долго в разлуке. Я переверну мир, чтобы его вернуть.

Я подошла к бывшим военным казармам, в которых жила, и вытащила Счастливчика, спящего среди черной униформы.

— Хочешь забрать папочку, Счастливчик? — Он защебетал, поднимаясь к своему обычному насиженному месту на моем плече.

— Ещё рано. Мы позавтракаем, загрузимся и поедем.

— Э заранее запрограммировал координаты в вашем воздушном мотоцикле. На максимальной скорости путешествие займет у вас два часа.

— Подумать только, у нас ушло около шести дней ходьбы, — проговорила я своему ваззлу. — Спасибо, Э. Мы уедем через час. Я хочу получить своего мужчину и вернуться вовремя к обеду. Приготовь город, Э. Твои закийцы возвратятся домой.

— Подтверждаю, Анна.

* * *

Несколько часов спустя экипированная в более легкую версию черной боевой брони закийцев, которую Э разработал и создал с помощью его реорганизатора частиц, со шлемом на голове и дезинтегратором, привязанным к моей спине, я пролетала над полями, холмами и горами, по которым шла несколько дней назад.

Как черт возьми, я сделала бы это снова. Внутри всё затрепетало, когда я с твердым намерением отправилась к лагерю. Пришло время разорвать друэльский купол и освободить закийцев. Ну, по крайней мере, доставить их благополучно обратно в город, тогда мы могли бы решить, что делать дальше.

Я крепко держала руль, мои губы сжались в тонкую линию, когда я осматривала пейзаж. Никаких колебаний и сомнений. Мысль о том, чтобы снова увидеть Моррдрука и оказаться в его объятиях, заставила меня выжимать из мотоцикла максимум скорости.

— Приближаетесь к друэльской башне, — голос Э донесся из наушника в моем шлеме. Эссенс решил не выпускать меня из поля зрения, поддерживать аудиосвязь и направлять.

— Отлично, давай сделаем это. Включай автоматическое наведение и стреляй в пределах досягаемости.

На передней части мотоцикла появилось оружие. Я услышала свист дезинтегратора, готовящегося к стрельбе. Быстро взглянув на монитор, увидела, что он уже зафиксирован на цели. Я повесила дезинтегратор на пояс, держась одной рукой за мотоцикл.

— Огонь, — прозвучал голос Э через динамики. Синий лазерный луч выстрелил в башню. Та взорвалась в горячем пламени. Барьер на миг вспыхнул, прежде чем исчезнуть. Я пролетела на байке мимо.

— Направление на деревню. Пусть лучше оружие будет у мужчин, чем у меня. — Впереди я увидела черные здания и покрытые грязью курганы. Мое сердце в груди забилось сильнее. Мужчины уже бежали к разрушенной башне с мечами наготове, когда я направила мотоцикл на землю прямо с неба.

Нулар, Макку и Киллиу возглавили атаку, когда мне удалось посадить мотоцикл. Выключив двигатель, я изучала настороженное выражение лиц приближающихся закийцев, готовых защищаться. Это оказалось довольно пугающее зрелище.

— Что это? — прошептал Нулар слишком громко. Я ухмыльнулась под своим шлемом, прежде чем его стащить.

— Привет, ребята! Скучали по мне? — Я взмахнула ногой над сиденьем, отцепив дезинтеграторы.

Они стояли в ошеломлении, с широко раскрытыми глазами и выглядели почти смешно.

— Ты нашла город! — Киллиу шагнул вперед, оттолкнув молодых людей с дороги, и сжал меня в крепких объятиях.

Я пискнула, и Киллиу отпустил меня.

— Извини, Анна. — Он отступил, и я заметила гордость, сияющую в его бледных глазах.

— Всё нормально. Видит Бог, как мне приятно видеть тебя снова. Ты прав, там целый большой пустой город, но мы не можем сейчас говорить. Быстро возьми дезинтегратор. Я только что разрушила башню силового поля. Защитные машины друэльцев будут активированы, и, без сомнения, они уже нацелены на меня. У нас есть оружие против них. Я привезла столько, сколько смогла. — Обернувшись, я открыла заднее отделение под сиденьем мотоцикла, передав первый из дезинтеграторов Киллиу.

— Ты знаешь, как ими пользоваться?

— Да, не волнуйся.

— Рад видеть тебя, Анна. Эбби от счастья потеряет дар речи. — Нулар шагнул вперед, чтобы помочь Киллиу раздать оружие.

Я обернулась, пытаясь разглядеть Моррдрука. Где он?

— Возьмите оружие, защитите своих женщин. Наконец-то, мы освободимся! — сказал Киллиу.

— Где Моррдрук?

— Я приведу его. Он спустился к лагуне, — ответил Нулар.

— Нет, я сама, тебе нужно остаться и держать оборону. Уничтожьте машины друэльцев раз и навсегда.

— Да, иди к нему. Ему было трудно без тебя, — кивнул Нулар.

Я побежала к тропинке, ведущей к лагуне, бешено распихивая растения со своего пути.

И остановилась, увидев Моррдрука у кромки пруда, он стоял с опущенной головой и смотрел на воду. Его обычно уложенные волосы были в диком беспорядке, свисая до плеч.

— Моррдрук? — едва прошептала я, когда меня захлестнули эмоции. Каким потерянным он выглядел. Он повернул голову при звуке моего голоса. Вокруг его глаз появились морщины, и клянусь, он похудел.

— Аюнна? — не сказал, а прошептал Моррдрук. Неверие застыло в его голубых глазах, когда он скользил взглядом по мне, осматривая с головы до ног.

— Моррдрук, я нашла дорогу назад. Я… — Слезы навернулись на мои глаза. Я быстро моргнула, пытаясь их сдержать. — Я… нашла закийский город. Я нашла способ освободить нас…

Я не могла больше ждать и бросилась в его объятия. Окутав теплой силой, он крепко держал меня, уткнувшись лицом в мои волосы. Я услышала, как он глубоко вздохнул.

— О луны! Это ты, моя Аюнна, моя прекрасная Аюнна. — Он схватил меня за плечи, напряженным взглядом скользя по моему телу. Потом этот же путь проделали его руки. Он провел кончиком пальца по своей метке на моей шее, а достигнув моего живота, нежно его приласкал.

— Ты похудела, но наш ребенок всё ещё растет. — Его голос звучал низко от эмоций.

— Да, это оказалось трудно, но мысли о тебе поддерживали меня. Я так по тебе скучала. Я никогда не хочу снова расставаться!

Он снова обнял меня, гладя руками спину и целуя волосы.

— Нет, больше никогда, — выдохнул Моррдрук.

Откинув мою голову назад, он снова поцеловал меня. Я отчаянно цеплялась за его плечи, отдавая ему всё, что у меня было, и даже больше.

Громкие взрывы заставили нас прерваться. Я сунула свой дезинтегратор в руки Моррдрука, который посмотрел на оружие и широко улыбнулся.

— Киллиу сказал, что ты умеешь этим пользоваться.

— У друэльцев есть похожие дезинтеграторы, и они не требуют особых навыков.

Я фыркнула, помня, сколько времени мне понадобилось, чтобы им овладеть.

— Нам нужно уничтожить дроны друэльцев. Я объясню всё остальное после.

Кивнув, муж крепко схватил меня за руку, и мы поспешили обратно в деревню. Бойцы Закии уже сражались с беспилотниками друэльцев, которые падали, как мухи.

— Останься! ​​— рявкнул Моррдрук, пристально глядя на меня и толкая за первую хижину в ряду. Я не могла удержаться от удовлетворительной улыбки и послушно кивнула. Боже, как мне нравилось, когда мой большой инопланетный защитник возвращался и мной руководил. Я наблюдала за тем, как он бросился в бой, на бегу сбив две машины.

— Анна! — провизжала Эбби, двигаясь по периметру деревни, чтобы не попасть под огонь. За ней по пятам держалась Джоан. Обе женщины вынырнули из-за здания и сжали меня в объятиях. Я пискнула, пытаясь дышать, пока меня не отпустили. Я не могла не заметить, как выросли их животы.

— Иисусе, женщина, ты вернулась! Как? Ты выглядишь как очень крутая байкерша!

— По мне так больше похожа на Сигурни Уивер из фильма об инопланетянах, — усмехнулась Джоан. — Она принесла большое плохое оружие.

— Что с тобой случилось?

Я рассмеялась над их смешанным выражением восторга и растерянности.

— Я нашла потерянный город закийцев. Это долгая история. Я расскажу вам, когда мы выберемся отсюда.

Мы ждали конца перестрелки добрых десять минут, прежде чем больше не осталось друэльских машин. Они лежали, дымя и искрясь, на земле. Раздались одобрительные крики мужчин.

Улыбка Моррдрука была такой же широкой, как и моя, когда мы вышли из нашего укрытия. Он подошел ко мне, подхватил на руки и закружил.

— Моя Аюнна, спаситель нашего народа! — Все вокруг приветственно закричали.

— На что похож город? Есть там кто-нибудь ещё, как ты его нашла, что сделала… — вопросы сыпались на меня со всех сторон.

— Успокойтесь, — засмеялась я. — Вы скоро сами всё увидите. Я не знала, как управлять большими кораблями, поэтому прилетела на воздушном мотоцикле. Не знаю, как другие, но хочу уйти отсюда.

— Идите, соберите свои вещи, — приказал Моррдрук всем присутствующим.

— Только если вы захотите. Всё, что вам будет нужно, там есть. Город управляет сам собой бог знает как долго. Моррдрук, опусти меня.

Он так и сделал, и я вернулась к байку, надела шлем.

— Э, есть ли способ перевезти пятьдесят два человека в Морради Сити Прайм?

— Подтверждаю. Э отправляет автоматизированный транспорт к вашему текущему местоположению.

— И какого чёрта ты не сказал мне об этом автоматическом транспорте раньше? Я бы не потратила всё это время на то, чтобы научиться летать на воздушном мотоцикле.

— Вы не спрашивали. — Действительно. Я не думала спрашивать о чем-то большем. Моей главной целью было просто вернуться к Моррдруку и вырваться из хватки друэльцев.

— Э, у нас с тобой будет разговор, когда я вернусь.

— Ответ утвердительный, Анна. Транспорт прибудет через два часа.

Сняв шлем, я оглянулась на Моррдрука и увидела ревнивый хмурый взгляд.

— Э? В городе есть кто-нибудь ещё?

— Нет, никого. Э или Эссенс — это искусственный интеллект, изобретенный закийским ученым для охраны и защиты города. О, Моррдрук, вам всем нужно столько наверстать.

— Потерянное поколения назад, — сказал Киллиу. — Друэльцы запретили нам говорить о наших людях и нашем наследии, когда мы были моложе. Многие пострадали в ужасных пытках от рук друэльцев, когда не исполнили приказ. Тем не менее мой отец шепотом рассказывал мне про это. — Слезы блестели в глазах пожилого закийца. Он шагнул вперед, взяв меня за руку. — Благодаря тебе я скоро увижу то, о чем он рассказывал.

— Это твои слова привели меня туда. Спасибо, Киллиу. Вскоре прибудет транспорт, чтобы отвезти вас домой. Это ваше наследие, и пришло время забрать то, что друэльцы у вас отняли.

Моррдрук обнял меня сзади, его тепло и присутствие успокаивали.

— Я скучал по объятиям с тобой.

— А я скучала по твоим. — Я повернулась к нему и посмотрела в глаза.

Моррдрук трепетно поцеловал меня, прежде чем отступить.

— У нас есть время. Садись. Я хочу знать всё, что произошло.

Глава 10

Теплое дыхание на затылке заставило меня улыбнуться, а жесткая эрекция вонзилась в изгиб моей попки. Я изогнула губы в усмешке, даже прежде чем открыла глаза.

Мягкий матрас и шелковые простыни. Но ничего из этого не имело значения, пока у меня имелось теплое тело Моррдрука, прижатое к моему, и его собственническая рука, обхватывающая мою талию. Мне было всё равно, где я спала.

Пальцами он мягко отодвинул волосы с моей шеи, и я почувствовала, как его теплые губы прижимаются к моему плечу. Я удовлетворенно вздохнула.

— Где мы? — эхом разнеся мой шепот по большой комнате. Я открыла глаза и увидела просторную спальню. Из-за огромных, увитых узорами потолков и богатой обстановки я могла только предположить, что мы вернулись во дворец.

Тут вспомнила, как погрузила воздушный мотоцикл в транспорт после того, как все сели на борт. Моррдрук посадил меня на колени, и я положила голову ему на плечо. Защищенная в его объятиях, измученная событиями дня, я быстро уснула.

— Эссенс привел нас к этому месту. Искусственный разум сказал мне, что именно здесь мы должны жить, — пробормотал Моррдрук мне в кожу, когда его губы двигались вдоль моего плеча.

Он проскользил рукой по моей ноге, поднимаясь вверх по бедру, прежде чем обхватить ею мою левую грудь.

Мои губы приоткрылись в хриплом стоне. О, как я скучала по его интимным прикосновениям.

— Всё в порядке?

— Всё хорошо, моя красавица. Слова не смогут выразить нашу благодарность за всё, что ты сделала, за всё, что ты пережила за наш народ.

Моррдрук отнял губы от моей кожи, и я повернулась на спину, чтобы посмотреть ему в глаза. Опираясь головой на кулак, он смотрел на меня темными от гнева глазами.

— Ты не должна была испытать это. Я не позаботился о тебе должным образом.

Я прижала ладонь к его лицу. Он всегда принимал всё близко к сердцу, но я бы не стал его винить.

— Это не твоя вина, поэтому не начинай себя обвинять. Как видишь, всё получилось. Мы здесь, в безопасности и самое главное — мы всё ещё вместе. Однажды я слышала, что жизнь, прожитая в страхе и сожалениях, — это жизнь, прожитая наполовину. Я не жалею ни об одном моменте нашего с тобой времени.

— Иногда думаю, что ты слишком хороша, чтобы быть правдой. Будто боги сыграли злую шутку, заставляя меня думать, что ты настоящая. Дни без тебя стали самыми длинными и мучительными в моей жизни. Я не знал, жива ли ты или пострадала. Это разбивало мое сердце, потому что я не смог тебя защитить.

Я видела всю глубину его любви ко мне в его кристально-голубых глазах. Мои собственные глаза увлажнились. Я сморгнула слезы и провела рукой по его лицу, горлу и груди.

— О моя любовь, я здесь, в безопасности и очень реальная. Прикоснись ко мне, поцелуй меня и почувствуй, насколько я настоящая.

Он захватил мои губы в нежном, благоговейном поцелуе. Я вложила всю свою любовь в этот поцелуй.

Моррдрук скользил руками вверх и вниз по моей спине, пока не обхватил ладонями мою попку, нежно массируя её, приподнял и раздвинул ягодицы.

Постанывая, я потерлась об его эрекцию, которая давила на мой живот. Его руки творили настоящую магию.

Когда он убрал руки с моей попки и отодвинул меня, я захныкала в знак протеста.

Моррдрук поцеловал уголки моих губ. Я прикусила его нижнюю губу и задрожала от удовольствия, когда он просунул язык между губ и встретился с моим.

Я приподняла свои бедра к нему, Моррдрук, перекинув свою ногу на мои, прижал меня к кровати. Он поднял голову и посмотрел на меня сверху вниз. Страсть ярко горела в его глазах.

Я приподнялась, желая снова завладеть его ртом.

— Пожалуйста…

— Медленнее, любовь моя, не спеши. Я хочу, чтобы это продолжалось. Хочу трогать и заново изучать каждую часть твоего тела. — После глубокого страстного поцелуя он оторвался от моих губ, чтобы продолжить, оставляя горячую влажную дорожку из поцелуев от подбородка, вниз по шее до полушарий моей груди.

Я провела руками по его волосам, пытаясь подтянуть его обратно к моему рту. Моррдрук схватил мои запястья и вытянул их над головой, сковывая одной рукой, прежде чем продолжить.

Застонав, я выгнула спину, подталкивая к нему грудь.

Почувствовала, как он вдохнул, спрятав лицо между ними, а затем провел языком вниз, прижался к моей левой груди и там продолжил целовать и кусать чувствительную кожу.

Я выгнулась, нуждаясь в большем.

— О да, Моррдрук, ещё, пожалуйста, ещё!

Он хмыкнул мне в грудь.

— Как пожелаешь, любовь моя. — Муж укусил мой левый сосок, а затем втянул его в рот.

Мой крик заполнил комнату. Я выгнула спину ещё сильнее и толкнулась грудью дальше в его горячий, влажный рот.

Попыталась освободить руки, но Моррдрук сжал их крепче.

— Тише, моя Аюнна, не так быстро. Мне это необходимо также, как тебе. — Он втянул вторую грудь в рот.

Мотая головой туда-сюда, я боролась с хваткой Моррдрука. Мне нужно освободить руки, чтобы я смогла оседлать его и засунуть в себя его великолепный член.

— Больше, Моррдрук. Я хочу больше. Мне нужно больше.

Продолжая посасывать мою грудь, он переместился и провел пальцами между моих бедер.

Я выгнула бедра и широко раздвинула ноги, когда он пустил в ход свои пальцы.

Я едва расслышала его стон, когда он скользнул одним, а затем двумя пальцами внутрь меня. Он гладил, погружался и проникал, медленно двигаясь вперед и назад.

— Аюнна, посмотри на меня, — приказал он.

Я открыла глаза, сосредоточившись на муже. Он вытащил руку из моего лона.

— Всегда такая влажная для меня, моя Аюнна. — Я видела, как мои соки покрывают его пальцы. Моррдрук сунул пальцы в рот и медленно по отдельности облизал каждый из них.

— Ты всегда такая вкусная, сладкая и горячая. Всё это мое.

Когда он снова сунул пальцы в моё лоно, мышцы внутри меня сжались и попытались затянуть глубже. Он снова вытащил пальцы. Я застонала, была так близко к оргазму.

— Пожалуйста, Моррдрук, перестань дразнить меня. Прошло слишком много времени. Мне нужен твой член!

Потянув меня за собой, Моррдрук перевернулся на спину. Я оседлала его бедра, мои волосы рассыпались по плечам.

— Объезди меня, Аюнна. Прокатись на моем члене.

Простонав, я расположилась над ним. Медленно скользнула вниз, мои внутренние мышцы дрожали, расстягиваясь, чтобы приспособиться к нему. Я любила каждый жесткий, длинный дюйм его члена, наполняющего меня.

Моррдрук подхватил меня за бедра, чтобы помочь мне расслабиться. Услышала его стон, когда он выгнулся ко мне навстречу, и я заскользила по нему дальше.

Низкий стон сорвался с моих губ, когда я наконец полностью насадила себя на член Моррдрука.

Поднималась и снова скользила вниз, сначала медленно, затем быстрее.

Приспособившись к ритму, мне потребовалось всего несколько движений, чтобы достичь оргазма. И снова муж просунул пальцы между моих бедер к чувствительному бутону, скрытому темными кудряшками. Я вздрогнула, когда оргазм волна за волной пронзил мое тело. И крича, рухнула ему на грудь.

Он провел рукой по моим волосам и спине, пробормотав нежные слова мне на ухо, когда я медленно опустилась вниз.

Аккуратно он перекатил меня на спину, всё ещё находясь глубоко внутри.

— Я ещё не закончил с тобой, моя красавица, — тихо проговорил Моррдрук, возобновив поклонение моим соскам своим языком.

Он начал двигаться медленно, затем ускорился, толкаясь всё глубже, когда движения наших тел совпали. На этот раз я почувствовала, что его ничего не сдерживает, и новые ощущения нахлынули на меня, я снова начала дрожать, когда он глубоко толкнулся, взорвавшись в оргазме.

Некоторое время спустя, скатившись с меня, Моррдрук подхватил меня на руки и понес, прижимая к груди. Я удовлетворенно вздохнула и положила голову на его плечо, слегка поглаживая по груди.

Он поднял мое лицо за подбородок, пока наши глаза не встретились. Его любящая улыбка говорила мне то, что слова никогда не смогут выразить.

— Ты не будешь снова теряться?

Я усмехнулась и положила голову обратно на его грудь.

— Больше никаких погонь за своенравными ваззлами. Я обещаю.

— Хорошо. — Он поцеловал меня в макушку. — Я больше не потеряю тебя.

Я позволила себе погрузиться в довольный сон.

* * *

Знакомый мурлыкающий звук возле моего уха вернул меня к действительности. Я перекатилась в томном блаженстве и провела рукой по щебетавшему ваззлу.

Он радостно пищал под моим прикосновением, когда я гладила мягкие шелковые пряди его меха. Кровать рядом со мной оказалась пуста. Я села и потерла глаза. Счастливчик забрался ко мне на колени.

— Э?

— Э здесь, Анна.

— Где Моррдрук?

— Шах Моррдрук находится в ванной комнате, рядом с королевскими покоями.

Сосредоточившись, я оглядела окружающую меня обстановку и нахмурила брови. Что представляет собой шах?

— Почему ты привел Моррдрука во дворец?

— Это место, которому он принадлежит, — ответил Э.

Принадлежит?

— Я не понимаю, почему мы, или Моррдрук, должны быть во дворце, если…

Я широко раскрыла глаза, когда в голове промелькнула мысль.

Моррдрук шагнул обратно в комнату, его волосы были влажными, а полотенце обернуто вокруг бедер. Я разглядывала его прекрасные черты с новым чувством благоговения. От сексуальной силы, которую он источал, у меня замирало сердце.

Его правая черная бровь была приподнята на полдюйма, когда он приблизился к кровати.

— Аюнна, что-то не так?

Я заставила себя сглотнуть, глубоко вдохнула, пытаясь взять себя в руки.

— Э, вы можете сканировать ДНК любого. Моррдрук — член королевской семьи?

— Подтверждаю. Генетическая экспертиза показывает, что он является прямым потомком Дорку, шаха Закии.

— Шах значит правитель или царь, верно?

— Подтверждаю.

Удивление отразилось на лице Моррдрука. Казалось, он слегка качнулся на ногах, прежде чем сесть на край кровати. Он подхватил Счастливчика, коротко погладил моего ваззла, прежде чем отложить его в сторону. Счастливчик несчастно защебетал, но вскарабкался на подушку, которую я недавно освободила, и успокоился.

— Я закийский шах?

— Подтверждаю. По правилу наследования вы единственный выживший член королевской семьи.

— Но я думал, что Киллиу тоже моя семья? Разве он не брат моего отца?

— Ответ отрицательный. Киллиу — потомок Куинджакса, главы королевской гвардии.

— Ничего себе. — Я обняла его за шею сзади, прижимаясь к нему всем телом. — Что ж, любовь моя, кажется, ты действительно прирожденный лидер. Ты не только мой герой, но и мой король. — Я поцеловала его в плечо.

Он слегка повернулся, чтобы обхватить меня рукой за талию, и передвинул меня к себе на колени.

— Это делает тебя моей шахиней, моей королевой. Разве я сделал не отличный выбор?

Я рассмеялась от его самодовольной улыбки. Он опустил голову, чтобы поцеловать меня.

— Я должен поговорить с Киллиу. Хочу узнать, почему он заставил меня поверить, что все эти годы был моей семьей.

— Предположу, чтобы защитить тебя и твою семью, но все закийцы — это твоя семья, независимо от того, связаны вы кровью или нет.

— Ты права. Нас так мало, мы все близки. То, что я шах, не имеет значения.

— Нет, ты всегда будешь мужчиной, которого я люблю.

Мне понравилась его широкая улыбка. Проведя рукой по моим волоскам внизу живота, он притянул меня ближе к себе, страстно целуя.

Мы оба тяжело дышали, когда остановились

— Как бы мне ни хотелось провести весь день, радуя тебя, но мы должны заняться защитой города.

— Я знаю, время уходит. Какой смысл завоевывать нашу свободу, если мы её снова потеряем?

— Эссенс, есть ли место встречи, в котором мы все можем собраться, центральный пункт управления обороной города?

— Подтверждаю.

— Хорошо, я хочу, чтобы все собрались через два часа.

— Э сообщит всем жителям.

— Хорошо.

Я моргнула:

— Почему через два часа?

Соблазнительная улыбка на его губах разогрела мою кровь. Внезапно он перевернул меня на спину. Сорвав полотенце, Моррдрук широко раздвинул мои бедра и уселся между ними.

Я откинула голову и застонала, когда он глубоко погрузил твердый член в мой влажный жар.

— Это даст мне время насладиться моей королевской шахиней… — Он схватил меня за грудь, вытащил свой член и начал медленно дразнить, двигаясь мелкими толчками, зная, что это сводило меня с ума. — … и заставит мою королеву кричать для меня.

Глава 11

Это было похоже на зал для военных совещаний. Не то чтобы я когда-либо находилась в подобном месте, но видела в фильмах. В комнате доминировал огромный белый полированный каменный стол, большие стулья, подходящие для высоких закийцев. Никто из мужчин, находящихся в паре, не позволил женщине сесть на стул, закийцы усадили их к себе на колени.

Все смотрели на Эссенс в виде кружащегося синего шара в центре стола.

— Все присутствуют, шах Моррдрук, — сообщил Э.

Нулар, сидящий слева от меня, чтобы я могла говорить с Эбби, приподнял бровь, глядя на Моррдрука:

— Шах? Ты наш шах?

— Шах Моррдрук — прямой потомок шаха Дорркиу, правителя Морради Сити Прайм, — подтвердил Э. Все взляды теперь обратились к Моррдруку.

— Ты знал, что это так, не правда ли, Киллиу? — Моррдрук обратил свое внимание на старейшину закийцев.

Киллиу кивнул:

— Моя обязанность, как и перед моим отцом, состояла в том, чтобы защитить вашу семью и обеспечить выживание королевской линии. Я приложил все усилия против друэльцев… — Его взгляд опечалился. — Я присматривал за тобой, когда они забрали твоего отца. Друэльцам все равно, из какого ты дома, их интересует только наличие бойцов для их игр.

— Киллиу, не хватит слов, чтобы отблагодарить тебя за заботу не только обо мне, но и о каждом другом закийце под твоим руководством. Ты или твой отец не виноваты в том, что произошло. Но сейчас не время беспокоиться о титулах. Я думаю, что прежде чем двигаться вперед, лучше всего узнать о нашем прошлом, чтобы лучше подготовиться к защите нашего города. Эссенс?

— Да, шах Моррдрук?

— Запусти историческую программу, которую ты показывал мне раньше.

— Исполняю, шах Моррдрук.

Изображения проецировались с Э, кружащегося в воздухе светящимся шаром, и воспроизводились как трехмерные фильмы для всеобщего просмотра.

Моррдрук притянул меня к себе на колени, и я обняла его, тихо наблюдая за лицами закийцев и женщин, которые сидели вокруг длинного стола.

Я увидела смесь гнева, жалости, печали и решимости, наконец, запись прекратилась, и завеса изображений поднялась.

— Так вот, как мы потерпели поражение. Сейчас мы в безопасности? Насколько наши дети защищены от этой болезни? — спросил Лакиу, прижимая свою Рейчел к себе и поглаживая её по спине. Я плохо знала женщину, некоторые из них держались своей маленькой компании.

— Эссенс, вирус остановили? — Моррдрук посмотрел на кружащийся шар.

— Утвердительно, шах Моррдрук. Биологический объект остановили, а город очистили.

Мои плечи опустились, и я услышала, как многие вздохнули с облегчением — никому не угрожал вирус, созданный друэльцами.

— У нас есть преимущество, которого не было раньше. В отличие от наших предков, мы найдем способ защитить наш город, — продолжил Моррдрук.

Гул согласия раздался в комнате.

— У нас есть более совершенное оружие и корабли, — сказал Макку. — Я осмотрел оружейный инвентарь в арсенале.

— Да, у нас они есть сейчас, но даже в этом случае мы всё ещё значительно уступаем в численности против армии дронов-беспилотников. — Моррдрук взглянул на меня, положив руку на мою.

Я одобрительно улыбнулась. Взгляд Моррдрука поднялся к синему шару.

— Эссенс, есть ли способ защитить наш город от друэльцев?

— Подтверждаю, шах Моррдрук.

— Как?

— Ученый Гальван работал над созданием защитного поля планеты, чтобы уберечь Закию от внешних захватчиков.

Мое любопытство возросло.

— Работал над этим? Он закончил работу?

— Ответ отрицательный. Гальван поместил себя в стазис, чтобы избежать обнаружения друэльцами.

Моррдрук нахмурился:

— Что такое стазис?

— Я не знаю о закийской науке, но на Земле это означало процесс перевода живого вещества или людей в состояние стазиса или сна, их сохранения, для пробуждения в другое время. Но это в основном научная фантастика, а не факт, — сказала я.

— Ага, и инопланетяне тоже. — Саркастическое остроумие Эбби не осталось мной незамеченным.

— Э, ты можешь разбудить этого ученого Гальвана? — Я оглянулась на Моррдрука.

— Только исполняя приказ шаха Закии.

— Разве я не шах? Я приказываю тебе разбудить Гальвана. — Глубокий командный голос Моррдрука заставил меня затрепетать, посылая дрожь возбуждения по спине.

Я в восторге уставилась на него и облизнула губы. В следующий раз, когда мы будем одни, я бы…

— Исполняю, шах Моррдрук, активирую стазис-камеру номер шестьсот шестьдесят один. — Э прервал мои странные мысли. Я посмотрела на Моррдрука с усмешкой.

Я могла видеть вопросы в его глазах, но он был достаточно мудр, чтобы не озвучивать их в общественных местах.

— Кроме того, Эссенс, ты будешь выполнять все без исключения команды, которые моя Аюнна тебе даст. Она моя пара и часть королевской семьи.

— Подтверждаю, шах Моррдрук.

Я почти успела улыбнуться на слова Моррдрука, когда поняла, что именно сказал искусственный интеллект.

— Эссенс, ты активируешь стазис-камеру шестьсот шестьдесят один?

— Ответ положительный, шахиня Анна.

— Скажи мне. В стазисе есть ещё закийцы?

— Ответ положительный, шахиня Анна. — Я схватила Мордрука за руку, когда понимание настигло не только меня, но и всех остальных за столом. Многие мужчины громко ахнули.

— Сколько? — Моррдрук крепче сжал мою руку.

— Шестьсот закийцев в настоящее время находятся в стазисе.

— Э, когда я находилась здесь одна, ты говорил мне, что в городе нет других людей. Почему ты не сказал мне это раньше.

— Я не был уполномочен давать вам такую информацию.

Я поворчала, но теперь ничего не могла с этим поделать. Что сделано, то сделано.

Судя по широко раскрытым глазам тех, кто сидел за столом, закийские воины этого совсем не ожидали.

— Мы не одни. О, боги лун! — Киллиу вскочил. — Мы должны их разбудить!

— Нет, подожди. — Я соскользнула с колен Моррдрука, чтобы встать рядом с ним, лицом к Киллиу. — Думаю, мы должны подождать и поговорить с этим Гальваном в первую очередь. Вирус друэльцев убил большинство ваших людей, мы не знаем, есть ли вирус у закийцев в стазисе. Даже если и нет, пробуждение шести сотен закийцев вызовет много путаницы и паники. Нам это не нужно.

— Аюнна права, сначала поговорим с этим ученым. Тогда и определимся с нашими дальнейшими действиями. — Моррдрук снова взял на себя ответственность. — Эссенс, кто-нибудь из закийцев в стазисе заражен вирусом?

— Ответ отрицательный, шах Моррдрук, город был очищен. Все закийцы в криокамерах свободны от биологического объекта.

Я с облегчением опустила плечи. Одной заботой меньше.

— Вам не нужны все мы для этого. Мне нужно позаботиться о моей женщине. Мой ребенок, растущий внутри, делает её слабой и уставшей, — сказал Балар со своего места в середине стола. Несколько других мужчин с женщинами на коленях согласились.

— Нет, Балар, забота о наших женщинах — это самое важное. Любой из вас, имеющий пару, должен идти и выполнять свои обязанности. Эссенс будет информировать вас о наших успехах и о том, нужны ли вы нам, в любое время. Все остальные свободные закийцы, отправляйтесь исследовать наш затерянный город и доложите о своих находках позже сегодня.

— Я останусь с тобой, мой шах, — Киллиу наклонил голову.

Моррдрук кивнул, и я улыбнулась своему мужчине. Очевидно, он хорошо воспринял свою роль нового правителя Закии.

Все, кроме Эбби, Нулара, Джоан, Макку и Киллиу, встали и вышли из-за стола.

— Я останусь, если моя Эбби сможет отдохнуть здесь, во дворце, — сказал Нулар. — Вам понадобится дворцовая охрана.

— Я тоже останусь, — присоединился Макку. — Моей Джоан тоже необходимо место для отдыха.

— Ты шутишь, это место огромно, здесь множество комнат. — Я потянулась, чувствуя напряжение в пояснице.

— Мне ещё не нужен отдых, я хочу встретиться с этим закийским ученым. — Эбби соскользнула с колен Нулара.

— Сколько времени до того, как Гальван выйдет из стазиса? — Я увидела беспокойство во взгляде Моррдрука, когда он на меня посмотрел.

— Пятнадцать минут, шах Моррдрук, — ответил Э.

— Ты в порядке, Аюнна? Тебе нужен отдых?

Черта с два я позволю небольшой усталости стоять на моем пути. Я зашла слишком далеко и сделала слишком много, чтобы отступить сейчас.

— Я в порядке, любимый. Давай пойдем познакомимся с этим Гальваном.

— Очень хорошо, но я понесу тебя.

Я улыбнулась, конечно, я не собираюсь спорить с ним. Мне нравилось находиться в руках Моррдрука.

— Эссенс, расскажи нам, как добраться до помещения стазиса.

Ах, снова этот командный тон. Я спрятала свою улыбку. Мои мысли действительно должны подождать.

— Выполняю, шах Моррдрук.

* * *

— О, я чувствую тошноту. — Эбби выразила то, что и я чувствовала. Даже Джоан выглядела бледной и шатающейся. Трубоподобный лифт, на котором мы спускались вниз, двигался с огромной скоростью.

— Тебе нужно вернуться во дворец? — голос Нулара звучал обеспокоенно, когда он смахивал рыжие волосы с лица Эбби.

— Нет, нет, я буду в порядке. Правда, если мне придется вернуться к этой штуковине в ближайшее время, меня точно стошнит.

Я потерла свой живот. Моррдрук обеспокоенно посмотрел на меня, успокаивающе поглаживая мою спину круговыми движениями.

— Тебе нужен отдых, Аюнна?

Я сделала несколько глубоких вдохов:

— Я в порядке. Нам лучше поторопиться.

Моррдрук снова поднял меня. Макку уже держал Джоан на руках. Наши закийские мужчины понесли нас по длинному коридору, что казалось совершенно нормальным занятием.

Мы достигли входа, который был не менее пятнадцати футов в высоту и форме арки. Из чего бы ни была сделана дверь, она выглядела толстой, тяжелой и непроницаемой.

Моррдрук поставил меня на ноги, оставив рядом с Нуларом. Он подошел к двери справа и обнаружил панель, как и описал Э. Мышцы Моррдрука напряглись, когда он толкнул тяжелую дверь, открывая темный проход. Я сглотнула от страха, зная, что должен сделать мой муж. Я видела фильмы ужасов, где жертвы помещали свои руки в темные дыры, а затем с ними происходили ужасные вещи.

Я чуть не подпрыгнула, когда Эбби положила руку мне на плечо. Даже не заметила, что Нулар поставил её на ноги.

— Привет, — прошептала Эбби в комнате-пещере. — Всё будет хорошо. Держи себя в руках.

Сглотнув, я кивнула, хотя продолжала сдерживать дыхание, когда Моррдрук всунул кулак в отверстие.

— Я шах Моррдрук, кровный потомок шаха Дорркиу.

Прозвучал низкий гул, потом земля под ногами завибрировала.

— Генетическое совпадение, личность шаха подтверждено. Добро пожаловать домой, шах Моррдрук. Открытие стазисной камеры.

Звуки щелчков эхом раздались в огромной камере, и хранилище открылось.

Моррдрук вытянул руку. Он повернулся, и я увидела его дерзкую усмешку. Он подозвал меня жестом. Не долго думая, вложила пальцы в его руку и выдохнула, я даже не осознавала, что сдерживаю дыхание.

Мы оба повернулись, чтобы посмотреть, как открывается большая дверь, медленно поднимаясь из-под земли. Казалось, закийцы спроектировали эту камеру непроницаемой.

Моррдрук не ждал, пока дверь откроется полностью. Он потянул меня вперед, наклонив голову под дверью после того, как та открылась на целых пять футов. Когда мы прошли под ней, я заметила, что её толщина около трех футов.

— Сюда никто не залезет, — сказала Эбби, следуя за нами с Нуларом, Джоан и Макку.

— Думаю, в этом и заключалась идея. Чего я не понимаю, так это того, почему её не использовали, когда друэльцы начали похищать закийцев? — проговорила Джоан.

— Вы видели записи. Всё произошло за считанные дни. Была массовая паника. Я просто рада, что нашелся кто-то достаточно уравновешенный, чтобы спасти тех, кого смог.

— Без вируса армия закийцев сразилась бы с друэльцами, когда те попытались бы нас захватить, — сказал Моррдрук.

По мере нашего продвижения в глубь, стены в туннеле становились тоньше.

— Друэльцы использовали хитрый и коварный способ, чтобы напасть на другую цивилизацию. Должно быть, они изучили ваше слабое место, прежде чем распространять вирус. Сами друэльцы маленькие и жалкие, но они прячутся за своей технологией. Трусы, получающие удовольствие от боли других. — Я почти почувствовала горечь во рту, произнося эти слова с отвращением.

Моррдрук остановился. Туннель выглядел теперь достаточно большим, чтобы рядом могли поместиться два закийца. Он опустил меня на пол и осмотрел дверь. Она была простая и черная, с другим сканером ДНК, очень похожим на первый. Не долго думая, он вставил руку в отверстие рядом с дверью.

Внезапно вспыхнул зеленый свет, осветив всех присутствующих, потом исчез. Дверь несколько раз щелкнула, открывшись наружу.

— Подожди, — оглянулся на меня муж.

Поджав губы, я скрестила руки и смотрела, как он входит через дверь в темноту.

Все подпрыгнули, когда внезапно туннель залил яркий свет. Мне пришлось закрыть глаза рукой, прежде чем слепо шагнуть вперед.

— Моррдрук!

— Я здесь, моя Аюнна. — Его рука обхватила мою, направляя вперед. Я быстро поморгала, пока мои глаза привыкали к яркости.

И задохнулась, когда взглянула на стоящие ряд за рядом длинные, похожие на гроб, стазисные камеры. Каждая из них подключена к длинной трубе, спускающейся с потолка. Абсолютно белые стены усиливали глубокое свечение кристально голубых гробоподобных стазисных камер. Мы могли легко видеть закийца, лежащего внутри, сквозь прозрачные стены.

— Вот это да! — Эбби и Нулар следовали за нами.

Макку двинулся между рядами, вглядываясь в камеры сквозь прозрачный синий кристалл.

— Здесь есть женщины.

Наступила тишина, когда мы медленно проходили мимо ряда камер, всматриваясь в каждую из них.

— Значит ли это, что вы больше нас не захотите? — Все повернулись к Джоан. Она нервно переступила и посмотрела в упор на Макку. Я заметила опасения в её глазах. — Ты говорил мне всегда быть честной с тобой. Мой бывший муж изменял мне с другой женщиной. Будешь ли ты делать то же самое? Бросишь меня теперь, когда у тебя есть свои закийки? — Она указала на одну из закийских женщин в криокамере.

— Моя Джоан, я бы не боролся так сильно, чтобы завоевать тебя, если бы не хотел быть вместе до конца наших жизней. Я весь принадлежу тебе, как и ты мне. Никогда не оставлю тебя ради другой, независимо от вида.

Я проглотила ком в горле, когда такая же мысль проскочила в моей голове. Но так же быстро она и пропала, ведь я знала, что Моррдрук никогда меня не покинет.

Макку притянул Джоан в объятия, поднял её и страстно поцеловал. Жар опалил мои щеки, и я отвернулась от пары. Моррдрук с приподнятой бровью весело мне улыбался.

Муж скользнул руками по моему бледно-оранжевому топу и округлившемуся животу. И прошептал мне на ухо:

— Когда ты становишься нашей, это навсегда.

По моей коже пробежали мурашки. Встретившись с ним взглядом, я погладила гладкую кожу его щеки кончиками пальцев.

— Знаю. — Я улыбнулась, моя любовь к нему наполняла мое сердце гордостью.

— Тогда давай найдем ученого. — Он осторожно отвел меня от Макку и Джоан. Эбби и Нулар последовали за нами. — Там внизу. — Он указал вниз вдоль длинных рядов, и я заметила, о чем он говорил — одна из крышек камеры была открыта.

— Это должен быть Гальван. Пойдем познакомимся с ним.

Глава 12

Дрожащими руками Гальван попытался поднять чашу, чтобы выпить теплую жидкость. Э сообщил нам, что после стазиса его тело не сможет обрабатывать твердую пищу несколько дней.

Заинтересованная и желающая помочь, я вышла вперед, получив подозрительный взгляд от пожилого закийца. Я тепло улыбнулась и обняла его, помогая поднять чашу.

Он не спускал с меня глаз, пока осушал чашу.

Прошло несколько часов с тех пор, как Моррдрук и Нулар отнесли Гальвана во дворец. Тот молчал, когда Моррдрук объяснил, что друэльцы делали с его народом за прошедшее столетие. Моррдрук рассказал о нашем недавнем освобождении из лагеря. Мои щеки порозовели от его похвалы.

— Благодарю, — пробормотал Гальван.

Я улыбнулась ему.

— Не за что. Ещё?

Он кивнул, его взгляд переместился с меня на Моррдрука, стоящего позади. Я поставила чашу и села рядом с мужем, он взял мою руку в собственническом жесте.

— Вам лучше, Гальван?

Он прочистил горло:

— Да. Стазис никогда не предназначался для… такого количества времени.

Моррдрук всё ещё пристально его изучал.

— Эссенс сказал нам, что вы разрабатывали систему планетарной защиты. — Моррдрук сразу перешел к сути дела.

— Да, «Щит Хранителя». — Ученый покачал головой. — Я был вынужден погрузиться в стазис, прежде чем друэльцы вернулись, чтобы снова зачистить город. Разработки завершены. У меня едва хватило времени для завершения работы над программой Эссенс. Я не успел активировать щит.

— У нас осталось меньше семи недель, прежде чем друэльцы выйдут из спячки и вернутся. Без сомнения, они будут знать, что мы вырвались из лагеря и придут за нами. Можете ли вы закончить этот «Щит Хранителя» до того, как они прилетят?

Гальван нахмурился:

— Это возможно, но нам нужно будет разбудить всех. Я рассчитал, что щит будет достаточно мощным, чтобы поглощать любые удары вражеского оружия, но он нуждается в прямой силе кристаллического ядра нашей планеты. Это облегчение, проснуться и узнать, что, по крайней мере, друэльцы не обнаружили огромную силу ядра.

— Почему у вас не было такого щита до атаки друэльцев?

Гальван удивленно посмотрел на меня, прежде чем перевести взгляд на Моррдрука, который сложил руки на груди.

— Ответьте на её вопрос, Аюнна — моя шахиня.

— Вы не можете принять другой вид в качестве пары — это противоречит законам планеты. Женщина, не являющаяся закийкой, не может быть шахиней! Вам их дали друэльцы, как вы можете им доверять?

Я почувствовала, как сильнейшее напряжение охватывает Моррдрука, когда он поднялся на ноги, чтобы возвыситься над ученым. Макку и Нулар также поднялись, заняв позицию позади Моррдрука.

Глаза Гальвана расширились, когда он осознал, какие проблемы навлек на себя, выпаливая что-то настолько дискриминационное. Маленький закийский ученый задрожал от страха. Снова мой воин вставал на мою защиту.

— О, вы сказали не самую умную вещь. — Эбби скрестила руки, свирепо смотря зелеными глазами.

— Вы будете уважать каждую человеческую женщину здесь. Они не только спасли нашу жизнь, но и изменили судьбу нашей планеты. Я — закийский шах, мое слово — закон. Аюнна моя шахиня. Она носит моего ребенка и может говорить за меня, если захочет. Если тебя это не устраивает, то ученый ты или нет, для тебя это будет очень болезненная смерть.

— Я… прошу прощения, мой шах, конечно. Я не подумал. Прошло много времени… Я не привык… — Гальван дрожал от впечатляющей силы трех закийских гладиаторов, очень желающих разорвать любого на части, чтобы защитить своих женщин. Черт возьми, если бы была им, я бы тоже дрожала от страха. Боже, я любила своего закийца.

— Просто остановись, пока ты не зашёл дальше, — посоветовала Джоан.

Эбби фыркнула, и я, закатив глаза, обошла мужчин и положила руку на руку Моррдрука.

— Давайте сосредоточимся на установке и работе этого щита, пожалуйста?

— Да, простите меня, моя шахиня. — Гальван упал со стула и встал передо мной на колени.

Я взглянула на него сверху вниз, чувствуя только сострадание к тому, что он, должно быть, наблюдал за смертью и уничтожением своего народа.

— Всё в порядке, пожалуйста, встаньте. Мы здесь все вместе, закийцы и люди, и если мы не сможем работать вместе, нам просто останется сесть на городские ступеньки и ждать прибытия друэльцев.

— Мы были мирными, но гордыми, и многие другие народы со всех видов галактик пришли к нам, чтобы торговать. Из-за нашего высокомерия мы думали, что ничто не может навредить нам, пока не пришли друэльцы и всех не обманули. — Гальван глубоко вздохнул и, глядя на меня, продолжил: — Когда началась атака, мы сосредоточились на том, чтобы спасти как можно больше народа от вируса, уничтожающего нас. Затем друэльцы начал похищать закийцев с улиц. Я знал, что нам нужна защита не просто от болезни, поэтому, используя Эссенс, начал разрабатывать «Щит Хранителя». Мне удалось закончить схемы, но я не мог построить его сам. Друэльцы регулярно совершали налеты по городу в поисках живых закийцев. Я знал, что если бы они нашли меня или кого-то из тех, кого я положил в стазис, всё было бы потеряно навсегда.

— Вы сделали то, что должны были сделать, но теперь нам нужно сосредоточиться на создании этого щита-хранителя, а не на спорах из-за различий в видах.

— Ты права, моя Аюнна. — Моррдрук обнял меня. — Вы должны сказать нам, что нужно сделать, чтобы построить щит. Это наш последний шанс на жизнь, свободную от друэльцев. Последний шанс спасти наш народ.

Нулар шагнул вперед, чтобы взять ученого за руку и поднял его на ноги.

— Сначала мы должны разбудить других. Нам понадобится много рук для работы.

Моррдрук кивнул Нулару и Макку.

— Я позову остальных и начну. Эбби, ты пойдешь отдыхать. Я вижу, как ты устала.

— Я в порядке, милый, в этом нет необходимости…

— Эбби. — Строгий тон Нулара заставил её запнуться.

— То же самое касается тебя, Джоан. Вы уже сделали очень много, — добавил Макку.

Джоан улыбнулась своему парню.

— Аюнна, возьми своих подруг в уютную комнату. Ты тоже отдохнешь. — Это был приказ, и я не собиралась спорить.

Я вздохнула. Мне не хотелось признавать, насколько устала, но Моррдрук, казалось, всегда это знал.

Я обвила его руками, встав на цыпочки. Он опустил голову, встретив мои губы на полпути в коротком, но нежном поцелуе.

— Хорошо, я отдохну, но будь осторожен.

Он нежно погладил мое лицо, излучая любовь.

— Я буду, моя Аюнна. — Он отпустил меня, и я выскользнула из его рук, чтобы отправиться к двери, где ждали другие женщины. Я им улыбнулась.

— Перед сном я должна показать вам королевский бассейн.

* * *

— После того как построим столбы передач, их нужно доставить в другие города на нашей планете. — Гальван указал на четыре разных места на голографической карте. — Каждый из них уже связан с жидкокристаллическим ядром планеты, а кристаллический центр — это то, что обеспечивает неограниченные мощности и ресурсы для всех городов. В каждом городе есть центр управления питанием, которые необходимо доработать. Это тонкий процесс. После правильной установки мы сможем управлять щитом с главной панели управления здесь, в Морради Сити Прайм.

— У нас быстро заканчивается время, — настаивал Моррдрук, Изучая карту, он скрестил руки на груди и придерживал одной из них подбородок, разумеется, размышляя.

Я сидела в удобном кресле в главном зале заседаний. Моя беременность в последнее время очень сильно меня утомляла. Иногда я просто засыпала, не осознавая этого, пока Моррдрук не поднимал меня и не относил обратно в наши комнаты.

Это не единственная проблема, преследующая меня. У меня случались довольно регулярные перепады настроения, и чаще всего я чувствовала себя разбитой и могла расплакаться из-за любой ерунды. Это заставило Моррдрука беспокоиться обо мне больше, чем следовало, тем более что предстояло так много сделать.

— У меня уже есть команды, работающие посменно днем и ночью. — Гальван закрыл карту и раскрыл семантику компонентов щита, которые строили недавно пробудившийся закийцы. Я приятно удивилась, обнаружив, что многие закийские женщины также являлись учеными и врачами. Женщины были высокими и элегантными, с худыми привлекательными чертами лица. Некоторые носили длинные волосы, заплетая их в длинные косы, в то время как у других волосы были короткими. Закийские доктора предпочитали, чтобы их называли служителями.

Я прикрыла глаза, сонно вспоминая последние несколько дней.

Служительница Ангурра, глава медицинского центра, с понимание приняла человеческих женщин, даже если у многих других закийцев, появившихся из камер стазиса, остались подозрения. Но, по крайней мере, наши мужчины для нас стали яростными защитниками.

Ангурра с удовольствием объяснила моим подругам и мне положение женщин в закийском обществе.

До друэльцев женщины не могли служить только в армии. Когда женщины решали выбрать супруга, они прекращали работать, подстригали волосы как знак супружества, а затем сосредоточивались на своей беременности и воспитании детей. Когда их ребенок становился достаточно взрослым, чтобы жить самостоятельно, женщины могли вернуться к той работе, которую они делали раньше.

Я улыбнулась и провела рукой по животу, вспомнив снимки, которые Ангурра и её сотрудники сделали не только для меня, но и для всех беременных, проверяя здоровье женщин и наших малышей.

Моррдрук и я смотрели на 3D экран, показывающий нам ребенка в моем животе. Я взволновано смотрела, что у нашего драгоценного малыша по пять пальцев на руках и ногах. Ангурра любезно показала пол ребенка.

Моррдрук покачнулся на ногах, прежде чем смог успокоиться. Он широко улыбался, гордость и любовь светились в его глазах, когда с благоговением смотрел на мой живот.

— Разве наш сын не совершенен, моя Аюнна?

— Так же, как и его папа. — Я не могла удержаться от улыбки, потому что чувствовала себя окруженной радостью Моррдрука. Он наклонился над столом, чтобы поцеловать меня в губы.

Отстранившись, он выпрямился и повернулся к Ангурре:

— Если я займусь любовью со своей женой, повредит ли это ребену?

Смех Ангурры наполнил комнату.

— Вовсе нет, но мои тесты показали, что люди более хрупкие, чем закийцы, поэтому просто будьте нежнее.

Он выдохнул и опустил плечи с облегчением, заставив меня разразиться смехом.

— Он беспокоился об этом раньше, но я говорила ему, что мы, люди, крепче, чем он думает.

— Вам понадобится больше питательных веществ, поэтому ешьте больше, чем сейчас. Закийские дети много берут от наших тел.

— Конечно, спасибо, служительница Ангурра, я хотел бы, чтобы вы внимательно следили за моей Аюнной и нашим ребенком.

— Конечно, шах Моррдрук. Я буду внимательно следить за развитием ребенка. — Ангурра встретилась со мной взглядом. — Если вы чувствуете дискомфорт или боль, дайте мне знать немедленно.

— Благодарю, вас.

Моррдрук помог мне сесть на стол и погладил мой округлившийся живот. Мне понравилась новая одежда, которую Моррдрук дал мне. Мягкие блузки блестящих светящихся оттенков, юбки, элегантно облегающие мои ноги, а также мягкие тапочки, похожие на туфли. Я чувствовала себя как изнеженная принцесса. Не то чтобы я собирался жаловаться.

Наряд закийек казался относительно простым, но выглядел очень хорошо. Они носили длинные бледные, V-образные туники, обвязанные вокруг талии поясом. В то время как большая часть одежды была темно-синего или черного цвета, казалось, что каждая закийская женщина предпочитала яркие пояса, обернутые вокруг их талии.

Внезапные толчки в моем животе вернули меня обратно в настоящее. Я ахнула, когда толчки снова повторились, немного сильнее. Все в комнате повернулись, чтобы посмотреть на меня.

— Аюнна, ты в порядке? — Моррдрук пересек комнату и присел передо мной на корточки.

— Я в порядке, просто почувствовала, как наш ребенок толкается, — улыбнулась я.

— Толкается?

Я взяла его за руку и положила на свой живот, он подождал секунду, сосредоточившись. Толчок повторился, и Моррдрук удивленно поднял брови.

— Это больно? Тебе больно?

— Нет, нет, это похоже на небольшую щекотку внутри, ничего больше. Ты слишком обо мне беспокоишься, — засмеялась я.

— Как мне не делать этого?

Я смотрела ему в глаза, удивляясь, как жила до того, как этот замечательный инопланетный мужчина вошёл в мою жизнь. Черт возьми, снова эмоции меня захватили. Слезы затуманили глаза.

— О, моя Аюнна, я не хотел тебя расстраивать. — Он нежно меня обнял.

— Нет, я в порядке, просто, ну, ты знаешь… — я шмыгнула, — просто я так сильно тебя люблю.

— Я тоже люблю тебя, моя Аюнна, пожалуйста, не плачь.

— Это просто гормоны, не более того. Возвращайся к работе, ты им нужен.

Я выглянула через большое плечо Моррдрука, чтобы увидеть Гальвана и других ожидающих.

— Эбби говорит, что перепады настроения — нормальная часть человеческой беременности, — проговорил Нулар, пожав плечами.

Моррдрук нежно поцеловал несколько моих слезинок.

— Мы поговорим позже.

— Хорошо, просто дай мне знать, когда будет пора возвращаться в нашу комнату.

С печалью Моррдрук коротко поцеловал меня и поднялся на ноги. Я знала, что мой разум должен быть более сосредоточенным на задаче, но понимала только половину разговора. Вытирая слезы с лица, я сонно зевнула, сунула ноги под себя и положила голову на руку.

Я вздохнула, мои глаза закрылись. Немного успокаивало то, что я буду беременной ещё несколько месяцев… если мы выживем.

Глава 13

— Куда мы идем?

— Ш-ш-ш, ты узнаешь, когда мы придем. — Моррдрук одной рукой обнимал меня за талию, а другой — за руку, ведя по лабиринту дворцовых коридоров. Мое сердце громко застучало, дыхание участилось, когда он закрыл мне глаза повязкой и прошептал: — Доверься мне.

Различные сценарии того, что мой инопланетный муж задумал, замелькали в моей голове.

Время быстро истекало, у нас оставалось всего несколько недель, а может и меньше, прежде чем друэльцы вернутся. Всё было почти готово. Гальван уверял, что защитный щит будет готов к активации в ближайшие дни.

Моррдрук поручил Макку и Нулару руководить командой рабочих, которые устанавливали недавно построенные части щита в других городах Закии. С отъездом Эбби и Джоан я скучала по их компании, хотя мы разговаривали по каналам связи.

Моррдрук работал так усердно, что его почти не было рядом, но шестым чувством он всегда знал, какое у меня настроение. Мне редко приходилось говорить ему что-либо. Все были заняты, но Моррдрук взял на себя дополнительное бремя быть шахом Закии.

Все надеялись, что он обеспечит выживание и будущее закийского народа. Он много и тяжело работал и часто возвращался в наши покои, выражая свой страх потерпеть неудачу перед своими людьми. Я делала всё возможное, чтобы успокоить его и показать ему, какой он замечательный.

— Я не люблю сюрпризы. Скажи мне, куда мы идем, пожалуйста.

Моррдрук фыркнул на мою ложь:

— Тебе понравится. Теперь помолчи.

Я сжала губы и ухмыльнулась, с завязанными глазами. Почувствовала, как он нагнулся, сильной рукой обхватил мои ноги, поднимая меня вверх. Я скользнула руками по его груди и обвила за шею, потом положила голову на его плечо, вдыхая восхитительный пряный мужской аромат.

Казалось, что не имеет значения, где мы находились или что мы делали, один только его запах был безумным афродизиаком.

Низкий стон раздался из его горла, когда я продолжила глубоко вдыхать через нос.

— Аюнна, если ты будешь продолжать в том же духе, мы не сможем добраться до места назначения.

— Но ты так хорошо пахнешь. — Может, я его и не вижу, но знала, что его рисунок будет светиться очень ярко. Напряжение в его теле только подтверждало его возбужденное состояние.

Мое собственное тело жаждало его более интимных прикосновений, низ живота уже сжимался в нетерпеливом ожидании твердого члена, приникающего глубоко в меня.

Работа Моррдрука днем и ночью и моя усталость от беременности не позволили нам заниматься любовью почти неделю. Но это не мешало ему при каждом удобном случае меня обнимать.

Широко улыбнувшись, я лизнула его кожу, наслаждаясь соленым вкусом.

— Хм… и ты такой вкусный.

Муж даже не споткнулся. Я услышала стук его сапог по металлу. На что бы он ни наступил, оно взлетело в воздух с пугающей скоростью, заставляя меня сжать шею мужа. Я знала, что мы на антигравитационной платформе на вершине купола города. Могу поспорить, Моррдрук выводил меня за пределы городской защиты.

— Ты не будешь молчать ни минуты? — Я поняла по его легкому тону, что он меня дразнил.

— Заставь меня.

Он ответил на вызов, скользнув языком по моим губам, требуя входа в мой рот.

Я тихо застонала, открываясь, давая ему всё, что он хотел. Языком он скользнул внутрь, играя с моим языком, каждая горячая ласка заставляла мое тело реагировать, моя грудь становилась болезненно тяжелой, лоно истекало соками, а голова кружилась от пьянящего возбуждения.

Он прервал поцелуй, и я протестующе захныкала, пытаясь притянуть его назад, желая, чтобы его губы коснулись моих снова.

Его хриплый смех заставил меня разочарованно зарычать.

— Я хочу тебя, Моррдрук. Больше никаких игр. Пожалуйста, отведи нас в наши комнаты и займись со мной любовью.

— Я хочу тебя так же сильно, но ты должна подождать.

Что-то зашипело над нами. Я вдохнула свежий ночной воздух и почувствовала легкий прохладный ветерок на своей горячей коже.

Моррдрук снова пошёл. Из того, что я могла понять с завязанными глазами, он двигался вокруг объектов, и мы, казалось, спускались вниз. Я слышала, как от легкого ветерка плещется вода.

Нагнувшись один раз, он остановился. Я ждала, чувствуя, как расширяются его легкие, делающие глубокий вдох. Он наклонился, чтобы опустить меня на землю…только босые ноги коснулись чего-то мягкого и шелковистого. Он испустил порывистый вздох и двинулся за мной. С явно выраженным желанием, он прижался к моей спине. Я чувствовала, как член толкает меня ниже спины, когда он крепко прижал меня к себе.

— Понимаю, что ты скучаешь по своим подругам. Но мне нужно было отправить Макку и Нулара для наблюдения за проектами в других городах, и ты знаешь, что они не поехали бы без своих пар.

— Я знаю это, любовь моя. Мы все должны сделать все возможное, чтобы подключить этот щит. Со всем остальным можно разобраться после того, как мы будем в безопасности.

Большими руками он обнял меня за талию, лаская мой живот, прежде чем продвинуться вверх, чтобы обхватить мою набухшую грудь. Его пальцы мягко разминали её сквозь ткань моей блузки.

— Но ты всё ещё не сказал мне, где мы находимся и почему. — Я растворилась в его прикосновениях.

Моррдрук убрал руку с груди, потом стянул повязку с моих глаз. Я быстро моргнула и осмотрелась.

— Ох, боже мой! — Кто-то очень постарался принести одеяла и подушки и разложить их по траве. Над изогнутым деревом висели мягкие светящиеся огни. И над головой, заглушая звезды, светили три луны Закии, каждая в разной фазе. Ближайшая — бледно-розовая, бледно-голубая на горизонте — в форме полумесяца, а серебряная посреди неба — в полной фазе. Каждая сияла для нас, добавляя темную красоту и мягкую атмосферу месту, которое Моррдрук создал.

— Поскольку у нас больше нет нашей особой лагуны, я хотел найти новое место, чтобы сделать его своим собственным, оставив остальную часть галактики позади. Здесь есть только мы. Здесь я могу напомнить тебе, насколько ты важна для меня. Ты моя жизнь и мое сердце. До тебя я не существовал. Я никогда не потеряю тебя, моя Аюнна.

Как ему всегда удавалось будить во мне столько чувств, создавая хаос? Я сморгнула слезы, повернулась в его объятиях и откинула голову назад, чтобы встретить его взгляд в мягком свете вокруг нас. Вселенная действительно исчезала, когда он смотрел на меня с таким обожанием, что у меня кружилась голова.

— О Моррдрук, спасибо, это великолепно. Я тебя очень люблю.

Он нежно провел рукой по моему лицу.

— Я целиком отдаю себя тебе, любовь моя.

Не отводя взгляда, я схватила подол своей блузки и стянула её через голову.

Улыбнулась, услышав резкий вздох Моррдрука, когда его взгляд упал на мою грудь, покрытую черным кружевом.

Несколько ночей назад Ангурра показала мне, как использовать репликатор одежды и как создавать одежду любого типа, которую я хотела. С улыбкой и к большому смущению Ангурры, я сделала себе сексуальные лифчики и трусики.

— Что это такое? — Моррдрук протянул руку, чтобы проследить, как увеличилась моя грудь, там где лифчик приподнял её, создав глубокую ложбинку.

Я хихикнула:

— Тебе нравится? На Земле мы называем это нижним бельем.

— О, моя Аюнна, я могу настоять, чтобы ты носила только это, чтобы показать свои щедрые дары, но как бы красиво это ни выглядело, это мешает мне прикасаться к тебе.

Я спустила юбку, и он низко зарычал. Я и забыла, как быстро он мог двигаться, в одно мгновение сбивая меня с ног, а в следующее — укладывая на подушки.

— Ты сводишь меня с ума, любовь моя. — Он сел на пятки, чтобы стащить трусики с моих ног и отбросить их в сторону. От его ласкающего взгляда мою кожу покалывало. Моррдрук благоговейно поцеловал низ моего живота и горячими, влажными губами проложил дорожку из поцелуев до лифчика. Сжал зубами маленький крючок, и тот раскрылся. Моя грудь вырвалась из оков.

За последние несколько недель моя грудь стала немного больше, ареолы потемнели, но соски остались пыльно-розовыми.

— Хм, так красиво. Если вынашивание ребенка делает это с твоим телом, возможно, я захочу, чтобы ты всегда ходила беременной.

Мое недовольное фырканье заставило его усмехнуться, он взял оба холмика в руки, сжимая их между пальцами.

— Я обожаю то, какая ты мягкая.

— Думаю, что набрала вес, потерянный после скитаний.

— Хорошо, хочу, чтобы ты всегда оставался мягкой. — Он взял тугой сосок в рот. Я откинула голову назад, выкинув все мысли из головы. Пальцами скользнула в его волосы, постанывая, когда он сильно посасывал. Моррдрук слегка прикусил сосок, заставив меня задохнуться, прежде чем успокоить кончиком своего языка.

Моё лоно сжималось и разжималось с каждым рывком его рта, каждым укусом на краю жгучей боли. О боже, он всегда знал, как свести меня с ума.

В спешке я дернула его за волосы.

— Пожалуйста, Моррдрук, ты нужен мне внутри!

Он поднял голову, ещё раз лизнул сосок и усмехнулся.

— Больше удовольствия, если ты подождешь.

Из-под кучи подушек он достал шелковый шарф. Мои глаза расширились, когда он взял мое запястье и обернул вокруг него шарф.

— Думаешь, я не заметил, как твое тело реагирует на некоторые вещи, которые я делаю и говорю? Как ты получаешь больше удовольствия, когда я держу тебя, чтобы трахнуть.

Мой живот скрутило, и я задрожала от предвкушения. И не сопротивлялась, когда он поднял мои руки над головой, привязывая их к чему-то, чего я не могла видеть.

— Когда ты становишься властным и командуешь, мне это очень нравится. — Это было труднее признать, чем я думала. — Не знаю, правильно ли это, но я люблю твою силу и власть надо мной, когда мы близки. И всё же ты всегда заставляешь меня чувствовать себя в безопасности.

— Я бы никогда не сделал тебе больно или позволил бы кому-то другому причинить тебе вред, и нет, это нормально чувствовать себя так. В то время как наш разум говорит нам одну вещь, наши сердца и тела никогда не лгут. — Он провел кончиками пальцев по моим рукам.

Я опробовала свои путы. Они были твердыми, но не слишком крепкими, и я понимала, что не смогу убежать, но всё, что Моррдрук сделает со мной, только заставит меня гореть жарче.

— Мне нравится знать, что ты подчиняешься только мне. Я подумал, что мог бы связать тебя. И вижу по твоей реакции, что ты не против.

— Да. Я никогда не делала ничего подобного. Но с тобой я этого хочу.

О боже. По его соблазнительной улыбке я поняла, что попала в беду. В беду, которая мне определенно понравится.

— Я буду играть с тобой и смотреть, как ты наслаждаешься тем, что я делаю, но обещай мне, что скажешь, если тебе что-то не понравится.

— Обещаю. — Я смотрела на него, доверяя безоговорочно. Полностью отдаваясь всему, что он хотел со мной сделать. — Я вся твоя.

Я вздрогнула от ожесточенного блеска в его глазах.

— Да, ты принадлежишь мне. Всё, что я вижу, осязаю и чувствую, — мое.

Он опустил голову обратно к моей груди. Я закричала, когда он снова взял мой сосок между зубами и потянул. Изысканная доля боли заставила меня задыхаться. Он остановился, успокаивая место укуса языком, тщательно облизывая его, прежде чем отступить и подуть. Я часто и неровно задышала, поскольку холодный воздух сделал мои соски чрезвычайно чувствительными. Казалось, это напрямую влияет на мой клитор, который пульсировал, нуждаясь в прикосновениях. Я посмотрела вниз, чтобы увидеть, как он изучает мою реакцию. Кивнув сам себе, он переключился на другую грудь, мучая меня снова и снова.

— О боже! — Я сильно потянула за путы на моем запястье, мое тело выгнулось, когда он снова подул на другой сосок.

Одной рукой он скользнул по моему животу и опустил её между моих ног.

— Раздвинь ноги. — Его глубокий командный тон заставил мой живот сжаться, а тело задрожать. Я выполнила. — Поставь ноги вместе и дай им раскрыться.

Прохладный ночной воздух коснулся моего горячего влажного лона, заставляя меня волноваться и нервничать.

— Что бы я ни делал, не сдвигай ноги. Скажи мне, если станет больно или тебе это не понравится.

— Да, мой шах.

Слова появились в моей голове из ниоткуда. Я подняла глаза, обеспокоенная тем, что сказала что-то не то, но по его нахальной улыбке поняла, что ему это нравится.

Моррдрук коснулся пальцами моих кудряшек и набухших половых губ. Я дернулась, когда он дотронулся до клитора. Он скользнул ниже и толкнул палец в меня, входя и выходя, двигаясь вверх, чтобы обвести клитор, но не касаясь его непосредственно, прежде чем снова толкнуться внутрь. Он повторил это несколько раз, потом оставил жгучий укус зубами на моей коже и снова вошел пальцем внутрь.

Закрыв глаза и вертя головой из стороны в сторону, я приподняла бедра с одеяла, навстречу его движению, от смеси боли и удовольствия я сильно возбудилась. Пот покрыл мое тело, мои стоны и крики наполнили воздух, заглушая звуки ночи.

— Ох, о Мордрук, да, ещё, пожалуйста!

Он добавил второй пальц к первому, увеличив скорость, с которой меня трахал.

Я балансировала на грани, ноги дрожали, но я старалась не сдвигать их, чтобы облегчить эту мучительную боль. О боже, мне нужно… Мне нужно…

Вытянув пальцы из моих влажных складок, Мордрук погладил клитор, и у меня перехватило дыхание. Вся вселенная остановилась на долю секунды, а затем распалась на крошечные атомы. Свет вспыхнул под моими закрытыми веками.

Пока мое тело дрожало от взрывного оргазма, Моррдрук отстранился. Я едва заметила, как он спешно снял одежду, потом поставил меня на колени. Мои ноги всё ещё оставались широко расставленными, под животом лежали подушки.

Твердым членом он вонзился прямо в мое дрожащее лоно. Внезапное жесткое вторжение вызвало у меня второй оргазм.

Неумолимо Моррдрук снова и снова врезался в меня. Ощущения были такими острыми, что мой мозг отключился. Я чувствовала лишь его — во мне, вокруг меня, как он обладает мной. И дрожала от удовольствия. На мгновение всё потускнело вокруг меня, пока не услышала, как Моррдрук взревел в небо, пролив горячее семя в мои глубины. Он резко вышел из меня и упал на бок, прихватив меня с собой, я чувствовала его горячее учащенное дыхание на шее.

У меня не осталось ни сил, ни воли, чтобы пошевелить хоть какую-то часть тела, кроме легких, которые с трудом втягивали воздух.

— Надеюсь… ты сказал всем… мы будем здесь… неделю.

— Почему?

— Это займет… столько времени… чтобы прийти в себя.

Он ухмыльнулся, задыхаясь, я почувствовала, как он скользнул по моим рукам. Моррдрук разрезал шарф, и мои руки оказались на свободе. Он нежно потер мои запястья.

— Ты в порядке? Это не слишком?

Меня не волновало, что мы оба вспотели. Я повернулась к нему лицом, желая показать свою большую довольную улыбку.

— Нет, это за гранью слов. Ты никогда не перестанешь меня удивлять. Я надеюсь, что у нас есть сотни лет, чтобы понять, что мы можем сделать друг с другом.

С гордой улыбкой он наклонился и нежно поцеловал меня в губы.

— Я позабочусь об этом. Есть много вещей, которые я хотел бы попробовать с тобой. — Перевернувшись на спину, он плотно прижал меня к своему телу. — Думаю, нам обоим нужен отдых. Наша ночь ещё не закончилась. — Понадобилось некоторое время, чтобы мое бьющееся сердце успокоилось и дыхание вернулось к нормальному состоянию, пока он рассеянно гладил меня по спине.

Мне очень нравилось, когда Моррдрук оказывался в моём

полном распоряжении и мы забывали об остальном мире, даже если это длилось ненадолго.

Я давно поняла, что не место имеет значение. А мой мужчина, с его сильными, любящими руками, самый особенный из всех в моей жизни. Мое сердце и душа.

Глава 14

Кто-то ярко светил мне в лицо, пробудив меня от глубокого сна. Запах раннего утра я помнила по тем временам, когда спала на земле во время моего путешествия, чтобы найти город закийцев.

— Моррдрук, убавь луну, она слишком яркая. — Я повернулась к нему, но он выпрямился, заставив меня вздрогнуть.

Я моргнула и потерла глаза. Внезапно Моррдрук грубо схватил меня за руки и поднял на ноги.

— Что? — Я подняла глаза и ахнула — то, что разбудило меня, не было луной. Свет неуклонно приближался. — Это корабль?

— Друэльцы. Они вернулись раньше.

— Вот дерьмо.

Каждая мышца моего тела напряглась, я прикрыла руками живот, защищая. Они прилетели раньше, почему прилетели раньше?

Моррдрук сорвал покрывало с земли и обернул его вокруг меня. Он быстро взял штаны и сунул в них ноги, подпрыгивая, чтобы подтянуть и закрепить на бедрах.

Почти больно схватив за руку, Моррдрук потянул меня за собой, когда побежал в гору. Я закричала от боли, когда мои голые ноги наступили на твердые камни.

Моррдрук зарычал, остановился на мгновение, чтобы поднять меня на руки, и снова побежал с бешеной скоростью.

При свете одной из лун я смогла разглядеть маркерный камень, большой круг с парящей платформой. Встав в центре, Моррдрук опустил меня и прижал к себе.

— Эссенс, отправь нас вниз сейчас же и предупреди каждый город. Друэльцы вернулись.

Платформа ухнула вниз, как свинцовый шар, так быстро, что меня замутило. Я обняла Моррдрука за талию и прижалась лицом к его голой груди.

— Всё будет хорошо, Аюнна.

Он сжал мои плечи, и я кивнула ему в грудь, не в силах говорить, пока мы не остановились.

Платформа замедлилась и приземлилась на большой открытой площади, которая, как полагаю, могла бы быть прекрасным садом на каком-то этапе истории города.

Я сделала необходимый вдох, медленно выдыхая и пытаясь успокоить нарастающую тошноту. Сейчас совсем не время для утреннего недомогания.

Перестав держать за талию, Моррдрук схватил меня за руку. Мне пришлось бежать, чтобы не отставать от быстрого шага Моррдрука. Со всех сторон появились закийцы. Хотя мы и планировали эту непредвиденную ситуацию, воздух наполнился густым чувством паники.

— Шах! — Киллиу и один из высших военачальников Моррдрука остановились перед нами и поклонились.

— Докладывай!

— На орбите три боевых друэльских крейсера и один транспортный корабль. Дроны уже сканируют окрестности. Если они смогли зафиксировать наши энергетические сигнатуры, как и раньше, то скоро они узнают, что мы в городе. Если они этого ещё не сделали… — Лицо командира Джурра потемнело от ярости. Он пережил первую атаку друэльцев. — У городов есть только легкое защитное поле. Оно не сможет выдержать полную атаку трех крейсеров.

— Они захотят, чтобы большая часть нас осталась жива из-за их извращенных игр, — добавил Киллиу.

— Как скоро Гальван сможет активировать защитный щит?

— В течение часа, все другие города закончили установку своих частей. Только наш остался.

— Тогда нам нужно подождать час. Но мы должны быть готовы на всякий случай. Я знаю, что они также захотят всех беременных человеческих женщин, и я не позволю этому случится. Киллиу, возьми Аюнну и других в убежище, как мы обсуждали. Ты отвечаешь за их защиту.

— Что? — Я впервые слышала об этом. — Нет, я останусь с тобой.

Мужчины посмотрели на меня. Я сглотнула под их злыми взглядами.

— При всем уважении, моя шахиня, вы должны защищать своего ребёнка, будущего правителя Закии. — Джурра указал на мой живот. — Женщины не сражаются в боях.

Я посмотрела на Джурра, делая шаг вперед.

— Мое место рядом с мужем, чтобы сделать всё необходимое для победы над друэльцами.

Моррдрук встал передо мной и схватил меня за плечи. Я откинула голову назад, чтобы встретить его пристальный взгляд.

— Аюнна, я никогда не приказывал тебе без веских оснований. Если со мной что-то случится, ты королева, и все будут искать в тебе лидера. Иди с Киллиу и другими женщинами. Отведите их в убежище стазиса — это самое безопасное место на планете, даже против друэльцев. Другие женщины позаботятся о тебе, так что сохраняй спокойствие и помоги им в этом.

Я сжала губы, мне это не нравилось, но я вздохнула, соглашаясь. По его жесткому тону знала, что не выиграю этот спор, не здесь.

— Хорошо, я отведу женщин в убежище. — Но это не значит, что я там останусь.

— Спасибо, Аюнна. Всё будет хорошо, поверь мне.

Не то чтобы я не верила своему мужу. Но друэльцам на нашем пороге точно не доверяла.

— Переодевайся скорее, я встречусь с тобой, когда все закончится. — Он быстро поцеловал меня в губы и повернулся, чтобы уйти с Джурром.

— Наши корабли не могут сравниться с мощью боевых крейсеров, поэтому нам придется полагаться на то, что они захотят, чтобы большинство из нас осталось в живых. Наверняка это приведет к наземному бою…

Слова Моррдрука умолкли, когда он исчез за углом. Рука на моей руке испугала меня.

— Шахиня Анна, пожалуйста, поторопись.

Я кивнула, поворачиваясь в другую сторону, к нашим комнатам.

* * *

— Всё будет хорошо. Защитный щит почти готов, как только он заработает, мы будем защищены. Больше никаких друэльцев, никаких инопланетян, желающих забрать то, что им не принадлежит, — заявила я беспокойно гомонящим женщинам.

Приходили мужчины, оставляя своих женщин у входа в туннель, который вел в палаты стазиса, целовали своих плачущих подруг, прежде чем отправиться обратно и занять позицию против друэльцев.

— Ну же. Ничто не сможет проникнуть за пределы этих стен, даже друэльцы.

Человеческих женщин вместе с закийками было около ста. Они прошли через большие двери.

Рэйчел задержалась позади группы, её красивые голубые глаза были полны беспокойства.

— Что произойдет, если один из наших мужчин будет убит?

Я приобняла её за плечи.

— Всё возможно, Рейчел, но подумай о своем мужчине. Он, наряду со всеми остальными закийцами, сильный боец, а теперь у них есть дополнительное преимущество в виде превосходного оружия. У города даже есть защитное поле, чтобы предотвратить попадание ботов. Поверь, он скоро вернется, чтобы получить тебя по-настоящему.

Она кивнула, высвободилась из моих объятий и поспешила через дверь.

— Это все, кроме Ангурры, она и Гальван — пара, и она отказалась его оставить.

Мне знакомо это чувство. Всё в моей голове и сердце кричало, что должна вернуться к мужу, и я не собиралась это игнорировать. Я выполнила свой долг и помогла обеспечить женщинам безопасность.

— Проходите, моя шахиня, пройдите, и я запру двери хранилища, — убеждал Киллиу.

Я сделал шаг назад:

— Давай, но я не пойду.

— Не сомневался, что ты будешь сопротивляться. Я восхищаюсь тем, что ты хочешь сражаться, но должен делать свою работу. — Киллиу схватил меня за запястье и потащил вперед.

Ловким движением я вывернула свою руку, вырвавшись из хватки Киллиу, и бросилась назад. Киллиу расширил глаза от шока.

— И по приказу твоей шахини, запечатай хранилище. Я не останусь здесь. Я считаю тебя ответственным за этих женщин, но не за меня.

— Анна, Моррдрук хочет, чтобы ты была в безопасности.

— Я должна сражаться рядом с мужем, а не прятаться, как трус. — И побежала назад по пещерному коридору. Я воспользовалась одним из антигравитационных лифтов, чтобы вернуться обратно во дворец.

Земля дрожала под моими ногами, когда друэльцы стреляли прямо в щит города. Я решительно сжимала губы, прокладывая себе путь по дворцовым коридорам, сбежала по ступенькам на улицу.

Многие из солдат располагались в стратегически важных точках по всему городу с оружием в руках. Несколько парящих байков пролетали мимо, готовые поразить противника.

— Аюнна! — Я обернулась и увидела, что Моррдрук — с оружием, привязанным к его телу, — несется по боковой улице, в окружении нескольких закийских солдат из стазисных камер. — Почему ты не с другими женщинами?

— Потому что мое место здесь, с тобой.

— Глупая женщина. — И всё же гордость во взгляде сводила на нет его слова.

Очередной снаряд разорвался рядом, сильнее, чем раньше. Моррдрук схватил меня за руку и притянул к зданию, прикрыв своим телом, когда защитное поле достигло предела. Оно зашипело и вспыхнуло прежде, чем взорваться в ослепительном свете. Искры полетели вокруг нас.

С исчезновением защитного купола солнечный свет полился на землю.

— Вот и всё, идите к своим постам!

— Да, шах! — Закийцы пробежали мимо него по улице.

Дроны хлынули на город, будто тысячи летающих жуков. Энергетические удары наполнили воздух, когда солдаты открыли по ним огонь. Когда в них попадали, дроны пускали искры и взрывались на части, прежде чем упасть в город.

— Нападение дронов — худшее в механической армии друэльцев. — Гнев добавил смертельной остроты в голос Моррдрука.

Как только солдаты сбили всех дронов, на их место прилетело ещё больше. Муж поднял меня на ноги, оглядевшись вокруг, прежде чем его взгляд встретился с моим.

— Как мы справимся с тремя кораблями?

— Не ты, Аюнна. — Он глубоко вздохнул, рисунки на его руках ярко светились от гнева. — Нам нужно только удерживать их достаточно долго, чтобы запустить защитный щит. — Он покачал головой. — Но я чувствую, что что-то не так. Пойди и посмотри, чем так долго занимается Гальван? Он сказал, что щит должен сейчас сработать. Я бы не стал просить тебя, но каждый свободный мужчина сражается.

Я не хотела покидать его, но по решительности в его взгляде поняла, что он собирается прорваться прямо в гущу битвы.

— Я схожу.

— Вот. — Он отцепил дезинтегратор от ремня и положил его мне на ладонь. Я обхватила рукоять оружия пальцами. — Аюнна, поторопись. Я знаю, что они скоро отправят дополнительные корабли, и мы окажемся в меньшинстве ещё больше, чем сейчас.

Я кивнула, делая шаг назад, чтобы посмотреть ему в глаза:

— Ты не позволишь себя убить, слышишь меня?

Моррдрук улыбнулся:

— Никогда, моя Аюнна. Я обещал тебе навсегда, и навсегда вместе со мной ты и получишь. — Он притянул меня к себе, схватив рукой за волосы, так что мне пришлось встать на цыпочки, и коротко и страстно поцеловал. Сказал напоследок: — Иди быстрее, мы задержим их так долго, как сможем. — И побежал за другими солдатами. Я знала, что он направлялся прямо гущу битвы. Ни одно другое место не подойдет для него лучше.

Направляясь к военной установке, я изо всех сил побежала по извилистым улицам. Поднялась по ступенькам и открыла дверь главного здания.

Пробежав по запутанным коридорам, я сделала последний поворот направо и затормозила, увидев атакующий дрон, который завис над упавшим телом Гальвана.

Кровавый ад! Как дрон попал в здание? Мои легкие горели, я задержала дыхание на секунду, прежде чем начать глотать столь необходимый кислород после такого тяжелого бега. Неважно, как он попал, главное он здесь и несет смертельную опасность.

— Гальван! — Крик Ангурры привлек не только мое, но и внимание дрона. Она выбежала из комнаты управления щитом, прямо на линию огня.

О, черт, это плохо.

— Ангурра, нет! Вернись! — Я бросилась вперед, поднимая разрушитель, но было уже слишком поздно. Дрон выстрелил энергетическим зарядом, ударив Ангурру в грудь. Её тело сильно дернулось, прежде чем она упала на пол рядом с Гальваном.

Сильный гул дрона, когда он снова включился, заставил меня вздрогнуть. Он повернулся ко мне.

— О нет, тварь, у тебя не выйдет! — Я нажала на курок и попала по голове беспилотника. Он загорелся и рухнул на пол, откатившись к стене. Никогда я так не радовалась, что научилась стрелять из этого оружия.

Обойдя обломки дрона, я опустилась на колени рядом с Ангуррой и Гальваном, проверяя, живы ли они. И вздохнула с облегчением, почувствовав биение их сердец, когда обнаружила пульс у каждого.

Вой другого дрона заставил меня взглянуть вверх. Я прицелилась и выстрелила, прежде чем он приблизился.

Я встала, чтобы схватить Гальвана за ноги, и потащила его назад в комнату управления. Не обратив внимания на боль в животе, я помчалась назад, чтобы уберечь Ангурру от опасности. Ещё два беспилотника вылетели ко мне из-за угла.

— Э!

— Э здесь, Анна.

— Запечатай дверь диспетчерской, сейчас же.

— Выполнено. — Дверь закрылась. В центре комнаты стоял плоский блестящий стол, высотой мне по грудь. Огни вспыхнули вокруг дыры в центре стола, в которой мерцало голографическое изображение трех больших черных кораблей друэльцев, парящих на орбите. Я наблюдала, как с кораблей падали новые дроны, как перец из перечницы.

В подавляющем большинстве вариантов наша единственная надежда заключалась в том, чтобы этот проклятый щит поднялся и заработал.

Паника охватила меня, мой взгляд скользнул по элементам управления. Я не знала, что делать. Черт, у меня возникали проблемы даже с программированием DVD-плеера на Земле. Для меня это было слишком сложно… Я снова посмотрела на синий сверкающий луч, проходящий через центр комнаты.

— Э, что нужно сделать, чтобы активировать защитный щит?

— Кристаллические пути не завершены, защитный щит не может быть активирован.

О-о-о, дорогой, это не хорошо. Бесчувственный тон Э в этот момент действовал мне на нервы. Адреналин, смешанный со страхом, заставил мои руки дрожать. Я прижала их к столу и глубоко вдохнула, выдыхая через нос и стараясь не поддаваться растущей панике от слов Э.

Сохраняй спокойствие и думай.

— Что за кристаллические пути, и как я могу это исправить? Скажи мне медленно и просто.

— Исполняю. Позади вас — ящик с кристаллами.

Я обернулась и увидела металлические коробки, сложенные у стены. Открыв крышку, я вытащила прозрачный плоский синий кристалл размером с лист бумаги формата А4, с высеченной электронной платой. Кристаллы пути, я поняла это сразу.

— Они все задействованы в управлении?

— Подтверждаю.

— Хорошо, куда их ставить?

— Под столом вы увидите сеть путей.

Я снова повернулась и присела на корточки. Конечно же, под столом торчали концы других кристаллов, что заставило меня подумать о красивой синей рождественской елке. Положив кристалл пути из своей руки обратно в коробку, я волоком подтащила каждую тяжелую коробку под стол. И подпрыгнула, услышав ритмичный стук за дверью.

— О боже, это атака дронов?

— Подтверждаю.

— Дверь удержит их снаружи?

— Дверь держится на уровне восемьдесят семь процентов, приблизительное время пробития — три минуты и сорок пять секунд.

У меня пересохло во рту, я подавила панику. Нельзя терять ни секунды.

— Э, поторопись, который ставить первым?

* * *

Пот стекал по моему виску, руки были липкими и всё ещё дрожали, когда я вставила предпоследний кристалл на место. Понятия не имела, сколько времени это заняло, но казалось чертовски долго.

— Предполагаемое разрушение двери через тридцать две секунды.

— Черт!

Я вытащила оставшийся кристалл, заметив последний слот. Подняла его, затаив дыхание, чтобы успокоить дрожащие руки, и поставила на место.

— Сделано. Всё правильно?

— Подтверждаю.

Сидя на полу на заднице, я схватилась за край стола, чтобы подняться.

— Активируй щит. Немедленно, черт возьми!

— Невозможно выполнить, вы должны последовательно провести активацию.

Кровавый ад!

— Скажи мне, какие кнопки! — Я уставилась на символы на панели, меня охватила паника. Я закричала, когда кто-то коснулся моей руки. Обернувшись, я увидела, что Гальван схватил меня за локоть. Его обычно ясные голубые глаза были покрасневшими и налились кровью.

— Анна, тише. Отойдите в сторону, я могу сделать всё остальное.

Я с радостью оставила свое место и, подхватив дезинтегратор, подняла его, готовая выстрелить во всё, что осмелится пройти.

— Будьте готовы, у меня совсем не было времени откалибровать скачок напряжения от ядра планеты.

Ангурра застонала, Гальван работал, его пальцы летали над консолью. Весь стол начал ярко светиться, и луч вырвался из центра. Огромная ударная волна пронеслась по комнате, сбивая нас с ног. Боль пронзила мое тело, когда я спиной сильно врезалась в дальнюю стену и ударилась головой. Мое зрение затуманилось, а уши заложило. Боль исчезла, оставив меня ошеломленной и с кружащейся головой.

В то же время я смутно осознавала, что дверь разбилась, и в комнату влетело полдюжины атакующих дронов.

Я попыталась поднять дезинтегратор, но увидела, что тот валяется от меня в нескольких футах. Это походило на просмотр фильма в замедленной съемке. Комната осветилась огнем от дезинтегратора, дроны взорвались, когда вбежали закийцы, их оружие никогда не промахивалось. Пока все дроны не оказались сбитыми, искрящимися и сгоревшими остатками, лежащими вокруг нас, закийцы не остановились.

Два закийца опустились передо мной на колени, я видела, как двигаются их губы, но не могла услышать, что они говорили. Что со мной не так? Я не могла заставить свое тело работать. Один из них коснулся меня. Они обменялись взглядами и покачали головами, кто-то из воинов наклонился вперед, мягко подхватывая меня на руки.

Мою спину и ноги покалывало. Но я всё ещё не могла двигаться. Я хотела позвать Моррдрука, мое зрение размылось, когда по щекам потекли теплые слезы.

Я умираю? Мне нужен мой муж, мне нужно увидеться с ним в последний раз. Головокружительная волна накатила на меня, я пыталась бороться, но она оказалась слишком сильной, утянув меня в темноту.

Глава 15

Теплое солнце, было ли что-нибудь лучше, чтобы прогнать холод из вашего тела? Весна на ферме моего отца — моё любимое время года. Мне очень нравился сладкий аромат цветущих кустов акации в воздухе. Всё расцветало пышным цветом, пока весеннее солнце нагревало воздух в прелюдии к лету.

Мой отец водил всю семью в походы в горы, когда утро было прохладным, а земля зеленела. Как я по ним скучала. Они никогда не узнают, жива я или нет. Но всё это уже не имело значения. Я увидела, как лицо Моррдрука появилось в моих мыслях, и улыбнулась, точно зная, какому месту принадлежу.

Его чудесный глубокий голос проносился в моей голове снова и снова: «Аюнна, моя Аюнна. Проснись, вернись ко мне».

Я глубоко вздохнула и подвинулась, чтобы найти хорошее теплое место, открыла глаза, но всё расплывалось. Я моргнула несколько раз, чтобы привыкнуть к солнечному свету, проникающему через широко открытые двери.

Урчание в животе дало мне понять, насколько я голодна. Я осматривала огромную комнату… одну из наших во дворце. Повернула голову, когда прогнулся матрас рядом со мной.

Мордрук лежал лицом ко мне, обычно напряженные черты лица расслабились во сне. Я повернулась на бок, лицом к нему, подняв слабую руку, чтобы обвести контур его красивого лица. Он выглядел почти мальчишкой.

О, как я его любила. Мы были так похожи, но такие разные, люди и закийцы. Он уткнулся носом в мою ладонь, и я улыбнулась. Его лицо дернулось, а глаза открылись. Я обнаружила, что смотрю в бледно-голубые кристаллические глубины, когда он посмотрел на меня, моргая несколько раз.

— Привет.

Он глубоко вздохнул, раскрыв глаза от удивления.

— Аюнна, ты не спишь.

Я любила его глубокий, ровный голос.

— Да, и ты тоже.

Я вспомнила, что случилось, перед тем как потеряла сознание.

— Я предполагаю, что все сработало, если мы здесь на солнце, а не в тюрьме друэльцев.

— Да, сработало. Щит установлен. Друэльцы больше не смогут пройти. Благодаря тебе наш дом в безопасности.

Он поднял руку, проводя ею по моей голове и лицу.

— Я боялся, что ты никогда не проснешься.

Озадаченная, я нахмурилась.

— Никогда не проснусь? Не понимаю.

— Аюнна, от взрыва ты сильно ударилась о стену и получила множество переломов. Ты находилась так близко к смерти. Служители пытались найти способы остановить кровотечение.

Ребенок! Руками я обхватила живот, внезапная волна паники сжала мое горло.

— Нет, любовь моя, — руки мужа накрыли мои. — Он в порядке.

— О, слава богу. — Тяжело вздохнув, я расслабилась, зная, что с моим малышом всё в порядке.

— Мы беспокоились о тебе. Потребовалось два дня, чтобы залечить все твои физические травмы. И с тех пор ты спала. Служители сказали, что ты проснешься только тогда, когда твой разум будет готов.

— Мне снилась моя семья с Земли, и ты, как будто я должна сделать выбор. — Я попыталась вспомнить сон, но он быстро угасал. Я отпустила это и улыбнулся своему мужу. — Я выберу тебя всегда и навечно.

Он придвинулся вперед, припадая к моим губам в нежном поцелуе.

— Хм, — Моррдрук обхватил меня руками, притягивая к своей обнаженной груди.

— Всё ли в порядке, кто-нибудь пострадал во время нападения?

— О, моя Аюнна, всегда думающая о других. Мы потеряли полдюжины мужчин, а раненые уже вылечены. — Мне понравилось, как его грудь поднимается, когда он глубоко вздохнул, прежде чем продолжить: — Киллиу злится, что ты его перехитрила, но очень рад, что с тобой всё в порядке. Он вместе с главнокомандующим каждый день стоял на страже у наших палат. Все ждут, когда ты проснешься. Они хотят выразить благодарность за всё, что ты сделала, чтобы спасти наш народ.

— Я не хочу никаких благодарностей, мои мотивы были чисто эгоистичными. Я думала лишь о спасении двух самых важных людей для меня во вселенных. — Я вытащила руку из-под его и положила её на свой живот.

Увидев улыбку, освещающую его лицо, у меня перехватило дыхание.

— Пусть они верят в то, что хотят, ты — самое отзывчивое и любящее существо. Для меня большая честь называть тебя моей.

Слезы навернулись на глаза, и мой подбородок задрожал, когда меня переполнили глубокие, наполненные любовью эмоции.

— Не заставляй меня плакать, пожалуйста. Я тебя очень люблю. Нет ничего, что я бы не сделала и не отдала для тебя.

Я видела слезы в его глазах, когда он смотрел на меня сверху вниз.

— Мы свободны, свободны любить, как пожелаем, свободны править нашей планетой, свободны навсегда.

Тишина наполнила комнату. Слова никогда не будут полностью выражать глубину чувства наших сердец, но мы всегда будем это знать.

— Знаешь, я могла бы съесть слона прямо сейчас, — улыбнулась я.

Моррдрук громко расхохотался:

— Если бы знал, что такое слон, я бы достал его для тебя. До тех пор, буду стараться облегчить бремя твоего голода.

— Хм, хотя не сейчас. Просто обнимай меня немного подольше, прежде чем мы снова со всеми встретимся.

Моррдрук поцеловал меня в лоб.

— Моя любовь. — Затем в левую щеку. — Моя королева. — Он поцеловал меня в правую щеку. — Моя Аюнна. — Он поцеловал меня в губы долгим глубоким поцелуем, потом отодвинулся и посмотрел мне в глаза, сияя любовью. — Я буду обнимать тебя до конца времен.

Внимание!

Текст предназначен исключительно для ознакомительного чтения. После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст, Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой материальной выгоды.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

1

Буш — обширные неосвоенные человеком пространства, обычно поросшие кустарником или низкорослыми деревьями, в Австралии (в основном), Новой Зеландии, Южной Африке, Канаде и на Аляске.

2

Дезинтегратор — гипотетическое оружие, распыляющее цель на молекулы или другие частицы.