Виктор Пеннингтон стал ее Прекрасным Принцем, ее темноволосым с темными глазами полурусским князем, а она была Золушкой на балу, вот только ее платье не превращалось в лохмотья, как и лимузин – в тыкву. Все было настоящим. Виктор любил ее. Он говорил, что она была его счастливым талисманом, а она никогда не была чьим-то талисманом, удачей или чем-то еще.
Он, вероятно, не считал бы ее талисманом, знай, кем она является на самом деле. Ей не стоило ему лгать, но всякий раз, когда у нее появлялся шанс стать кем-то другим, она обычно хваталась за него. Во время путешествия по стране они с Терезой притворялись разными людьми. Это было весело, забавно. В Нэшвилле она была забытой кантри-певицей, а Тереза в Денвере стала восходящей супермоделью, во время остановки в Далласе обе превратились в бортпроводниц. Только эти игры не длились долго, день или два. Поэтому, когда она познакомилась с Виктором и его друзьями из Гарварда, она никак не ожидала, что они снова встретятся через несколько недель.
Теперь слишком поздно менять свою историю. Волна страха прошла через нее. Она сказала самой себе, что все будет хорошо. Виктор не должен узнать правду. Она будет кем угодно, кого он только захочет увидеть. Она провела всю свою жизнь, узнавая, каково это подстраиваться. Тереза всегда говорила: «Притворяйся, пока можешь».
Сцена праздника растаяла перед глазами, сменившись тенями подсобки, грохотом открывающихся тяжелых витиеватых конструкций, звуками мягких, но резких шепотов в ночи, ночных звонков, ожиданий в одиночестве и вопросов, а потом она увидела лица мужчин, которые выслеживали ее, шантажировали и заставили увидеть ее, что происходит на самом деле, – тех, кто отнял у нее сказочную жизнь и превратил ее в бесконечный кошмар, из которого она не могла сбежать.
– Сара.
Звук голоса Джейка согрел ее сердце. Она любила Джейка. Он был настоящим принцем, но она не могла поделиться с ним своими темными секретами. Она не могла ввергнуть его в безумие собственной жизни. Виктор убьет любого, кто попытается защитить ее или помочь ей. Он уже несколько раз делал это – охранники на конспиративной квартире, Энди… даже миссис Мёрфи чуть не потеряла свою жизнь из-за Сары.
– Сара, вернись ко мне. Нам нужно найти Кейтлин. Я не смогу это сделать без тебя.
Умоляющие и отчаянные слова Джейка боролись с ее желанием остаться в безопасном, тихом месте и просто допустить самое худшее, потому что она так устала. Но ее дочь нуждалась в ней. Джейк нуждался в ней. Она подвергла их опасности, и ей придется вытащить их. Она должна бороться, не может сейчас уйти.
Медленно открыла глаза, моргая при виде тревожного выражения Джейка. Его лицо побелело, а морщины на лбу и вокруг рта стали более глубокими и напряженными.
– Слава Богу! – выдохнул он. Его рука погладила ее по щеке. – Ты в порядке?
Ее мозг теперь казался переполненным, из-за чего слегка тормозил, ведь довольно долгое время он был совершенно пустым. Теперь же в нем возникли воспоминания ее детства, о Викторе, о Джейке – так много противоречивых мыслей мгновенно поразили ее, что она не знала, что сказать и что делать. Она оглядела комнату, пытаясь сосредоточиться на настоящем, на простых фактах. Они были в номере мотеля в Санта-Монике. Они были в бегах. Они искали Кейтлин.
Вдруг все встало на свои места.
– Джейк, – прошептала она, его имя пронеслось по ее телу серией острых, покалывающих вспышек памяти. Все вернулось. Наконец-то.
Она снова закрыла глаза, чувствуя глубокое облегчение, которое ей пришлось испытать – пусть даже и на мгновение. Она знала, кем она была. Ее прошлое слилось с ее настоящим. Ее голова и сердце создали последнюю связь.
– Сара, я знаю, ты что-то вспомнила. Можешь теперь поговорить со мной? Не хочу наседать на тебя, но у нас не так много времени.
Она открыла глаза и посмотрела на него, действительно посмотрела на него, отметив все удивительные черты его лица, его прекрасные зеленые глаза, его крепкую челюсть, его страстные губы. Были времена, когда она думала, что больше никогда его не увидит. Воспоминания нахлынули, словно кадры из видеонарезки: первая встреча в кафе, первый поцелуй при лунном свете под мостом Золотые Ворота, первый раз, когда они занимались любовью в его квартире, день рождения Кейтлин, Джейк перерезает пуповину и кладет ребенка ей на грудь, проведенные все вместе ночи в одной постели, как настоящая семья – она, он и их дочь.
Ее сердце сожалело о том, что у них было и что они потеряли. То, что она вспомнила все случившееся, не значило, что она может это изменить. Она допускала ошибки, принимала неверные решения и теперь ей придется их объяснять. Некоторые из них были неоправданными.
Слеза стекала по ее щеке, и Джейк вытер ее.
– Не сейчас, Сара, – попросил он хриплым и грубым голосом.
Он прав. Сейчас самое время отвечать за содеянное – нужно поговорить с Джейком с полным осознанием того, кем она была для него, и кто все остальные люди в ее жизни.
– Я все помню, – медленно произнесла она. – Каждый кусочек своей жизни: где я родилась, кем были мои родители, в каком городе жила, Чикаго, Виктора, Шейна Холлиса… все!
В его глазах вспыхнула радость.
– Я с радостью все это выслушаю, но давай начнем с самой важной информации. Где Кейтлин? Ты помнишь?
Имя дочери пробило еще одну дыру в ее сердце, и она, прикусив губу, кивнула.
– Да, я знаю, где она.
– Слава Богу! Ну и где?
– Она с Терезой… в Санта-Барбаре.
– Санта-Барбаре? – Джейк в замешательстве покачал головой. – Бред какой-то. Если Тереза живет в Санта-Барбаре, она, скорей всего, видела новости и твое фото в местной газете. Так, почему она не отозвалась? Почему не приехала в больницу?
– Я попросила ее, чтобы она никому не сообщала, что Кейтлин с ней, в независимости от того, что случится со мной. Я заставила ее пообещать, что она позаботится о Кейтлин и ее безопасности. Она выросла вместе со мной, Джейк, и, как и я, никому не доверяет. Она не задавала вопросов, на которые я не хотела отвечать. Она просто уверила мне, что защитит Кейтлин даже ценой собственной жизни, пока я не вернусь за дочерью.
Джейк уставился на нее:
– Если ты останавливалась у нее прямо перед аварией, и кто-то преследовал тебя, они, наверное, уже знают, где Кейтлин.
– Кейтлин была не со мной, – быстро ответила она, заметив, как его разум делает ужасающее открытие. – Я отправила ее с Амандой. Мы с ней намного ближе, чем Аманда сообщила нам вчера. Она тоже выросла одиночкой… ребенок улицы. У нас с ней много общего, и она точно знает, как выживать. Когда соседка, после нападения того парня в лифте, услышала, что у меня проблемы, она предложила помощь.
– Аманда, – повторил Джейк, смутившись. – Я думаю, ты и с нее взяла слово хранить молчание, поэтому она скрыла твой секрет и ничего нам не сказала при встрече.
– Да, это моя вина. Джейк. Я никогда не рассказывала им, от кого сбежала. Я думала, лишняя информация подвергнет их жизни опасности. Полагаю, когда Аманда увидела тебя рядом со мной, она просто не смогла поверить, что ты – хороший человек. А учитывая мою потерянную память, она…
Взмахом руки он прервал ее объяснения:
– Уже плевать. Мы знаем, где Кейтлин. Поехали! – мужчина вскочил на ноги. – Не собираюсь терять ни минуты. Все остальное расскажешь мне по дороге, ехать почти два часа.
Она схватила сумку и собрала одежду, а Джейк, закрыв ноутбук, взял свои вещи. Через десять минут они уже были в машине и направлялись к Кейтлин. Теперь, когда Сара осознала, кто она такая, ей стало лучше, но без дочери на руках она не полноценна.
Выезжая на улицу, Джейк вытащил телефон и набрал номер.
– Дилан, – позвал он мгновение спустя. – К Саре вернулась память. Кейтлин сейчас в Санта-Барбаре с девушкой по имени Тереза. Какой у нее адрес? – поинтересовался мужчина, обращаясь к Саре.
– 1101, Мирада-Драйв, – ответила та.
Джейк повторил брату адрес, и, закончив разговор, обернулся к Саре.
– Мы встретимся с Диланом и Кэтрин в Санта-Барбаре. Попросил его дать нам преимущество и не лезть на рожон. Не хотелось бы, чтобы он напугал Терезу, если она заметит незнакомца у двери.