Изменить стиль страницы

Глава 9

Эмилия.

После пары мои так называемые подруги ринулись ко мне, расспрашивая об идее нового фасона. Как я до такого додумалась? У кого шила? Многие расхваливали мою смелость, хотя большинство все же осталось при своем мнении. Голова гудела от их вздохов и щебета. Мне было неприятно. Я уже сделала для себя выводы. От меня отвернуться, стоит мне чуть оступиться, еще и помогут окончательно потерять равновесие.

Я отделалась от девушек и вернулась в лабораторию. Дезмонд сидел за столом, просматривая какие-то письма. В первые мгновения, когда я вошла в лабораторию, решила, что он меня не заметил. Но стоило переступить порог, ка дверь за моей спиной захлопнулась, а замок щелкнул, подчиняясь магии Дезмонда. От неожиданности я подпрыгнула на месте. Так залюбовалась им, что не заметила применения магии.

Дезмонд сложил письма и запер их в верхнем ящике стола, только потом взглянул на меня. Улыбнулся, вновь рассматривая мою одежду. Я была не права, он довольно привлекательный мужчина.

— Я так понял, твой внешний вид связан с условиями спора, который ты проиграла?

— Да.

— Тебе все равно идет. Необычно, — похвалил он, продолжая ухмыляться.

Я медленно пошла к Дезмонду, хотя больше всего хотелось сорваться на бег, чтобы скорее обнять его, прижаться к твердому телу привороженного мной мужчины. Нити заклинания тянули нас друг к другу, но пока обоим удавалось сохранять контроль. Относительный контроль. Дезмонд все же не выдержал, подскочил с места, обогнул стол и обнял.

— Глупо, очень глупо приходить ко мне средь бела дня, — шептал он, покрывая короткими поцелуями-укусами кожу моей шеи.

— Знаю. Но я пришла не для этого, — но все равно с радостью подставляла шею, а потом и губы новым поцелуям.

— Нет? — притворно удивился Дезмонд. — Придумала повод?

— Я не придумала, — все же отстранилась, обиженная предположением Дезмонда. С окна вдруг вспорхнул ворон, заставив меня оторваться от лицезрения Дезмонда. Ворон приземлился на стол, и Дезмонд мягко погладил гладкие перья на крыле птицы.

— Это из-за него перевернуло страницы моей книги! — я обвиняюще указала пальцем на птицу. Ворон каркнул, и взглянул словно с насмешкой.

— Это Петр. Он предупредил меня о вторжении в лабораторию в тот день, — Дезмонд чуть щелкнул ворона по клюву. — Удружил, приятель, — с укоризной проговорил он.

Ворон обиженно каркнул и вновь полетел к окну.

— Так для чего ты приходила? — Дезмонд вновь сосредоточил внимание на мне. Снова нестерпимо захотелось оказаться в его объятиях.

— Ах, да. Не знаю, важно ли это, просто я недавно думала о реактивах, которые пропадают.

— Что-то видела? — Дезмонд вмиг подобрался, и взглядом и жестом давая мне понять, что ожидает продолжения.

— Не совсем. Я часто работаю в лаборатории. Так вот, я заметила, что последние три месяца уходит больше порошка тремулы, светящегося гриба и листьев златоцвета. А обычно их всегда в избытке, они редко используются.

— Тремула и злотоцвет, — Дезмонд глубоко задумался. Сейчас он походил на ищейку, вдруг взявшую след. — Больше ничего необычного не замечала?

— Вроде нет.

— Если еще что-то вспомнишь, сразу рассказывай мне. И больше никому, поняла?

Предупреждение и холод в его голосе заставили насторожиться. Неужели это и вправду так важно?

*****

Дезмонд.

— Так, когда вы говорите, видели Тейну в последний раз? — я взглянул на в миг побледневшую хозяйку таверны. Нет, она вряд ли что-то знала, скорее ее пугал сам факт допроса и мое положение. Но в страхе люди выдают то, что предпочли бы скрыть, и я этим умело пользовался.

— Говорю ж, пять али шесть недель назад, Сиятельный, — женщина чуть склонила голову. Бессознательный жест признания моего положения. — Она отработала смену. Говорю ж, выходные она подрабатывала, в другие дни учеба у нее время занимала. Да тяжело сиротушке одной, повезло что дар проклюнулся, училась, науку изучала. Иногда у нас с книжками сидела. Прилежная малышка.

— Я не прошу ее описывать, — с трудом подавил желание закатить глаза. — С кем она общалась? Дружила ли с кем? Может, любимый был?

— Был один, чернявенький такой. О, как вы! — женщина хохотнула, но быстро опомнилась. — Общались они. Тейнушка при нем ой как улыбалась, расцветала.

— Подробнее опишите внешность.

— Ох, какой же вы воспитанный. Со мной и на «вы», — разулыбалась она, забывшись.

— Внешность, — напомнил я.

— Так высокий, фигуристый. Вроде молодой, но вас магов разве разберешь? Вот вам сколько? Вдруг за пятьсотку! Так вот, молоденький, красивый парень. Тоже из магической вашей академки. В синем он ходил, вот, — она вскинула палец вверх. Пока что это первое информативное заявление с ее стороны. Синий носили адепты с факультета боевой магии.

Я распрощался с хозяйкой и покинул таверну. Довольно прибранная, чистая, она привлекала хорошую публику, находилась недалеко от центра. Тейна, пропавшая месяц назад адептка академии, работала в этой таверне на протяжении полугода, показывала хорошие результаты учебы. Но вдруг исчезла с вещами, оставив заявление об отчислении. Родителей нет, сообщить о пропаже, если оно имеет место, некому. Четыре девушки пропало за последние полгода. Просто в один день ушли, оставив после себя заявление об уходе, либо записку. Такое бывает, но не так часто. И если бы не странная смерть Мариуса фон Лейтена никто бы и не обратил внимания на внезапное исчезновение адепток. Мариус был моим другом, и я считаю своим долгом разобраться в обстоятельствах его смерти. Не мог он так нелепо умереть. Мариус умудрялся создать щиты, даже когда падал в стельку пьяный. А тут лестница. Я уже неделю в городе, но ничего выяснить так и не удалось. Потому, натолкнувшись на тупик в расследовании смерти Мариуса, я решил рассмотреть все возможные версии. Даже самые невероятные. Но кто знал, что в академии наткнусь на приворот маленькой невинной нимфы?

«Проклятие любви», как я его окрестил, не дает житья. Я постоянно думаю об Эмилии, меня неимоверно тянет к ней. Без нее сердце просто разрывает тоской, не говоря о постоянном желании овладеть ей. Радуюсь лишь тому, что в ее присутствии здравомыслие отказывает не до конца и я до сих пор не лишил ее невинности. Хотя, честное слово, с трудом сдерживаюсь. Она так на меня смотрит, будто и ждет момента, когда я сорвусь. Но нужно думать о последствиях, о возможносм скандале, стоит помнить, что все мои желания навеяны приворотом.

Мы провели ночь вместе. Из необходимости, ведь заклинание не дает нам долго находится в разлуке. Совместные ночи помогают притушить силу влечения, что позволяет нам нормально жить и заниматься своими делами днем. А ночь с ней, упоительная и тяжелая одновременно. Эмилия невинна, непорочна. У меня язык не поворачивается попросить ее подключить свой очаровательный ротик к удовлетворению уже моих желаний. Как он и не поворачивается сообщить о том, что она является обладательницей еще одной прелестной дырочки, которая может решить наши проблемы. Раньше я никогда не задумывался о чувствах женщин, но раньше в моей постели и не оказывались невинные девы. По крайней мере, столь невинные и неискушенные.

К себе я вернулся ни с чем. До вечера просидел над бумагами, пока не ощутил открытие портала. Я передал Эмилии артефакт телепорта в свой дом. Работа и до этого требовала массы усилий, ведь мысли каждый раз ускользали, воспроизводя образ среброволосой нимфы. А с ее появлением, я окончательно отбросил бумаги и покинул кабинет. Эмилия уже шла мне на встречу. Как всегда, прекрасная, с идеально прямой осанкой и уложенными в сложную прическу волосами. Мне больше нравилось, когда она ходила с распущенными волосами, но такие вольности она себе редко позволяла. Сейчас она переодела брюки и пришла ко мне в легком платье. Не скажу, что я одобрял ее смелый наряд, но она пришла на пару такой несчастной, что я не мог не заступиться за нее хотя бы словом.

Как только она оказалась в моих объятиях, чувство тоски в груди отпустило, даже дышать стало легче. Я вдохнул нежный аромат волос Эмилии, уже активно занимаясь распутыванием прически. Эмилия потянулась ко мне за поцелуем, я буквально впился в ее губы, сразу проникая языком в ее рот. Такая вкусная, такая желанная и такая недоступная.