Глава 1

— Ну так что, малышка, согласна? — улыбаясь, спросил мужчина.

— Да, — уверенно ответила я.

— Вот и славно! Сегодня можешь заняться поиском квартиры. Машину тебе выберу сам, никакой Тойоты, моей девочке нужно что-то стильное.

Я попыталась возразить, но мужчина уже встал из-за стола с намерением уходить.

— И прекрати скромничать, ты запросила не так много, как могла бы, — с этими словами он наклонился и, жестко фиксирую мой затылок, поцеловал. Коротко, но на губах все равно остался влажный след.

— Привыкай, я за это заплатил.

***

Несмотря на занятость, меня весь день не покидало тревожное ощущение. Я уже не могла ничего изменить, значит очень скоро столкнусь с последствиями своих решений. Но игра стоит свеч, даже если придется позволить чужому человеку к себе прикасаться.

Квартиру решила искать через агенство. Там меня заверили, что подходящий вариант найдут за два дня. Хорошо бы, а то, боюсь, потом у меня не будет времени этим заниматься. Да и все формальности хочется решить до конца июня, включая перевод в другой вуз. Благо, все экзамены мне проставили "автоматом".

В общежитие я вернулась абсолютно измотанная, поэтому вещи, не глядя, скинула в 2 объемные сумки и завалилась спать. На некоторое время все заботы растворились и не давали о себе знать дло самого звонка будильника.

Вечером приехал водитель и забрал меня в особняк Стуцко Григория Павловича. Моя соседка по комнате Милана так и не появилась, поэтому обошлось без прощаний. Стало даже немного грустно, зря не сказала ей, что именно сегодня съезжаю. Кроме нее, некому меня проводить. Но ладно, пора, новая жизнь ждет не дождется, когдя я в нее вступлю.

Не знаю, сколько мы ехали, но по ощущениям целую вечность. В машине играла тихая музыка, водитль был вежлив и выглядел безупречно, под стать роскошному кожаному салону, не то что я: в обычных потертых джинсах и клетчатой рубашке, да еще и с двумя огромными сумками. Как есть — оборванка. Но когда мы, наконец, приехали, почувствовала себя еще более жалкой.

Никогда раньше не была в таких огромных домах, поэтому растерялась и вела себя наверняка со стороны очень странно. Но дворецкий не подал виду, только проводил до комнаты, поинтересовался не нужно ли мне что-нибудь еще и, получив в ответ нервное "нет", удалился. Да уж, не так он скорей всего представлял себе новую хозяйку дома.

Зря я надеялась привести нервы в порядок, потому что, оглядев интерьер спальни, быстро сообразила, чья она. Но почему? Во избежание сплетен? Или поиздеваться захотелось? На такое соглашаться я была не намерена, значит придется потратить последние силы на отстаивание собственной позиции…и комнаты.

Естественно распаковывать вещи, которые так предупредительно принес водитель, я не стала, как и осматривать спальню. Села в удобное кресло и стала ждать своего жениха…Но он так и не появилася. Зато через час дворецкий пригласил спуститься вниз, чтобы "отужинать".

В столовой меня ожидал сюрприз в виде сидевшего во главе стола Григория. Он, как всегда, выглядел очень аристакротично: строгий костюм, идеальная прическа и черезвычайно надменный вид.

— Присаживайся, — он встал и отодвинул стул слева от него.

Я с вежливой улыбкой опустилась на предложенное место. Тут же из-за угла появилась молоденькая девушка с двумя тарелками. Ловко поставив перед нами блюда, она исчезла. Это оказался суп, и пах он очень даже вкусно.

— Ты, наверно, очень голодная. Наслаждайся.

— Спасибо, — поблагодарила я, стараясь есть как можно аккуратнее. Спустя несколько ложек наступило хоть какое-то насыщение, и я решила обсудить волнующую меня тему. Убедившись, что в комнате никого, кроме нас, тихо спросила:

— Почему меня привели в твою комнату?

Мужчина внимательно на меня посмотрел.

— А ты не так любопытна. Я думал, что, как и любая женщина, заглянешь в каждый угол. Если бы ты так сделала, то нашла бы дверь в еще одну комнату. Она полностью изолирована, и вход только через мою спальню. Ванна, извини, общая, но я освободил две полки для тебя.

Я не удержалась и облегченно выдохнула, облокачиваясь на спинку стула.

— Для тебя это был такой принципиальный вопрос? — удивился Григорий.

— Я же предупреждала о личном пространстве.

— Да, верно…

Остаток ужина прошел спокойно, после чего мужчина направился в свой кабинет, а я на поиски таинственной комнаты.

Она оказалась очень милой. Даже чересчур. Нежно-голубые обои, светлая мебель без острых углов, белый пушистый ковер под ногами, но вместо кровати здесь стоял довольно большой диван, на котором лежал ворох подушек. Наверно, это место и не должно выглядеть, как отдельная спальня.

После душа занялась распаковкой вещей, которые с большим запасом поместились в шкаф. Перебирая свой скудный гардероб, поняла, что в любом наряде буду выглядеть простушкой. Конечно, Григорий говорил, что меня придется приодеть, но не думала насколько все плохо. В этом доме разница в социальном статусе ощущалась острее.

Послышался стук и тут же дверь приоткрылась.

— Обустраиваешься? — улыбнулся Григорий. — Хорошо. Диван раскладывается, только, пожалуйста, собирай его после сна. Не надо, чтобы горничные обо всем догадались. Я уже буду ложиться, тебе тоже советую, завтра ранний подъем. Пройдемся по магазинам.

— Ладно, спокойной ночи.

— Сладких снов, дорогая.

Глава 2

Утром я проснулась очень рано, Григорий еще спал. Осторожно прокралась мимо его кровати и выскользнула за дверь. Мне нужно было совершить все утренние процедуры, чтобы начать собираться, но, воспользовавшись "нашей" ванной комнатой, разбужу мужчину, поэтому надо найти другую.

Это оказалось не так просто, потому что дверей оказалось слишком много. Спустилась вниз и начала двигаться чисто интуитивно. Я уже знала, где столовая, значит рядом кухня, следовательно недалеко должен быть туалет. И действительно, за первым поворотом я нашла, что хотела.

Возвращаясь назад, наткнулась на девушку, которая с каким-то остервенением терла одну из ступенек лестницы.

— Км, — привлекла я внимание. Девушка обернулась и резво вскочила на ноги, чуть не перевернув ведро с водой. Присмотревшись, вспомнила, что именнно она вчера прислуживала за столом.

— Извинете, я сейчас все уберу!

— Не переживай так, — улыбнулась я. — Мне бы только пройти. Не ожидала такой бурной деятельности с самого утра.

— Конечно! Тут просто…пятнышко…я вчера не заметила. Извините! — начала оправдываться девушка.

Она выглядела такой расстроенной — это меня насторожило.

— С тобой все хорошо? — я поднялась к ней и стала разглядывать ступеньку в поисках пятна. — По-моему здесь чисто.

Взгляд выхватил тряпку, которая лежала в ведре. Она вся была в красных разводах.

— Это что, кровь? — мне стало дурно. — Откуда?

— Я порезалась, — последовала явная ложь.

— Где? — потребовала я ответ.

Конечно, никаких доказательвств мне не предоставили, а по щекам девушки и вовсе потекли слезы. Она старалась сдерживаться, но выходило плохо.

— Слушай, — ласково начала я. — Ты должна мне все рассказать. Как тебя зовут для начала?

Я старалась выглядеть спокойной и рассудительной, но внутренне уже начинала нервничать. Успокаивать людей — это точно не мое. Никогда толком не знаю, что сказать, чтобы человек не впал в еще большее отчаяние.

— Виталина.

— Очень приятно. Я Аля. Что с тобой произошло?

— Вам не стоит знать.

И вот как ее разговорить?

— Не надо мне выкать, я совершенно обычный человек, к тому же, наверняка, твоя ровестница, — я взяла свою новую знакомую за руку и осторожно потянула за собой вниз. — Сейчас пойдем выпьем чаю, ты поделишься своими проблемами, и я все решу. Григорий поможет.

Девушка неожиданно дернулась.

— Не надо! Он здесь хуже всех.

Вот сейчас не поняла. Он, конечно, не самый приятный человек на планете, но определенные достоинства имел. Иначе меня бы здесь не было.

— Он тебя обижал? — спросила я, боясь услашать ответ.

— Не могу сказать, — внезапно взгляд девушки стал решительным. — Пойдем!

Она схватила меня и потащила в ванную комнату. Включив кран, приблизилась совсем близко и быстро заговорила.

— Тебе нельзя здесь оставаться. Меня в любом случае ничего хорошего не ждет, но тебе постараюсь помочь. Я слышала твое имя. Алеста, верно?

Я кивнула.

Виталина перевела дух и продолжила:

— Григорий Павлович говорил про тебя с одним человеком. Очень-очень плохим человеком. Ты что-то узнала, и теперь он думает, что проще тебя убить. Он сказал, что сначала попробует по-другому, но на всякий случай договорился с этим человеком. Сказал даст ответ в течение недели.

У меня буквально земля из-под ног ушла. Бал. Через неделю должен состояться бал. Мой первый выход в свет, до этого, Григорий сказал, мы нигде не будем появляться. Все сходится.

— Прости, — прошептала девушка и оставила меня одну.

Я медленно выключила воду и посмотрела в зеркало. Вот что значит выражение "на тебе лица нет". Полностью мне подходит: вместо лица — застывшая маска. Устроила свою жизнь, называется. Идиотка!

В комнату прокралась так же тихо, как и уходила, но это было уже ни к чему. Хозяин дома бодорствавал и, судя по виду, успел принять душ.

— Доброе утро, — проговорил он. — Молодец, что так рано встала. Одевайся, займемся делами пораньше.

На деревянных ногах прошла к себе и, прикрыв дверь, глубоко вздохнула. Надо успокоиться, убивать меня пока не собираются…Хотя откуда я знаю, куда меня сейчас повезут? Взглядом начала рыскать по комнате в поисках тяжелого предмета для самообороны. Может Виталина ошиблась? Я даже не спросила, как она услышала весь этот разговор. С другой стороны, моя оплошность объяснима, не каждый день тебе сообщают, что липовый жених хочет тебя убить. Да и подробности девушка знала…Я действительно владела кое-какой информацией о Григории. Но за это не убивают! Наверное…

Глава 3

Сидя в машине, вся извелась, но мужчина списал мое состояние на волнение перед шоппингом. Я не стала возражать и постаралась бояться не так открыто.

Остановились мы у торгового центра, где я никогда не была по причине отсутствия магазинов с нормальными ценами. Григорий протянул мне кредитку.

— Ни в чем себе не отказывай.

— Ты не пойдешь со мной?

— Не привлекаем внимание, помнишь? Здесь можно натолкнуться на людей, которых я знаю.

Не хочет лишних вопросов, если я вдруг исчезну? Предусмотрительно.

— Водитель доставит меня на работу и потом вернется за тобой. Сильно не торопись, — напоследок сказал Григорий и захлопнул дверь.

Я осталась стоять посреди улицы с карточкой, на которой наверняка лежала кругленькая сумма. Вот он, шанс сбежать. Снять деньги не получится, но можно купить что-нибудь дорогое. Украшение, которое можно будет заложить. Поймать попутку и с пересадками добраться до какой-нибудь глухомани. Паспорт с собой, немного налички есть — на первое время хватит. Сердце в груди стучало, как ненормальное, пока я принимала решение.

И тут я поняла, что не смогу. Это не фильм, где на каждом шагу "рояли в кустах", мне может и не повезти. Одинокая слабая девушка в бегах, в лучшем случае ограбят, в худшем изнасилуют. Нет, страшно.

Тяжело вздохнула и побрела делать покупки. Внутри торгового центра было оживленно, поэтому первое время даже растерялась. Странно смотреть на всех этих людей и понимать, что никому из них и дела не будет, случись что со мной. С одной стороны вполне логично, с другой — грустно…

Чтобы побыстрей со всем покончить, зашла в первый попавшийся бутик. Как и во всех брендовых магазинах, здесь было максимум пространства и минимум одежды. Девушка-консультант вежливо поинтересовалась, может ли она чем-нибудь помочь.

— Спасибо, я пока посмотрю.

Пройдясь по рядам, выбрала всего одну кофту. Такими темпами проторчу здесь до вечера. Теперь магазин выбирала по количеству одежды на стендах. Когда набралось приличное число пакетов, оставила их в камере хранения и пошла перекусить. За завтраком кусок в горло не лез, но сейчас наступило такое всепоглащающие безразличие к собственной судьбе, что даже настроение улучшилось. Все вдруг показалось таким абсурдным и неважным.

***

В небольшом кафе села за самый дальний столик и заказала чай с блинчиками. Уходить не спешила и, поев, попросила себе еще одну чашку чая. Все равно основные вещи уже купила, осталось найти платье для бала, на который я, возможно, и не попаду… А после меня опять отвезут в этот странный дом с перепуганными до смерти горничными и пятнами крови на ступеньках.

Взяв себя в руки, подозвала официанта, чтобы попросить счет.

— Все уже оплачено, — неожиданно заявил парень. — Мужчина за баром заплатил за себя и за вас.

Я выглянула в поисках щедрого незнакомца.

— Он уже ушел. Передал вот это, — в моих руках оказалась салфетка, на которой размашистым подчерком было написано: "Такие красавицы не должны грустить".

Поймала себя на том, что улыбаюсь.

— А как он выглядел?

— Хмм…В черной футболке, темные волосы…Татушка на плече прикольная.

— Спасибо, — решила перестать мучать парня. Не собираюсь же я искать этого таинственного незнакомца.

Но, выйдя из кафе, сразу начала взглядом подмечать названные приметы. Это получалось само собой и очень отвлекало от выбора платья. Через час подобное занятие мне надоело, и я решила забыть о случившимся. Но салфетку все-таки сохранила.

Наверно, только в сотом по счету бутике наткнулась на довольно красивое платье. Бордовое, бархатное, длиной в пол. При примерке оно село идеально: облегало фигуру, как вторая кожа, плечи и шея оставались открытыми, и грудь не была выставлена на показ. Посмотрела в зеркало и поняла, что такое не для меня. Слишком сексуально, я со своими рыжими волосами итак буду выделяться, не хватало еще иметь вызывающий вид.

— Я его покупаю, — сказала девушке-консультанту.

Именно в этот момент я смирилась со своим положением и полностью осознала, что меня ждет. Игра на публику, притворство, поцелуи и оъятия почти незнакомого мужчины, великосветские приемы и гламурные вечеринки. Мне предстоить прожить чужую жизнь, поэтому пора бы надеть маску.

Получится ли у меня вернуться к себе прежней в конце? Возможно, частично. Ведь все уже оказалось сложней, чем я предполагала. Когда соглашалась на сделку, думала, что будет легко и даже весело. Целых три месяца провести среди богатства и роскоши, да, придется потерпеть чужие прикосновения, но это же не секс, тем более потом я буду абсолютно свободна. С небольшой однокомнатной квартирой, практичной машиной и оплаченным обучением на лучшем архитектурном факультете страны. Плюс Григорий сам добавил триста тысяч, как бонус.

Из торгового центра выходила уже другим человеком. Надо доказать Григорию, что мне можно доверять, и после исполнения нашего договора, я исчезну из его жизни. От раздумий отвлек звонок мамы.

Отдала все пакеты водителю и отошла на расстояние, чтобы поговорить.

— Привет, мам.

— Ну здравствуй, дочь. Рассказывай, как прошли экзамены.

— Как всегда хорошо, вчера последний закрыла, — начала врать я. Родителям я всегда врала, так как правда их никогда не устраивала.

— Умница. Папа передает привет, может, приедет через неделю, если на работе опять не загрузят, — услышала в ответ очередное несбыточное обещание.

За два года учебы никто так ни разу и не приехал, только я стабильно появлялась на семейных праздниках три раза в год. День рождения папы, день рождения мамы и Новый год. 400 километров на автобусе, 765 рублей в одну сторону.

— Уже нашла работу?

— Да, прохожу стажировку в одной фирме на должность секретаря.

— Молодец. Хватит уже официанткой бегать, тебе скоро высшее получать, а без хорошего опыта сейчас никуда не берут. Я тут говорила с тетей Галей, у нее племянница, как и ты, на инженерном учится, — начался очередной рассказ с очевидной моралью: тебе надо поступить так же. — Так вот она устроилась бухгалтером, ее там всему научили, и теперь она пдрабатывает на дому. И когда начнутся занятия, сможет этим заниматься.

— Повезло, что она любит бухгалтерию.

— Какая разница! Вот ты любишь архитектуру, но так бы не смогла. Что это за архитектор такой на дому!

— Я поняла, давай закроем эту тему. Как там ремонт продвигаетс? — решила срочно сменить тему. Теперь можно почти не слушать.

Всегда во время разговора с родителями расстраиваюсь. Каким-то образом у них выходит каждый раз указывать на мою никчемность. Они считали, что раз мне не хватило ума поступить бесплатно на архитектурный, то надо вообще отказаться от этой идеи. И уж тем более не стоило идти на смежную специальность — инженер-проектировщик. Но по-моему так я не теряла время и получала хоть какие-то знания в области, в которой собираюсь работать. Сначала я, конечно, надеялась, что смогу все-таки после выпуска проектировать здания, но оказалось, что акцент в обучении делался на обеспечении строения системами водо- и электроснабжения. Тоже полезно, но не то.

Отец и вовсе считает это чисто мужской профессией, поэтому ждет моего замужества, которое "обязателно вправит мозги". С мамой же получилось: после встречи с папой она ушла из гимнастики, которой профессионально занималась 13 лет, и стала домохозяйкой. Я же должна пойти по ее стопам и в первую очередь устроить личную жизнь. А до этого времени будь добра полностью обеспечивать себя сама. Иногда мне кажется, что полное безразличие родителей к моим финансовым делам — это просто еще один мотиватор поскорей устроить свою жизнь за счет какого-нибудь мужика. Ну я, можно сказать, так и поступила.

Глава 4

В машине было так тихо и спокойно, что глаза сами собой начали закрываться. Приятная расслабленность потихоньку растекалась по телу, скорей бы добраться до дома…

Резкий толчок, и голову пронзает тупая боль. В панике подскакиваю на месте и оглядываюсь. Остатки прекрасного сна, в котором я бродила по таинственному замку, перекрывает реальность.

— Приехали, — горомко произносит водитель, поворачиваясь ко мне. Под кожу забирается липкий страх, когда выглядываю в окно и вижу пустынную дорогу, вдоль которой простирается лес. Неужели это конец? Я вот-вот готова была закричать и начать биться в истерике, как сквозь шум в ушах выхватила слово "колесо".

— Что-то с колесом? — на автомате спросила я.

— Да, — водитель странно на меня посмотрел. — Я говорю, урод какой-то на встречку выскочил, и мне пришлось прямо в яму заехать, чтобы не столкнуться с ним. Сильно испугались?

— Да, есть такое, — внезапное пробуждение и собственная фантазия сыграли со мной злую шутку.

— Пойду посмотрю, есть ли повреждения.

Постепенно сердечный ритм пришел в норму и тело перестала бить нервная дрожь. Я вышла из машины, чтобы подышать свежим воздухом и окончательно прийти в себя. Водитель сидел на корточках возле правого колеса и озадаченно его осматривал.

— Ну как?

— Фигово. Бампер на соплях висит, колесо тоже…ходовку придется менять. Сейчас сообщу в офис, они пришлют машину, — напряженно ответил он.

— Извините, а как вас зовут? — странно, что до сих пор не поинтересовалась.

— Петр.

— Очень приятно. Если из-за этого вам грозят проблемы, то я подтвержу, что другого выхода не было.

— Спасибо. Это было бы очень кстати, — мужчина тут же повеселел.

В ожидании прошло полчаса. С Петром мне поговорить было не о чем, поэтому я банально уткнулась в телефон, удобно расположившись с открытой дверью на переднем сиденье. Голова от удара с боковым стеклом просто раскалывалась, и голод не заставил себя ждать.

Пару раз проезжающие мимо люди предлагали свою помощь, но Петр вежливо отказывался. Вот и сейчас рядом с нами затормозил спортивный автомобиль, из которого вышли четверо молодых людей.

— Сломались? — спросил один из них.

— Да, в яму заехал, — ответил Петр.

Они завели между собой чисто мужской разговор, и я перестала обращать на происходящее внимание.

— Что грустишь, принцесса? — внезапно раздался рядом незнакомый голос. Молодой парень неприятно улыбался, загородив своим телом весь проем.

— Эй, — сразу среагировал Петр. — Отойди от девушки.

Одновременно произошли две вещи: водителя повалили на землю, а меня вытянули из машины.

— Нет! — не своим голосом закричала я.

— Тащи ее сюда! Бл*, живо!

Я же визжала, брыкалась, кусалась, но без толку. Такого отчаяния в жизни не испытывала. Я захлебывалась страхом и даже не чувствовала физической боли…Под отборный мат эти двое скотов запихали меня на заднее сидение своей машины, один сел за руль, другой остался держать меня. В нос ударил запах грязи и сигарет. Мельком увидела, что наша машина на тросе едет следом.

— Ха, сладкая, — по шее прошелся язык.

— Ублюдок, — сдавлено просипела я, выкручивая собственные руки, чтобы избавиться от цепкой хватки.

Сильный удар в бок вышиб из легких весь воздух.

— Теперь заткнешься, еб*ная сучка.

— Еще не е*баная! Но мы исправим, — противный смех с водительского сидения пробудил во мне такую ненависть, что даже страх на время ушел на задний план. До тех пор пока не почувствовала, как мне раздвигают ноги…Этого не может происходить со мной, невозможно…

— Эй, ты о*уел?! Жди пока приедем! — недовольный голос одного из насильников отсрочил неизбежное.

Вытащили меня на поляне. Перед глазами все расплывалось из-за слез, и из всех чувств остался только дикий ужас. Лучше бы убили…Я не выдержу…Я постепенно теряла рассудок. Особенно, когда на мне начали резать одежду. Медленно но верно, под мерзкие комментарии и собственный отчаянный вой, я оказалась полностью голая. Сознание отказывалось воспринимать происходящее, поэтому тело не слушалось и все менее активно сопротивлялось чужим липким рукам, которые вызывали странное оцепенение…Я потерялась в пространстве и даже не поняла, чо лежу на земле. Не поняла, что никто меня не держит…

Кругом творилась неразбериха, на мне оказался чей-то пиджак, все кричали и бегали. Единственное, что удалось зафиксировать — это мысль о спасении.

Наверно, со мной пытались говорить, но в голову будто напихали ваты, поэтому суть слов никак не удавалось уловить. И каждое прикосновение заставляло судорожно взрагивать и тут же нападать, поэтому в машину меня усадили с трудом. Через некоторе время я начала безостановочно радать. Громко, с надрывом. Очнулась только, когда дверь распахнулась, являя взгляду человека в белом халате. За его спиной разглядела здание. Получается, мозг даже не воспринял движение машины.

Повернула голову вбок и сквозь пелену слез разглядела Григория. Он напряженно всматривался в мое лицо, ожидая хоть какой-то реакции.

— Спасибо, — всхлипнула я и бросилась к нему на шею. — Ты меня не бросил.

— Естественно. Какие еще могут быть варианты, — уверенно заявил мужчина, мягко поглаживая меня по спине. — Пойдем, тебя надо показать врачу.

— Что с Петром? — для начала захотела узнать я.

— Сотрясение, перелом. Его сразу привезли сюда.

Я облегченно вздохнула, никто из нас сильно не пострадал.

Меня укрыли пледом, и через черный ход повели в больницу.

Ничего особенного не обнаружили, только ссадины и ушибы, но на ночь все-таки согласилась остаться.

***

В 10 часов утра Григорий лично приехал забрать меня домой. Подобная забота очень тронула и воспринималась по-особенному. Наверно, из-за того, что совсем недавно он всерьез думал убить меня. Подобные перемены не могли не радовать, как и то, что все позади. После пережитого поняла насколько необоснованны жалобы на жизнь людей, которые не сталкивались с настоящими ужасами. В моей памяти навсегда останутся воспоминания об этом кошмаре, наряду с вопросом, а если бы меня спасли чуть позже?

— Персонал думает, что вы с Петром попали в аварию, — уже возле дома сообщил мужчина, который в этот раз сам вел автомобиль.

— Это хорошо. Что будет с теми… — я не смогла закончить фразу. Людьми их вряд ли назовешь, но и произносить ругательства не хочется.

— Их устранят.

— Убьют? — шепотом уточнила я.

— Ты против?

Я задумалась. Понятное дело, во мне не было ни капли жалости. Передо мной стояла другая дилемма: достаточно ли простой смерти, или же худшим наказанием станет пожизненное заключение? Смогу ли я перестать думать о них, если они будут живы?

— Нет, не против. Но пусть помучаются, — поставила я точку в этой истории.

***

Мои наряды доставили в целости и сохранности, и первым делом я стала их разбирать. Положив перед собой платье, которое купила для бала, поняла, что украшающие тело синяки не позволят его надеть. Придется приобрести что-нибудь закрытое, а это…в другой раз.

— Аля, — в комнату заглянул Григорий. — Хотел предупредить, что сегодня вечером ко мне приедут гости. Ты можешь отдыхать, только не выходи из комнаты.

— Хорошо, не буду.

Глава 5

Я сидела в полной тишине в своей комнате и читала "Сто лет одиночества". Эту книгу мне никак не удавалось осилить, но нежелание бросать на середине заставляло стремиться дойти до последней главы; даже если смысл написанного давно был потерян.

Уже было десять часов вечера, веселье внизу скорей всего в самом разгаре, значит перед сном прогуляться по саду не получится. Но есть балкон. И сигареты.

Курить начала, как и многие, в 10-м классе, чтобы в тайне от родителей показать всем, какая я взрослая. На первом курсе бросила, но иногда во время экзаменов позволяла себе сделать несколько затяжек. А сейчас захотелось ощутить приятную умиротворенность, которую дает никотин.

Отыскала на дне сумки пачку тонких Esse и вышла из комнаты. Рывок, и я схвачена сзади. Короткий вскрик успел вылететь до того, как грубая мужская ладонь накрыла губы. Дальше оставалось только мычать, извиваясь всем телом в попытке вырваться.

— Шшш, ничего с тобой не случится. Не бойся, — шепот в самое ухо. Голова тут же дернулась — щекотно.

Я заставила себя не двигаться, хотя после недавнего нападения готова была скатиться в истерику.

— Веди себя тихо.

Очень медленно незнакомец убрал руку с моего лица, и я смогла глубоко вздохнуть. Это какое-то проклятие, не иначе. По-другому не объяснить, почему на меня постоянно нападают.

— Кто ты такая? — так же тихо спросил мужчина.

— Алеста, невеста Григ…Гриши, — голос дрожал.

— Так он не п*дор, удивительно- не думала, что шепот может быть таким выразительным и источать столько презрения.

Реагировать на эту реплику не стала, хотя незнакомец явно этого ждал.

— Мне нужно, чтобы ты закрыла глаза.

— Хорошо.

— И только попробуй открыть, — мужские пальцы на секунду с силой сжали шею. — Готова?

— Да, — ответила и меня тут же осторожно развернули. Буквально всей кожей ощутила чужой взгляд.

— Откуда столько синяков?

— На меня напали вчера, хотели…изнасиловать, — все-таки выдавила из себя это страшное слово. — Но Гриша успел вовремя.

— Хороший мальчик, — издевательски похвалил незнакомец моего спасителя. Движение, и вот уже горячее дыхание опаляет щеку. — Ты очень красивая.

Неожиданный комплимент заставил окончательно растеряться. Это было так странно, так будоражаще-приятно, что разум перестал воспринимать ситуацию, как нечто ненормальное. Во мне не было страха или отвращения, я не ощущала никакой угрозы… Ровно до тех пор, пока мужские губы на опустились на шею. Я тут же открыла глаза, но, не успев ничего разглядеть, опять была прижата спиной к крепкой груди. Незнакомец немного приподнял меня и поставил у двери в мою комнату.

— Иди внутрь и сиди там.

Конечно, я послушалась. Оставшись одна, старалась уловить малейший шум по ту сторону. Но то ли звукоизоляция была хорошая, то ли мой незнакомец действовал очень аккуратно, я ничего так и не расслышала.

Передо мной встал вопрос, что делать, все-таки посторонний человек проник в дом. Надо бы сообщить Григорию, но это определенно приведет к такой нежеланной сейчас суете. И еще…мне очень не хотелось выдавать этого мужчину, наверно, я сошла с ума, но произошедшее казалось чем-то особенным, чем-то сокровенным…С другой стороны будет хуже, если Григорий каким-то образом узнает обо всем сам. В таком случае мое молчание будет выглядеть очень подозрительно, а я хочу заслужить его полное доверие. И благодарность за спасение никто не отменял. Будет нечестно скрыть все.

Приняв решение, начала искать телефон. Проходя мимо зеркала, резко остановилась — на шее алел огромный засос. Мой первый в жизни засос. А я-то надеялась в рассказе обойтись без подробностей…

На звонок Григорий не отвечал. Надо найти другой способ связаться с ним. Вышла из своей комнаты и, на всякий случай, осмотрелась — никого. Осторожно выглянула в коридор в надежде выловить кого-нибудь из прислуги. Спустя несколько минут поняла, что придется идти на поиски.

Я проверяла все незапертые помещения, но так никого и не обнаружила. Внезапно за очередной дверью послышался громкий женский голос. Я подошла ближе и уже взялась за ручку, но она сама повернулась.

— И не смей больше здесь появляться! Я никогда не уйду с тобой!

Мгновение спустя столкнулась нос к носу с Виталиной. Она испуганно на меня посмотрела и быстро захлопнула за собой дверь, чтобы я ничего не увидела.

— С кем ты разговаривала?

— Это…это…не важно. Я могу чем-нибудь помочь?

— Да, — медленно проговорила я, пытаясь поймать ускользающую мысль. — Надо позвать Григория. Срочно.

— Что-то случилось?

Я подумала, что не стоит раскрывать подробности, но мне нужно было проверить…

— Какой-то мужчина забрался в нашу спальню, — ответила я, внимательно наблюдая за реакцией девушки.

Бинго! Виталина тут же побледнела и вся сжалась.

— Ты знаешь, кто это был, — уверенно заявила я. — Он приходил к тебе?

Мне стало чисто по-женски обидно. Весь таинственно-романтичный ореол, которым я наградила незнакомца, исчез, и появилась банальная злость. Значит, прибежал на свидание к горничной, но по пути решил поставить засос первой встречной мне! Наверно, на моем лице отразилось крайнее возмущение, а Виталина приняла это на свой счет, потому что тут же жалостливо попросила ничего не рассказвать.

— Если Григорий Павлович узнает, то будет в бешенстве. Этот…человек ничего не украл и больше не вернется! Обещаю!

— Зачем он приходил?

— Извини, но мне нельзя рассказывать. Все очень запутанно.

— Ладно, — согласилась я. Не очень-то и хочется выслушивать чужие любовные драмы.

— Спасибо! Ты…останешься…здесь? — внезапно серьезно спрсила девушка. Я поняла, о чем она.

— Да, не волнуйся. Со мной все будет хорошо, я убедилась.

***

Через неделю я окончательно освоилась в особняке Стуцко. Жизнь здешних обитателей проходила по жесткому графику, и я научилась ему следовать. Повар и две горничные в 7 утра уже подготавливали все к завтраку, дворецкий присоединялся к ним в 8 утра и раздавал поручения на день, 1 раз в неделю приходил садовник, охрана по трое дежурили круглосуточно.

Григорий уходил на работу рано и возвращался только к ужину, поэтому мое появление добавило многим хлопот. Просыпалась я позже хозяина дома, и нужно было приготовить второй завтрак, плюс обед, который персонал обычно проводил вместе, сдвигался, потому что сначала его подавали мне.

Я сначала предложила готовить самой или, на крайний случай, разогревать еду, но наткнулась на отчаянное сопротивление. И я поняла, что всем проще немного перекроить существующий, но стабильный порядок, чем каждый день подстраиваться под меня. Теперь чувствовала себя, как в детском саду: кормят по расписанию, ничего самой делать не дают, еще убирают и поправляют все после тебя. Но устраивать революцию я не собиралась, если Григорию нравится жить в общежитии, то его право. Я через три месяца буду в собственной квартире. Одна.

Единственным развлечением стали поездки на машине, которую выделили специально для меня. Никакого водителя, только я…и охрана, следующая на расстоянии в километр. Но так даже спокойней, главное, чтобы не маячили перед глазами.

Еще я пыталась сблизиться с Виталиной, но она упорно избегала моего общества, ссылаясь на дела. Я никогда раньше специально не добивалась расположения другого человека, скорей всего из-за этого теперь каждый раз терпела неудачу. Не привыкла напирать и преследовать кого-то в попытке разговорить, но, кажется, скоро начну.

После той ночи, когда в дом проник незнакомец, у меня появились вопросы. Изначально, поняв, что он приходил к Виталине, разозлилась и решила, что это касается только их двоих. Но спустя время задумалась: он ведь не просто так оказался в комнате Григория, которого явно ненавидит. И Виталина потом на мой вопрос, зачем он приходил, ответила, что ей "нельзя рассказывать". Кто запретил? Зачем? Получается, я очень сильно сглупила, когда пожалела девушку и не сообщила о случившимся. Но теперь из нее и слова не вытянешь, знает же, что говорить Григорию поздно.

Если бы эти тайны не вызывали у меня стойкую паранойю, то ладно. А так…Просыпаться среди ночи с ощущением, что на тебя смотрят, вглядываться в каждого человека с намерением определить опасен ли он, постоянно вздрагивать, если кто-то появляется неожиданно, и проверять каждый угол в стремлении избежать нападения — это делает меня похожей на невростеничку.

Как будто не хватает других переживаний. Например, первым делом я навестила Петра в больнице, и хоть он и заверил, что моей вины в произошедшем нет, уходила все равно в полном смятении. Иногда тяжелая ситуация не объединяет людей, а наоборот заставляет держаться друг от друга подальше.

***

Впереди меня ждал бал — великосветское мероприятие по поводу слияния двух фирм, о которых я никогда не слышала. Григорий выступал посредником при заключении сделки, поэтому был почетным гостем. Также это событие затронуло многих бизнесменов: кто-то выиграл, кто-то терпел убытки. Но те и другие должны были присутствовать. Я же надеялась, что буду выполнять чисто декоративную функцию.

В день торжества поехала в салон красоты, где мне сделали вечерний макияж и уложили волосы в высокую прическу. Никогда еще на моем лице не было столько косметики, а на голове столько шпилек. Как будто сразу потяжелела на два килограмма. И выбранное платье не добавляло легкости: длинная многослойная юбка только с виду выглядела воздушной. Но это был единственный цвет и закрытый фасон, которые мне понравились, — треугольный вырез, кружевные рукава до самой кисти, которые скрывали уже желтеющие синяки, а бежевый цвет прекрасно сочетался с моими рыжими волосами. Засос уже был почти не виден, и я с легкостью замазала его тональным кремом и пудрой.

Последним штрихом стал бриллиантовый комплект, состоящий из ожерелья, сережек и кольца, которое выполняло роль обручального.

— Очень блестит, — глупо похвалила я украшения. — Спасибо. Ты же потом вернешь их обратно в магазин?

— Не хочешь забрать? — с лукавой улыбкой предложил мужчина.

— На пары носить? — усмехнулась я. — Не надо, потрать эти деньги лучше на балаготворительность.

— Обойдутся, я в месяц посещаю столько благотворительных вечеров, и на каждом требуют денег.

— Уверен, что они идут по назначению? — спросила я, с трудом залезая на заднее сидение машины. Григорий устроился рядом.

— Не думай, что богатые люди идиоты. Это у обычных граждан нет возможности проверить, куда уходят их деньги.

— Я совершенно не знаю, о чем говорить, — поделилась своими страхами

— Не волнуйся, большинство мужчин придут либо с тупоголовыми моделями, либо с женами, которые раньше были тупоголовыми моделями. Можешь вести себя с ними, как хочешь, остальным мило улыбайся и принимай комплименты.

— Ты всегда будешь рядом? — обеспокоенно спросила я.

— Всю жизнь, дорогая, — проникновенно ответил Григорий, беря меня за руку. Оказывается, он умеет дурачиться.

— Мне хватит одного вечера. Так что?

— Боюсь, что нет. Но не волнуйся, перед тем как уйти, я пристрою тебя в надежные руки, — успокоил мужчина и наклонился к моему уху, — Пора бы начать звать меня Гришей.

Глава 6

Бал проходил в настоящем дворце. Я была здесь один раз на экскурсии, но сейчас все выглядело совсем иначе. Огромный зал был украшен цветами и множеством гирлянд, на небольшой сцене играл живой оркестр, у стены стоял длинный стол с закусками, и я впервые вживую увидела настоящую пирамиду из бокалов шампанского. Если не обращать внимание на логотипы компаний, то можно представить, что оказался в 19 веке. Изысканно одетые дамы и их кавалеры хорошо вписывались в исторический антураж здания.

Мы с Гришей спускались по широкой лестнице, и присутсвующие заинтересованно нас оглядывали — прям сцена из какой-нибудь сказки.

"Спокойно. Большинство людей ты больше никогда не увидишь. Они забудут о твоем существовании через три месяца", — мысленно настраивала я себя. — "Непринужденное общение на светские темы, нет ничего проще".

Через полчаса я выслушивала сотое восхищение моим необычным именем от некого Игоря, делового партнера Гриши. Традиционные приветствия и пожатия рук закончились совсем недавно, и можно было, мило улыбаясь, слушать разговор двух мужчин. А потом трех, четырех, пяти… Потихоньку начинала чувствовать себя неловко, и решилась на отчаянный шаг — пойти к бару и взять коктейль.

Гриша подозрительно внимательно огляделся и отпустил меня.

— Только быстро. Пока побудешь со мной.

Грациозно ливируя, медленно пробиралась сквозь толпу. Тут и там слышались обрывки разговоров и громкий хохот. Я заметила, что не одна такая молчаливая среди мужчин. Многие девушки так же тихо выполняли роль красивого придатка. Некоторые сбивались в кучку, образовывая чисто женские компании, и явно сплетничали, открыто разглядывая собравшихся.

У бара оказалось слишком многолюдно, поэтому пришлось взять один из бокалов вина, которые были выставлены заранее.

— Оно отвратительно, — услышала совсем рядом голос.

Обернувшись, замерла, совершенно неприлично таращась на мужчину. Что там говорят про искру, которая должна пробежать? Фейверк заказывали?…

Он был идеален. Высокий широкоплечий брюнет с пронзительным взглядом темных глаз. Пожалуйста, пусть он окажется придурком.

— Давайте я закажу что-нибудь для вас, — тем временем предложил мужчина.

Я перевела взляд на свой бокал, чтобы как-то отвлечься. Какие там напитки бывают?

— Спасибо. Может мартини? — неуверенно предложила я.

— Сейчас будет.

Я осталась одна и пыталась перевести дух. Мне бы убежать, но, зачем себя обманывать, очень хотелось остаться.

— Меня зовут Тимур, — представился мужчина, передавая мне бокал.

— Алеста.

— А сокращенно?

— Аля.

— Как-то просто, тебе бы подошло Лесси.

Он со мной флиртует с помощью обычной игры в имена? Эта банальность почти вставила мозги на место.

— Если вы ищите подружку, то мимо. Меня ждет жених, но за мартини спасибо. Ненавижу вино, — сказала я и развернулась, чтобы уйти.

— Я провожу, — мужчина внезапно оказался рядом. — Кто счастливчик?

— Григорий Стуцко.

— Ааа, Гриша. Я думал, он закоренелый холостяк.

В такой вот компании я вернулась к жениху. Тимура, оказывается, все хорошо знали, поэтому очень тепло и бурно поприветствовали.

— Нашел мое сокровище? — рассмеялся Гриша.

— Да, больше не теряй. Алеста совершенно не умеет обращаться с баром.

— Еще раз спасибо, — поблагодарила я мужчину, который вскоре бысто нас покинул.

— Это твой друг? — тихо спросила я Гришу.

— Почти. Мы ненавидим друг друга, больше с ним не разговаривай. А лучше, веди себя, как последняя стерва.

Неожиданный поворот. Хотя какая разница: друг, враг, родственник — для всех я принадлежу Грише, и подвергать этот факт сомнению опасно для жизни. Моей жизни.

Началась традиционная для таких мероприятий официальная часть, когда ведущий собирает гостей вместе и рассказывает о поводе, который собрал всех сегодня. Дальше будут выступления глав двух объединившихся фирм, мнения экспертов, вручение подарков и торжественная церемония подписания договора. Мне заранее стало скучно, а когда Гриша, как непосредственный участник события, ушел обсуждать деловые вопросы, так и вовсе навалилась тоска. Меня он оставил с двумя женщинами, Евгенией и Еленой, которые помогали ему с составлением документации при слиянии.

— Григорий такой скрытный, — резюмировала Евгения. — Ни словом не сказал, что женится. Когда вы познакомились?

— Где-то полтора месяца назад, — выдала я подготовленную легенду. — Он материально поддерживает мой университет, там и встретились.

— Любовь с первого взгляда? — вступила в разговор Елена.

— Можно и так сказать. Случайно получилось, я в тот день помогала в деканате, а у ректора с Гришей как раз была там встреча. И ректор представил меня, как лучшую студентку на своем курсе. Наверно, Гришу это заинтересовало, поэтому он и пригласил меня на свидание.

Все на самом деле так и было, если не учитаывать, что Григорий на меня совершенно не обратил внимания. Но зато я его запомнила, и в следующую нашу встречу узнала. Когда знаком с человеком, хоть и поверхностно, не ожидаешь, что он поведет себя неадекватно…Например, прикует наручниками к батарее.

— А на кого ты учишься? — любезно спросила Елена.

— Инженер-пректировщик.

Женщины явно не ожидали услышать подобное.

— Хммм, как интересно, — пробормотала Евгения.

Разговор явно зашел в тупик, поэтому, извинившись, направилась в дамскую комнату. Сделав несколько шагов, поняла, что иду не в ту сторону и развернулась. Проходя за спинами моих недавних собеседниц услышала не самые приятные слова:

— Не хотела бы оказаться в здании, спроектированном этой малолеткой.

— Брось, она просто выпендривалась. Знаю я таких инженеров…А вот Гриша явно не в своем уме.

Интересно, тут все женщины такие стервозные, или мне так повезло?

— Желчью не подавитесь, — резко сказала я, старясь добавить в голос как можно больше превосходства.

Елена с Евгенией сразу повернулись, ошарашенно глядя на меня. И куда же подевалась вся их надменность, вон как растерялись. Я не стала ждать, пока они придут в себя и направилась дальше.

В дамской комнате творился полный бедлам, такой очереди к зеркалу еще нигде не видела.

— О, ты та невеста! — развязно обратилась ко мне какая-то блондинка. — Ну и как тебе Гришенька?

— Нормально, — односложно ответила я, всем видом давая понять, что не настроена на общение.

— Да ладно, не стесняйся. Тут женская территория, и никто не выдаст твои маленькие секретики. Верно, девочки?

Заметила, что вокруг меня образовывается кольцо, еще чуть-чуть и выбраться будет проблематично.

— Извините, меня ждут, — сказала я и быстро сбежала от не в меру любопытных девушек.

Я нашла Гришу и предупредила, что буду на улице.

— 10 минут, не больше. Скоро начнется моя речь.

Я хотела возразить и заявить, что мне не нужно его разрешение, но он просто развернулся и ушел.

Оказаться на свежем воздухе было так приятно, что даже почувствовала прилив новых сил. Определенно, я выдержу этот вечер, и ничто меня не расстроит. Я зашла за угол, чтобы скрыться от взглядов случайных прохожих. Но все равно через минуту у меня появилась нежеланная компания.

— Решила сбежать? — улыбнулся Тимур, прикуривая сигарету.

— Ты специально вышел за мной? — подозрительно спросила я.

— Не будь такой мнительно, Лесси.

— Не называй меня так. И угости отравой, — попросила я.

— Куришь? — удивился мужчина, но сигарету протянул.

— Когда нервничаю, бывает, — ответила я, наполняя легкие дымом. — Фу, какие крепкие.

После второй затяжки не выдержала и выбросила окурок.

— И что же заставляет тебя нервничать? Предстоящая свадьба?

— Я не буду с тобой откровенничать, Тимур, — отрезала я холодным тоном. Но имя произнесла, не устояла… Присутствие этого мужчины заставляло вспоминать о том, что я не свободна и выбора у меня нет и не будет.

— Боишься меня, — констатировал Тимур и внезапно оказлся очень близко. — Не стоит.

— Прекрати эти дурацкие игры, — прошипела я, пытаясь обойти его, но добилась лишь того, что моя спина оказалась прижата к холодной стене здания.

— Прекрати делать вид, что ничего между нами не происходит, — это прозвучало, как требование. Рука мужчины опустилась мне на шею и нежно погладила чувствительное место. По телу поползли мурашки, и это не осталось незамеченным…

— Не знаю, что у вас там с Гришей, но меня не впутывай, — сказала я и толкнула мужчину в грудь. Безрезультатно.

— Поздно, Лесси, — прошептал Тимур и начал наклоняться к моему лицу. Боже…я очень хотела почувствовать его губы, но он итак думает обо мне черт знает что, не стоит ухудшать ситуацию. Если бы я только могла быть самой собой…

Я резко повернула голову и, собрав всю злость воедино, процедила сквозь зубы:

— Я тебя знать не знаю, а ты уже нафантазировал любовь до гроба? Наивный…

После этих слов Тимур, вопреки ожиданиям, прижался сильней.

— Это будет даже забавно, — прошептал он. — Надо бы обновить.

И прижался к моей шее, с силой втягивая кожу. Совсем как…

— Ты! — теперь я не сдерживалась и от души колотила мужчину по плечам и спине. Внезапно он отступил, но теперь я готова была сама броситься на него…для того, чтобы расцарапать лицо.

— Еще увидимся, — усмехнулся Тимур, увеличивая между нами расстояние. — И не думай, что Гриша меньший ублюдок, чем я.

Уж что, а это мне известно.

Оставшись одна, сделала единственную логичную вещь — вытащила шпильки и прикрыла шею волосами.

В зал вернулась с чувством абсолютной ненавести ко всем окружающим и даже не пыталась это скрыть. К началу гришиной речи опоздала, поэтому к сцене пришлось протискиваться, расталкивая людей.

— И в конце хотелось бы поблагодарить всех присутствующих за то, что пришли и разделили с нами этот праздник. Но выпить попрошу вас не за новую компанию GCQ, а за мою прекрасную невесту, — Гриша протянул руку, и мне ничего не оставалось, кроме как подняться к нему.

Повсюду начали слышаться аплодисменты и поощрительные возгласы. Я старалась не смотреть на толпу, но взгляд сам выловил статную фигуру Тимура, который стоял сбоку от сцены.

— Спасибо, что ты со мной, — довольно трепетно произнес Гриша. Такой актерский талант пропадает.

Я судорожно пыталась сообразить, что ответить, как из зала начали кричать "горько".

Мой первый настоящий поцелуй произошел на сцене, с липовым женихом, под пристальным взглядом сотни незнакомых людей…через 10 минут после того, как другой мужчина в очередной раз поставил мне засос.

Глава 7

Сколько себя помню, я всегда стремилась к одиночеству, потому что, как говорит доктор Хаус, все лгут.

Первый раз столкнулась с этим явлением, когда в детском саду моя подружка рассказала всем, что я ела червей. И все поверили. Так я перестала доверять обществу.

Дальше было серьезней: мама сказала, что любит меня и через считанные часы лупила ремнем за пролитую на постель краску. Отец же всегда говорил маме, что любит ее. В 12 лет я узнала, что у него постоянно были любовницы. Так я перестала доверять родителям.

Я спрятала своего внутреннего ребенка ото всех, теперь, если он и плачет, то никто не слышит. Иногда задаюсь целью перебороть детские обиды и стать открытой этому миру, ведь есть же хорошие люди. Но привычки сильнее разума. Они формировались во мне годами и, кажется, закрепились на генетическом уровне.

Первая — не вступать в споры. Это бессмысленное и утомительное занятие, в котором люди обычно выставляют себя полными идиотами.

Вторая — все делать самой. Ты свободен, если никому ничего не должен.

Третья — отгородиться от окружающих. Для поддержания стабильных взаимоотношений нужны деньги, время и желание. Ничем из этого я не обладаю.

И четвертая — врать. Парадоксально при моей любви к правде, но, нужно признать, ложь очень полезна. Она защищает меня и никому не наносит вреда.

До сих пор не понимаю, как я с таким набором асоциальных привычек была втянута в авантюру с подставной невестой. Разумеется, я продалась. Перспектива лучшей жизни манила, и плата за нее не нарушала мой моральный кодекс. Но сам факт того, что события привели именно к такому исходу, заставляет задуматься. Что это: судьба, провидение или, может, обычное невезение?

***

— Скажу честно, ты не справилась, — заявил Гриша в машине. Водителю было велено пока подождать на улице. — Тебе нужно поработать над собой.

Не ожидала услышать критику в свой адрес. И без этого мероприятие далось очень тяжело.

— Какая разница, как меня воспримут? Важна лишь моя роль. Временная, кстати говоря, — я старалась сдерживать эмоции, но злые нотки все равно проскользнули.

— А ты тут не при чем. Должны воспринимать нас. Как пару, будущих мужа и жену. Выглядеть влюбленной твоя прямая обязанность, — жестко заключил Гриша.

Он был абсолютно прав, и сказать тут нечего. Не могу же я поведать о всех своих злоключениях, которые в основном связаны с его главным врагом.

— Прости, — сдалась я.

Мужчина глубоко взохнул, явно успокаиваясь после моих слов.

— Ты растерялась, я понимаю, — теперь его голос звучал мягко. — В следущий раз будет легче, обещаю.

Гриша привлек меня к себе, обнимая, и напряжение, копившееся внутри очень долго, сразу ушло. Я не испытывала к нему никаких романтических чувств, до сих пор боялась, но потребность в обычном человеческом участии сделала свое дело, и я расслабилась.

***

Утро следущего дня началось для меня с вопросов. Кто такой Тимур и как он связан с Виталиной? А все этот след на шее, который служил красноречивым напоминанием о том, что сложившаяся ситуация касается меня лично.

За завтраком я внимательно следила за Виталиной, пытаясь найти ответы. Надо признать, девушка была красивой: густые светлые волосы, большие глаза, нежные черты лица. Даже дурацкая форма горничной не портила ее внешний вид. С другими работниками она держалась приветливо, только дворецкий Николай заставлял ее зажиматься и опускать глаза в пол. Это я могла понять, меня он тоже умудрялся подавлять своей странной предупредительностью. Ему было лет 50, высокий, худощавый, без единого седого волоска, вряд ли это гены. Будь мы в романе Агаты Кристи, то я бы с уверенностью заявила, что убийца — дворецкий.

С каждым днем во мне копилась решимость разобраться в происходящем. Нет бы сидеть и не отсвечивать, но куда там. Внутри бурлила энергия и желание…Не знаю чего, но это не давало покоя. И есть только один человек, который может помочь мне.

В огромном особняке было на удивление тихо, когда я вернулась с очередной прогулки на машине. Обычно в это время с кухни доносятся голоса персонала и неясный шум. Я почему-то стала передвигаться по дому на носочках, как будто ожидала за следующим поворотом обнаружить нечто ужасное.

Неожиданно до моих ушей донесся приглушенный всхлип.

— Дай руку, — послышался тихий голос Николая за одной из дверей. Я аккуратно приоткрыла ее, оставляя небольшую щелку для обзора.

Увиденная сцена заставила волосы встать дыбом. Дворецкий стоял полубоком ко мне и очень медленно ножом резал руку Виталины чуть выше локтя. Впервые на моих глазах мучали другого человека, и смотреть на это было невыносимо. Но еще хуже бездействие…Я старалась собраться с мыслями, чтобы ворваться в комнату и прекратить страдания несчастной девушки, но странная паника и неуверенность тормозили. Теперь понятно, откуда взялась кровь на лестнице. Пока я мялась у двери, Николай убрал нож, предварительно вытерев его белоснежным носовым платком.

— Уже три. Ты помнишь, что я обещал тебе на четвертый? — вкрадчивым тоном спросил садист. Виталина судорожно кивнула. — Умница.

Я быстро спряталась за угол и, когда дворецкий ушел, незаметно проскользнула в комнату.

— Что происходит?! — громким шепотом спросила я, надвигаясь на девушку. Она прижимала руку к ране, которя очень сильно кровоточила. — Господи, тебе надо в больницу.

— Нет. Он всегда идеально рассчитывает глубину пореза. Так, чтобы остался шрам, — безэмоционально проговорила Виталина.

Я судорожно пыталась найти хоть какую-нибудь тряпку, но на диване лежали только подушки. Пришлось снять наволочку, чтобы накрыть рану.

— Тогда скажи, где аптечка.

— На кухне есть. В ящике белом внизу, рядом с плитой. Постарайся не наткуться на Николая.

Я в рекордные сроки принесла все необходимое и сразу принялась за дело. Усадила девушку на диван, а сама устроилась возле нее на полу.

— Рассказывай, — потребовола я, вытирая окровавленную руку постарадавшей мокрым полотенцем. На чистой коже показались еще два рубца. Идеальная симметрия. Чертов эстет!

— Я разбила очень дорогое вино и получила наказание, — прозвучало так, будто она верила в то, что заслужила это.

— За подобное штрафуют, а не режут!

Виталина только пожала плечами и отвернулась, но обработка йодом не позволила ей оставаться равнодушной.

— Почему так? — я упорно пыталась добиться вменяемого ответа. — Гриша знает?

И тут произошло невообразимое: хорошенькое личико превратилось в застывшую маску и глаза зло сверкнули. Это был ответ. Мне вдруг стало так больно. Белое стало черным. Я помогала жестокому сукиному сыну. И самое отвратительное — буду и дальше помогать.

— Когда я здесь появилась, Григорий сказал, что со мной можно обращаться как угодно. Все, кроме сексуального насилия. Это условия моего договора.

— Ты не просто так здесь, — догадалась я.

— Отрабатываю долг, — просто призналась девушка, осматривая свою перебинтованную руку. — Я пьяная за руль села и сбила человека. Не насмерть, он выжил, но под статью я попала. Здесь всяко лучше, чем в тюрьме.

— Гриша тебя отмазал в обмен на уборку по дому? — попыталась уловить логику действий я.

— Это все из-за Тимура.

Я резко вскинула голову и во все глаза уставилась на Виталину. Моя бурная реакция не осталась незамеченной и вызвала очень подозрительный взгляд.

— Понятно. Вы уже познакомились. Теперь он от тебя не отстанет. Все сделает, чтобы насолить давнему врагу.

— Объясни, наконец, что все это значит! — взмолилась я.

— Эти двое много чего друг другу сделали. Сначала по мелочи в бизнесе соревновались, потом по-крупному…Не знаю, кто первый перешел черту, но сейчас все очень плохо. Меня это не волнует, и тебя не должно. Если уж решила остаться, просто не позволяй сделать из себя разменную монету… Я вот, как сестра Тимура, стала таковой.

Это объясняло многое, но не все. Он же приходил за ней той ночью.

— Тебя здесь не держат силой? — решила уточнить я.

— Нет. Мне от Тимура ничего не нужно, за свои ошибки сама расплачусь. Единственное, что скажу — он полный м*дак! Бросил нас с мамой одних, чтобы зарабатывать свои грязные деньги, — кажется, Виталину прорвало. Она высказвала мне всю свою обиду на брата с горящими глазами и нервно подрагивающими руками. — Он мог выбрать, что угодно, и быть рядом, но нет, криминальные авторитеты оказались дороже семьи. Мне было 14…7 лет прошло, а я до сих пор помню безжизненный взгляд мамы, когда она каждый день смотрела в окно, надеясь, что единственный сын вернется. Все деньги, которые он присылал, она отдавала в детские дома, не простила такого отношения. Весь в отца, тот тоже ушел.

— Неужели роль рабыни в этом доме лучше? Ты же понимаешь, что тебя используют, — не поняла я странную гордыню девушки.

— И пусть. Знаешь, что было, когда я через несколько месяцев выследила Тимура и пришла повидаться? Он накричал на меня и вышвырнул из своей новой квартиры. А три года назад объявился, просил прощения, опять деньги предлагал…Но поздно, для меня поздно. Мы уже давно чужие люди. Мама, конечно, виделась с ним. А полтора года назад она умерла, и Тимура на похоронах не было! Я лучше буду одна, чем с таким братом. Осталось проработать всего полгода, а потом новый паспорт и новый город, где меня никто не найдет.

Оказывется, я не единственная, кто стремится изменить свою жизнь. Гриша прям долбанная фея по исполнению желаний. Только делает это очень извращенным способом и с максимальной выгодой для себя.

— Мстишь, значит, — сделала вывод я. — Готова терпеть любое обращение… лишь бы брат все видел.

— Поверь, это того стоит, — уверенно сказал Виталина.

— Не боишься исчезнуть навсегда? Где-нибудь на дне океана.

— Всегда есть риск. Ты-то должна это понимать, — многозначительный взгляд в мою сторону.

— Но у меня нет никого, кто мог бы решить все мои проблемы, — попыталась вразумить я девушку.

— Вот и у меня нет!

Это какой-то порочный круг. Виталина мстит Тимуру, Тимур мстит Грише, а Гриша через Виталину мстит Тимуру. Заняться людям больше нечем!

Глава 8

Ужин проходил очень напряженно. Гриша был не в настроении, я тем более…После инцидента с Виталиной мое душевное равновесие сильно пошатнулось. Было проще, когда я волновалась за свою жизнь, а не за совесть. Закрыть на все глаза, убедить себя, что не можешь ничего изменить, снова спрятаться от окружающего мира. Проще не бывает.

— Я видела, как Николай издевается над Виталиной, — невозмутимо сообщила я, пристально смотря на Гришу. Он на мгновение замер, после чего откинулся на спинку стула, давая понять, что готов обсудить эту тему.

— Она не такой ангел, каким кажется. Через полгода с нее снимут все обвинения в наезде на человека. Ради этого она готова терпеть некоторые…неудобства.

— Ты псих, — жестко произнесла я, чем немало удивила мужчину.

— Еще она сестра Тимура. Не повезло, что сказать.

— Разобрался бы с ним сам!

— Ладно. Для ясности, — Гриша смерил меня тяжелым взглядом, — тебя никто не спрашивает. Не смей давать оценку моим действиям. Я бы давным-давно придушил этого ублюдка, если бы мог. Но существуют правила, которые я обязан соблюдать, если хочу выжить. Тебе тоже следовало бы научиться этому.

Кажется, я получила прямую угрозу. Куда делось мое чувство самосохранения?

— Ты точно ее отпустишь? — нашла в себе силы спросить.

— Точно. Спрячу от братца подальше, и пусть живет.

— С чего все началось?

Гриша понял, о чем именно я спрашиваю. Было видно, что он серьезно размышляет над тем стоит ли мне все рассказывать.

— У Тимура есть несколько подпольных бойцовских клубов. Очень популярные места для определенного круга людей. В одном из них очень любил бывать мой отец. Игровая зависимость — обожал делать ставки. Я пришел к Тимуру просить больше не пускать его, но этот сукин сын сказал, что долго ждал возможности отказать мне. Мы с ним тогда уже были на ножах.

Повисло молчание. Гриша окунулся в тяжелые воспоминаия, и я его не торопила. Итак понятно, что ничем хорошим эта история не закончилась.

— Когда люди проигрывают большую сумму и не могут сразу отдать, их заставляют на камеру сделать что-нибудь унизительное. Остается лишь один выход — заплатить, или запись будет обнародована. Тимур прислал копию мне. Хотел поиздеваться. И когда отец приехал просить денег на погашение долга, он понял, что я видел это…Он застрелился в тот же день.

Удивительная жестокость. Мне все это было чуждо, я никогда не понимала стремление людей, в особенности мужчин, самоутверждаться за счет других. Что это? Неуверенность в себе, обыкновенный садизм или вседозволенность так сильно кружит голову?

— Мне жаль, — а что еще я могла сказать? — Спасибо, что поделился со мной, теперь я понимаю… Но как долго будет продолжаться ваша вражда? Убить друг друга не можете, а другого выхода нет.

— Почему же, — спокойно проговорил Гриша, — сломать человека куда интересней. Тогда он сам себя уничтожит.

— Для этого придется сделать что-то по-настоящему ужасное. Ты не настолько плох. Думаю, Тимур тоже, — тихо высказала я свое мнение. Как бы они ни хотели, переступить грань очень сложно. При таком раскладе Виталина не отделалась бы несколькими царапинами.

Не получив никакой реакции на свои слова, я встала из-за стола и отправилась к себе. Необходимо было переварить свалившуюся на меня информацию. В том числе и о себе.

Никогда бы не подумала, что стану действовать так безрассудно. Откуда во мне взялась эта странная въедливость? Будто все чувства обострились и на первое место вылезло желание показать себя. Не прятаться от проблем, а смело вмешиваться и пытаться действовать. Может, последние события так закалили характер?

Никогда не питала иллюзий на свой счет: тихая, замкнутая зубрилка, которая мечтает хоть чего-то добиться в жизни. Другие люди и их заботы мало меня волновали, ведь если я справляюсь, то что мешает остальным? Но сейчас мне было не все равно. Я привязалась к Виталине, была благодарна Грише (и даже понимала его позицию), а Тимур…Сложно описать, какой невероятный сгусток эмоций во мне поселился из-за него. Жестокий, беспринципный, аморальный…я думала о нем каждый день. Вопреки здравому смыслу представляла, каким нежным он мог бы быть со мной. В эти минуты разум скрывался в розовом тумане, и душа растворялась в эйфории.

И после сегодняшних откровений ничего не изменилось. Совсем. Это не любовь, а обыкновенная потребность в человеке, на которого можно примерить образ героя собственных грез. Меня не беспокоила невозможность наших отношений, и без Гриши у меня не прибавилось бы шансов. Я не страдала, а посто-напросто наслаждалась новыми чувствами. Наивная девичья влюбленность пройдет, и я забуду об этом мужчине…

Было уже заполночь, когда в соседней комнате открылась дверь. Я сделала глубокий вздох и вышла.

— Я тебя разбудил? — обеспокоенно спросил Гриша.

— Нет, я на самом деле ждала тебя, — мне важно было решить один вопрос. — Прекрати мучать Виталину. Пожалуйста. Мне сложно принять подобное.

— Ты же понимаешь, что это не твое дело?

— Мое. Я здесь живу. Неужели так сложно перестать причинять людям боль? Ты же хотел разлучить их с Тимуром навсегда, сделай это сейчас, — буквально взмолилась я. Но мужчина остался равнодушен.

— Она останется. И ей ничего не будет угрожать. Пока ты здесь. Разговор окончен.

Маленькая победа. Теперь у меня есть время окончательно переубедить Гришу. Я уверена, что он рад бы поступать по-другому, но не имеет права на слабость. Один раз он уже оступился, выдав свой секрет незнакомой девчонке…Я помню его отчаяние.

Месяц назад

Я подрабатывала по выходным официанткой в одном сетевом ресторане. Мне совершенно не нравилась эта должность, но хорошие чаевые и гибкий график предоставляли только здесь.

В тот судьбоносный вечер я обслуживала столик учредителей данного заведения. К моему удивлению, среди них обнаружился и Григорий Стуцко, с которым мы недавно виделись в деканате. В тот раз у меня сложилось очень хорошее впечатление о нем, поэтому я совсем не обиделась, поняв, что он меня не узнал. Такой занятой человек не обязан помнить каждого случайного знакомого.

Веселье продолжалось до самого закрытия. Я только и успевала подавать дорогой алкоголь, всевозможные закуски и блюда. Григорий вел себя достойнее всех: помогал передавать тарелки, успокаивал разбушевавшихся товарищей, сам открывал бутылки. Но под конец и он захмелел.

Счет был оплачен, внушительные чаевые получены, важные гости начали расходиться. За столом остался только Григорий.

— Водить умеешь? — внезапно спросил он, когда я складывала на разнос тарелки.

— Да, — растеренно ответила я, заранее предчувствуя какой-то подвох.

— Держи, — в моей руке оказались ключи от машины. — Отвезешь меня домой. Я заплачу и вызову тебе такси потом.

На непрестойное предложение это похоже не было, так что смысл отказываться?

Ехать по ночному городу за рулем шикарного автомобиля — незабываемо. Проблемы началиь на середине пути, когда показывающий направление нетрезвый пассажир начал засыпать. С трудом доехав до элитной новостройки, я поняла, что Григорий сам не доберется до квартиры.

— А ты молодец… такая проворная…вот мы уже и на месте…ключи, — бормотал мужчина цепляясь за меня.

В прихожей мои силы иссякли, наверно, это послужило причиной падения.

— Ох, ты в порядке? — Григорий попытался помочь мне встать, но сам не удержался на ногах и рухнул сверху. Я в панике забарахталась под ним и, вскочив на ноги, кинулась к двери, которая оказлась заперта.

— Она захлопывается автоматически, — сказал мужчина, не вставая с пола, и продемонстрировал связку ключей. — Чего ты так испугалась! Я не стану тебя насиловать. Элементарно не смогу. У меня не встает!

Внезапно мужчина начал истерично хохотать. Пугающее зрелище, когда представительный взрослый человек в дорогом костюме валяется на полу и буквально заходится истеричным смехом.

— Представляешь? Психологическая травма и все! — он показал скрюченный палец.

Я в шоке стояла на пороге, не зная, как реагировать. Через несколько минут Григорий успокоился и посмотрел на меня так, что стало не по себе.

— Жди здесь, — приказал он и скрылся в другой комнате.

Вернувшись, мужчина схватил меня и потащил за собой. Даже в нетрезвом виде он был намного сильнее, поэтому без труда усадил на пол и приковл наручниками к батарее.

— Не надо! Отпустите! — кричала я в удаляющуюся спину. Остаток ночи меня мучали жажда, неудобная поза и страх. Оставалась небольшая надежда, что, проспавшись, Григорий снова превратится в порядочного человека, каким казался накануне.

Так и случилось. Обнаружив меня у себя дома, заплаканную и напуганную, он долго извинялся и был очень растерян.

— Наркотики…Эти уроды что-то мне подмешали, — объяснял мужчина, заваривая зеленый чай для меня.

Потихоньку, но я успокаивалась. Говорить не хотелось, поэтому ограничивалась кивками. Мне предлагали деньги, но единственное, что я хотела — это уехать.

Водитель довез меня до общежития, где я спряталась на ближайшие два дня. А в следующую субботу в ресторане снова появился Григорий. Один… и с очень интересным предложением.

Может показаться странным, но я практически не потратила времени на раздумья. Я просто представила перспективы собственного будущего, если откажусь, и все доводы "против" перестали иметь хоть какое-то значение.

Григорий снова вел себя адекватно и даже вспомнил, что мы уже встречались раньше. Подозреваю, не без помощи документов с моей подробной биографией.

Взрослый, наделенный властью, харизматичный мужчина…Импотент! У богатых свой образ жизни, который требует постоянной смены женщин. Как дорогой аксессуар, они не играют особой роли, но все заметят их отсутствие. Ведь каждому интересно только 2 вещи: сколько ты зарабатываешь и с кем спишь. Когда местные сплетники не знают этого…Не факт, что их фантазия окажется лучше правды.

Спасибо всем за интерес к моему произведению!

Надеюсь никого не разочаровала, но если такое все-таки случилось — извините!

Первый раз выставляю свою работу на всеобщее обозрение и понимаю, что могут быть косяки.

Не судите строго)))

Глава 9

Я сообщила Виталине о том, что на время она неприкосновенна. Вопреки ожиданиям, радости это изветие не вызвало.

— Спасибо за заботу, но больше не вмешивайся, пожалуйста.

— Стой, — я схватила девушку за руку. — Гриша не знает о нашем разговоре. Я лишь рассказала о том, что видела. Я собираюсь на прогулку, хочешь со мной? У тебя вроде нет дел…

Первый раз приглашала кого-то провести время вместе, получилось немного криво…

— Мне нельзя покидать территорию и…

— Я спрошу разрешения у Гриши, с охраной он не будет возражать, — уверенно перебила я.

— Послушай, Аля, — доброжелательно начала Виталина. — Не получится у нас подружиться. Слишком сложно. Тем более мне вживлен специальный чип, который будет бить током стоит подойти к воротам. Такую систему используют для собак…

Она приподняла волосы, показывая огромный шрам на шее. Скоро я совсем перестану удивляться.

Пришлось, как всегда, ехать одной. Небольшой сквер на окраине города стал моим любимым местом. Покосившиеся обшарпанные скамейки, заброшенный ларек и ни души вокруг. Есть время побыть самой собой.

Солнце нещадно палило, но поднявшийся сильный ветер спасал от жары. Он колыхал деревья, заставляя их громко шелестеть — самый любимый шум на свете. Можно закрыть глаза и наслаждаться…

Атмосферу полной безмятежности нарушил звук шагов. Я в страхе открыла газа.

— Совсем одна? Опасно, Лесси — сказал Тимур и сел рядом.

— У меня есть охрана.

— На расстоянии. Поверь, такие отношения обречены.

Он еще и насмехается.

— У тебя новое хобби — преследовать меня? — я в упор посмотрела на мужчину. Наши взгляды встретились, и по телу прошла волна дрожи. Главное, не позволить эмоциям отразиться на лице.

— Мне нравится твое общество. Умная и скромная девушка, давно таких не встречал.

— Хватит. Эта игра мне надоела. Я знаю про твою сестру и отца Гриши, следующей жертвой твоего эгоизма я не стану. Уходи.

— Как она? — в голосе моего собеседника отчетливо слышалась печаль. Мне стало не по себе, он ведь и правда волнуется.

— Терпимо. Я попросила Гришу, чтобы над ней больше не издевались.

Зачем я это сказала? Неужели, чтобы произвести хорошее впечатление…Ужас.

— Что с ней сделали?!

— Пару царапин. Не смертельно, — постаралась спокойно объяснить я.

— Ублюдок. А ты…

— О-о-о, я также знаю, почему Виталина не хочет тебя видеть, — опередила я мужчину, который явно думал, каким нецензурным словом окрестить мою скромную персону.

— Те, кто много знают, обычно долго не живут.

Эти слова рассмешили. Тимур странно на меня посмотрел, но от комментариев воздержался.

— И что дальше? Хочешь действовать через меня?

— Нет. Ты никогда не будешь для Гриши дороже мести, — усмехнулся мужчина, сканируя меня взглядом темных глаз. Мне нужно было возразить, оскорбиться или на крайний случай отмахнуться от его высказывания. Но я не актриса и не умею достойно выходить из щекотливых ситуаций. Мое молчание натолкнуло на определенные выводы. Абсолютно верные.

— Деньги, значит. Сколько тебе нужно? Я дам и даже секса не потребую.

— Все не так, — надо срочно исправляться. — Я очень благодарна Грише и ценю его. Не могу представить своей жизни без него.

— Ну да, конечно, — с огромной долей скепсиса сказал Тимур, закуривая. — Будешь?

Я отказалась от предложенной сигареты, помня какие они отвратительно-крепкие. Повисло молчание. Не неловкое, а скорей очень красноречивое. Нам больше нечего было сказать друг другу.

— Я пойду, — тихо произнесла я, вставая. Меня тут же окинули взглядом с ног до головы.

— Не думай, что я тобой интересуюсь только из-за Гриши. Не буду врать, что он тут совсем не при чем…Я увидел тебя первый раз в кафе, хотел подойти, но не стал. Банально оплатил счет. А потом мы снова встретились, как тут не верить в судьбу? Не скажу, чего во мне больше: желания досадить давнему врагу или попытаться построить отношения, но имеет место быть и то и то.

— Почему не подошел?

Зря я спросила. Так глупо выдать себя надо еще постараться…

— Сложно сразу понять, чего именно хочешь добиться. Ты не выглядела доступной, а я не привык иметь дело с такими девушками. Решил оставить все, как есть.

— Понятно, — я уже развернулась, чтобы уйти, как услышала тихую просьбу:

— Передай Виталине, что я не оставлю ее.

Я не стала говорить, что не буду этого делать. Никто не должен знать, с кем я провела день.

На пути домой в голову закралась мысль, что все вокруг издеваются надо мной. Стоит прийти в себя, как кто-то обязательно снова собьет с толку. Встреча с Тимуром оказалась совршенно не кстати, он ужасный человек, тот еще манипулятор, и я должна перестать думать о нем. Бросаться в омут с головой — это не про меня. Никогда не понимала, в чем радость быть заложником собственных страстей.

***

Очередной выход в свет состоялся совсем скоро. На этот раз никаких вечерних платьев и сложных причесок — обычный обед на 50 человек предполагает более простую одежду. Я для себя выбрала легкий бледно-голубой брючный костюм, который обошелся мне в целое состояние. Но здесь вряд ли кого-то можно удивить ценой. Приходится изобретать другие методы…

Например, несколько женщин создали клуб "Натуральная красота" и вместе отказались от косметики (но, к сожалению, не от пластики). Еще одни энтузиасты привели с собой настоящую панду. Но королем вечеринки стал мужчина, который увеличил свой член и охотно демонстрировал сие "чудо" абсолютно всем без исключения.

Я же, следуя собственным установкам — выглядеть действительно влюбленной — не отпускала руку жениха ни на минуту. Разговор постоянно крутился вокруг бизнеса, поэтому не вслушивалась, сосредоточив все свое внимание на изучении гостей. Но внезапно слова Сергея Шапирова, начальника прокуратуры города, заставили меня опустить голову, чтобы скрыть удивление, отразившееся на моем лице.

— На нарах-то ой как не сладко пришлось, так Гришенька? Так что цени. Цени верного друга!

Гриша сидел в тюрьме?! К счастью, наша компания начала потихоньку разбредаться, поэтому я без труда утащила жениха-уголовника в одну из дальних гостевых спален.

Мой полный немого вопроса взгляд сразу дал понять, зачем мы тут.

— Да, я сидел. 2 недели в СИЗО, после чего меня отпустили без суда.

— За что?!

— За денежные махинации. Я был зол после смерти отца и хотел обанкротить Тимура.

— Опять он, — раздраженно выдохнула я.

— У меня почти получилось! Он очень много потерял, даже не представляешь сколько.

Мне стало не по себе от одержимости, которая слышалась в голосе мужчины. Нужно было уводить разговор от такой опасной темы.

— Я лишь хотела сказать, что должна знать подобную информацию о тебе.

— Да, ты права. Прости, Аль, — Гриша с тяжелым вздохом опустился в кресло. — Я не должен был впутывать тебя в эту грязь. Но все так удачно сложилось: ты случайно узнала о моей…проблеме, обычная девушка с абсолютно чистым прошлым. Такой точно можно доверять.

— И ты ни разу не пожалел? Не хотел просто…избавиться от меня? — напряженно спросила я.

— У меня всегда есть запасной вариант, — усмехнулся мужчина. — Какой бы ты ни казалась идеальной, был риск ошибиться. Поверь, сейчас тебе ничего не угрожает.

Значит Виталина тогда не соврала, и мое убийство действительно пранировалось. Гриша наклонился чуть вперед и, взяв меня за руку, потянул на себя. Так я оказалась у него на коленях.

— Ничего не бойся, — прошептал он мне в макушку.

Так мы и сидели в полной тишине, не чувствуя неловкости и стеснения в обществе друг друга. Тогда я впервые поняла, что больше не одна.

Наше уединение нарушила нетрезвая парочка, которая, целуясь, ввалилась в комнату. Заметив нас, они быстро ретировались в поисках другого места.

— Надо возвращаться, — прошептал Гриша, вставая.

— Ты не против, если я ненадолго спрячусь здесь?

— Хорошо, отдыхай пока. Скоро поедем домой, я за тобой приду.

Наконец-то все более-менее устаканилось. Никаких тайн и заморочек, угроз жизни и страданий. Я выключила свет, задернула шторы и погрузилась в спокойные раздумья обо всем на свете. Когда в тишине раздался щелчок, я поняла, что забыла закрыть дверь.

Конечно, на пороге стоял Тимур. Последнее время без него не обходится ни одна моя попытка остаться в одиночестве. Но если раньше мы сталкивались лицом к лицу только на улице, то сегодня небольшое пространство позволило сполна ощутить вмиг накалившуюся атмосферу. Плохо. Очень плохо.

Мужчина вальяжно прошествовал вглубь комнаты и опустился в кресло напротив. Не знаю как, но я почувствовала, что в этот раз он не настроен просто говорить. Быстро вскочив на ноги, я бросилась к двери, но она оказалась заперта. Когда он успел?!

— Снаружи мой человек и очень громкая музыка. А твой любимый сейчас устраивает тест-драйв новенькой Aston Martin, так что не спеши покидать меня, Лесси, — чарующим голосом произнес Тимур.

— Ч-что ты собираешься делать? — спросила я, трясясь от страха.

— Проверить кое-что, — ответил он и вытащил из внутреннего кармана пиджака небольшую продолговатую коробочку. Внутри лежал шприц. — Это экстази, Лесси. Вздумаешь чудить, и окажешься среди гостей полуголая и под наркотой. Ясно?

Меня передернуло от вставшей перед глазами картины. Подобного позора я точно не переживу, но не стоять же тут столбом, позволяя этому уроду делать со мной все, что вздумается.

— Зачем ты так со мной? — всхлипнула я, из последних сил сдерживая подступающие рыдания.

— Т-ш-ш, малыш, — Тимур встал и направился ко мне, вынуждая отступить и вжаться в стену. — Тебе просто надо слушаться.

Я почувствовала ласковое прикосновение к щеке и сразу дернулась в сторону.

— Не трогай меня!

— Думаешь, я собираюсь тебя насиловать? — спросил Тимур, удерживая мое лицо. — Нет. Но тебе наверняка этого хотелось бы.

Что он несет? Долбаный садист, ненавижу! Я пыталась взглядом передать все чувства, которые бушевали во мне наряду со страхом. На мужчину это не произвело никакого впечатления, потому что в следующий момент он прижался ко мне всем телом и впился поцелуем в губы. Глаза зажмурены, тело натянуто, как струна, мысли в полном раздрае, и ни единого шанса прекратить все это. Первые секунды я ощущала лишь неприятное давление, которое постепенно ослабевало. Прикосновения становились мягче, нежнее, но это ничего не меняло. Принуждение есть принуждение.

— Девочка моя…будь со мной, — надрывный шопот вперемешку с тяжелым дыханием действовал странно. В теле появился непонятный трепет, и вот я уже слышу собственные шумные вздохи. Нет, нельзя терять голову.

Дышать носом стало невозможно, поэтому я чуть приоткрыла рот, чтобы глотнуть немного воздуха. Тимур только этого и ждал. Возможно, я тоже…Горячее дыхание, прикосновение губ, его полный блаженства стон — и я пропала. Позволить себе крупицу безумия оказалось так просто.

Я до боли в кулаках смяла его футболку, запрещая рукам двигаться дальше области груди. Мужчина же, наоборот, огладил все мое тело, иногда сжимая пальцы так, что точно останутся следы. На задворках сознания мелькнула мысль о распухших губах, но тут же пропала, когда его язык встретился с моим. Я подумала, что лучше задохнусь, чем прерву такое невероятно интимное изучение друг друга. Даже прижатая к животу эрекция не смущала, мне хотелось чувствовать его желание. Быть в его власти, быть его.

Но стоило лишиться пиджака, как сознание начало проясняться. Что я, мать его, творю?! Тимур не заметил никаких перемен и, положив обе ладони на мои ягодицы, приподнял. Когда спина почувствовала мягкий матрас, я осознала весь масштаб надвигающейся катастрофы.

— Не надо, отпусти, — хриплым голосом попросила я и уперлась руками в широкую грудь мужчины, не позволяя ему придавить меня сверху.

Наши взгляды встретились: его уверенный и мой загнанный. Не прерывая зрительный контакт, Тимур накрыл рукой мою грудь и сильно сжал, демонстрируя, кто тут хозяин. Мои жалкие попытки отстраниться не имели никакого успеха, наоборот, ерзанье привело к тому, что ноги раздвинулись и мужчина без проблем разместился между ними. Есть нечто порочное в такой позе: она позволяет чувствовать чужое желание и собственную беспомощность пред ним.

Жаркий поцелуй и резкое движение бедер вырвали мой первый стон. А я-то думала, что удовольвствие от петтинга — это полная чушь. Мое не знавшее раньше ласк тело отзывалось очень бурно и требовало еще. Проигнорировав свою животную сущность, я начала уворачиваться от поцелуев. Тимур попытался усилить свой натиск и проник рукой под блузку.

— Могу поспорить, что никто еще не хотел тебя трахнуть так сильно, как я, — прошептал он мне в ухо.

— Пошел к черту, — зло выплюнула я. Не хватало еще выслушивать его похабщину, итак веду себя, как идиотка.

— Я по крайней мере не лицемер, Лесси. Уже представляла меня вместо Гриши?

Я задохнулась от возмущения. Это было воспринято, как "да".

Победно усмехнувшись, Тимур расстегнул единственную пуговку на моих шатанах и скользнул внутрь, исследуя пальцами тонкое кружевное белье. Я замерла, пытаясь справиться с мучительным желанием.

— Ммм…трусики совсем мокрые. Что и требовалось доказать.

Мужчина подарил мне легкий поцелуй в губы и пару ласкающих движений между бедер, после чего встал и, захватив с собой коробочку со шприцом, направился к двери. Я растерянно наблюдала за его действиями. Неужели это все?

— Считай это подготовкой к следующей нашей встрече. И не смей потом строить из себя жертву, — жестко сказал Тимур и вышел.

Я сразу дала волю слезам. Какое унижение…Почему эмоции не слушаются? Что в нем такого особенного?

Гриша застал меня на пике истерики.

— Что случилось? — бросился ко мне он и начал осматривать со всех сторон.

— Тут был Ти-ти-мур. Он угрожал мне, — выдавила я из себя, уткнувшись носом в гришину рубашку. — Не выпускал и говорил…всякое. Я испугалась.

— Он больше к тебе не приблизится, обещаю.

Глава 10

Мне были даны шесть дней на восстановление нервной системы. Гриша отказался от двух приглашений и даже взял выходной, чтобы мы могли провести его вместе. Так я первый раз в жизни каталсь на яхте, ловила рыбу, купалась в открытом море и делилась своими переживаниями с кем-то.

— Я понял, что так и не спросил, почему ты согласилась на мое предложение, — поднял неприятную тему Гриша во время позднего ужина в небольшом ресторанчике. По такому случаю я надела платье, которое купила в самый первый поход по магазинам.

— Я думала, это очевидно, — пожала плечами я.

— Я тоже, но все-таки. Лучшая студентка на курсе, но не учавствовала ни в одной олимпиаде, обеспечиваешь себя сама, хотя родители живы-здоровы и деньги в семье есть, никаких отношений при твоей-то внешности. Попросила ты вполне конкретные вещи, а не деньги. Очень любопытно.

Он говорил, а я хотела встать и уйти. Смешно, но вся моя жизнь уместилась в нескольких безрадостных предложениях. Единственное стремление — учиться на архитектурном. Я даже не уверена смогу ли добиться успеха в этой сфере. В 20 лет ни друзей, ни парня, одни сплошные надежды, что однажды мир перестанет быть таким…равнодушным.

— Хочешь знать, что со мной не так? — резче, чем следовало, спросила я. У каждого человека есть больная тема, моя — это я сама.

— Ну, что со мной не так, ты знаешь.

Градус напряжения немного спал. Действительно, зачем себя накручивать? Гриша не станет смеяться или осуждать.

— Я отталкиваю людей, чтобы…чтобы никто не видел, как мне сложно, — выдавила я из себя, старясь не смотреть на мужчину напротив.

— Да, учиться и работать непросто… Почему родители не помогают?

— Они не обязаны, — судя по наступившему молчанию, Гриша ждал более развернутого ответа. — У нас был уговор, что если я не пройду по баллам на архитектурный, то поступлю на банковское дело. Я так и сделала…но в последний момент забрала документы. Был скандал, в результате которого я гордо собрала вещи и уехала. Постепенно отношения с родителями наладились, насколько это возможно.

— Ты поступила правильно, Аля.

— Спасибо, — от души поблагодарила я. — Ты первый, кто поддержал меня.

Если честно, особняк со всеми его многочисленными жильцами порядком надоел, поэтому предложение заночевать на яхте встретила на ура.

Я готовилась ко сну, когда в дверь тихонько постучали.

— Впустишь? — немного нервно спросил Гриша.

— Конечно, проходи.

Он быстро зашел внутрь, сел на кровать и, уставившись в пол, начал нервно барабанить пальцами по ноге.

— У меня просьба, и я пойму, если ты будешь против. Не стоит воспринимать это, как проявление чувств…Мне просто нужно проверить…

Еще один! Эти двое меня за подопытного кролика держат? Но Гриша, в отличае от Тимура, хотя бы не заставляет. Это немного успокаивало.

— Продолжай, — подбодрила я мужчину, предчувствуя, что не смогу отказать. Если ему нужна моя помощь, он ее получит.

— Можно тебя поцеловать?

Я судорожно кивнула, даже не успев хорошенько все обдумать. Теперь поздно строить из себя недотрогу. Когда Гриша встал и направился ко мне, попыталась скрыть собственное волнение за улыбкой.

— Спасибо, — прошептал он и успокаивающе погладил мои плечи.

Казалось, что мужчина вечность склонялся ко мне, прежде чем, наконец, коснуться губ. С моим приобретенным недавно опытом, я бы назвала его поцелуй робким. Было интересно, требуется ли от меня инициатива, или можно просто постоять, подумать о своем…

Каждый жест был четко выверен, разум господствовал над эмоциями, даже сердечный ритм постепенно успокаивался. Да, это не то что с…Перед глазами появился облик темноволосого, наглого придурка, который легко заставлял терять контроль…Понадобилась секунда, чтобы опьяненное воспоминаниями сознание поработило тело, заставляя его выгнуться в попытке стать ближе к Тим…Стоп!

Видимо, Гриша мой порыв воспринял, как приглашение к более активным дейсвиям. Сделав шаг назад, он, потянул меня за собой и опустился на кровать.

— Подожди, — еле слышно прошептала я, сбитая с толку тем, что сижу на коленях мужчины, которого считаю прежде всего другом.

— Извини, увлекся, — сказал Гриша и прижал меня к себе.

— Ну…как? — нерешительно спросила я.

— Лучше. Благодаря тебе, знаю, что не безнадежен.

— Ты ходишь к психологу?

— Ходил раньше, когда улетал на обследование в Америку. У нас одни шарлатаны, к тому же ненадежные.

— Ты поправишься, — чмокнув Гришу в щеку, осторожно выбралась из крепких объятий. — Мы же друзья…и только?

Надо было сразу очертить границы, чтобы не возникло недопониманий в будущем.

— Да, на твою девичью честь не претендую.

Я сразу покраснела от такой формулировки.

— Ты и это знаешь, — недовольно проворчала.

— Я никому не скажу, веришь? — очаровательно улыбнулся мужчина, явно поднуривая надо мной.

Давненько я не ощущала такой легкости в общении — это, оказывется, чертовски приятно.

***

Проснувшись утром, я уже предвкушала шикарный завтрак на просторной палубе с видом на море. Двое охранников, которых я встретила по пути на кухню, сообщили, что Гриша уехал два часа назад, и теперь они в полном моем распоряжении. Это была какая-то новая опция, раньше все мои передвижения зависели от начальника службы безопасности.

Через пару минут поняла, что накрылся мой завтрак, так как никакой еды обнаружить не удалось. Но сдаваться я не собиралась, поэтому быстро нашла на карте ближайший приличный ресторан, чтобы взять блюда на вынос. Из вещей у меня обнаружилось лишь то самое бордовое платье, в котором я вчера была в ресторане, и пара гришиных футболок. Тут выбор очевиден.

Без задней мысли спустилась на пирс и направилась туда, куда указывал навигатор. И только оказавшись на безлюдной улице, осознала, что никого не предупредила о своей отлучке. Как я могла забыть? Еще же думала, что надо взять и для охраны что-нибудь съестное…Но было поздно сокрушаться — похитителям понадобилось 10 секунд, чтобы запихнуть меня в машину.

Я совсем не удивилась, когда увидела Тимура на переднем пассажирском сиденье.

— Рад тебя видеть, Лесси, — повернулся он ко мне.

— Не взаимно, — процедила я сквозь зубы, но вырываться из хватки двух амбалов перестала. — Это перебор, тебе не кажется?

— Какая же ты все-таки наивная малышка, — усмехнулся Тимур, а я от злости со всей дури пнула его кресло. — Хочешь ехать в багажнике? — вкрадчиый голос мужчины заставил присмереть.

Я решила придерживаться тактики отчуждения: буду всех игнорировать, объявлю голодовку и не оставлю попыток сбежать при любой возможности. Но моя выдержка начала таять, стоило машине свернуть на проселочную дорогу, а когда мы остановились у кромки леса, выглядеть гордо и невозмутимо оказалось совершенно невозможно. Тем не менее я не не проронила ни звука, когда меня, в дорогом платье и на каблуках, грубо вытащили из салона прямо в грязь.

Двое бритоголовых, один упитаный водитель и Тимур совершенно спокойно отошли в сторонку на перекур. Я огляделась в поисках сухого участка земли, чтобы не стоять враскорячку, пока ноги утопают в склизкой жиже. Безрезультатно, пришлось продолжать цепляться за машину.

— Дальше пешком, — невозмутимо сказал Тимур, хмуро оглядывая мой непрезентабельный вид. — Не могла попрактичней одеться?

Я не ответила и для пущего эффекта отвернулась.

— Эй, ты обиделась что ли? — и столько неподдельного удивления в голосе. Хотелось кричать от ярости, но подобное вряд ли кто-то оценит. Я все же вскрикнула от неожиданности, когда Тимур взял меня на руки и, попрощавшись с водителем, направился прямо в лес.

Трое мужчин шли молча, я чувствовала себя неуютно и то и дело натягивала вырез платья, в который жадно заглядывал мой пленитель. Не знаю, как он не устал, потому что путь до места назначения был не близким. Меня занесли внутрь небольшого двухэтажного дома и поставили посреди просторного зала, где находился один большой диван и телевизор, слева располагалась ничем не огороженная кухонная зона. Присмотревшись, поняла, что жить здесь невозможно: пыльно, грязно и воняет тухлятиной. Мысленно начала молиться всем богам, чтобы в этой дыре был нормальный туалет и душ.

— Пойдем, — Тимур повел меня наверх, где мы вошли в одну из дверей. — Это твоя комната, располагайся.

Небольшая кровать, тумбочка, окно — вот и весь интерьер. Почувствовала прикосновение чего-то холодного к ноге.

— Это браслет слежения. Можешь ходить по дому и на триста метров от него, — пояснил мужчина.

Вспомнив Виталину и ее "маячок", решила уточнить:

— Он будет бить током, если выйду за границу?

— Нет, я же не изверг. Мне просто придет сигнал на телефон. Он водонепроницаем, так что в баню иди с ним.

После этих слов я сразу оживилась и плюнула на грандиозные планы по отстраненному поведению. Главное помыться!

— Там все нужные вещи, — Тимур кивнул на большой пакет в углу. — Как будешь готова — спускайся.

После того, как он вышел, я сразу побежала разбирать "богатство". К моему прибытию подошли ответственно: нижнее белье, легинсы, плотные штаны, носки, тапочки, просторные футболки и теплые кофты, а также полотенца, станок для бритья, прокладки, маникюрный набор, шампунь и гель для душа с отвратительным запахом дыни. Кажется, я здесь надолго.

Внизу меня ждал один из бритоголовых амбалов, который и проводил к небольшому строению.

— Воду можешь всю использовать, потом еще натаскаем, — пробасил он и удалился.

— Спасибо, — проборматала я в пустоту и зашла внутрь. Разделась в небольшом предбаннике и, захватив с собой платье для стирки, шагнула в жаркую, полную пара, комнату.

Одна я была ровно 2 минуты.

— Ты обалдел?! — закричала я на Тимура, который стоял на пороге. Абсолютно голый. Вместо того, чтобы прикрыть стратегически важные места, я закрыла руками глаза.

— Мне тоже нужно помыться, — обольстительным голосом проговорил незванный гость. — Ложись на скамейку, я тебя хорошенько пропарю веником.

Собственная нагота смущала неимоверно. Еще появились совершенно лишние переживания. Все необходимые места вроде побриты, но вот зона бикини…Никогда особо не трогала данный участок, только слегка поправляла. И теперь меня мучали глупые сомнения по поводу того правильно ли у меня все там.

— И все? — с надежной спросила я.

— Обещаю, — голос раздалася совсем рядом, и я ощутила мягкое давление на плечах, — никакого секса…сегодня.

Подчинившись, я легла животом на теплые доски. Глаз при этом так и не открыла. Первый удар по обнаженной коже был совсем не веником, а ладонью. И пришелся он аккурат на попу. Мой визг позабавил мужчину, но дальше он действовал исключинельно тем, чем надо. Я подвергалась подобной процедуре всего раз в далеком детстве, тогда мама, можно сказать, совсем не старалась, в отличие от Тимура.

— Ай! Ты явно перепутал баню с БДСМ-клубом, — выкрикнула я, морщась от боли.

— Слабачка, — по-доброму усмехнулся этот изверг, но "орудие пыток" убрал.

Я собиралась вставать, но сильные руки удержали. Тихое "расслабься", и по горящей спине скользит широкая ладонь, втирая что-то вкусно пахнущее. Я удовлетворенно выдохнула от такого незамысловатого массажа, но бдительность не потеряла. Поэтому, почувствовав касание между ног, увернулась и грохнулась на пол. Тимур помог подняться и сразу прижал к себе. Уткнувшись носом в его грудь, старалась не концентрировать внимение на том, что именно трется о мой живот. Очень хотелось опустить взгляд и посмотреть.

— Ты же не думаешь, что я откажусь от удовольствия приласкать тебя? — хрипло прошептал мужчина, сильно сжимая мои ягодицы.

Я попыталсь оттолкнуть его, но ощутимый шлепок заставил забыть об этой идеи.

— Не провоцируй на грубость, — прозвучало предупреждение, а у меня внутри все перевернулось…от возбуждения. Его голос, его властность, его уверенность пробуждали какие-то дикие желания. — Сначала помоемся.

Тимур подошел к бадье с водой, и набрав полный ковшик, вылил его мне на голову. Настал черед шампуня. Хоть мужчина и очень старался, но пена все равно попала в глаза и рот — это немного отвлекло от мыслей об опасности происходящего. Мыли меня тщательно, не пропуская ни единого участка кожи и уделяя особое внимание груди. Под конец я была буквально в предоргазменном состоянии и уже не сдерживала тихие стоны и судорожные вздохи.

— Твоя очередь, — сказал Тимур и выдавил мне на ладонь жидкое мыло. Я растерялась. — Давай помогу.

Он взял мои руки и положил их к себе на грудь. Я сделала несколько неуверенных поглаживаний и отступила.

— Подожди, еще не все.

Мужчина заставил намылить весь его торс, но на этом не остановился. Глядя на меня наполенным желанием взглядом, он направил мою руку вниз. Прямо к большому и твердому члену. Я шумно сглотнула, смотря на это, без преувеличений, достоинство. Тимур мучительно застонал.

— Отсосешь потом, малыш. Пока так.

Почему-то эта пошлая реплика вызвала не отторжение, а горячую волну дрожи. Неужели я бы могла… Как зачарованная, обхватила ладонью внушительный орган и невесомо провела по всей длине.

— Жесче, — сквозь стиснутые зубы приказал Тимур. Я усилила захват и чисто интуитивно сделала движения резче. Судя по тому, как сжались пальцы на моей талии, решение было верным.

Мужчина не сдерживался в проявлении эмоций: стонал, ругался, рачал — меня это сводило с ума, подстегивая на более смелые действия. Провести большим пальцем по головке, погладить тяжело вздымающуюся грудь, заглянуть в темные от желания глаза… Хриплый выдох и крупное тело содрагается. Сперма стекала по моему бедру, и я с любопытством потрогала вязкую субстанцию.

— Да, Лесси. Это было охрененно, — блаженно сказал Тимур. — Моя маленькая старательная девочка.

Закинув мою ногу к себе на бедро, он пробрался пальцами к истекающим влагой складочкам. Быстрые, абсолютно не нежные движения стремительно привели к финалу. Я закричала от нахлынувшего освобождения и обессиленно облакотилась на Тимура, которого тоже ощутимо штормило.

Заканчивали водные процедуры мы кое-как. Очень хотелось спать, и все тревожные мысли отошли на задний план. Думать, как я оказалась на большой двуспальной кровати не стала, просто укуталась в одеяло и, прижавшись к теплому боку, вырубилась.

Глава 11

Проснулась от того, что рядом кто-то заворочался. В полумраке разглядела силуэт мужчины и уловила тихое дыхание. Воспоминания обрушились на меня снежной лавиной и погребли под собой, заставляя задыхаться от отчаяния. Неужели правда, что людьми прежде всего двигают инстинкты? Как так получилось, что разум покинул меня вчера? Ужасней всего было осознавать, что подобное повторится, и Тимур, помня мое нескромное поведение, уже не будет сюсюкаться и ограничивать свои желания. В этом случае мне придется рассказать…Он не тронет, если узнает, что я фиктивная невеста, да еще и девственница. Только вот нужно придумать другую версию того, почему. Единственный логичный вариант, что Гриша гей, а это еще хуже, чем импотент. Хотя, если использовать эту озабоченность тем, что у мужчин в штанах, можно соврать, что у Гриши микропенис. Он всегда сможет доказать обратное.

Похвалив себя за сообразительность, осторожно выбралась из постели. Мой путь лежал на кухню, потому что уже был поздний вечер и есть хотелось адски. Но за несколько часов антисанитария никуда не исчезла. Почему мужчины такие неряхи?

У меня включился режим золушки. На удивление под раковиной удалось обнаружить хлорку. Посуду пришлось мыть хозяйственным мылом. Следом протерла полы. Вручную, так как швабру здесь завести не додумались. Спина после таких упражненй ныла нещадно, поэтому с окнами сильно не усердствовала. Успокоилась только, когда все поверхности сияли чистотой.

— Ого! — раздался за спиной восторженный возглас, когда я вычищала холодильник от просроченных продуктов.

Тимур стоял на последней ступеньке и с интересом оглядывал комнату. В это время ввалились "Чук" и "Гек", как я их про себя называла, и тоже пораженно замерли.

— Куда?! — строго выкрикнула я. — Сначала ботинки снимите!

Мужчины мгновенно подчинились и все ТРОЕ, аккуратно поставили обувь на крыльце.

— Вот что значит баба в доме, — хмыкнул "Чук".

— А что на ужин? — деловито осведомился Тимур, подходя ко мне.

Я усмирила негодование и спокойно ответила:

— Вся морозилка забита мясом, больше ничего нет.

— Тут где-то в чулане картошка валяется, — обрадовался "Гек" и отправился на поиски. Вернулся с целым мешком клубней. Пока мужчины разделывали говядину, я чистила картофель раскладным ножом, потому что обычного не нашлось. Когда ингридиенты были готовы, выгнала всех с кухни, чтобы не мешали. Через час нехитрое блюдо было готово.

— Ты прям волшебница, — промурлыкал мне в шею Тимур.

Своими похвалами, мужчины меня напрочь смутили, поэтому сидела красная, как помидор. Наевшись, "Чук" и "Гек", оказавшиеся на самом деле Семой и Серегой, вымыли тарелки и отправились в ближайший поселок за продуктами и разными мелочами для хозяйства.

Я осталась один на один со своим наваждением, которое расслабленно развалилось на стуле, расположив руку на моей коленке.

— Хороший дом, — первой заговорила я.

— Он еще не достроен. Тут раньше была заброшенная хибара лесничего, но пару лет назад я выкупил участок. Привожу потихоньку это место в порядок, может, как-нибудь пригодится.

Ладно, хватит церемониться, пора переходить к делу.

— Долго я здесь пробуду? — задала главный вопрос.

— Куда-то торопишся? — издевательски поинтересовался Тимур, но, увидев мой серьезный взгляд, скривился. — Когда твой женишок отдаст Виту, будешь свободна. Моя же задача — за отведенное нам время сделать так, чтобы ты захотела вернуться.

Ладонь мужчины поползла вверх по ноге. Я тут же вскочила, но не успела сделать и пары шагов, как оказалась в крепких объятиях.

— Брось, ты уже изменила бедному Гришеньке, так что поздно играть в невинность, — произнес Тимур и впился в губы обжигающим поцелуем.

Я сопротивлялась, и это его бесило. Он посадил меня на стол и устроился между разведенных ног. Мужчина уложил меня спиной на холодную поверхность, задрал фулболку и, крепко удерживая за руки, обрушил рот на шею, медленно спускаясь к неприкрытой груди: целовал, облизывал, но чаще кусал. Его напор пугал и усиливал панику, я уже не была уверена, что правда остановит его.

Извернувшись, я смогла ногой ударить Тимура, от чего он ослабил хватку. Освободившись, со всех ног бросилась к лестнице. Естественно, у меня не было шансов, но страх подгонял. Внезапный равок за волосы отбросил назад и я завыла от боли, из глаз потекли слезы. Мужчина отшвырнул меня в строну. Падая, я так сильно ударилась копчиком, что не смогла встать, поэтому в ужасе смотрела, как Тимур надвигается с горящими ненавистью глазами.

— Какого х*я ты творишь?! — он опустился рядом и, крепко сдавливая подбородок, поднял мое заплаканное лицо.

— Отпусти, пожалуйста, — не просьба, мольба. — Я не могу…

— Почему?

— Потому…потому что, если я буду с т-тобой, ты уничтожишь Гришу, — сказала я абсолютную правду.

— Давай-давай, строй из себя ангела, но мы оба занаем, что ты двуличная дрянь! — презрительно выплюнул Тимур и оттолкнул меня.

Входная дверь громко хлопнула, и я, глотая слезы, медленно стала приводить себя в порядок, насколько это возможно.

Я ему отвратительна. Господи, как же это пережить…У нас и до этого не было будущего, но я смеяла надеяться, что оставлю хорошие воспоминания о себе. А сейчас… Лицемерка, которая сгорает от похоти к одному, но замуж собирается за другого. Он был уверен, что после вчерашнего, я не посмею обманывать Гришу. Что ж, я всегда всех разочаровывала.

***

Рано утром меня разбудил Семен.

— Переодевайся, — бросил он мои платье и туфли, которые я так и не почистила.

На мой потярянный взгляд он виновато пояснил:

— Приказ начальства.

Понятно, буду ковылять по лесу в вечернем наряде на забаву грозному шефу. Жестоко. Я могла бы взбунтоваться, но моральных сил на борьбу не осталось.

От Тимура веяло арктическим холодом, он взглянул на меня всего раз, но и этого хватило, чтобы пробить дно моего самобичевания. Робкие попытки выяснить, куда мы направляемя и почему, не увенчались успехом.

Мужчины ушли далеко вперед, никто меня не ждал. После того, как я в очередной раз споткнулась, приложившись лбом о ветку, поддалась отчаянию и села на валявшийся рядом ствол дерева. За мной вернулся Серега и, взяв на руки, спокойно понес дальше.

— Спасибо, — тихо поблагодарила я его.

У огромного внедорожника стоял ранее знакомый водитель. Меня первую усадили на заднее сиденье, следом залез Тимур, а потом и Семен. Когда за окном начали мелькать городские постройки, поняла — это последний шанс что-то сказать, как-нибудь оправдаться, но смелости отчаянно не хватало. В итоге машина затормозила, когда я меньше всего была к этому готова. Тимур повернулся ко мне и, наклонившись к самому лицу, произнес:

— Ты сделала свой выбор.

Я ждала прощального поцелуя, но взамен получила лишь презрительный взгляд и мощный толчок. Не успела опомниться, как чуть не встретилась носом с асфальтом. Вокруг меня начал скапливаться народ, на автомате стала принимать помощь и уверять, что все хорошо.

— Аля?! — совсем рядом раздался знакомый голос, и среди толпы я увидела свою бывшую соседку по комнате.

Прохожие потихоньку начали расходиться.

— Привет, Мила.

— Что произошло? Ты в порядке? — обеспокоенно спросила девушка.

— Вполне, не переживай, — махнула я рукой, оглядываясь по сторонам в поисках какого-нибудь безлюдного закутка.

— Давай я помогу. Тебе есть, куда пойти? — Мила, как всегда, была сама доброта.

— Да, но не в таком виде.

— Поехали ко мне, я как раз собиралась вызвать такси.

— Хорошо, спасибо, ты меня очень выручишь, — сдержанно поблагодарила я. — Даже расскажу, во что умудрилась вляпаться.

Но нашим планам не суждено было осуществиться, так как ко мне подлетел Гриша в сопровождении четырех охранников. Значит, обмен состоялся.

— Аля, ты как?!

До чего же не вовремя он появился, я не хотела представать перед ним грязная, помятая и вся в засосах. Хуже и не придумаешь.

Меня быстро увели от ничего не понимающей Милы, и посадили в машину. Гриша тут же оказался рядом, накидывая свой пиджак мне на плечи. Мое разбитое состояние вряд ли осталось незамеченным, но всю дорогу до дома тишину салона нарушало лишь радио.

Оказавшись в знакомых стенах, почувствовала себя немного лучше. Я надеялась, что меня оставят в покое хотя бы до вечера, но стоило выйти из ванной, как наткнулась на пристальный взгляд "жениха".

— Мне нужно знать, что он сделал.

— Ничего. Ты в безопасности, — устало ответила я.

— Боже, Алеста! Я не за себя беспокоюсь! Этот сукин сын за все заплатит, только скажи.

— Умерь пыл и дай мне отдохнуть, — я собиралась пройти в свою комнату, но Гриша не позволил.

— Ты выглядишь чудовищно! Какого черта происходит?!

— Я его люблю, понятно?! — выкрикнула я, где-то в глубине души испытывая облегчение от признания. — Но не волнуйся, ты для Тимура навсегда останешься вне конкуренции!

Воспользовавшись шоком мужчины, проскользнула мимо и закрыла дверь на замок. Сон — лучшее лекарство. Как бы я была рада проснуться и не помнить прошедший месяц.

***

После моего возвращения Гриша два дня не появлялся дома. Я не решалась звонить или писать, боясь спровоцировать скандал. Сложившаяся нездоровая ситуация отравляла все вокруг, и улучшений не предвиделось. Я перестала понимать, чего хочу, не представляла, что будет дальше и понятия не имела, как со всем справиться.

Гриша ради меня пошел на уступки злейшему врагу, можно сказать, приграл. Я же была сломлена и устала находиться меж двух огней, высталяя себя полной дурой. Все то, ради чего я согласилась на эту безумную авантюру, перестало успокаивать и вселять надеджу. Да, мне будет комфортно существовать, но не более. И дело было даже не в тоске по мужчине, мысли о котором не давали покоя, я страдала из-за себя. Раньше все в моей жизни было логичным и предсказуемым. Я знала, как действовать в той или иной ситуации, что говорить и зачем. Сейчас же — пустота. Я будто обнулилась и теперь необходимо заново познавать мир и, главное, саму себя.

Меня наградили такими воспоминаниями, что век буду переживать эти моменты снова и снова. И не получалось поверить, что мои чувства — блажь и скоро пройдут.

Я гуляла в саду, когда Гриша приехал и, не заметив меня, стремительно вошел в дом. Решила не прятаться от проблем, поэтому уверенно последовала за ним.

— Ужин не накрывайте, меня не беспокоить — давал распоряжения мужчина.

— Привет, — обозначила я свое присутствие за его спиной.

— Привет. Чего в дверях застыла?

Спокойный тон вселил уверенность, и я чуть приободрилась.

Я первая начала разговор, когда мы остались наедине в его спальне.

— Гриш, я очень переживаю, что ты сердишься. Я прекрасно понимаю, что мои чувстава — это моя проблема. Тебе не стоит волноваться.

— Аля, послушай. Я долго думал над тем, как поступить. Видимо придется отпустить тебя… Собирай вещи.

Сказано это было мягко, поэтому не создавалось впечатление, что меня выгоняют. Но все же…Это конец?

— Ты так и не одобрила ни одну квартиру, которую подобрал риелтор, поэтому я сам решил этот вопрос. Забирай ауди, на которой ты ездила все это время, и поторопись с подачей документов в университет, там уже ждут.

— Три месяца еще не прошли… — несмело возразила я.

— Но впечатлений на годы вперед, согласна? Не переживай, ты заслужила компенсацию. — Гриша достал из тумбочки несколько папок. — Это документы на имущество и банковский чек на 500 тысяч.

Мне стало не по себе от такой щедрости, которая скорей всего была вызвана жалостью. Я добилась того, чего хотела, но радости не испытывала. Может, потом я и оценю внезапно свалившееся богатство, но сейчас все перекрывало чувство одиночества. Я скомкано поблагодарила бывшего "жениха" и, забрав все необходимые бумаги, направилась в свою комнату.

— Аль, самое главное, — остановил меня гришин голос, когда я уже взялась за ручку двери. — Иди к Тимуру, если хочешь.

Я резко обернулась, неверяще смотря на мужчину.

— Можешь рассказать обо всем, но у меня есть условие, — он достал из кармана флешку и дал мне. — Файл защищен паролем. Скажи, это дата. Тимур поймет.

— Что там? — спросила я, не надеясь услышать ответ.

— Узнаешь, если решишь быть с этим уродом, — усмехнулся Гриша. — Подумай хорошо, надо ли оно тебе.

***

Мне подобрали уютную квартиру в хорошем спальном районе неподалеку от моей будущей альма-матер. Все необходимое для жизни имелось: кухонный гарнитур, плита, холодильник, шкаф и диван. Рядом с домом располагался огромный парк, в котором я проводила много времени. Больше не надо было пахать по 14 часов, чтобы достаточно заработать и не волноваться о деньгах во время учебы. Настоящие каникулы…

Я решила позволить себе 3 дня ничегонеделания, которые вылились в неделю просмотра фильмов на ноутбуке. Я заставляла себя выходить на улицу, покупать продукты, отвечать на мамины звонки, которые стали чуть ли не ежедневными, что странно — раньше мы общались 1–2 раза в месяц. Я врала о своей работе секретарем, выдумывала имена якобы новых знакомых, сочиняла истории о том, как провожу время — в общем, использовала фантазию по полной. Когда-нибудь я, естественно, собиралась рассказать о квартире, машине, университете, но в данный момент в этом не было необходимости.

Я размышляла над тем, чем бы себя занять, потому что сидение в четырех стенах сказывалось на психике. Работу искать нет смысла: все приличные должности не предполагают совмещение с занятиями. Возникла мысль купить путевку и улететь к морю, но одной как-то страшно. Глянула на телефон, на котором была целая куча пропущенных от Милы. Я написала ей, что перезвоню еще в тот день, когда мы с ней виделись в последний раз. Что ж, время на "прийти в себя" истекло, мне срочно требовалось с кем-нибудь поговорить.

Созвонившись с Миланой, поехала к ней в гости. Большой загородный дом, где она жила с женихом, поразил своей красотой. Деревянный, с широким крыльцом и панорамными окнами. И никакой прислуги.

Меня встретили бурными приветствиями, после которых мы сели пить чай. Радушная хозяйка пыталась накормить, но я ловко перевела тему и спросила, как они с Марком поживают. Когда я уехала из общежития, отношений не предвиделось, потому что у Марка и Миланы общий отец. Но их чувства друг к другу я не осуждала, ведь встретились они недавно, а сердцу, как теперь мне известно, действительно не прикажешь. Но сейчас я узнавала новые подробности, оказывается, Мила на самом деле дочь Светы — сестры "отца".

— Вот говорю и понимаю, что звучит, как бред, — смеялась девушка. — Но я даже рада такому повороту. Двоюродные лучше, чем родные.

Прекрасно наблюдать, как хоть чья-то жизнь, несмотря на трудности, складывается удачно. Мой рассказ получился не таким оптимистичным. Я ничего не утаила, правда, стралась убрать эмоцианальную составляющую.

— Ты пойдешь к нему? — спросила Милана.

— Да. Но…не знаю, что говорить, как преподнести все. Глупо заявиться с посылом: я твоя, делай со мной, что хочешь, — высказала свои сомнения я.

— Будь честной. Поведай о своих переживаниях, пусть убедит тебя в том, что беспокоится не о чем.

— Не уверена, что хочу отношений с ним. Мне важно поговорить без фальши и недомолвок, объясниться, но дальше…Боюсь загадывать, — я расстроенно вздохнула.

— Ты же не знаешь, как он себя поведет. Вряд ли просто так отпустит, может, лучше не рисковать, пока не определьшься окончательно? — посоветовала Мила и мягко погладила меня по плечу.

— Он не будет мне верен, — вдруг озвучила свой самый жуткий страх.

Наступила тишина, которая делала произнесенные слова еще весомей. Как можно так зациклиться на мужчине? Эти чувства делали меня жалкой в собственных глазах.

— Возможно, ты ошибаешься, — тихо произнесла Милана, уставившись в кружку. Она тоже не могла ничего утверждать наверняка.

— Поэтому надо с ним встретиться. Выяснить все. Надеюсь, мне повезет, и я пойму, что мы абсолютно чужие друг другу люди.

Поездка взбодрила и подтолкнула к решительным действиям. На обратном пути думала, где же лучше пересечься с Тимуром. Благодаря Марку, я знала его номер телефона, адреса нескольких квартир и даже место работы. Я раз за разом прокручивала в голове наш с ним диалог, представляла реакцию, пытаясь подготовиться к любому исходу. Начнет приставать — дам отпор, прогонит — уйду. Главное сохранить ясность ума и трезвость мысли.

Меня заранее выворачивало от мысли, что придется "сдать" Гришу. Еще эти непонятки с флешкой… Что на ней? Вряд ли что-то приятное, поэтому придется, ко всему прочему, стать вестником плохих новостей. Главное не попасть под раздачу. Война между мужчинами еще не закончена, скорей всего я своими действиями лишь усугублю положение.

Возле дома стоял знакомый автомобиль. Занятно. Не успела припарковаться, как бывший жених уже галантно открыл дверь, выпуская меня.

— Хорошо выглядишь, — отвесил дежурный комплимент он. — Пригласишь в гости?

— Конечно, — ответила немного взволнованно.

Я не знала, чего ожидать. Вдруг Гриша передумал и решил запретить встречаться с Тимуром. Получится, что я зря тянула, все эти дни занимаясь самокопанием.

— А ты не спешишь обживаться, — подвел итог мужчина, оглядывая мое полупустое жилище.

— Да, настроения пока не было, — начала оправдываться я.

— Или надеешься, что квартира тебе не понадобиться? — мне достался пристальный взгляд.

— Я не возлагаю никаких надежд на Тимура, если ты об этом. У меня есть только черный чай.

— Пойдет. Правильно делаешь. Но я волнуюсь за тебя и готов подстраховать в случае чего.

Гриша взял чашку чая и отвернулся к окну. Идеально уложенные волосы, дорогой костюм — он смотрелся нелепо в обычной обстановке. Снова я начала ощущать социальный барьер между нами.

— Спасибо за заботу. Мне кажется, я не заслуживаю…

— Прекрати, — воскликнул он, поворачиваясь. — Сделка есть сделка. Все закончилось раньше, потому что в продолжении больше нет нужды. Поверь, если бы у меня оставались причины держать тебя рядом, я бы так и сделал. Так что не выставляй все таким образом, будто я чем-то пожертвовал. Договорились?

Я согласно кивнула.

— Как ты объяснишь мое исчезновение?

— Скажу, что все было фикцией. Но черта с два я собираюсь кому-то что-то объяснять. Если начнешь появляться в обществе с Тимуром, то советую поступить так же. Он тоже не станет сильно болтать, иначе будет выглядеть, как базарная баба, распуская сплетни.

— Смотрю, ты все продумал, — улыбнулась я. — Гриша, можно…можно мне взять охрану на день?

— Все-таки опасаешься его? А кричала, что любишь.

— Это было на эмоциях, да и звучит эффектно. Честно, сама не знаю, что испытываю.

— Хорошо. Позвони, и я всем необходимым обеспечу. Могу даже бронежелет одолжить, — начал поднуривать мужчина.

— Не издевайся, — смеясь, попросила я. — Итак нервы сдают.

— А ты расслабься. Ничего непоправимого не случится, если не потеряешь голову.

Гриша сел на диван и жестом позвал присоединиться к нему. Я послушно опустилась рядом, чем он и воспользовался, прижав одной рукой с своему боку.

— Ты же считаешь меня дурой, да?

— Немного. Но, если говорить о человеческих отношениях, сложно оставаться здравомыслящим. Ты умница в университете, сообразительная на работе, но с людьми теряешься. Они тебя пугают тем, что отличаются своими рассуждениями, ценностями, представлениями о мире. Но не надо бояться, Аля. Тебе есть, что противопоставить.

Как мудрый наставник, мужчина наставлял меня на путь истинный и помогал разобраться в себе. Надеюсь, когда-нибудь я смогу отплатить ему тем же.

***

Я стояла на кухне, сжимая в руке телефон. Знала, что будет сложно, но 2 часа хождения из угла в угол явный перебор. На часах семь вечера, и скоро звонить станет неприлично. Я прокручивала в голове заученные слова, боясь, что голос во время разговора будет дрожать, мысли спутаются, в итоге речь станет сбивчивой и выдаст мое волнение. Не думая, нажала кнопку вызова. Будь что будет. Но на монотонные гудки и автоматический голос "абонент на ваш вызов не отвечает" я точно не рассчитывала. Могла бы догадаться, что в наше время, видя незнакомый номер, мало кто берет трубку. Напряжение потихоньку покидало тело, как вдруг…На экране высветились знакомые цифры.

— Алло, — ответила я, совершенно не готовая к диалогу.

— Тимур Неблагин, слушаю, — его голос послал мурашки по всему телу. Оказывается, я скучала.

— Это…это Аля. Привет, — прочистив горло, сумела сказать я.

— Кто? — непонимающе спросил мужчина.

Я закатила глаза, но все же выдавила из себя:

— Лесси.

— Ааа. Интересно. Если ты, потрахавшись со своим женихом, осталась неудовлетворенной и решила обратиться ко мне, то зря.

— Хватит! — перебила я его, пока на меня не вывалилась еще тонна оскорблений. — Мне стыдно, и я хочу объяснить. Мы с Гришей никогда не были парой, все фиктивно.

Тут я остановилась. В моих планах было сразу предложить встретиться для более подробного разговора, но внезапно захотелось, чтобы инициатива исходила от него. Если нет, то…

— Я понял, но хотел бы кое-что уточнить. Откуда тебя забрать?

— Я сама приеду. В любое кафе или ресторан города.

— Хорошо, трусишка. Приезжай в "Альбатрос" на Ленина, 9. Поговорим.

Кому интересно, история Милы и Марка в книге "Не все так просто"

Глава 12

Только положив трубку, до меня дошло, что собираться надо прямо сейчас. От волнения не подумала даже возразить и назначить другой день. Выходя из дома, взглянула в зеркало и осталась совершенно не довольна увиденным: волосы плохо уложены, цвет лица какой-то болезненный, еще показалось, что я набрала вес. Ладно, я и не собиралась выглядеть шикарно, поэтому надела обычные джинсы и рубашку.

До места добралась всего за 20 минут. Внутри все скручивало от напряжения и попыток выглядеть невозмутимо. Когда входила в дорогое и респектабельное заведениие, чувствовала, что вот-вот попаду в клетку с голодным тигром.

— Здравствуйте! У вас заказан столик? — осведомился администатор.

— Нет, но меня ждут, — сказала я, пытаясь разглядеть просторный, с неярким освещением зал.

— Скажите, пожалуйста, вашу фамилию.

— Соколова Алеста.

— Вижу. Идемте, Тимур Алексеевич ожидает вас.

Меня повели по балкончику к одной из кабинок с раздвижными дверьми. Этого я не предусмотрела, предполагалось, что мы не останемся наедине.

Он сидел в центре полукруглого диванчика и, чуть склонив голову вбок, разглядывал меня. Одет в темные брюки и белоснежную рубажку с закатанными до локтя рукавами. Спокойный, невозмутимый, подавляющий…

— Присаживайся, Лесси, я буду паинькой.

Я расположилась на самом краю и, глубоко вздохнув, улыбнулась.

— Притворюсь, что поверила. Мы не очень хорошо расстались, я хотела бы это исправить.

— Зачем? Мое мнение настолько важно?

— Если честно, да. Меня не интересует роль твоей любовницы, но и уйти просто так не могу. Считай, это глупой женской сентиментальностью, — я собой гордилась: четко, ясно, по существу.

— Милая моя, — голос Тимура звучал ласково, но не сулил ничего хорошего, — ты здесь, а значит я устанавливаю правила. Мне не нравятся твои игры в независимость. Пришла, заначит моя. Понятно?

— Но… — я потеряла дар речи.

— Не напрягайся так, — мужчина придвинулся ближе и положил руку мне на плечи. — Давай лучше поужинаем, как нормальные люди. Ты расскажешь про ваши отношения с Гришей, немного повозмущаешься моим поведением…

Последнюю фразу он произнес соблазнительным тоном уже мне в ухо. Я знала, что сопротивление выбесит его, поэтому постаралась расслабиться, попутно разбираясь в собстенных чувствах. Мы позвали официанта и сделали заказ.

Я в общих чертах поведала о том, как докатилась до жизни такой. Тимур внимательно слушал и не перебивал, хотя я ожидала смеха и язвительных комментариев.

— А ты молодец, что не струсила и согласилась. Сколько тебе еще отрабатывать?

— Нисколько. После похищения Гриша отпустил меня и даже выпонил все условия сделки.

— С чего такая щедрость? — удивился мужчина, потягивая виски из стакана.

— Он знал, как мне будет тяжело дальше. И ему больше не требуется прикрытие.

— Значит, сто`ит? Надо открытку отправить с поздравлениями. Кстати, не знаешь из-за чего это у него? — развесилился Тимур.

— Нет, — ответила я. — Понимаю, что у вас военные действия, но избавь меня от необходимости быть на поле боя.

— Ладно, не переживай, — мне достался быстрый поцелуй в макушку. — Он не узнает, что ты мне все рассказала.

Я опешила. Он готов ради меня отказаться от возможности унизить собственного врага? Это делало ситуацию еще запутанней, потому что сердце таяло, как воск, но разум твердил "рано". Я буквально ходила по минному полю, где любой неверный шаг означает смерть. Тимур все решил и уже считал меня своей. Но только кем? Чтобы добиться ответов на интересующие вопросы, придется открыться, но это будет означать мою полную капитуляцию. Я предстану перед ним влюбленной девчонкой, которая слезно просит не изменять ей и не обижать.

— Как Виталина? — спросила я.

— Мечтает прибить меня. Надеюсь, ты повлияешь на нее.

Я задумчива жевала свой салат, отчаянно решая, рискнуть или нет? Смогу ли довериться этому человеку? Меня уже скручивало от потребности стать ближе, и плевать на последствия. Держалась на одном упрямстве, ожидая, что в следующую секунду произойдет событие, которое определит все раз и навсегда.

К тому моменту, как на столе остались одни напитки, мы с Тимуром прошли этап осторожных объятий и меня полностью поглотил требовательный поцелуй. Невозможность зайти слишком далеко успокаивала, поэтому позволила себе отдаться потрясающим эмоциям. Рывок, и я сижу у него на коленях, бесстыже раздвинув ноги. Хорошо, что не надела платье. Но мужчина быстро находит способ оголить мое тело: пуговки на рубашке одна за другой поддаются, открывая белоснежный кружевной лифчик. Проводит кончиками пальцев по краю и сдвигает чашечку вниз, чтобы тут же лизнуть мой сосок. Я вскрикиваю и приподнимаюсь, чтобы ему было удобней. Одной рукой сжимаю его волосы, другой глажу спину.

Пульсация между ног не дает покоя, я уже знаю, какое удовольствие могу получить, и инстинктивно стремлюсь к этому. Прижимаюсь тесней и скольжу по выпирающей плоти. Тимур стонет мне в шею и приподнимает бедра, усиливая давление.

— Я могу кончить прям так, — хрипло признается, смотря на меня безумным взглядом.

— Значит, пора остановиться, — предприняла попытку образумить его.

— Почему? Я не уйду отсюда без оргазма…Ты тоже.

Мужчина тянется к моим джинсам, но я так резко отодвигаюсь, что ударяюсь поясницей о стол.

— Мы в общественном месте!

— Хорошо, не убегай. Все самое интересное отложим до дома.

Но Тимур не спешит успокаиваться, как будто предвидит, какой облом его ждет потом. При всем буйстве гормонов, ехать к нему я не собиралась. О чем благополучно умолчала. Тем временем он расстегнул брюки и вытащил член, затем, взяв мою руку, заставил крепко обхватить его.

— Открой рот, — последовал приказ, которому я безропотно подчинилась.

Два его пальца очертили губы, после чего скользнули внутрь. Порочно… Мне не надо было говорить, что делать. Тимур наклонился и опалил дыханием мою щеку.

— Нравится? Продолжай сосать…хорошая девочка…Рукой не двигай.

Его хриплый голос, твердый член, пальцы во рту, рука, сжимающая мою грудь — все неправильно, с самого начала было ошибкой позволять прикасаться к себе, но теперь отступать нельзя.

Тимур оставил в покое мой рот и покрыл моей слюной уже блестящую от смазки головку.

— Давай, сожми сильней.

Я заскользила ладонью по всей длине, наслаждаясь удовольствием, которое дарила. Собственное внутренне томление лишь усиливалось, требуя выхода. Я подалась вперед и первый раз сама поцеловала мужчину. И я была главная, потому что он полностью зависел от меня.

— Бл*дь, Лесси, — шипит Тимур, задыхаясь от блаженства, в то время как сперма обильно покрывает мою руку.

Мы оба шумно дышим, пока приводим себя в порядок. Руки трясутся, когда застегиваю рубашку, сердце колотится, как сумасшедшее, между бедер все тянет и просит разрядки.

— Уверена, что дотерпишь до дома? — соблазнительно спрашивает мужчина и обнимает меня сзади. Нежный поцелуй в висок и осторожные покачивания делают меня совсем безвольной, но я все же произношу:

— Я не поеду к тебе.

Тело за моей спиной напрягается. От следующих действий зависит буду ли я жалеть о случившемся.

— Что тебе мешает? — серьезно спрашивает Тимур, не выпуская из кольца своих рук.

— Пойми, мы мало знакомы, я тебе не доверяю, неизвестно, как ты ко мне относишься…

— Так надо было сразу все выяснить, а не дрочить мне!

Жесткие слова, как пощечина. Я чуть ли не падаю, когда он отходит.

— Вот скажи прямо, тебе еще одного мужика на деньги надо раскрутить? Мне тебе сделку предложить? Да перестань ныть!

Но слезы уже не остановить. Я ведь действительно повела себя, как шлюха. И объяснить не могу, почему. В тот момент казалось, будто мы нашли взаимопонимание и чувствуем одно и то же. Он единственный, с кем я так…

— Я устал от этого мозго*бства.

Через секунду я осталась совершенно одна, так и не успев сказать главного.

***

На следующий день проснулась с чувством всепоглощающей апатии. Погода стала отражением моих эмоций, окутав все вокруг плотным туманом. Я бродила по квартире, как призрак, и крутила в руках флешку. Необходимо было выполнить условие Гриши и отдать ее Тимуру, но как? Вряд ли я выдержу еще одну порцию унижений.

Вчерашний день превратился в жестокий жизненный урок, и теперь я точно усвоила, что думать надо головой, а не сердцем. Стоило вспомнить свое безрассудное поведение, как внутри мерзко сжималось, и оставалось лишь одно желание — забиться подальше в угол и ждать, когда время исцелит.

К середине дня мной завладело такое безразличие, что села в машину и поехала к Тимуру в офис. Мои надежды на то, что удастся уговорить секретаря передать устройство, не оправдались — девушка упрямо твердила, что должна сначала переговорить с начальством. Плюнув на нежелание встречаться с этим самым начальством, назвала свои имя и фамилию и попросила о личной встрече.

Пока ждала вердикт, решила осмотреть огромный холл бизнес-центра: по мраморному полу то и дело стучали каблучки стильных сотрудниц, туда-сюда ходили серьезные мужчины в деловых костюмах, двое охранников подозрительно поглядывали на меня. Скорей всего решили, что я пришла устраиваться на должность убощицы, вид у меня соответствующий: небрежно собранный пучок на голове, растянутая кофта, джинсы и поношенные кеды.

Не успела сделать и пяти шагов, как мне уже любезно вручили пропуск и, объяснив куда идти, отправили на последний этаж. Это оказалась самая долгая поездка на лифте в моей жизни, потому что люди постоянно входили и выходили, но, что удивительно, наверх я приехала одна. Меня сразу встретили и проводили до нужного кабинета, хотя заблудиться здесь было нереально.

После негромкого стука я была приглашена в святая святых. Вопреки ожиданиям, Тимур сидел не за рабочим столом, а на диване сбоку, так, что я не сразу его заметила.

— Что ж ты никак не оставишь меня в покое? — вместо приветствия спросил он.

— Я ненадолго, только передать это, — вручила ему злополучную флешку. — Гриша сказал, что пароль — дата.

— Это от него? Интересно. Сиди здесь.

Мужчина не воспользовался компьютером, а достал ноутбук из шкафа и сел за стол. Логично, мало ли там вирус какой.

— Слушай, я пойду, — предчувствуя грядущую бурю, направилась к двери.

— Стоять! — властный голос буквально пригвоздил к полу. — Уйдешь, когда разрешу.

Через минуту хотела напомнить о своем присутствии, как внезапно ноутбук с криком "сука!" полетел в стену. Мне бы бежать от разъяренного монстра, но я словно оцепенела, наблюдая за тем, как на пол летят бумаги, папки, статуэтки… И даже, когда сильные пальцы сдавили горло, не пришла в себя.

— Если ты… — не договорив, Тимур оттолкнул меня и вылетел из кабинета, крича, чтобы ему срочно подогнали машину к главному входу.

Я же, вздрагивая от каждого звука, подняла развороченный ноутбук и вгляделась в изображение. Это было видео с Виталиной и Гришей. Они занимались сексом у него в спальне. Ракурс не позволял разглядеть деталей и говорил о том, что девушка скорей всего не знала о съемке. Переборов отвращение, перемотала в начало, мне необходимо было убедиться, что это не принуждение. Первые секунды показали то, как Виталина болезненно дернулась под мужчиной, который тут же замер, явно давая ей время привыкнуть…Серьезно? Он заснял ее первый раз?

Вот же скотина.

И хотя дальше я увидела взамные ласки и поцелуи, это не делало ситуацию менее мерзкой.

— Насмотрелась? — холодный голос заставил сжаться от страха. — Ты поедешь со мной.

— З-зачем?

Вместо ответа меня взяли за руку и, прихватив флешку, потащили к лифту. Другому лифту, наверняка служебному.

— Тимур, постой! Что ты собираешься делать? С помощью меня отомстить Грише? Тоже заделаешься режиссером? — но меня будто не слушали. — Да я-то в чем виновата?!

— Действительно хочешь знать? — мужчина толкнул меня к стене и, угрожающе навис сверху, а в глазах бешенство. — Ты мне жизнь отравила своим появлением. Я с ума сходил, думая, что тебя трахает этот м*дак! Потом решил все, надавлю, со мной будешь, надо только показать, что ты сама этого хочешь. И ты ведь почти сдалась… — тут он внезапно со свистом втянул воздух. — Ладно, ты призналась, что все липа. И тут же ко мне в трусы полезла, а потом какую-то херню про доверие начала нести. И я бы рад сейчас дать тебе пинка под зад, чтобы месяц сидеть не могла, но нет, так просто не отделаешься.

Хотела откровенности — получила.

— Мы сейчас поедем в одно тихое место, ты позвонишь Грише и будешь слезно умолять забрать тебя оттуда. Скажешь, что я, увидев его "творчество", разозлился и бросил тебя там одну. И чтобы убедительно, Лесси. Ты же так хорошо умеешь притворяться слабой и беззащитной.

— Иди к черту, — выплюнула я, заранее зная, что этот человек так просто не сдастся, и дальше в ход пойдут угрозы.

— Ты в курсе того, что случилось со Стуцко старшим? — спросил он. — У меня есть ребята, которые будут рады сделать с тобой такое… А потом это видео увидят твои родители, затем остальные родственники, а напоследок и весь мир. Но ты сломаешься еще до того, как тебя жестко отымеют на камеру, и согласишься на все, что угодно.

— Ты этого не сделаешь, — сказала я, стараясь придать голосу уверенности. — Что за бред? Для начала поговори с Виталиной, а потом уже беги защищать ее честь!

Тимур собирался ответить, но вдруг передумал и повел меня дальше. В кабине лифта я получила свободу, поэтому отошла к противоположной стене и сдержанно произнесла:

— Прости меня. Это из-за моего эгоизма ты сейчас в таком состоянии. После похищения я на эмоциях призналась Грише, что люблю тебя, — мужчина резко повернулся ко мне, но я трусливо опустила взгляд. — Он разрешил все тебе рассказать, но только при условии, что я передам флешку.

Двери разъехались, являя взору длинный коридор, но мы так и продолжили стоять на месте.

— Он дал мне шанс наладить с тобой отношения, но не мог не перестраховаться. А я все испортила, потому что была слишком занята собственными переживаниями. Тебя оттолкнула, Виталину опозорила…и сама осталась ни с чем.

— Очень трогательно, — издевательски протянул мужчина, — но есть одна несостыковка. Что мешало прийти ко мне и обойтись без всех этих подробностей? Сделала бы вид, что бросила жениха ради меня, и никаких проблем. А теперь правду, дорогая, не просто так же ты меня динамила.

Я глубоко вздохнула, пытаясь перебороть смущение.

— Ты бы все равно узнал, что между мной и Гришей ничего не было. Я еще не спала ни с кем.

Глава 13

Я никогда не комплексовала по поводу своей неопытности, уж лучше совсем без отношений, чем неудачные попытки их построить. Но после моего признания наступила такая гнетущая тишина, что волей-неволей почувствовала неловкость за себя.

— Прости, — зачем-то снова извинилась я, но реакции не последовало. — Тимур, — позвала мужчину, который сосредоточенно разглядывал пол, барабаня пальцами по стене.

— Я понял, — сказал он и подтолкнул меня вперед. — Поехали, пообщаешься с Виталиной. Про видео ни слова.

— Хорошо, — обрадовалась я переменам в его настроении. — Вы еще в ссоре?

— Можно и так сказать. Сейчас у нас период "я с тобой не разговариваю".

— А до этого, какой был? — спросила я, пытаясь сдержать смех.

— " Я тебя убью", — мрачно ответил он. — Она будет рада тебя видеть. Недавно пыталась вывести на разговор, чтобы узнать, как ты поживаешь.

Мне было приятно это слышать, и поступок Гриши стал казаться еще ужасней. Как он посмел так поступить с бедной девушкой? Подробности пока не известны, но не верится, что подобное можно оправдать. Лучше бы запретил встречаться с Тимуром, чем избрал такой способ уязвить его.

В машине каждый думал о своем. Я заметила, насколько поменялось отношение мужчины ко мне: он говорил спокойно, шел рядом, а не тащил за собой, галантно открывал двери и пропускал вперед. Во мне крепла надежда, что не все потеряно.

Мы подъехали к воротам, за которыми находился кирпичный двухэтажный дом. По сравнению с гришиным особняком, он выглядел скромно, но именно это мне и понравилось. Внутри нас встречала дородная женщина средних лет, которая с порога начала добродушно сетовать на то, что ее не предупредили о скором приезде.

— Это Алеста, — представил меня Тимур.

— Очень приятно, девочка. Я Галина, за хозяйством приглядываю, — тепло улыбнулась женщина. — Вы, наверно, голодные.

— Потом. Где Вита?

— Эта разбойница в музыкальной комнате засела, — перешла на недовольный тон Галина. — Со мной тоже в молчанку играть удумала, бестолочь.

— Сейчас наша гостья ее разговорит, — ободряюще сказал мужчина и повел меня наверх. Перед одной из дверей он остановился и, тяжело вздохнув, постучал. — Витусик, к тебе пришли.

Витусик? Как мило.

Мы заходили очень медленно, и вскоре я поняла почему: девушка встречала нас с вазой в руке, которую явно собиралась использовать, как снаряд. Детский сад, штаны на лямках.

— Аля! — весь воинственный настрой сразу прошел, ваза была брошена на диван, а я стиснута в объятиях.

Брату же досталось злое "уходи". Удивительно, но он возражать не стал и оставил нас вдвоем.

— Что происходит? Почему ты здесь? — набросилась с расспросами Виталина, усаживая меня на диван.

— Эммм…С чего бы начать, — я попыталась собраться с мыслями. — Думаю, стоит сказать, что мы сГришей никогда не были парой. Он придумал все это, чтобы скрыть проблемы…с потенцией.

Я ожидала увидеть удивление на лице собеседницы, но нет. Для нее эта информация явно не стала сюрпризом.

— После похищения я призналась, что мне нравится Тимур, и он отпустил меня, дав свое благословление.

— Не может быть, — воскликнула девушка. Вот теперь она проявляла нужные эмоции. — Он явно приготовил какую-нибудь подлянку.

— Не знаю, — соврала я. — Пока все тихо.

— Не верится, что ты втюрилась в моего братца. Ты серьезно думаешь быть с этим чудовищем?

"А сама-то!", — чуть не воскликнула я, но быстро прикусила язык.

— Хватит, он любит тебя и оберегает. Ты могла бы вести себя сдержанней. Не обязательно любезничать, но и не швыряться предметами.

— Не учи меня, — огрызнулась девушка.

— А ты меня, — не осталась в долгу я. Чувствовала, что еще чуть-чуть и я тоже окажусь в числе бойкотируемых. — Неужели ты согласилась бы вернуться к Грише?

— Да! — внезапно с надрывом крикнула Виталина.

Увидев мой потрясенный взгляд, прошептала:

— Он обещал забрать меня…

Охренеть. Две влюбленные дуры.

На этом моменте разговор сошел на нет. Девушка замкнулась в себе и явно жалела о сказанном. Мне не удалось уговорить ее спуститься на обед, поэтому в столовой сидели только мы с Тимуром. Я с аппетитом поглащала домашние котлеты и одновременно рассказывала о том, как прошла беседа.

— Пусть только сунется к моей сестре, — угрожающе произнес мужчина. — С меня хватит, завтра же поеду к Стуцко и решу все разногласия. Все началось с видео, на видео все и закончится.

— Но вы же враждовали и до этого? Почему, кстати? — с любопытством спросила я.

— Ну если тебе так интересно…Мы сразу невзлюбили друг друга. Дело было даже не в бизнесе, скорей в наших характерах. Папенькин сынок, который родился с золотой ложкой в жопе, возомнил о себе невесть что. А я всю жизнь пахал, чтобы чего-то добиться, поэтому над рассуждениями этого сосунка только смеялся. Уже не помню, о чем шла речь, но однажды мы круто повздорили. После этого без взаимных оскорблений не проходила ни одна встреча, — взглад Тимура стал задумчивым. — Мне жаль его отца, но это не я нажал на курок. Старик сам решил отправиться на тот свет.

Я смотрела на Тимура и не видела в нем жестокости, только усталость. Хотелось поддержать его, утешить, но не было уверенности, что мой порыв будет воспринят правильно.

— Я тебя не виню. Но будь это мой отец… — я не договроила, но и без этого все было понятно.

Отступление

Григорий Стуцко всегда отличался чрезмерным обаянием, которое помогало ему легко идти по жизни. Умный, талантливый, воспитанный молодой человек к 25-ти годам закончил Гарвард, выучил три языка, объездил почти весь мир и стремительно перенимал у отца бразды правления огромной корпорацией. Как представитель нового привилегированного поколения, он пытался переделать бизнес в соответствиии с западными стандартами. Собрав вокруг себя единомышленников, он беспощадно "давил" старых управленцев и громко заявлял о своих идеалах.

Когда с мелкими дельцами было покончено, настал черед крупных игроков. Тогда-то и начались проблемы, которые воплотились в одном лице — Тимуре Неблагине. 28-летний бизнесмен сразу не понравился честолюбивому Григорию, потому что для достижения целей не гнушался проворачивать грязные дела. Он олицетворял все прогнившее нутро российских реалий: взятки, мошенничество, подставы, шантаж. Несколько побед над основным конкурентом заставили потерять бдительность, поэтому наш герой и не заметил, как нажил опасного врага.

Тем временем ситуация в семье Стуцко накалялась: мать подала на развод и, отсудив круглую сумму, переехала в Щвейцарию, отец окончательно забросил компанию и все чаще пропадал в игорных клубах. Григорий, погребенный под горой обязанностей, упустил, когда сам сделался частью некогда ненавистной ему системы и начал отчаянно бороться за прибыль.

В и не без того сложный период масла в огонь подливал Неблагин, постоянно вставляя палки в колеса. Переломный момент наступил со смертью Стуцко старшего. Бессилие и отчаяние от потери отца охватили молодого человека. Он бросил все силы на уничтожение того, кого считал виновным в случившемся, но потерпел очередную неудачу, которая вылилась в главный кошмар всей жизни.

Тюрьма — это не то место, куда стремятся попасть богатые и успешные люди. Григорий знал, что скоро выйдет, но 2 недели оказались непозволительно большим сроком. Ему вот-вот исполнилось 27 лет, красивый и ухоженный…его участь была передопределена. Он сопротивлялся, когда двое заключенных-извращенцев решили поразвлечься и затащили его в тюремную библиотеку, но потом не признес ни звука. Не хотел, чтобы были свидетели его позора.

Что чувствует жертва насилия? Ненависть. Ее Григорий погасил, собственоручно расправившись со своими мучителями. Отвращение к себе. От него он избавился с помощью работы. Отвращение к сексу. С этим возникли проблемы. Первая же элитная проститутка была вышвырнута, как только начала соблазнительно раздеваться. Мужчина оправдался тем, что ей на самом деле не хочется спать с ним, а это равносильно принуждению, которое он теперь люто отвергал. Тогда он снял в баре легкодоступную девушку, но ее похоть и вызывающее поведение спровоцировали тошноту и омерзение.

Пришлось лететь на другой континент, где первоклассный специалист поставил неутешительный диагноз. Лечение не гарантировало никаких результатов, а дорогущий мозгоправ раздражал, поэтому Григорий вернулся в Россию и начал разгребать проблемы, которые скопились в его отсутствие. Параллельно он планировал свою месть — единственное, что осталось от него прошлого. Хороший психолог бы сказал, что навязчивой идеей он пытался компенсировать свою сексуальную несостоятельность. Жаль, что с психологами Григорий завязал.

Так в его жизнь вошла Виталина. Потерянная и обозлившаяся сестра главного врага. Он следил за ней, знал все о ее окружении, привычках, предпочтениях, а также о глубокой обиде на брата. Даже не пришлось ее подставлять, девушка сама попалась в руки правосудия, после чего быстро согласилась полностью отдаться в его власть. Она стойко переносила все издевательсва с его стороны, и, что удивительно, даже взглядом ни разу не выразила осуждение.

Вскоре появилась Алеста, и мир вокруг начал меняться. Тимур перестал иметь первостепенное значение, и Григорий смог ненадолго отвлечься от изматывающей борьбы. Он позволил подставной невесте стать частью его жизни, а забота о ней дала возможность заметить кое-что еще, вернее кое-кого…Виталина ходила мрачнее тучи и впервые огрызнулась на хозяина дома, тут же был вызван Николай, который предложил наказание в виде порезов. Григорий одобрил, а после сам забинтовал руку пострадавшей. Второй раз лезвие прошлось по нежной коже, когда девушка ни с того ни с сего утром заявилась в его комнату и объяснила это тем, что якобы услышала подозрительный шум. И, наконец, третью царапину она получила, когда в тот же день попыталась запугать Алесту — верный дворецкий доложил о подслушанном разговоре. Следовало бы еще наказать за то, что утаила проникновение Тимура в дом, но Григорий почему-то пожалел строптивую девчонку.

Сначала очевидный мотив таких поступков не радовал, но потом мужчина присмотрелся к своенравной красавице. Он все чаще думал о ней, и спустя время в нем проснулся интерес…и приснился сон: изящное женское тело, белокурые волосы, полный немого обожания взгляд… Проснулся он с каменной эрекцией. Первый раз за долгое время он мастурбировал.

После эксперемента на яхте с Алестой, Григорий понял, что другие женщины вызывают лишь слабое томление, но стоит представить Виталину, как взрыв, буря, ураган накрывают с головой. К несчастью, осознание пришло слишком поздно. Он был в бешенстве и безумно беспокоился за Алю, когда Тимур ее похитил, поэтому в резкой форме приказал Виталине собираться, сам же скрылся в спальне, сел на кровать и тупо уставился в стену.

Она неожиданно появилась на пороге, заплаканная и невероятно трогательная. Опустилась перед ним на колени и коснулась губами его руки. Он нежно погладил это невероятное чудо по голове и перетянул к себе на колени. Девушка без слов выражала собственные чувства: целовала колючий подбродок, гладила широкие плечи, ластилась к нему, словно кошка…Внезапно проворные пальчики начали расстегивать его рубашку, а теплый носик уткнулся в оголившийся участок кожи. Он бы остановил ее, но сумасшедшее желание уже гуляло в крови. Григорий мало что соображал, когда поспешно избавлял их тела от одежды, еще меньше, когда клеймил свою девочку поцелуями. Голодным зверем набросился на призывно торчащий сосок, пока пальцы исслеловали горячее и влажное лоно. Выдержки отчаянно не хватало, чтобы продлить прилюдию, поэтому с громким стоном он резко погрузился в девушку. Окутанное вожделением сознание уловило крик боли, и мужчина напряженно замер, вглядываясь в глаза…полные немого обожания. Виталина сама двинула бедрами, давая понять, что не против продолжить. Теперь Григорий старался сдерживаться, толчки были медленными и неглубокими, но даже так приносили невероятное удовольствие. Непонятно каким образом, но ему удалось продержаться довольно долго, пережде чем бурно кончить.

Он видел смущение на лице девушки, когда она попросилась в душ. Вернувшись, она нерешительно встала у кровати и начала нервно стискивать на груди полотенце. Ему отчаянно хотелось показать, что призошедшее имеет значение, поэтому повалил рядом с собой на кровать и крепко обнял. Он рассказал о том, что призошло в тюрьме, о последствиях, о своих чувствах к ней и в конце пообещал забрать ее у брата, когда Аля будет в безопасности.

Но идеальный план был разрушен, когда спасенная невеста внезапно воспылала любовью к Неблагину. По ее внешнему виду он догадался, что, возможно, ее чувства взаимны. Ему понадобилось два дня, чтобы просчитать все возможные варианты. Он не мог быть уверен, что в один прекрасный момент эти двое не окажутся в одной постели, поэтому смонтировал видео…Чувствовал себя последним подонком, прикрывая собственный зад, точнее сказать перед, сексом с невинной девушкой, но Тимур должен знать, что не стоит даже заикаться о его временных проблемах с потенцией. А Виталину он, конечно, заберет, главное удостовериться, что, когда это произойдет, ее бешенный братец не станет настраивать девушку против него, используя это самое видео.

Глава 14

Попрощавшись с Виталиной, я в сопровождении Тимура направилась к такси.

— Удачи тебе завтра, — сказала я, останавливаясь у машины.

— Она мне не понадобится.

Вроде все карты раскрыты, а ясности в наших отношениях так и не прибавилось. Мне напоследок достался легкий поцелуй в губы, но это лучше, чем ничего.

Дома не выдержала и позвонила Грише. Он ответил после двух гудков.

— Ну ты и придурок, — пропустив приветствия, сразу перешла к делу. — За что ты так с Виталиной?

— У меня были причины, — сдержанно признес он. — Значит, Тимур все видел. Как отреагировал?

— Разбил ноутбук, рвался ехать бить тебе морду, но потом передумал. Завтра будет у тебя, хочет мира.

— Да неужели? Слабо верится, но так уж и быть выслушаю этого ненормального.

— На себя посмотри, — огрызнулась я. — Бедная девушка сидит ждет тебя, а ты поматросил и бросил!

— Ты с ней говорила? — голос на том конце провода стал взволнованным. — Как она?

— Я же говорю, тебя ждет! С братом по каждому поводу грызется… Вы с ним оба хороши, устроили войнушку, а нам отдуваться!

— Аля, успокойся. Если Тимур действительно готов забыть прошлое, я пойду навстречу. Но Виту не отдам.

Глаза у меня, наверно, стали размером с блюдца.

— То есть ты не врал? Зачем тогда видео?

— Чтобы Неблагин сильно не злорадствовал. Теперь жалею, что вообще это придумал. Если Вита узнает…готов вымаливать прощение, — грустно усмехнулся мужчина. — С этим разобрались. Как твои амурные дела?

— Эммм…В процессе. Я не такая быстрая, как ты.

— Он тебя не обижал? Если да, то… — с угрозой начал говорить Гриша.

— Нет, — перебила я, лучше не нервировать его. Им завтра еще мириться. — Я просто не хочу торопить события.

Хорошо, что все встало на свои места. Оставалось надеяться, что двум мужчинам удастся найти общий язык, иначе сложно представть дальнейшую судьбу Виталины…да и мою тоже.

***

На следующий день я принимала у себя нежданного гостя.

— Этот урод недоделанный хочет жениться на моей сестре! — с порога заявил Тимур и без приглашения прошел в комнату.

— И тебе привет, — пробормотала я, закрывая дверь. — И как ты собираешься ему помешать? — решила уточнить я, наблюдая, как он расхаживает туда-сюда, словно дикий зверь

— Ты на чьей стороне? — подозрительно спросил мужчина

— Не впутывай меня, пожалуйста. Вита согласится на его предложение, да и у Гриши нет злого умысла. Оставь их в покое.

— Не ожидал, — напряженно проговорил Тимур и двинулся на меня. — Значит теперь я плохой? Мешаю двум влюбленным быть вместе?

Я глубоко вздохнула и, вопреки желанию отступить, осталась на месте.

— У тебя замашки диктатора, Тимур. Хочешь, чтобы Вита и дальше тебя ненавидела, прекрасно, продолжай в том же духе.

— Интересно, — собазнителным голосом сказал он и убрал прядь волос с моего лица. — Тебе ведь мои замашки очень даже нравятся.

— Возможно, — не стала лукавить я и, привстав на цыпочки, совершенно осознанно обняла мужчину за шею. Может, это его успокоит. — Но признай, ты часто перегибаешь палку.

Почувствовав ответные объятия, расслабилась и прижалась щекой к сильному плечу. Но руки Тимура не желали лежать смирно и начали потихоньку изучать мое тело, спускаясь все ниже и ниже…

— Эх, я хотела романтичных обнимашек, а ты сразу на задницу позарился, — намеренно строгим голосом отчитала нарушителя.

— Ну а ты чего ожидала, надевая такие короткие шорты, а?

Тут невозможно было и дальше сохранять серьезныей вид, да и сладкий поцелуй искупил все посягательства на стратегически важные места.

— Ты меня с ума сводишь, — хриплый шепот в самое ухо. — Давай, ты будешь только моей?

Я успела лишь судорожно вздохнуть, прежде чем истязаниие моего рта продолжилось. Конечно, я буду только его. Прямо сейчас.

Мне понадобилась доля секунды, чтобы принять решение и сдаться на милость победителя….который явно проверял границы дозволенного. Он прошелся по обнаженной коже спины, мягко прикусил подбородок, потерся выступающей эрекцией о мой живот — и все это не прекращая движения в сторону неразложенного дивана. Мгновение, и я лежу, придавленная сильным, красивым и очень возбужденным телом.

Мы смотрели друг на друга, изучая, любуясь, предвкушая..

— Скажи, что я не буду жалеть, — попросила я.

— Никогда, — его уверенный голос положил конец моим глупым метаниям.

Теперь не было сомнений, переживаний, ненужных вопросов — только двое людей, которые хотят одного и того же. Он снимал с меня одежду невероятно медленно, целуя каждый оголившийся участок. Живот подвергся убийственно-нежной атаке, пока Тимур избавлял меня от шорт. Сквозь тонкие кружевные трусики почувствовала жаркое дыхание и уловила…усмешку? Да, черт возьми, я готовилась и сделала тотальную эпиляцию! Чтобы смутить меня еще больше, мужчина выпрямился и, смотря в упор, начал стягивать с меня последнюю часть гардероба. Не выдержав пристального взгляда, я отклонила голову назад и от переизбытка эмоций прикусила губу.

— Моя скромница, — буквально промурлыкал этот искуситель и поцеловал меня в шею, втягивая кожу. Опять будет засос.

Он не спешил раздеваться сам, как будто намеренно хотел подчеркнуть мою уязвимость. Но это не напрягало, скорей будоражило, ведь сейчас он главный и волен делать, что пожелает….А желает он меня — всю в его власти. Что может быть эротичней, чем мужчина, полностью поглощенный неспешным изучением женского тела? Он гладил, сжимал, невесомо касался кожи, давая мне привыкнуть к его рукам. Я уже тяжело дышала, когда губы, наконец, опустились на грудь, беря в плен давно напрягшийся сосок. Не осознавая своих действий, выгнулась и притянула голову мужчины ближе. И все сразу поменялось: мягкая нега уступила место дикому возбуждению, а контроль мгновенно испарился.

Поцелуи стали напоминать укусы, когда Тимур спешно срывал с себя одежду. Я даже понять ничего не успела, как в мокрое лоно уже пробрались длинные пальцы. Тихий всхлип сорвался с моих губ от неосторожного движения внутри.

— Слишком узко, — пришипел мужчина и продолжил растягивать тугие стеночки.

Было неприятно, но я стралась не сжимать бедра. Это надо просто перетерпеть.

— Боишься? — рвано выдохнул Тимур и выскользнул из меня, переходя к ласкам клитора. Вместо ответа я громко застонала, впиваясь ногтями в его спину. — Вот так… я аккуратно…

Не отнимая руки от чувствительного бугорка, он начал медленно входить. Двоякие ощущения охватили мое тело: с одной стороны невероятное возбуждение, с другой — нарастающая боль от вторжения. Мужчина шумно дышал, беспестанно целуя мой лоб. Я же молча замерла под тяжестью огромного тела и подала голос, только когда он сделал первый толчок. Внутри саднило, и каждое плавное движение заставляло хотеть одного — чтобы все поскорей закончилось. Но я упорно подавляла болезненные вскрики, и лишь когда Тимур на пике наслаждения забылся и начал вбиваться почти до конца, не смогла сдержать слезы.

— Малыш, — устало прошептал мужчина, проводя губами по моей щеке, но вдруг резко встрепетнулся и приподнялся на локтях. — Ты плачешь?

Наверно, я навсегда запомню потерянное выражение на его лице, когда он постепенно осознавал насколько мне физически плохо. А потом он разозлился. Осторожно освободил от своего веса и скрылся в ванной. Я несмело привстала, чтобы оценить последствия, и в ужасе зажмурилась…столько крови. Тимур вернулся в обернутом вокруг бедер полотенце и с влажной тряпочкой, которой стал смывать красные разводы. Мне было дурно, поэтому даже и не подумала возражать. Но когда мужчина сказал про больницу, силы нашлись.

— Все в порядке. Просто слабость…

— Хватит геройствовать, — процедил сквозь зубы он. — Сейчас я принесу вещи, и мы поедем на осмотр.

Мне сразу стало неуютно, поэтому, когда Тимур вернулся и передал легкое платье, поторопилась прикрыть наготу.

— Почему ты злишься? — осмелилась спросить я.

— Потому что надо было остановить меня, а не лежать бревном! — крикнул он, но увидев, как я дернулась от унизительной формулировки, тут же оказался рядом, прижимая к себе. — Прости, Лесси, нервы сдают. Никогда себя такой сволочью не чувствовал, тебе же больно было…

— Так у всех первый раз, — шмыгнула я носом, обиженно отворачиваясь.

— У всех по-разному, так что давай проверимся на всякий пожарный.

Я снова сдалась его напору и…заботе.

Глава 15

В кабинете гинеколога я провела целый час и большую часть времени оправдывалась. Врач без конца возмущалась "небрежным отношением к бедной девочке", то есть ко мне. Такое непрофессиональное поведение сначала раздражало, но потом я поняла, что это продиктовано искренним желанием помочь. В итоге все рекомендации по дальшейшей сексуальной жизни получил лично Тимур, я же сидела рядом с ним на кушетке и краснела.

На обратном пути попросила остановить возле аптеки и, заметив удивленный взгляд, пояснила:

— Мне выписали противозачаточные "после".

Я не видела в этом ничего особенного, но мужчина почему-то смутился.

— Везде напортачил, — сумела разобрать еле слышные слова.

Я быстро сделала неоходимые покупки и сразу в машине приняла таблетку. Беременность никак не входила в мои планы. Прошла минута, но мы так и не двинулись с места.

— Поехали ко мне, — предложил Тимур, сосредоточенно смотря перед собой.

Создавалось впечатление, что он сейчас ни в чем не уверен и крайне растерян, поэтому я отказалась. Возле дома сделала вид, что не жду каких-то определенных действий с его стороны и спокойно поинтересовалась останется ли он на ночь.

— Конечно. Но рабочий день еще не закончен, смогу приехать после шести.

Я радостно закивала и, получив на прощанье крепкий поцелуй, побежала готовить незабываемый вечер. Первым делом закупила в гипермаркете разных мелочей, а то в квартире действительно пусто: ни бокалов, ни штор, даже мягких игрушек нет. Насчет еды сильно заморачиваться не стала и приготовила легкий салат с курицей, но на всякий случай замариновала мясо. В голове постоянно крутилась одна мысль: "Мы вместе". Тимур так переживал, что сделал мне больно, поэтому я поверила в серьезность его намерений.

Когда в дверь позвонили, я мигом побежала открывать. Первое, что увидела — это огромный букет роз, их было не меньше ста, но держал их совершенно незнакомый парень.

— Доставка Алесте Соколовой, распишитесь.

Я кое-как поставила кривую закорючку и забрала цветы. Записка, которая нашлась внутри, гласила:

"Прости, Лесси, не смогу приехать. Встретимся завтра. Твой Т.".

Сразу захотелось позвониь и узнать причину…но почему он сам не набрал меня? Формулировка послания смягчила обиду только в первые несколько минут, затем я начала себя накручивать, а потом и жалеть. Нужно было с кем-то поговорить.

— Алло, Гриш, не отвлекаю?

— Привет, Аля. Нет, что-то случилось?

— Если мужчина после первого секса обещает прийти и не приходит, это очень плохо?

Кажется, мои женские закидоны поставили собеседника в тупик, потому что, кроме "ааа" и "эмм", он ничего из себя выдавить не смог.

— Ты сейчас должен уверить меня, что все страхи беспочвенны, — подсказала я, мысленно ругая себя за идиотский порыв. Лучше бы Миле позвонила.

— Да, не о чем, — на автомате повторил Гриша. — Слушай, а у вас на сегодня были планы?

— Да, — грустно ответила я.

— Просто сейчас у меня с ним…скажем так, встреча.

— Где?

— В его клубе. Мы решили выйти на ринг один на один, без свидетелей.

— Совсем рехнулись? Назови адрес, — потребовала я и начала спешно одеваться.

— Это в порту. Здание рядом с восьмым причалом. На входе будет ждать мой человек, но, Аля, ты все равно опоздаешь.

— Без разницы. Должен же кто-то проследить за тем, чтобы вы не поубивали друг друга.

— И за кого будешь болеть? — весело спросил мужчина.

— За здравый смысл.

Попрощавшись, сбросила вызов и побежала к машине. Времени в обрез. Что за дурацкая прихоть решить все проблемы мордобоем?

Через сорок минут стояла перед ничем непримечательным зданием бывшего рыбоперерабатывающего завода. Освещения вокруг не было, поэтому приближающаяся огромная фигура выглядела зловеще.

— Вы к Григорию? — пробасил незнакомец, чьего лица я так и не увидела.

— Да, к нему.

Он молча провел меня мимо двух верзил на входе, после чего ткнул пальцем наверх и исчез. Стало не по себе: темное обшарпанное помещение, таинственная лестница, неясные звуки, доносящиеся сверху. На втором этаже железная дверь была приоткрыта. Я тихонько заглянула внутрь и сразу увидела ринг. Пустой. Вокруг стояли высокие помосты с креслами для зрителей. Я прокралась ближе к центу и, уловив приглушенные голоса, осмотрелась. Мужчины вдвоем спокойно сидели на полу и пили пиво из бутылок. Одеты они были только в спортивные штаны. Не скрываясь, направилась прямо к ним.

— Лесси? — неверяще воскликнул Тимур. Выглядел он потрепанно: разбитая губа, припухлость под глазом, засохшая кровь на шее.

— Это я тебя сдал, — признался Гриша, который тоже находился не в лучшем состоянии. — Лесси? Серьезно?

— Заткнись, Стуцко, — рыкнул Тимур, поднимаясь.

Я смотрела на обоих драчунов крайне неодобрительно, еще и руки на груди сложила для пущего эффекта.

— Ладно, вы разбирайтесь, а я к невесте, — Гриша резво вскочил на ноги и, не обращая внимания на недовольный взгляд будущего шурина, покинул нас.

— Полегчало? — спросила я, голосом выражая свое недовольство.

— А ты зачем приехала? Нотации читать? — выплеснул свое раздражение мужчина.

Тут я поняла, что, возможно, действительно поступила необдуманно. Но это не давало ему права срываться на мне, поэтому, круто развернувшись, пошла прочь. Не успела сделать и пары шагов, как Тимур прижал меня к себе и поцеловал.

— Раз ты все равно здесь… — многообещающе прошептал он и, взяв за руку, повел к одной из дверей.

Мы оказались в раздевалке, где с меня невозмутимо начали снимать одежду. Болевые ощущения после первого раза не прошли, поэтому вела себя немного скованно.

— Может, ты сам? — осторожно уточнила я.

— Возражения не принимаются, — строго отчеканил Тимур и, раздевшись, понес меня в общую душевую. — Чего ты испугалась? Мы тут совершенно одни.

Я неопределенно пожала плечами и зашла под теплые струи воды. Сзади прижалось крепкое тело, которое послужило опорой, так как ласковые касания заставили ноги подкоситься. Меня качало на волнах удовольствия, пока сильные руки скользили по коже, смывая все напряжение. Нежные поцелуи отметили шею, плечи, поясницу…Повернув к себе, мужчина уделил особое внимание моему чуть подрагивающему животу и медленно спустился ниже. Громкий стон застрял где-то в горле, от чего наружу вырвался лишь приглушенный всхлип, когда по набухшим складочкам прошелся горячий язык. Если бы не стальная хватка под попу, я бы тут же упала.

Тимур действовал агрессивно: лизал, прикусывал, втягивал маленький комочек плоти, пока я, вцепившись в его плечи, шумно дышала и вскрикивала. Хотелось почувствовать его еще тесней, поэтому неосознанно приподняла одну ногу и взмолилась:

— Пожалуйста…еще, — даже не поняла, что этот жалобный голос принадлежит мне.

Когда внутри все начало знакомо тянуть и сжиматься, я сама двинула бедрами навстречу его жадному рту, что сделало оргазм просто феерическим. Сквозь туман из наслаждения и страсти уловила движение. В следующий момент моя спина была прижата к холодному кафелю, а возбужденный член уперся в мокрое лоно. Но вторжения не произошло, Тимуру понадобилось несколько скольжений меж половых губ, чтобы кончить.

— Малыш, — услышала сбивчивый шопот, — я тот еще моральный урод, но обещаю, что буду заботиться о тебе. У меня всегда были лишь мимолетные связи, либо долгие увлчения без обязательств, поэтому не знаю как…как строить серьезные отношения. Но с твоим появлением мне похер на всех остальных женщин. Веришь?

Я заглянула в самые прекрасные глаза, которые когда-то пленили мое сердце, и честно ответила:

— Да.

Эпилог

Жизнь с любимым мужчиной не всегда давалась легко, но каждый день был наполнен счастьем и уверенностью в будущем. Я переехала к нему через три месяца и то лишь потому, что моя квартира последние три недели пустовала. Не обошлось без ссоры, ведь какая бы Галина не была замечательная, создавалось впечатление, что мы живем с его мамой. Я согласилась на ее помощь в хозяйстве, но только в строго определенные дни. В итоге женщина перебралась в дом неподалеку и приходила в соответствии с составленным графиком. К данному соглашению мы шли долгих три дня, так как Тимур постоянно спорил со мной. Он в принципе не любил ничего менять и идти на компромиссы, чем зачастую провоцировал конфликты. Но он ни разу не довел меня до слез, потому что, если и срывался на грубости, то сразу подходил и целовал до умопомрачения. После этого мы оба успокаивались и охотней соглашались друг с другом. Я понимала, что нужно время, чтобы он выделил меня в особую категорию людей, ведь до этого в его окружении существовали только подчиненные, враги и друзья, с которыми тоже не помешает держать ухо востро.

Полной противоположностью была пара Виталины и Гриши, в чьих отношениях царила тихая гармония. Их вкусы и желания всегда совпадали, а если и случались недопонимания, то спокойный характер не позволял устраивать сцены. Они поженились буквально через неделю после той знаменательной драки, которая примирила двух мужчин. А через месяц Вита сообщила, что беременна. И начались очевидные попытки заманить меня на "темную сторону".

Правда, с родителями ей не тягаться. После официального знакомства с моим избранником, они открыто заявляли, что пора играть свадьбу. В один момент я не выдержала постоянного давления и заявила, что если и выйду замуж, то тайно. Забавно, но так и вышло.

Через полгода отношений Тимур увез меня на Бали, где на закате местные жители провели изумительную церемонию. Быстро, романтично и без лишнего шума. Родственники долго обижались, но я не обращала внимания.

Самое главное, я ни о чем не жалею.

Конец