Пролог

Анастасия

Вы встречали когда-нибудь ту,

что в холодный ноябрьский вечер,

ради вашей немыслимой встречи,

хоть босой побежит в темноту?

Вы знаете, что такое Любовь?

Любовь- она у каждого своя, до безумия, до сумасшествия сильная, настолько, что ты бросаешься вомут с головой в эти чувства. Она уникальна, неповторима. Любовь- это когда тебя раздирает на части от нехватки его рядом. Он, как воздух для тебя, как живительная вода, для путешественника в пустыни.

Только от одного взгляда на него, тебя пробирает невыносимая дрожь. Любовь- это боль и наслаждение одновременно.

Любовь- это отдавать всё ему, не прося ничего взамен. И даже если чувства не взаимны, всё равно любить, до сумасшествия, до безпамятства, до безумия дышать им одним. Никого не видеть вокруг, только он без глазами и в мыслях.

Любовь, пронзает сердца и дарит крылья…

Любовь — это прoйти вместе через всё. Остаться, выстоять, простить, улучшить, беречь, ценить, быть верным… Это переживать вместе все трудности, что выпадают на долю каждого. Любить — это видеть Душу другого, этo растворить себя в чувстве безудержного стремления сделать другого человека счастливее, быть поддержкой для него, спасительным кругом, маяком света. Любить — это видеть другого даже некрасивым, слабым, сбившемся с пути. Любить — это пройти вместе через всё и прийти к единой цели. Любить- это быть верным себе и своему выбору.

Любовь- это когда ты просто счастлив, что он есть на этой планете. Когда ты держишь его за руку и внутри тебя что-то переворачивается. Ради этого человека ты готов пойти на всё.

Любить его любым, угрюмым, нервным, нежным, сумасшедшим, злым, когда он разбит быть рядом, держать крепко его руку и шептать: " Мы со всем справимся. Я рядом."

Что такое Любовь?

Каждый задовался этим вопросом, но никто не может точно на него ответь. Почему…?

Любовь- нельзя описать словами, выразить, рассказать, написать, её можно только лишь почувствовать сердцем. Она живёт в каждом из нас, и мы чувствуем её в каждом слове, действии родного человека. Это простые слова: " Одень шапку, на улице холодно", "Покушай", "Как доедешь, позвони!", или "Я заберу тебя"… Это простые действия, привести лекарство когда заболела, одеть тёплые носки, когда холодно, найти пару минут за день, чтобы позвонить, услышать любимый голос и спросить "Как ты?".

Любить не за что- то, а просто так. За то, что ты существуешь, дышишь с ним одним воздухом, от этого на душе становиться уже тепло, от мыслей, что он есть в этой галактике, где- то, но есть.

И разве важно какой у него цвет глаз, кожи, национальность, рост, вес, привычки… ты всё это любишь, даже если, раньше не любил этот цвет глаз, волос, тебя бесили в других такие же жесты, привычки… От других тебя тошнит, в них всё не то, они не те…

Своего человека ты узнаешь сразу… он войдёт в твою жизни, по- тихонечку, тихо на цыпочках, совсем не слышно, наполнит тебя чувствами, в которых ты утонишь, и не поймёшь сама, как окажешься уже в его власти, плену и уже никогда не сможешь выброться, как бы не хотела, он останется в твоей жизни навсегда.

Не потеряйте такого человека, ведь потерять легко, а вот преобрести, вернуть, очень сложно.

Я лежала на большой кровати, свернувшись калачиком, в своеобразный кокон, закрывшись от всего этого чужого мира. Кровать казалась такой большой и холодной, она не согревала, лишь добавляла по щепоткам в моё сердце одиночество, боль, что разъедала всё тело, грудную клетку, словно в меня влили кислоту.

Из моих уже мёртвых глаз текли струйки холодной, прозрачной жидкости, которая обжигала щёки, словно раскалённая лава.

Я умирала медленно, каждую секунду, каждой клеточкой своего тела, только на нём не было ни одной видимой царапины, они были внутри, красные, глубокие, кровоточили, которые не зашить, не заклеить пластырем.

Я больна, но больна душой, сердцем, и все попытки излечиться проваливались.

Эти глаза запали в душу, которые снились мне каждую ночь. Они пленили, приворожили… Хочется уйти, улететь, забыть, скрыться, туда где нет его глаз, где вечные зимы, чтобы не видеть их, чтобы дышать глубоко, свободно, и не чувствовать этот взгляд, что смотрит мне прямо в душу… схожу с ума и нечем дышать…

В руках держу телефон, где на экране светится его фотография, на которой он улыбается, а сердце щемит. Прижимаю его ближе, туда, где находиться сердце, сжимая с силой глаза, от куда текут предательские слёзы, проделывая путь по лицу, падая на холодную простынь, а в темноту шепчу его имя, которое слышит только лишь одинокая луна.

Хочу понять, как ты приворожил моё сердце.

Глава 1

Анастасия

«Он — моя слабость, мой сон, в котором я хочу остаться.»

© Янина Логвин "На изломе алого"

Он появился в мой жизни внезапно, тогда, когда я совсем не ждала этого. Появился и снёс всё на своём пути. Разрушил все мои стены, замки… Проник глубоко под кожу, словно яд, дурманя и выжигая на моём сердце своё имя. Всё, что было до него, стало не нужным, пресным, зыбким… Волновал лишь он один.

Приворожил своими дьявольскими глазами, в которых утопаю, и завораживающей улыбкой..

Я словно птица, что вдалеке, боюсь высоты, но все же лечу к нему..

Он такой спокойный и уверенный, нежный и заботливый, сильный и надёжный, а главное, такой родной. Я чувствую это подсознательно, на каком- то мельчайшем фибре души, чувствую всем своим сердцем, ОН МОЙ.

Я просто хочу быть рядом с ним. Я хочу иметь возможность держать его за руку, когда нервничает. Я хочу иметь возможность крепко обнять, когда ему одиноко. Я хочу иметь возможность поддержать, когда он чувствует, будто распадается на кусочки. Я хочу подставлять плечо, когда он плачет, и быть человеком, в чьи объятия угодит, когда его мир начнёт рушится. Я хочу быть человеком, к которому будет приходить за утешением и советами. Я хочу быть человеком, который уложит его спать, который будет делать ему завтрак утром. Я хочу быть человеком, ради которого он будет вставать с постели, благодаря которому будет легче пережить еще один день. И, я хочу его, и хорошую, и плохую его сторону, всего его.

Необъяснимая тяга к нему, такому родному, любимому. Не мой, но в тоже время мой, родной, такой любимый и нужный..

Такое чувство, что мы созданы друг для друга. Я чувствую его за миллиарды километров от меня. Разве такое бывает…?

Необъяснимое чувство, как будто мы знали друг друга всегда, вчера и завтра, в прошлых и будующих жизнях, одно мгновение и целую вечность.

Нельзя описать словами, поэмами, рассказами то, что я чувствую к нему… Это покой и тепло в сердце, любовь и искры в глазах… Один взгляд на него и моё сердце замирает на миг, а в следующую секунду начинает стучать в бешеном ритме, на губах растягивается улыбка, а глаза горят, как два алмаза, как огни звёзд в тёмную ночь.

До трепета хочется прикоснутся к нему, почувствовать кончиками пальцев его кожу, губы, его сильные руки. Каждый раз представляю, какой у него голос, характер, мимика в тот или иной момент, какие у него сильные, но в тоже время нежные руки, которыми он сжимает меня в своих объятиях, а я таю, словно снег в зимнюю погоду, под воздействием тёплого лучика солнца.

Разве можно жить без человека, который проник под кожу внутривенно и все попытки излечиться канут ко дну.

Никогда бы не могла подумать, что смогу вот так полюбить, так отчаянно и трепетно, с такой болью и радостью. Расстояние убивает меня внутри. Каждый раз, когда думаю, что он так далеко от меня, за миллиарды километров, душа рвётся в клочья. Грудь наполняется тяжестью, от которой тяжелее дышится, из глаз поступают капельки, обжигая мои щёки раскалённой лавой.

От понимания, что никогда не быть с ним рядом, меня душит боль.

Мне кажется, что до того, как он появился в моей жизни, я была внутренне и внешне другим человеком.

По- другому одевалась, улыбалась, мыслила, поступала, выглядела. Я была другой.

Просто когда, ты встречаешь своего человека, в его руках ты расцветаешь, словно цветок, наполняясь красотой, запахом, сиянием. Любовь- это не сжав кулаки, а разжав руки.

Я храню его в себе, секретом, о котором не знает никто. Не хочу делиться им ни с кем. Он мой, только Мой.

Я дышу им, живу, и только он даёт мне силы вставать по утрам с улыбкой, вдыхать запах цветов, свежего, морозного утра, дышать полной грудью… но от нехватки его рядом меня ломает, выворачивая наизнанку, забирая сердце, кислород, тяжело дышать, хватая ртом воздух…

Я нашла своё счастье в нём, но нам не быть вместе. И только во сне и в своих мечтах, я могу быть с ним, с тем, кто нужен мне больше самой жизни, с кем живёт моё сердце, насладиться тем, что он рядом, обнимает со всей нежностью и любовью. Он- мой яд… И имя ему Тобиас…

Я встретила его случайно, а может всё таки " случайности, не случайны.." и это судьба…?

Эта осень выдалась холодной за последние несколько лет. Она приносила в мой мир одиночество, грусть, печаль, тоску. Можно бесконечно говорить об этом, это ничего не изменит, но в моей жизни есть- Он. Тот, кто даже на расстоянии заставляет меня улыбаться только лишь одной мыслю о нём.

Да я думаю о нём постоянно, нет ни единой минуты, секунды, что бы мои мысли занимал кто- то другой. Я дико скучаю по нему, так, что сердце разрывается на части. Он далеко. Не мой, но в тоже время мой, до дури мой мальчик, до помутнение рассудка, до дрожи в теле мой, пусть и не принадлежит мне.

Вы когда- нибудь верили в чудеса? В то, что хочет ваше сердце и душа, желает так, что сходишь с ума. До этого момента я не верила, но внутри грела надежду, что когда- нибудь смогу с ним поговорить, увидеть, прикоснуться на миг, а потом разбиться, разлететься на миллион космических осколков, оставив душу ему, тому, кто украл так беспощадно и жадно.

Я расстегнула парку, подставляя холодному ветру лицо, он уносил мою боль и слёзы, смахивая их. Подняла голову к небу, прося Бога, исполнить мою мечту, лишь мимолетно увидеть его, прикоснуться, вдохнуть любимый запах мужчины, что пробрался под кожу и не хочет выбираться. Я заболела им, как наркотик, как самый чистый кайф.

Разве можно так болеть по человеку?

В своей жизни мы встречаем много людей, но лишь единицы становятся нам родными, любимыми, без которых мы не представляем своей жизни. Наше сердце умирает если их нет просто рядом.

Он — моя слабость. Я хочу таять в его сильных руках, распадаться на космические орбиты, миллион частиц, но в то же время хочу, чтобы он меня обнял так сильно, до хруста костей, чтобы не отпускал, держал так сильно, не отдавая никому и никогда.

Домой зашла уставшая, без ног. На работе завал, все куда то идут, спешат, что- то покупают. Кое- как разделась, сходила в душ и плюхнулась в кровать. Ничего не хотелось, лишь укутаться в сильные, мужские объятия и уснуть.

Вдалеке раздался звон телефона, не глядя сразу взяла. В это время может позвонить только единственный человек, которому я буду рада даже в два часа ночи.

— Да, моя родная, — на том конце провода услышала звонкий голос моей лучшей подруги, которая и в печали, и в радости со мной. Поддерживает мою мечту и верит, что я буду счастливой, а это вселяет в меня силы идти дальше, не смотря ни на что.

Щепотка веры, горсть нежности, океан любви и ты счастлива.

— Привет, моя хорошая. Ну как ты там? Совсем пропала, — да в последнее время я совсем перестала с кем- либо общаться. Больше времени уходило на себя, на изучения английского. Я стремительно шла к мечте, пусть она и казалась недостижимой, такой далёкой, но предавать её, не собиралась.

— Прости, родная, совсем замоталась. Ты же знаешь, Стюш, — я улыбаюсь, как только перед глазами предстаёт он, такой далёкий, но тёплый и родной, а его имя сладость моим губам.

— Я верю в тебя, — и это самые нужные слова, от которых замирает сердце и ещё больше начинаешь верить в себя, идти не слушая никого вокруг.

— Спасибо, крошка, — я встала и подошла к окну. Перед глазами развернулось тёмное небо, усыпанное яркими огнями. Смотрю на это чудо, а глаза загораются. Могу вечно смотреть на звёзды, лишь они, книги и ОН делают меня по- настоящему счастливой.

— Встретимся завтра?

— Да, конечно. Я соскучилась уже по своей хохотушки.

— Тогда до завтра.

— До завтра, дорогая, — улыбнулась и положила трубку.

Вновь мой взгляд поднялся к звёздам, загадывая желание, быть рядом с ним, хоть на секунду прикоснутся, поговорить и сохранить в памяти его голос и образ навсегда.

Каждый раз представляю, что у него бархатный голос, слегка грубоватый, но мужественный, от которого по телу проходит электрический ток, пронзая позвоночник, пробираясь до самых кончиков пальцев.

На моём лицо волшебным образом образуется улыбка, лёгкая, живая, такая, какая всегда появляется лишь когда думая о нём.

Можно полюбить человек, не видя его в жизни, не зная? Не знаю, точнее не знала до этого момента, пока он не появился. Снёс всё на своём пути, все мои преграды, страхи, боль, одиночество. Если вы думаете, что это фанатская любовь, то вы глубоко ошибаетесь. Как можно сравнивать искреннее счастье внутри, улыбку, мысль только о нём, не замечая никого другого с фанатской любовью.

Мне не важно, кто и что подумает. Пусть я сумасшедшая, но сумасшедшая по нему одному.

Эта любовь настоящая, искренняя, я последую за ним хоть на край света, если он позовёт, останется рядом, не отпустит, будет держать мою руку так крепко, что не разорвать, не разрубить не сможет ничто и никто.

Даже если не суждено, я буду хранить свою любовь к нему, в сердце, закрою, спрячу ото всех вокруг. Это моё, только моё счастье, мой мир, в который не пускаю никого.

Взяла плед, села на подоконник, укрываясь им, стала читать новую историю, представляя каждый образ, действия героев. Так погрузилась, что не сразу услышала пеликанье телефона. Сердце замерло. Кто может быть в такое время?

Общалась я только лишь со Стюшей, но мы только с ней разговаривали, поэтому вряд ли это она, старые знакомые и "друзья" редко когда писали, а я не навязывалась. Не люблю общаться с теми, кто не желает взаимного общения. Зачем навязываться, поэтому всегда было всё взаимно, не пишут, не пишу и я.

Взяла телефон, разблокировала. Сообщение было из Инстаграм. Странно, там я общалась только с Настей, а сейчас слишком поздно, чтобы она мне писала.

С этой девочкой я познакомилась случайно, но этому безумно рада. Мне было с ней легко, друг друга понимали, да и она поддерживала так же мою мечту, что на душе становилось ещё теплее и солнечнее.

Как я и предполагала, сообщение было не от неё, что странно. Больше ни с кем не общалась, кто же тогда это мог быть.

Открыло диалог и сердце тут же замерло, но в ту же секунду принялось биться так сильно, словно птичка в клетке желала свободы, порхая своими крылышками.

Я не могла поверить своим глазам, и несколько раз протёрла из ладошками, но надпись на телефоне всё не исчезала. Может это сон? И я сейчас проснусь, но после того, как ущипнула себя, почувствовав лёгкую боль, поняла, это не сон. И сейчас мне пишет тот, от которого замирает сердце.

Мне написал любовь всей моей жизни, пусть это и выглядит пафосно, но мне всё равно. Я люблю, а это главное. Всё остальное отходит на второй план, лишь он один тот, кто значит для меня намного больше, чем весь этот мир.

Тобиас: Привет, маленькая.

Анастасия: Привет.

Сердце забилось с новой силой, то ускоряя, то замедляя свой бег, и так по кругу. Такое чувство, что оно сейчас выпрыгнет из груди. Хочется кричать на весь мир, как счастлива, но лишь поднимаю голову вверх и тихо шепчу "Спасибо".

Тобиас: Почему не спишь?

Анастасия: Читаю, да и не хочется пока спать.

Тобиас: Какая умница. Сейчас мало кто читает.

Анастасия: Спасибо, очень приятно это читать.

Тобиас: Чем ещё занимаешься?

Анастасия: Ещё люблю очень готовить, получается прям пальчики оближешь.

Тобиас: Умничка. Если себя не похвалишь, никто не похвалит.

Анастасия: Конечно, поэтому приходиться хвалить себя.

Тобиас: Однако талантливая птичка попалась в мои лапки.

Анастасия: Я обычная.

Тобиас: Нет. Самая, что не на есть необычная.

Сердце защемило. Это сон, я сплю? Ущипнула себя за руку, ай, больно. Нет, не сплю. Дура, но такая счастливая дура. Подняла голову вверх, на тёмное небо, усыпанное яркими звёздами, глаза загорелись огоньком, что разжёг во мне счастье.

Тобиас: Ты ведь живёшь в России?

Анастасия: Да.

Тобиас: Но хорошо владеешь английским. Я удивлён, но не сказано рад этому.

Анастасия: Я изучаю язык. Он мне интересен.

Не стала писать, что это всё ради того, чтобы хоть чучуточку поговорить с ним. Не хочу чтобы эта сказка прекратилась, хоть на мгновение, но она продлится.

Тобиас: Я обескуражен. Ты поразила меня. Всё таки, ты самаое необычное чудо.

Чудеса случаются, если верить всем своим сердцем. Мечты исполняются, если искренне желаешь этого.

Глава 2

Анастасия

Смотрю на тебя, как ты улыбаешься..

Мне этого так мало… Я так хочу любить тебя.

Сегодня я спала не больше трёх часов, но выглядела намного лучше, чем когда спала по восемь. Тобиас отправил меня спать, переживая, что не высплюсь. Знал бы он только, что всё равно не смогу уснуть, что, то счастье, которое грелось у меня внутри не даст мне уснуть.

Так как сегодня у меня выходной, решила сначала заняться уборкой, сготовить покушать, потом сходить на тренировку с мастером, а вот уже вечером у меня встреча с моей подружкой- хохотушкой. Но прежде всего нужно сначала покушать.

Заварила себе любимую кашу, овсяную с клубникой, долькой шоколада и немножко сгущённого молока, дабы придать немного сладости. Чашка ароматного кофе, музыку на полную и уборка.

Настроение на максимум, что радовало меня ещё больше.

Как только всё домашние дела были сделаны, собралась и поехала в зал.

— Привет, — поздоровалась с тренером, как только зашла в зал.

— Привет, Настюш. Ну что, будем заниматься?

— Да. Чувствую себя великолепно, — улыбка всё не сходила с моего лица.

— Это хорошо. Вижу ты в хорошем настроении. Следишь за своим питанием я надеюсь?

— Конечно, ты же меня знаешь.

— Вот, как раз и спрашиваю тебя, потому что знаю, — мы засмеялись в один голос.

С Аней, моим тренером мы занимаемся уже не первый год, поэтому она знает какая я сладкоежка. Ругает меня постоянно, ну что я могу сделать, если не смогу без сладкого прожить и день. Вот такая я сладкоежка.

После изнурительной тренировки, поехала домой, так как нужно принять освежающий душ и готовиться к вечеру. Сегодня у меня встреча с моей Стюшей.

Быстро приняла прохладный душ, перекусила, накрасилась, лёгкий макияж, так как особо не люблю накладывать на себя миллион штукатурки. Одела джинсовую юбку синего цвета, бесформенный лёгкий свитер серого цвета. Расчесала свои длинные, роскошные волосы. Сколько я с ними промучилась. Пару лет назад вывела всю желтизну и рыжеватый цвет волос. Долго мучилась мой мастер, Леночка с ними, но результат того стоял. После этого пару раз тонировалась, чтобы добиться того цвета, который хотела, и действительно получилось просто бомба.

После этого очень бережно отношусь к своим волосам. Постоянные маски, средства от секущихся кончиков, витамины, масла, всё лишь бы мои волосы выглядели красивыми, ухоженными, блестели и были гладкими.

Сверху одела длинное бордовое пальто и чёрные, короткие сапожки. Всё просто, но со вкусом. Перед уходом поцеловала свою любимую морду, что развалилась на всей моей кровати. Нюрка, так звали мою кошку, лишь посмотрела на меня недовольно, повернулась на другой бок и вновь засопела. Соня, она постоянно спит, но всегда со мной. Люблю её, чтоб я делала без этой вредной моськи.

Со Стюшей договорились встретиться в кафе, посидеть, поболтать. Всё таки давно её не видела, и жуть, как соскучилась. Но как и всегда приехала раньше неё. Я вообще не люблю опаздывать, куда бы не собиралась, на работу или же на встречу, всегда приезжала раньше всех.

Вот уже на горизонте вижу это чудо, она, как всегда выглядит сногшибательно. Брюнетка, с большими глазами, губками, с шикарным телом. Стюша, как и я занимается, но намного дольше меня.

— Привет, солнце, — подошла и обняла меня, пи этом поцеловав в щёчку.

— Привет, Стюша.

— Ну, что пошли?

— Пошли.

Мы зашли в кафе. Оно было простое, но великолепно готовили разные сладости, особенно вафли с бананами. Мне только волю дай, съем все сладости, что вижу, но во многом себе отказываю, так как занимаюсь и придерживаю фигуру, но всё таки иногда можно себя побаловать. Кафе называлось "Fresh", тихое, простое, персонал очень вежливый, как и хозяева.

В наше время очень редко найдёшь кафе, а тем более ресторан, где тебя добросовестно и вежливо обслужат. Бывает сталкиваешься с грубиянами, плохим обслуживанием, а про меню, так вообще молчу. Иногда и такое, что в салате находишь волос, причём длинный и чёрный, и ты ничего не докажешь, что это не твой, даже ругаться приходится, но ничего не помогает.

Мы расположились в дальнем углу, здесь было тихо, можно было поговорить на личные темы и тебя никто не тронет, и сейчас это то, что нужно.

К нам сразу же подошёл официант, поздоровался и предложил меню. В основном мы здесь всех уже знали, но и были те, которых видели в первый раз.

— Добрый вечер. Выберите сразу или же мне подойти позже? — спросила у нас вежливо девушка с бейджиком "Екатерина". Её мы знали давно, и она лучшая из всех, кто здесь обслуживает.

— Екатерина, мне всё, как обычно, только сегодня полейте пожалуйста вафли шоколадным сиропом, — я мило улыбнулась ей.

— Да, конечно. Что- то ещё?

— Нет, это всё. Спасибо, — улыбнулась ей.

— Хорошо, — она так же улыбнулась мне милой улыбкой, — А вам Анастасия? — обратилась девушка к моей подруге. Да, да, Стюшу тоже звали Настя. Мы, как две половинки, как близнецы по духу, наверное по этому мы и подружились так, что вот уже много лет подряд дружим, хоть и в последнее время мало видимся и общаемся.

У него семья, муж, поэтому всё внимание уходит на них. Смотрю на неё и внутри такая радость, но в тоже время боль. Как бы мне хотелось того же.

Бывает представляю себя вместе с Тобиасом. У нас семья, дети, обязательно первый мальчик, похожий на него. Те же глаза, которые забрали меня в свой плен, и маленькая дочка, с его улыбкой. Мы счастливы.

От этого становится так больно и одиноко, как бы не хотелось, нам не быть вместе. Он далеко, за тысячи километров от меня и вряд ли приедет и мы когда- либо увидимся.

Но всё же за подругу я очень рада. Она достойна этого.

— Екатерина. — так же вежлива обратилась подруга к девушке, — сегодня мне пожалуйста клубничное мороженое, вафли, и фруктовый сок.

— Хорошо. Спасибо за заказ и хорошего вечера вам.

— Спасибо, Катя, — поблагодарила девушку, а потом повернулась ко мне.

— Да, ты прям сегодня сладкоежка?

— Иногда можно себе позволить. Ну рассказывай, почему так светишься? Твои глаза просто горят. Что такого случилось у тебя, что на твоём лице всё время улыбка?

— Ты не поверишь, — взялась за обе щёчки, они горели так, что я чувствовала себя, как рак. — мне написал Тобиас. — произнесла на одном дыхании, и с замиранием сердца стала ждать реакцию верной подруге. Она не заставила себя долго ждать, Стюша тут же кинулась ко мне. Стала обнимать меня, душить, кричать, что рада и счастлива за меня, а я с глупой улыбкой обнимала её лишь крепче.

Да, счастье любит тишину, но я не боюсь рассказать это подруге, так как я знаю, она меня поддержит и будет рада за меня, как никто другой.

Мы долго беседовали, я делилась эмоциями, что сейчас бились через край, как тут же на мой телефон пришло сообщения.

— Кто там? — спросила подруга.

— Не знаю, вроде время ещё не позднее, что бы родители беспокоились, — хотя скажу вам по секрету, им не важно где я и с кем, но это совсем другая история. Я взяла телефон в руки, открыла сообщение.

— Ну…. - подруге не терпелось услышать кто же это за человек, который мне написал.

Я боялась открывать, так как переживала, что это мог быть не Тобиас, тогда бы всё моё настроение кануло в воду. Но мои страхи не подтвердились.

Тобиас: Привет, маленькая.

Сердце забилось с новой силой. Он действует на меня, как наркотик, дышу им полной грудью, наслаждаясь каждым мгновением переписки. На моём лице тут же появилась счастливая улыбка, что Стюша сразу же поняла, кто это.

Анастасия: Привет.

Тобиас: Как твой день прошёл? Чем сейчас занимаешься?

Он интересуется мной, и это до безумия приятно, когда родной твоему сердцу человек спрашивает, как прошёл твой день.

Анастасия: День прошёл хорошо, занималась уборкой, потом ходила на тренировку. Сейчас вот сижу с подругой в кафе и лопаю банановые вафли. А ты чем занимался весь день?

Тобиас: Спортом занимаешься?

Мммм, да ты сладкоежка. А не растолстеешь?

Я весь день мотался по съёмкам, потом занимался. Недавно вот пришёл домой.

Анастасия: Да, занимаюсь спортом, поддерживаю форму.

Немножко можно. Я же совсем чуть- чуть.

Да ты прям весь в делах. Деловой однако мальчик.

Тобиас: Да, ты меня удивляешь с каждым днём всё больше и больше. Красивая птичка.

Если немножко, то ладно, разрешаю. Ну, да, много сегодня выдалось дел, с этим ничего не поделаешь.

Анастасия: Люблю удивлять людей. Спасибо.

Ну, если ты мне разрешаешь, то съем ещё кусочек. Спасибо. Молодец!))

Тобиас: Я тебя не отвлекаю?

Анастасия: Нет. Я очень рада, что ты написал.

Тобиас: Я тоже…

Глава 3

Анастасия

To feel your warmth next to you, that's what I need.

Летели дни, каждый день я переписывались с Тобиасом, и всегда первым писал он.

Я всё больше влюблялась в него. Когда ты видишь человека на фото, это одно, а когда ты начинаешь с ним переписываться, это уже другое и ты влюбляешься в него ещё больше. И тебе становится катастрофически мало его. Хочется обнял, прижать к себе, или чтобы он лежал у тебя на коленях, а ты запускала пальцы рук в волосы нежно перебирала их, а этот милый мишка наслаждался прикосновениями, закрыв глаза.

Каждый раз представляла его рядом, как загляну в глаза, в те, что утопаю, позабыв обо всём и всех.

Всегда оставляю все дела, ради его "Привет, маленькая. Как ты там?"

И он останется секретом внутри меня, о котором будет знать только мое сердце.

Пришла с работы, только хотела пойти в душ, как слышу пиликанье телефона. Улыбка тут же до ушей, сердце забилась птицей.

Тобиас: Привет, маленькая.

Анастасия: Привет, Тобиас.

Тобиас: Как прошёл твой день?

Анастасия: Не плохо, но работа, работа, и ещё раз работа. Без неё никуда.

Тобиас: Да, ты прям трудяга. Такая жена мне нужна.

Анастасия: А ты решил меня уже в жёны взять?

Не могу перестать смеяться. Он просто чудо, которое заставляет меня смеяться, но шутник ещё тот.

Тобиас: Конечно, как такую не взять то. Работаешь, готовишь, убираешь, за домработницу сойдёшь.

Анастасия: Ах, за домработница. Ладно, ладно, вот подсыплю что- нибудь в еду, посмотрим как потом буду тебе в роли домработницы.

Тобиас: Решила меня отравить?

Анастасия: Почему бы и нет. Тогда, всё твоё имущество достанется мне.

Тобиас: А ты, оказывается, та ещё коварная девушка.

Анастасия: Так я этого не скрываю.

Тобиас: А не боишься, что это не сработает и я найду тебя?

Анастасия: Я скроюсь, что не найдёшь.

Тобиас: Спорим, найду?

Анастасия: Спорим. На что?

Тобиас: На желание.

Анастасия: Договорились, но хочу тебя огорчить, не сможешь найти.

Тобиас: А это мы ещё посмотрим. Засекай! А теперь иди спать. Сладких снов, маленькая.

Анастасия: Сладких снов, Тобиас.

Он тут же вышел из сети, а я легла на кровать, свернулась калачиков, улыбаясь по дурацки. Шутник он однако, сказать, что найдёт меня. Ему никогда не отыскать меня, но как бы этого хотелось. Прижала к себе телефон, туда где сердце.

— Люблю.

Глава 4

Анастасия

Может я молчу, но так хочу кричать,

И прикоснуться, никогда не отпускать

Наслаждаться каждой минутой с тобой.

Я тебя люблю… Ты мой в душе покой.

Время летело, неделя, словно один день. Мне казалось, что вот скоро прекратиться эта сказка, Тобиас перестанет мне писать и я останусь одна в этом мире, но проходили дни, недели, а мы всё так же общались. Узнавали друг друга по крупицам.

Каждое утро начиналось с его "Доброе утро, маленькая. Хорошего тебе дня!" А вечером он писал, спрашивая: " Как прошёл день? Чем занималась?". От этого на душе становилось так хорошо, как никогда раньше.

Он знал обо мне всё, от любимого цвета, до в чём я любила ходить дома. Да, да вы не ослышались, вот такую пикантную подробность он знал обо мне. Всё же некое смущение было, но Тобиас уверял меня, стесняться его не нужно. Я так же знала о нём всё, чем он каждый день занимается, какие планы, какая мебель стоит у него в доме.

В один прекрасный день, а точнее не очень прекрасный, я встала с головной болью и раздражением в горле. Всё тело ломило, что не хотелось ничего. Голос пропал, разговаривать вообще не могла, и как назло сегодня нужно было идти на работу. Взяла телефон и решила набрать коллеге, предупредить, что немного припоздаю.

— Алло, — послышался голос в трубке.

— Привет, — захрипела я, — я сегодня немного припоздаю. Заболела, ели стою на ногах.

— Да, конечно, Насть. Не беспокойся, осторожней там будь.

— Хорошо, спасибо большое, — ответила коллеге, и отключилась.

На работу пришла не в лучшем состоянии. Мне было на столько плохо, что я просто не могла стоять на ногах, но работа есть работа, и я не могу подводить коллег. Наглоталась таблеток, и в бой, но как назло время тянулось медленно, словно проверяло меня на прочность.

К концу рабочего дня была, как выжатый лимон. Домой пришла без ног, ничего не хотелось, лишь упасть на кровать, сожматься в клубок и так уснуть. Хотелось чтобы всё прошло, горло перестало болеть, температура спала и дышалось лучше, свободнее.

Только упала на кровать, как телефон запиликал. Вставать не хотелось, но может это Тобиас, как бы мне сейчас ничего не хотелось, я не могу без него.

За этот месяц я полюбила его ещё сильнее. Знала его лучше, я была единственная кто знала всего его секреты, и от этого была несказанно рада, но меня душила тоска по нему, что он там далеко, а я здесь и нас разделяет миллионы километров. От одной мысли, что в скором времени всё прекратиться, меня бросало в жар. Ну зачем ему такая, кто живёт в другой стране, которую не обнять, не поцеловать, не прижать к себе.

Сил вставать не было, полежав так минут пять, всё же решила взять телефон, потому что потоки сообщений продолжались, не прекращая.

Тобиас: Маленькая, привет.

Ты спишь?

Настя, что случилось?

Я переживаю, ответь пожалуйста.

Моё сердце затрепетало. Он беспокоится, значит я хоть что- то, да значу для него, от этого внутри запорхали миллион бабочек, принося удовольствие.

Анастасия: Привет, Тобиас.

Тобиас: Ты куда пропала? Что случилось?

Анастасия: Всё хорошо, просто приболела.

Тобиас: Как заболела? Как всё хорошо? Разве это может быть "всё хорошо"?

Ты таблетки купила? Температуру мерила?

Анастасия: Правда всё хорошо, я только с работы пришла, ничего страшного, простая простуда.

Тобиас: Ты ещё и на работу сегодня ходила?

Маленькая скажи ты взрослый человек?

Анастасия: Да, а что такое?

Тобиас: Как ты могла больная пойти на работу?

У тебя мозги есть маленькая?

Анастасия: Давай без оскорблений!

И, что я такого сделала, у меня есть работа и я должна её выполнять.

Тобиас: Прости, малыш, но я беспокоюсь о тебе и не хочу чтобы с тобой что- то случилось.

Ты таблетки купила? Как себя чувствуешь?

Анастасия: Да, таблетки купила, чувствую себя прилично, по крайний мере лучше, чем утром, только слабость небольшая.

Спасибо, что беспокоишься, это до мурашек приятно.

Тобиас: Хорошо. Иди отдыхай, набирайся сил, а я тебе завтра напишу.

Анастасия: Хорошо. Сладких снов, Тобиас.

Тобиас: Выздоравливай, малыш. И пожалуйста побудь дома, хотя бы пару дней. Сладких снов!

На такой вот сладкой ноте мы закончили нашу переписку. Он переживал за меня и я чувствовала это, расставаться с ним не хотелось, но пришлось, всё таки завтра снова на работу, как бы он не просил, я не могу её пропустить, но за то крайний день, а завтра снова мне напишет Тобиас, от этого мне становилось лучше.

Я выпила таблетки, приняла все лекарства и легла спать.

На утро я чувствовала себя ещё хуже, не было сил даже подняться с кровати и походу у меня поднялась температура, а это не лучший знак, но работу никто не отменял.

День прошёл, как не странно быстро, днём мне написал Тобиас, что у него там какие- то дела и он напишет мне завтра, но велел, пить таблетки и быть послушной девочкой, не переутомляться. Боже, какая милота.

Как только зашла домой, телефон начал разрываться от звонков.

— Да, — только ответила, как сразу же услышала грозный голос, я тут же закатила глаза.

— Настя, ты нормальная?

— И ты туда же?

— В смысле и я туда же?

— Мне вчера тоже самое написал Тобиас.

— Вот видишь, не одна я тебя ругаю. Если меня не слушаешь, послушай хотя бы его.

— Стюша, всё хорошо.

— Вот давай без этого. Я знаю тебя, как облупленную. Ты хочешь слечь с воспалением лёгких?

— Нет.

— Тогда, какого чёрта ты попёрлась сегодня на работу? — закричала в трубку подруга, так, что мои перепонки в ушах чуть не разорвались.

— Настя, не кричи пожалуйста.

— Это я ещё не кричала.

— Всё же хорошо, не померла же. Тем более завтра у меня выходной и я отлежусь.

— Знаешь, вот хотелось бы в это верить, но зная тебя, ты не будешь сидеть дома.

— Буду. Я пообещала Тобиасу.

— Слава Богу, хоть кого то ты слушаешься.

— Настя, не начинай. Сама же точно такая же.

— Не спорю.

— Ну вот и всё. Роднуль, правда всё хорошо.

— Точно?

— Да.

— Хорошо, я завтра днём заеду. Тебе что- нибудь привезти?

— Сладкого.

— Без сладкого. Тебе нельзя.

— Жадина. Тогда что нибудь из фруктов.

— Хорошо. Ладно, ложись спать, отдыхай. Сладких снов, до завтра.

— До завтра, Стюш.

Утром я чувствовала себя немного лучше, но всё же слабость была. Проснулась я в объятиях моей морды, девочка лечила меня, поэтому я чувствовала себя лучше, а может из- за того, что сегодня вновь напишет Он, но ни днём, ни вечером он мне не написал. Я начала переживать, писала ему, но он молчал, его даже в сети не было.

Стюша не заехала днём, как и обещала, но приехала вечером.

— Как ты себя чувствуешь, больная?

— Всё хорошо, — ответила чуть сиплым, грустным голосом.

— Что случилось?

— Тобиас пропал. Обещал сегодня написать, но тишина. Я ему писала, но его даже в сети нету.

— Может у него дела какие. Не переживай.

— А вдруг он решил меня бросить, — глаза тут же наполнились жидкостью, что вот-вот брызгнет из орбит.

— Так, — встряхнула меня подруга. — возьми себя в руки. Он тебе что сказал? Лечиться, вот и лечись, что бы быть умничкой, и как только он ответит на твоё сообщения, ты была здоровой и в хорошем настроении. — Я на это лишь кивнула, но внутри всё разрывалось.

Я всё больше начинала беспокоиться, не находила себе место, и моё здоровье ухудшилось. На утро я просто была как выжатый лимон, голос пропал совсем, температура под сорок, знобит, и никакие таблетки не помогали. Ночью спала от силы часа три, не больше, на утро клонило в сон, но уснуть не могла. Укуталась в одеяла и просто дремала, как меня разбудил звон телефона, пришло сообщение. Я подскочила, надеясь, что это Тобиас.

Тобиас: Маленькая прости, не получилось ответить. Как ты себя чувствуешь?

У меня сразу отлегло от сердца. С ним всё хорошо. Это главное.

Анастасия: Со мной всё хорошо. Ты как? Куда пропал? Что- то случилось? Тобиас: Всё хорошо. Маленькая, я приехал.

Анастасия: В смысле приехал? Куда?

Тобиас: К тебе.

Анастасия: Как? Зачем? Не могу понять. Что ты делаешь?

Тобиас: Глупая, я соскучился… Планировал приехать через неделю, но так как ты заболела, я не мог оставить тебя одну больную.

Анастасия: Ты собирался ко мне?

Тобиас: Да, с самого первого дня, а теперь напиши свой адрес и жди меня, я скоро буду.

Анастасия: Мой, глупый, глупый мальчик..

Не могу в это поверить, он здесь, приехал ко мне, хотя я не звала. Сердце затрепетало, предчувствуя скорую встречу с тем, кто снился каждый день, кого представляла, кем была больна, отравлена ядом.

Я осела на пол, из глаз потекли слёзы, всхлипнула, а на губах такая счастливая, мягкая улыбка. Не могла поверить в своё счастье, что через мгновение увижу, обниму его, прижмусь, прикоснусь к колючей щеке, что так манила.

Внутри всё кипело, воспарила, словно в пушистые облака. Не могу описать всё то, что чувствую сейчас. Меня переполняли эмоции, бились через край.

Мой. Он здесь. Приехал. Ко мне. За тысячу километров, чтобы просто увидеть.

Я написала ему свой адрес и стала ждать его. Ну вот, он приехал, а я больная, словно умирающий лебедь. Ну что за не везуха..

По- тихоньку встала, пошла приняла душ, одела тёплый костюм, который состоял из штанов кремового цвета и свитера с горлом, волосы расчесала, оставив их распущенными. Я не волновалась о том, как выгляжу, потому что я такая как есть и он принимает меня такой.

Я вышла на улицу чтобы встретить его. Внутри всё дрожало от предвкушения. От того, что моя мечта вот- вот исполнится и я его увижу, прикоснусь, вдохну любимый запах мужчины.

К подъезду подъехало такси, сердце забилось. Как только Тобиас вышел, я тут же спрыгнула со ступенек и полетела к нему.

— Тобиас… — он повернулся, на его лице была улыбка, он закрыл дверь машины и распахнул объятия, подхватывая меня под попу, а я обхватила своими ногами его торс. В такой позе была выше него. Одна секунда и я впиваюсь в его губы сладким поцелуем.

Голова закружилась, не медля парень прижал к себе ближе, погружая свои руки под свитер, углубляя поцелуй. Умопомрачительно, так, что захватывает дух. Его руки нежные, словно крыло бабочки и они во мне, в животе, порхают, гладят, щекоча, принося наивысшую точку наслаждения.

Положила одну ладошку на его щеку, она была слегка колючая, приникаю ближе к его губам, обнимая за шею. Глаза были закрытыми. Я наслаждалась каждым прикосновением к нему. Внутри всё замирало, пульс не на месте, внутри цунами..

Не в силах была оторваться от него, такого родного, необходимого, сумасшедшего.

— Маленькая… — боже, какой у него голос, такой, какой я себе и представляла, с нотками хрипотцы, по щекам в ту же секунду потекли слёзы. Не ужели это правда..

— Тобиас…

— Ну маленькая, почему ты плачешь? — я не могла выдавить и слова, лишь всхлипнула у него на плече, а мои ноги обвевали всё так же его торс. — Тише- тише, всё хорошо, я тут рядом с тобой, — я киваю, всё сильнее цепляясь за него. В эту секунду он был так нужен мне, как кислород, как живительная вода.

Тобиас молчал и дал мне выплакаться, а потом смахнул слёзы с моих глаз и улыбнулся, той улыбкой которую я безумно люблю. Я подняла свою правую руку и прикоснулась к его губам, как мечтала уже давно. Они немного шершавые, пухлые, хочется вечно чувствовать их на своей коже.

— Почему ты здесь, приехал? — задала я вопрос который меня интересовал.

— Глупая, — погладил по щеке и поцеловал в ладошку той руки, что секунду назад была на его губах. — я приехал к тебе. Соскучился… Безумно…

Я вновь его обняла, крепче прижимаясь.

— Почему ты раздетая?

— Я тебя встречала.

— Маленькая, ну что за безрассудство? И так болеешь, ещё и раздетая вышла. Тебя нельзя и на минуту оставить.

— Я скучала… — больше ничего не могла выдавить из себя. Он здесь, пускай ворчит, главное рядом со мной. Прикрыла глаза, положив голову на его плечо. Я всё так же была на его руках, обхватывая торс ногами, а шею руками.

— Моя обезьянка..- услышала шёпот возле ухо, а в следующую секунду поцелуй в шею, от чего по телу прошёлся электрический ток, а внутри всё сжалось от сладости.

Мы зашли в квартиру и сразу пошли в мою комнату. Рядом с ним я забыла обо всём на свете. Сейчас волновал лишь он один.

Тобиас сел на мою кровать, а я стояла напротив, около окна. Комнатка была маленькой, но от этого я любила её ещё больше, и между нами было меньше метра.

— Иди ко мне… — прохрипел парень и потянул ко мне руку. Я нежно хватаю её, в следующую секунду меня тянут на себя и падаю в его объятия.

Он лежит на спине, а я нависла над ним, смотрю в глаза, которые пленили меня, в которых я растворилась, а он улыбается.

— Вкусный? — проводит пальцами по моей щеке, а я прикрываю глаза, по моей коже тот час же побежали мурашки.

— Очень… - ещё один поцелуй в шею и я выгибаюсь дугой, прикасаясь виднеющим плоским животиком к сильному телу парня.

Меня переворачивают и я оказываюсь под мощным телом Тобиаса. Смотрю на него, глаза в глаза… Нам не нужны слова, чтобы что- то сказать, мы понимают друг друга молча, читая всё по глазам. Облизываю пересохшие губы, маня его, почувствовать вновь его на своих. Улететь к облакам, раствориться в нём, соединиться и разлететься на миллиард орбит.

Проводит дорожку рук от шеи до конца свитера, проникая под него, и вот я уже чувствую нежные руки Тобиаса на своей коже. Он сжимает тонкую талию, приникая совсем близко к моим губам, вдыхая свой воздух в мои лёгкие. Это опьяняет, дурманит, сводит с ума, и вот я уже тянусь к его губам, секунда и он вырывает из меня дыхание, унося куда- то далеко, за горизонт.

Он ласкает мои губы, нежно проводит языком по моей нижней губе, потом оттягивая, прикусывает, а из моих лёгких вырывается стон. Тобиас проделывает дорожку поцелуев к шее, задевая венку, я сжимаю его плечи.

— Маленькая..- шёпот сводит с ума, я прикрываю глаза, поддаваясь на его ласки.

— Мы должны остановиться..

— Ещё немножко., хочу насладиться наконец тобой, — поцелуй в плечо и я улетаю в нирвану, окунаясь с головой в водоворот чувств.

После такого яркого и чувственного поцелуя, мы лежали тяжело дыша. Я устроилась у него под боком, а он сжимал меня в своих объятиях, даря тепло и защищённость.

Так было спокойно и хорошо, как никогда, что я забыла обо всём на свете. О том, что живу не одна и совсем скоро придут родители, а главное мама, и будет скандал. А мне не хотелось, чтобы Тобиас видел всё это.

В двери щелкнул замок, я вздрогнула, ближе прижалась к парню, он это почувствовал.

— Малыш, что случилось?

— Это родители…

— Всё будет хорошо, не переживай.

— Ты их не знаешь..

— Тшшш, успокойся, всё будет хорошо, верь мне, — я лишь кивнула и обняла его. За что мне такое счастье? Чем я его заслужила? Но я несказанно рада, что он появился в моей жизни, и благодарю Бога за него.

Через какое- то время в мою спальню вошла мать, а следом за ней и отчим, я вдавилась в Тобиаса сильнее, он лишь крепче обнял, укрывая меня от всех.

— Что здесь происходит? — я молчала, но это лишь раздражало мать, — Настя, я тебя спрашиваю, что здесь происходит? Какого чёрта ты привела в мою квартиру какого-то хахаля?

И тут меня пронзила, я просто с такой скоростью поднялась, что позавидовала мне бы даже черепаха. Я не позволю оскорблять Тобиаса, никому и никогда в жизни. Он самый лучший на свете.

— Не смей его оскорблять, — я закипала, но и мать тоже. Я обернулась на Тобиаса, его глаза были наполнены болью. Погладила его по щеке, а он зажмурился, как мартовский кот. — Всё хорошо, не переживай. — Он взял меня за руку и держал, давал силы и спокойствие, но разве с матерью это возможно.

— Что он здесь делает? — я повернулась в её сторону.

— Он приехал ко мне.

— Я не хочу видеть его здесь.

— Если уйдёт он, уйду и я!

— Да, куда ты пойдёшь. У тебя ничего нет, — рассмеялась мать, а от этих слов кольнуло сердце. Я всегда знала, что я была в семье нелюбимым ребёнком. Это была моя рана, которая никогда не заживёт. — Так что, чтобы в течении десяти минут я его здесь не видела. Привела какого- то козла.

И тут я кипела.

— Не смей! — взревела я, как тут же увидела, как её рука вздымается в воздухе. Я сжалась, предчувствуя, что сейчас мне отвесят пощёчину, что зажмурила глаза. Было невыносимо смотреть в лицо той, что родила меня, но не любит, лишь издевается на протяжении всей жизни. Но не почувствовала ничего и тут же распахнула глаза.

Передо мной стоял Тобиас и держал за запястье мать, что хотела влепить мне пощёчину. У меня расширились глаза, не веря во всё это. Он защитил меня, но как же стыдно за этот скандал перед ним. Я отступила на шаг назад и упала на кровать, закрывая глаза ладошками, чтобы никто не видел мои слёзы.

Мать ушла, а Тобиас подлетел ко мне.

— Маленькая, что такое? Почему ты плачешь? Посмотри на меня, — я лишь сильнее прижала руки к глазам, мотая головой из стороны в сторону, но ему было всё равно. Он с силой раздвинул их. Его лицо улыбалось. Тобиас смахнул слёзы с моих щёк. — Я не хочу чтобы ты когда- нибудь плакала.

— Я не буду, — покачала головой.

— Точно?

— Точно, — и он обнял меня, притягивая к себе. Всё то время парень сидел на корточках передо мной. А я чувствовала его сильные руки, которые укрывали меня от всего плохо на этой земле, и мне было так спокойно.

— Поехали со мной, маленькая? Я покажу тебе весь мир.

Это моя мечта, но я не могу поехать, у меня здесь всё.

— Я не могу, Тобиас..

— Хватит этих отговорок, ты же хочешь.

— У меня здесь всё…

Он прижимает ладошки к моим щекам, гладит большими подушечками пальцем, а я прикрываю глаза. Я хочу, до безумия хочу быть с ним, поехать, узнать его ближе, но мы настолько разные, я не нужна ему.

— У тебя есть только я! — И Тобиас прав. У меня есть только он.

— Зачем я тебе?

— Нужна! До сумасшествия нужна..- шепчет в самые губы.

И впивается в мои губы нежным поцелуем. Нет он не дикий, он нежный, тёплый, словно лучик солнца, что ласкает, греет тебя теплом. Я отвечаю на поцелуй, Тобиас углубляет, играя с моим язычком, проводя по верхнему нёбу, задевая точки, а я ахаю.

Боже, вцепилась в его волосы, тяну на себя и мы падаем на кровать. Он нависает надо мной, заглядывая мне в глаза, пронзая душу, оставаясь там навечно.

— Скажи да..

— Что? — мои глаза закатываются, когда Тобиас оставляет на моей шее свою метку.

— Поехали со мной. Я никому не отдам тебя, — он смотрит мне в глаза и я верю ему.

— Да, — притягиваю к себе за таким желанным поцелуем.

— Я никогда не предам тебя, — шепчет уже в губы и мы сливаемся в страстном танце.

Глава 5

Тобиас

Наш диагноз не объясним…

Наша сила в том, что рядом — Я и Ты.

Я жил своей размеренной, серой жизнью до того момента…

Времени на что- то не было, съёмки, командировки в другие города бывали выматывали меня. В моей жизни было всё, чего хотел, о чём мечтал, пока в неё не ворвалось маленькое, нежное чудо.

В тот вечер я как раз приехал с очередных съёмок, принял душ и вышел на улицу подышать свежим, осенним воздухом. Не смотря на осень, погода была не такой плохой. Зашёл в Интаграм, смотрю вновь ко мне подписалась девушка, но сначала не предал этому значению. Каждый день ко мне кто- то подписывался, но почему то меня чёрт дёрнул зайти к ней.

На вид обычная девчонка, почти на всех фото с улыбкой, милая, глаза горят, что-то притягивало к ней. Я дёрнул головой, закрыл в кладку и пошёл спать.

Меня ничего не волновало, хотелось лишь отдохнуть, но… всегда есть одно "но".

На следующий день я вновь зашёл к ней на страницу, что- то до боли родное чувствовал когда смотрел на неё. Маленькая, такая хрупкая, словно дорогое, бесценное сокровище, чуть тронешь и она рассыпется в моих руках.

Я не мог насмотреться на неё, она пленила, и понял это как только эта девушка начала мне сниться.

Её глаза, цвета ночного неба, снились каждую ночь, губы, тонкие, но от этого ещё более желанные. Хотелось почувствовать их вкус, вдохнуть запах, прижать к себе. Тонкая талия, манила к себе, желая чтобы и миллиметра не была между нами. Пульс не на месте..

Она ворвалась в мою жизнь снося всё на своём пути. Разрушила мои стены, границы, мнения, принципы и расстояния. Меня ничего не волновало, лишь её глаза, цвета ночного неба.

Я готов был лететь, бежать к ней, сделать всё, лишь бы чувствовать её тепло рядом с собой. И я задался целью: НИКОГДА ЕЁ НЕ ОТПУСКАТЬ!

По началу лгал саму себе, что это всего лишь лёгкое наваждение, но дни шли, а в моей груди жила она одна. Никогда бы не мог подумать, что со мной такое случится, что я буду болен девушкой, которая находится за тысячу километров от меня. Каждый день был, как в дурмане, всё время перед собой видел её глаза, которые нежно сводили с ума. Они затягивали меня в свой омут, опьяняли, и вот я в аду. Но там где не было её.

Меня ломало внутри, каждая клеточка кричала о том, чтобы чувствовать её рядом с собой. Выкручивало руки, ломая пальцы. Я так нуждался в ней, она стала для меня наваждением, глотком свежего весеннего воздуха, моим вторым дыханием.

Я болен ею, стала для меня путеводной звездой, моим опиумом, который отравлял меня день за днём, и вот я уже болен ей, моей единственной, и всё в чем я стал нуждаться каждый день, это в ней. Я стал зависим от её улыбки, от родинки под губой, от тонкой талии, которая манила притянуть к себе, сжать с остервенением, оставляя свои следы, чтобы она шептала моё имя своими сладкими губами, царапала мои плечи, а я чувствовал её каждую клеточку.

Весь город стал для меня пустым, таким не нужным. Я чувствовал себя в нём чужим, не принадлежащим ему, как будто моя душа не живёт здесь. Каждый день думал о ней, она сводила с ума.

Жизнь стала ещё больше пустой, серой. Я хотел лишь её рядом. Обнимать, вдыхать запах, в голове крутилось лишь одно слово- «МОЯ Настя».

Всё что было до неё, обнулилось.

Когда я написал ей, радовался, словно мальчишка.

С каждым днём я узнавал всё больше о своей малышки. Она у меня умница. Занимается спортом, изучает английский язык, готовит, читает, занимается любимым делом… И я горжусь ею, она у меня самая лучшая. Настя стала моим смыслом жизни, наркотиком без которого я просто не мог прожить и дня. Мой опиум, даже на расстоянии я чувствовал её, она проникла мне под кожу, забралась в сердце, вытесняя всех, не оставляя там никого. Лишь она одна.

Стала моим дыханием, воздухом без которого я задыхался. Воздух казался тяжёлым, с примесью нефти, отравлял мои лёгкие. Я сходил с ума. Она там далеко, а я здесь, строю свою жизнь, но бросать её не собирался. Никогда и на за что.

Она далеко, и я погибаю. Каждый день живу, как во сне, желая уснуть на её ключице.

Мне всё равно на все предрассудки, разговоры, то, что она из другой страны, и нас разделяют миллион километров. Меня это не волнует. Границы можно стереть, лишь взяв ластик, а всему я её научу, и буду всегда рядом. Со мной она будет, как за каменной стеной. Никому не позволю обидеть и пальцем тронуть. Хоть один волосок упадёт с её головы и я разорву того, кто посмел к ней притронуться в клочья, так, что будет жалеть, что появился на свет.

Собирался лететь к ней уже через неделю, разрешив все дела как можно скорее.

Зашёл домой, быстро принял душ, и написал своей малышке, но ответа не было. Я начал беспокоится написав ещё раз, но вновь тишина.

Только через пару минут мне ответила Настя и я узнаю, что она заболела.

Чёрт, что за безрассудная девчонка, кулак полетел в стену. Я беспокоился за неё, а она ещё и пошла на работу. Боже, а если бы с ней что- нибудь случилось, я бы не смог этого пережить. Моя малышка слишком многое значит для меня. Весь этот мир для меня- это Она.

Больше не мог ждать, тут же набрал номер своего директора, послышались гудки.

— Да, — послышался тяжёлый голос в трубку.

— Мне нужен месяц отпуска, — начал сразу же я. Нет времени на приветствия.

— Ты с ума сошёл, — тот сразу же оживился, услышав мои слова.

— Мне это нужно.

— Зачем?

— Это личное, — не хотел делится этим ни с кем.

— Какое к чёрту личное, Тобиас. Ты понимаешь, что у тебя весь месяц расписан?

— Понимаю, но мне всё равно. Мне нужно срочно улететь, — тот тяжело вздохнул.

— Хорошо, я всё улажу, но тебе нужно закончить завтра хотя бы одну съёмку.

— Хорошо. И друг, спасибо. — Я действительно был ему благодарен. Как бы то не было, он без объяснения причины всё уладит, а у меня такой график, что вряд ли бы смог вырваться, но не сейчас. Сейчас важнее Насти нечего не может быть.

— Не благодари. Всё, давай до завтра.

— До завтра.

Я тут же отключился и стал собирать вещи, заказал билеты, ещё надо позвонить родителям и предупредить, что меня не будет месяц.

Тут же набрал номер мамы.

— Привет, сынок.

— Привет, мама.

— Что- то случилось?

— И да и нет. Я завтра уезжаю.

— Опять на съёмки в другой город?

— В другой город, но не на съёмки.

— Так, я ничего не понимаю.

— Всё хорошо, не переживай. Я еду к девушке.

— К какой девушке, сынок?

— Мам, я люблю её… - это всё, что она должна знать. И это действительно так. Я люблю Настю.

— Ты уверен Тобиас?

— Да, — сказал чётко и твёрдо.

— Хорошо, будь осторожен, пожалуйста.

— Я люблю тебя мам.

— Ия тебя, сынок.

— Передавай отцу привет, как приеду, позвоню.

— Хорошо. Пока.

— Целую, пока.

Я быстро закончил все дела и выехал первым рейсам. Настя говорила где живёт, поэтому мне было не сложно всё под рассчитать. Должен лететь к ней, и всё равно, что я не знаю язык и города где она живёт. Наплевать. Моей малышки плохо, а значит я должен быть рядом. Маленькую попросил лечиться, но не говорил, что приеду. Пусть будет сюрприз.

Поездка далась тяжело, но не от того, что пришлось делать две пересадки, чтобы попасть в её город, а от того, что я переживал за Настю. Она заболела, и как я понял очень тяжело, а я тут, и ничем не могу пока помочь, но купил лучшие лекарства, чтобы поставить малышку на ноги.

Сон не шёл. Я установился в окно иллюминатора и думал о своей девочки, которая сейчас видит наверняка прекрасный сон. Я хотел забрать её с собой, не мог больше без неё. Меня душил дом в котором жил. Хотел видеть её рядом, ощущать, обнимать, видеть свою девочку в своих футболках с голыми ногами, смеющуюся, слегка пританцовывая, прыгая в мои объятия.

Да, я хотел Настю, обладать её телом, но больше всего хотел её сердце и душу, чтобы она вдыхала меня точно так же, как и я её. Жила лишь мной одним. Хотел, чтобы она полюбила меня так же, как и я её.

Боялся, как девушка отреагирует на моё появление, что отправит обратно, накричит и всё общение прекратиться, но больше ждать я не мог. Да, не скрою собирался к ней приехать через неделю, но моя малышка заболела и сейчас ей нужна забота, она нуждается во мне.

Как только приземлился в Настин город, купил симку, так как моя наверняка здесь не будет работать. Благо все контакты остались. Сразу же написал ей, что и требовалось ожидать, моя малышка была в шоке, но приятном, а это её: "Мой, глупый, глупый мальчик…" Грело внутри надежду, что она чувствует ко мне тоже самое, что и я к ней.

И вот теперь время пошло на секунды до того, как я увижу свою малышку и больше никогда уже не отпущу.

Я растворён в ней, мне всё равно на этот мир, если она рядом.

Как только подъехал к названому адресу, сердце замерло, предчувствуя скорую встречу. Как только вышел, услышал своё имя, вздрогнул, обернулся и тут же пропал. На меня летело моё маленькое чудо. Волосы разметались во все стороны, такая маленькая, хрупкая, тянет ко мне свои ручки, а какой у неё голосок, мелодия для моей души.

Поймал её, держа под бёдра, она обхватила меня своими ножками и впилась в меня своими губками. И у меня просто снесло крышу… Она такая нежная, податливая, моя малышка. Опьянила, заворожила, такая маленькая, хрупкая, беззащитная, хочется укрыть её, оставить только для себя, чтобы никто не видел, только я, только моя. Заберу, увезу, спрячу ото всех.

Я вдыхаю жадно её каждый миллиметр. Каждую ночь мечтал об этом. Она самая красивая создание в этом мире.

Зашли в квартиру, сразу прошли в комнату, скорей всего её. Она была маленькая, но довольно милая, как и моя девочка. Притянул её к себе, обнимая, вдыхал запах своей маленькой и понял, что всегда ждал её, что я принадлежу ей, а она мне.

Настя выгибается на встречу моим рукам, её плоский животик касается моей груди, и этот чёртов свитер мешает почувствовать бархатистость её кожи. Птичка попалась в мои лапки и я теперь её не отпущу. Она смотрит на меня завораживающе, так, что сносит крышу напрочь, позабыв обо всём на свете, сейчас волнует только она подо мной. Та, что опьянила, одурманила, она во мне, проникла наркотиком, без которого я теперь не смогу существовать, я зависим от неё.

Как же боялся, что для неё это всего лишь переписка и она тут найдёт себе другого, но я всё равно не собирался сдаваться. Если действительно любишь, не отпустишь, а если отпустил, значит вовсе не любил.

Я люблю её и выбираю, день за днем, даже когда мы на сумасшедшем расстоянии. Говорят, надо бороться за любовь. Бороться надо с собой, вернее, со своими страхами, сомнениями, гордыней. И я борюсь.

Маленькая прижимается ко мне, а я чувствую себя в этот момент самым счастливым мужчиной на свете. Нельзя описать чувство, когда твоя любимая прижимается к тебе, ища защиты, значит она видит в тебе опору и поддержку.

Неожиданно Настя вздрогнула и прижалась ко мне сильнее, я инстинктивно обнял её крепче, спросил, что случилось, хотя и так понимал всю ситуацию. Родители. Моя девочка не вдавалась в подробности отношений с ними, но я и так понимал, что они натянутые.

Как только они зашли, малышка спрятала своё лицо в моё шею, тяжело дыша. В этот момент мне хотелось закрыть её от всего этого, чтобы никто не смог её обидеть, но ничего я заберу малышку из этого кошмара и никогда не позволю, чтобы кто- либо обижал. Ты моё маленькое сокровище, которое я буду защищать даже ценой своей жизни.

Настина мама стала кричать, а девушка вжималась в меня сильнее, но потом она что- то сказала и моя малышка вскочила, начав кричать в ответ. Я боялся, но боялся за неё, видел, как ей больно, но она лишь погладила меня по щеке, успокаивая. Она чувствовала всю мою боль, что я испытывал за неё. Моя девочка, чувствует меня, знает меня. Хочется спрятать её от всего этого ужаса, лишь не видеть в её глазах тех чувств, что пылают в них.

Ей больно, что родная мать к ней так относиться, и я понимаю её, хотя рос в любви и доброте. Каждому ребёнку хочется видеть, что его родители любят, оберегают, как зеница ока своё дитя, а мою девочку лишь обижают. Я дам ей любовь, окутаю своим теплом, заботой, лаской, сделаю счастливой.

Как только её мать хотела поднять руку, я тут же вскочил преградил ей путь, останавливая руку в воздухе. Зарычал, никому не позволю трогать мою маленькую, тем более бить матери. Разорву в клочья и мне всё равно, кем она приходится моей девушке.

Как может родной человек, мать поднять руку на своего дитя, ребёнка, что носила в себе девять месяцев. Уму не постижима. Малышка вздрогнула и вся сжалась, я тут же подскочил к ней, обнимая. Она плачет, а мне всего разрывает внутри. Больно видеть её слёзы, которые обжигают моё сердце, словно раскалённая лава прошлась по нему. Смахиваю хрусталики и прижимаюсь к ней.

Заберу, увезу и наплевать на всех. Моя, никому не отдам.

Мы лежали на кровати, я успокаивал свою девочку, что так преданно прижималась ко мне, гладил по спине, волосам. Хотелось забрать всю её боль себе, разделить с ней это бремя.

Поцеловал в макушку, а Настя подняла на меня свои тёмные глаза, что были со мной по всюду. Куда бы не пошёл, чтобы не делал, везде видел её, во всех была она.

— Маленькая… — прошептал около её губ, как почувствовал всем телом, что она задрожала, как осиновая тростинка. Моя маленькая. — Ты знаешь, что ты самое лучшее в моей жизни? — Настя мотает головой из стороны в сторону. — Теперь знаешь, — и нежно касаюсь её губ своими. Малышка кладёт свою маленькую ручку мне на грудь, а я опускаю руку на её талию, притягивая к себе ближе, так, чтобы между нами не оставалось и единого, крошечного миллиметра.

Ели оторвался от своей малышки. Хотелось плюнуть на весь мир и убежать ото всех туда, где нас никто не найдёт. Куда нибудь, где только будем мы, купить около моря дом, где по утрам будут кричать чайки, просыпаться рядом с Настей, вдыхать опьяняющий запах моего опиума, и быть самым счастливым.

— Что будем потом? — спросила Настя. Я знаю она боялась, но я всегда буду рядом.

— А потом будет долго и счастлива.

— Шутишь…

— Ни капли, — и обнял так крепко, как будто боялся её потерять.

— Ты же понимаешь, что я тебя здесь не оставлю?

— Тобиас… — малышка хотела что- то сказать, но я её перебил, зная что она ответит.

— Это не обсуждается Настя. Я тебя здесь не оставлю, не после того, что увидел… — любимая тут же сжалась и в её глазах проскользнула боль, она опустила голову. — Посмотри на меня. — Притянул её за подбородок. — Я здесь, я рядом! Мы со всем справимся. Веришь мне?

— Верю.

— Я всегда буду рядом. — прошептал и прильнул к её устам, доказывая свои слова нежным, обволакивающим поцелуем.

Мы ещё некоторое время лежали, а потом стали собираться. Решили пока переночевать в отеле, а потом снять квартиру на время, пока будут готовится документы Насти.

— Ну что, пойдём? — взял её за руку, сжав в своей ладошки.

— Да.

— Не бойся, я рядом. Я не дам тебя в обиду, — и это было чистейшей правдой. Поцеловал её в лоб, как маленькую девочку, она на это лишь кивнула, прижимаясь ко мне ближе. Настины родители почти до последнего ничего не говорили, лишь перед выходом, сказали, пару слов, от которых из глаз малышки чуть не потекли слёзы, но она сдержалась и стойко выстояла. Моя сильная девочка. Подняла на них глаза, посмотрела в последний раз и молча вышла, лишь на улице дала волю своим слезам, а я прижал её к себе.

— Тише, маленькая, тише, — я гладил её по голове, целовал в макушку, давал успокоится и поплакать. Ей сейчас это необходимо, а я просто буду рядом.

— Ну что за рёва корёва? — Настя улыбнулась и хихикнула. Вот узнаю свою девочку.

— Я тебе такая не нравлюсь? — задала вопрос девушка.

— Глупости, — прошептал, смахивая слезинки с её прекрасного личика. Сейчас она без косметика, но такой я люблю её ещё больше. Натуральная, живая, такая какая она есть, без макияжа сияет, ярче солнца. Поцеловал её в носик, на что она вновь засмеялась. — Ты нравишься мне любой, даже если будешь выглядеть, как ведьма.

— Я что сейчас похожа на ведьму? — надулась малышка.

— На самую привлекательную ведьму, — в ответ Настя ударила меня в грудь, а я лишь прижал её к себе, вдыхая опьяняющий запах опиума, смеясь.

И вот сейчас мой маленький опиум, нежная девочка спит у меня под боком, сложа ручки в месте, прижимаю их к голове и сопит. Как только произошёл тот инцидент с родителями, я тут же забрал её с собой. Не хочу чтобы она и на минуту оставалась в том доме. Там, где её не любят, не оберегают, а лишь издеваются.

Я боялся за Настино состоянии. Когда тебе родители говорят, что если ты сейчас переступишь порог этого дома и уйдёшь с ним, то можешь больше не возвращаться, это невыносимо больно. Она отреклась ради меня от семьи, которая растила её, какие бы они не были, они её родители, а она ушла вместе со мной. И это раздирало мою грудную клетку.

Да, я не сомневаюсь в её любви ко мне, после того, как она ушла, но не хочу чтобы моя малышка страдала.

Я присел на корточки возле кровати, где сопело моё маленькое чудо и нежно провёл по гладким прядям её волос. Они были шелковистые, словно нежнейший шёлк коснулся моей руки. Моя девочка, как же я тебя люблю, ты бы только знала. Я обещаю защищать и оберегать тебя от всего плохого. Буду опорой и поддержкой, и до конца жизни буду рядом.

Я мог любоваться её часами, сутками, она прекрасна, словно весенний цветок, распустился в зимнюю погоду и тянет свои лепестки к холодному солнцу, но он лишь замораживает её, а я согрею, мою израненную девочку.

Настя медленно открыла глаза и смотрела на меня, своими тёмными глазами, словно ночь.

— Как ты себя чувствуешь, маленькая? — спросил я тихо.

— Всё хорошо, — я отдёрнул руку, но в ту же секунду она схватила меня за неё и прижалась своей щекой к ладошке, закрывая глаза, проводя вдоль щеки.

— Прости… — она в ту же секунду открыла глаза.

— За что? — удивлённо спросила девушка.

— Ты отреклась от семьи и ушла со мной, и во всём виноват я, — опустил голову вниз, не мог смотреть в её глаза, которые наполнены болью, страданиями и это всё по моей вине. Она отдёрнула мою руку и быстро встала, от чего я тут же встал вместе с ней.

— Ты хочешь сказать, что жалеешь, что предложил мне ехать с тобой… я тебе не нужна… — по её щеке потекли слёзы. Дурак, я ведь не это хотел сказать. Я попытался к ней подойти, но она меня оттолкнула, а в её глазах увидел бурю боли, океан слёз. Чёрт, что я наделал.

— Ты не так поняла…

— Я всё правильно поняла, Тобиас. Можешь не переживать, я сейчас уйду и больше тебя не потревожу. Найду где переночевать. — она вытерла тыльной стороной ладошки слёзы и пошла к выходу из номера.

Я не мог дать ей уйти, не мог потерять её. Быстро преодолел расстояние между нами и крепко обнял, сжав в своих объятиях. Не отпущу. Не отдам. Она вздрогнула, попыталась отстраниться, но я не позволил, прижался к ней ближе.

— Отпусти меня!

— Нет. Никогда в жизни.

— Я тебе не нужна и ты сейчас об этом мне сказал.

— Где ты услышала, что бы я такое сказал?

— Поняла намёк твой.

— Глупая… я люблю тебя… — Настя вздрогнула в моих руках и повернула голову в левую сторону, встречаясь со мной взглядом.

— Не шути так со мной, Тобиас..

— А кто сказал, что я шучу? — ухмыляясь шепчу в её ушко. — Я люблю тебя, маленькая.

— Тобиас… — начинает малышка, но я не даю ей договорить, резко поворачиваю её в своих руках и впиваюсь в губы.

Моя сладкая девочка… Беру её за обе щёчки, притягивая к себе ближе и углубляю поцелуй. Её губы опьяняют, сводят с ума, и вот я уже в её власти, в её плену. Она пахнет моим любимым запахом, моей девочкой, моей любимой женщиной, моей.

Хочу чтобы остановилось время, замерло, остались только мы вдвоём и никого больше, и я прижимаюсь к её сладким губам, вдыхаю мою девочку, упиваюсь ею, Му delicate Opium.

Осторожно отрываюсь от неё, а как хотелось бы продлить этот момент, зацеловать Настю, подарить ей волшебную ночь любви, нежности, ласки, чтобы навсегда запомнила, но у нас будет ещё сотни таких ночей, где я буду любить свою девочку, обнимать, дышать её.

Настя тяжело дышит, но глаза по прежнему закрыты, прижимаюсь своим лбом к её, и шепчу в самые губы:

— Я тебя никому не отдам, мой нежный опиум… я люблю тебя так, как не любил никто и никогда на этой чёртовой земле… - она распахивает свои очи и смотрит пристально в мои глаза, нет, Настя заглядывает в самую душу, пронзая её, нежно держит, не отпускает моё сердце.

— Тобиас… — посмотрела на меня Настя, так нежно, со всей любовь.

— Да, моя хорошая…

— Я тебя люблю, — прошептала тихо, как будто весь её мир- это я, а из её глаз потекли слёзы, хрусталики текли, а я вытирал их, целовал её щёки, носик, губки, уголок глаз, а она обнимала за шею, стараясь быть ближе ко мне.

Моя самая любимая девочка, нежная, ласковая. Как может вырасти такой ласковый ребёнок в такой семье, где не любят её, у меня до сих пор это не укладывалось в голове.

— Пойдём отдыхать? Ты устала, — малышка только кивнула. Я взял её на руки, а она вцепила в мою шею. — Не отпущу, маленькая, — девушка на это уткнулась мне в плечо.

Положил её на кровать, укутал в одеяло, поцеловал в щёчку, она зажмурилась, только пытался отойти от неё, как Настя удержала мою руку в своей, сильнее сжимая.

— Что такое, Настюшь?

— Не уходи, останься со мной. Без тебя плохо и холодно… - из её глаз вновь потекли слёзы, я опустился перед ней на корточки.

— Я не уйду, я всегда буду рядом, — опустился на кровать и лёг рядом со своей девочкой, обнимая её за талию, прижимая к своей груди крепче. Хотелось чувствовать её всю, от кончиков волос до ноготков на пальцах ног. Гладить её бархатистую кожу, наслаждаться шелковистостью.

Эта девочка создана для моих рук, ласк, создана для меня. Поцеловал Настю в шею, на что маленькая выгнула спинку, прижимаясь гладким, плоским животиком к моей груди. Я сходил с ума от того, что чувствовал её сейчас так близко, о чём мечтал так долго.

Целый месяц она снилась мне каждую ночь, и каждый сон был, словно наяву. Я ласкал её, блуждал по голой коже, пробовал её на вкус, а она шептала моё имя. Малышка делала эта по особенному, так как никто не произносил его до этого, с такой любовью, пронзающей душу, с хрипотцом, что по телу расползались мурашки.

— Моя девочка…

— Твоя… — прошептала мне в такт, и это было самое лучшее, что я слышал.

Я не хотел и не хочу торопиться, у нас ещё много времени, чтобы насладиться друг другом и не один раз. По миллиметру буду изучать её тело, ласкать каждую частицу, моей ласковой девочки.

Обнял её, сильнее, потому что боялся отпустить даже во сне, вдруг она исчезнет, а я не смогу этого пережить.

На утро мы съездили и заказали заграничный паспорт, так как у моей девочки его не было. Она ни разу ни где не была, но ничего я покажу ей весь мир, сделаю самой счастливой, чтобы малышка улыбалась, святилась, и причиной был лишь я один. Да, я собственник ещё тот и не отдам мою девочку никому.

Паспорт будет готов через месяц, может даже больше, но мне придётся на неделю уехать обратно, так как отменил всё только на месяц. Очень боялся оставлять её здесь одну, но Настя уверяла меня, что всё будет хорошо и меня дождётся.

Дни с моей малышкой летели быстро, но мы наслаждались каждой минутой проведённой вместе. Как же сладко каждый день засыпать и просыпаться с ней рядом. Видеть, как она морщит свой носик, потом трёт свои глазки, потягивается, в этом время я успеваю её обнять и прижать к себе, а она заливается звонким смехом, в этот момент на душе так спокойно и тепло, а потом начинаю ещё щекотать, а Настя извивается в моих руках. Моя маленькая ревнивая девочка… Ей не нужно ревновать меня, потому я всецело принадлежу ей одной.

Спит кстати она в моих футболках, больше ничего не желает одевать, а я этому только рад. Всегда мечтал видеть на ней мою одежду. Мои футболки ей короткие, достают до середины бедра и я могу любоваться её стройными, длинными ножками.

В один из дней я проснулся и не обнаружил её рядом, тут же взволновался и вскочил с кровати.

Мы сняли небольшую однокомнатную квартиру. Пока меня не будет рядом, не хочу чтобы моя девочка жила дома, не хочу чтобы она вообще там появлялась.

Я тут же пошёл искать хулиганку. Вышел из комнаты и пошёл сразу на кухню, и не прогадал.

На кухне около плиты стояла моё маленькое чудо и что- то готовила. Облокотился плечом о косяк двери, сложил руки на груди, стал наблюдать за девушкой.

Она была одета в мою футболку, которая ели прикрывала её аппетитную попку. Моя девочка что- то тихо напевала себе, слегка пританцовывая, а я наслаждался ею. Хочу видеть Настю такой каждое утро, нежной, ласковой, в моих футболках, но больше всего хочу видеть её у себя в дома, в спальне, в своей кровати, в своём паспорте. От этих мыслей улыбнулся, отпрянул от двери и тихо направился к ней.

Пристроился позади неё, положив руки по обе стороны на её талии, малышка вздрогнула, но не отпрянула. Её волосы были собраны в высокий хвост, но пару коротких прядей выпали из него и спадали вниз по шее. Это выглядело так сексуально, что просто не мог не прильнуть к ней.

Нежно целую Настю в шею, а она выгибается, подставляя мне больше доступа для ласк и я воспользуюсь этим. Одна рука забралась под футболку и вот уже гладит оголённый животик, а губы проделывают путь от шеи до плеча, слегка прикусываю, малышка издаёт протяжный стон, вжимаясь в моё тело сильнее.

Вторая рука подбирается к шее и нежно обхватывает её, девочка кладёт свои пальчики на неё.

— Мой опиум… — шепчу в ушко, малышка прикрывает глаза, вздрагивает, откидывая голову на моё плечо. Хочу взять её прямо здесь и сейчас, но это не то место, где хотел бы чтобы случился наш первый раз. Она достойна лучшего, самого лучшего. В последний раз целую её в шею, оставляя свою метку, подтверждая, что она принадлежит мне одному.

— Мммм… Тобиас..- шепчет ели слышно.

— Да малышка… — в унисон шепчу ей.

— Завтрак..

— Да… - отстраняюсь, но Настя не выскальзывает из моих рук, а поворачивается ко мне всем телом, кладёт ладошку на щёку, проводит вдоль неё, поднимается на носочки и нежно, почти невесомо целует в губы, так быстро, но от того сладко, и отстраняется. Её губы растягиваются в лёгкую улыбку и малышка прячет своё лицо у меня возле шее, обхватывая за плече, на что я отвечаю ей тем же, крепче прижимая за талию к себе.

Мне так хорошо с ней, как никогда не было ни с кем и ни где. Она- мой дом, мой покой.

После вкусного завтрака, который приготовила моя девочка, а это были кстати русские блинчики с варёной сгущёнкой, так вкусно, прям пальчики оближешь, в прямом смысле этого слова, я попросил Настю чаще готовить их мне, на что она засмеялась и приникла к моим губам. Моя сладкая девочка, сводит меня с ума, знала бы она чего мне стоит сдерживаться и не взять её прямо на этом столе.

После это как мы покушали, решили сходить прогуляться. На улице было солнышко, так же, как и в моей душе. Эта маленькая малышка перевернула в моей жизни всё верх дном, но я счастлив, что её нашёл, она мой сорт героина.

Мы гуляли, смеялись, нам было хорошо вдвоём.

— Настя, тебе нельзя, — ругал я девушку, которая сейчас стояла напротив меня и смотрела со щенячьими глазами.

— Ну, любимый… — стала на цыпочки, нежно чмокнула в губки.

— Настя, нет! Ты и так болеешь. Какое тебе мороженое?

— Ну, пожалуйста, пожалуйста..- ну как я могу отказать этому сокровищу.

— Хорошо, но только одно.

— Я так тебя люблю, — обняла меня, повиснув на моей шее.

— Хватит подлизываться, лиса, — а улыбка не сходила с моего лица. Ребёнок, но мой ребёнок.

— Я не подлизываюсь, я люблю.

— И я тебя, малыш, — прижал к себе сильнее, поцеловав в кончик носа, а девушка засмеялась.

— Настя..? — услышал мужской голос, а девушка в моих руках напряглась.

— Что случилось, малыш? — я обеспокоенно погладил её по щеке.

— Всё хорошо, пошли от сюда?

— Пошли, — не стал с ней спорить, взял за руку и повёл к выходу из супермаркета, но резко из моей руки вырывают её, я оборачиваюсь и вижу парня, который держит мою девочку за тонкое запястье. Я не на шутку взбесился. Кто этот парень, что позволил себе такой вольности?

— Настя, ты не слышала, что я тебя звал?

— Нет, — ответила Настя, грозно посмотрев на него. Что здесь чёрт подери происходит?

— Кто это? — Он оборачивается и смотрит на меня, а мне хочется свернуть ему шею. Всё тело напряглось, руки сжались в кулаки.

— Это мой парень, — чётко и громко ответила моя девочка, а у меня внутри кольнула. Как же я тебя люблю девочка.

— Что нашла себе нового хахаля?

— По- моему тебя это не касается. Мы с тобой расстались много лет назад. А теперь будь добр отпусти меня. — Настя сделала первый шаг в мою сторону, но её дёрнули обратно.

— Ты всегда была и будешь моей, — и тут у меня сломались тормоза. Я налетел на него, как коршун, так, что он не ожидал этого и это было моим преимуществом.

Я не жалел его, просто бил, так что бы он навсегда забыл мою девочку. Никому не позволю сделать ей больно, даже себе. Настя кричала, молила, чтобы я его отпустил, а во мне бурлила ненависть, я уже просто не мог остановится, но буря стихла, как только почувствовал нежное прикосновение к своей коже, обернулся и тут же застыл. На меня смотрела заплаканная Настя, в глазах которой стояли слёзы, ужас и боль… Тут же подскочил к ней, рывком взял на руки и понёс к выходу. Внутри всё ещё кричало вернуться и добить этого ничтожества, но маленький зверёк в моих руках, прижался ко мне с такой силой, вцепилась в меня своими длинными, ухоженными пальчиками, что я тут же оттаял, сильнее прижал к себе, нашёптывал на ушко успокаивающие слова, а она вся дрожала, но не отпрянула от меня.

По дороге домой Настя более менее успокоилась, притихла, но всё так же была у меня на руках, а я и не хотел её отпускать.

Домой мы зашли тихо, посадил её на кровать, а сам устроился возле её ног на корточках, положив руки на колени малышки. Она нежно провела по костяшкам разодранных пальцев.

— Больно? — спросила она тихо.

— Не больнее чем тебе. — Она подняла мою руку и нежно поцеловала костяшки руки, ласково проводя по ним пальчиками.

— Ты всё ещё любишь его? — Настя застыла от такого вопроса, а я в этот момент боялся услышать "да". Она подняла на меня свои красные, заплаканные глаза и мне стало ещё больнее. Поднял вторую руку и прикоснулся к уголку глаз, стерев не прошенные капельки. — Ответь мне, Настя. — Она ещё секунду смотрела на меня, а потом тихо, словно мышка, ответила.

— Единственная любовь всей моей жизни- это Ты! В моей жизни ты единственный, кто мне нужен, кого хочу чувствовать, кем хочу быть больна, одурманена. — шепчет, а у меня по всему телу рассыпались мурашки. Она мой глоток свежего воздуха, моё второе дыхание, мой опиум.

Всё оставшееся время мы проводили вместе. Я забирал Настю с работы, так как переживал за неё, моя девочка конечно ворчала, но я затыкал её нежный ротик поцелуем и все колючие иголочки у малышки тут же опускались.

Время подходило к моему отъезду и вот мы стоим в аэропорту и меня провожает Настя. Из её глаз струятся хрустальные капельки, такие чистые, словно утренняя роса.

— Ну, малышка, ты чего? — кладу пальцы рук на её щеки, стирая влагу.

— Я не хочу, чтобы ты уезжал, — хлюпает носом.

— Это не надолго. Я через неделю уже приеду и заберу тебя.

— Ты не оставишь меня?

— Глупая, никогда в жизни, — и целую припухшие губки. Целую вечность целовал и целовал бы их.

Неделя вдалеке от моей девочки тянулась, словно бесконечность. Я жаждал быстрее оказаться рядом с ней, обнять и уже никуда, и никогда не отпускать. Настя справлялась хорошо без меня, но это только с её слов, сам я чувствовал, что ей плохо без меня, точно так же, как и мне без неё.

Каждый день писал ей, узнавал, как дела, переживал, как она добралась с работы. Хоть я и был против того, чтобы она продолжала работать там, но Настя ни в какую. Моя самостоятельная девочка. Я переживал, ведь когда был рядом, встречал её с работы, от самого магазина и вместе мы ехали домой.

Настоящий мужчина не будет сидеть дома и ждать когда его девушка придёт домой, уставшая, да и ещё будет готовить ему есть. Он будет переживать, не то, что не сможет спать, он усидеть даже не сможет. На улице ночь и многое может случиться с девушкой, а безопасность любимой главнее всего.

И вот завтра я уже увижу свою малышку, свой нежный опиум, который всю эту неделю мне снился. Дома совсем не мог уснуть, так привык вместе с ней спать, что одному уже одиноко и холодно на этой большой кровати. Привык обнимать её за талию, забираясь под футболку, приникая к голому животику, утыкаться в шею, вдыхая опьяняющий аромат любимой, прижимая к себе максимально близко, так, что не оставалась и миллиметра между нами, чтобы ни один лоскуток не мешал чувствовать её.

Скучаю, дико, невыносимо скучаю, так, что хочется разодрать всю кожу себе, и в то же время боюсь её потерять, что она будет жалеть, что поехала со мной. Это мои страхи, но я борюсь с ними, буду бороться за нашу любовь со всеми, кто будет против.

Я стёр расстояние между нами взяв всего лишь ластик. Оно рассыпалось, разлетелось на мелкие осколки. Оно не важно если по настоящему любишь, живёшь этим человеком, который за тысячу километров от тебя. Тебя не волнуют преграды и бури на пути к ней. Всё, что ты видишь перед собой, это Она.

Знаю, какая у меня девочка сладкоежка, поэтому купил самый лучший шоколад. Хочу баловать свою маленькую, а она в ответ целовать со всей нежностью и любовью меня в щёчку. От этого милого жеста, я таю, растворяюсь в ней, словно в космосе среди звёзд, небоскрёба. Она дарит мне жизнь, наполненную счастьем, моменты, которые на релите в голове каждую минуту.

С ней просто находиться рядом уже счастье, а прижимать к своему крепкому телу, сильными руками, настоящая радость. Я болен ей уже, сумасшедший, но сумасшедший по ней. Наплевать, как называется моя любовь к ней, главное она принимать меня таким какой я есть, так же как и я её.

Моя малышка, мой нежный опиум… нет слов на свете, чтобы выразить всех, тех чувств, что я испытываю к тебе. Я готов душу продать, лишь бы один раз вздохнуть её аромат, что отравил меня, одурманил, окунуться в чёрный омут глаз, пропасть, раствориться, словно в звёздах.

Можно ли быть счастливым ещё больше, чем я сейчас? Да, когда я вижу её, обниму и прижму так сильно, что все её сломанные косточки и раны соберутся воедино и никогда больше не будут болеть.

Мы уже приземлились и я глазами ищу своё сокровище, но ни где не нахожу и меня окутывает дикая паника. Может она передумала со мной быть и просто решила так расстаться, уйти по- английски, но тут сразу понимаю, кто угодно, но только не моя Настя могла так поступить. Она сильно любит меня, я это чувствую, так что девушка просто не могла меня оставить, как тут же чувствую к своим глазам прикосновение холодных ладошек. На моём лице тут же появляется улыбка. Настя.

— Угадай… — шепчет мне в спину, ели доставая мне до плеч. Она такая маленькая, хрупкая, что один раз прикоснёшься к ней и она рассыпается на миллиарды осколков, и уже никогда не сможешь её собрать.

— Бабка Ёжка… — а про себя смеюсь, чувствую после всего этого, она мне устроит, но ничего я готов терпеть всё, лишь бы слышать её смех и видеть лучезарную улыбку что дарит она только мне.

— Ммммм… — мычит.

— Катя…

— Нет.

— Соня…

— Ну нет же, — начинает сердиться девушка.

— Ну…. тогда наверное Маша…

— Дурак, — она быстро убирает ладошки с моего лица и только пытается уйти, как я разворачиваюсь, быстро хватаю её за талию, прижимая к себе и шепчу в самое ушко, задевая чувствительную точку.

— Самая любимая девочка на свете… — целую за ушком.

— Мммм… вот это мне уже нравится. С этого и нужно было начинать.

— Я не мог не поиздеваться над своей крошкой.

— Как будто я тебе крошка- енот… - дуется девочка, а я целую её в щёчку.

— Не, ну, а что, очень даже похожа, — хихикаю, на что малышка ударяет меня локтём.

— Ай, больно, — в ответ кусаю её за мочку уха, Настя вздыхает резко, прерывисто, — я скучал, ты знала об этом?

— Так же, как и я, — обнимаю, наслаждаясь теплом своей единственной, своей птичкой.

— Ты получила паспорт?

— Да, — отвечает с какой- то грустью, я поворачиваю её лицом к себе, беру за обе щёчки и смотрю в глаза, а в них боль, и я в первый раз не понимаю почему.

— Что случилось?

— Я….- начинает девушка, но сразу замолкает и внутри тот час образуется ком. Я боюсь услышать, что она уходит.

— Говори, ты боишься от сюда уезжать? Не бойся, я никому не дам тебя в обиду и всегда буду рядом. Или ты уже не хочешь? — она мотает головой из стороны в сторону. — А что тогда?

— Я боюсь, что меня не примут твои родители, друзья… боюсь, что ты оставишь меня… — я выдыхаю глубоко, напряжение спало, но моя глупая, глупая девочка.

— Маленькая, это наша с тобой жизнь, наши отношения и решать нам и только нам, что у нас будет. Ни родители, ни тем более друзья не смогут изменить ни моего решения, ни моих чувств к тебе. Родители поймут и принят мой выбор, а друзья, если не принимают, значит не друзья. Для меня нет важнее и нужнее тебя, запомни это и никогда не забывай.

— Но, Тобиас, они твои родители и друзья, с которыми ты не один год, а тем более родители., они вырастили тебя, дали всё тебе… а, что я… ты знаешь меня всего ничего… — она опустила свою голову.

— Настя, — взял её за подбородок и поднял голову вверх. Хочу чтобы она смотрела только на меня, видела только меня. — я не отпущу тебя, как бы ты не хотела уйти. Я люблю тебя, пойми это наконец. Я буду жить с тобой, а не с родителями и друзьями. Да, мне важно их мнение, но ещё больше мне важна ты рядом. Обнимать тебя, проводить по твоим гладким волосам, — касаюсь волос, которые были такими длинными, что доставали до бёдер. Моя маленькая принцесса, всё для меня. — просыпаться рядом, вдыхать твой опьяняющий запах, — провожу носом вдоль её щеки, вдыхая мою девочку. — не бойся, со мной ты в безопасности, обещаю. Я никогда не откажусь от тебя и от нашей любви. Не хочу больше, чтобы ты боялась и накручивала себя.

Целую её в сладкие губы, прижимаю к себе, а она утыкается мне в шею, обнимая за плечи. Моя маленькая, не бойся, я никогда тебя не брошу. Ты значишь для меня больше, чем весь этот мир.

— Я купил тебе шоколадку, — она тут же расцветает, поднимает на меня голову и смотрит так предано, словно Хатико.

— Я люблю тебя.

— И я тебя малышка, — целую её в лобик, спускаюсь ниже, в носик, в щёчки, в уголок губ, обнимая, как самое ценное сокровище в мире.

Глава 6

Тобиас

Можно, я тебя не отдам н и к о м у, заслонив собой?

У Насти был последний день на работе, поэтому мы решила ехать на следующий день. Я чувствовал, что моей малышке было тяжело, но я крепко держал её руку, давая поддержку и опору.

И вот сейчас мы стоим в аэропорту, но теперь мы уезжаем вместе. Малышка дрожи мелко в моих руках, так как ждём её подругу, она решила нас проводить.

Настя боится, что она не приедет её провожать, не поймёт… И если она действительно её подруга, то примет любой выбор Насти, какой бы он не был.

Я её не разу не видел, но малышка рассказывала про неё и по словам девушки, она действительно настоящая подруга. Та, что и в огонь и в воду за тобой, всегда поддержит и будет рядом. Такие встречаются в наше время очень редко, настоящие.

Вижу к нам на встречу идёт девушка, брюнетка, красивая не спорю, привлекательная, но меня бы не зацепила. Я притягиваю к себе мою малышку, вдыхаю её, прикрывая глаза и понимаю, вот оно моё счастье. Она поселилась в моей голове и в сердце, и никто другой её не вытеснит никогда. Мой мир начинается и заканчивается на ней. Настя облокачивается на меня, прижимаясь ко мне, а я сильнее сдавливаю её в своих объятиях.

Брюнетка, подходит и улыбается, интересно чему.

— Привет, — говорит она.

— Привет, Стюша, — улыбается моя девочка, а я лишь киваю в знак приветствия.

— Наконец то ты счастлива, моя хорошая, — отвечает подруга Насти, на что маленькая кивает. — Я рада за тебя.

Скоро наш рейс сначала в Москву, а потом домой. Подруги ещё много о чём беседовали, я дал им наговориться, ведь не известно когда они смогут теперь увидеться.

— Маленькая, пора, — сказал я, как только объявили наш рейс, она кивает, и крепко обнимает Настю.

— Я буду скучать.

— Я тоже, береги себя, — отвечает Стюша.

— Я позабочусь о ней, не переживай, — решил успокоить подругу.

— Спасибо, — лишь отвечает она.

У моей малышки уже текут слёзы, но она всё так же улыбается. Тяжело расставаться с теми, кто дорог, кто часть тебя, я мог бы уехать один, оставить малышку тут, с теми, кого она любит, но я эгоист и забираю её с собой, увожу далеко, туда где она может быть будет чувствовать себя одиноко без друзей и семьи, но я сделаю всё возможное и невозможное, чтобы мой нежный опиум был счастлив, горы сверну лишь бы видеть её улыбку.

Начинаем подниматься воздух, Настя смотрит в окно иллюминатора, её пальцы рук вцепились мёртвой хваткой в подлокотники, они дрожат. Накрываю одной рукой её, переплетая пальцы, маленькая поворачивает голову и смотрит на меня с нежностью.

— Ты жалеешь? — спрашиваю её.

— Нет. Ты — это всё, что мне нужно в этой жизни.

— Моя малышка, — глажу её по щеке, а она прикрывает глаза. — Я сделаю всё, что бы ты была счастлива.

— Не надо ничего, просто будь рядом, — тянет свою голову ко мне и касаться моих губ своими. Я улетаю в нирвану, окунаюсь в тихий омут её ласки, нежности, притягиваю за шею ближе, углубляя поцелуй.

Мы приехали всего пару часов назад, моя маленькая девочка спит, устала. Она спала ещё в самолёте. Последние события её вымотали. Встреча с родителями прошла не лучшим образом. Настя переживала и не спала всю ночь. Это оказалось намного сложнее, уезжать из городе где родилась и выросла, знаешь каждую улочку и дом, а здесь всё новое, не знакомое и я понимаю её страх, но буду рядом, и не дам моей малышки упасть, а если так случится, что она начнёт падать, я подхвачу и обниму так крепко, что соберу все её осколки.

Маленькая спит у меня на кровати, нет на нашей кровати. Кровать огромная, а малышка такая маленькая, хрупкая, раненная птичка. Опускаюсь около неё, глажу по голове, целую в нежную щёчку, достаю из шкафа плед и укрываю любимую. Пускай поспит, ей сейчас нужен отдых, а я пока пойду ужин приготовлю.

Друга попросил заранее купить продуктов и сказал когда приеду, что бы всё было свежее. Пока я готовил был весь в своих мыслях, что не заметил, как моё сокровище проснулась. Она неслышно подошла ко мне и встала позади, только когда её руки прикоснулись осторожно к моей голой спине, я вынырнул из мыслей, вздрогнул, а в следующую секунду меня обняли крепко, прижимаясь щекой между лопаток.

Вы не представляете какое это чувство, когда к тебе подходят любимая со спины и так прижимается… по телу прошла дрожь, всё тело окутало жаркой пеленой.

Я никогда не был сентиментален на всякие сопли и всё остальное, но сейчас, с Настей, я чувствую притяжение, любовь. Мне хочется горы свернуть для неё одной, подарить весь мир, прижиматься крепко, шептать на ушко нежные, ласковые слова, а она будет мне улыбаться своей очаровательной улыбкой, даря счастье лишь от того, что просто есть, что она рядом со мной. Моя маленькая, мой нежный опиум, моя единственная..

Как я жил раньше без неё..? Без её нежной улыбки, запаха, длинных волос, тонких пальчиков рук переплетающихся с моими, чёрных, словно ночь глаз, как я жил без неё..?

— Выспалась малышка? — улыбаюсь.

— Да, у тебя дома так хорошо, спокойно.

— У нас дома, родная, у нас, — поправляю её, ведь это наш с ней дом, на двоих.

— Дааа, у нас, — целует между лопаток, а мне хочется тут же сорвать всё её одежду и взять прямо здесь, на кухонном столе. Хочу чтобы она выкрикивала моё имя, чтобы при оргазме срывались с её губ стоны и шепча ели слышно быть более резче и глубже.

— Не делай так, маленькая..

— Как? Вот так? — ещё один поцелуй, только около шеи, — или так? — потом в плечо.

— Даааа, — отвечаю с хрипом, закрывая глаза. — Я ведь не железный малышка. — ещё один поцелуй, а я рычу, ведь эта негодяйка специально это делает. Я уже, как заведённый волк.

Поворачиваюсь к ней, подхватываю под бёдра и резко сажу на стол.

— Маленькая, решила поиграть?

— Нельзя? — да крошка действительно затеяла игру, игру под названием "Соблазнение Тобиаса", и у неё это получается. Смотрит на меня так, что мне хочется съесть её прямо сейчас.

— Да, ты у меня шалунья оказывается.

Настя берёт меня за лицо, притягивая к себе ближе, прикрывает глаза, сталкиваясь почти губами с моими, и шепчет в них то, что заставляет в ту же секунду разорвать всю одежду на ней.

— Я хочу тебя… — словно зверь разрываю футболку на ней. Целую в ключицу, проводя руками вдоль её тела, малышка громко стонет, и я вижу её глаза закрыты, она наслаждается моими прикосновениями.

Я хочу её горячо, страстно, сильно, так, чтобы орбиты из глаз сыпались, глубоко, чувствовать девочку всем своим существом.

Мои руки блуждают по её телу, а малышка выгибается, словно струна от каждого моего движения. Мы подходим друг другу даже телами, касаюсь, а оно отвечает на каждое моё прикосновение, каждая её клеточка отвечает на мои ласки, руки, губы.

Кусаю её за шею, Настя рычит, а я зализываю укус, и она протяжно стонет, подставляя больше доступа для ласк. Беру за бёдра и притягиваю ближе к себе, чтобы она почувствовала, как сильно я её хочу, как всё моё тело жаждет её, и уже давно. Вот так она на меня действует. Мой опиум, наркотик, я зависим от неё, как сумасшедший, но сумасшедший по ней одной.

— Сумасшедший…

— По тебе…

Она хихикает, касается моих плеч, а у меня по всему телу разливается раскалённая лава. Хочу немедленно чувствовать её. Быстро снимаю с неё джинсы, и вот она осталась в одном белье, которое кружит голову, бордовое с кружевом. Моя девочка, решила меня соблазнить и у неё это получилось.

На мне лишь одни штаны, малышка тянет руку к верёвочкам, но я перехватываю её пальцы, и только мотаю головой.

— Что не так? — удивляется девушка.

— Я хочу сначала насладиться тобой. — и тут же впиваюсь в неё сладким поцелуем. Губки мягкие, нежные, Настя отвечает, запуская пальцы в мои волосы, то нежно гладит, то оттягивает, а я рычу в её губы, наслаждаясь ею. Пью из неё все соки, как будто я в пустыне, и она моя спасительная вода, которая закончилась, и если не выпью тот час же умру, от нехватки её.

Одну руку хватаю за шею, впиваясь в нежную кожу пальцами, не отпущу. Вторую спускаю ниже, проводя по груди, потом поднимаюсь вверх, оголяю сначала одно плечо, избавляясь от бретельки бюстгальтера, потом второе. Отрываюсь от манящих губ, целую плечи по очереди, в то время как пальцы подбираюсь к застёжки, одно мгновение и он летит на пол, а я впиваюсь в затвердевший сосок губами. Малышка вздрагивает, ели слышно ойкает, а потом стонет, глубоко, надрывисто, а я вбираю розовые набухшие сосочки, наслаждаюсь мягкостью кожи девочки.

Тереблю их, а мои руки спускаются ниже, останавливаются около пупка, ели касаясь провожу, на что Настя, глубоко вдыхает втягивая плоский животик в себя, держу дальше путь, спускаясь ниже, забираясь в трусики любимой, накажу клитор, слегка надавливаю, с губ малышки срывается стон, а в следующий миг моё имя.

— Тобиас….

Я закрываю глаза, наслаждаясь тем, как особенно она его произносит, трепетно, чувственно, со всей любовью. Мне хочется вечность это слышать.

Кладу малышку спиной на холодную гладкость, спускаясь поцелуями вниз, одновременно снимая с неё трусики. Маленькая зажимается, прикрывая себя руками, вновь возвращаюсь к ней. Целую по очереди сначала в один кулачок, потом в другой, разжимая их.

— Не закрывайся от меня, ты самое прекрасное создание на свете, — малышка лишь кивает и расправляет свои руки, но отводит глаза, стесняясь. — Посмотри на меня, маленькая, — шепчу.

Настя поворачивает голову на меня, а я оглядываю свою девочку. Она прекрасна, нежная, бархатистая кожа, маленькая грудь, идеальная для меня, плоский животик, ангельское создание, в глазах туман вперемешку с сумасшествием. Маленькая кладёт ладошки мне на грудь и проводит вниз коготками, я откидываю голову назад, прикрываю глаза и издаю стон наслаждения.

— Настя… - с моих губ срывается её имя, которое ласкает слух. Беру её за бедра и вжимаю в себя, она задыхается, хватая ртом воздух.

— Тобиас…

— Да, маленькая..

— Не медли, я хочу чувствовать тебя в себе, хочу принадлежать только тебе одному.

— Ты и так моя, но я не хочу спешить.

— Пожалуйста… — хнычет моя девочка, тянет свои ручки к моим штанам и я позволяю ей развязать узел.

Штаны спадают, Настя проводит вдоль внушительного бугра пальцами.

— Хочу ощущать его в себе… — у неё нет тормозов. Я ещё не подготовил девушку, не хочу чтобы ей было больно, но она хочет так же резко, до самой глубины чувствовать меня в себе, так же, как и я её.

Больше не медля скидываю с себя боксёры, приподнимаю Настыны бёдра и резко вхожу, маленькая издаёт вскрик и впивается в мои руки ногтями.

— Не останавливайся, Тобиас… — и эти слова, как красная тряпка для быка. Не медля, выхожу из неё и вновь резко вхожу.

Боже, как же в ней хорошо. Я чувствую её всем своим тело. Мы слились воедино, одно целое, неделимое. Опускаюсь на неё, чуть придавив, ощущаю, как её грудь трётся о мою в такт с толчками в неё. Она тяжело дышит мне в губы, а я накрываю её своими. Мы сливаемся в страстном танце, ловлю ртом Настыны стоны.

Не могу оторваться от неё, ни на минуту, ни на секунду. Моя, теперь всецело принадлежит мне одному. Моя сладкая девочка, вкусная, манящая, до озноба души нужная, неповторимая моя.

— Быстрее… - просит маленькая, и я исполняю её желание, вдалбливаясь в неё неистовым темпом, пью её, захлёбывая в экстазе, закрывая глаза. Мои руки сжимаю её бёдра с силой, наверняка останутся следы, но я залечу каждый сантиметр её идеального тела поцелуями, проникая глубже. Целую её шею, грудь, губы.

Это несравнимое чувство, когда ты в любимой девушке, которую любишь всем своим существом. Ты не просто трахаешь её, ты любишь, пьёшь её всю, без остатка, но в то же время тебе мало, ты не можешь насытится ею и никогда не сможешь, хочется раствориться в ней одной.

Тебя не волнуют другие, смотришь только на этого маленького ребёнка, ангела, только её видишь перед собой. Всё остальные меркнет перед ней, отходит на другой план, прошлое не волнует, только она, здесь и сейчас. И так будет всегда.

— Не могу больше…

— Тобиас…

— Настя…

Последние толчки всё резче и быстрее. Выхожу и резко вхожу изливаясь в неё. Мы вместе с ней кончаем, улетая к звёздам, растворяясь во вселенной, но наши души соединены воедино. Тяжело дышу, по всему телу течёт пот, жарко, но я не насытился, хочу ещё. Хочу всегда и везде. Моя.

Настины глаза закрыты, так же тяжело дышит, а я опускаю свою голову ей на грудь, малышка обнимает меня за шею и я слышу её сердце, которое бьётся с моим в унисон.

— Я люблю тебя, — целую в губы, проводя руками по влажному телу.

— Люблю…

Приподнимаю малышку и беру на руки, несу в душ. Нужно принять прохладный контраст. Мы все потные, мокрые.

Ставлю её на пол, включаю душ и завожу девушку в кабинку, закрывая за нами дверь. Беру мыло, намыливаю руки и провожу на коже моей малышки, смывая влагу от недавнего танца двух душ.

Тут же становится жарко, как только прикасаюсь к её коже, и даже холодная вода не помогает прийти в себя, что же ты со мной делаешь, девочка?

Резко прижимаю её за талию к себе и вхожу без предупреждения, малышка ахает, чуть приподнимая одну ногу, откидывает голову на мою плечо. Да, малышка, я не насытился тобой и вряд ли когда- нибудь насытюсь.

Не даю привыкнуть ей и быстро наращиваю темп. Одна рука на бедре, вторая на груди, массирую, вдалбливаясь сильно, без жалости, как зверь. Одурманила, опьянила, свела с ума, наркотик, мой опиум.

— Опиум…

Малышка ничего не отвечает, не может, только издаёт громкие стоны, сжимая мои руки. Утыкаюсь в шею, тяжело дыша, через вздох срывается стоны наслаждения.

Припечатываю её к стеклянной дверки душевой, насаживая на себя сильнее. Руки малышки на дверце, мои пальцы опускаются на её, переплетая, сжимая сильно.

— Тобиас… — она хрипит, а я от этого ловлю кайф.

— Да маленькая, ещё чуть- чуть, потерпи…

Голос охрип совсем, но я только рад этому. Мне никогда не было так хорошо. Моя вселенная, остановилось на ней, и я всё жизнь буду её любить.

Толчок один, второй, третий и мы сливаемся в экстазе, выкрикивая имена друг друга, произнося клятвы любить друг друга вечно.

После жаркого танца, такого дикого, мы лежим в нашей кровати совсем голые, лишь простынь прикрывает нас.

Я лежу на её коленях, маленькая запустила свои пальчики мне в волосы и нежно гладит. Наслаждался этими прикосновениями. Никогда бы не мог подумать, что вот так вот буду нежиться с девушкой, что буду кайфовать от таких простых движений.

Повернулся головой к её животику, ласково провёл и нежно поцеловал, малышка задрожала, опустила голову и прикоснулась к моим губам в сладком поцелуе.

Нам не нужны слова, чтобы что- то сказать. Мы чувствуем друг, понимаем без слов, на каком- то мельчайшем фибре души.

Как я жил раньше без неё? Вся моя жизнь была пустой, серой, а сейчас она наполнена радостью, счастьем, нежностью и страстью.

Мы так и уснула, уставшие, измотанные, но такие счастливые. Я на её ногах, а она уткнувшись в меня, тихо сопела.

Я проснулся раньше малышка, моё нежное чудо свернулась в кокон и пристроилась у меня под боком. Обнял её со спины, уткнувшись в шею, вдохнул запах любимой и провалился в сон, туда, где были только мы одни, где она убегала от меня смеясь, а я догонял.

Второй раз проснулся уже один. Медленно потянулся, как учуял обволакивающий запах, малышка что- то готовит, моя кудесница. Накинул на себя штаны и спустился в низ. На кухне во всю уже пахло. Зашёл, а моя малышка возиться, что- то готовит, в моей рубашке на нагое тело, улыбнулся этим мыслям.

Теперь она со мной, в моём доме, постели, в моих рубашках, на моей кухне, Моя. Всё о чём я мечтал последние месяцы, осуществилось, и теперь я наконец таки счастлив.

Подошёл к ней сзади, пристроившись к сладкому телу любимой. За тысячу километров она пахнет, и даже если нас будет разделять мили, я найду её по запаху.

Опустил голову к её шее, вдохнул запах, положил руки на стол по обе стороны от девушки, перегораживая ей путь к отступлению.

— Ты ведь знаешь, что я не сбегу, — шепчет маленькая.

— А я и не позволю.

После вкусного завтрака мне пришлось уехать по поводу работы, и я приготовил сюрприз для своей девочки. Пришлось под напрячься, чтобы найти то, что хочу. Настя осталась дома, она устала и я попросил её отдохнуть дома, а потом мы прогуляемся, и я покажу ей Лондон во всей красе.

Так погрузился в свои мысли, что не сразу услышал звон телефона.

— Да, мам, привет.

— Привет, сынок.

— Ну, что ты приехал? Настенька с тобой?

— Да, мам, всё хорошо. Настя со мной.

— А ты куда то едешь? Девочка с тобой?

— Нет. Настя осталась домой, попросил её отдохнуть.

— Тобиас, что за безрассудство, оставить девушку одну дома.

— Мам, я готовлю ей сюрприз, хочу порадовать, да и она устала. Последние события вымотали её.

— С ней точно всё хорошо? — как же приятно слышать, что мама переживать о моей малышки, так же, как и я.

После того, как я вернулся первый раз без Насти и всё рассказал родителям, те сразу забеспокоились за неё и попросили, как можно скорее к ней ехать и забирать. Они полюбили её так, как и я, и я был безумно этому рад.

— Точно всё хорошо.

— Хорошо, тогда мы с отцом приглашаем вас к себе в гости.

— Мы приедем обязательно, но чуть позже мам.

— Хорошо, сынок. Береги её!

— Всегда! — Ответил матери и отключился.

Подъехал к цветочному, быстро вышел, как около магазина меня встретил хозяин магазина.

— Привет, Тобиас.

— Привет. Всё готово? — Сразу перешёл к делу, нет времени на разговоры.

— Да, проходи, — открыл мне дверь, я тут же зашёл.

На столе возле маленькой комнатки с прозрачными стёклами, в которой всё помещение было уставлено цветами, лежали цветы. Их было много, охапка, а точнее сто одна. Они были красные, цвета опьяняющей, жаркой страсти, завёрнутые в коричневую крафтовую бумагу. Маки- это её любимые цветы. Моя малышка будет в восторге, я в этом не сомневаюсь.

Было сложно достать их, но для любимой я сделаю всё на свете, чтобы видеть её лучезарную улыбку, смеющиеся глаза, слышать нежный шёпот, и чувствовать её сладкие губы на своих.

Взял цветы, поблагодарил хозяина и пошёл к машине. Осторожно положил букет на заднее сидение и поехал дальше.

Приехал домой уже ближе к пяти часам, было ещё светло. Тихо зашёл в дом и пошёл на поиски своей красавицы.

Нашёл её у нас в спальне, она спала свернувшись калачиком, прижав к себе ручки. Положил возле неё букет и небольшую коробку. Опустился на корточки, пару прядей упало ей на лицо и видимо мешала спать, так как её носик подрагивал. Убираю выбившуюся прядь за ушко, нежно целую в щёчку.

— Маленькая., просыпаюсь, — ласково шепчу. Настя хмурится, подрагивает носиком, сжимает глаза, а я от этой картины улыбаюсь. Люблю её. Вот такую, простую, маленькую, словно ребёнок.

Она сонно приоткрыла свои глазки и улыбнулась мне, а я взял её руку в свою, поцеловал в тыльную сторону.

— Ты долго…

— Прости..

— Я скучала..

— Я тоже… - мы долго смотри друг другу в глаза и я утопаю, меня окутывает эта нежность в её глазах, забирая с собой, я уже давно в её плену. В плену от куда не хочу выбираться.

— У меня для тебя сюрприз.

— Какой? — Интересуется Настя, но всё так же лежит на кровати. Привстаю, беру букет и кладу возле своей принцессы.

— Это тебе, — она тут же ахает, не веря своим глазам. Маки, их много, он занимают почти пол кровати. Настя поднимает руку к ним, осторожно касается, вдыхает запах цветов, а потом летит в мои объятия, сбивая меня и мы падает на пол.

Малышка нависает надо мной, ставит руки по обе стороны от моей головы, а я кладу по хозяйски свои на её талию.

— Ты сумасшедший… столько много цветом..

— Это всё для тебя, твои любимые.

— От куда… — но я не даю ей договорить.

— Я просто люблю, — и страстно целую, но со всей любовью, а где то вдалеке что- то шуршит, спрыгивает с кровати и маленькими лапками приближается к нам. Настя распахивает глаза и смотрит на это чудо, которое так же с любопытством смотрит на нас.

— Тобиас..

— Он твой, — она вновь поворачивает ко мне голову и смотреть в глаза, заглядывая прямо в душу, опьяняя своими небесными глазами, в которых вижу яркие звёзды.

— Я люблю тебя на всех языках мира, — проводит ладошкой от шее к руке, берёт её, кладёт к себе на сердце, я замираю, поднимаю на неё глаза. — Оно бьётся для тебя одного, — и прижимается всем телом ко мне. Меня пробирает дрожь от такой её любви, от преданности в её глазах, от такой отдачи мне. Она отдаёт мне в руки своё сердце, словно нож, доверяя, и только мне решать защитить его или ранить, не оставляя ничего от него.

— Ты у меня глубоко в сердце… Навсегда…

Беру за шею и целую страстно, забирая её последний кислород, даря взамен свой. Хочу дышать с ней одним дыханием.

Глава 7

Анастасия

Ты- мой дом!

© Анастасия Франц

Я счастлива.

Тобиас окутал меня любовью, теплом, и я поняла, мой дом там, где ОН.

Как я жила все эти годы, когда его не было в моей жизни… Я была совершенно другим человек, ненавидела себя, презирала, но в то же время жалела, не понимала за что мне всё то, что я переживала… Но сейчас, сейчас я поняла..

Я должна была пережить всё это, чтобы встретить его, чтобы стать сильнее, полюбить эту жизнь в которой есть он. И она стала ярче, светлее, протянула ко мне свои руки, даря умиротворение и покой мне и моей душе. Я жила ради него одного и каждый день вставала только благодаря нему. Мой смысл в каждом дне всегда был он.

Я люблю его, так сильно, что внутри задыхаюсь от своих чувств к нему. Мечтала быть с ним рядом, вот так просто лежать, обнимать, гладить по сильным рукам, переплетая пальцы, уткнуться в шею, вдыхая запах любимого, а он обнимает так крепко, что ты чувствуешь себя в безопасности рядом с ним. Тебе ничего не страшно, потому что знаешь, есть человек который не даст тебе упасть.

Не думала, что моя мечта сбудется, но внутри грела чувства надежды, что однажды увижу, прикоснусь, утону в океане завораживающих глаз, что свели меня с ума. Мне так тепло и хорошо с ним, так как никогда не было. Я чувствую покой и уют и хочу чтобы оно длилось вечно.

Он во мне внутривенно, течёт в моей крови. Я не знаю, как описать всех тех чувств к нему, я просто люблю.

И он любит меня и доказывает это каждый день простыми вещами.

Когда уезжает на съёмки, а я остаюсь дома, звонит мне через каждый час, проверяю, как я? Всё ли со мной хорошо? Покушала…?

Я каждый день под его контролем, но меня это не страшит, потому что знаю, он беспокоится. Обо мне никто никогда ещё так не заботился. Он заботиться, одевает мне тёплые носки, зная, что я ещё та мерзлячка, укутывает пледом, если я не дожидаюсь его и засыпаю прямо в гостиной.

Я чувствую его любовь в каждом жесте, слове, действии.

А этот его подарок… Я просто до сих пор не могу в это поверить..

Он подарил мне мои любимые цветы. Не знаю где он нашёл маки в это время года, и как вообще узнал об этом, но я до беспамятства счастлива. Каждый день вдыхаю опьяняющий запах этих невероятных цветов, которые символизируют мою любовь к нему. Они так же опьяняют, как и он, его глаза небесного цвета, окутывают меня в пушистое облако, дурманя.

Лепестки мака выжигают на моём сердце его имя. Я уже в его клетке, в его стальных руках, что обнимают меня с такой жадностью, но любовью.

Каждую ночь он дарит мне наслаждения, эйфорию, окутывая в зыбкий песок, медленно погружая в его темноту, только погружаемся мы вдвоём. Он взрывает мои орбиты одним лишь прикосновением, у меня закатываются глаза, от каждого поцелуя, от каждой нежности, что дарит мне.

Мир замирает когда мы вдвоём.

Я полулежу на диване, укутанная в плед, в ногах пристроилась Зефирка. Этот маленький комочек счастья мне подарил Тобиас.

Можно ли его любить сильнее, чем сейчас…? Можно, и я каждый день люблю его больше, чем вчера.

Звякнули ключи и хлопнула дверь, тут же откинула одеяла и побежала к входной двери.

— Тобиас… — крикнула и кинулась к нему, подпрыгнула и оказалась в его объятиях, оплетаю ногами его талию, а руками шею, он улыбнулся.

— Моя обезьянка..- соприкоснулась своим лбом с его, прикрывая глаза, сталкиваясь носиком к носику. Приоткрыла губы, невесомо соприкоснулась с его верхней губой, глубоко вздыхая, он лишь сильнее прижал меня к себе.

Быстро снял кроссовки и пошёл вперёд, всё так же смотря мне в глаза, неотрывно, а я жадно хватала воздух губами, цепляясь за его плечи.

Меня впечатали в холодную стенку и накинулись с такой жадностью, что я никогда не видела его таким. Он кусал, терзал мою шею, а я выгибалась, словно струна на музыкальной скрипке. Сжимала его плечи, волосы, царапала пальцы рук, я хотела его. Чувствовать в себе, задыхаться, умирать и тут же воскресать в его руках.

— Моя малышка… — хриплый голос возле уха, и таю, плавлюсь, как снег под солнцем.

Он жадно пьёт, сжимая мои бёдра, талию… его руки перемещаются на конец моего свитера, поддевает и одним рывком снимает, кидает куда то в сторону, припадает руками к моей шее, нежно проводит вдоль язычком, спускаясь ниже.

Так же быстро снимает лифчик и кидает туда же, к свитеру, и вот я на половину обнажена, но и я не отстаю и снимаю его рубашку, медленно расстёгивая каждую пуговицу, при этом целуя каждый сантиметр груди любимого. Он рычит, сдавливая мои рёбра сильнее, я задыхаюсь, прикусываю мочку уха.

— Моя сладкая… моя honey.. Я опьянён детка… — его голос растворяет меня. Я прикрываю глаза и улетаю во вселенную, распадаясь на миллион частиц. В его надёжных руках, я чувствую себя единственной, нужной, такой желанной, маленькой. С ним могу быть слабой, потому что знаю, он меня защитит, укроет от всех бед и боли.

Провожу ноготком вдоль его накаченной груди, облизываю нижнюю губу, а потом прикусываю, Тобиас издаёт рык, припадая к моей груди, прикусывая сосок, резко выдыхая, ближе тяну его за волосы к себе.

— Я хочу тебя маленькая..

— Так сделай же это, любимый..

— Настя..

Меня нежно опускают на пол и быстро снимают штаны, я тоже самое проделываю с его джинсами, и вот мы обнажены оба.

— Моя сладкая..- приподнимает меня за бёдра, а я ухватываюсь за его тело, а руками обнимаю за шею.

— Я обречена любить тебя вечно, — шепчу в губы в месте с тем, как чувствую в меня медленно проникают, а потом резких толчок и я задыхаюсь.

— Ты мой опиум, — прикусывает жилку на шее, двигаясь во мне медленно, растягивая тугой узел в низу. Как же божественно чувствовать его в себе, делить на двоих одно дыхание. — Посмотри на меня, я хочу видеть твои глаза, — открываю и смотрю в самую глубь его голубых глаз, словно в океан.

Толчки в меня то ускоряются, то замедляются, а я смотрю в его глаза, а дыхание касается его губ, вдыхая в унисон. Пульс зашкаливает, я уже царапаю его плечи, руки, грудь, хочу чувствовать его ближе, глубже, чтобы до конца, до самой галактики.

— Тобиас, пожалуйста, быстрее, — прошу, и он исполняет погружаясь резче, глубже. Издаю стон, прикрывая глаза от волны наслаждения, что чувствую.

— Не закрывая глаза, смотри на меня, — требует мой мальчик, тяжело дыша, а я не могу открыть глаза, всё тело онемело, даже ответить ничего не могу. Меня пробирает озноб с каждый его толчком во мне. — Настя, — кусает за плечо. — Открой глаза! — Кое- как открываю затуманенные негой взор и смотрю, задыхаясь. Кислорода не хватает, и я хватаю ртом воздух. Вот они глаза передо мной, которые я так люблю — Ты веришь, что люблю? — а я не могу ответить, язык онемел, как будто забыла все слова и буквы. Тобиас замедляет движения.

— Быстрее, — прошу его.

— Пока не ответишь, не получишь сладкого.

— Да… Пожалуйста Тобиас… - кусаю его за губу, получая свою дозу кайфа, счастья.

— Я дышу одним тобой…

— Люблю… люблю… люблю… — шепчет в мои онемевшие губы, а потом нежно и сладко- сладко целует.

Стою перед зеркалом, одевая своё изумрудное платье выше колен. Оно облегает мою стройную фигуру, словно вторая кожа. Пытаюсь застегнуть молнию сзади, но не получает, как вижу в зеркале отражение парня. Он подходит сзади, кладёт свои пальцы за застёжку и медленно застёгивает её, задевая при этом пальцами мою кожу на спине. Меня пробирает ток, прикрываю глаза.

Тобиас нежно берёт мои волосы и откидывает на одно плечо, целуя в шею.

— Ты самое красивое создание на свете, — шепчет. От его голоса внутри скапливаются бабочки, порхают, задевая внутри кожу живота.

— Ты преувеличиваешь.

— Ни сколько. Ты у меня красавица.

Сегодня мы идём на ужин к его родителям. Я так боюсь, вдруг они меня не примут.

Мы сели в его спортивную машину, а меня всю пробирает дрожь. Сжимаю пальцами конец платья, как поверх них ложится большая рука и сжимает мои маленькие пальчики. Я поднимаю голову вверх, и встречаюсь с добрыми, ласковыми глаза, цвета моря, и утопаю.

— Не бойся, я с тобой. Они уже тебя любят, — берёт одну мою руку и целует в ладошку. — А я люблю тебя, — внутри растекается тепло, рядом с этим парнем, я самая счастлива. Огибаю коробку переключения скорости и прижимаюсь к его губам в нежном поцелуе.

— Спасибо, что ты есть! — И это действительно так, я благодарна Богу, что он есть в моей жизни.

Всю дорогу он сжимал мою руку в своей, а я поглаживала его костяшки пальцев, периодически целуя.

Мы подъехали к большому дому, сердце вновь забилось. На ватных ногах вышла из машины, Тобиас взял меня за руку и повёл ко входу в дом, я всё сильнее сжимала его руку. Открыла нам женщина лет сорока.

— Здравствуйте, господин, — поприветствовали Тобиаса, а я забилась птичкой, словно в клетке.

— Здравствуйте! Родители дома?

— Да, все уже ждут вас.

— Хорошо, — вошёл в дом, тяня меня за собой, а я плелась вслед за ним.

Мы вошли в гостиную. Она была огромная, я такую видела только в фильмах. Дом Тобиаса тоже большой, но не настолько. Как только услышала голоса, спряталась за его спину.

— Здравствуй сын, — к нам вышел мужчина лет пятидесяти и женщина, красивая такая. И я смотрю на себя, такая маленькая, я совсем им не подхожу. Не подхожу этому дому, этой семье, от осознавания этого мне стало больно, и из глаз чуть не потекли слёзы.

— Здравствуй, отец, — протянул руку для пожатия. — Привет мам, — улыбнулся он.

— Привет, сынок, а кто это маленькое создание? — она посмотрела на меня, а я спряталась за его спину, боясь.

— Ну малышка, не бойся. Мы тебя не укусим, — Тобиас чуть слышно рассмеялся, повернулся ко мне, сгрёб в охапку и прижал к себе.

— Родители, вы пугаете, мою маленькую, — целует в макушку. — Девочка моя, не бойся, — шепчет в ухо. Я смотрю в его глаза и мне становится легче, я поворачиваюсь в сторону его родителей и тихо, словно мышка говорю, — Здравствуйте, я Настя.

— Привет, Настюша. Не бойся нас, мы тебя не обидим, — отвечает мама парня, я мило улыбаюсь, на что женщина отвечает мне тем же.

Она направляется ко мне, отодвигает руки сына и обнимает меня и я чувствую тепло, то которое никогда не давали мне мои родители. Я в ответ крепче обнимаю её. Зря, я боялась. Они приняли меня, и моё сердце радуется.

Ужин прошёл великолепно, мы разговаривали, смеялись. Я поняла вот она моя семья. Уже под конец ужина меня позвала с собой мама парня, я вздрогнула, но пошла в след за ней.

Мы сели в маленькой, уютной комнатке, точнее в библиотеке. Никогда не видела столько много книг, глаза загорелись огоньком, как бы я хотела всё это прочитать. Провела подушечками пальцев по каждом книге, улыбаясь.

— Ты любишь читать? — спросила женщина.

— Очень, — повернула к ней голову и вижу в её глазах любовь, тепло.

— Присядем детка, — показала она на два кресла, что стояли недалеко от большого во всю стенку окна. Я послушалась и села в одно из них. Минуту погодя она начала.

— Я знаю, как тебе пришлось нелегко там в России. Нам сын всё рассказал, — я резко вздохнула. Ну вот, сейчас она скажет, что я не подхожу её сыну и мне придётся покинуть его, покинуть эту страну, где моё счастье, мой дом, и вернуться туда, где я буду погибать, но уже не от слов и рук матери, а от нехватки его рядом, того, кто теперь часть меня, мой мир, моя вселенная. И без него я просто погибну, умру.

— И знаешь, я никогда не видела его таким, — она улыбнулась. — Ты чудесная девочка, и мне очень жаль, что у тебя была такая жизнь. Мы вместе с отцом, рады, что ты появилась в жизни нашего сына. И мы так же любим тебя, как и наш сын, и попытаемся дать того, чего не дали тебе родители. Спасибо тебе, что любишь нашего сына, — у меня от таких слов потекли слёзы. Не могла больше сдерживаться и заплакала, уткнувшись в руки, как в ту же секунду почувствовала, как меня обняли, а я обняла в ответ, и меня просто прорвало. Я плакала, не могла остановиться. — Настюш, не плачь, — она гладила меня по голове, успокаивая, и постепенно успокоилась, подняла на неё свои заплаканные глаза.

— Спасибо! Я очень люблю вашего сына. Больше жизни, люблю.

— Я знаю, детка.

Мы ещё немного посидели, поговорили и пошли к нашим мужчинам. Всё таки эта настоящая семья, и я рада, что теперь они у меня есть и я не одна.

Из дома мы вышли счастливые. Меня обнимали за плечи.

— Вот, а ты боялась, маленькая, — притянул к своей груди, поцеловал в макушку, а я лишь сильнее обняла его талию, пряча лицо в шее, вдыхая любимый запах мужчины.

— Я люблю тебя.

— Мой опиум..

После вечера, его родители звонили мне чуть ли не каждый день, волнуясь и переживаю. Раза два в неделю приезжала его мама и мы сидели на кухне, пили тёплый кофе, разговариваю обо всём на свете. Я рассказывала про своё детство, как жила в России, она же про Тобиаса, когда он был маленьким. Было весело слушать истории, и узнавать что- то новое о любимом.

Но, к сожалению не всё бывает так хорошо на первый взгляд. Друзья Тобиаса, вот что меня огорчало. Многие меня приняли, но всё же смотрели косо, а некоторые выражали протест и даже пытались вразумить парня, на что получили в челюсть от него. Я испугалась и выбежала на улицу. Слёзы текли ручьём, мне было так больно, что внутри всё разрывалось от понимания того, что я не пара Тобиасу.

Всего лишь через мгновение я почувствовала, как меня сгребли в охапку и прижали сильные руки. Я вздрогнула, и начала вырываться, но после того, как почувствовала поцелуй в шею и меня обняли ещё сильнее, успокоилась.

— Маленькая…

— Тобиас, не надо… пожалуйста., я не достойна тебя, — меня тут же резко повернули лицом к себе и я увидела злые, холодные глаза, словно дикий зверь в него вселился. Я испугалась, но тут же успокоилась, он не сделает мне никогда больно. Прижалась к нему всем телом, а парень шокированный этим, пару секунд стоял, как вкопанный, а потом обнял в ответ.

— Кто не достоин, так это я тебя. Больше никогда не хочу слышать всякие глупости из твоих прекрасных губ, — я на это ничего не ответила, лишь поцеловала его в шею и прижалась сильнее, ощущая, как меня сдавливают в объятиях и что- то шепчут на ушко.

После этого дня Тобиас не общался с друзьями, хотя я уговаривала позвонить им и встретиться, но он ни в какую, говоря, что если они не принимают его выбора, значит пусть будет так. Я переживала за любимого, мне больно было смотреть на него, но он успокаивал меня и говорил, ему хватит и одну меня, но мы то все понимаем, как важны в нашей жизни друзья.

В один из вечеров, я решила поговорить с ним.

— Тобиас, — начала разговор.

— Да, любимая, — повернулся ко мне лицом. До этого мы лежали, просто наслаждались друг другом.

— Я хотела с тобой поговорить о друзьях..

— Насть, мы уже говорили на эту тему, и я не хочу об этом больше разговаривать.

— Но, родной, друзья важны, и тебе они нужны. Я всё понимаю и всё хорошо, если ты будешь проводить время с ними.

— Настя, Нет! — чуть сердито ответил парень, на что я отвернулась от него. Какой он упёртый и не понимает, что со временем меня ему будет мало, и он захочет видеться с друзьями. Я вообще не хочу чтобы он жертвовал дружбой ради меня.

Меня обняли и притянули к себе, зарываясь носом в волосы.

— Маленькая, ты единственное, что нужно и важно мне в этой жизни. Я с тобой строю наши отношения и жизнь. Если они не принимают моего выбора и не уважают тебя, то они мне не нужны. Настя, я не хочу чтобы ты переживала из- за этого и накручивала себя. Ты- моё настоящее и будущее.

После этого я больше не завязывала разговор на эту тему, хотя очень хотелось. Всё свободное время мы проводили вместе. Тобиас показывал мне Лондон, катал на машине, я просто была в восторге от этого. Очень люблю скорость и музыку, это успокаивает, но в тоже время такой адреналин, не передать словами. Внутри всё кипит, разгоняет кровь по венам, сердце бешено стучит и вот- вот выпрыгнет.

Я не одинока, он со мной.

Всё было хорошо, пока в один прекрасный день всё не разрушилось, раскололось вдребезги. Мой мир рухнул, сказка разлетелась на мелкие кусочки, а осколки попали в сердце и кровоточат.

В этот день я с утра проводила Тобиаса на съёмки, сама же убралась по дому, приготовила кушать и села читать. В моих ногах, как обычно устроилась Зефирка. На дисплее раздался звонок, не смотря взяла телефон, тут же на лице образовалась улыбка.

— Маленькая, как ты там? — тут же спросил голос в трубке.

— Всё хорошо, а ты там как? Долго ещё?

— У меня всё хорошо, ещё пару часиков любимая. Потерпи немного, совсем скоро я приеду и обниму тебя крепко.

— Хорошо. Я жду тебя!

— Люблю, маленькая. Целую.

— И я тебя…

В динамике послышались гудки, а улыбка всё не спадала. Я счастлива.

Я почти уснула, как в дверь раздался звонок, вздрогнула, посмотрела на часы., для Тобиаса ещё рано, кто может быть тогда. Встала и пошла открывать дверь, но лучше бы этого не делала, а сделала вид, что никого нет дома. Открыть, было моей ошибкой.

Передо мной предстала девушка, блондинка, привлекательная. Я сразу узнала её. Это бывшая девушка Тобиаса. Тогда, когда мы ещё не были знакомы с ним, я место себе не находила и думала, что он вместе с ней, что любит её, что как минимум они живёт вместе, как максимум он женат на ней.

Тогда я съедала себя, по косточке, не могла ни спать, ни есть. Я боялась, что он счастлив с ней, что у меня никогда не было и не будет шанса, а разбивать его счастья не могла.

Главное счастье Тобиаса, а я буду хранить свою любовь к нему в сердце, до конца своей жизни, до последнего своего вздоха.

Сделала глубокий вдох, затем выдох и обратилась к ней.

— Тобиаса нет дома, он будет чуть позже.

— Да, я вообщем- то к тебе, — и шагнула в дом без приглашения. Сердце забилось быстрее. Что ей нужно от меня? Мы с ней не знакомы, и как она вообще узнала про меня? Хотя, тут и думать не надо, его друзья, вот кто мог всё сказать. Ну что же послушаем, что она скажет. Мне интересно.

Она вольяжно прошла и села на диван, я же встала возле двери, слушая её.

— Я слушаю, — скрестила руки на груди, намереваясь послушать весь бред, что она скажет.

— Ты не нужна ему, — начала она прямо сходу. Я задрожала всем тело, но сделала вид, что мне всё равно.

— С чего же такие выводы?

— Я знаю. Он до сих пор любит меня, так было всегда и будет.

— Но сейчас он со мной, а не с тобой и что это значит… Значит, что ты ему не нужна.

— Это временно. Он поиграется с тобой и бросит. Всю свою жизнь он любил лишь меня, и ты это понимаешь, вижу по твоим глазам. Открою тебе маленькую тайну, — я тут же напряглась всем телом, предчувствуя что- то не хорошее. Зачем вообще её впустила? — Два месяца назад он был со мной. — на улыбнулась победной улыбкой, а я начала прикидывать и считать, когда это было.

Как только поняла, моё сердце рухнуло, разбилось вдребезги, разлетаясь во все стороны, задевая все органы внутри. Царапая кожу, врезаясь в сердце. Этого просто не может быть. Я не верю в это.

Он не мог со мной так поступить. После того, как я ради него отказалась от старой жизни… Меня разрывало на части, но я не покажу слабости ей. Она победила в этой войне, которую я даже не начинала, но удовольствия видеть моё поражение я ей не дам.

— Всё сказала? — сделала серьёзное лицо, но внутри всё рвалось наружу. Меня бил озноб, словно лихорадило. Мне захотелось закричать на весь дом, выплеснуть всю боль, разбить руки до крови, но в тоже время свернуться калачиком, чтобы меня никто не трогал. Та, лишь кивнула. — А теперь выметайся из этого дома, — показала рукой на дверь.

Девушка удивилась, но ничего не сказала, так же вольяжно встала и прошла к двери, лишь около выхода обернулась.

— Он не любит тебя, — сказала, а потом исчезла так же внезапно, как и пришла.

А я скатилась медленно по стенке вниз, задыхаясь от отчаяния и боли, что давило на грудную клетку. Мне не хватало воздуха, дышала через раз.

Вся моя сказка, мой мир, что я напридумывала себе разбился, и не осталось ничего, кроме моего израненного сердца.

Я била костяшками пальцев по дорогому паркету, задыхаясь, воя на весь дом. Я погибала, меня словно пронзил нож, тот самый, который я отдала Тобиасу в руки. Он сделал свой выбор, он убил меня им.

Я захлёбывалась в слезах, а возле меня очутилась Зефирка, лизнула меня в носик и скрутилась возле, давая тепло, укутывая, леча, только вот моё израненное сердце уже никогда не залечить. На нём остался глубокий шрам, и он будет кровоточит всю жизнь.

Не знаю, сколько я так пролежала на холодном полу, очнулась только спустя время, быстро встала, так что испугала Зефирку и рванула наверх.

Я люблю его, так сильно и отчаянно, что прощу ему всё, лишь бы он был счастлив, но отпущу. Я не нужна ему, но она нужна. Пусть будет счастлив с ней. Быстро собираю все вещи, беру листик с ручкой и пишу письмо. Последнее.

Беру чемодан, лишь возле входа оборачиваюсь. На меня смотрит эта маленькое чудо, что мне становится ещё больнее. Он подарил мне Зефирку, сделал счастливой, но обрезал крылья, а из ран теперь течёт кровь.

— Я люблю тебя Зефирка, — глажу малышку, а она мурчит, маленькая моя. — И его очень люблю, — и быстро выхожу из дома, оставляя своё сердце там где мне было так хорошо, где я была счастлива. Уже никогда не будет так, как прежде, ни с кем и никогда.

Тобиас

Я мчался к моей девочки. Так скучал, что аж руки сводило от нехватки её рядом. Она мой космос, моя орбита, моя планета крутиться вокруг неё. Как сладко просыпаться, а моя малышка лежит в моих объятиях. Такая маленькая, хрупкая, мой маленький цветок, который хочется поливать и оберегать от всех и всего.

Я поругался со своими друзьями, но они сами виноваты. Они не приняли Настю, а если они не уважают её, значит и меня. Мне не нужны такие друзья рядом, но маленькая всё пытается меня переубедить, только у неё ничего не получится. Я люблю её, а всё остальное меня не волнует.

Припорковал машину возле дома, быстро вышел и направился в наш дом. Как же всё таки классно звучит, наш дом, а в нём ждёт меня девушка, любовь всей моей жизни.

Открываю дверь, тишина, лишь Зефирка сидит возле двери и жалобно мяукает. Сердце сразу же начинает болезненно биться. Набираю номер своей девочки, но тишина. Может мама её забрала. Тут же набираю её номер.

— Да, сынок.

— Мам, привет, а Настя не с тобой?

— Нет, а что- то случилось?

— Нет, нет, всё хорошо. Я тебе позже перезвоню, — сразу сбросил. Не стал её расстраивать, ведь она сразу будет переживать.

Родители приняли мою девочку и полюбили, и я был этому безумно рад.

Меня начала охватывать паника, как только начал вновь звонить Насте, но она не брала трубку.

Пошёл в спальню, за мной поплелась кошка, на кровати наткнулся на маленький листочек. Внутри всё замерло, предчувствуя плохое. Взял его, развернул и начал читать.

«Я скучаю по тебе. Просто скучаю. Как обычно скучают люди. Я скучаю по тебе даже больше, чем я могла себе представить, когда готовилась расстаться с тобой. Поэтому это письмо, просто крик души. Моя душа кричит и болит лишь о тебе. Ты- моя слабость, мой сон, в котором я хочу остаться навсегда. Как жаль, что он не вечен, а как бы хотелось ещё поспать.

Я люблю тебя и это письмо лишь крик души моей.

Прощай.

Навеки, твой опиум.»

Резко не хватило воздуха в лёгкий, покачнулся, и чуть не упал, успел схватиться за стенку. Вдох- выдох… Чёрт, маленькая, что ты творишь…? Как только найду её, сразу же накажу. Что в твою маленькую головку опять взбрело? Всё же было хорошо. Я звонил ей пару часов назад, она была весёлая, и сказала, что ждёт меня.

Больше не медля, рванул к машине. Она не могла далеко уйти. У неё здесь никого нет или она собралась уехать. От озарения, мне стало больно внутри, разъедало, как будто в сердце воткнули нож и несколько раз повернули.

Она мой воздух и без неё я умру. Не отпущу, не дам уйти. Сжал руки на руле, потом заехал пару раз кулаком, но боль не уходила, лишь прибавлялась в сто крат. Без неё моя жизнь будет пустой и не нужной.

Я так мчался, что не замечал ничего вокруг, лишь когда впереди увидел маленькую фигуру, смог выдохнуть спокойно. Успел.

Резко затормозил, выскочил из авто.

— Настя, — крикнул со злостью. Малышка вздрогнула, но не повернулась и не остановилась. Дура, что твориться в её голове. — Остановись, что ты творишь?

Ещё пару секунд и она падает на колени, закрывая лицо. Не выдерживаю и тот час же подлетаю её, беру в охапку и прижимаю к себе.

— Маленькая..

— Отпусти, — шепчет хрипло. Мелко дрожит в моих руках, а я прижимаюсь к ней ближе. Отрываю её руки от лица и вижу в глазах боль, такую, что меня раздирает на части. Что случилось с моей малышкой?

— Маленькая, что случилось? Кто тебя обидел?

— Ты врал! Ты всё это время врал мне! — уже кричит, не сдерживаясь, а я не понимаю о чём она.

— Не понимаю…

— Конечно не понимаешь, — отталкивает меня от себя. — Тебе проще лгать мне, а любить другую. За, что ты так со мной? Что я тебе сделала? — по щеке любимой бегут слёзы, а у меня сжимаются руки. Я обещал, что никогда она не будет плакать из- за меня, и вот сейчас вижу её слёзы, и всё это по моей вине.

— Маленькая, я люблю только тебя, — делаю шаг к ней, а она отступает назад. Не медля хватаю её за руку и прижимаю к себе. — Не плачь, пожалуйста. Мне невыносимо видеть твои слёзы, они убивают меня, — провожу пальцами по её щекам, смахивая хрустальные слезинки. — Мне никто не нужен кроме тебя. Кто тебе сказал, такую глупость, что я тебе вру и не люблю?

— Она… — говорит Настя, а у меня сердце уходит в пятки. Зачем она появилась, ведь ещё тогда два месяца назад, я ей всё сказал. Решила разрушить мою жизнь, моё счастье, только такой радости, я ей не предоставлю.

— Она ничто для меня.

— А она так не считает.

— Да мне насрать, как она считает, — кричу. — Чёрт… - провожу нервно по волосам рукой. — я люблю тебя, малышка.

Она вырывается и я вижу в её глаза боль и страх.

— Нет, ты меня не любишь, а её… а я чёрт подери люблю тебя, люблю давно… так, что на многое решилась ради тебя, а ты ничего не понимаешь и не видишь. Я долгие годы схожу с ума по тебе… — девочка выкрикивает последние слова, но потом вдруг замирает и прикрывает губы ладошкой. Она поняла лишь мгновение после, того как сказала те слова, которые я не знал. Она любила меня долгие годы? Но как, если мы с ней знакомы лишь несколько месяцев? Настя знала меня уже давно? Не может этого просто быть…

— Как…? Ты любила меня давно? — вцепился в её руки мёртвой хваткой, не понимая ничего. — Ответь!

— Да! Да, да, да!!! Я люблю тебя давно, я схожу с ума по тебе долгие годы, как только увидела! Всё это время я любила одного тебя, — она захлёбывается в слезах, падая на асфальт, наверняка раздирая коленки в кровь. — И всё, что ты перед собой видишь это ради тебя. Пусть я и не думала, что когда либо буду с тобой. Я просто любила… — уже тише добавляет и закрывает лицо руками.

Какой же я дурак, столько времени потратил, а она любила меня долгие годы, страдала там вдалеке от меня.

Немедля подлетаю к ней, хватаю в охапку и сажу на капот машины, резко развожу её руки и впиваюсь жадным поцелуем ей в губы. Разрываю всю одежду на ней, быстро спускаю свои джинсы, развожу её стройные ножки и резко вхожу в податливое тело. Малышка стонет, впиваясь ногтями в шею. Даю ей слегка привыкнуть, а потом начинаю двигаться сразу же набирая темп.

— Моя… — шепчу в ухо, а она дрожит, ускоряю темп, — тебе не убежать, не скрыться от меня. Мы всё равно будем вместе. От судьбы не убежать, а от меня тем более… -впиваюсь жадным поцелуем в такие желанные и любимые губы, сметая все её страхи, боль, принося удовольствия, и понимая, что люблю только её одну, что только в ней одной нуждаюсь.

— Тобиас… — протяжно стонет, проводит по моим сильным рукам, задевая каждую венку рук своими ногтями, а у меня просто сносит крышу. Прижимаю ближе, входя резче и быстрее.

— Мой Опиум…. - её запах навсегда останется в моей памяти, всегда со мной. Не нужны ей никакие духи, она пахнет опиумом сама, пахнет моей женщиной, которая принадлежит навеки мне.

Малышка стонет, а я наслаждаюсь ей. Мне наплевать, что мы на открытом шоссе занимаемся любовью и можем загреметь в участок. Наплевать. Сейчас только эта малышка меня волнует. Волнует каждую клетку моего тела, моего сердца, моей души.

Я жадно пью её, захлёбываясь в экстазе. В ней так хорошо. Моя. Вся моя. От кончиком волос до пальчиком ног. Целиком.

Сжимаю с остервенением её рёбра, уткнувшись в шею, издаю прерывистые стоны, погружаясь быстро, нуждаясь в ней глубоко, соединиться всецело, и никогда не расставаться. Малышка вцепилась в мои волосы мёртвой хваткой.

— Я тебя не отпущу, — кусаю за шею. — Забудь вообще дорогу в Россию. Твоё место со мной рядом.

Настя стонет, спускаясь ручками по шее к рукам, проводя по выступающим венам ноготками.

— Люблю твои руки, твои вены, — целует в плечо, спускаюсь ниже, к каждой венке прикасается губами.

Резкий толчок, Настя выкрикивает моё имя, изливаюсь в ней, шепча около её губ.

— Моя, — запечатываю на неё своё право поцелуем, от которого внутри всё сводит. Даря ей всего себя. — Я твой. Так было и будет.

Мы немного отдышались, приподнимаю Настю за подбородок и смотрю в самые красивые очи на всей планете.

— Давай всё объясню тебе, и закроем тему навсегда. Я с тобой до конца. Это не очередная ложь, вроде той, что ты слышала от бывших. Можешь подкинуть мне любые испытания. Серьёзно говорю. Я не тот человек, который после самой "громкой" ночной ссоры, уйдет от тебя. Заебешься выпроваживать. Я не стану собирать вещи, и даже обижаться не подумаю. Может на кухню уйду, но не из твоей жизни. Хочешь драться? Давай, начинай, бей меня — я тебя и пальцем в ответ не трону. Только не жалуйся, когда схвачу и обниму "до хруста костей". Первый приду мириться, зацелую. Потому, что я тебя любую люблю. Я тебя обожаю, и с любой справлюсь, — она шокировано смотрит на меня, а я продолжаю. — Мне нет дела, кто и что о тебе шепчет за спиной. Они все за спиной, в том-то и суть. Я люблю тебя. Я с тобой. Я знаю, какая ты сонная утром, а какая страстная ночью. Знаю, во что ты веришь, и о чем мечтаешь. Знаю детали твоей жизни. Я знаю о тебе больше, чем ты думаешь. И я хочу узнавать тебя дальше, — набираю больше воздуха и шепчу в самые губы. — Я с тобой действительно на всю жизнь. До конца, это значит до абсолютного конца, а не до конца месяца или года. Я тебя никогда не оставлю ни при каких обстоятельствах. Я не буду выбирать, и искать тебе замену, ведь как я могу найти лучше, если считаю тебя идеальной? Я тебя не отдам. Я тебя не предам.

Эпилог

Анастасия

Они обречены любить друг друга до скончания времён.

© Анастасия Франц "Опиум в моём сердце"

После нашей так сказать ссоры, мы больше никого не впускали в свою жизни. Мы наслаждались друг другом и нам было хорошо вдвоём. Проводили вечера вместе, ночью умирали в руках друг друга, разлетаясь на орбиты.

И вот сейчас я сплю, наслаждаясь спокойствием и умиротворением в душе, как чувствую, что меня нежно гладят по голове, заправляют скорей всего выбившуюся прядь за ухо, целуют в щёчку, проводят пальчиком по нижней губе.

— Хулиган, — шепчу улыбаясь.

— Просыпайся, а то всё проспишь.

— Не просплю.

— Ну если ты не хочешь узнать, что за сюрприз я тебе приготовил, тогда отдыхай, — я тут же просыпаюсь, открываю глаза и вижу, что Тобиас уходит.

— Подожди, стой, ты куда? — он поворачивает и я вижу, смеётся. Провёл меня, ну ничего я тебе устрою ещё.

— Ты меня провёл.

— Немножко, — всё так же ухмыляется. — Вставай, соня моя, — поцеловал в лобик и спустился вниз.

Весна, всё расцветает, пахнет, и как же я люблю это время года, особенно с ним, кто подарил мне жизнь наполненную сказкой, счастьем, любовью. Я улыбаюсь и обнимаю спящую возле ног Зефирку, она сначала от шока мяучит, а следом ласково ластиться ко мне. Ласковая моя девочка.

Радостно спрыгиваю с кровати и мчусь вслед за любимым, запрыгиваю ему сзади на спину, а он придерживает мои ноги, весело смеётся. Обнимаю его за шею, целую в щёку.

После завтрака, стали собираться. Интересно, что за сюрприз он для меня приготовил. Всегда что- то для меня делает, какие- то сюрпризы, поездки в другие города, делая меня счастливой. Хоть я и ворчу, говоря, что это дорого и мне нужно, чтобы просто был рядом, на что, он целует меня нежно, говоря, что для меня ему ничего не жалко, и что всегда будет рядом, а я таю от него, от его сладких губ, которые забирают меня в свой мир.

Одела джинсовую юбку с белым лёгким свитером, поверх одела жилетку и короткие ботильоны на небольшом каблуке. Спускаюсь вниз, меня встречает Тобиас, улыбаясь.

— Ты, как всегда великолепно выглядишь, — нежно обнимает, обхватывая за талию, прижимая к своей груди.

— Всё только для тебя, — кладу руки на его грудь и слышу под своими ладошками его биения сердца.

Мы приехали на поле. Так красиво, что захватывает дух. У меня горят глаза от такой красоты, в первые вижу на столько близко.

— Куда мы приехали? — спрашиваю Тобиаса.

— Узнаешь, — загадочно улыбается, а у меня внутри всё замирает.

Он берёт меня за руку и ведёт за собой, а я безоговорочно следую за ним. Я пойду за ним куда угодно, даже на край света, в ад, в пропасть, куда угодно, лишь бы быть рядом, лишь бы вот так он держал мою руку в своей, не важно куда, главное с ним, рядом.

Мы почти дошли и я вижу то, что вижу, у меня просто нет слов. Я замираю, остановившись. Он оборачивает и смотрит улыбаясь.

— Тобиас…

— Пошли, маленькая.

Передо мной стоит воздушный шар, он огромный, а у меня захватывает дух. Мы полетим на нём?

Я отмираю только тогда когда оказываюсь на высоте миллионов метров над землёй. Моё сердце замирает, и вот теперь я действительно замираю от такой красоты, что вижу перед своими глазами.

Тобиас подходит ко мне и обнимает со спины, крепче прижимая к себе.

— Тебе нравится?

— Очень, спасибо- мои глаза светятся. Я чувствую дыхание парня возле своего уха, и меня пробирает дикая дрожь по всему телу. Как же я его люблю.

— Выходи за меня? — шепчет, а я замираю установившись вдаль, туда где солнце уходит в закат, показывая нам всю его красоту.

Поворачиваюсь к нему всем телом, смотрю в глаза не веря своим ушам.

— Ты серьёзно сейчас?

— Более чем. Ты весь смысл моей жизни, и я хочу провести весь её остаток с тобой.

— Да, — шепчу. У меня нет слов, но они и не нужны, он и так знает, как я его люблю.

— Я счастлив, — улыбается, впиваясь в мои губы.

Мы стояли целовались на высоте миллионов метров над землёй, сливаясь друг в друге точно так же, как и в этом прекрасном закате.

Тобиас

И вот настал этот самый счастливый день в моей жизни. Сейчас передо мной стоит смысл моей жизни, каждый мой вздох и выдох, моё дыхание, мой кислород, мой опиум, что поселился в моём сердце навечно.

Мы стоим на берегу моря, вдвоём, друг на против друга.

Моя маленькая, моя малышка одета в лёгкое, длинное, белое платье, с открытыми плечами, распущенными волосами. Она так прекрасна. Мои глаза горят лишь ей одной, и я безумно рад, что тогда год назад осмелился ей написать, что поехал к ней, забрал, привёз в свою страну. Счастлив, что пару месяцев назад сделал ей предложение, на которое она ответила тихое "да".

И каждый день я с ней счастлив. Настя делает мою жизнь красочней, ярче, счастливей.

Я не слышу, что говорит, священник, смотрю лишь на неё, как она улыбается мне одному. Я не вижу никого, кроме неё, как и она. Она моя, принадлежит мне до конца жизни, и даже после наши души будут соединены, где бы мы не были, мы найдём друг друга снова и снова. В каждой из миллионов жизней она будет принадлежать мне, а я ей.

— Да, — отвечает моя малышка, улыбаясь, а у меня внутри всё трепещет. Моё счастье, маленькое, ранимое, но такое любимое.

— Жених, согласны, ли вы взять… — я перебиваю его.

— Да, согласен, — маленькая плачет, я вижу её слёзы, но понимаю, что это от счастья. Больше не медля ни секунды, притягиваю к себе, запечатывая на любимых губах поцелуй. Даря любовь, себя, свою жизнь, этой хрупкой девочки, что покорила моё сердце навеки.

— Я люблю тебя, Тобиас, — касается нежно моей щеки, моя девочка, а из глаз продолжают течь слёзы, смахиваю их с бархатистой кожи.

— Мой опиум… Ты навечно в моём сердце… — кладу её ладошку к себе на грудь, там где сердце, чтобы она почувствовала, что только от неё одной, моё сердце бешено бьётся. Вновь целуя, но не углубляя поцелуй, а нежно касаюсь своими её губ. Мы обречены любить друг друга до скончания времён.

Конец