Соловей Дмитрий Войти в историю

Часть 1

Долгожданная поездка в Египет стараниями жены обещала стать еще той проблемой. Мария изначально была против покупки путевок. Но все затевалось ради сына. Посещение Египта я обещал Женьке с семи лет. Только он был слишком маленький для такой поездки. А затем в Египте случилась та террористическая акция, из-за которой Россия отменила авиационные рейсы в страну. И, соответственно, турагентства прекратили продажу путевок. В общей сложности, два с половиной года россияне-туристы не посещали Египет.

Наконец, самолеты снова стали летать, а туроператоры продавать путевки, причем по очень демократичным ценам. Именно стоимость путевок меня и привлекла, поскольку 'свободных денежных средств' было немного. В прошлом году по настоятельной просьбе жены (угу, с истерикой и битьем посуды) мы меняли старую машину на новую. Накоплений совсем не осталось. А тут такая возможность осуществить Женькину мечту и недорого. Авиаперелеты в Египет были разрешены, но туристы не особо рвались в этот нестабильный регион.

Я же подсуетился и приобрел недорогой тур. На майские праздники оказалось удобнее всего. Женьке даже не пришлось отпрашиваться у классного руководителя. К тому же в Египте в это время года будет еще не очень жарко.

И почти сразу я столкнулся с претензиями Марии и её нежеланием куда-либо лететь. Нет, конечно, она с удовольствием отправилась бы в Париж или Лондон. Только у Женьки была мечта всей его маленькой жизни - посетить Гизу и Город Мёртвых.

Увлечение этой тематикой началось у сына с первого класса. Сейчас уже и не припомню, по какому поводу учительница решила познакомить детей с Египетской цивилизацией. Цель урока была в том, чтобы дать общее представление о культуре древних. Детям сначала показали картинки и фрагмент из научно-популярного фильма, а потом предложили слепить из пластилина какого-нибудь египетского бога.

Результаты удивили всех родителей, включая меня. Дети запомнили не только имена пары десятков египетских богов с их непростой биографией, но вполне уверенно узнавали изображения. Какое-то время одноклассники Женьки и он сам увлеченно лепили из пластилина богов, фараонов, пирамиды и саркофаги. Через пару недель интерес стал затухать сам собой. Только Женька продолжал возиться с этой псевдо-атрибутикой фараонов. Он даже притащил откуда-то огромную картонную коробку и сообщил, что это усыпальница царей. Мария несколько раз порывалась выбросить 'усыпальницу', но я отстоял, поскольку не видел в этом ничего плохого. Занимается ребёнок своим делом, не бузит, даже компьютерные игрушки отошли на второй план. Чего еще желать?

Конечно, немного напрягало, когда Женька настаивал, чтобы все члены семьи принимали участие в торжественной церемонии похорон очередного почившего фараона, но это случалось не чаще раза в неделю. Когда же приезжала в гости теща, то вообще было чудесно. Мама Марии к увлечению внука относилась лояльно. Терпеливо сидела, подремывая перед телевизором, в то время как Женька наряжал ее в парик и прочие фараонские регалии.

Женькина долина царей с усыпальницами и саркофагами постоянно пополнялась. Мария продолжала возмущаться, но мы с бабушкой поддерживали сына.

- Женечка развивает мелкую моторику, работая с пластилином, - заверяла тёща.

- Увлечение историей пойдет ему на пользу, - поддакивал я.

Примерно тогда же сын начал просить меня о поездке в Египет.

- Подрастешь - поедем, - пообещал я ребенку.

К десяти годам Женька перестал 'хоронить' фараонов каждую неделю, но своему увлечению не изменил. Теперь у него на полке лежали фильмы о мумиях и прочей археологии. Компьютерные игрушки тоже были соответствующей тематики. И просьбы о Египте становились все настойчивее. Снова я отказывал Женьке, и уже не по причине возраста. По телевизору показывали террористические акции вблизи Каира, политическая обстановка в Египте казалась слишком мутной. А потом вообще отменили прямые рейсы из России.

И вот Женьке уже тринадцать лет. Дальше откладывать его мечту не имело смысла. Еще год-полтора, и он перестанет быть 'ребенком'. И тогда как про велосипед, которого у тебя не было в детстве. Будучи взрослым, ты можешь стать владельцем салона или завода велосипедов. Но все равно будешь помнить, что у тебя в детстве не было того велосипеда из мечты.

Мария, конечно же, была в курсе всех наших планов. Сроки и дату я с ней согласовывал. Вот только в последнее время наши с женой отношения стали ухудшаться. Супруга закатывала скандалы по поводу и без. Причин она находила много. Мне казалось, что мы уже на грани развода. Но сын удерживал меня от желания окончательно разобраться с этим вопросом.

- Егор, я никуда не полечу, - категорично заявила Мария буквально на следующий день после того, как я оплатил путевки.

- Значит, мы едем с Женькой вдвоем! - психанул я и с силой захлопнул за собой входную дверь, выскочив на лестничную площадку.

- Се ля ви? - кивком головы поприветствовал меня сосед из квартиры напротив и затянулся сигаретой.

Сам я не курил, но тут вдруг захотелось.

- Вить, дай сигаретку, - попросил я.

- Ого, - хмыкнул он, вынимая из кармана пачку. - Чего на этот раз с Марией не поделили?

- Да... там, - затянулся я, закашлялся и не смог больше продолжить.

- Выбрось каку и не кури, - отобрал у меня сигарету Виктор и тут же отвлекся на свой зазвонивший телефон.

Пока я пытался унять кашель и вытереть слезы, приятель с кем-то там ругался.

- Я не обязан за всеми следить! У меня своя бригада, за которую я отвечаю. И если у вас украли оборудование, то обращайтесь в полицию, а не отвлекайте меня в законный выходной! - рявкнул Виктор напоследок и отключил телефон.

- Тоже c'est la vie[1]? - подколол я его.

- Еще какая, - стукнул Виктор кулаком по косяку окна, возле которого мы стояли.

- А поехали с нами по путевке в Египет, - брякнул я быстрее, чем подумал.

Эта идея пришла в голову внезапно. То, что агентство не вернет деньги, я и так знал. Это было оговорено в договоре. А поменять одного человека на другого вполне можно. - У тебя загранпаспорт имеется? - все же уточнил я.

- Паспорт есть, - с недоумением посмотрел на меня сосед. Я же кратко рассказал всю предысторию поездки и о том, что путевка все равно пропадет.

- Да я заплачу, не вопрос, - потер щетину на подбородке Виктор. - Действительно, пусть на работе без меня весь геморрой разгребают. Сейчас позвоню и скажу, что беру на все майские праздники отпуск.

- Так это же выходные дни, - не понял я.

- Это у вас, офисного планктона, выходные, а у меня только первого и девятого.

Получить две недели отпуска, который Виктор не использовал в прошлом году, оказалось непросто. Сосед перешел с русского языка на матерный, и все равно толку не было.

- Тогда я увольняюсь, в понедельник занесу заявление в кадры! - проорал Виктор своему собеседнику. И, услышав ответ, дополнил: - Вот те две недели отпуска в счет отработки и запишите!

- Витя, может, не стоило так? - невольно оторопел я от всего этого.

- Совсем, козлы, на шею сели! - закурил новую сигарету приятель. - Давно хотел уволиться. Как раз и повод появился.

- И как же ты... - продолжал я блеять, ошеломленный всем, что случилось в последние минуты.

- Свою фирму открою, - отмахнулся Виктор. - Говорю же, у меня денег хватает. Инструмент и оборудование все своё. Ха! - вспомнил он что-то. - Вот пусть директор теперь и разгребает. А то привыкли моим автокраном пользоваться. Бухгалтер, сука такая, мне всего тысячу в месяц выплачивала за амортизацию. Зато теперь побегают.

- Ты еще и со своим краном работал? - прифигел я.

- Ну, так договаривались изначально, что у каждой бригады будет на балансе что-то своё. Только моя бригада покупать автокран не согласилась. Я же, дурак, все равно взял. А потом оказалось, что никто на этот директорский развод не повелся.

- Вить, я не слишком много создал тебе проблем? - не мог я никак успокоиться.

- Всё нормалёк! - хлопнул меня по плечу сосед. - Как там переоформить твою путевку? Виза вроде бы в Египет не нужна.

- Не нужна, - подтвердил я. - Ее на месте, в аэропорту, дадут.

- Вообще красота, - успокоил меня приятель и продолжил выспрашивать детали поездки.

Побегать с переоформлением путевки, конечно, пришлось, но времени еще хватало. Я только сказал Женьке, что мама не поедет с нами. Сын как-то не сильно расстроился. Он отсчитывал последние часы до осуществления своей мечты, а все остальное было вторично. Зато Мария меня в очередной раз удивила, сообщив за два дня до вылета, что тоже едет.

- Ты же отказалась, - не понял я.

- Все равно ты сдать путевку не можешь, - ответила жена.

- Зато могу пригласить другого человека, - возразил я.

- Кто она?! - тут же взвилась супруга, и разразился очередной скандал.

Я слушал жену и продолжал недоумевать. Вот к чему было предыдущее 'показательное выступление'? Она же сама отказалась. Как выяснилось, Мария просто хотела, чтобы я прочувствовался, начал ее уговаривать и попутно купил браслет. Браслета и моих уговоров супруга не дождалась. А тут еще оказалось, что и место ее занято.

- Вернешься, я подам на развод! - завершила свое сольное выступление супруга.

- Только Женька останется со мной, - впервые за время ссоры вставил я слово.

- Сына я тебе не отдам.

- Мне уже тринадцать, и я вполне могу сам решить, с кем жить, - высунулся из своей комнаты Женька, от которого очередной скандал не стал секретом.

- И с кем? - поинтересовались мы женой хором.

- С тем, кто везет меня в Египет, - как само собой разумеющееся сообщил Женька.

- Это ты его настроил против меня! - пошла на второй раунд ссоры Мария. А я, подхватив ноутбук, поспешил к Виктору. Мы с ним еще не все обсудили, и как раз есть повод навестить соседа.

До самого отлета супруга со мной демонстративно не разговаривала, что не могло не радовать. Своими криками Мария утомила даже соседей.

- Хоть отдохнешь, - сочувствовал и проявлял мужскую солидарность Виктор. Сам-то он вел холостяцкий образ жизни.

- Женился перед армией по глупости, - рассказал он как-то свою эпопею. - Когда вернулся, оказалось, что супруга нашла себе кого-то побогаче. Жаль только, что таким пацаном, как твой, не обзавелся.

Женька с Виктором нашли общий язык сразу. Они и до этого неплохо общались. Только сколько того общения было? Работа у соседа была такая, что, приползая домой, он уже никого ни видеть, ни слышать не мог. А тут неожиданно оказалось, что он очень увлекающийся человек. И пусть раньше он не интересовался египтологией, но с удовольствием вникал в тему.

- И что, только по одному перстню определили, что это его невеста? - неподдельно охал Виктор, слушая очередную историю про фараонов, рассказываемую Женькой.

- Конечно, - заверял его 'специалист'. - А жрец хотел взять ее себе, убив мужа.

Загружать Виктора информацией Женька начал еще в аэропорту, продолжал в течение всего перелета и потом по пути в гостиницу.

- Кажется, ты лишишь работы нашего экскурсовода, - хмыкал Виктор. - А читать эти иероглифы ты умеешь?

Впервые Женька замялся, но ответил вполне честно, что распознает пару десятков иероглифов и знает, как они произносятся.

- Виктор, он же еще ребенок, - разъяснил я приятелю ситуацию. - Если поступит в университет на эту специальность, то будет уже серьезно свою египтологию изучать. Пока же его интересует всякая околонаучная мистика.

- А гласных звуков у них не было, - продолжил сын, дав немного неточную информацию. Мне волей-неволей за несколько лет пришлось вникнуть в тему, потому и поправил Женьку.

- Гласные звуки были, только не использовались при письме. Но имеются иероглифы, обозначающие полугласные и слабые согласные.

- Как же без гласных можно что-то понять? - искренне недоумевал Виктор.

- Нормально можно понять, - заверил я. - К примеру, слово 'имя' (мужского рода) обозначается в виде фигуры, напоминающей эллипс, только с острыми окончаниями. Это звук 'р'. Под этим эллипсом...

- Вообще-то это не эллипс, а рот, - перебил меня Женька.

- Под звуком 'р' изображали горизонтальный зигзаг, - продолжал я обучать Виктора. - Буква 'н'. А теперь попробуй сам произнести 'рн'. Хочешь-не хочешь, а из этого скудного набора озвучишь 'рен', то есть 'имя'. Конечно, никто точно не знает, как это произносилось в глубокой древности.

- А еще иероглифы читались слева направо, - снова встрял в разговор Женька.

- Опять вводишь человека в заблуждение, - покачал я головой. - Справа налево тоже писали. А самые древние тексты вообще были в виде вертикальных столбцов. Кстати, определить, с какой стороны читать иероглифы, очень легко - обычно в ту сторону повернуты так называемые 'лица' фигурок.

- Я где-то сталкивался с информацией, что была у египтян и какая-то скоропись, - припомнил Виктор.

- Демотика, - подтвердил я. - Но там разобраться в знаках вообще полный трындец.

- Я это все обязательно выучу в университете, - пообещал нам Женька.

- Похвально иметь такую устремленность в столь юном возрасте, - заметил Виктор. - У меня подобных увлечений в детстве не было.

- Ничего, сейчас наверстаешь, - хмыкнул я. - Мне тоже раньше не приходилось разбираться в том, чем и как отличается письменность первых династий фараонов от периода Среднего царства и так далее. Не жалеешь, что отправился с нами? - все же поинтересовался я.

Приятель заверил, что такое разнообразие на фоне унылых будней ему по душе. А у Женьки сбывалась мечта.

Каир ошеломил сына с первой минуты. Меня же немного смутила ситуация в аэропорту. Конечно, все это сделано для безопасности пассажиров, но как-то обилие военных с автоматами напрягало. Да и по пути из аэропорта взгляд то и дело натыкался на военные укрепления, огороженные колючей проволокой. Я мысленно успокаивал себя тем, что мы не собираемся посещать опасные регионы и курорты. По-хорошему, нам хватило бы Гизы и Каира. В общем, будем ориентироваться на месте. К тому же я оплатил всего несколько экскурсий, рассчитывая, что остальные докупим на месте.

Только сын, казалось, не замечал обилия вооруженных людей и полиции. Его интересовали местные жители как таковые. Половина египтян была в традиционных мусульманских одеждах, так хорошо вписывающихся в общий колорит города.

- Папа, папа, сфоткай меня возле пальмы! И на фоне того толстого мужика в платье! - начал донимать меня сын еще в аэропорту. Правда, после моего рыка перешел на селфи, что его ничуть не огорчило.

- Какая же у них тут летом температура? - вытирал пот со лба Виктор, пока мы ждали всю группу русских туристов перед центральным входом в гостиницу. - Начало мая, а уже тридцать шесть.

- Летом не столько жарко, как сухо, - поведал я раздобытую в интернете информацию. - В некоторых районах дождя не будет до середины осени.

Лишь в гостинице я окончательно успокоился. Тревожное состояние от впечатлений в аэропорту стало отступать. Я уже не корил себя за то, что потащил ребенка в такой неспокойный регион. К тому же отель, пусть и трехзвездочный, был выше всяких похвал. А туристическая группа оказалась небольшой - всего десять человек. Гид выглядел вполне адекватным парнем. Давал дельные советы и заверял, что в Каире нам нечего опасаться. Правда, он рекомендовал пить воду только из бутылок. И покупать её в мелких захудалых магазинчиках тоже не стоило.

- Постарайтесь, чтобы в душе вода не попадала в полость рта, - выдал очередной совет Алексей. - Про питание я вам уже рассказывал. Ну и выходить поздно вечером из отеля опасно не только в Египте, но и в Москве.

Персонал отеля демонстрировал вполне искренний восторг от прибытия русских. Не знаю, насколько это правда, что половина дохода туристического бизнеса в этой стране имеют за счет русских туристов, но нашей группе были рады все.

На площадке перед отелем кучковались таксисты, которые тоже заверяли, что мои соотечественники самые желанные гости этой страны, обещали довезти куда угодно за половину стоимости и вообще обеспечить комфорт.

Нужды в услугах такси мы не испытывали. Обзорная экскурсия по вечернему Каиру была автобусной. Но общее радушие египтян не могло не радовать.

Часть 2

Два дня мы посвятили Каиру и главному музею Египта. Сам город мне не очень-то и понравился. Одно то, что в столице населения более тридцати миллионов человек, уже показатель. Изначально инфраструктура города не была рассчитана на такое число проживающих. И если на центральных улицах еще поддерживается порядок, то на окраины соваться нам настоятельно не рекомендовали. Кроме общей антисанитарии, мы там ничего интересного не увидим, а проблем отгребем по полной. Потому от привычных туристических маршрутов мы не отклонялись. Да и Женьку интересовал больше всего Каирский музей.

- Здесь можно провести месяц и не осмотреть всё, - выразил общее мнение Виктор во время его посещения. - Миллионы экспонатов!

Экскурсовод провел нашу группу по особо ярким и известным экспонатам.

- Кажется, я этих фараонов уже в лицо узнаю, - делился своими впечатлениями Виктор. - Раньше мне казалось, что они похожи.

- А теперь Эхнатона с Тутанхамоном уже не перепутаешь? - усмехнулся я.

- Этого Эхнатона вообще трудно спутать с кем-либо. Морда вон какая лошадиная.

Женька искренне сожалел, что не может посетить все помещения музея, поскольку он реально устал. К концу дня я сам еле шевелил конечностями, а уж про ребенка и говорить нечего. Правда, покемарив часок до ужина, сын более-менее пришёл в себя. Потом уже в номере отеля он валялся на кровати и лазил по интернету. Разумеется, все по египетской тематике.

- Действительный залог, - разбирал сын какое-то упражнение по иероглифам на третий вечер нашего пребывания в Каире. - 'Седем и'* - я слышу, 'Седем к' - ты слышишь, мужского рода. 'Седем т' - ты слышишь, женского рода, 'седем ф' - он слышит...

- Бля... здесь еще и страдательный залог, - заглянул к Женьке на страничку Виктор. - Это посложнее русской грамматики.

- Возможно, что и сложнее, - согласился я. - Но понимать иероглифы легче, если знаешь их значение.

- Да где же легче? - не согласился приятель.

- Сам посуди, - начал я терпеливо пояснять. - Представь себе на экране ноутбука значок файла или обозначение любой известной программы. Ты точно знаешь, что это и для чего оно. Китаец, немец, англичанин также безошибочно определят его назначение. Но при этом у них у всех будет разное произношение. В этом и преимущество иероглифов перед буквами. Буква - это конкретный звук, не несущий в себе информации. В иероглифах уже имеется подсказка. К примеру, Ра - солнце или день, обозначается окружностью с точкой посередине. И ты без знания произношения поймешь, что это такое.

- Чувствую, что когда вернусь домой, стану специалистом в области Египта, - хмыкнул Виктор.

- Главное, чтобы не разочаровался, - заметил я.

- Не... пока все нравится. Завтра у нас поездка в Гизу?

- Нужно камеру на зарядку поставить, - спохватился Женька. - Жаль, что подойти близко к Сфинксу не разрешат.

- Вот отучишься в университете, получишь ученую степень, тогда и сможешь между лап Сфинкса постоять, - немного подначил я сына.

- Опять Женька начнет сувениры скупать, - вздохнул Виктор.

- Не тебе же их таскать, - отмахнулся я. - У нас в чемоданах под это дело специальное место отведено.

- Ну да. По нынешней погоде одних шорт и майки хватило бы. А вы вон какие баулы прихватили с собой.

- Полупустые, - заметил я. - Как раз под сувениры и поделки.

- Жаль, что у меня такого пацана нет, - резко сменил тему Виктор и потрепал Женьку по светлой макушке.

- Ничего, я буду считать тебя родным дядей, - улыбнулся сын.

- Мы даже похожи, 'племянничек', - усмехнулся Виктор. - Не зря же наш гид в первый день перепутал, чей ты сын.

История действительно получилась забавной. Безусловно, мы с Виктором не были похожи внешне, но совпадали 'по масти'. Светлые волосы, голубые глаза. На этом сходство и заканчивалось. Мой сосед был выше на полголовы, шире в плечах и по весу тяжелее килограммов так на двадцать.

Сын же не унаследовал от Марии никаких черт. Супруга моя зеленоглазая шатенка и довольно эффектная дамочка. В целом, Женя мальчик симпатичный, но весь в меня. И каким-то невиданным образом он внешне напоминал Виктора. Может, со временем Женька и изменится, но в первый день пребывания в Египте его посчитали сыном Виктора. Тут ещё сказался факт, что они не отлипали друг от друга. Один делился информацией, другой внимал, и оба были счастливы.

Я тоже радовался, что у нас подобралась такая маленькая команда единомышленников. Повезло, что Мария взбрыкнула. С ней пришлось бы себя во многом ограничивать и выслушивать постоянные капризы насчет погоды, условий проживания, еды и прочего. Женщины из нашей группы мои мысли на этот счет только подтверждали.

Но в Гизу наша туристическая группа отправилась в полном составе. Это была последняя совместная поездка. Дальше все выбирали индивидуальные туры. Дамы, которых было немного в нашей группе, уговорили мужей на поездку к Красному морю. Кто-то решил обойтись Каиром. И только мы втроем собирались посетить Город Мертвых.

Честно говоря, я и сам считал, что ехать так далеко смысла нет. Мне впечатлений и от пирамид хватило. Я был немного подкован в этой области, а Виктор и половины не запомнил из того, что услышал. Женька еще дополнительно расспросил экскурсовода и пребывал на вершине блаженства. Нафотографировались на фоне этих сооружений до одури. Единственное, я удержал сына от сомнительного удовольствия забраться на верблюда.

Посетили мы и музей папируса, где прослушали краткую историю его изготовления. Русским языком сотрудник музея вроде бы и владел, но речь его воспринималась с трудом. Хорошо, что я до этого уже был в курсе, что папирус делают из растения семейства осоковых, иначе не понял бы весь процесс.

- Берем здесь и режем палочка. Молотком стучим и на шесть дней в воду, - вещал гид. - Если вода долго, то будет темный папирус. Через шесть дней достаю, - демонстрировал мужчина плавающие в посудине с водой полоски будущего папируса, - складываю вдоль и поперек, накрываю и кладу под пресс тоже на шесть дней.

Женьке ещё понравился мастер-класс нанесения изображения. Он даже принял участие, за что и получил на память кусочек папируса.

Собственно, и музеем это место назвать можно было с большой натяжкой. Обычный магазин сувениров, где торговали картинами на папирусе. Как и предполагал Виктор, мы тамошним продавцам сделали приличную выручку. Я деликатно напомнил ребенку, что нас еще ждет поездка в Город Мертвых, и не стоит скупать сувениры в одном месте. И, кстати, нужно было решить этот вопрос с нашим сопровождающим.

- Оплатите водителя и индивидуальный транспорт? - обеспокоился сотрудник турагентства, когда я довел до него информацию.

- Без проблем, - заверил я.

- Тогда я вас сегодня познакомлю с русскоговорящим водителем. Если хотите, я могу ещё забронировать на сутки отель в Луксоре.

- Сколько нам туда пилить? - поинтересовался Виктор, узнав, что отправление в пять утра. И, выслушав ответ, только присвистнул.

- Нормально, хоть по холодку доберемся, - пояснил я.

- Холодок здесь относительный. Сегодня с утра уже было за тридцать.

- Это у тебя утро началось в десять, - возразил я. - А так на рассвете не больше двадцати. Женьке нужно бы ветровку прихватить.

Вообще-то в пять утра было настолько свежо, что я решил вытащить ещё кое-что из одежды. В любом случае, на себе это таскать потом не придется. Только сопровождающий, рассмотрев нашу экипировку, категорически ее забраковал, порекомендовав заменить шорты на что-то более удлиненное.

- Нужно было и в Гизу штаны, а не шорты надевать, - морщась, натягивал на себя одежду Виктор.

Он тогда проявил некую беспечность и не намазал ноги кремом от солнца. И теперь его икры привлекали внимание ярко-красным цветом. Примерно такие же были и мои уши. Пожелание по поводу головного убора я выполнил, но не учел, что козырек кепки прикрывает только лицо. Потом-то я по примеру Женьки прикупил себе панаму, но уши уже спеклись.

Неожиданно вещей в поездку насобиралось немало. Мы же еще и ночевать в гостинице Луксора планировали. Выдержать обратный путь в этот же день никто бы не осилил. Я и 'туда-то' шесть с половиной часов в пути с трудом представлял. Только выбора особого не было. На местный поезд соваться не стоило. Пусть и дешевле, но по времени дольше, и условия такие, что врагу не пожелаешь. Да и места только сидячие. Был вариант с самолетом, но там меня смущала цена. И так поездка получилась дорогой. Правда, Хоруз, наш водитель, уверял, что года три назад я бы заплатил в два раза больше. Сейчас еще особо цены не заламывают, поскольку русских туристов мало.

Хоруз попытался еще кого-нибудь сманить в путешествие. Его минивэн позволял взять дополнительно двух-трех пассажиров. Но желающих ехать в такую даль больше не нашлось. И мы втроем с комфортом расположились в салоне. Даже купленная вода не мешалась под ногами. Воды мы взяли с большим запасом. Это чтобы наверняка хватило. По паре бутылок я рассовал каждому в рюкзаки, но и целая упаковка общим объемом на десять литров имелась.

Женька какое-то время еще старался что-то высмотреть в предрассветных сумерках, а потом завалился спать. Мы с Виктором подпихнули рюкзаки под головы и последовали его примеру. Проснулись часа через полтора в каком-то населенном пункте. Да и кто бы не проснулся от такой какофонии звуков, издаваемых автомобилями! Правил движения в Египте придерживаются только туристы. Как раз по этой причине я и не рискнул брать автомобиль в аренду. Мало того, что местные полностью игнорируют сигнал поворота, так еще и все остальные спорные ситуации на дорогах предпочитают решать путем громкого бибиканья.

Ожидаемо, что это приводит к пробкам, в одной из которых мы и застряли. Повезло, что Хорузу опыта было не занимать, и он успешно справился с препятствием. А я наконец понял, отчего нам пообещали шесть с половиной, а то и семь часов путешествия. Если в каждой деревне будем так тормозится, то, конечно, быстро не получится. Хотя это и вносит разнообразие в унылый пейзаж за окном автомобиля.

Где-то часа через три мы сделали первую остановку. По совету нашего каирского гида рюкзаки оставлять в машине мы не стали, даже при условии, что собирались только посетить туалет. Не то чтобы мы совсем не доверяли водителю, но кроме него имеются и другие ушлые личности, которых может привлечь имущество иностранцев.

Да и тяжелыми рюкзаки не были. У каждого имелся только запас сменного белья, по паре футболок и шорты. Плюс литр воды, и, собственно, все.

Хоруз поинтересовался, где мы будем завтракать. Можно через час еще остановиться, но и здесь он знает приличные места, куда можно водить туристов без опасения их отравить.

Пока я размышлял, Женька уже потащил меня в очередную сувенирную лавку.

- Здесь завтракаем, - сообщил я Хорузу и выдал ему деньги, доверяя купить что-то местное, но приемлемое.

Сидеть где-то в кафе мы не собирались. Предполагалось, что поглощать еду будем по пути. Сам водитель что-то уже перехватил. Рядом с его сиденьем лежал пакет, из которого мужчина иногда выуживал кусок лепешки. Причем умудрялся одной рукой ее ещё какой-то пастой мазать.

- Правильно мы решили не брать машину напрокат, - наблюдал Виктор за суетящимся Хорузом, закуривая. - Я бы даже в ценах не разобрался. Разве что только в сувенирах.

- Жень, десять минут тебе на все про все и возвращаемся на стоянку, - одернул я сына, который как раз потащил меня в ближайший магазинчик.

- Папа, смотри, здесь даже православные иконы продают.

Очередная 'лавка старьевщика' действительно изумляла обилием и разнообразием товаров. Дешевые женские и мужские украшения, сувениры, книги и посуда размещались на витрине в художественном беспорядке. Изображение христианской Богоматери затесалось между томами Корана. Похоже, что владельцу было без разницы, на чем зарабатывать. Он готов был угодить любому покупателю.

Женьку же сразу привлек серебряный кувшинчик. И сын начал меня упрашивать приобрести его.

- Действительно серебрение, - покрутил Виктор вещицу. - Дороговато, конечно, и вещь не новая.

- Антиквариат? - встрепенулся Женька.

- Тоже мимо, - разочаровал сына приятель. - Не новый, в смысле, им пользовались. Этому изделию от силы несколько лет, но можешь выдавать его потом как добытое на раскопках.

- Пап, давай купим, - продолжил канючить сын.

- Тогда в Городе Мертвых обойдёшься без сувениров, - прикинул я среднюю стоимость всего того барахла, что нас ожидало. Тут хоть похоже на благородный металл, а не на крашеную глиняную поделку.

Некоторое время Женька вел сам с собой внутреннюю борьбу и наконец согласился, когда Виктор предложил все некупленные сувениры запечатлеть на камеру. Такой вариант ребенка устроил. И мы вскоре стали обладателями понравившейся емкости.

- Поспешим, - демонстративно постучал по циферблату своих часов Виктор. - Оговоренные десять минут уже прошли, и Хоруз наверняка уже ждет. Нам еще ехать и ехать.

Пока мы были внутри магазинчика, шум с улицы не был так слышен. А переступив порог, мы снова окунулись в местную среду. По-прежнему громко сигналили автомобили, выискивающие место на парковке или, напротив, пытающиеся ее покинуть. Громко приглашали к своим товарам многочисленные торговцы, кричали дети, играющие с мячом, играла музыка. В целом, этот 'очаг культуры' был слишком шумным. Может, чуть позже, когда станет жарче, торговцы присмиреют, а праздные зеваки разбредутся по домам. Но пока народа вокруг хватало.

Я уже привык к подобному поведению местных и старался не сильно обращать на них внимания. Женька же разглядывал свою покупку и тоже не смотрел по сторонам.

- Что-то не так, - приостановил меня Виктор, единственный из нас, кто внимательно смотрел, куда мы идем.

- Хоруз-то на месте? - забеспокоился я.

- Все назад! - неожиданно выкрикнул Виктор, перехватив Женьку за пояс и толкая меня в спину.

Мы только успели оказаться за углом ближайшего строения, как грянул взрыв.

'Террористы!' - промелькнуло у меня в голове. Додумать мысль о том, что не стоило посещать эту нестабильную страну, я не успел, поскольку сознание покинуло меня.

Часть 3

Как мне показалось, очнулся я быстро. Левая щека еще полыхала от жара взрывной волны, когда я провел по ней ладонью. Пальцы нащупали мелкие кусочки глины и песок. А еще понял, что у меня ничего не болит, и, похоже, что повреждений нет.

'Женька!' - спохватился я и резко приподнялся. Увидел лежащих рядом в странных позах сына и Виктора, но голова вдруг закружилась, и к горлу подступила дурнота.

- Нас взяли в заложники? - отплевываясь от мелкого мусора, тут же поинтересовался у меня Виктор.

- С чего ты это взял? - не понял я.

- Тогда просто похитили, - с трудом принял он сидячее положение и показал рукой на то место, где мы лежали.

- Трава? - подключился к беседе Женька и тут же издал звук с трудом сдерживаемого рвотного позыва.

- Как хреново-то... - поделился своими ощущениями Виктор и начал стаскивать с плеч рюкзак.

Из рюкзака он выудил воду и предложил всем попить. Женька все же проблевался, но, в целом, мы начали приходить в себя.

- Нас чем-то траванули или накачали снотворным, - уверенно заявил Виктор. - Потому и не помним, как здесь очутились.

- Действительно, как? - с недоумением разглядывал я то, что нас окружало.

Трава под нашими телами примялась, а уже на расстоянии метра от нас выглядела так, будто по ней никто не ходил. Виктор уже смог подняться в полный рост и осмотреть округу.

- Скорее всего доставили на вертолете, - сделал он заключение из того, что увидел.

- К чему такие сложности? - не понял я.

- Не убили, и то хорошо, - оптимистично сообщил приятель.

- Лучше бы мы были в заложниках, - снова подал голос Женька. - А то непонятно, где мы и куда идти. И на телефоне нет сети.

- У меня и предположений нет, куда нас могли забросить, - покрутил головой Виктор. - Потому предлагаю взобраться во-о-он на тот холм и осмотреть с высоты. Может, здесь есть какой-нибудь город поблизости.

Хорошо, мы загрузили в телефоны номера различных местных служб. Это первое, что рекомендовал сделать наш гид по Египту. Мало ли какие могут случиться ситуации. Так что если не в местную полицию, то в российское консульство точно должны дозвониться. Но это при условии, что будет связь. Сейчас же я значка сети у себя на мобильнике не наблюдал. Оттого идею с холмом воспринял благосклонно - на возвышенности будет проще найти сеть. Кроме того, меня сильно смущал вид окружающей нас местности. Слишком много зелени, слишком влажно и совсем не похоже на Египет.

До холма мы шли минут сорок. По пути обнаружили, что здесь пасутся какие-то травоядные животные. Женька чуть было не вляпался в навозную кучу. Жаль, что взобравшись на холм, никаких населенных пунктов поблизости не заметили. Да и телефоны не обнаруживали сеть.

Идей о том, где мы оказались, по-прежнему не было. Рогатая живность, что паслась в полукилометре от нас, ни на какие мысли не наводила.

- Парни, кажется, там, на западе, река, - вглядывался вдаль Виктор. - Думаю, что нужно двигаться к ней.

- Как скажешь, к реке так к реке, - пожал я плечами. - Выбора все равно нет. Сидеть и ждать тот вертолет тоже не выход.

- А животные эти дикие или домашние? - поинтересовался Женька, когда мы начали спускаться с холма.

- Хороший вопрос, пацан, - усмехнулся Виктор. - Пожалуй, нам стоит заглянуть к роще и наломать палок в качестве примитивного оружия.

- Думаю, что мы где-то в саванне. Примерно Кения. Там весной должна быть похожая растительность, - строил я предположения по пути к роще.

- Жара, как в Африке, - согласился со мной Виктор. - Только не пойму, зачем нас так далеко завезли и бросили?

- Будут у мамы выкуп требовать? - подключился Женька.

- Сын, я сам пребываю в недоумении. Нам бы хоть каких людей найти.

Тем временем мы дошли до рощицы. Пара десятков деревьев снова не внесла ясности о географии места.

- Я таких пород не знаю, - потер пальцами листок с ближайшего дерева Виктор.

- И наломать с них что-то для обороны будет сложно, - оценил и я местную растительность.

Несколько деревьев с красными цветами больше напоминали кусты-переростки. Остальные имели длинные колючки. Только одно дерево выделялось размерами и годилось для наших целей. Но взобраться на него было непросто.

- Подсади меня, - попросил я Виктора.

- Думаю, лучше Женьку, - покачал головой приятель.

Вдвоем мы довольно легко подкинули сына на нижнюю ветку.

- Встань на нее ногами и наклони, - давал я совет.

С горем пополам мы эту ветку отломали. А затем долго пытались как-то ее облагородить. Сырая древесина хорошо гнулась, но не ломалась. Даже мелкие отростки удалось оборвать только спустя полчаса.

- Хватит нам и одной дубины, - решил я. - Или поищем в другом месте. Лучше поспешим к реке, а то я уже весь мокрый от пота.

- И судя по солнцу, уже послеобеденное время, - взглянул на небо Виктор.

Так-то часы демонстрировали одиннадцать утра, и это сильно смущало. Сразу никто не обратил внимания, что на экранах всех мобильников упорно высвечивалось все то же четвертое мая. А теперь я задумался. Феномен с часами не давал покоя. Завезли нас и бросили довольно далеко. Судя по солнцу, прошло немало времени. А если ориентироваться на часы, то мы очнулись чуть ли не сразу после взрыва.

Но все вопросы оставили на потом. Нужно выйти к любому населенному пункту и там уже разбираться с загадками.

Двигаться к реке было легко. Кустарники мы обходили, невысокая трава не замедляла движения. Самочувствие у всех было хорошее. Женька не закрывал рот, строя фантастичные версии нашего местонахождения. Даже инопланетян приплел. Я молча кивал, соглашаясь со всеми предположениями. Зато Виктор поспорил с Женькой и версию похищения инопланетянами отмел. Мол, зачем им было нас воровать, чтобы потом бросить?

- Зато перевести часы могли только инопланетяне, - с жаром доказывал сын.

Виктор после этой фразы заткнулся и снова посмотрел на свои наручные часы. А потом на солнце, которое упорно двигалось к линии горизонта. Я тоже нет-нет, но доставал мобильник, проверяя сеть. Попутно зафиксировал, что до реки мы добрались за полтора часа.

- Ополоснемся? - начал стаскивать с себя футболку Виктор, когда мы подошли к берегу.

- Комарья-то сколько, - поежился я и, несмотря на жару, не спешил снимать одежду.

- Здесь к воде нет спуска, - тоже не поддержал идею с купанием Женька. - Все заросло. Похоже на тот тростник, что нам в музее показывали.

- Ха! Давай наломаем и сами папирус сделаем, - предложил Виктор. - А то цены в сувенирных магазинах запредельные. А так у тебя будет папирус, и бесплатно.

- Иди купайся, пока комарье не сожрало, - вернул я приятеля к первоначальной идее.

Виктор уже начал стаскивать сандалии, когда камышовые заросли зашевелились. Невольно это нас заинтересовало.

- А-а-а!!! - завопил Женька, когда оттуда вальяжно выбрался самый настоящий крокодил!

Мало того, эта тварь сразу нацелилась на рюкзак Виктора. Тут уже я не сплоховал. Зря мы, что ли, ветку ломали? Двинул ею по морде рептилии, а затем подцепил палкой ручки рюкзака и потащил его в сторону.

- Женька, назад! - сориентировался Виктор, пока я 'сражался' с крокодилом. Вернее, пытался отобрать палку, в которую эта тварь вцепилась зубами. Виктор тем временем подхватил свой рюкзак и повесил за спину.

- Уходим, и быстро, - увлек Виктор нас подальше от берега.

- Папа! А я заснял, как ты воевал! - радостно сообщил сын. - Классно получилось! Потом выложу в контакт и нашим покажу.

- Если мама увидит, что я подверг тебя опасности, то ничего хорошего из этого не получится, - заметил я.

- Дядя Витя, а здесь один был крокодил или еще есть? - как ни в чем не бывало продолжал сын. Похоже, что моего ребенка эта экзотика ничуть не напугала. А меня запоздало накрыл страх. Но я постарался, чтобы Женька этого не заметил.

- Будем надеяться, что этот крокодил случайно приблудился, - оглянулся на реку Виктор. Но метров через сто он остановился, чтобы обсудить наше положение. - Куда дальше пойдем?

- Вить, выбора особого нет. Река - это хороший ориентир. Предлагаю двигаться вниз по течению. Куда-нибудь доберемся. Может, моторная лодка или катер проплывут, тогда помашем и привлечем к себе внимание.

- Парни, смотрите еще и под ноги. Вдруг здесь змеи водятся или еще какая дрянь? - напомнил Виктор.

- Нам бы еще одну палку, лучше две. А то папину крокодил сожрал, - добавил Женька.

- Да, дубины нам не помешают. Даже змею отбросить с тропы будет проще, - согласился Виктор.

Меня вначале смутило слово 'тропа', а потом я и сам понял, что мы уже какое-то время двигаемся по протоптанному пути. А впереди снова виднеется небольшая роща, где есть возможность раздобыть примитивное оружие.

- Предлагаю немного передохнуть и проверить рюкзаки, - сообщил Виктор, когда мы добрались до деревьев.

- А что ты хочешь в них найти? - поинтересовался я. - Еды нет ни у кого.

- Любой инструмент, чтобы срезать палку.

- Ну у тебя и запросы, - хмыкнул я. - Ножички у нас бы еще в аэропорту отобрали, не говоря о топориках и прочих 'орудиях труда'.

Но, тем не менее, я начал потрошить свой рюкзак. Ничего нового не обнаружил. Все те же две футболки, пара трусов, носки, шорты, зубная паста, зубная щетка, расческа, принадлежности для бритья и ветровка. Плюс вещи сына, которые я переложил к себе, чтобы облегчить его мешок.

У Виктора был схожий комплект вещей. Но в боковом кармашке оказалось то, что он прихватил из гостиничного номера: маленькое мыло, гель для душа, набор для шитья. Кроме несессера с туалетными принадлежностями, у Виктора имелись сигареты, зажигалка, пузырек аспирина, пластиковые стаканы, упаковка пластмассовых вилок и небольшое зеркальце.

- Мда, этим палку не обработаешь, - резюмировал Виктор.

- Можно попробовать ключами, - начал отсоединять комплект от нашей московской квартиры Женька.

- Зачем ты ключи с собой потащил? - удивился я.

- А я их не заметил, - пожал Женька плечами. - Они во внутреннем кармане были пристегнуты.

Вообще рюкзак сына преподнес много сюрпризов. Мне даже не пришло в голову проверять, что он с собой таскает. А оказалось, что там много всего интересного.

- Жень, а театральный бинокль зачем тебе? - недоумевал я.

- Ты думаешь, я смотрел, что у меня во всех карманах? - удивился сын. - Было бы что неразрешенное к перевозке, на таможне сразу бы выудили.

Блокнот, несколько ручек и карандашей, рыболовная леска и крючки, что остались после рыбалки, стали настоящим для нас сюрпризом.

- Мы на рыбалку в последний раз ездили осенью, - продолжал я изумляться. - Ты что, с тех пор так и таскал это все с собой?

Мое удивление было вполне оправданным. Женька этот рюкзак иногда брал в школу, но, в основном, использовал, когда ходил на плавание. И оказывается, таскал помимо плавок много чего. Небольшое полотенце, плавательные очки и резиновую шапочку я уже воспринял как само собой разумеющееся. Теперь стало понятно, почему он попросил положить часть своих вещей ко мне.

Самый верхний карман над клапаном Женькиного рюкзака явно заполняла Мария. Немного медикаментов и я в поездку взял. Но жена положила в герметичный пакет бинт, лейкопластырь, активированный уголь и еще несколько наименований различных лекарств. Естественно, что купленный в последнем магазине кувшинчик тоже был в Женькином рюкзаке.

Кроме того, у всех имелись зарядки для телефонов и солнцезащитные очки. Но первоначально мы начали проверять содержимое рюкзаков, чтобы найти что-то наподобие инструмента.

- Давай попробуем ключами, все же они металлические, - вернулся я к прежней идее касательно изготовления орудий обороны.

Но ключами мы так и не воспользовались. В этой роще оказались деревья, которые удалось обработать вручную. Мелкие ветки легко удалялись, а каких-то эстетических целей мы перед собой не ставили.

Закончив с этим делом, снова двинулись в путь. Тропа, даже если её оставили животные, должна была куда-то вывести. Смущало только приближение вечера и, соответственно, ночи.

- Если никуда в ближайшее время не доберемся, то придется ночевать под открытым небом, - предупредил Виктор.

- Думаю, нам нужно заранее подыскать место ночёвки рядом с деревьями, - предложил я. - Разведём костер.

- А жрать-то уже хочется, - напомнил Виктор о насущном.

Едой мы совсем не запаслись, и мыслей на этот счет не было.

- Можно попробовать поймать рыбу, - предложил Женька.

- Не сегодня. Скоро стемнеет, а нам ещё нужно найти место стоянки, по темноте соваться к реке с крокодилами не стоит, - возразил я.

Мы как раз добрели до очередных зарослей и решили сегодня уже никуда не идти. Виктор долго ходил вокруг деревьев, постукивал палкой по земле, шевелил траву, выискивая норы и прочую возможную опасность. В результате сообщил, что распугал всех и вся, и можно устраиваться на ночь.

- Жень, взбирайся повыше и ломай тонкие ветки, это будет постель, - подсадил я сына на дерево. А Виктор пытался сломать деревце, ствол которого был не толще человеческой руки. В результате у него все получилось. Потом он уже этот ствол зажимал между веток соседнего дерева и таким образом ломал на короткие чурбаки.

С костром и лежанками мы успели разобраться как раз до наступления полной темноты.

- Хорошо, что вода пока есть, - отметил я. - Но завтра нужно поискать какой-нибудь ручей.

- Речную воду можно использовать, только предварительно в кувшине вскипятить, - предложил Виктор. - Но я думаю, что мы завтра точно выйдем к людям.

- Обязательно выйдем, тем более они близко, - подтвердил Женька. Он отходил немного в сторону от костра, чтобы справить малую нужду, и вдруг сделал такое заявление.

- Откуда такая уверенность? - не понял я.

- Вы отойдите на несколько шагов и увидите огни.

Мы с Виктором тут же подскочили, чтобы проверить информацию.

- Тоже костры, - немного разочаровался я, рассмотрев ночные огни.

- Но сейчас мы уже никуда не пойдем, - вздохнул Виктор. - Не так уж они и близко, а ломать ноги в темноте не стоит.

Часть 4

К ночевке мы подготовились неплохо. Только уснуть никто не мог. Желудки у всех троих напоминали, что обычно их кормят завтраком, обедом и ужином. Кроме того, часы упорно демонстрировали, что время того абстрактного ужина еще не подошло. И даже тот факт, что проснулись мы в пять утра, не способствовал сну на природе. Женьку разместили на рюкзаках, а мы с Виктором взяли только ветровки и пока спать не планировали.

- Сбой в часах можно объяснить аномальной зоной, - негромко рассуждал Виктор, стараясь не мешать Женьке отдыхать. - Но это не объясняет наше похищение.

- Вить, а меня больше всего смущает, что за несколько часов пути мы не встретили на реке ни одной посудины. Вспомни, сколько всего сновало по Нилу.

- Если мы где-то в одной из африканских республик, то у них может и не быть лодок, - неуверенно пробормотал Виктор. - Завтра доберемся до тех костров и все выясним.

На это предложение я только тяжело вздохнул. Мало ли кого можно встретить в такой малозаселенной местности? Отберут все ценное, надают люлей и пошлют куда подальше. Эту мысль довел до Виктора. Тот почесал макушку и согласился со мной, что переться сразу напролом не стоит. Попробуем сделать небольшой крюк и обойдем стоянку. Понаблюдаем, а затем уже будем задавать вопросы.

Ближе к утру легкий ветерок стих, и налетело комарье. Мы с Виктором спешно начали ломать ветки и подкладывать в костер, чтобы дымило. И снова попробовали устроиться на самодельных лежанках из веток. В принципе, если опустить панаму на лицо, а туловище прикрыть ветровкой, то кровопийцам не оставалось шанса. И все равно я смог уснуть только ближе к рассвету. И подхватился, как только Женька собрался искать место для туалета.

Хмурый, с отросшей щетиной на лице Виктор тоже отправился проведывать кусты.

- Кушать хочется, - сообщил Женька, выуживая из кармана штанов упаковку жвачки.

- Не самый лучший вариант, - вздохнул Виктор, но взял протянутое угощение.

Пить пока не сильно хотелось, и оставшуюся воду мы решили сберечь до того времени, как станет совсем жарко.

Потухший костер присыпали землей и отправились в путь. Определить расстояние до тех ночных костров было сложно. Я рассчитывал, что мы увидим дым. Но увы. Виктор же, согласно нашему плану, стал забирать немного вправо, уходя от тропы.

Впрочем, идти даже в стороне от тропы было несложно. Деревья и кустарники встречались нечасто. А трава высокой не была. Я подозревал, что ее объедают какие-то травоядные животные. Следов их жизнедеятельности мы наблюдали много. Пару раз встречались лужицы, оставшиеся после дождя. На вязкой почве следы тех копытных были хорошо видны. Но все равно для нас стало неожиданностью, когда мы, минуя очередную группу деревьев, повстречали нечто рогатое.

Четыре самочки и один самец паслись на лужайке. Нас они заметили сразу и совершенного не испугались. Особенно козел. Животное особо крупным не было, но вело себя агрессивно. Нагнув рогатую голову, самец стукнул передним копытом и начал разбег.

- Ой-ё-ё-ё! - заверещал Женька и, выронив палку, что считалась у нас оружием, припустил обратно к деревьям.

Я помчался следом. Испугаться этого козла (или кто он там?) я не успел, но волновался за сына. Виктор же последовал нашему примеру. Причем скорость у всех троих получилась почти спринтерской.

Женька с разбега, как маленькая обезьянка, запрыгнул на развесистое дерево и ловко начал карабкаться выше. А я что? Я следом. И тоже шустро, поскольку меня под пятую точку подпихивал Виктор. И пары минут не прошло, а мы, словно макаки, оседлали дерево.

Та скотина рогатая хоть и добежала почти сразу, но нас уже не достала. Что, правда, не помешало козлу долбануть рогами по стволу дерева. Растение заметно вздрогнуло, и нас качнуло на ветках.

- Лобешник у него тренированный, - уважительно заметил Виктор.

- А мы здесь можем начинать вить гнездо? - язвительно поинтересовался я. - Как спускаться-то будем?

- У него там семья, в смысле, козы, - отозвался у меня над головой Женька. - Должен уйти.

- Что-то не похоже, что он особо о козах беспокоится, - скептически заметил я, когда нас в очередной раз тряхнуло.

- Значит, все же устраиваем гнездо, - передвинулся на соседнюю ветку Виктор.

- А по рогам ему настучать? - предложил я.

- Так мы то, чем стучат, по дороге бросили, - хмыкнул Виктор. - Давайте подождем немного.

Козлина же никуда не торопился и начал как ни в чем не бывало пощипывать травку. Естественно, что нас из вида не терял. Хоть уже и не долбился об дерево, но одним глазом косил.

- Какие будут еще предложения? - подал я голос минут через пятнадцать.

- Ждем, - отозвался Виктор. - Он здесь уже всю траву подъел и смещается к реке.

- Другой вопрос, что ему стоит нас потом догнать на открытой местности? - продолжал я проявлять скептицизм.

- Значит, первым делом, когда спустимся, подбираем дубины. И не бежим, вопя на всю округу, а даем решительный отпор, - составил приятель план действий.

- Ну-ну... - пробормотал сверху Женька.

Я тоже не сильно верил, что наши палки годятся в качестве оружия, но с другой стороны попробовать стоило. В конце концов, это же не хищник!

Не меньше часа мы просидели на дереве. У меня уже затекли руки и ноги. Женька начал жаловаться, что сидеть неудобно и жестко, а козел так и продолжал нас сторожить. Неудобная поза и ситуация в целом начала Виктора злить.

- Ты, рогатый, - общался Виктор с козлом. - Еще немного, и я спущусь. Тогда тебе не поздоровится. Я, между прочим, у своего автокрана могу колесо поменять без домкрата.

- Неужели? Расскажи! - заинтересовался Женька.

- Не сбивай, - огрызнулся Виктор и продолжил себя настраивать на нужную волну.

- Только при ребенке без мата, - успел я вклиниться в разглагольствования нашего 'супермена'.

- Он уже козел и этим все сказано! - стащил с себя рюкзак и закрепил его на ветке Виктор.

Даже не знаю, полез бы Виктор с голыми руками на козла, но тут откуда-то раздался свист. И затем детский голосок позвал:

- Ийн, Ийн!

Вскоре к деревьям приблизился мальчик лет шести и замер, разглядывая нашу художественную композицию.

- Малец, козла своего отгони, - попросил Виктор.

Мальчишка что-то защебетал на непонятном языке и, в принципе, понял, что мы не просто так на дереве перезревшие фрукты изображаем.

- Ийн сем, гем... - сообщил нам пацан, но козла увел. Причем рогатый не возражал и не вырывался, несмотря на то, что мальчишка довольно бесцеремонно схватил его за шерстяной бок, увлекая за собой.

- Пока встретившиеся аборигены вполне дружелюбны, - кряхтя начал я спускался с дерева.

- Скрываться уже смысла нет, - заметил Виктор.

- И мы не в Африке, мальчик не похож на негра, - высказал свое мнение Женька.

- Посмотрим на родственников и тогда можно будет уверенно говорить, на кого он похож, - заметил я. - Но такие обноски носить вместо одежды - это уму непостижимо!

- Скорее всего арабы или кто-то из мусульман, - подхватил Виктор на руки соскользнувшего вниз Женьку.

Козел хоть и шел послушно за мальчишкой, но продолжал на нас оглядываться. Мы же свои палки подобрали. И чтобы местные жители чего плохого не подумали, постарались изобразить из них посохи. Мол, мы мирные путешественники. Ага, туристы, блин!

Козы - те, которые самочки - тоже двинулись следом и без особого приглашения. В отличие от козла, особи женского пола агрессии не проявляли и вели себя забавно. Мы как раз подходили к раскидистому дереву, когда одна из коз лихо так запрыгнула на нижнее разветвление. Затем перебралась на ветку выше и стала пощипывать листочки.

- Нифига себе! - восхитился сын. - Они что, еще и по деревьям лазить умеют?

- Если вспомнить, что изначально козлы в горах проживали и по отвесным скалам скакали, то для них взобраться на низкое дерево проблем нет, - просветил Виктор.

- А почему тот козел за нами не полез? - озвучил Женька очевидный вопрос.

- Может, посчитал, что ему не по статусу? - не нашел более приемлемой версии Виктор.

Тем временем мы уже вышли к берегу реки. Стоянка пастухов, или кем были эти люди, особо не впечатлила.

- Достижения цивилизации прошли мимо Африки, - вздохнул я. - Это тряпье что-то традиционное или специально демонстрируют туристам свою нищету?

- Оружия нет, нам вроде рады, чего еще желать? - заметил Виктор. - А то, что у них посуда из глины, нас не должно волновать. Пусть только укажут дорогу к ближайшему городу.

- Я бы покушал, - жадно разглядывал что-то запеченное сын.

- Здесь такая антисанитария, - не поддержал я ребенка.

- Жрать охота, - не согласился со мной Виктор.

- Нам, между прочим, никто ничего и не предлагает, - заметил я. Тут же один из мужчин в серой хламиде начал что-то рассказывать и ту миску со странной закуской нам протянул.

Виктор осторожно взял подношение и попробовал.

- Что-то вроде клубней. Дрянь дрянью, но я слишком голоден, чтобы привередничать.

Мы с Женькой тоже сняли пробу.

- Корни какого-то растения, - согласился я.

- Думаешь, это корневища камыша? - принюхался Женька.

- Главное, что съедобно, - отправил в рот следующую порцию Виктор.

Мы голодали уже сутки. Потому схомячили предложенное угощение, не обращая внимания на то, что оно даже без соли.

- В желудок что-то упало, но сытости нет, - выразил общее мнение Виктор, когда мы доели все, что было в миске.

Аборигены нашему аппетиту порадовались. Жестами стали показывать, что где-то там, ниже по течению, еды больше. И даже предложили все того же пацанчика в качестве сопровождающего. Чем здесь занимались оставшиеся четверо мужчин, я так и не понял. Если пасли коз, то зачем ночью три костра зажигали?

В любом случае, у нас были другие заботы, и эти местные интересовали только как проводники до обжитых земель.

Провожатый оказался очень полезным. Не знаю, как бы мы отреагировали, встретив местных коров. Мальчишка же сорвал хворостину и лихо так отшлепал по ляжке рогатую особь, что встала прямо на тропе, не намереваясь уступать дорогу. Стадо гнали явно на пастбище двое мальчишек немного постарше того, что вел нас. Пацанята обсудили наши личности, заулыбались и пошли дальше, подгоняя отстающих животных. А мы снова продолжили путь вслед за первым мальчишкой.

- Какая все же нищета, - качал головой Виктор, разглядывая босоногого ребенка в куцей хламиде. Казалось, что он подобрал где-то драный мешок грубого плетения, проделав там отверстия для рук и головы, и нацепил на себя.

- Может, он подражает Добби, домашнему эльфу из 'Гарри Поттера'? - предположил сын.

- Сомневаюсь, что у них в этой глуши есть телевизор, - не согласился я, оценив те строения, что уже были видны невооружённым глазом.

- Мда... Наш путь к цивилизации будет долгим, - наконец рассмотрел и Виктор то место, куда мы пришли.

- Местные разводят скот, скорее всего, этим и живут, между прочим, нищими их точно не стоит считать, - заметил я. - Вероятно, эти глиняные домишки их вполне устраивают. Главное, что аборигены действительно дружелюбны.

Нас не только заметили, но и радостно встречали. Я взглядом выискивал оружие и такового не находил. Уже хорошо. Но, кажется, мы оказались на землях какого-то совершенно отсталого племени. Как в наше время им удается вести такой замкнутый образ жизни?

- Связи по-прежнему нет, - разглядывал мобильник Виктор. - Как будем с ними объясняться? Язык совсем непонятный.

- Найдем того, кто тут в поселении главный, попросим указать дорогу или дать транспорт.

- Из транспорта они тебе только своих буйволов выделят, - хмыкнул Виктор. - И не факт, что с телегой.

- Ты думаешь, это буйволы? - усомнился я.

- Хрен их знает, - пожал плечами Виктор. - Рога странной формы, но однозначно родственники коров.

Тем временем собрались, наверное, все жители этого странного поселения. Я насчитал примерно полсотни человек, включая детей. Особого разнообразия в одежде не заметил. Все те же хламиды или вообще набедренные повязки. Малыши поголовно бегали голыми.

- А женщины-то какие страшненькие, - взглядом профессионала оценил Виктор контингент.

- Парочка молодых вроде ничего, - отозвался я.

- Давай выясним, кто тут главный, и займемся нашим вопросом, - одернул себя и меня приятель.

- Вот тот дядька без бороды выглядит старшим, - кивнул Женька на людей.

Теперь и я уже понял, что у 'бритого' мужика одежка получше. На шее подобие бус, на руках фенечки.

- Вдруг это шаман какой-то? - оценил и Виктор мужчину.

- Даже если он и шаман, то все равно главный, - предположил я и уверенно двинулся к мужчине.

Небольшая толпа поселковых жителей уважительно расступилась. Они хоть и загомонили при нашем появлении, но потом примолкли. Только улыбки подтверждали, как они счастливы такому неожиданному развлечению в нашем лице. Виктор тем временем достал из бокового кармашка рюкзака паспорт и, развернув его, продемонстрировал 'шаману'.

- Мы туристы, русские. Это мой паспорт.

Какое-то время местный вождь разглядывал фото в паспорте. Затем перевел взгляд на Виктора, снова взглянул на изображение и радостно заголосил, тыча пальцем.

- Фейс-контроль ты прошел, - хмыкнул я. - Он тебя в документе опознал и очень этому рад.

- Ну дикари, ну дикари! - возмущался друг.

- Чего ты ему вообще документ показывал? - возмутился я. - Нам нужно выходить на какое-нибудь консульство, а не с этими, застрявшими в первобытном строе, общаться.

- Пусть сначала нас накормят, - вспомнил Виктор.

- Пэсс, пэсс, - продолжал восхищаться вожак, показывая на то место, куда Виктор снова спрятал документ.

- Смотри-ка, почти запомнил слово, - отметил Женька.

Виктор тем временем уже демонстрировал процесс поглощения еды и поглаживал себя по животу. Местные эту пантомиму распознали безошибочно. Вождь прикрикнул на женщин, и все разом засуетились.

Правда, вождь вскоре извинился. Жестами показал, что они не ждали 'дорогих гостей'. Пока смог предложить несколько лепешек. Но, судя по отдаваемым командам, нас должны были накормить чем-то более достойным.

Пока ожидали, мы попытались расспросить вождя. Виктор размахивал руками, демонстрировал большие дома и даже самолет.

Про самолет мужчина понял и поманил нас за собой. Мы отошли на север от поселка метров двести и обнаружили расчищенную и утрамбованную площадку идеально круглой формы. Диаметр площадки был метров десять, а по краям были видны следы старых кострищ.

- Это что такое? - не понял Женька.

- Вертолетная площадка, - задумчиво огляделся по сторонам Виктор. - Кажется, местные в курсе, кто нас похитил. Потому и дружелюбие проявляют.

- Что будем делать? - забеспокоился я.

- Пока поедим, а там посмотрим, - ответил Виктор и отправился обратно в поселок, а мы следом за ним.

Часть 5

Потчевать нас дикари собрались с размахом.

- Как расплачиваться будем? - мрачно взирал на разделывание тушки козы Виктор.

- Кто его знает местные цены? - отозвался я. - Возможно, это недорого.

- С нас никто оплаты не спрашивает, - заметил Женька.

Немного понаблюдав за народом, я с этим согласился. Нас принимали как дорогих гостей и даже 'личные апартаменты' выделили. Стоящий немного в стороне глиняный домишко оказался на удивление чистым.

Никто и не предполагал, что нам его определят для места отдыха. Вначале я заметил только суету вокруг одного из домов и то, как женщины спешно трусили шкуры. На фоне остальных строений этот смотрелся крупнее. Да и потолок был выше. Как раз под наш рост. Местные особо высокими не были. Даже вожак и то был не более метра шестидесяти высотой.

Создавалось впечатление, что 'гостевой домик' строили с таким расчетом, чтобы нормальный европеец заходил в дверной проем не пригибаясь. Но кроме размеров это архитектурное сооружение ничем не отличалось от остальных. Глиняные стены, перекрытия потолка из орясин, покрытые той же глиной, одно маленькое окошко для вентиляции, и, собственно, все.

Шкура для закрытия дверного проема тоже предусматривалась, но сейчас ее скатали в рулон. Жара стояла такая, что двери действительно лучше держать открытыми.

- Не пятизвездочный отель, но терпимо, - оценил Виктор удобства и с удовольствием вытянулся на полу хибары. Солнце поднималось все выше, и становилось жарко. Внутри домика пока сохранялась приятная прохлада. К тому же ночью мы почти не спали. И дружно решили подремать до того времени, как приготовят для нас обед.

Собственно, от приятно пахнущей еды мы и пробудились. Местные жители расставили плошки возле входа в дом, но тревожить наш сон не решились, дав поспать часа три. Но первым делом мы не к еде кинулись, а выяснили у местных, где туалет. Надеялись, что здесь не справляют нужду прямо за углом дома. Хотя запах в поселке был специфический, но это из-за того, что загон для животных располагался в непосредственной близости от домов.

Туалетное место мы все же отыскали и использовали по прямому назначению.

- Мойте руки перед едой, - пафосно и громко сообщил Виктор, когда мы вернулись от так называемого туалета, и сразу полез искать мыло в рюкзаке.

И если мыло он извлек быстро, то с водой получился затык. Откуда таскали местные воду, даже гадать не было необходимости. Река здесь одна, и её чистота была сомнительной. Плюс хранили жидкость в кожаных ведрах, подвешенных на специальных перекладинах. Тоже далеко не самая стерильная емкость. Но выбора у нас не было. Из одного такого мешка-ведра я кувшином воду зачерпнул и стал помогать умываться вначале Женьке, потом Виктору.

- Нужно еще в кувшине воду закипятить, остудить и разлить по бутылкам, - предложил я. - У нас от силы пол-литра чистой осталось. А этой можно потом и зубы почистить.

- Как поедим, так и займемся пополнением запасов воды, - согласился Виктор.

Солнце к этому времени уже жарило вовсю. Правда, на нашем аппетите это не сказалось.

- Мясо какое жесткое, - с трудом отгрызал кусочки Женька. - И воняет.

- Козлятина, - пояснил Виктор.

- Ни соли, ни специй, - добавил я. - Хорошо, что мы так оголодали, что вкуса не ощущаем.

Козлятина хоть и была разделана, но куски были довольно крупными. Мне показалось, что для нас троих подали чуть ли не всю тушку. Разве что самые несъедобные части не принесли. Лепешки, печеные коренья, какие-то фрукты тоже 'подали к столу', который изображала рогожка, расстеленная на земле.

Причем сами аборигены в пиршестве участия не принимали. Я было подумал, что мы нарушаем какие-то традиции. Но вождь к нам присоединился. И даже пытался поддержать 'застольную беседу'. Мы этого наречия никак не понимали. Виктор попробовал английский язык. Я припомнил несколько фраз из различных европейских языков, но отклика не получил. В результате перешли на язык жестов. Собственно, нас интересовало только одно: как часто сюда прилетает вертолет?

Между собой мы этот вопрос уже обсудили и пришли к неутешительному выводу. Если отправимся куда-то самостоятельно, то проблем образуется немерено. Даже при условии, что эти доброжелательные аборигены выделят нам еды, легче не станет. Унести на себе запас более чем на трое суток не получится. Плюс мясо по такой жаре не сохраним. И как раз эта жара замедлит наше продвижение. А где ночевать? Да и крокодилы в реке наводили на мысль, что в этой африканской саванне могут водиться львы и прочие хищники.

Получалось, что выбора особого и не было. Застрять в этом гиблом месте не хотелось. Конечно, смысла в нашем похищении мы пока не видели. Но вряд ли это денежный вопрос. Виктор предполагал, что это всё как-то связано с политикой. В любом случае стоило попробовать договориться. Только сначала предстояло узнать, когда состоится ближайший визит.

Из всего сказанного вождем я распознал только часто повторяющееся слово 'вэкс' или нечто похожее.

Виктор же продолжал общаться жестами. Показал на солнце, затем рукой продемонстрировал, как светило движется по небосклону и уходит за горизонт. И дальше начал вопрошать, сколько раз так солнце сделает до того момента, как прибудет вертолет.

Самое интересное, что вождь все понял. И даже начал камешком рисовать на стене дома. Изобразил кривоватый кружок и заштриховал его.

- И что сия наскальная живопись означает? - почесал затылок Виктор.

- Если как у древних египтян, то это символ ночи, - неожиданно подключился к нашему разговору Женька. - Он же твердит все время 'векс, векс', то есть ночь.

- Этой ночью? - переспросил я.

- Похоже, что так, - развел Женька руками.

Вождя же обрадовало то, что мы с этим вексом разобрались, и начал лопотать дальше.

- Авет, это что-то знакомое, - повторил за вождем Женька и нырнул в дом за своим рюкзаком. Затем он какое-то время перебирал блокноты и, как ни странно, отыскал нужное.

- Это еда или дары, подношения, - высунулся из дверного проема Женька.

- Они что, до сих пор на древнем наречии разговаривают? - не поверил я.

- Возможно, сохранились корни языка, - предположил Виктор. - Жень, что там у тебя еще есть?

- Да почти ничего. Папа же решил ноутбук с нашими вещами в камере хранения гостиницы оставить, а я записи почти не вел.

Но даже двух слов нам хватило, чтобы как-то вникнуть в ситуацию. Из всего этого получалось, что вертолет будет ночью или ближе к ночи (остальные слова вождя мы же не поняли). Местные по какой-то причине тем, кто прилетит, дадут подарки. Какие именно, оставалось только гадать. Ничего ценного у жителей мы пока не видели. Хотя Женька перевёл слово 'авет' как еду. Тогда под эту категорию подходили все животные, которых содержало местное население.

По поводу продовольствия в качестве откупных или подношений мы свои догадки вскоре подтвердили. Не успели закончить с трапезой, как в поселении появились новые визитеры. Такие же нищие, как те, у которых мы гостили. Десяток мужчин, пришедших в поселок, внешне от аборигенов ничем не отличался. Скудные бороденки, явно подрезанные ножом, такие же рваные пряди черных волос на голове, карие глаза и смуглая кожа демонстрировали, что пришельцы относятся к той же национальности, что и наши гостеприимные хозяева.

Принесли мужики несколько плетеных коробов с вяленой рыбой. И пару корзин с чем-то похожим на финики. То, что это носильщики, а не гости стало понятно, когда мужчины, оставив припасы в тенечке, поспешили обратно.

Мы же продолжали знакомиться с бытом аборигенов. Выяснили, что те серо-коричневые лепешки пекли из муки ржи или ячменя. Женька с восторгом разглядывал примитивную ручную мельницу из двух плоских камней. Потом еще сунул нос в круглую глиняную печь и сообщил интересную новость.

- Папа, а они сухие какашки, то есть навоз в печи жгут.

- Ничего удивительного, - пожал я плечами. - Кизяк в качестве топлива в подобных печах до сих пор используют в Казахстане и много еще где.

- Фу-у-у, - сморщился Женька. - И мы ели эти лепешки.

- Вообще-то они молодцы, что берегут экологию, - попинал Виктор ногой один такой кизяк, лежащий у печи. - Если ты, Женя, заметил, деревьев в округе не так много. Начни они их рубить, то истребили бы напрочь все растения вокруг поселка за несколько месяцев.

- Им и рубить-то нечем, - хмыкнул сын. - Один ржавый нож у вождя, а тетки мясо срезали вообще чем-то непонятным.

Мы с Виктором синхронно переглянулись.

- Действительно, настоящие дикари, - покачал головой друг.

- Нужно отсюда выбираться любыми путями, - резюмировал я. - Договариваемся с вертолетчиками и сулим им любые блага, только чтобы отвезли нас в цивилизованное место.

Поселковые жители тем временем начали готовиться к встрече. Женщины сходили к реке и тщательно помылись. Одеваться или как-то прикрывать свое тело никто и не думал. Женька застыл с отвисшей челюстью, когда стайка молодых женщин вернулась в поселок.

- Женя, дикие места, первобытные нравы, - попытался я как-то оправдать поведение этих людей.

- Да ладно, я и не такое в интернете видел, - просветил меня сын.

Дамочки же, усевшись в тенечке, начали приводить в порядок свои волосы. Чтобы продрать свои спутавшиеся пряди, они использовали нечто, отдаленно напоминающее гребень. Я же, чтобы и дальше не смущать ребенка, повел его к тому домику, что зарезервировали за нами. Надо было решить вопрос с кипячением воды и приготовлением запасов питья на будущее.

Вождь в нашу проблему вник сразу и совсем не возражал. Только ждать пока остынет порция воды по такой жаре оказалось долго. Попутно решили тоже привести себя в порядок. Мы с Витей побрились, сменили потные футболки. Женька переоделся в шорты.

До вечера мы смогли заполнить только четыре пол-литровых бутылки. Но и это радовало. Пока вода остывала, мы продолжали знакомиться с достопримечательностями поселка. Для нас стало развлечением даже возвращение стада в поселок.

- Интересно, а они этих коров доят? - задался я вопросом.

- Что-то не похоже, - облокотился Виктор на плетень.

- А почему у них козы не разбегаются, а послушно пасутся? - заинтересовался Женька.

- Наверное, их с маленького возраста воспитывают и приучают, - предположил я. Кстати, всех самочек загнали в закон. И только нашего знакомца Ийна никто и не думал ограничивать в передвижении.

- Сторожевой козел? - хмыкнул Виктор.

- Главное, чтобы эта скотина нас уже считала за своих, - опасливо поглядывал я на козла.

Тот на нас как раз никакого внимания не обращал. Игриво бегал за малышней и изображал из себя милое домашнее животное.

Ближе к вечеру снова налетело комарье. Вождь выделил нам по пахучей ветке какого-то растения и показал, как обмахиваться. Похоже, другого способа борьбы с комарами у местных не было. Тем временем начало темнеть. Местные принесли откуда-то сухие ветки и поволокли к вертолетной площадке.

- Похоже, это какая-то секретная база боевиков, - тяжело вздохнул Виктор. - Иначе чем объяснить, что сюда прилетают только ночью?

Сигнальные костры по четырем сторонам от круглой площадки местные зажгли, когда полностью стемнело. И сразу начали петь песни, ритмично притоптывая ногами. В целом, все выглядело настолько сюрреалистично, что я ждал уже чего угодно, но не вертолета.

Представьте себе ночь, огромные яркие звезды, людей, похожих на дикарей, полное отсутствие цивилизации, да еще и какие-то первобытные песнопения и пляски. Подобная мысль пришла в голову и Виктору.

- Не удивлюсь, если сейчас вместо вертолета на площадку приземлится дракон и потребует себе девственницу, - озвучил он мои мысли.

Как бы то ни было, но где-то через полчаса мы услышали знакомый шум работающего двигателя. Народ дружно возликовал, и мы с ними за компанию.

Вождь еще что-то выкрикнул и отправил обратно в поселок нескольких мужчин. Остальные в предвкушении ждали приближение летательного аппарата. Правда, предусмотрительно отошли в сторону, чтобы не мешать приземлению.

Скудное освещение костров не могло в полной мере показать, что там такое прилетело. Бортовые огни светили четко на место приземления, а на фоне звездного неба техника смотрелась темным пятном непонятной формы. Наконец, вертолет начал снижение. Примерно на высоте двух метров от земли он завис. Шум двигателей начал стихать, и машина плавно опустилась на площадку.

- Это что же такое? - первым обрел речь Виктор.

- Пап, помнишь, у Сашки Петрова был похожий дрон, мы его в парке запускали.

Между прочим, Женька абсолютно точно описал то, что мы видели. Четыре пропеллера и странной формы кабина привычный нам вертолет никак не напоминали.

Что-то подобное, но крупней

- Не могу припомнить ничего подобного, - поделился я своими мыслями. - Какая-то секретная разработка военных?

- Егор, по фигу, что это. Главное, чтобы они нас в качестве пассажиров взяли, - отозвался Виктор. - Я в интернете видел похожую китайскую разработку. Только меньшего размера. И тоже на четырех винтах.

Летчики тем временем почти заглушили двигатели, но продолжали освещать площадку. Где-то под брюхом этого хм... 'дрона' открылся люк и выдвинулась лестница. А еще через несколько секунд оттуда выбрались двое мужчин. Их светлые комбинезоны никаких знаков отличий не имели. И пока идентифицировать, к какой стране принадлежат пилоты, у нас не получилось.

Местные радостно поприветствовали гостей. Мужики снисходительно улыбались и вели себя как хозяева. Тот, что шел первым, успел шлепнуть по заднице одну из молодух. Девица кокетливо потрясла бусами (другой одежды на ней просто не было).

По-видимому, все шло как обычно. Вот только мы выбивались из привычной местной жизни. Второй пилот повернул голову и наткнулся взглядом на нашу группу. Тут же он что-то выкрикнул своему напарнику и схватился за кобуру. Ну, по крайней мере, я так опознал висящий у него на поясе предмет.

Хорошо, что вождь не подкачал, а выскочил вперед и начал рассказывать, кто мы такие. Пилоты какое-то время слушали его, а затем приблизились и задали нам вопрос. Причем глазами они буквально ощупывали. Только у нас оружия не имелось. Мы даже палки брать не стали, чтобы выглядеть вполне миролюбиво.

- Если они понимают местных и их язык, то мы снова в пролете, - заметил я.

- Пока у нас в качестве переводчика только вождь, - добавил Женька. - Вон уже просит предъявить 'пасс', в смысле паспорт.

Виктору ничего не оставалось, как вытащить из рюкзака документ. Мы по нашей старой привычке личные вещи без присмотра не оставляли. Особенно в поселке, где даже дверей в домах нет.

Паспорт и на летчика произвел неизгладимое впечатление. Мне показалось, что даже большее, чем на вождя. Мужчина его и так и сяк покрутил. Сравнил фото с оригиналом и много чего спросил. Жаль, что мы не поняли.

Мужчины тоже сообразили, что общего языка мы, похоже, не найдем. Оттого приказали что-то вождю, а нас пригласили в кабину летательного аппарата.

Часть 6

Автор в курсе всего того множества теорий о происхождении Великих пирамид и сфинкса. Оставляю за собой право выбора датировки.

Давайте не будем спорить. Я ориентируюсь на лекции Виктора Солкина.

https://www.youtube.com/watch?v=dRQ7GOICJ9c

https://www.youtube.com/watch?v=aVMDjBypXeQ

https://www.youtube.com/watch?v=WkhkT_6MbsM

---------------------------------------------------------------------------------------

То, что мы не понимаем язык, пилоты поняли и попробовали использовать другие доступные средства. Но прежде всего попытались выяснить, кто мы и откуда.

Пока один передавал через гарнитуру сообщение начальству, второй вывел на экран своего бортового компьютера карту и начал вопрошать. У меня в рюкзаке был рекламный буклет тоже с картой местности, и я решил, что будет проще показать его.

- Про то, что мы из Москвы, ты решил не заикаться? - поинтересовался Виктор.

- У нас вещи в гостинице Каира. Мы оттуда начали путешествие, оттуда и будем улетать домой, так что пусть доставят нас в Каир.

Рекламный буклет пилот рассматривал с таким интересом, как будто никогда ранее не видел подобных достижений полиграфии.

Тот мужчина, что отчитывался по рации, вскоре к нам вернулся и тоже с недоумением покрутил буклет, поковырял картинки ногтем и даже понюхал. А затем увеличил на экране изображение Нила, жестом попросив уточнить местоположение.

Пока я прикидывал, как это сделать, Женька перехватил шарик, вращающийся на поверхности экрана, и лихо так увеличил изображение. Причем это была не карта, а фотосъемка. Рельеф местности просматривался довольно хорошо. Никакой пустыни в том месте, где была Гиза, да, собственно, и самой Гизы с Каиром не наблюдалось.

- Не понял, - пробормотал Виктор.

Я тоже немного подвис, размышляя, к чему такие подставы?

- Папа, дай свой мобильник, он у тебя еще не разрядился. Я свою карту памяти загружу и покажу им фото, - предложил сын.

Мобильные телефоны ввели пилотов в глубокий ступор. Они смотрели на фотографии и почему-то мрачнели на глазах. Еще несколько раз жестами уточнили местоположение того города, что видели на фото. Я показал. В ответ они вывели на экран совершенно необжитую местность.

Мы с парнями никак не могли понять то, что пытались донести до нас пилоты и к чему этот фотомонтаж. Пилоты отчего-то не верили в наши доказательства. Наконец тот пилот, что был главным в паре, поинтересовался, что же вообще случилось, и как мы оказались в этих местах.

Повезло, что я неплохо рисую. Потратив несколько листов блокнота, я изобразил, как мы посетили магазин. А затем случился взрыв, и наша маленькая компания очнулась недалеко от поселка.

Снова и снова мы показывали снимки Каира, аэропорта, свои изображения, фото Москвы и не находили отклика. Пилоты между собой что-то обсуждали и очень экспрессивно. А затем начали нам показывать различные места своей аэросъемки.

- То, что нет пирамид Гизы и обилие зелени наводит на грустные мысли, - обратился ко мне Виктор. - Кроме того, что мы оказались в прошлом, ничего на ум не приходит.

- А пилоты? - напомнил Женька. - Судя по технике, мы как раз в далеком будущем.

- Действительно, если нас каким-то невероятным образом отбросило в прошлое, то откуда здесь такая техника? - поддержал я Женьку.

Виктор решил этот вопрос разъяснить и начал жестами показывать, что хочет узнать, откуда сами пилоты. Те в ответ снова вывели на экран карту, но уже звездного неба. Я довольно легко узнал созвездие Ориона. Вот только вместо трех звезд на поясе Ориона присутствовало четыре.

Пилоты еще подшаманили у себя на приборах и увеличили четвертую 'звезду'. Сразу стало понятно, что этот космический объект не входит в созвездие Ориона. Он гораздо крупнее далеких звезд и больше напоминает планету. Следующими были изображения чего-то похожего на межзвездные корабли. И дальше нам показали короткий видеосюжет о том, как летательные объекты наподобие шаттла заходят на посадку. И как из них выходят светловолосые люди в специфичных комбинезонах. Пилоты показали на себя, на планету, и дальше мы должны были догадаться, что они инопланетяне.

- Они с той планеты?! - задохнулся от восторга Женька.

- Звиздят, - возразил ему Виктор.

- Чего так? - не понял я. - Не веришь, что это инопланетяне?

- Посмотри на нас и на этих двух гавриков, - кивнул друг. - Внешне они больше напоминают жителей поселка. Волосы черные, щетина на мордах темная, глаза карие, кожа смуглая. Мы со своей славянской внешностью и то больше похожи на тех, кто выходил из 'шаттлов'.

- Дядя Витя, откуда вам знать, какие там живут разновидности инопланетян? - возмутился Женька, продолжая с восторгом разглядывать пилотов. - Одни были блондинами, а эти брюнеты.

- Интересовался я как-то этой темой, - ответил Виктор. - Действительно была версия, что нашу Землю посещали пришельцы с планеты Нибиру, которая появляется в Солнечной системе каждые три тысячи шестьсот лет. И пришельцы имели светлые волосы и глаза. Эти пилоты скорее всего их потомки. Дети или внуки. Но наличие самих инопланетян я не отрицаю.

- Принимаем версию, что мы в глубоком прошлом? - поинтересовался я.

- Не только в глубоком прошлом, но и в глубокой заднице, - как всегда прямолинейно высказался Виктор.

И пока пилоты снова чего-то докладывали начальству, мы обсуждали, насколько это вероятно, не подстава ли или безумный розыгрыш. На карте можно все, что угодно, показать. Я сам в фотошопе умею такие спецэффекты выводить, что существование чертей докажу. К тому же никак не хотелось верить, что нас отбросило далеко в прошлое.

- Если нет пирамид и много зелени, то это примерно шесть или семь тысяч лет назад, - высчитал Виктор. - Читал я, когда якобы случился Всемирный Потоп. Такой природный катаклизм в разных источниках оценивают примерно в восемь-десять тысяч лет до нашей эры. Мы, судя по времени, сейчас точно после этого стихийного бедствия.

Разобравшись и приняв для себя приемлемую версию, в которую верилось с большим трудом, мы начали ее доносить до пилотов. Я рисовал вначале вращение Земли вокруг Солнца, затем брал год за единицу, чертил вектор, демонстрировал, где мы сейчас и где были раньше.

Пилоты прифигели от такого еще больше, чем мы. Но доказательств хватало. Снова Женька подсовывал виды Каира на своем мобильнике, а я рекламный буклет. Прервали наши научные изыскания поселковые жители. Они приблизились к летательному аппарату и начали настойчиво нас зазывать.

- Там пир должны были уже организовать, - припомнил я.

Пилоты тоже спохватились, что изначально у них были другие дела и планы. Руководству о внештатной ситуации они отчитались, а все остальное рядовой состав не должно волновать. Потому мы дружно выбрались из кабины и поспешили в поселок.

Местные жители заждались. Меня сильно удивило, что к пилотам вывели нескольких 'коров'. Тот, что был главным, кивнул на одно животное и пошел дальше. Между прочим, в сторону того домика, что мы зарезервировали для себя. Похоже, это были гостевые апартаменты. А там почти сразу нарисовались девицы, которые с утра приводили себя в порядок.

Но пилоты от этих услуг отмахнулись. Их пока больше интересовали наши персоны. Не в смысле секса, конечно. Беседу и вероятность перемещения во времени мы продолжили обсуждать за ужином. Что ели - не могу сказать. Свет от факелов был специфичным, и лежащие на циновке продукты были плохо видны. Пришлось довериться опыту пилотов. Если они раньше употребляли местную пищу, то и нам сгодится.

- А быка к реке повели на убой, - высмотрел что-то Виктор и поделился своим мнением.

- Да ну... - не поверил Женька, и зря.

И получаса не прошло, как нам принесли слегка обжаренную на углях свежую печень. Вождь сказал что-то пафосное на сей счет, пилоты вежливо покивали головами и начали поглощать печенку. Вообще-то мы к этому моменту уже были сытыми. Если бы я знал, что еще и свежая печень будет, то не стал бы налегать на рыбу. А так смог съесть лишь небольшой кусочек.

'Застолье' явно близилось к завершению. Логично было предположить, что пилоты отправятся спать. И снова я ошибся в предположениях. Только мужчины закончили трапезу, как снова подсуетился вождь, протягивая пилотам большую чашу с темной жидкостью.

- Это что? - вытянул Женька шею.

В посудине была налита какая-то жидкость. Опять же в свете факелов трудно было разобрать, что это.

- Похоже на свежую кровь, - принюхался Виктор. - Если местные быка закололи, то могли из него крови нацедить.

- Инопланетяне будут ее пить? - охнул сын.

Такая мысль и у меня возникла. Но пилоты пить кровь не стали, а, поднявшись с рогожки, отправились обратно к летательному аппарату. Нас с собой они не позвали, но вождь жестами показал, что пилоты немного полетают и вернутся. Кстати, плошку с кровью они взяли с собой. Для чего, для нас пока оставалось загадкой.

Дрон вскоре взлетел и стал удаляться от поселка. Мы невольно заволновались. Вроде бы и договорились, что нас заберут из поселка. Но кто этих пилотов знает? Правда, дрон не улетал далеко, а кружил, постепенно увеличивая радиус.

- Какой-то обряд? - недоумевал я. И только успел озвучить свою мысль, как в небе начало что-то сверкать.

- Салют? - поинтересовался Женька.

- Ха, салют! - усмехнулся Виктор и потрепал Женьку по макушке. - Стреляют, но не в нашу честь.

Летательный аппарат был довольно далеко, и чем он там на самом деле занимался, сказать было трудно. Местные на те небесные фейерверки внимания не обращали, а продолжали разделывать убиенного быка. Шкуру с него сняли где-то у реки и в поселок притащили уже частично обработанную тушу.

Привязного за ноги быка закрепили на длинной палке, а ее в свою очередь установили на козлах. Мы это сооружение днем видели и решили, что это приспособление для распилки дров или нечто подобное. Оказалось, что для закрепления туши.

- Мне кажется, что эту всю говядину приготовили для пилотов, - поведал Виктор, внимательно наблюдавший за приготовлениями. - Себе местные к печке унесли только легкие, сердце и прочие потроха.

- Думаешь, что это своего рода дань? - усомнился я.

Пока мы размышляли, платят ли местные такой своеобразный налог, вернулся дрон с пилотами. Поселковые жители разом побросали свои дела и, подхватив факелы, устремились к площадке для приземления. Мы, естественно, тоже.

- А-а-а! У-у-у! - хором возликовали местные, как только открылся люк дрона, и из него что-то выпало на землю.

- Что там? - никак не мог рассмотреть Женька.

- Это бартер, - сообщил Виктор.

- В смысле? - переспросил я, потому что тоже ничего не понял.

- Там туши не то львов, не то еще каких-то хищников, - пояснил Виктор. - Парни взяли с собой посудину с кровью. Вероятно, где-то той кровью побрызгали. Немного полетали, подождали, пока набегут хищники, и устроили их отстрел. Теперь все рады и счастливы.

- Действительно, бартер, - согласился я. - Поселковые пилотам свежее мясо, а те за это местность вокруг вычищают от опасных хищников.

Как оказалось, не только мясо предназначалось в уплату за удачную охоту. Короба с сушеной рыбой и фруктами, что принесли из соседнего поселка, тоже приготовили к погрузке. Но улетать сразу пилоты не спешили. Вождь жестами показал, что они теперь будут ждать рассвет, а пока дамы готовы оказать любые услуги для дорогих гостей.

- Стрёмно как-то, - покосился на Женьку Виктор и примеру пилотов, увлекших двух девиц в 'гостевой домик', не последовал.

Я тоже не жаждал присоединяться к этой оргии и размышлял, куда бы пристроить Женьку, клевавшего носом. Ночка выдалась насыщенной. И сын уже засыпал на ходу. На мою просьбу о какой-либо подстилке вождь отреагировал правильно и приказал помощникам обеспечить для нас спальные места возле дома.

- А я всё гадал, из какого зверя те шкуры в доме, - погладил короткий мех принесенной подстилки Виктор. - Это, похоже, львиные.

Женьке было уже совсем наплевать на такие детали. Он завалился спать, как только скинул рюкзак.

- Как бы нам не проспать, - проворчал Виктор, устраиваясь рядом.

- Пилоты заверили, что заберут нас собой, - отозвался я.

- Вдруг мы чего не так поняли? - продолжал переживать Виктор.

- Они совершенно точно получили указания от начальства доставить нас куда-то на базу, - зевнул я и, подпихнув под голову свой рюкзак, устроился для сна.

Между прочим, зря мы опасались проспать. Снова ближе к утру налетело комарье. А когда начало светать, закопошились местные жители. Тут уже нам точно стало не до сна. Пока мы умывались и приводили себя в порядок, пришел вождь, чтобы разбудить пилотов. Мясо длительного хранения по жаре не выдержит. И улетать планировалось пораньше.

Конечно, без завтрака нас не оставили. Не знаю, едят ли поселковые с утра (мы такого не заметили), но нас и пилотов покормили свежими лепешками и остатками печени. И уже после этого с песнями проводили к дрону. Кстати, у летательного аппарата и грузовой отсек имелся. Задняя стенка дрона откидывалась и немного опускалась вниз. На эту подставку сложили вначале мясную тушу, а потом и короба с другим провиантом.

- Интересно, как часто они прилетают за мясом? - задался я вопросом.

- Раз в месяц или в два, - ответил мне Виктор. - Не чаще. Иначе поголовье стада не будет успевать пополняться. Мне кажется, что эти буйволы только для 'богов'. Поселковые только требуху, голову и прочую некондицию себе взяли. Да и нас угощали козлятиной.

Пилоты, закончив с погрузкой продуктов, кивнули нам, приглашая в салон. Мне по-прежнему не верилось, что это пришельцы или потомки инопланетян. И все наши ночные выкладки казались уже бредом. О чем я и сообщил своим парням.

- Пап, сейчас взлетим и увидим все своими глазами, если ты так не доверяешь их картам, - встал на защиту пилотов Женька.

- Обзор из окон действительно будет хороший, - оценил расположение нижних иллюминаторов Виктор.

Пилоты тем временем продемонстрировали, как пользоваться пристяжными ремнями, выдали подобие наушников. Что-то еще попытались объяснить, но безрезультатно.

- Ничего не трогать и не мешать полету, - перевел Женька их пантомиму.

С этим мы дружно согласились и замерли в ожидании. Поселковые жители еще что-то дружно проскандировали, и дрон загудел двигателями.

Насчет самого полета ничего сказать не могу. Раньше летать на вертолетах мне не доводилось, поэтому сравнить было не с чем. Но желудок то и дело квакал от избытка ощущений. Да и Женька сидел с позеленевшей мордахой. Потом он все же отвлекся на разглядывание местности, да и пилоты выровняли посудину и перестали закладывать крутые виражи.

Жаль, что в таком шуме, да еще в наушниках мы друг с другом толком поговорить не могли. У пилотов имелась внутренняя связь, но нам ее по понятным причинам не выдали.

'Это точно Нил', - написал мне на листке блокнота Виктор, показывая на реку, над которой мы летели.

Возможно, что так оно и было. Пока никаких признаков цивилизации мы не наблюдали. Вернее, нашей цивилизации. Я заметил лишь парочку небольших поселков, похожих на тот, где мы гостили.

Потом долгое время вообще не было ничего, что как-то можно было связать с деятельностью человека. Только небольшие стада копытных животных и обильная растительность по берегам реки. Примерно через час пилоты сменили курс и начали уходить на северо-восток.

'Мы уже в районе Красного моря и Синайского полуострова', - снова написал мне информацию Виктор и жестом показал на приборы пилотов. С моего места экран не было видно, но Виктор умудрялся подсмотреть, да еще и сравнить с тем, что было видно в иллюминаторы.

'Значит, точно, в прошлом', - написал я ответ и почти смирился с таким необычным попаданием. Главное, что Женька со мной, а все остальное вторично.

Часть 7

Путешествие на дроне заняло часа три.

'Далеко за мясом летают', - передал мне очередную записку Виктор.

'Не факт', - ответил ему я. - 'Скорее всего, они из-за нас изменили планы'.

Виктор кивнул, соглашаясь. Если припомнить, сколько спорили пилоты с кем-то по переговорнику, то изменение привычных планов им удовольствия не доставило. И, тем не менее, приказ выполняли и на нас особо не отвлекались. Такая беспечность немного удивляла. Но я склонялся к версии, что до этого пришельцы общались только с примитивными народностями наподобие тех, кто жил в поселке.

Хотя, если быть объективным, на одну социальную лестницу с собой нас не поставили. Запоздало я вспомнил, что мужчины даже не представились и не назвали свои имена. Процедуру знакомства мы как-то дружно пропустили. Вождь и одного, и второго пилота называл Иах. Это точно не было именем собственным.

Пока летели, Женька с Виктором попробовали вспомнить иероглифы, обозначающие эти звуки. Конечно, ручаться, что встреченные нами люди говорят на древнем языке египтян, мы не могли, но результат совместного творчества получился вполне приемлемым. Женька показал мне листок из блокнота, на котором были изображены луна и фигурка бога. По звукам все совпадало. А по значению 'Иах' - что-то вроде бога луны.

Закончив с этой расшифровкой, Женька больше не отвлекался и внимательно следил за тем, что находилось на земле. Он и привлек мое внимание к чему-то внизу. Это не было постройками нашего двадцать первого века, но и не напоминало примитивные поселки. Что это такое, я так и не понял, а сын сделал несколько снимков на мой пока еще работающий телефон.

От того странного объекта мы удалились не слишком далеко и начали заходить на посадку. Сверху были видны несколько каменных зданий и рядом дрон на площадке. Все это находилось на огороженной территории. Забор высотой метра четыре имел несколько смотровых вышек. Кого-то из охраны я на них не заметил.

Да и встречающая нас делегация подкачала. Конечно, я не ожидал толпы корреспондентов и 'ликующие народные массы'. Но ожидало нас всего три человека. Причем потом еще оказалось, что двое из них обслуживающий персонал, который поспешил к дрону.

Пилоты, выгрузив нас и передав начальству, поспешили выполнить какие-то манипуляции с дроном (я предположил, что заправку) и улетели. Нам же только оставалось последовать за одним из встретивших нас мужчиной.

- Между прочим, Женька сфотографировал нефтедобывающий комплекс, - сообщил Виктор, пока мы шли за сопровождающим.

- Думаешь, эти дроны летают на нефтепродуктах? - усомнился я, но фото в телефоне посмотрел. Действительно, ритмичные движения механизмов напоминали качание насосом. А вытекающая прямо в открытую емкость смолянистая жидкость была черного цвета.

- Могут нефть и для других целей использовать. Главное, что они ее активно качают.

- Подожди, - припомнил я район, над которым летели. - Там точно не могло быть нефти. Если я правильно сориентировался, то это территория Израиля. А все в курсе, что у евреев нефти нет.

- Потому и нет, что ее в древности выкачали, - возразил Виктор.

- А почему у инопланетян такие дома примитивные? - вклинился в нашу беседу Женька.

Мы к тому времени уже подошли к одному из строений, и мужчина, шедший впереди, показал, что нужно пройти внутрь. Судя по всему, мы добрались действительно до начальства.

Кроме вопросов о довольно простых строениях у меня появилась еще масса других. Снова и снова в голове крутилась мысль, что мы стали героями розыгрыша, никуда не перемещались, а по-прежнему находимся в своем времени. Ведь из реальных доказательств мы имеем только странной формы летательные аппараты. Ну и, конечно, смущал рельеф местности, мимо которой мы летели. Отсутствие дорог и прочих следов цивилизации являлись неопровержимыми доказательствами.

С самолета, на котором мы летели в Каир, было видно внизу много того, что указывало на активную деятельность людей. Здесь же ничего этого не было. Но и версию об инопланетянах я упорно не хотел принимать. К тому же Виктор этих людей таковыми не считал. Он считал, что настоящие пришельцы давно улетели, оставив на земле тех, кто присматривал за оборудованием и вел какие-то работы.

Эти 'доверенные лица' как раз могли быть потомками инопланетян. Мы сами были свидетелями того, как пилоты пользовались услугами женщин из поселка. Наверняка после таких связей оставалось потомство.

Зато версию о смотрителях пока подтверждало все, что мы видели. Пусть каменные сооружения и выглядели внушительно, но с тем, что мы знали по нашему времени, не сравнить. Любой человек из двадцать первого века предпочтет по такой влажной жаре обычный кондиционер, а не тенистую веранду с колоннами. Она, безусловно, давала глубокую тень, но особой прохлады внутри помещения не было. Уже идя по коридору, я посмотрел на потолок и снова нашел подтверждение своих мыслей. Перекрытия были из дерева. Пусть и крепкого, но все равно в моем понимании это был примитивизм.

Совсем разочароваться в тех, к кому нас пригласили, не позволило ответвление от коридора. Мы туда не свернули, но я успел заметить стоящие в нишах огромные, выше человеческого роста конструкции. Скорее всего, эти бочки были трансформаторами или другими накопителями энергии. Мало того, что они издавали тихий гул, так еще от них шел целый пучок проводов.

- Светильники у них похожи на люминесцентные, - тем временем привлек мое внимание к очередной диковинке Виктор.

Жаль, что подробно всё рассмотреть не получилось. Мы как раз дошли до дальней комнаты, где нас ждали.

В просторном помещении сидели двое мужчин и женщина. Первое, что я для себя отметил, что кресла удобными не были. Никак специально для гостей использовали подобие тронного зала? А мы, по идее, должны были впечатлиться. Но не особо это получилось. Конечно, разглядывали мы друг друга с большим интересом. Только я снова и снова находил детали того, что это не пришельцы, а 'наши местные'. Пусть и потомки, пусть и с инопланетной техникой, но все равно это земные люди.

Если сравнивать нашу экипировку и одежду, то мы больше подходили под понятие инопланетян. Одежда же тех, к кому нас привели, была вполне подходящей для жаркой погоды, но слишком простой. В большей степени напоминала тогу. Мужчины даже не имели брюк. Но всевозможных украшений на себя навесили прилично.

Какое-то время мы обменивались оценивающими взглядами молча. А затем женщина попыталась объясниться с нами на своем языке. Женька еще в поселке начал составлять небольшой словарик. Но этого запаса слов явно не хватало.

Снова я демонстрировал свои рисунки и активно жестикулировал, расписывая наши приключения. Судя по лицам, народ в эту галиматью верил с трудом. Спасало ситуацию только то, что у нас, кроме слов, имелись материальные доказательства: паспорта, полиграфия, наша одежда, рюкзаки и прочие вещи. В целом, пришельцев или их потомков мы озадачили серьезно.

Сразу принять решение никто не мог. Мужчины начали активно спорить и что-то друг другу доказывать. Единственная дама решила, что нам не стоит слушать эти прения даже при условии того, что мы ничего не понимаем, и вывела нас во двор, перепоручив тем мужчинам, которые заправляли дрон.

С ними мы тоже общались жестами. Первым делом попросились в туалет. Затем намекнули на то, что неплохо бы пообедать. Возражений не последовало. Кухня или местная столовая находилась немного в стороне от основных зданий. И пока туда шли, мы успели рассмотреть территорию поселения.

- Охрана периметра ведется за счет камер слежения. Там еще какое-то оружие в башнях, - комментировал Виктор то, что видит. - Тому, кто сунется без приглашения, шкурку подпалят.

- Это может срабатывать на любой движущийся объект, который приближается к стене, - проявил эрудицию и знание компьютерных игр Женька.

- Как-то у них эти технологии соседствуют с кустарщиной, - кивнул я на здание кухни.

- Я же говорю, что это не сами пришельцы, а их потомки, которых оставили следить или просто не захотели брать с собой настоящие обитатели планеты Нибиру, - напомнил Виктор.

Эта идея у меня давно стала основной. Я покивал в ответ, соглашаясь. Пока меня больше интересовало то, чем нас будут кормить. На кухне оказалось неожиданно многолюдно. И работники были явно из числа местных. Выделялись они низким ростом и тем, что носили обычные набедренные повязки. Наш статус у поваров сомнений не вызвал. Они тут же начали выставлять еду на большой деревянный стол.

- Посуда глиняная, - покрутил в руке миску Виктор. - Если сравнить с той, что мы видели в поселке, эту изготовили на гончарном круге.

- И питание у 'богов' достойное, - отметил я.

После обильной еды нас никто не стал ограничивать в перемещении. Начальство, видимо, продолжало спор. А всем остальным мы хоть и были интересны, но не до такой степени, чтобы бросать все дела.

- Как-то я не представляю, чем мы можем здесь заниматься и примут ли нас вообще, - рассуждал Виктор, пока мы гуляли от одного дома до другого.

- Все местные вроде слуг или рабов, - добавил я. - Не хотелось бы попасть в эту категорию.

- Но и в друзья нас вряд ли зачислят.

- А почему нас не охраняют и не проверяют? - задался Женька вопросом.

- Непуганые они, - усмехнулся Виктор. - Привыкли считать себя богами. С внешней стороны к ним не проникнуть. Нас на наличие оружия проверили и успокоились.

Обсуждения наших персон 'боги' продолжали до самого вечера, но так ничего и не надумали. Честно говоря, мы и сами не могли ничего им предложить. Допустим, разобраться в той технике, что имелась у пришельцев, мы вполне могли бы со временем. А реальные наши специальности здесь никого не интересовали. Да мы их толком и пояснить не могли. Виктор изобразил жестами, что неплохо знает строительство. И снова мимо. Кому и что здесь строить? То, что имелось, народ вполне устраивало. Я заметил, что в архитектуре нет особых изысков. Колонны без капителей и прочей вычурности. Это потом народ начнет сооружать для богов изысканные храмы. Только самих богов к тому времени на Земле не останется. Интересно, куда они денутся? Улетят или просто умрут от старости? Виктор утверждал, что продолжительность жизни у инопланетян и их потомков просто огромная.

Возраст всех, с кем нам довелось общаться, внешне варьировался от двадцати до тридцати лет. Но не факт, что им столько и было на самом деле. И вообще особого дружелюбия мы не заметили. Мадам, которую все именовали Асит, вообще была настроена категорично. Чем уж мы ей не приглянулись, я так и не понял, но брезгливое выражение лица красноречиво демонстрировало ее отношение. В общем, в этот день местные ничего на наш счет не решили.

- А я бы вернулся обратно в поселок, - завел перед сном разговор Виктор. - Вдруг та аномалия сработает обратно, и мы попадем в свое время?

- Предлагаешь поселиться на месте перемещения?

- Даже если не сработает, мы будем богами для поселковых, а не пойми кем, как здесь.

На этот счет возражений у меня не было. Мысли, что нас воспринимают как людей второго сорта, появились, когда один из прислужников привел в эту так называемую спальню. Место нам выделили вместе с обслуживающим персоналом. Спать в таких условиях было невозможно. Тощая рогожка лежала прямо на глиняном полу. И, в целом, помещение было не ахти. Паутина по углам, пыль, запах мочи,насекомые и прочие неприятные вещи, не способствовавшие хорошему сну. Друг был прав, что в поселке условия жизни теперь казались гораздо лучше. Если здешняя 'элита' не примет нас как равных, то стоило попроситься обратно.

Два дня ничего особенного не происходило. Мы слонялись по лагерю, страдали от безделья и жары, мечтали помыться и постирать вещи, донимали прислугу вопросами и старались пополнить словарь. Женька насобирал уже сотни три существительных, перешел к прилагательным и глаголам.

- Не пойму, почему один парень сказал, что идти это 'ва', другой произнес 'пери', а тетка на кухне вообще озвучила как 'переха'? - недоумевал сын, заполняя таблицу.

- Жень, возможно, у них понятие отличается, как и у нас. Уйти, войти, вернуться обозначают похожее действие, но не идентичное, - предположил Виктор. - Смотри внимательнее, что они подразумевают.

- Пери, похоже, идти вверх, подниматься, - вклинился я. - Ты спросил парня, когда стоял возле веранды, и он показал пальцами движение наверх.

- Давайте еще числительные выучим, - предложил Виктор.

С числительными нам не повезло. Прислуга считать не умела. А 'боги' общаться не очень-то и хотели. И, похоже, они чего-то или кого-то ждали.

Когда на третий день нашего пребывания в лагере прилетело что-то огромное, то мы разом перестали сомневаться в инопланетянах. Конечно, мы в них и так уже верили, но тут еще такое яркое подтверждение.

- Нас на нем заберут, или это просто вышестоящие начальство пожаловало? - поинтересовался я, наблюдая, как огромный дрон опускается на площадку.

Всех рабов и нас в том числе предупредили, что нужно держаться подальше и ни в коем случае не выходить за пределы отметки.

- Во вещь! - восхитился Виктор, наблюдая за посадкой.

- А у них другие летательные аппараты имеются? - задался Женька вопросом. - Типа тарелок?

- Может, и есть, - не стал я отрицать. Пока мы видели только короткий видеосюжет с космическими кораблями. Кто его знает, сколько и чего пришельцы притащили на Землю.

- А почему до наших дней не дошло хоть каких-то частей или деталей? - недоумевал Женька.

- Подозреваю, что эти 'боги' за своим имуществом хорошо следили. А потом забрали с собой, не оставив даже запчастей.

- Или даже если что и осталось, то на протяжении тысячелетий могло быть использовано людьми, - дополнил Виктор. - Металлы переплавили, стекло разбили. Менее долговечные материалы сами искрошились.

- Зато осталось много словесных описаний о божественных колесницах, Господе и ангелах по четырем сторонам, - кивнул я на выходящего из дрона мужчину в блестящем комбинезоне.

- Я бы эти пропеллеры подогнал под понятие шестикрылых серафимов, - высказал свое мнение Виктор.

На нас пока внимания не обращали. Прибывший мужчина с немногочисленной свитой общался со своими соплеменниками.

- Он, кстати, блондин, - заметил я.

- Поселений пришельцев, подобно этому, может быть не один десяток, - отозвался Виктор.

- И у каждого есть под покровительством те, кто их кормит и поит, - продолжил наши рассуждения Женька.

- Удобно эти боги устроились, - согласился я.

- А если вспомнить различные мифы, где боги воевали между собой и каждый поддерживал свой народ, то картина становится еще более понятной. Воевали они за источники питания и свое благополучие.

Пока мы обсуждали будущее этих 'богов', про нас, наконец, вспомнили и пригласили в главный дом. Продемонстрировать все доказательства нашего перемещения из будущего уже не получилось. Телефоны давно разрядились, а пополнить энергией их было негде. Но сами аппараты 'божество' покрутило, оценило вид, дизайн и качество работы.

Виктор, набравшись наглости, начал высказывать наши пожелания. Мол, отпустите и дайте свободу выбора. На карте мы свое место попадания еще раньше определили. По всему получалось, что переместились мы из нашего времени в прошлое и оказались на том же самом месте, где и были, с разницей в несколько тысячелетий. Карту на рекламном проспекте Виктор протянул главному и показал то место, где мы хотим проживать.

Сразу ответа на эту просьбу мы, естественно, не получили. Снова нас выставили во двор, а 'боги' продолжили обсуждение.

Забегая вперед, скажу, что возражений не последовало. Хотя и потратили они на принятие решения почти двое суток. В результате 'боги' решили, что мы существа забавные, но для них не представляющие интереса. А если сможем присматривать за поселковыми жителями, то толку от нас будет больше.

И, собственно, больше никаких привилегий, няшек и чего-то еще мы не получили. Еле-еле удалось выпросить по одному ножу на каждого. Этими инструментами пользовались на кухне. Я припомнил, что видел похожий нож у вождя в поселке. Других металлических предметов местные жители не имели. Нам же выделили оружие больше как символ власти. И вот с этими трофеями мы и отправились в обратный путь.

- Парни, постарайтесь запомнить побольше того, что видим с воздуха, - предупредил Виктор. Сам он забрал рекламный проспект с картой и планировал делать по пути отметки поселений или того, что нас заинтересует. - Начнем внедрять цивилизацию, - подбодрил он меня и Женьку.

Я так оптимистично не был настроен. Только выбора у нас не было. Все лучше, чем в слугах у богов пребывать.

Часть 8

Наше возвращение для поселковых жителей стало большим сюрпризом. К тому же они не сразу поняли, что мы никуда больше не уйдем. Вождь все выспрашивал, нужно ли забивать 'идит', в смысле, готовить мясо коровы. Раньше никто из 'богов' надолго в поселке не селился. Потому и пришлось долго объясняться. Жестами и теми немногими словами, что успели выучить, мы сообщили местным, что теперь здесь живем, и корову не нужно пускать на убой.

- Ваб, не кипишуй, - пытался успокоить Виктор вождя, предварительно узнав его имя. - Женщин ты, конечно, можешь помыть, но это непринципиально.

- Скажи, что мы себе новый дом построим, - вклинился я в их беседу.

- Сегодня осмотрим хозяйство, а завтра начнем уже преобразования делать, - согласился Виктор и начал жестами демонстрировать наши намерения вождю.

Осмотр поселка мы затеяли не просто так. Хотелось определиться с местом для дома. Далеко от поселка его не стоило ставить. Примитивная изгородь в поселении хоть как-то ограждала от хищников. Но и совсем рядом с загоном жить не хотелось. Не привыкли мы к таким запахам, обилию мух и шуму.

Строить дом у реки тоже не вариант. Там ведь крокодилы обитают. Так что, походив по поселку, мы выбрали для себя небольшой пригорок чуть восточнее. Основным критерием стало то, что рядом имелся небольшой родник. Виктор предположил, что мы можем пить эту воду без кипячения. Пока же палками вырыл небольшую заводь, чтобы устроить постирушки и помыться самим. Плескаться в реке мы откровенно опасались и пользовались той водой, что приносили нам поселковые жители.

Пока мы гуляли и осматривали поселок, козёл по имени Ийн не терял нас из вида. Рогами он не угрожал, но весь вид этого сторожа демонстрировал, как он нам не доверяет.

- Придется вокруг дома загородку ставить, - покосился Виктор на козла.

- Забор тоже можно из глины сделать, - поддержал я. - От львов, конечно, не спасет, но шакалы, падальщики и прочие твари не проникнут.

Женька предложил сделать дом в два этажа. Идея и мне, и Виктору понравилась. Подобие башни, с которой будет хорошо видно округу, нам не помешает. Осталось выяснить, где вообще народ добывал глину, и согнать их всех на работу.

Но не глина стала основной проблемой. Дерево для перекрытий и прочего нам тоже требовалось. И тут мы вспомнили, что с металлом у местных большая напряженка. Они использовали, в основном, каменные орудия труда. Этими же каменными топорами рубили деревья для своих нужд.

Несколько дней мы потратили на подготовку материалов. Повезло, что вождь не возражал и выделял нужное число работников. Это пришельцы нас, как людей из будущего, не оценили. Не то мы их не впечатлили достижениями цивилизации двадцать первого века, не то они опасались наших знаний. Жаль, что до конца разъяснить этот вопрос без знания языка не получилось. Зато в поселке 'боги' пользовались большим авторитетом. Возможно, они раньше как-то запугали народ, или хватило демонстрации своего могущества и техники. Мы же автоматически попали в разряд божеств, что не могло не радовать.

Пока мы с Виктором гоняли мужиков на рубку леса, Женька оставался в поселке. Он тоже не скучал, а занимался полезным делом. Я расщепил клиньями несколько стволов, и Женька пытался своим ножом вырезать подобие лопаты. Получилось не ахти, но для копания ям сгодилось. Виктор очертил площадку под дом размером два на три метра. По углам он собирался вбить опорные стволы. Затем соединить все плетнем и сверху обмазать глиной.

Вообще-то дом у нас должен был получиться экспериментальным. Теоретически мы знали, что такое саман. Но насколько это реально сделать в наших условиях, не представляли. Допустим, сухую траву можно накрошить в глину. Только будет ли это прочно?

- И чего мы раньше не рассмотрели подробно, из чего были сделаны дома, - вздыхал я, подразумевая наши экскурсии в Египте.

Виктор припомнил, что для самана в глину добавляли навоз. Опять же в большом количестве этого материала в поселке не было. Кизяки пускали на растопку печей и другого заменителя у местных не имелось. Да и ждать пока просохнут саманные кирпичи пришлось бы долго. Форму я из имеющегося материала собрал и посадил женщин рядом ямой с глиной делать кирпичи, но этот процесс был небыстрый.

Оттого мы решили, что делаем пока простой вариант дома. Чуть позже обложим его вокруг кирпичами из самана и продолжим строительство второго этажа. Пока стены сантиметров десять толщиной, но затем станут толще и, по идее, они будут удерживать в доме прохладу в жаркий период.

Плетеную двухэтажную коробчонку, покрытую глиной, мы, стараниями поселковых жителей, соорудили за день. Особое внимание уделили крыше. Потолок первого и, соответственно, пол второго этажа замостили орясинами в два слоя и обмазали глиной.

Стройка была в самом разгаре, когда пришлось ее прервать. Мы, городские жители и дети цивилизации, проявили в очередной раз беспечность. За все время нашего пребывания в этом времени только один раз случился небольшой дождик. А тут вдруг налетели тучи, и обрушился настоящий ливень. Подготовленные кирпичи были сложены в пирамидки. Их не смыло, но верхние заготовки сильно пострадали от дождя.

- Навес нужен, - с сожалением оценивал наши потери Виктор.

- Я тебе сразу говорил, а ты уверял, что местные к жаре привычны, нечего их баловать и тратить ценный ресурс для навеса, - попенял я другу.

- Зато после дождя видно, что мы выбрали удачное место. В поселке народ грязь месит, а у нас уже сухо, - заметил Виктор.

- Еще канав и отводов наделаем, чтобы совсем хорошо было.

- В поселке тоже неплохо бы устроить отвод дождевой воды, - поддержал мою идею Виктор.

- Инструмента нет, - вздохнул я. - Эти палки-копалки не выдерживают никакой критики.

Снова собирали мужчин в поход за деревьями. Затем три дня ставили серьезное укрытие от солнца и дождя. Женька предложил использовать для кровли навеса тростник, которого на берегу было очень много. Местные брали его только для плетние корзин.

- А ведь первые лодки египтян были из тростника, - задумался я.

- Егор, закончим с домом - займемся остальным, - притормозил меня Виктор. - И так ни времени, ни сил не хватает.

- Кстати, ты не понял, отчего поселковые не ловят рыбу? - припомнил я. - Для пилотов приносили короба с сушеной из соседнего поселка.

Этот вопрос мы попытались разъяснить вечером во время ужина. Вождь обычно питался с нами, подчеркивая свою значимость и статус. Он вообще был смышленее остальных. Не зря такую должность имел. Наш вопрос по поводу рыбы понял и даже изобразил пантомиму, как соседи бьют рыбу копьями. А в нашем поселке таких умельцев нет, зато есть большое стадо буйволов. Но если нужно, то народ сходит к соседям и поменяет львиную шкуру на рыбу.

- Сплести им примитивную ловушку для рыбы? - озадачился Виктор. - Рыбки бы я поел. Печеные утки уже поперек горла встали.

Водоплавающих птиц рядом с поселком действительно было много. Утки, гуси, цапли гнездились в зарослях тростника и камыша. Мало того, у них был период обзаведения потомством. Яйца этих пернатых местные жители охотно употребляли в пищу. И опять же, собирали только то, что находили рядом с берегом.

- А крокодилы не съедят рыбу вместе с ловушкой? - поинтересовался Женька, когда Виктор озвучил идею.

- Попробуем. Только материал запасти нужно.

На следующий день Женька занимался заготовкой папирусного тростника для ловушки. Замочил его в заводи нашего родника и пообещал, что если не ловушку, то корзины сплести сможем. Чтобы не путаться, мы условно стали называть тростник высотой не более метра папирусным. Выше по течению Нила, в поселке рыбаков, произрастал тростник высотой метра два. Именно такой я планировал использовать для изготовления лодки. Рыбу мы и сами можем ловить.

- А еще нам нужно сделать посуду из огнеупорной глины, - спохватился я. - Тогда у нас будет еще и уха.

- Давай устроим себе и им мастер-класс, - согласился Виктор. - Саманные кирпичи будут еще несколько дней сохнуть. Да и дом весь еще сырой.

Принудительно сушить дом мы попробовали, разведя костер внутри. По стенам сразу пошли мелкие трещины. Я их потом замазал, но рекомендовал подождать пока само собой просохнет. Дни, кстати, становились все жарче. По некоторым признакам мы определили, что сейчас конец мая или начало июня. Не зря же столько времени слушали экскурсоводов. Да и Женька информации добавлял.

Основным ориентиром взяли созвездие Большого Пса и его главную звезду Сириус. Все, кто немного интересовался историей Египта, в курсе того, как древние египтяне почитали эту звезду. До двадцать третьего июня в течение семидесяти дней Сириус не виден. А двадцать третьего июня он восходит на минуту раньше Солнца. И приблизительно в этот же период начинается разлив Нила.

Женьке эта история с 'собакой солнца', как называли Сириус древние шумеры, очень нравилась. Древние греки упростили название до 'собаки'. А римляне называли 'собачкой' (Canicula). Любому, кто услышит название 'каникула' сразу понятно, что речь идет о летнем периоде времени.

Мы проверили уже несколько раз и на рассвете Сириуса не наблюдали. Оставалось дождаться этого события, и тогда мы сможем точно датировать дни. Виктор поспрашивал вождя, но увы. Пока астрономией местные не увлекаются. Придется постепенно приучать их и рассказывать о важности наблюдения за небосводом.

Попутно Виктор планировал приучать наших поселковых жителей к земледелию. То зерно, из которого пекли лепешки, обменивалось у дальних соседей. Мне такое странное разделение труда не нравилось совершенно. Получалось, что один поселок специализируется на рыбе, другой на мясе, третий на зерновых.

- 'Боги' нам никаких ЦУ не оставили. Так что мы вправе обучать народ, чему захотим, - поддержал меня Виктор. - Только загородку придется делать, иначе сторожевой козёл первым потопчет делянку.

Вопрос с посадкой пшеницы мы с Вабом обсудили. Естественно, что он не возражал. Поинтересовался, когда сие мероприятие намечается, и, получив ответ, что не так скоро, успокоился. Пока его заинтересовало другое представление. Объяснить, почему мы взяли вполне приличные миски, разбили и истолкли их мелко, не получилось.

Но за моими действиями по лепке посуды из шамота наблюдали все жители с большим интересом. Глина из ближайшего карьерчика по своему составу была идеальной. Я и раньше замечал, что несмотря на свою неказистость, изделия очень крепкие. Потому очень надеялся, что смогу получить подходящие суповые емкости.

Много делать сразу не рискнул. Кто его знает, как получится? Примерную пропорцию сорок и шестьдесят порошка и сырой глины, я помнил. Только на практике никогда не применял. Потому слепил только две больших емкости с крышками, один чайник и ложки. Оставшуюся обычную глину тоже применил по назначению.

- Ну, ты, папа, даешь! - восхищался Женька. - А свистеть эти свистульки будут?

- Когда обожжем - тогда и узнаем.

- Нужен гончарный круг, - с сожалением разглядывал мои поделки Виктор. - У тебя талант. Только воплощение не идеальное.

- Пить из этих кружек сможем, и ладно, - отмахнулся я.

- Пора медь искать, - резко ушел от темы гончарного промысла Виктор. - Нужен металл. Примерно я знаю, где ее добывали в Египте. Только с транспортом напряг.

По нашей карте получалось, что медные рудники располагались точнехонько на востоке от поселка. Правда, по расстоянию получалось километров сто, сто пятьдесят.

- Если одного из этих буйволов запрячь... - размышлял я.

- Лучше сразу двоих, чтобы тянули более приличный вес.

- Потребуется телега. А еще придется изобретать упряжь и приучать к ней буйволов, - сообщил я и отрицательно покачал головой. - Провальная идея.

- Самим пешком? - не сдавался Виктор.

- А воду, а продукты как тащить?

- Богов попросить?

В ответ я только скривился.

- Не думаю, что они заинтересованы в подобной помощи. Для них местные это рабы, поставляющие свежие продукты питания.

- Согласен, - кивнул Виктор.

- Оставим тему с поиском меди на осень. Уходить от реки летом более чем опрометчиво. А осенью будет больше дождей. Есть вероятность найти по пути родники или ручьи.

- А еще там львы и ягуары водятся, - вмешался в нашу беседу Женька.

- Пацан, как всегда, в тему, - вздохнул Виктор. - Значит, еще придется изобретать какое-то оружие и брать с собой десяток мужчин.

- Кстати, об оружии, что в наших условиях можно сделать? - задался я вопросом.

- Лук! - тут же предложил Женька.

- Нет, сын, лук или арбалет требуют оборудования, которого у нас нет, - не поддержал я Женьку.

- Насчет лука я не стал бы совсем отрицать, - не согласился со мной Виктор. - Повозиться придется, конечно. Но рога для составного лука найти не проблема.

- А инструмент? - как всегда проявил я здоровый скептицизм.

- Говорю же, что повозиться придется. Когда дело дойдет до обработки, скажу Вабу. Он женщин организует, а я покажу, как шкурить песком и прочее.

- А стрелы? - с восторгом в голосе уточнил Женька.

- Все придется заготавливать долго и кропотливо. Но если мы ориентируемся на начало осени, то время есть. Завтра и пойдем искать подходящие деревья.

- Жень, ты не особо рассчитывай, что сможешь из лука пострелять, - осадил я сына. - Там не всякий взрослый мужик осилит.

- Составной лук легче в обращении, - не согласился со мной Виктор. - Это для английского классического лука сила натяга пятьдесят-шестьдесят килограмм. Мы сделаем проще.

- Хорошо. Только луки это на перспективу, что еще из оружия можно вспомнить?

- Местные ходят с копьями. Не самая плохая идея. Могу еще предложить дротики. При определенном навыке хорошее оружие.

- Снова все упирается в дерево и его обработку, - заметил я.

- Можно пращу использовать, - вспомнил Женька.

- Молодец, - похвалил я сына. - Возьми на себя это вопрос. И заодно начни тренировать мальчишек, с которыми подружился.

Раздобыть кусочки кожи для пращи было проще всего. Да и полоски кожи имелись в поселке с большим запасом. Так что уже на следующий день стайка подростков под предводительством Женьки осваивала новую забаву или оружие. Смотря как на это посмотреть.

- Егор, твои горшки сохнут, саман тоже только наполовину готов, - перечислял мне Виктор. - Займемся тростниковой лодкой? У берега слишком топко и мелко для рыбалки. Нужна лодка.

Как только мы определились с этим вопросом, то тут же озадачили вождя. Мне показалось, что Ваб новому заданию обрадовался. Развлечений в поселке никаких. Обычная бытовуха народу приелась. А тут мы каждый раз что-то новое предлагаем. Для чего нам тростник, вождь не понял, но предложил очистить участок от тростника полностью. В смысле, вместе с корнями. Муку из этого растения поселковые жители употребляли в пищу практически каждый день. Это для нас пекли лепешки из пшеницы. Сами местные питались попроще. И к новому заданию отнеслись с энтузиазмом.

Три дня мы дружно таскали, рубили и складывали тростник. Попутно я озадачил женщин в плетении веревок. Нам же 'снопы' еще увязывать между собой придется.

Корневищ после такого массового истребления тростника добыли много. В дальнейшем мы не думали уничтожать это ценное растение. Но один раз можно было расчистить береговой участок. А еще Виктор вспомнил, что обжаренные корневища можно заваривать и пить. На плоском раскаленном булыжнике я поджарил мелконарезанные кусочки корневища и добавил в кипящую воду.

- Не кофе, конечно, но похоже и по вкусу, и по цвету, - оценил Виктор этот напиток.

Вождю мы тоже налили. Мужчине понравилось. Отсутствие посуды для кипячения делало недоступным для местных подобные напитки. Но я в скором времени думал это исправить. Из тех же фиников получался приятный сладковатый напиток. Правда, самих фиников было мало. Почти все, что приносили соседи, предназначалось для богов.

- Нужно свою рощу сажать, - задался этим вопросом Виктор. - Сходим в соседний поселок, выроем саженцы.

- Вить, как ты мне говорил? Не все сразу. Мы физически не можем охватить все области деятельности, - напомнил я.

- Хорошо. Тогда пока лодка и рыбалка.

- На лодке можно к тем соседям сплавать, - напомнил Женька.

- Значит, первым делом лодка, - согласился я.

Часть 9

Тростниковая лодка на самом деле это в большей степени плот. Пучки тростника увязывают между собой, создавая основу. И вроде бы конструкция примитивная, но нам с ней пришлось повозится. Снова столкнулись с тем, что катастрофически не хватало инструмента. Ну не зубами же перегрызать тростник? Местные, конечно, и раньше его заготавливали для хозяйственных нужд, но не в таком количестве, как требовалось для лодки.

Виктор в очередной раз проявил смекалку. Пусть у нас не было подходящих инструментов, но что-то мы сумели изготовить.

В ход пошли обычные ключи от наших квартир. Сталь у них крепкая - фиг сломаешь. О том, чтобы как-то их переплавить и речи не шло. Нет у нас ни печей, ни угля. Зато если наточить обычный ключ, то получается маленькая пилочка. У ключей же имеются уже готовые 'зубья'. Виктор обтачивал их на камне три дня и добился отличного результата.

Где раздобыли местные жители этот точильный камень, у меня даже идей не было. Точно притащили издалека. Поблизости ничего подобного мы не встречали. Виктор утверждал, что это агат. Но я сомневался. Впрочем, название камня особой роли не играло. Главное, что мы и вождь на нем успешно точили ножи. Ваб занимался заточкой своего инструмента раз в три дня. По этим же дням он и брился.

Я, когда рассмотрел технологию бритья, вполне ее одобрил и даже выпросил для нас тот корень, что использовал Ваб вместо мыла. Надолго наших бритвенных принадлежностей не хватит. Отращивать бороды мы не хотели. Слишком жарко и негигиенично. Когда-то придется искать альтернативу, и метод Ваба был неплох.

Мы еще раньше заметили, что вождь был единственным, кто брил физиономию. Похоже, это как-то было связано с его статусом, а может, и требованиями со стороны 'богов'. В любом случае точильный камень вождя нам очень помог в подготовке инструмента из ключей.

Я потом ручки-держатели сделал. Вначале обтесал заготовку из дерева, затем ее расщепил вдоль. Проковырял отверстие и вставил между двумя половинками ключ. В отверстие загнал щепу. А потом уже эту ручку обмотал полосками кожи. Это подобие пилы получилось не более пяти сантиметров. Но для заготовки тростника вполне годилось.

Виктор лично отбирал мужчин, которым доверил драгоценный инструмент. В первый день мы потратили несколько часов, чтобы наладить работу. Следить приходилось за каждым действием, проверяя исполнение. Проще было вырвать все с корнем, но мы не хотели лишиться подобного ресурса. Если просто срезать, то он снова вырастет. Потому и устроили прореживание зарослей при помощи самодельных инструментов. Перед началом работ я подробно расспросил вождя по поводу водных змей и крокодилов. По словам вождя, крокодилы не такие частые обитатели этих мест. Конечно, они встречаются, и мы сами были тому свидетели, но с ними борются. В смысле, охотятся. Я так понял, что их мясо едят, а вот выделанную шкуру преподносят богам.

- Я бы тоже от штиблетов из крокодиловой кожи не отказался, - пробурчал Виктор.

В общем, нас заверили, что если в ходе работ попадется несчастный крокодил, то умертвят его быстро и с радостью. Пока же четверо наших помощников срезали тростник. Еще трое мужчин перетаскивали его на площадку и раскладывали сушиться. Остальной народ только наблюдал со стороны. Мы надеялись, что изготовление примитивных плавсредств поселковые жители возьмут на вооружение. Пока они совсем не понимали, что это такое делается и для чего.

Когда на берегу скопился приличный запас тростника, я начал руководить увязкой снопов, придавая им заостренную форму. Всю технологию приходилось осваивать и изобретать на месте. Почти сразу я понял, что увязать тростниковые снопы такого размера и диаметра прямо на земле не получится. Реально не подпихнешь под них веревку из растительных волокон. Пришлось прерывать работу, заготавливать бревна и уже на них складывать снопы.

Семь больших снопов диаметром в полметра каждый выглядели основательно. Затем их увязали вместе наподобие плота. И уже после этого веревками и усилиями десятка мужиков загнули концы плота вверх.

- Похоже, - оценил Женька, подразумевая то, что видел раньше на фото.

- Осталось столкнуть ее в воду и проверить, как это все поплывет, - оглядел я наше творение со всех сторон.

При наличии полусотни особей, жаждущих развлечений, столкнуть тростниковую лодку в реку труда не составило. Правда, назвать лодкой этого монстра язык не поворачивался. С загнутыми вверх носами посудина имела длину метров шесть. В самой широкой части почти три метра. Настоящий маленький корабль получился.

- Как будем его веслами вверх против течения тащить? - бурчал Виктор.

- У нас-то и весел еще нет, - напомнил Женька.

- Изначально мы строили лодку для рыбной ловли, вот и будем использовать её по прямому назначению, - напомнил я. - Мы хотели еще понтонный причал сделать. Нил скоро разольется и берег превратится в непроходимое болото.

Пока же нам очень хотелось опробовать лодку. Даже благоустройство собственного дома отошло на второй план. Саманные стены мы уже начали поднимать, но отвлеклись, увлекшись строительством лодки. А еще нам очень хотелось ухи или какого-нибудь супчика. Посуда, налепленная мной, была приготовлена для обжига. В этом вопросе местные жители разбирались лучше нас. Они сложили из глины 'одноразовую печь' и теперь заготавливали дрова.

Но и на лодку оставалось время. К тому времени, как спустили посудину на воду, Виктор сплел несколько ловушек, а я сделал удилище. Леска и крючки так и лежали в Женькином рюкзаке. Осталось только это все приладить, прикрепить грузило и самодельный поплавок из пера цапли.

Вначале мы при помощи длинных шестов отогнали лодку на несколько метров от берега. Затем все теми же шестами закрепили её на месте и начали опускать ловушки на глубину. За нашими манипуляциями с ловушками вождь наблюдал с повышенным вниманием. Малышня по просьбе Виктора наловила лягушек, которых он раскромсал и зарядил снасть. Если не рыба, то раки на такое мясо должны повестись.

Для меня же дети насобирали красных личинок тех самых надоедливых комаров. Мотыль - отличный корм для рыб. А здесь его в избытке. Собственно, это подтвердилось через несколько секунд, как я забросил удочку. Рыбы в реке было много. Еще раньше вечерами я завистливо прислушивался к их всплескам. И, наконец, получил возможность ловить.

- Какая рыба некормленая, - усмехался Виктор, наблюдая за тем, как мы с Женькой только успеваем забрасывать и снимать с крючка рыбу.

Когда два плетёных короба были наполнены доверху, решили закругляться. Все равно посуды для ухи еще нет. А в печеном виде это не то. Ожидаемо, что поселковых жителей наша рыбалка неимоверно обрадовала. Ваб буквально светился от счастья. Еще бы! Одно дело менять шкуры или коз на рыбу, а другое дело самим её добывать!

- Нужно потом посмотреть, как и с чего бьют рыбу соседи, - поделился своими мыслями Виктор.

- Завтра начнем весла делать. Как будут готовы, сплаваем вверх по течению, - заверил я.

- Мы еще хотели шалаш или навес от дождя сделать на лодке, - напомнил Женька.

- Лучше делать навес. Нам же не столько от дождя, как от жаркого солнца он потребуется, - поддержал я сына. - Поселковые нарежут тростника, сколько скажем.

- Да... мы лодкой и рыбалкой подтвердили свою принадлежность к богам, - усмехнулся Виктор.

Так оно и получилось. Рыба была воспринята на ура. А сама лодка вызывала всеобщее изумление. Время близилось к вечеру, но мужчины все продолжали ощупывать и разглядывать то, что они сами же и сделали. Пока эти тростниковые снопы были на берегу, они выглядели чем-то обычным. И вдруг - раз! Превратились в нечто божественное - то, что не тонет в воде, да еще и перевозит пассажиров.

- Если ловушки себя оправдают, то перекинем это дело на местных, - предложил я. - Нам и других дел хватает.

- Рик, который помогал вязать снопы, смышленый парень, - припомнил Виктор. - Можно ему в помощники поставить Та.

Эти двое были нашими фанатами. Не то парням хотелось развлечений, не то по своей природе оказались более любознательными. Но внимали они буквально каждому слову или жесту. Кроме Рика и Та, только молодые женщины также донимали своим вниманием. Я еще держался, вернее, брезговал, а Виктор уже закончил свой целибат. Чтобы не смущать Женьку, он приглашал дамочек в гостевой дом сразу после ужина и надолго этот процесс не затягивал.

Не знаю, может, я и привыкну через какое-то время. Пока же пересилить себя не мог. Конечно, если сказать Вабу, то он отправит дам мыться. Но от этого они не становились лучше, продолжая благоухать не самыми приятными ароматами. Женщины много времени проводили у печи, где готовили пищу на кизяках. Их руки и волосы были пропитаны запахом навоза и дыма. Да и внешне они были еще теми красавицами. Виктор их как-то различал, а мне они казались все на одно лицо.

Женщины в поселке занимались традиционной бабской работой. Готовили еду, убирались, присматривали за маленькими детьми и изготовляли ткань. Вернее, они эту ткань плели. Никаких станков женщины не имели. На палку навязывали нити основы, вручную продевали поперечные и утрамбовывали гребнями. Я, когда впервые увидел это примитивизм, захотел изготовить им ткацкий станок и почти сразу расхотел.

Снова все упиралось в отсутствие инструмента и металлов для его изготовления. Хотя я все же поинтересовался, из чего та кудель для ткани. Вождь долго и красочно описывал и даже сводил на возделываемый участок, где выращивали нужное растение. Кроме того, что урожай собрали совсем недавно, я ничего не понял.

- Папа, в Египте всегда делали одежду изо льна, - напомнил мне Женька. - Просто мы никогда не видели этот лен, потому ты и не понял.

- Неужели в такие древние времена уже выращивали лён? - изумился я. Женька в ответ только пожал плечами.

Идею о ткацком станке я совсем отметать не стал. Когда-то и нам самим понадобится новая одежда. Но пока сосредоточился на другом. Первые мои посудины из огнеупорной глины были извлечены из печей. Тому, что в них можно кипятить воду и варить мясо, поселковые жители обрадовались чуть ли не больше нас самих. Ваб рассказал историю, что у одного племени, где-то внизу по течению Нила, есть большая емкость из металла. Те тоже варят коренья и мясо с ними. А теперь и у нас в поселке имеется такая полезная вещь.

Следующие две недели были посвящены кулинарии. Конечно, закипала вода в такой посудине долго, но это было не важно. Зато всех водоплавающих птиц пускали в супы. Я лично следил, чтобы супы обязательно солились. Соль у местных была. Но они ее использовали как-то странно.

- Все правильно. Солят только продукты длительного хранения, - пояснял мне Виктор. - Все, что употребляется сразу, по мнению местных в соли не нуждается.

- Нужно научить их еще коптить рыбу и мясо, - предложил я.

- Разве что только для нас самих. Коптильня потребует много дров. А ты сам знаешь, какая здесь ситуация с дровами, - не поддержал меня Виктор. - Лучше еще огнеупорных горшков налепи.

- Посуды нужно делать много, - согласился я. - Несколько коров недавно отелилось, я хочу попробовать их подоить. Не понимаю, отчего поселковые не доят коров?

- Может, по той причине, что ни одно млекопитающее не пьет молоко в взрослом возрасте? - предположил Виктор. - Вспомни современных нам выходцев из Азии, Африки, Южной Америки. Молоко они употребляют только до трехлетнего возраста. А после лактоза не только не усваивается, но и дает симптомы как при отравлении.

- Отравление молоком? - искренне изумился и не поверил Женька. - Это, скорее всего, аллергия. Я пил и ни разу не отравился.

- Я тебе говорю про африканцев и прочих. Жители Европы всегда употребляли молоко в свежем виде и не страдали, - напомнил Виктор. - Не путай аллергию и непринятие организмом лактозы.

- Неужели негры нашего времени совсем не пили сырого молока? - продолжал недоумевать сын.

- В чистом виде нет, - подтвердил Виктор. - Но существует множество кисломолочных продуктов, которые усваиваются организмом.

- А почему так? - не успокаивался Женька.

- Да я и не помню уже. Как-то видел передачу по ТВ, потом еще в интернете проверил информацию. Что-то там на генном уровне. У коренных жителей Южной Америки почти поголовная непереносимость лактозы. А у голландцев наоборот.

- Пожалуй, нашим поселковым нужно будет разъяснить это нюанс, - заметил я, прервав лекцию друга. - Пусть едят творог, сыры и прочие производные.

- На кислом молоке можно тесто делать, - припомнил Виктор.

- Только лучше брать для этого пшеницу, а не ячмень, - согласился я и даже начал вспоминать, какие можно блюда приготовить из такого набора продуктов.

Впрочем, у нас еще не только молока не было, но и дойных коров. Животные к подобному непривычные. Мало того, сам процесс дойки я представлял весьма смутно. И все равно отказываться от идеи не хотел. Правда, Женька внес конструктивное предложение - попрактиковаться на козах. Они и меньше, и более приучены к общению с людьми.

Козочки и правда были забавными и игривыми. Откликались на свист и хлопот не доставляли. Оттого меня немного коробило, когда бывшую подружку по играм забивали и съедали на ужин. Детвора за козами присматривала, но не постоянно. Особенно в последнее время, когда мальчики под предводительством Женьки начали осваивать пращу. Получалось у них не очень. Может, со временем и научатся попадать точно в цель. А пока сын придумал нечто попроще. У него же в рюкзаке обнаружилась шапочка для плавания.

Располосовав ее на ленты, Женька сделал несколько рогаток и раздал поселковым подросткам. Разве что самым маленьким мальчишкам не досталось.

Теперь пятеро мальчишек под предводительством сына стреляли по всему, что летало. Набивали они много разной мелочевки. Пришлось мне притормозить такое истребление птиц, рассказав, что будет, если все истребители насекомых исчезнут. Сын понял и перенаправил тренировки на уток. И сразу понял, что рогатка не такое серьезное оружие. Но если разом и залпом в одну утку, то вполне действенно получается. Виктор еще сделал мишень и закрепил ее чуть в стороне от поселка.

- Пусть учатся прицельной стрельбе, - сообщил он. - Луки я когда-нибудь соберу, тогда и понадобится такое умение.

Твердые породы дерева для луков мы давно заготовили и сложили в гостевом доме. Когда закончим оборудование собственного дома, то перенесем. Заселение наметили до прилета 'богов'. Собственно, дом уже был готов, и шла только отделка. Сделали двери, которые можно было запереть изнутри, Виктор сплел подобие корзин для хранения мелких вещей.

На первом этаже окон не было. Только два вентиляционных отверстия. Зато на втором этаже у нас было два окна. Одно выходило на восток, другое смотрело на запад. Окна у нас были снабжены подобием горизонтальных жалюзи из папируса. Виктор утверждал, что от комаров эта нехитрая шторка немного должна спасать. Я не особо ему верил. По-моему, отпугивали комаров ветки растения, которые я клал в проем окна. Какой-то мебелью обзавестись не получилось. Но несколько хороших шкур для спальни мы себе принесли.

Еще сделали люк на крышу. При помощи приставной лестницы можно было выбираться на крышу и осматривать округу. Даже Женькин театральный бинокль использовали. Где-то далеко на востоке просматривались горы. О том, что они там есть, мы и так знали. Поселки выше и ниже по течению Нила видны не были. Хотя дым от очагов мы порой замечали.

Кстати, из поселка рыбаков снова пришли носильщики за день до прилета дрона. По нашим подсчетам прошло ровно тридцать дней. В предыдущую ночь вождь послал народ жечь на берегу костры. Сути этого действия я так и не понял. Виктор предположил, что это сигнальные огни. Только для кого, непонятно. Сам дрон прилетел через сутки. И снова почему-то ночью. Снова мы недоумевали.

- Если пилоты летают на ночную охоту, то у них имеется подобие приборов ночного видения, - рассуждал я вслух. - Обозначение вертолетной площадки тоже понятно.

- Думаю, что и те огни на берегу ориентиры, - подключился друг к обсуждению. - Даже с приборами ночного видения отличить один поселок от другого сложно. А так у пилотов сигналы вдоль реки. Возможно, что они в предыдущую ночь посещают другой поселок.

Естественно, что узнать подробности этого действия не получалось. Не только запаса слов не хватало. Ваб не был в курсе того, что делали 'боги' за пределами поселка. Но встречали их снова с песнями и плясками.

Нас пилоты поприветствовали, одобрительно покивали головами на наш дом. Ваб повел показывать лодку. Не знаю, что там прилетевшие разглядели при свете факелов, но вроде тоже одобрили.

- Как бы местным не ввели налог на рыбу, - ворчал я. - К чему так расписывать, сколько и чего мы наловили?

Ваб ещё и ловушки продемонстрировал. Не все, конечно. А те, что как раз ремонтировали. Остальные были в реке. Плетеная снасть оказалась удачной во всех отношениях. Я наши удилища пока припрятал. Хватало того, что попадало в ловушки. Если мы ставили их подальше от берега, то вынимали полные рыбой, если чуть ближе к зарослям тростника, то могли попасться раки. Здоровые такие. Местные их раньше ловили вручную. Процесс получался не быстрый. Мужчины шли вдоль берега, что-то там ощупывали под водой, поднимая тучи ила. Опять же печеные раки это было не то. Мы с посудой для варки сразу сделали революционный рывок в области кулинарии. И всем этим местные потчевали пилотов, продолжая хвастаться.

Корову в этот раз не забивали. Пилотам вручили вязанки ощипанных уток, тростниковые коренья и рыбу от соседей. Мне показалось, что этого мало для питания в течение месяца.

- Они могли по пути еще посетить поселки, - предположил Виктор. - Тут же у всех разная специализация. Главное, что 'боги' снова улетели стрелять львов.

Кстати, часть шкур пилотам тоже вручили. Получалось, что не так уж и мало дани они забрали. Нами, как пришельцами из будущего, остались довольны. Мы наконец познакомились. Ях и Шу звали пилотов. Я в очередной раз подивился коротким именам. Меня самого стараниями Виктора сократили до Гора.

Ях и Шу искренне порадовались, что мы уже неплохо понимаем язык. Виктор под это дело выклянчил два ножа. И ещё пояснил, что возьмем любой металл и даже не оформленный в изделия. Такового у пилотов не было. И они даже ничего не пообещали.

- Мне эти парни больше понравились, чем их начальство, - поделился я мнением, когда пилоты улетели. - Будем надеяться на полноценное сотрудничество. Жаль, конечно, что металл не дают, но попытаемся у них что-нибудь другое раздобыть.

Часть 10

Прошло три дня с того момента, как улетели пилоты, а Виктор вдруг заметил, что воды Нила начали подниматься.

- Парни, теперь нужно следить и ждать восхода Сириуса, - заволновался он.

У Виктора на часах имелась функция будильника. Только установить точное временя у нас не получилось. Мы примерно определили полдень, и это было с большим погрешностями. Но в качестве будильника часы можно было использовать.

Несколько дней я и Виктор дежурили по утрам поочередно у окна на восток. За это время мы успели очистить приличный кусок земли от камней и кустарников. Ваб всячески поддерживал это начинание, поскольку мы ему еще раньше сказали, что будем здесь сажать зерновые. Оставалось только дождаться того времени, когда пора начинать посадочные работы.

Именно мне повезло застать необычное зрелище. Небо только начало светлеть на горизонте, когда взошла яркая звезда и вскоре показался солнечный диск. Несколько секунд Сириус еще был виден на фоне солнца, а затем день вступил в свои права, погасив все звезды.

- Подъем! Двадцать третье июня, - громко оповестил я.

- А у нас еще соха для обработки земли не готова, - потянулся и зевнул Виктор.

- Успеем. Нил сейчас разольется, оставит на берегу плодородный слой, и только потом начнем пахать.

- Попробуем сделать упряжь для бычков?

- Если только для самых молодых. Хотя не уверен. Их тоже приучить сразу не получится.

- А то вы знаете, как та упряжь выглядит, - подал голос Женька.

- Тоже проблема, - вздохнул я. - Но нам здесь обживаться, и на долгие годы. Придется всему научиться.

- Папа, а ты себе жену будешь брать? - бесхитростно поинтересовался ребенок. - Или будешь, как дядя Витя приглашать разных в гостевой дом?

От такого вопроса я только что не поперхнулся.

- Ни к чему нам тут жены, - ответил за меня друг.

С этим мнением я был полностью согласен. Конечно, организм требовал свое, но создавать в привычном понимании семью я не планировал. Хотя уже опробовал одну из девушек. И, похоже, секретом от Женьки мои похождения не стали.

- Что там у нас с веслами? - сменил я резко тему разговора. - Может, уже можно использовать лодку на дальние походы?

- Только Ваба с собой возьмем и трех-четырех мужчин в качестве гребцов, - поддержал разговор о плавании Виктор.

- Сколько всего хочется сделать, - делился я во время умывания. - Участок для посева льна нужно расширять. Как-то соорудить ткацкий станок. Для лодки нужен парус.

- Да... Египет в этом плане уникален, - согласился со мной Виктор.

Даже он был в курсе того, что ветра этого региона обычно дуют с севера на юг, позволяя таким образом использовать силу паруса, чтобы двигаться против течения реки. А чтобы сплавляться вниз, и рулевых весел хватит. Пока же мы могли использоваться только силу своих мускул. Вабу сообщили, что на следующее утро устроим поход к соседям.

Вождь сразу засуетился, отдавая распоряжения по продовольствию и прочему. Мужчин он тоже подобрал крепких, умеющих хорошо обращаться с копьём. Впрочем, здесь все были охотниками в силу обстоятельств. Не часто, но хищники подходили к поселку. На шум, который поднимали животные в загонах, поселковые реагировали как и положено - выскакивали из домов, зажигали факелы и отпугивали незваных гостей. Особо наглых атаковали копьями и не безуспешно. За время нашего проживания в поселке такое случилось только два раза, но и этих ночных впечатлений мне хватило.

Честно говоря, я бы никогда не решился даже на короткое путешествие куда-то за пределы поселка. Копья, что использовали мужчины, у меня с понятием грозного оружия никак не ассоциировались. Лук и дротики мы еще не сделали. Да и потом навык обретем не сразу. А хищники - те же львы и ягуары - ждать нашей учебы не станут.

Другое дело путешествие на лодке. Крокодилы на нее не залезут, а других водных животных вроде как нет. Мы подробно расспросили Ваба о том, что водится в Ниле в этом времени. Про бегемотов он даже не понял. Заверил, что все опасности только на берегу или в зарослях тростника.

В общем, убедившись, что поездка будет безопасной, мы отправились в путь.

- Рыбаки приходили с подношениями богам примерно в середине дня, - рассуждал Виктор. - Предположим, что они выходили рано утром. Пять километров в час... итого...

- Тридцать километров, не больше, - подвел я итог. - Если сможем вести лодку со скоростью пешехода, то после обеда будем на месте. Переночуем и обратно домой.

Но первые же попытки грести вёслами внесли корректировку в наши планы. Идти против течения получалось с трудом. Не было у нас слаженности действий. Вместе с Вабом и помощниками получалось три пары гребцов. Я и Виктор попеременно менялись и становились за рулевое весло. Кстати, гребли мы стоя. Это была жалкая пародия на то, что хотелось получить.

- Любой опыт полезен, - успокаивал меня Виктор, когда я не выдерживал и начинал орать на туповатых мужиков из поселка.

- Они что, совсем не понимают, как действовать синхронно?! - возмущался я.

- Не было у них подобной практики, - вставал Витя на защиту этих убогих.

- Папа, попей водички и не нервничай, - поддерживал меня сын.

- Жень, встань на носу лодки и изобрази дирижера, что ли... - подал дельный совет Виктор.

Рекомендации помогли. Мы начали работать слаженно, и лодка устремилась вверх по Нилу. Еще через час мы уже настолько освоились, что даже стали разглядывать то, мимо чего проплывали. Пока пейзаж не особо отличался от того, что был в нашем поселке.

А еще через полчаса я скомандовал остановку. Нос лодки мы загнали в тростники и закрепили. Небольшой перерыв устроили не только для отдыха. Я предполагал, что нам понадобятся если не перчатки, то подобие рукавиц. Вот только с материалом не угадали. И теперь срочно чинили и перешивали льняные покрытия для ладоней.

- В следующий раз используем кожу, - констатировал я.

- Сам же решил, что в кожаных будет жарко, - припомнил мне Виктор.

После короткого отдыха мы немного изменили порядок гребцов. Я встал за руль. Ваб и Та были отправлены под навес отдыхать. Мы не гнались за скоростью и двух пар гребцов вполне хватало.

- Будем меняться каждые полчаса, - сообщил Виктор. - Нет среди нас подобных профессионалов.

Между тем окружение становилось все интереснее. Вдалеке мы заметили стадо животных, похожих на антилоп. Дикие козы тоже встречались. Женька утверждал, что высмотрел в зарослях камышового кота. Я не сильно верил, разумно предположив, что все кошачьи ночные хищники.

На часах Виктора было одиннадцать утра, когда мы встретили поселок на противоположном берегу реки. Ваб ответить на наши вопросы не смог, он сам был не в курсе. А мы решили пока не останавливаться. Хотя жители поселка и вышли на берег, что-то покричали и помахали руками.

- Еще одни 'колхозники', с которых боги собирают продовольственный налог? - предположил Виктора.

С этим я согласился. Даже издали были видны загоны для животных и примитивные глиняные домишки. Мы продолжали неспешно плыть, обмениваясь мнениями и фиксируя все, что видели.

Женька еще до обеда успел вздремнуть. Его услуги в дирижировании уже не были востребованы. Виктор сообразил подавать команду голосом. Наши гребцы освоились и на 'и-раз!' реагировали адекватно. Ваб же буквально светился от счастья. Еще бы, 'боги' взяли его с собой. И даже монотонная работа веслом не ухудшала настроения вождя. Жаль, что описать поселок, и куда мы плыли, он не мог. Не только потому, что не хватало запаса слов. Ваб никогда не был в нем. Отчего-то поселковые принимали гостей, но сами к соседям никогда не ходили.

В общей сложности на дорогу у нас ушло шесть с половиной часов.

- Не больше двадцати пяти километров, - сделал поправку к предыдущим вычислениям Виктор.

- Как бы не меньше, - добавил я. - Если учесть наши остановки и скорость.

Ожидаемо, что никто не ожидал прибытия по реке такого 'чуда-юда'. На берег высыпали все жители. Ваб же начал что-то кричать и радостно потрясать веслом. Он чуть не охрип, отвечая на вопросы.

- Подождал бы, пока мы причалим, - качал Виктор головой. - Ишь, как хвастается.

С причаливанием проблем не возникло. Я даже понял, как здешний народ ловит рыбу в Ниле. Невысокое скалистое образование словно врезалось поперек течения реки. Подвести к нему лодку не составило труда. Правда, выбрались на берег мы не сразу. Местные никак не хотели освобождать дорогу. Каждый норовил посмотреть, а то и пощупать наше плавательное средство. Но, в конце концов, мы выбрались на сушу.

- Хорошо быть богами, - оценил Виктор гостеприимство поселковых жителей. Нас не только расположили со всеми удобствами в тенечке, но и сразу начали потчевать.

- Не расслабляйся. У нас конкретные планы, - напомнил я.

- Жень, ты показываешь плетение ловушки для рыбы, а мы пройдемся до пальмовой рощи, - согласился со мной Виктор.

Между прочим, нам представили местного вождя. И он тоже оказался 'Вабом'.

- Кажется, Ваб это не имя, а какая-то должность, вроде жреца, - предположил я.

- Какая разница, - отмахнулся друг. - У нас другие дела и вопросы.

Если быть объективным, то особых дел у нас как раз и не было. Взять саженцы пальм, научить плести ловушки и, собственно, все. Даже обучать гончарному делу я не собирался. Просто подарили парочку емкостей из огнеупорной глины. Как-нибудь в другой раз просветим на эту тему подробнее.

На самом деле мы просто устроили себе отпуск и немного исследовали окружающую нас местность. Плюс проверили ходовые свойства лодки. Про то, что тростниковая лодка годится для путешествия, мы и так знали, но хотелось убедиться лично. А еще показать местным, как можно передвигаться по реке.

В отличие от жителей нашего поселка, соседи оценили такое средство передвижения очень высоко. Им-то приходилось носить короба с рыбой на своих плечах. А тут, оказывается, имеется такая удобная альтернатива.

Виктор демонстрировал весла и принцип их изготовления, а я провел мастер-класс по заготовке тростника и вязанию его в снопы. До темноты успели все, что планировали. Виктор еще широким жестом подарил один из ножей, раздобытых у пилотов.

Это 'боги' не сильно заинтересованы в повышении производительности труда и улучшения быта людей. Мы же собирались обосноваться в этом регионе надолго.

- Нужно делать парус, - стонал я на следующее утро.

Тело после нескольких часов гребли болело так, что я еле поднялся. Мысленно уговаривал себя, что обратно пойдем по течению реки и будет легче. Насчет паруса Виктор был со мной солидарен и даже выклянчил немного льняной кудели у Ваба номер два. А еще показал, что мы настаиваем на увеличении посевов льна. В своем поселке мы на эту тему уже просветили народ.

Раньше излишки семени льна перемалывали в муку и запекали, смешивая с пшеницей или рожью. Виктор это дело пресек, заявив, что боги желают получить больше тканей. Ваб тогда еще сильно недоумевал. Мол, зачем? Летом народ ограничивался куцыми тряпицами в виде набедренных повязок, а те другие боги ткань никогда не спрашивали. Но установку по льну Ваб получил.

- По-хорошему нужно бы посетить еще тот поселок, откуда привозят пшеницу, - размышлял я вслух. - Но до посевной мы не успеем.

- Оставим визиты на потом, - отмахнулся Виктор. - И так хорошо сходили.

Против этого я не возражал. Нам щедро отсыпали фиников и соли. От рыбы мы отказались. Ваб рассказал, что у нас много рыбы благодаря ловушкам. И, похоже, огорчил подобным заявлением. Соседи раньше выменивали рыбу на шкуры. А теперь лишались подобного источника дохода. Тут уже подключился Виктор, поясняя, что лён мы возьмем в любом количестве, и как раз на те же шкуры и будем обменивать.

Обратная дорога мне понравилась больше. Та вполне освоился с рулевым веслом и подменял меня и Виктора. Одну пару мы поставили на греблю, а все остальные в это время, развалившись на шкурах под навесом, предавались праздному безделью.

- Жаль, что этот регион станет засушливым, - рассуждал Виктор, неспешно вкушая финики.

- Это случится еще не скоро, - возразил я. - Пока болот в этой местности хватает, и вместе с ними разных гадов.

Мы как раз проходили мимо подобного заболоченного участка по левому берегу. Вот уж где раздолье крокодилам и змеям! Хотя меня больше донимали кровососущие твари. Оставалось только радоваться, что в это время или еще нет малярии, или отсутствует конкретно в этом регионе. Но и помимо комаров насекомых хватало. Мы поступили очень мудро, когда отстроили дом в два этажа. Хотя бы жуки и ящерицы в спальню не заползают.

- Зайдем в гости к тем, кто на противоположном берегу? - прервал мои мысли о вреде насекомых Виктор.

- Давай. Только ненадолго, - согласился я.

- Там будет Ваб номер три? - хохотнул Женька.

- Скорее всего, - хмыкнул я. - Это, кстати, удобно. Жрец единственный, кто бреется, и его видно сразу.

- Папа, ты думаешь, что 'ваб' это жрец, а не вождь?

- Определенно, жрец, - подключился к обсуждению Виктор. - Я помню из прочитанного о пришельцах с планеты Нибиру, они всегда выбирали посредника для общения.

- И зачем? - недоумевал сын.

- Жрецы не только хранители знаний, но и языка, - решил углубиться подробнее в эту тему Виктор. - Настоящие выходцы с Нибиру имеют колоссальную продолжительность жизни. Для них один год это наши три тысячи шестьсот лет. Вот представь себе, что ты обучал местных жителей чему-то полезному, в том числе и языку. Возвращаешься через год, а они все позабыли.

- Папа бы психанул. Он всегда нервничает, когда я текст на английском забываю, - усмехнулся Женька.

- Правильно, любой разумный психанул бы, - согласился Виктор. - Пришельцы придумали способ общения через жрецов, которые, по идее, должны сохранять знания языка носителя.

- Не сильно-то они его сохранили, - вспомнил я то языковое разнообразие, что уже должно быть в этом времени.

- Возможно, что обучают и передают какие-то знания только жрецам.

- Ни черта они им не передают! - снова возразил я. - Для этих 'богов' местные примитивный народ, который должен обеспечивать свежим продовольствием.

- Ну так мы поправим, - оптимистично заверил Виктор.

- Дядя Витя, а та планета Нибиру где сейчас? - поинтересовался Женька.

- Думаю, что как раз удаляется от Земли.

- Как ты можешь оценить время прилета? - не понял я.

- Если вспомнить такие источники, как Библия и тому подобное, то можно предположить, что, когда планета входит в зону видимости с Земли, она наиболее приближена к ней. И происходит это каждые три тысячи шестьсот лет.

- А от какого момента считать? - поинтересовался Женька.

- Можно от того, что описывается в Библии. Там волхвы не только знали о появлении новой звезды, но и связали ее с рождением Иисуса.

- Эк тебя понесло, - скривился я.

- А что? Лично я верю, что такой исторический персонаж, как Иисус Христос, существовал на самом деле.

- Сын божий? - с азартом уточнил сын.

- Жень, мы таких сынов наблюдали несколько дней назад. Только Иисус был специально 'разрекламирован', как Мессия и прочее.

- Парни, давайте не будем углубятся во всю эту теологию, - прервал нас Виктор. - Просто отсчитаем от момента рождения Иисуса три тысячи шестьсот лет.

- В плюс или минус? - переспросил Женька.

- Зачем нам в плюс? - удивился Виктор. - И так понятно, что в нашем двадцать первом веке планеты Нибиру даже на подступах не было. Отчитываем в минус. И получаем то, о чем уже догадались раньше - планета начала удаляться от Земли.

- Только нам от этих знаний не холодно и не жарко, - вздохнул я. - Вернемся в реальность. Вон уже виднеется поселок, который мы хотели посетить. Виктор, меняй Та у руля, а я поправлю гребцов.

Часть 11

В том, что прибыли боги, жители левобережного поселка ничуть не сомневались. Женщины даже принарядились, в смысле, нацепили бусы и синей краской подкрасили почему-то нижние веки. Наш Ваб, как всегда, выступил в качестве переводчика. Но мы и сами уже что-то понимали. Виктор сообщил, что ждем от этого поселка лён, а на другие продукты, обычно поставляемые богам, мы не претендуем. Хотя меня привлекли пасущиеся здесь животные, напоминающие баранов. На привычных нам овец эти особи походили, но слишком отдаленно.

- Селекция, - кратко пояснил мне Виктор. - В этом времени овцы пока такие.

- Мне кажется, что их мясо должно быть вкуснее козлятины.

- Предлагаешь взять на развод?

- Отнимать не будем, но можно обменять на огнеупорную посуду и рыбные ловушки.

Пока же ничего на обмен мы предоставить не могли. Сытно отобедав, пообещали еще навестить этих людей и поспешили домой. Нам еще ту конструкцию, что Виктор гордо окрестил сохой, как-то нужно использовать по прямому назначению.

По поводу обработки участка земли мы немного поспорили. Я предложил сделать это до того, как Нил полностью разольется. Земля здесь целинная и будет обрабатываться с трудом. Если взрыхлить сейчас, то после того как участок пропитается водой, станет легче пахать. Виктор был не согласен. И я ему всучил мотыгу, используемую местными жителями. После нескольких замахов Виктор принял мою сторону и согласился. Осталось только 'уговорить' животных принять участие в этом сомнительном мероприятии.

Двум молодым бычкам мы заранее нацепили подобие ошейника. Особо довольными животные не выглядели, но и избавиться от этого аксессуара не смогли. За две недели к ошейникам бычки немного привыкли. А теперь нам предстояло полностью запрячь их в конструкцию для пахоты.

Как это должно выглядеть на самом деле, никто из нас не помнил. Виктор утверждал, что длинная орясина с закрепленной сохой должна располагаться между двух бычков. Естественно, что и закрепить ее можно было только к деревянной конструкции. Заготовки этого крепежа у нас имелись. Но запрячь животных оказалось совсем не просто.

День первой пахоты запомнится всем жителям поселка надолго. Все взрослое мужское население удерживало быков, а мы обещали всем небывалый аттракцион. Быки отчаянно мычали, мужики криками не то их пытались остановить, не то поддержать в сопротивлении.

- Вяжи вокруг рогов ремни! - суетился Виктор, пытаясь закрепить верхнюю перемычку. - Не давай им расслабиться!

- Женька, не суйся под копыта, - следил я за ребенком.

- Му-у-у! - жалобно выражали несогласие быки.

- Поверни левому морду! - снова Виктор.

- Женька, еще раз сунешься, получишь ремня! - отгонял я сына.

- Му-у-уууууу! - ревели быки.

Остальной народ просто галдел, удерживал быков и не вмешивался в процесс.

Где-то через час быков удалось связать в единую конструкцию. Они от такого совместного ошейника в восторг не пришли и начали активно брыкаться. Мужикам, удерживающим быков на месте, пришлось нелегко. А нам предстоял еще один цирковой трюк - закрепить соху с длинной палкой между быков, привязав ее к 'хомуту'.

- Как-то нужно этих коров заранее приучать, - утирал пот со лба Виктор.

- По-моему, пахотных животных кастрируют, чтобы были более спокойными и выносливыми, - припомнил я.

Виктор с сомнением заглянул быкам под брюхо.

- Это делают еще телятам, - прервал я созерцание бычьих яиц.

Наконец, крепление сохи закончилось и можно было начинать пахоту. Угу. Только быки были не в курсе того, что от них в итоге хотят получить. Теперь я налегал на соху, а Виктор руководил мужчинами, которые удерживали быков, и направлял процессию вдоль будущего поля. Каждое животное сопровождали три человека. Остальные жители поселка просто шли рядом, громко обсуждая странные действия богов.

- Егор, сильнее жми! - тем временем покрикивал на меня друг.

- Да не могу я! Тяжело.

- Давай вместе, - вник в проблему Виктор. И, поставив в наблюдатели за движением Ваба, присоединился ко мне.

Соха сразу углубилась сантиметров на десять.

- Эту землю никто раньше не пахал, оттого трудно в первый раз, - делился я наблюдениями. - Плюс какие-то мелкие корешки растений путаются.

- По-хорошему соху нужно бы металлом обшить, - согласился со мной Виктор.

Где-то метров через сто мы решили, что пора делать разворот.

- Женька! Тормози народ! - скомандовал я.

А дальше цирковое представление продолжилось. Все, кроме быков поняли, что нужно двигаться в обратную сторону. Пока я держал соху на весу. Виктор жестами и матерными словами пытался животных развернуть.

- Они нам всю борозду сейчас затопчут, - возмутился я, когда понял, что один из быков и сопровождающие его люди точнехонько идут по только что вспаханной земле.

- Все не затопчут, - оптимистично заверил Виктор. - Лучше попробуем еще заглубить соху.

- Вить, сломаем нафиг, - возразил я, когда затрещали крепежи и ремни, удерживающие пахотную конструкцию.

- Тогда пашем так.

После третьего поворота поле начало вырисовываться. И участок сто на тридцать метров мы вспахали часа за четыре.

- Может, стоило подождать полного разлива Нила? - поинтересовался Женька, когда мы решили, что этого пока хватит.

- Кто его знает, - отозвался я. - По идее, взрыхленная почва больше примет влаги.

- Вторую вспашку с углублением устроим через четыре месяца, когда схлынет вода Нила, - дополнил Виктор.

- Нужно за это время приучить бычков ходить парно и в специфичном обмундировании, - добавил я.

- Ваше ярмо натерло им шеи, - просветил Женька, вспомнив название этого крепежа. - А еще я видел на папирусных рисунках, как пахари используют кнут, чтобы подгонять животных.

- И кнут тоже сделаем, - согласился я.

Пока же бычков напоили и выдали им заранее подготовленную еду в виде сорванной травы.

- На сегодня все, - резюмировал Виктор. - А завтра поставим народ на рытье канала.

По поводу этой оросительной системы мы сильно сомневались. В будущем данный регион станет очень засушливым. Пока же дождики случались каждые три-четыре дня, но мы хотели подстраховаться.

Из всего, что мы могли сделать, годилась только система шлюзов. Выкопаем канал, перекроем шлюзом. После того как Нил отступит, в каналах останется вода для полива поля. И с этим стоило поспешить. Нил с каждым днем поднимался все выше и выше. Между прочим, комарья стало меньше. Только днем жизнь в поселке замирала по причине жары. Животные предпочитали тень деревьев, а люди - укрытие в домах.

- Не завидую я тебе, Ийн, - сочувствовал Женька козлу.

Животное, лежащее в тени, выглядело изможденным. Сами мы занимались делами теперь только рано утром и вечером. Попробовали доить коз, и вполне успешно. Первое молоко оставляли только себе. Ваб, конечно, выпросил немного. И просидел над туалетной ямой чуть ли не сутки. Больше он эту 'пищу богов' не рисковал пробовать.

К дойке коров мы подготовились более основательно. Телята уже подросли, и можно было претендовать на излишки молока. Пока решили, что нам хватит двух коров. Сделали из плетня специальный загон, приготовили ремни, посуду и приступили к работе.

Хорошо, что уже имели небольшую практику в плане дойки коз. Тут главное было не дергать, а плавно надавливать пальцами вдоль соска. Правда, у меня левой рукой получалось не так хорошо, да и за задними ногами коров приходилось следить, чтобы не получить копытом, но все равно результат был.

- Пора баб обучать, - предложил Виктор через несколько дней успешной дойки выбранных двух коров.

Обучение затянулось на несколько дней. Мало того, что местные женщины сами по себе были немного туповаты, так еще и лишнюю работу не жаждали получить даже от богов.

Молока тем временем становилось все больше и больше. Местные пробовать его опасались как в свежем, так и в сквашенном виде. Мы же сделали первый творог из того обилия скисшего молока, что у нас скопилось. Жаркая погода не способствовало длительному хранению молока. Творог тоже предстояло употребить как можно быстрее. Ваб от дегустации долго отнекивался. Но все же рискнул попробовать и очень удивился, когда ему не пришлось бегать в туалет.

- Творог тоже в такой жаре долго не сохранить, - рассуждал Виктор. - Попробуем сварить сыр?

Естественно, что никто из нас раньше сыр не делал. К чему такие изыски, если можно купить в магазине десяток сортов? Но, как ни странно, совместными усилиями мы вспомнили компоненты. Кроме творога, молока и соли, неплохо было бы иметь яичные желтки и соду. Последних двух ингредиентов у нас не было. Водоплавающие птицы давно уже вывели потомство, и свежих яиц не предвиделось до следующего года.

- Сода нужна, чтобы там 'дырочки' получались, - заверял нас Виктор. - Обойдемся и без нее.

В общем, сварили из того, что имелось в наличии. И, между прочим, неплохо получилось. Сыр эта субстанция напоминала. Даже местная ткань с ее неплотным плетением в качестве сита отлично подошла. Мы уже давно не ели ничего подобного, а тут так хорошо пошло! К тому же сыр по жаре хранился дольше творога. Ваб это оценил.

Теперь все козье молоко мы сквашивали специально, пуская его на творог. В качестве питья использовали коровье. Еще я попробовал сделать некоторые блюда на основе кислого молока. Те же лепешки получались мягкими и пышными. Хотя, опять же, долго они не хранились. Да мы и не собирались это делать. Съедали еще горячими.

Пирожки с рыбой, жареные на топленом жиру, тоже пошли на ура. Для этого пришлось делать новую печь принципиально другой конструкции, по сравнению с тем, что имелось. Зато выпечка с мясом и начинкой из каких-то фруктов, смешанных с финиками, потрясла всех. Конечно, поселковые это смогли только чуть попробовать. Дойных коров осталось только две, а коз шесть. К тому же муки на всех не хватало, и по умолчанию самые вкусные продукты подавали только богам.

Ваб, зараза такая, преподнес наши новшества прилетевшим пилотам. Те, конечно же, их оценили. Хорошо, что Виктор вовремя вмешался и сообщил, что это продукты не длительного хранения, и от поставки этого продовольствия поселок освободили. Пилоты с удовольствием откушали, но с собой забрали все, как обычно - бычка, сушеную рыбу и финики.

На охоту они тоже слетали. В этот раз общение с ними давалось легче. Запас слов у нас значительно пополнился. Мы с Виктором почти не пользовались словариком. Жаль, что понять громоздкие предложения так и не смогли. Ях и Шу по отношению к нам выражали дружелюбие. И пытались что-то рассказать, показывая примерно в том направлении, куда нас возили.

Мы ведь так до сих пор и не поняли, какое точно решение принял главный из этих 'богов'. То, что его не заинтересовали технические достижения будущего, было и так понятно. Инопланетная техника на порядок превосходила то, что имелось в наше время.

Промышленности и научной базы сейчас нет. По косвенным признакам мы предположили, что на Земле пришельцев или их потомков всего несколько десятков. Развивать и плодить для себя конкурентов инопланетяне не собирались. Их вполне устроило то, что мы взялись приглядывать за одним из поселков, таким образом, поддерживая кормовую базу.

Пилоты улетели, а мы снова вернулись к повседневным делам. Я лелеял надежду сделать гончарный круг. Инструмента, конечно, не хватало. Виктор заверял, что при должном терпении можно обработать дерево и каменными орудиями. А уж чтобы вращать колесо, Ваб мне половину поселка выделит.

- Гончарный круг должен быть удобным и простым, - возражал я. - Гончар работает без помощников.

- Сделаем тебе ножной, - пообещал Виктор. - Главное, клей сварить.

Он уже это дело опробовал и потерпел неудачу. Словосочетание 'рыбный клей' и я слышал, и даже помнил, что варят его из пузырей рыб. Виктор этих пузырей засушил с большим запасом. Вот только сварить клей не получилось. Субстанция на выходе напоминала больше желатин. Виктор пробовал выпарить излишки жидкости путем большего нагрева и запорол все напрочь.

- Что-то мы не так делаем, - резюмировал он.

Следующей его идеей стала варка клея из рогов или копыт. Этого материала имелось с избытком. Но сразу много Виктор не стал брать. Для начала он взял всего парочку рогов. Завернул в льняную тряпицу, разбил и как мог мелко истолок. А потом тупо начал их варить. Долго. Костяная масса, в конце концов, растворилась в жидкости. Виктор продолжил выпаривание. Когда масса загустела, опробовал ее в качестве клея. Две отшлифованные дощечки вполне склеились. Вот только сам клей после остывания загустел и превратился монолит.

- Кажется, столярный клей, если это он, всегда используют в горячем виде, - припомнил я.

Клеевую массу Виктор снова раздробил. Кстати, в середине масса оказалась не такая и твердая. Получившиеся комочки он сложил в узелок и отнес в наш дом на хранение. Можно считать, что клей для бытовых нужд уже имелся. Теперь оставалось подготовить доски для гончарного круга.

Первый этап - рубка дерева и расщепление его при помощи кольев - был самым простым. А дальше предстояло так обработать заготовки, чтобы они пристыковались друг к другу, да еще и имели форму колеса.

Снова выручили наши маленькие пилочки, сделанные из домашних ключей. Потихоньку, полегоньку, но отпилить и сделать нужную форму досок у нас получилось. Торцевую часть обрабатывали ножами. Долго шлифовали камнями и полировали песком.

И уже собрав первое большое колесо, сообразили, что проделали много лишней работы. Конечно, клей придаст крепость конструкции. Но и без него доски вполне можно закрепить. Ковырять отверстия пришлось долго и кропотливо. Но зафиксировали мы все в в форме большого колеса с обратной стороны поперечными досками. В отверстия вбили подобие деревянных гвоздей и залили клеем. Когда ножное колесо высохло, я посадил двух женщин его шлифовать. Это чтобы потом самому ногами не напороться на занозу. С малым колесом (или оно называется гончарный круг?) возились меньше.

Нам вообще очень повезло, что местные настолько привыкли подчиняться богам, что готовы были выполнять любую прихоть. Первый гончарный круг собирали всем поселком. А уж когда люди поняли, что это вообще такое получилось, то восторгов было море. Ладно местные, Женька тоже чуть не прыгал от восторга, когда я изготовил первый немного кособокий кувшин.

- Папа! Ты такой молодец! - сыпал комплиментами сын.

- Егор, делай, сколько осилишь. Глиной тебя обеспечат, - попросил меня Виктор. - Наведаемся в гости к тем, кто ниже по течению, подарим, заведем знакомства.

- Я без паруса по Нилу больше не пойду, - обозначил я свою позицию.

- Бабы нитки уже заготовили. Займемся станком, пока гончарные изделия сохнут. Будет ткань - будет парус.

Ткацкий станок у нас получился довольно неплохим по местным меркам. На самом деле мы собрали по-быстрому из сырых палок и досок нечто страшное, но вполне функциональное. Все равно льна было мало. Виктор пообещал, что потом повторим в более совершенном варианте. Но затмить популярность гончарного круга станок не смог. По такой жаре местные предпочитали носить только набедренные повязки. Мы и сами давно щеголяли в трусах. Немногую сохранившуюся нашу одежду сложили в доме. Обгореть мы уже не боялись. Кожа покрылась загаром. А лишняя одежда доставляла только дискомфорт.

Потому ткацкий станок и обилие ткани вызвало у всех недоумение. Женщины послушно ткали, сменяя друг друга, пока не закончились нитки. Ширина полотна на нашем станке была не более семидесяти сантиметров. Виктор прикинул и решил, что пяти кусков по три метра в длину нам вполне хватит. Оставалось его наткать. Ваб даже сплавал в гости в левобережный поселок и в обмен на глиняную посуду привез еще кудели льна.

Возились мы с готовым полотном несколько дней. Повезло, что у Виктора оказался швейный набор в рюкзаке. Иглы мы берегли, как самую большую ценность. И сшивать парус никому не доверили. Полученное огромное полотно местных жителей сильно озадачило. Когда же мы начали крепить на лодке мачту, а затем и сам парус, то снова вызвали бурю восторгов. В очередной раз Ваб водил показывать улучшенное оснащение лодки прилетевшим пилотам. Парней идея заинтересовала. Жаль, что своим временем они не могли распоряжаться. Забрали положенные продукты, немного свежей рыбы, и снова улетели.

Мы же сразу стали собираться в путешествие вниз по реке. Где-то там выращивали пшеницу и ячмень. Хотелось поближе познакомиться с соседями. Если мы правильно поняли, то урожай зерновых собирали два раза в год. Но очень хотелось самим посмотреть всю технологию посева.

Виктор предполагал, что наши знания использования плодородного ила Нила преждевременны. Здесь еще хватает нераспаханных и неистощенных земель. Да и регулярные дожди способствуют орошению почвы без специальных каналов.

- Главное, что мы научили этому местных, и, - заверил я, - как бы там ни сложилось, мы-то точно знаем, что эти знания сохранятся и через тысячелетия. Пока же просто познакомимся соседями.

На том и порешили.

Часть 12

Кажется, больше всех радовался очередному путешествию Ваб. Мне его смышленость всегда импонировала. Он даже считать до шестидесяти умел. Похоже, что его специально обучали. Некоторые виды продовольствия шли на счет, и такой навык требовался.

- Нужно заняться образованием народа, - поделился я своей идеей с Виктором.

- Пусть Женька обучает, у нас другие задачи, - отмахнулся друг. - Под парусом мы не ходили ни разу, как он себя поведет, неизвестно.

Насчет паруса были и у меня большие сомнения. Мало того, что эта скудная тряпица соткана была наспех, так и по поводу размера мы могли не угадать. Потому сразу далеко отплывать мы не стали. Спустились от поселка метров на пятьсот и попытались вернуться при помощи новой снасти. Ветерок с севера дул хороший, и по задумке лодка должна была пойти вверх по течению при помощи паруса.

Как потом оказалось, предусмотрительность мы проявили не зря. У нашей лодки имелось своё мнение по поводу такого способа передвижения. К парусу и тяге, что задавал ветер, претензий не было. А вот лодочка подкачала. Отчего-то эта посудина сразу потеряла устойчивость. Да еще и парус кренился то в одну, то в другую сторону, несмотря на то что он, по идее, был прямым. В очередной раз лодка наклонилась так, что водой залило нам ноги.

- Спускаем парус и гребем в поселок, - скомандовал я.

- Егор, да не потонем мы, не переживай ты так, - возражал Виктор. - Это же, по сути, плот. Он теоретически не может перевернуться.

- Вить, домой, - проявил я настойчивость. - Вспомни, как Женька после посещения музея папируса смотрел информацию в интернете по тростниковым лодкам.

Виктор и сам Женька задумались, вспоминая.

- Там были лодки не то индейцев, не то кого-то из южной Америки, - припомнил сын.

- А принцип у них был как у катамаранов, - добавил я.

- Точно! - поддакнул Виктор. - Жень, мы еще с тобой рассуждали, что интересная конструкция, и два заостренных носа.

- Вот и нам нужно сделать вторую лодку, закрепить ее с первой, и тогда будет полная устойчивость, - сообщил я.

В этот же день Ваб объявил поселковым, что боги изволили в очередной раз чудить и хотят сделать вторую лодку. Пока местные снова заготавливали тростник и увязывали его в снопы, мы занялись конструкцией мачты и соединением двух лодок. Первую даже пришлось на берег вытаскивать. Заодно её осмотрели, немного подлатали те места, где истрепались плетеные крепления.

- Мне кажется, что такие лодки не очень долговечны, - рассуждал я вслух, оценивая состояние плавательного средства.

- Зато делаются быстро, и материал для них тоже легко восполняется, - дополнил Виктор.

Правда, чтобы столкнуть в воду такой катамаран, пришлось попыхтеть. Мы дополнительно сплели грубоватые канаты и силами всеми жителями поселка столкнули конструкцию в Нил. Еще два дня облагораживали, продлевая навесы и закрепляя поклажу. Кстати, с такой системой рулевое весло располагалось в более удобной месте. Самому рулевому даже сидячее место устроили.

Для первой пробы паруса на модифицированной лодке мы отошли на те же пятьсот метров от поселка. И вернулись под бурное ликование местных жителей. Грузоподъемность новой лодки на порядок возросла, как и устойчивость. Но брать лишних людей в поход мы все равно не стали. Вниз по течению реки отправились с тем составом, который уже опробовали в совместном плавании.

- Хорошо быть богом, - развалившись на лежанке, в очередной раз повторил Виктор.

Я с этим был полностью согласен. Ваб сидел на месте рулевого. Два человека неспешно гребли, чтобы наша скорость была чуть больше скорости течения Нила. Остальные отдыхали и разглядывали берега. Легкий ветерок создавал приятную прохладу, а заодно отгонял комаров и прочих летающих насекомых.

По словам Ваба, до следующего поселка три дня пути. Где-то должны быть промежуточные стоянки. Мы планировали останавливаться на ночь в оборудованных местах. Хотя спать и будем на лодке, но готовить горячую еду лучше на берегу.

Дорогу к тем, кто выращивает зерновые, Ваб и остальные парни знали, потому что сами ходили за той долей, что выделялась для пилотов. Я предполагал, что Ваб брал зерно с большим запасом так, чтобы и самим иногда употреблять лепешки. Мы своим появлением немного нарушили рацион. Зато раков и рыбы у поселковых стало гораздо больше.

В общем, мы надеялись, что там, куда плыли, найдутся излишки зерна для посева. Но даже если ничего у нас не получится, разведка и налаживание добрососедских отношений тоже пойдут на пользу. В обмен мы собирались предоставить кувшины и прочую посуду.

Конечно, немного семенного материала я уже припрятал в доме. Но и запас не помешает. А то получится, что поле мы распахали, а засаживать его нечем.

Первую стоянку, где обычно останавливался народ, мы заметили где-то часа в четыре вечера. Оказалось, что скорость нашего транспорта была больше, чем у пешего человека.

- Тормозим или идем до темноты? - задался я вопросом.

- Предлагаю причалить, наловить рыбы на уху, подкрепиться, а потом снова отправиться в путь. Мы же ночевать решили на воде, - предложил Виктор.

Женька тут же начал расчехлять удочки. Лодка уткнулась носом в берег, но с кормы можно было рыбачить. Проход к воде был расчищен теми, кто периодически останавливался на ночевку в глиняном домишке. Пока Ваб с парнями проверяли округу и специально шумели, распугивая любую живность, Виктор занялся костром (дрова мы с собой везли), а я присоединился к Женьке.

- Пап, еще слишком жарко, клева нет, - сообщил сын через несколько минут. Мы привыкли, что в Ниле рыба клюет охотно и часто, но не в самое жаркое время дня.

- Вить, если ничего не поймаем, придется варить утку, - озадачился и я проблемой.

Эту водоплавающую птицу Ваб прихватил с собой из дома. Утка была живая, хотя и раненая. Везти с собой быстропортящиеся запасы продовольствия не стоило. А вот то, что рыбалка будет лишь рано утром или поздно вечером, я не учел. Так что через некоторое время рыбалку пришлось забросить. Супчик из утки с вареными кореньями тоже годился.

Часа через два мы решили продолжить путешествие и плыть дальше до полной темноты. Когда солнце почти спустилось за горизонт, мы пристали к очередным зарослям тростника.

- Егор, думаешь, это не опасно так близко встать? - поделился своими сомнениями Виктор.

- Крокодилы в лодку не заберутся. Львы и подобные хищники не сунутся в воду, - прикидывал я. - По всему получается, что безопасно.

Ваб с этим тоже был согласен, заверяя, что ночевать в лодке удобно во всех отношениях. Мы еще выбросили за борт две ловушки с утиными потрошками, надеясь наловить к утру раков или рыбы.

Ту ловушку, что предназначалась для раков, закрепили ближе к берегу. И вот именно с ней случился казус. Небо еще только начало светлеть, когда за бортом раздался громкий всплеск. Пока мы пытались понять, что произошло, шум и кутерьма усилились.

- Никак крокодила привлекли утиные остатки, - сообразил я.

- Ваб, факел давай, - отдал распоряжение Виктор. На такое дело он даже свою драгоценную зажигалку решил использовать.

Факел мы запалили, но видимость от этого не улучшилась. Солнце еще только-только начало подниматься, а лодка давала густую тень. Парни куда-то тыкали копьями, но толку было мало.

- Вить, я тащу вверх, а вы бейте!

Даже если это был крокодил, упускать добычу никто не хотел. Крокодилья кожа у нас ценилась. А тут даже специально ходить на охоту не пришлось. В том, что попался крокодил, я не сомневался. Вес был явно немаленький. Женька вцепился в конец веревки, помогая мне. И только когда ловушка с пойманным в нее существом показалась над поверхностью воды, Ваб четким ударом копья умертвил добычу. Тут же все присоединились ко мне, подтягивая снасть вверх.

- Егор, это сом! - восторженно сообщил Виктор. - Ай, красава! Мордой в ловушке застрял, поганец.

- Небось всю ее разломал, - проворчал я.

- Разве сомы бывают такими большими? - удивился Женька, разглядывая рыбину.

- Бывают, - ухватил сома за жабры Виктор. Ваб подпихивал копьем, остальные продолжали тянуть ловушку. Наконец, еще подающая признаки жизни рыба оказалась у нас на борту.

- Хорошо, что соль взяли с запасом, - оценил я фронт работ.

Пока мы с Виктором занимались разделкой туши, Ваб проверил вторую ловушку. В ней оказалось рыбы килограммов десять.

- Придется искать место для стоянки, - предложил Виктор. - Иначе всё протухнет. Так хочется наваристой ушицы откушать!

С местом, где было бы удобно причалить, вышла проблема.

- Ищем участок, где деревья рядом, а в тростнике проход прорубим, - скомандовал Виктор, когда понял, что заросли тростника не дают выйти на берег, и в любом случае их придется расчищать.

Минут через десять мы отыскали участок, где не было больших зарослей, и наша лодка могла протаранить невысокий тростник. Деревьев поблизости не оказалось, зато хватало кустарника. Мы с парнями дружно пробежались по округе и быстро насобирали материал для костра.

Еще часа два потратили на то, чтобы сварить и запечь сома. Мелкую рыбу засолили и оставили на потом. Зато жирную сомятину буквально глотали. Нечасто нам попадалась такая рыба. Вернее, такого размера точно в первый раз. Запеченные и хорошо просоленные куски сома сложили в посудину из-под ухи и уже после этого отправились дальше в путь. Настроение у всех было преотличное. Парочка гребцов неспешно направляла посудину. Остальные отдыхали и переваривали очень сытный завтрак.

Я рассматривал берега, мимо которых мы плыли. Местность выглядела более заболоченной по сравнению с тем, что мы наблюдали в своем поселке. Западный берег Нила был немного выше и суше, а тот, ближе к которому мы плыли, напоминал огромное месиво грязи.

- Даже думать не хочу, сколько там разных гадов проживает, - озвучил мои мысли Виктор.

- Думаю, что те цапли промышляют больше на лягушек, - предположил я.

Цапли в наш рацион питания не входили. Так-то местные и их употребляли. Но мы, пользуясь статусом богов, от этих птичек отказывались категорически. Уж больно у них мясо вонючее и жесткое. Утки этого времени тоже еще были не одомашнены, но все равно на вкус лучше цапель.

В середине дня мы снова миновали ту стоянку, где пешие путники останавливались на ночевку. Нам смысла тормозить не было. Сомятины нам хватит на два перекуса. Плюс имеются другие припасы. Так что продолжили движение дальше.

Но достичь поселка, куда направлялись, в этот день не успели, хотя Ваб заверял, что уже близко.

Снова ночевали на лодке, как в самом безопасном месте. Мне даже нравилось. Ветерок комарье сдувал, хищники не доберутся. Влажно, конечно, но и на берегу не лучше. А безопасность для нас на первом месте.

С утра устроили рыбалку. Мы себя в еде не ограничивали. А на семерых человек даже того огромного сома оказалось мало. Неспешно позавтракали ухой и поплыли дальше.

То, что мы приближаемся к нужному поселку, я понял задолго до того, как увидел строения. Размеры возделываемых полей поражали.

- И это они все деревянными тяпками обрабатывают? - изумился Женька. - Нужно им показать запряженных быков.

- Если подружимся, то покажем, - согласился я.

- А они, между прочим, пользуются разливами Нила, - заметил Виктор. - С их примитивными орудиями труда новые плодородные земельные участки обрабатывать сложно.

Наши рассуждения о достижениях местных жителей в сельском хозяйстве прервал Ваб, жестами и словами поясняя, что мы уже на месте. Ну, вдруг боги не в курсе. Нас, конечно, уже приметили. Жители начали выбегать из домов и радостно приветствовать.

- Нравятся мне эти дружелюбные аборигены, - хмыкнул Виктор. - Куда все денется со временем? Начнут воевать, торговать рабами и прочее.

- Их еще слишком мало, а земли и ресурсов много, - предположил я. - Нечего им пока делить и воевать нет причин.

- Вернее, боги не позволяют устраивать войнушки, - выдвинул свою версию Виктор.

По традиции нас первым приветствовал и встречал очередной 'Ваб'. Первым делом 'богов' кормили, а потом развлекали. Дамочки кинулись спешно мыться и наряжаться, хотя Виктор и сообщил, что мы не за этим приплыли.

Только после обеда дошли до сути нашего посещения. И вот тут Ваб, который у нас шел порядковым номером четыре, сообщил много чего интересного. Несколько раз Виктор переспрашивал, пока мы всё не уяснили. Из нашего поселка сюда приходили за зерном, чтобы потчевать прилетающих пилотов. И продукты всегда в обмен давали. Но основную часть забирали другие пилоты. А не так давно появились еще 'боги', которым тоже потребовалось зерно.

Обеспечить всех богов поселок просто не в состоянии. Виктор, конечно, выцыганил в обмен на несколько кувшинов килограммов пять пшеницы, но больше нам дать не могли. Иначе сеять будет нечего. Нам бы и этого не дали. Но наш Ваб заверил, что мы теперь сами будем выращивать зерно, и для наших пилотов не нужно больше отдавать долю.

- Похоже, эти 'боги' между собой не общаются и не координируют действия, - заметил я после рассказа поселковых жителей.

- Угу, - согласился со мной Виктор. - Одни 'крышуют', а другие пытаются урвать халявную еду.

- Нам в это дело вмешиваться не стоит. Посевной материал взяли и завтра отплываем.

- Думаю, нам стоит расширить свое поле, - задумался о перспективах Виктор.

Всё оставшееся до вечера время мы проводили мастер-класс по плетению ловушек. Утром под радостные народные вопли извлекали из реки снасти, полные раков и рыбы. Но сразу с утра мы не отправились в путь. Местные оказались очень трудолюбивыми. Или, скорее всего, неизбалованными в плане пищи. Те боги отбирали большую часть припасов. Что-то, конечно, поселковые добывали. Удачно охотились на птиц, ели корешки, местные фрукты. Но, как мне показалось, сытно не наедались. А тут я им показал, как можно много ловить рыбы. И таким простым способом.

- Папа, а ведь это ты потом будешь тем почитаемым богом, любимцем всех египтян, - заметил сын, слушая хоровые восхваления: 'Гор, Гор!'

Даже наш Ваб не мог произнести правильно мое имя. Отчего-то гласная в начале слова казалась сложной. А просто 'Гор' местные скандировали довольно четко. И вот в разгар моего восхваления со стороны реки послышался необычный шум.

- Моторная лодка? - резко повернулся я к источнику шума.

Примерно что-то такое

Женька тут же выудил из рюкзака бинокль, чтобы рассмотреть необычное для этого времени явление.

Вскоре и без бинокля стало видно, как по Нилу мчится подобие катера. С шумом и подняв волну, катер затормозил рядом с тем местом, где мы приткнули свою лодку.

- 'И вышла она из пены морской', - процитировал что-то Виктор.

- Чего? - не понял Женька.

- Ты легенды про Афродиту или Венеру, которая на раковине приплыла и вышла из пены морской, разве не слышал?

- Он греческой мифологией не увлекался, - напомнил я.

- А зря, - хмыкнул Виктор. - Похоже, мы ту самую Венеру сейчас и наблюдаем.

Дамочка из числа богинь произвела на всех неизгладимое впечатление. Обтягивающий фигуру серебристый комбинезон сверкал на солнце. Белокурые волосы развевались на ветру. Про ее катер и прочие атрибуты божественности и говорить не стоило. Но ее появление в поселке случилось точно не в первый раз. Местные 'богиню' узнали, загомонили. Ваб ?4 поспешил сообщить нам, что эта Венера как раз из тех, кому им тоже теперь положено поставлять зерно.

- Если она сейчас выгребет весь семенной материал, то поля останутся пустыми, - констатировал я.

- Она выгребет. У нее и оружие имеется, - согласился со мной Виктор, кивнув на странный предмет, закрепленный у новоявленной Венеры на поясе.

Вот только встреча с нами в планы 'богини' не входила. Она что-то прокричала и, отойдя от кромки воды на несколько метров, остановилась.

- Ваб, скажи, что все зерно забрали другие боги, - послал я нашего жреца на переговоры.

Мужчина хоть и робел, но ежедневное общение с нами, тоже в его понимании богами, сделало свое дело. Моё распоряжение Ваб выполнил точно. Тем временем народ уже притащил для богини корзины с той рыбой, что поймали утром. Рыба Венеру никак не устроила. Пнув ногой и перевернув ближайшую емкость, дамочка резко развернулась и поспешила обратно на свой катер.

- Ничего себе рэкет, - заметил Виктор.

- Паны дерутся - у холопов чубы трещат, - согласился я.

- Хорошо, что она с нами не стала общаться и выяснять, кто мы и откуда, - заметил Женька, когда Венера отчалила от берега.

- Пора возвращаться домой, - подтолкнул я сына в сторону лодки.

- Только здешнему Вабу нужно сказать, чтобы никому не отдавал семена, приготовленные на посадку, и припрятал их, - отправился давать распоряжения Виктор.

Убедившись, что его правильно поняли, Виктор забрался на лодку.

- Нужно к ним еще потом наведаться и проконтролировать.

- А еще научить пахать землю, - напомнил я.

- Нам еще самим с этим вопросом разобраться не помешает.

- Бычков теперь каждый день запрягают в ярмо. Они почти привыкли, - напомнил Женька.

- Значит, займемся развитием земледелия в этом регионе, пока боги между собой не передрались, - тяжело вздохнул Виктор.

Часть 13

Весь день мы были под впечатлением встречи с 'богиней'. Поселок землепашцев остался далеко позади, а мы с Виктором так и продолжали обсуждать увиденное. Нас даже мало интересовало то, как парус силой ветра тянет лодку вверх по течению. Зато Ваб с парнями пребывал в полнейшем восторге. Они суетились, громко восхищались, то и дело кто-то опускался на корточки и заглядывал за борт. На глазах этих людей происходило настоящее чудо. Ничуть не хуже, чем у 'богини'!

Лодка двигалась сама по себе, и люди для этого не прилагали усилий. Изредка я поправлял движение за счет рулевого весла, но не часто. И поведение наших компаньонов вызывало удивление.

- Чем они так восторгаются? - недоумевал я. - Мы же еще перед отплытием тренировались.

- Может, не поняли, а может, у них теперь ассоциация с катером, - пожал Виктор плечами.

- Кстати, как ты думаешь, за счет чего катер двигался?

- Все что угодно может быть, - отозвался друг. - Издалека создалось впечатление, что он на воздушной подушке.

- Только характерных двигателей не было. Зато тюнинг выше всяких похвал. Такие сглаженные формы, затененные окна и все остальное...

- Папа, это вообще-то инопланетная техника! - возмутился моей 'дремучестью' сын.

- Женька, как всегда, прав, - согласился Виктор. - А двигатель может быть бензиновым. Для чего-то же нефть эти пришельцы качают. Жень, - снова окликнул Виктор сына. - А ты не помнишь в списке египетских богов кого-нибудь по имени Бэстит или как там ее народ называл?

Задумался Женька всего на пару секунд и выдал ответ:

- Бастет! Только ее обычно в виде кошки изображали. Богиня любви и красоты.

- То, что она богиня красоты, мы и так догадались, - изобразил на лице мечтательное выражение Виктор. - Все же в интересное время мы попали. Все персонажи мифов и легенд ходят по земле. Жаль, дамочка с нами познакомиться не пожелала. Но хороша, зараза!

- Ты уверен, что эта Бастет Венера? - усомнился я.

- Очень может быть. При той продолжительности жизни, которую имеют потомки инопланетян, они могли менять регионы и группы людей, их кормивших. Сейчас она в Египте, потом переместится куда-то ближе к Криту.

- Как-то я раньше никогда не воспринимал жертвоприношения богам как реальные продуктовые налоги, - заметил я.

- Это тебя с толку сбивают кровавые ритуалы майя, инков и им подобных. А у римлян и греков принято было приносить в дар богам что-то из еды, которую, кстати, отдавали служащим храма. Ведь самих богов к этому времени на Земле не осталось.

- Дядя Витя, а вы думаете, что они потом все улетят? - поинтересовался Женька.

- Трудно сказать. Есть вероятность, что, несмотря на огромную продолжительность жизни, именно эти потомки пришельцев могли умереть по естественным причинам.

- Разборки и внутреннюю войнушку ты тоже к естественным причинам относишь? - задал я вопрос.

- Определенно. Вспомним все те же древнегреческие мифологические сюжеты. Борьба богов с титанами там описана достаточно ярко и красочно.

- А кто тут боги, кто титаны? - вклинился Женька.

- Думаю, что титанов уже нет. Не то улетели, не то не выдержали конкуренции.

- Что-то я запутался, - пробормотал сын.

- Жень, изначально инопланетяне, которые, согласно всем известным источникам, прибыли на Землю для добычи золота, были главными или 'старшими богами', что отражено во многих текстах. Через какое-то время у них родились дети. Родились здесь, на нашей планете. Вот их я бы и назвал титанами.

- А те 'боги', с которыми мы общаемся, на самом деле 'полукровки'? Потомки титанов и землян? - догадался я.

- В общем как-то так, - почесал Виктор макушку. - Только самих землян и нас с вами можно назвать продуктом генной инженерии 'высших'.

- Дядя Витя, а зачем инопланетянам золото? - сменил сын тему.

- Кто их знает? - пожал Виктор плечами. - Я где-то читал, что предположительно золото распыляли в атмосфере их собственной планеты. Может, у них там экология нарушена или еще что.

- Да ну... - не поверил сын.

- Отчего же? - встал я на защиту этой теории. - У нас же использовали дорогостоящую технологию разгона облаков путем 'засеивания' йодистым серебром. Принцип такого действия основывается на концентрации находящейся в атмосфере влаги на ядрах распыленного в воздухе реагента. Когда концентрация достигает критической массы, начинает идти дождь. Обычно такую процедуру устраивают на расстоянии нескольких десятков километров от предполагаемого участка поверхности за час-полтора перед значимыми событиями типа парада или подобного.

- Думаешь, что инопланетяне таким образом и золото распыляют? - уже с меньшим сомнением в голосе поинтересовался Женька.

- Все возможно. Но то, что они тысячелетиями добывали и вывозили с Земли этот металл, ни у кого не вызывает сомнения, - подтвердил Виктор.

- А почему они просто не переселились на Землю, если у них на планете проблемы? - выдал очередной вопрос сын.

- А здесь, Жень, снова интересная ситуация, - развалился поудобнее на лежанке Виктор и начал объяснять: - Если верить шумерским текстам, то в какой-то момент инопланетяне начали активную экспансию Земли. И климат, и условия, и растительный мир в целом им подходили. Но тут случилось одно большое 'но'. - Виктор выдержал картинную паузу и продолжил: - На Земле каждые сорок-пятьдесят тысяч лет случаются ледниковые периоды и все, что с ними связано.

- Засуха и изменение климатических зон? - предположил я.

- Это только малый, не сильно влияющий фактор, - отмахнулся Виктор. - Во время ледникового периода ледяная масса на полюсах накапливается до критической отметки. В какой-то момент ее становится так много, что она рушится от собственного веса, вызывая огромную приливную волну по всему земному шару.

- Великий Потоп, - кивнул я, соглашаясь.

- Пришельцев с их большой продолжительностью жизни скорее всего не устроила планета, где регулярно случаются подобные катаклизмы. Лучше уж свою как-то обезопасить, чем переселяться в такие нестабильные условия.

- Эти боги во время Потопа наблюдали с орбиты за тем, как народ массово погибал, - припомнил и я давно прочитанную информацию.

- Папа, а правда Ной спас 'каждой твари по паре'? - продемонстрировал сын знание основ Библии.

- Нет, конечно, - ответил за меня Виктор. - Иносказательно все это. Сам подумай, какая бы ни была огромная волна, но самые высокие горы она не затронула. Кто на них обитал, так и продолжал жить. Плюс кому-то повезло не утонуть и тоже пристать к суше.

- Витя, еще, если исходить из теории, что обрушился лед в Антарктиде, то волна шла с юга, поглотив Австралию, Южную Америку и часть Африки. Чем дальше она продвигалась на север, тем слабее становилась сила приливной волны. Горы Тибета должны были оградить весь регион, лежащий за ним. Ту же Сибирь эта стихия вряд ли затронула.

- Жень, в общем, ты понял. И зверей, и людей даже после Потопа уцелело достаточно. Они потом все успешно расплодились. Но пришельцев не устроила сама ситуация.

- Наверное, это хорошо? - с сомнением в голосе уточнил сын.

- Кто его знает? - ответил я. - Нашим современникам это точно не важно, а нам самим здесь придётся жить и как-то приспосабливаться.

- А время-то к обеду близится, - прервал меня Виктор, который правильно оценил те знаки, что подавал нам Ваб.

После обеда мы перешли на обсуждение более необходимых вещей. Как только вернемся домой, займемся ткацким станком. Воды Нила хоть и начали возвращаться, но до того времени, как он войдет в привычные берега, еще недели три. Успеем собрать достойный станок. Виктор начал прикидывать, как можно выточить челнок. Подобие веретен у местных теток имелось. И получали такие деревянные предметы, используя обычную веревку из того же льна.

Специальной петлей веревку закрепляют вокруг деревянной заготовки, и два человека начинают работать. Один тянет попеременно концы веревки, задавая вращение детали, а второй острым осколком камня, словно резцом, снимает лишнее.

Мы планировали использовать этот же принцип. Но, конечно, немного его усовершенствуем. Веревку закрепим на луке. Но все равно такое приспособление предусматривает работу в паре.

- И гребни у теток хорошие, - сказал Виктор, припоминая, что еще может понадобиться нам для станка.

- Ниток мало, - напомнил Женька.

- Я велел Вабу снова сажать лен. Это раньше они удовлетворялись одним урожаем в год. Теперь будут по два снимать, - сообщил я.

Честно говоря, чем мы дольше жили в поселке, тем я меньше воспринимал местных как примитивных и тупых людей. Не имея металла, при минимуме инструментов и орудий труда они умудрялись поддерживать неплохой уровень жизни в общине численностью почти в пятьдесят человек.

Еще в первые дни разлива Нила Ваб погнал мужчин рыть ямы. Когда вода сойдет, в этих ямах останется много рыбы. Ее засолят и заготовят впрок. Пусть в этом поселке бить копьями рыбу не умели и, скорее всего, не видели в этом необходимости, но добывали ее раз в год более удобным способом. Уход за крупными рогатыми животными тоже требовал определенной сноровки. Про качество выделки шкур я вообще не говорю.

Оставалось только удивляться терпению тех, кто выделывал шкуры. Виктор уверял, что примерно знает технологию. Вот только нужных ингредиентов для выделки у нас нет. Местные же умудрялись при минимуме компонентов (соль и щелок) получать отличный результат. Чтобы шкура не задубела, её разминали руками долго и кропотливо. Я как-то посмотрел местную технологию и в очередной раз проникся уважением к местным жителям. Оттого и хотелось облегчить жизнь этим трудолюбивым людям.

Хотя мой внутренний скептицизм нашептывал, что как только появятся излишки продуктов, возникнет торговля и все, что с ней связано. Общество начнет развиваться, а дальше... дальше мы все в курсе, к чему это приведет. Династии фараонов, Египет, как самая процветающая и сильная страна этого региона. Войны и прочие 'плоды цивилизации'. С другой стороны, это случится еще так не скоро. А нам здесь жить, и желательно в неплохих условиях.

От ткацкого станка мы перешли к обсуждению изготовления папируса. Действительно, почему бы не показать народу и его? Материалы все имеются. Да, прессов и некоторого оборудования не хватает. Но можно что-то придумать. Пусть у нас для начала листы папируса будут маленькими. Тогда в качестве пресса вполне сгодятся крупные камни. Вот за ними придется сходить к холмам.

- Нужен металл, хотя бы медь, - тяжело вздохнул Виктор, когда мы перешли к следующему пункту из списка того, что нам ещё нужно.

И снова Ваб отвлек нас от беседы, закричав и показав на что-то впереди. Парус частично перекрывал обзор на реку, так что мы сразу и не поняли, что происходит. Женька подсуетился первым и даже успел вытащить свой бинокль.

- Папа, там крокодил кого-то поймал и тащит в воду! - выкрикнул сын.

- Человека? - заволновался я.

- Нет, животное, но небольшое.

К тому моменту, как мы достигли места охоты крокодила, он уже исчез из вида, утащив свою добычу.

- Между прочим, это место нашей стоянки, - сообщил я сыну и Виктору.

- Точно, - подтвердил Женька.

- И? - поинтересовался я общим мнением. - Мы остановимся на ночевку или поплывем дальше? Солнце уже низко над горизонтом.

- У нас здесь запас дров оставался, - поискал взглядом Виктор сложенный сушняк и, увидев его, удовлетворенно кивнул. - Крокодил уже уплыл. А его собратьев мы и в другом месте можем встретить.

- Значит, причаливаем, - констатировал я.

- То животное было из семейства кошачьих, - оценил на берегу следы Виктор. Ваб на что-то еще показал, увлекая за собой.

- А, большая кошка пришла на остатки нашей еды. Мы тут рыбьи хвосты и головки побросали, а она на них прельстилась, - сообразил я.

- Она не одна пришла, а с детёнышами, - ткнул носком сандалии Виктор в отпечаток на земле.

- Папа, значит, где-то здесь остались котята? - вычленил Женька то, что его заинтересовало.

- Хм, а действительно, - усмехнулся Виктор. - Если это камышовый кот, то я бы взял их для одомашнивания. Ваб жаловался на мелких грызунов, от которых приходится оберегать зерно.

Камышовый кот

Жестом Виктор показал, чтобы все примолкли. Шум и разговоры стихли. И почти сразу мы услышали тихое попискивание откуда-то слева.

Заросли травянистого растения высотой с мой рост закрывали обзор. Но так называемую охоту девять человек смогли успешно организовать. Я с Женькой и Вабом обошли заросли и осторожно начали подходить к источнику звука. Одновременно с этим и все остальные участники двинулись туда же, сужая круг. Не прошло и десяти минут, как котята были пойманы.

- Мелкие, а как сильно царапаются! - возмущался я, держа за шкирку одного из детенышей.

- Это точно камышовый кот, - авторитетно подтвердил сын. Он-то в этом разбирался, поскольку всегда интересовался тем, что было связано с Египтом.

- Две кошечки и котик, - оценил нашу добычу Виктор и чихнул.

Я же начал показывать Вабу, чтобы освободили один короб из-под сушеной рыбы. Этих диких котят куда-то нужно пристраивать, чтобы не сбежали. Виктор тем временем продолжал чихать.

- Вот же зараза какая, - возмутился он на пыльцу этого травянистого растения, в зарослях которого мы ловили котят. - Надеюсь, это у меня не аллергия.

- Да, трава пахучая, лучше отойти подальше, - согласился я и стряхнул с груди налипшую пыльцу.

- Это же конопля, - нагнул один из высоких стеблей Женька.

- Что? - не поверил я.

- Конопля, - уверенно повторил сын, протягивая мне знакомый по картинкам листок.

- Действительно, конопля, - подтвердил Виктор. - Парни, а ведь это канаты, веревки и та же ткань!

Теперь я посмотрел на растение другим взглядом.

- Ещё слишком рано, она только начала цвести. Вот дождемся семян и выкосим эту делянку.

- Курить точно не будем? - хохотнул Виктор и получил от меня подзатыльник.

- И не дай бог, чтобы местные про это узнали.

- Не... я могила, - шутливо поднял руки вверх Виктор.

- Берем котят и залезаем в лодку, - подтолкнул я его. - Нам еще ужин готовить, ловушки ставить и придумывать, чем мелких хищников кормить.

- А коты у нас классные будут, - с любовью прижимал к себе короб Женька. - Мы с папой давно хотели котенка, но мама не разрешала, - припомнил он прошлые обиды на Марию.

- Зато сейчас у тебя аж три штуки.

- Обживаемся, - улыбнулся Виктор. - Скоро совсем привыкнем. Здесь жизнь гораздо интереснее, чем в наше время.

Часть 14

В приготовлении ужина мы с Виктором участия не принимали. И без нас работников хватало. Пока совсем не стемнело, мы с другом пытались сделать подобие шлеек для котят. Держать еще двое суток детенышей в тесном коробе жалко. Но и отпускать без контроля в лодке не стоит. Они же и сигануть за борт могут.

Свои рюкзаки мы возили с собой. И, соответственно, все 'сокровища' были под рукой. У Виктора в несессере, кроме бритвенных принадлежностей, сохранились маникюрные ножницы. Вот ими я и кроил кусок льна.

Виктор же вырезал из наших подстилок кожаные поводки. Заканчивал я свое шитье при свете костра. Как оно получится, и не выпутаются ли котята, сможем узнать только на практике.

Малыши возились всю ночь в коробке, жалобно пищали и царапали ее изнутри.

- Пусть немного привыкнут, завтра станут покладистее, - не подпускал Виктор Женьку к коробу.

- Они же голодные, - жалел сын котят.

- Вот и хорошо. Завтра с утра примут у тебя пищу и воду.

- Не переживай, ничего с ними не случится. Они уже достаточно большие, - успокаивал я сына.

Но все равно ребенок подхватился на рассвете и сразу кинулся к коробу с котятами.

Виктор оказался прав на сто процентов. Небольшая голодовка и 'тюремное заключение' положительно повлияли на малышей. Они хоть и продолжали злобно шипеть при нашем приближении, но царапались и вырывались меньше. Я поймал за шкирку одного малыша. Виктор тут же упаковал его в шлейку. Подтянул потуже и выдал Женьке поводок с петлей для руки.

Таким же способом выудили и остальных котят. Вне коробки бравые представители семейства кошачьих сразу присмирели. Присев на все четыре лапы и прижав уши, котята жалобно пищали. Даже на миску с водой не отреагировали. Но отказаться от кусочков свежей рыбы котята не смогли. С урчанием накинулись на еду и моментально проглотили угощение.

Виктор потом еще побрызгал водой на мордашку одного из котят. Тот как-то сообразил, что в посудине вода. Хотя и влез передними лапами в миску, но воду полакал. Весь день мы забавлялись, наблюдая за котятами. Потому день пролетел незаметно, что не могло не радовать. Берега Нила особым разнообразием не отличались. А так скучать не пришлось.

- Котятам еще молоко нужно, - продолжал переживать за питомцев Женька.

- Чего-чего, а молока в поселке хватает, - успокаивал я сына.

Вабу мы тоже пояснили, для чего взяли кошек. Он и сам подтвердил, что эти некрупные хищники очень хорошие охотники на всевозможных грызунов.

- И почему тогда они сами их не приручали? - недоумевал я.

- Егор, осмелюсь предположить, что и своих коров с козами они не приручали. Более вероятно, что это 'боги' их научили. У первобытного человека, если вспомнить историю, были другие источники питания.

- Ходили на охоту и занимались собирательством?

- Еще и перемещались с одного региона в другой. Пришельцам же важно, чтобы их так называемые кормильцы обитали в определенных местах. Вот и обучили всему, что было для них важно.

- А камышовый кот в рацион питания богов не входил, потому и не попал под одомашнивание, - хмыкнул я.

Именно котята отчего-то произвели в поселке настоящий фурор.

- Напугали маленьких, - затолкал я малышей обратно в короб.

Поселковые же радовались нашему возвращению, как будто мы по меньшей мере совершили подвиг.

Ваб сразу начал делиться историями. Не забыл упомянуть Бастет и ее шикарное появление на катере. Ну, по крайней мере, я так понял речь жреца. Правда, Женька разобрал больше слов и довел более интересную информацию. Не то Ваб специально так сказал, не то у местных все боги очень важные персоны. Но отчего-то получалось, что котята - это подарки богов, включая ту самую Бастет.

- Папа, папа! Ты понял, откуда в Египте потом появятся изображения этой богини в виде кошки или с её головой?! - восторгался чуть позже сын.

- Так мы и творим историю. - Я перехватил короб посподручнее и понес его к нашему дому.

- Егор, ты пока привяжи котят, а я проверю калитку, только потом выпустим, - последовал за мной Виктор.

Женька же помчался к кухонной зоне, чтобы поинтересоваться насчет молока. Прибыли мы как раз после вечерней дойки, и молоко имелось как для нас, так и для малышей. Но и рыбки свеженькой Женька не забыл прихватить своим маленьким питомцам.

Когда все угощения для котят были расставлены, я отцепил поводки, оставив пока шлейки. Пусть и неудобно котятам, но снимем эти аксессуары, только когда убедимся, что они к нам привыкли.

- Кис-кис, - позвал я детенышей. Пусть пока они еще не понимают, но вскоре запомнят тот звук, что предшествует приему пищи.

Как и положено, после еды малыши пошли искать место для туалета.

- Мамашка их успела научить, - одобрительно посмотрел Виктор на дружное копание земли в углу нашего небольшого дворика.

- Нужно туда принести песка, - озадачился я. - Иначе скоро запах будет похуже, чем в загоне для коров.

- За песком к холмам нужно идти.

- Папа, они, когда подрастут, будут ходить в туалет в другом месте, - заверил меня Женька.

- Очень на это надеюсь, - пробормотал я. - А то у кошек слишком своеобразное понятие о чистоте и туалете. Вдруг все же привыкнут к этому углу?

- Забор передвинем, - успокоил меня Виктор. - Главное сейчас, чтобы они нас перестали дичиться и шипеть.

Злобно шипеть и поднимать спинку дугой котята перестали уже через несколько дней. Женька почти все это время проводил с ними. Простейшие приспособления и веревочки для игры подкупили молодых хищников. Женька буквально светился от счастья, развлекая детенышей. Виктор, правда, напомнил, что, как и все кошачьи, это ночные хищники. Днем им положено много спать. И вообще, это еще малыши, которые должны отдыхать от игр.

Я же надеялся, что у котят немного перестроится организм, и они будут больше времени играть днем, а не ночью, поскольку стоило этим малолетним бандитам освоиться, как для нас наступили беспокойные ночи. А уж когда котята научились карабкаться вверх по лестнице на второй этаж, я сильно усомнился в том, что приручение кошачьих хорошая идея. Когда по тебе бегают три котенка, причём не нашей привычной домашней кошечки, а дикого камышового кота - удовольствие еще то. Царапины у нас на теле не успевали заживать. А еще мы с Виктором катастрофически не высыпались. Игры у котят начинались где-то в середине ночи, и продолжалась эта кутерьма как раз до того времени, когда нужно было вставать. Но мы мужественно терпели и не рисковали открывать калитку для выхода в поселок.

Пока котята привыкали и обживались, мы воплощали свой план по изготовлению нормального ткацкого станка. Помощников в этом деле у нас не было. Не только запаса слов не хватало, но и уровень интеллекта местных не соответствовал тому, что мы пытались собрать.

А еще нам не хватало инструмента. Повезло, что прилетевшие в очередной раз пилоты привезли немного металлического лома. Правда, парни сообщили, что у них самих с металлом напряженка, и рассчитывать на большее не стоит.

- Никак какой-то летательный аппарат рухнул у них? - разглядывал я небольшую кучку деформированных деталей непонятного происхождения, оставленную пилотами.

Несколько полосок длиной до полуметра я так и не смог идентифицировать.

- Что-то дорогое, - покрутил Виктор фрагменты деталей. - Легкий, как алюминий. Я бы сказал, что это титан.

- Как-то мы его можем использовать? - поинтересовался я.

- А хрен его знает, - довольно откровенно ответил друг. - Титан один из тугоплавких материалов. Значит, в наших условиях мы его не обработаем, в смысле, другую форму не придадим, и придется использовать то, что есть.

- В наших условиях мы и эти стальные фрагменты не переплавим, - ткнул я в остальную кучку.

- Эти можно попробовать переплавить, но понадобится печь и древесный уголь, - не поддержал мой скептицизм Виктор.

- Вить, я как-то далек от всего этого, но ты мне скажи другое: из того, что ты посчитал титаном, можно ножи изготовить?

- Точно! - встрепенулся Виктор. - Из этих полосок мы не ножи, а настоящие мачете сделаем.

- То есть титан можно заточить? - переспросил я.

- Это вообще будет шикарная вещь, - загорелся Виктор. - Он легкий, не ржавеет, и куски у нас приличных размеров.

Неожиданно мы обзавелись материалом для обработки досок. Правда, на заточку всего, что могли приспособить, я посадил половину поселка, но оно того стоило. Местные и так с благоволением относились к металлу, а тут столько богатства разом подвалило! Уважение к нам, как к богам, возросло во сто крат.

Виктор же продолжал удивлять даже меня. Он из небольшой стальной пластины умудрился изготовить рубанок. Я первым решил опробовать нужный инструмент и насадил себе полную ладонь заноз. Виктор отобрал у меня рубанок и отдал двум женщинам для ошкуривания и полировки. И уже после этого мы снова опробовали работу на досках.

Жаль, что нормальной пилы не было. Если заготовки для досок мы получали путем вбивания кольев в стволы деревьев, то отпиливать по длине приходилось всё теми же нашими заточенными ключами. Муторное это дело. Хорошо, что в наличии имелась бесплатная рабочая сила, и Ваб в роли надсмотрщика.

Впрочем, когда доски приобрели вполне приличный вид, интерес к ним повысился. Такого качества обработки дерева здесь не знали. Нам хоть и хватало теперь материала для ткацкого станка, но мы решили продолжить заготовку досок на будущее. Мало ли для чего понадобится? Ту же мебель, к примеру, собрать. А Женька еще напомнил про папирус и пресс для него.

В разгар нашей деятельности по заготовке качественных досок Нил вернулся в свои берега, и нам пришлось прерваться. Настала пора пахать.

Как мы и предполагали, ранее взрыхлённый участок вторично обработать оказалось довольно просто. Кроме того, бычки привыкли ежедневно ходить в паре, связанные ярмом. Такую тренировку животным устраивали ежедневно с самого утра. Потом-то их распрягали и позволяли пастись.

Конечно, совсем уж бычки не были выдрессированы. Но и удерживать их целой толпой теперь было не нужно. Да и в качестве пахарей мы поставили Рика и Та. Еще двое мужчин вели быков по бокам. Мы же руководили процессом.

Заранее подготовленный участок вспахали часа за три. Но мы уже решили, что будем расширять поля и засеивать их тем, что у нас имелось, включая лен. К тому же мы теперь знали границы разлива Нила.

Только пахать по целине оказалось так же сложно, как и предыдущий раз. А тут еще Рик умудрился почти сразу сломать соху.

- Нужно просто взрыхлить почву, избавляя ее от корней растений, - сообщил Виктор и предложил закрепить вместо сохи одно наше самодельное мачете.

Новое орудие труда почву прорезало успешно, но самого эффекта взрыхления не получалось.

- Зато корни посечем, - успокаивал меня Виктор.

В целом, над распашкой поля мы провозились три дня. Я переживал, что первый наш участок скоро начнет подсыхать, и пока Виктор руководил пахотой, увел несколько человек сеять зерно. Насчет бороны мы тоже думали, но ничего в наших условиях не смогли собрать. Зато из ветвей кустарника изготовили подобие примитивных грабелек. Ими и завершили окончательную обработку земли.

Несмотря на то, что мне эти дни пахоты оказались неимоверно тяжелыми в физическом плане, Ваб пребывал в восторге. Еще бы! Если сравнить, как они до этого рыхлили почву, то мы совершили огромный революционный прорыв в сельском хозяйстве, приспособив для пахоты животных.

- Все, у нас каникулы, - заявил Виктор, когда закончили засеивать поля. - Станок мы собрали, поле вспахали и засеяли, а горшки пусть местные сами лепят.

- И как ты планируешь отдыхать на каникулах? - поинтересовался я.

- Думаю, что пора наведаться на то конопляное поле.

- Мда... Я и правда надеялся, что мы немного отдохнем, - проворчал я.

- Ты с Женькой в поселке остаешься, - тут же ошарашил меня Виктор и поспешил разъяснить: - Машку, Ваську и Бастет мы куда денем? Котята еще не настолько к нам привыкли, чтобы брать их с собой.

С этим я не мог не согласиться.

- Тогда мы на каникулах устроим мастер-класс по изготовлению папируса, - загорелся новой идеей Женька.

Я только проворчал по поводу того, что это совсем не отдых, а очередная работа. Хотя и сам понимал, что отдыхать нам некогда. Слишком много чего запланировано сделать в ближайшее время.

Ваб в этот раз тоже остался в поселке. Его присутствие на борту лодки не требовалось. А мне он нужен был в поселке, чтобы организовать работы с тростником. Повезло, что мы заранее нарыли каналов для запаса воды. Их использовали для замачивания папируса. К тому времени, как вернулся Виктор со своей командой, можно было начинать изготовление этого заменителя бумаги.

- Нам бы еще вспомнить, из чего египтяне делали чернила, - размышлял я вслух, когда мы заложили первую партию папируса под пресс из досок, придавив сверху камнями.

- Они определенно использовали сажу. Но вот с чем ее смешивали, неизвестно. Будем экспериментировать, - заверил меня друг. - Нам пока еще надо разобраться с теми снопами конопли, что мы привезли. Ты случайно не помнишь, как ее обрабатывают? Так же, как и лён, замачивая в воде?

- Вить, я бы подстраховался. Жалко столько материала потерять. Давай немного замочим в воде, а остальные пусть пока стоят снопами.

- Там еще семена нужно собрать. Я велел парням надергать растений с корнями. Так что, как просохнут, соберем семена, а затем продолжим эксперименты.

Собственно, после поездки за коноплей у нас и наступили те самые каникулы. Поля мы засеяли, рыбу и раков местные ловили без нашего участия. Молоко и молочные продукты тоже не требовали личного присмотра. Глиняной посуды может и не совсем хватало, но для печей требовались дрова.

- Вить, давай попробуем собрать из того, что есть в запасе, тележку, запряжем бычков да прогуляемся к дальним холмам, - предложил я уже через несколько дней вынужденного безделья.

- Нет, Егор. Вначале мы займемся луком и стрелами. Обучим парней, сами потренируемся и только потом рискнем с этим оружием отходить на дальние расстояние от поселка, - не поддержал меня друг.

- Лук тоже неплохо, - обрадовался я новой затее.

- Значит, я собираю, а ты организуй мастерскую по изготовлению стрел, - дал мне задание Виктор.

- У нас будут луки и стрелы! - загорелся Женька.

- Рассчитывать на то, что мы сразу станем великими охотниками, не стоит, - притормозил я сына. - Зато это уже будет следующий этап в развитии этого общества.

Часть 15

Я продолжал восхищаться знаниями Виктора. Допустим, я тоже имел общие представления о луке. Только понимал, что просто согнутая палка с веревкой оружием никогда не станет. Виктор же был в курсе, как изготовить какой-то там 'составной лук'.

- Егор, в большей степени я действую интуитивно, - принижал друг свои заслуги. - Что-то где-то слышал, видел картинки и теперь претворяю в жизнь. На самом деле я совсем не в курсе того, как правильно делать лук. Знаю основы, что дерево должно быть хорошо просушенным. И не факт, что наши заготовки достигли нужной кондиции.

По поводу роговых пластин крепежа Виктор скорее тоже догадывался, чем знал наверняка. Зато в нашем распоряжении имелись приличные человеческие ресурсы, которыми мы и пользовались. Пожилых людей в поселке было немного. Пять мужчин, возраст которых превышал сорок лет, что по здешним меркам считался очень преклонным, и две беззубые старухи. Вот, собственно, и все 'пенсионеры'. Особого уважения к ним я не замечал. Кормежку с общего стола они получали в последнюю очередь. Но не голодали точно. С нашим появлением в поселке еды хватало на всех обитателей с избытком.

Именно этих стариков Виктор и привлек для несложной, но нудной работы. Шлифовать роговые пластины, делать стрелы и прочие промежуточные работы для лука.

Ваб в такое распределение труда не вмешивался, хотя зорко следил за исполнением. Пайку пенсионерам сразу повысили. Что не могло не радовать. Мы в местные порядки старались не вмешиваться. Возможно, со временем привнесем какие-то свои понятия, но пока не лезли в чужой монастырь. Ваб же своим поступкам в очередной раз нас удивил. Не зря его избрали боги в качестве жреца.

Как только заготовки стрел были готовы, я выбрал двух женщин помоложе, чтобы показать, как крепить оперение и наконечник из камня. Вообще-то у нас были и простые стрелы, заостренные на огне. Никто из нас не был в курсе, как это все полетит и насколько станет грозным оружием.

На первые два лука в качестве тетивы взяли капроновые веревки из собственных рюкзаков. Еще два лука оснастили тетивой из сухожилий и, наконец, устроили первые испытания.

Оружие оценили все и сразу. Сноровки, конечно, не хватало. Да и натянуть стрелу оказалось не так просто. После первых же испытаний я спешно изготовил защиту для пальцев. Но дальность полета стрел поражала всех. Ни о какой точности и речи не шло. Хотя это вопрос времени и тренировки.

Теперь по утрам, пока прохладно, все взрослое мужское население оттачивало навыки стрельбы. Малышня потом бегала по округе, собирая стрелы, что не попали в мишень. И, кстати, производство стрел не останавливали. Они если не терялись, то ломались после нескольких раз использования.

- Нужно пошить еще колчаны для стрел, - поставил Виктор следующую задачу.

Пока проходили тренировки с луками, просохли снопы с коноплей. Все семена мы аккуратно собрали в мешочек и припрятали в доме. А вот насчет замачивания в воде конопли спешить не стали. Виктор оббил листву, постучал камешком по стеблям и заявил, что кудель можно и так начесать.

Мы с Вабом насчет этого сильно усомнились. Обработка льна предусматривала несколько другую технологию. Но возражать Виктору мы не стали. Не получится так - сделаем по-другому.

Снова посадили 'пенсионеров' обстукивать и подготавливать стебли конопли. Между прочим, разлохматились они так, что теперь уже и я не сомневался в получении кудели. Женщины нам ее начесали за пару дней и приступили к прядению. Работа для них была понятной и известной. Разве что нить получалась немного грубоватой. Так мы ее и планировали пустить на веревки. Те, которыми была связана наша лодка, заметно истрепались. И надежность судна вызывала большие сомнения. Правда, на нем никуда далеко не плавали, используя только для рыбной ловли.

В целом, работа в поселке стараниями Ваба была налажена превосходно. Бездельников здесь не было. Только самые маленькие дети возились рядом с мамочками, а остальные все были при деле. Подростки возраста, не превышающего Женькин, пасли стадо коров и коз, они же обеспечивали поселок водой, таская ее из реки. Мужчины зрелого возраста добывали еду. Молодежь (в количестве пяти человек) Виктор тренировал в стрельбе. Почти все женщины в настоящий момент пряли нити, старики заготавливали стрелы и выполняли мелкую работу, которую я им поручал.

Постоянная повариха на кухне тоже имелась. И перебоев с питанием не наблюдалось. Хотя обедами кормили только 'богов' и жреца. Остальным по статусу полагалось двухразовое питание. Но не думаю, что народ сильно голодал. Малышня, следившая за стадом, успевала полакомиться мелкими и невзрачными фруктами, которые лично у меня аппетита не вызывали. Мы их употребляли только в виде компота. Мужчины, ходившие на охоту, тоже успевали перекусить по пути корешками или ягодами.

Еще я стал наставить на том, чтобы детям выделяли в качестве дополнительного питания сыр или творог. А совсем маленьким давали и молоко.

К очередному прилету дрона местные жители готовы были продемонстрировать свои умения в стрельбе из луков. Пилотов эта примитивная технология тоже заинтересовала. Парни не меньше часа с азартом стреляли в мишень и даже умудрялись попадать, несмотря на её скудное освещение факелами. Для пилотов эти луки были только забавой и развлечением. Для нас же это должно было стать средством для выживания.

Что характерно, на охоту далеко от берега местные не ходили вообще. Конечно, они могли защитить поселок и отогнать хищников. Только вот самих хищников истребляли пришельцы. Потому вся охота сводилась к ловле уток, цапель, змей, крокодилов и прочего, что обитало рядом с Нилом.

- Нам котов пора приучать к рыбалке, - напомнил Виктор, когда малыши полностью адаптировались и привыкли к нам, как хозяевам. - Это все же нильский кот, а он изначально рыболов.

- Как будем приучать? - поинтересовался я. - Кинем воду и хай плывут?

- Балбес, - шутливо стукнул меня Виктор по плечу. - Думаю сделать игрушку наподобие той, что использует Женька.

Женька, кстати, ничего нового не изобретал. Обычная веревочка с привязанным к ней бантиком. Но эффект был такой, что порой мне казалось, что у нас поселилось стадо коней. Пыль столбом, топот, радостные крики Женьки и возгласы зрителей, выглядывающих из-за забора. В развлечения богов народ никогда не вмешивался, но понаблюдать любили.

Естественно, что и первая кошачья рыбалка прошла под пристальным вниманием и прежде всего Ваба. Он сразу смекнул, что к палочке я привязал мелкую рыбешку не просто так. А уж когда за ней в воду храбро прыгнул Васька, то всем стало понятно, что это не просто тренировка, а конкретное натаскивание будущих охотников. Огорчать сразу Ваба тем, что камышовый кот для этого не будет использоваться, я не стал. Женька припомнил, что древние египтяне приучали этих кошек охотиться на уток. Именно на уток мы и рассчитывали. А для этого следовало научить котят плавать и не бояться воды.

Поселок временно превратился в тренировочный лагерь. Женька пытался научить подростков считать палочки, я дрессировал котят, а Виктор - парней с луками.

Где-то недели через две, как начались тренировки с луком, Виктор решил сводить парней на пробную охоту. Пока это оружие больше воспринималось как забава. А тут возле глиняного карьера женщины приметили следы животных, и это всех обеспокоило. Пока еще прилетят пилоты, да и не факт, что засекут именно этих животных.

- Вить, не забывай, что это, скорее всего, ночные хищники. Парни и днем в цель еще не попадают, а тут ночью, - пытался я остановить 'охотничков'. - Плюс ты мышцу потянул, лук не осилишь.

- Мы ближе к вечеру устроим засаду, подкинем для запаха что-нибудь, - отмахнулся друг.

В общем, больше я отговаривать не стал. Хотя свою помощь и предложил, но Виктор деликатно напомнил о моих умениях. Честно говоря, от меня помощи особой и не могло быть. А вот поселковые мужчины хоть и взяли с собой луки, но копья тоже прихватили. С ними они управляются очень даже неплохо.

Спать в тот вечер мы не планировали. Я пояснил Вабу, что требуется, он со мной согласился. В результате, по пути от карьера до поселка мы устроили три промежуточных костра и назначили на них дежурных. Сам я ожидал охотников у третьего костра.

Солнце давно зашло, и вечер превратился в полноценную ночь, а команда Виктора все не возвращалась. Отчего-то я начал нервничать, мысленно обещая себе, что больше Виктора без моего сопровождения не отпущу.

Казалось, прошло бесконечно много времени, когда на тропе, идущей от карьера, раздался шум. Ваб, что тоже дежурил со мной, сразу подхватился, зажег факел и помахал им. Жрец отчего-то был уверен, что приближаются наши люди.

И, собственно, так и оказалось.

- Вить, чего так долго-то? - накинулся я на друга с претензиями.

- Вообще-то всего три часа прошло, - посмотрел Виктор на часы.

- И как? - поинтересовался, хотя уже и сам видел, что охотники что-то тащат.

- Не то шакалы, не то кто-то похожий, - сообщил Виктор. - Помогите парням. Мне что-то в бок сильно стрельнуло, когда лук натягивал.

Виктор действительно придерживал рукой правый бок и даже слегка прихрамывал.

- Егор, перестань мельтешить, - попытался успокоить меня Виктор. - На моем луке усилие натяжения точно не менее сорока килограммов. Вот я и не рассчитал силу.

- Как вы вообще попали в темноте? - недоумевал я.

- Не так уж и темно под звездами, - возразил Виктор. - Нам вообще повезло, что ветер дул в нашу сторону. Стая подошла метров на двадцать. А потом не зря же я тренировал парней стрелять залпом. Пульнули хорошо. Кто-то попал, кто-то нет. А эти падальщики от стрел шарахнулись. Тут уже мужики копья покидали. Но все равно парочка тварей убежала.

- Так там стая была?! - охнул я.

- Ага, - кивнул Виктор на носильщиков, идущих за нами. - Мы четыре тушки подбили. Одного прямо пронзило стрелой. А остальных подранков пришлось догонять и добивать.

- Ночью, по темноте, в диких местах! - продолжал я возмущаться этой авантюре.

Изначально я не верил, что охота вообще удастся. Отпустил Виктора, только чтобы с ним не спорить. Понадеялся, что он сам поймет всю бесперспективность охоты ночью и образумится.

- Не, такой экстрим последний раз затеваем, - согласился со мной Виктор. - Лучше побольше ям-ловушек нароем.

- А зачем этих падальщиков несем в поселок? - спохватился я.

- Понятия не имею, - пожал Виктор плечами и снова схватился за бок. - Может, местные это мясо жрать будут, или их только шкуры интересуют, я не вникал.

- Вить, ты точно не ранен? - с подозрением посмотрел я на друга.

- Сейчас выйдем к костру, сможешь убедиться, что на мне ни царапины. Говорю же, что мышцы потянул.

Пришлось поверить на слово, но все вещи я у Виктора забрал, закинув себе на плечо его лук и колчан со стрелами.

В поселке никто не спал. Все ждали возвращения охотников. Те кинули добычу и начали расписывать свои подвиги. Мы с Виктором слушать это все не стали и удалились в дом. Женька, конечно, попробовал расспросить, но я шикнул на сына, пояснив, что Виктор немного нездоров и хочет отдохнуть. Раны на боку я действительно не обнаружил, но предложил Виктору тугую повязку, от которой он отказался.

Ночь выдалась насыщенной, уснул я быстро. Только через какое-то время меня разбудил тихий стон. Сразу я и не понял, что случилось. Пока приходил в себя, пока соображал, проснулся Женька.

- Папа, дядя Витя заболел? - поинтересовался сын.

- Кажется, съел что-то не то на ужин, - простонал Виктор.

- А чего молчал? К чему эти истории про потянутые на тренировке мышцы? - возмутился я и начал искать на ощупь сальную свечу, а затем зажигалку. - Жень, - обратился я теперь к сыну, - принеси воды, а я пока активированный уголь достану.

- Не нужно переводить уголь, - отмахнулся Виктор. - Отлежусь, и все пройдет.

- Не выдумывай. На всю жизнь лекарств все равно не хватит, а так мучиться не стоит.

- Женьке оставь, - не хотел тратить ценный ресурс Виктор.

- У меня желудок уже привык, - напомнил Женька, протягивая кружку с водой.

Первое время у Женьки и правда случались расстройства непонятно отчего. Вернее, я подозревал, что так сказывалась общая антисанитария. Мы старались как-то уберечься, но не всегда получалось. А потом действительно организмы адаптировались под местную пищу. И почему скрутило Виктора, было непонятно. Питаемся из одного котла. Если бы что-то было несвежее или плохо приготовленное, то свалились бы вместе.

- Вить, вы пока в засаде сидели, ты ничего не пил? - пришла мне в голову мысль.

- Да я и не брал воду, - отозвался друг.

Кроме активированного угля я его еще таблетку аспирина заставил выпить. Через какое-то время Виктор заснул, и я вместе с ним.

А утром все продолжилось. Улучшений не наблюдалось. Виктора потряхивало, рези в боку по-прежнему беспокоили.

- Егор, помоги мне спуститься на первый этаж, - попросил Виктор.

О том, чтобы дойти до туалета, и речи не шло. Для туалетных нужд я хотел предложить кувшин, но Виктор стеснялся. Правда, осилив с трудом лестницу, он и сам понял, что ходить в далеко в туалет не стоит.

- Вить, я тебе на первом этаже постелю, - продолжал я суетиться и тихо паниковать. Что делать и чем лечить Виктора, мыслей не было. Вернее, у нас хватало еще медикаментов. Но скормить их все больному, не разобравшись в диагнозе, было ни к чему.

На всякий случай я прогулялся к кухне, чтобы еще раз расспросить Ваба о меню предыдущего дня. Там как раз закончили разделку животных, убитых ночью. Я жестами показал, что нам это не готовить. Ваб с таким решением тоже был согласен и добавил, что большую часть мяса пустят на приманку для крокодилов. В поселке намечалась большая охота с участием почти всех жителей. И то, что мы не будем присутствовать, Ваба немного озадачило.

Мне даже пришлось позвать его с собой, чтобы продемонстрировать плачевное состояние друга.

Вообще-то особо больным Виктор уже не выглядел. Как только проснулись, он сам выпил таблетку анальгина, который не только обезболил, но и немного сбил температуру. Но Виктор продолжал лежать на боку, не делая попыток ходить.

Ваб поцокал языком, обошел вокруг и, убедившись, что ни саму болезнь, ни ее причин он не знает, удалился руководить охотой на крокодилов.

Мы с Женькой чуть позже позавтракали. А Виктор отказался, сообщив, что его тошнит.

- Егор, если это что-то инфекционное, то вам лучше быть от меня подальше, - разродился он новой идеей.

- Если это инфекционное, то мы уже давно заразились, - отмахнулся я.

Где-то ближе к обеду Виктору стало хуже. Анальгин закончил свое действие, и друга скрутило болью.

- Дать еще таблетку? - поинтересовался я и полез за рюкзаком.

- Егор, подожди, - притормозил меня Виктор. - Постучи мне по пяткам.

- Э-эээ... - не понял я и действительно остановился. Это что, у него уже галлюцинации начались?

Видя мое замешательство, Виктор поспешил пояснить:

- Хочу диагностировать симптомы. Давай лучше поднимусь.

Как он это будет делать, я не понял, но помог принять вертикальное положение. Виктор же встал на цыпочки, а потом резко опустился на пятки и тут же согнулся пополам, схватившись за правый бок.

- Все парни, капец, - прохрипел он. - Это аппендицит.

- Аппендицит? - не поверил я.

- Определенно. Симптомы совпадают.

Часть 16

- Да какие это симптомы?! - не хотел я верить в такой страшный диагноз.

Женька опустился рядом с Виктором и заревел как маленький.

- Дядя Витя, дядя Витя, - всхлипывал сын.

- Егор, умирать я буду долго и мучительно. Поверь, я знаю, о чем говорю. Это точно аппендицит, - сообщил Виктор, скрючившись в позу эмбриона. - Ты его вырезать не сможешь. Даже если тебе такое придет в голову, то зашить не получится, и местная антисанитария меня угробит.

Я слушал Виктора, а сам готов был последовать примеру Женьки и зарыдать. Меня накрыло паникой. Дрожали руки и ноги, а по спине струйкой стекал пот. Нестерпимо захотелось выкурить сигарету или хотя бы глотнуть чего-то из спиртного. Никогда в жизни я не ощущал себя таким беспомощным.

- Мы там вчера, пока ждали падальщиков, сидели долго, - тем временем продолжал Виктор. - Я округу рассматривал - кустики-цветочки и прочее. Были там одни цветы, по виду как маки, только меньше и белого цвета.

- Ты думаешь, это опиумный мак? - сразу сообразил я, куда он клонит.

Опиумный мак

- Хрен его знает. Но попробовать стоит. Других сильных обезболивающих у нас всё равно нет.

Женьку я оставил рядом с больным другом, а сам рванул к глиняному карьеру искать тот мак. И место охоты, и участок с цветами я отыскал безошибочно. Насчет самого мака и у меня возникли сомнения. Отцветшие коробочки действительно напоминали маковые. Но цветы были не чисто белые, а с розовым оттенком по нижнему краю лепестков. В любом случае выбора не было. Надергал прямо с корнями несколько растений и помчался обратно в поселок.

- Вить, а как его употребляют? - поинтересовался я, демонстрируя добычу.

- Надрежь по коробочке. Должен выступить белый сок, дашь мне его пожевать.

- А не нужно водой заварить как чай?

- Как чай заваривают сухие стебли. А из корней, кажется, морфий добывают, - пояснил Виктор.

Буквально капельку белого сока мака я положил Виктору на язык и начал ждать.

- Оно, - буквально через несколько секунд сообщил Виктор. - Язык уже онемел. Давай еще собирай, мне несколько дней придется находиться под кайфом.

От такой перспективы меня передернуло. Но собирать млечный сок с мака я не стал, а посадил Женьку. Сам же поспешил к Вабу. Жестами и словами начал выпытывать у жреца, как можно связаться с 'богами'. Разжигают же они сигнальные огни. Возможно, есть и другие методы экстренной связи.

Ваб меня выслушал и даже понял, что требуется. Вначале он помахал руками, отрицая сигнальные костры. Мол, их можно зажигать только в определенные дни. Обозначение этих дней в виде палочек было зафиксировано на специальной глиняной табличке. Ваб каждое утро делал там отметки, и ускорить прибытие пилотов не мог.

Зато Ваб напомнил мне про визит в поселок на противоположном берегу Нила. Мы тогда толком не поняли. Хотя Женька утверждал, что, по словам местных, кто-то из богов проживает неподалеку. Так это или нет, ни я, ни Ваб не знали наверняка. Но определенную надежду это давало. Не факт, что нам там помогут, но просто сидеть и наблюдать, как умирает друг, я не мог.

- Ваб, лодка, идем к богам, - сообщил я и поспешил обратно в дом. У нас имелись деревянные заготовки, из которых я планировал в спешном порядке собрать носилки.

Охоту на крокодилов я поселковым жителям обломал. Они, конечно, уже успели поймать одного, но дальше начали срочно готовиться к путешествию. Четверо мужчин понесли Виктора на спешно сделанных носилках. Женьке я велел переодеться и собрать наши рюкзаки. Сам тоже надел штаны и футболку. Это чтобы даже издалека не напоминать местных.

Ваб, естественно, отправился нас сопровождать, попутно выспрашивая, что такое делает Женька и для чего. Нехотя я пояснил, что цветы - это лекарство при сильных болях.

- Жень, повтори ему, что много нельзя. Опасно.

Виктор под воздействием наркотика лежал смирно и глупо улыбался, не реагируя на смену обстановки.

Пока парни управлялись с парусом и лодкой, я вытащил свой блокнот и начал рисовать внутренности человека, насколько их помнил. Объясниться на языке аборигенов у меня не получится, но показать картинки и причину болезни я смогу.

Прибыли в поселок на противоположном берегу лишь часа через три, но потом нам пришлось какое-то время потратить на пояснения - для чего прибыли и что требуется.

- Ваб говорит, эти боги не любят, когда к ним приходят без спроса, - перевел Женька то, что услышал.

- Ничего, переживут, - угрюмо отозвался я и велел поднимать носилки с Виктором.

Кроме нашей компании к негостеприимным богам отправилось еще несколько человек, в том числе Ваб номер три. Двигались мы быстро, как могли. Носильщики сменяли друг друга. И до небольшого озера в окружении деревьев добрались примерно через час.

Эти боги действительно не очень-то жаждали видеть местных. Вышедший из дома мужчина сразу наставил на нас оружие. Я махнул своим спутникам рукой, чтобы они не двигались, и вышел вперед. Еще несколько минут я пояснял свою просьбу, демонстрировал рисунки и то, что аппендикс нужно удалять, иначе человек умрет. Мужчина меня выслушал и позвал кого-то из дома.

Тут же на ступенях веранды появилась женщина, и тоже с оружием. Правда, она его почти сразу опустила и стала вникать в проблему. Переговоры затянулись. Если в двух словах, то своего дрона или какого-то средства передвижения у этой пары так называемых 'богов' не было. Но и совсем мне в помощи не отказали. Хотя за результат не ручались.

Естественно, этих поселенцев заинтересовало, кто мы и откуда. На местных жителей мы не походили ни одеждой, ни внешностью. А моего словарного запаса на подробный рассказ не хватало. Но жестами и мимикой я рекомендовал 'богам' сделать запрос в 'штаб'. Даже показал направление к тем, кто в курсе. Мужчина заметно скривился. А еще похлопал себя по уху. Я так понял, что связи с другими богами у них нет. Да и не особенно они дружат. Хорошо, что помочь нам не отказались.

Дальше я руководил носильщиками и помогал в подготовке операции.

Заносить Виктора в дом смысла не имело. На улице было светлее. Потому женщина распорядилась разместить тело прямо на одной из ступеней. Пока она разбирала инструменты, я поинтересовался у Виктора о самочувствии. Тот, похоже, меня не слышал и продолжал улыбаться.

Снова Ваб и Женька выступили переводчиками.

Руки и ноги Виктора женщина попросила зафиксировать. Лишних тряпок я не брал. Были, конечно, те, что предполагалось использовать для бинтов. Но для фиксации конечностей сорвал с двух помощников их набедренные повязки и привязал друга к носилкам.

Какое-то понятие о хирургии у женщины было. Она даже пообещала отыскать аппендицит, исходя из моих рисунков. Вернее, я должен буду его отыскать. Пока же место на животе побрызгали спреем. И почти сразу 'богиня' сделала надрез. Мужчина начал ей ассистировать, растягивая участок инструментами и убирая кровь стерильными бинтами, что я подавал. Сами инструменты внешне напоминали те, что использовали современные нам хирурги. Не знаю, как это могло называться, но скорее всего зажимы. Рану вполне профессионально раскрыли и начали искать источник болезни.

- Жень, ты, главное, мух и мошкару гоняй, - взвыл я от того, что происходило.

Мыли руки эти хирурги до операции или нет осталось для меня загадкой. Зато летающей дряни вокруг хватало. Сам я вытер потные руки о штаны и попытался успокоить пульс. Захотелось одновременно блевануть и зажмурить глаза. А тут еще эти горе-медики начали пререкаться друг с другом, выясняя, то это или не то, в смысле озвученный мной диагноз.

Пока мужчина отсасывал кровь ручной помпой, дамочка прямо пальцами ухватила что-то и поинтересовалась моим мнением. А я что, знаю?! Но на отросток кишки это походило, цвет сероватый, к тому же было зажато между других бугристых органов. И этот пережатый отросток явно выглядел лишним.

- Режь, - кивнул я и показал жестом. Все равно ничего другого, похожего на аппендикс, в этой части брюшной полости не было.

Получив мое одобрение, женщина продолжила. Перевязала нитью то, что планировала отсечь, подготовила изогнутую иголку с нитью для зашивания. Весь процесс я со своего места не увидел. Кажется, после того, как перевязанный отросток отсекли, наложили шов и снова обработали спреем. А мне на руки кинули то, что отрезали. Сомнения по поводу нужного органа еще оставались. Но только я попытался его взять пальцами как изнутри брызнула смесь гноя и крови, почему-то воняющего калом.

- Это он? - уточнил Женька.

- Похоже, - положил я кусок кишки на ступеньку и поспешил к Вабу.

Тот всю дорогу тащил наш кувшин с водой и сейчас помог мне отмыться. К тому времени, как я вернулся к Виктору, женщина уже зашивала рану, затем сбрызнула поверх неё спреем из маленького баллончика. И, собственно, на этом свою миссию боги посчитали выполненной. Зато начали озвучивать, чего хотят получить. Я только разобрал слово 'рыба' из всего перечня.

- Ваб, скажи, что мы привезем рыбу завтра, - отдал я распоряжение и сосредоточился на Викторе.

Тут Ваб номер три вмешался и добавил, что козу тоже мы обязаны поставить, как и зерно.

- Будет, все будет, - не стал я перечить.

Допустим, зерна сейчас ни у кого нет. Урожай еще не созрел. Но можно заменить сыром, творогом и даже молоком. Главное, не портить отношения с этими богами и надеяться, что Виктор поправится.

- Жень, я сейчас растолку таблетку антибиотика и присыплю на рану, а ты помоги мне с бинтами, - попросил я сына.

Бинты из льняной ткани мы давно заготовили и хранили в доме. Порезы и мелкие раны случались, хотя и нечасто.

Немного настоящего бинта в нашей аптечке тоже имелось. Я вначале прикрыл им рану, зафиксировав лейкопластырем и только потом начал обматывать бинтом вокруг живота. Ваб помогал поворачивать больного и вообще внимательно следил за моими действиями.

К концу всех этих манипуляций Виктор начал приходить в себя и даже застонал.

- Жень, немного обезболивающего Виктору дай. Нам еще долго нести его до лодки.

Под воздействием аналога опиума Виктор проспал до середины ночи. А когда проснулся, то попросил пить.

- Вить, мне кажется, что после операции нельзя давать питье какое-то время, - отозвался я, но влажную салфетку на губы положил.

- Почему? - прохрипел друг.

- Не знаю, но помню по фильмам, что после операций на брюшной полости ограничивают питье больного.

- Ммм.. - промычал Виктор и протянул руку к животу. - Ты мне, что аппендицит вырезал? - не поверил он.

- Дядя Витя, мы к богам плавали на лодке, - просветил его проснувшийся Женька. - Они тебе помогли.

- Не помню, - снова прохрипел Виктор.

- Потом все расскажем, - пообещал я и снова смочил водой салфетку, положив ее на губы.

Больше всего меня беспокоило то, чтобы не началось воспаление. С утра пораньше я послал Женьку кипятить воду, сам же пересчитал запасы лекарств. Виктору должно хватить антибиотика. Пусть даже у нас не останется запаса, но и хранить лекарство годами смысла нет.

Потому, как только Виктор снова попросить пить, я растворил в ложке таблетку и влил ему в рот.

- Вить, если от жидкости начнет где-то печь внутри, ты сразу говори, - предупредил я его.

Через несколько минут я рискнул дать еще ложку воды. Так и продолжил. Когда к нам гости заглянул Ваб, то попросил его сварить бульон из утки. А тот мне в свою очередь напомнил о долге. Пришлось оставить Виктора на попечение Женьки и идти руководить погрузкой продуктов. Ловушки забросили на ночь, и теперь они были полны рыбы. Одну козу подготовили тоже. В большой короб поставили кувшин с молоком, туда же сложили две головки сыра и миску со свежим творогом.

Ваб сокрушался, что много еще чего из списка, заявленного богами, не хватает, но я его успокоил. Если богам понравится сыр, то еще привезем. А зерна действительно нет. Колосья в поле только-только начали желтеть. В общем, парни уплыли в поселок, я вернулся к больному.

Виктор выглядел гораздо лучше и даже поддерживал разговор с Женькой.

- Папа, а мы думаем, что эта операция потом станет традицией пеленания мумий фараонов, - фантазировал Женька.

- Мы же его не полностью в бинты замотали, - отозвался я и как раз начал разматывать бинты, чтобы проверить рану и сменить марлю на свежую.

- Ну и что? - не сдавался сын. - Зато остальное все совпадает. На лодке поплыли на запад. Повезли смертельно больного, вернули живого.

- Притянуто за уши, - тоже не поддержал Женьку Виктор и скривился от моих манипуляций. - Как там? - поинтересовался он.

- Покраснение вокруг, но не очень сильное. Будем тебя на антибиотиках держать.

- Главное, что не опиумном маке. А то мне такая хрень вчера мерещилась.

- А у нас еще конопля есть, - хохотнул Женька.

- Ты обязательно выздоровеешь, - пообещал я Виктору.

- Только котов от меня уберите, - проворчал он. - Сидят тут над душой, мурлыкают так громко, что спать мешают.

- Мы тебя на ночь в дом занесем, а их во дворе оставим, - пообещал я и отправился на кухню за бульоном из утки.

Жаль, что я был не в курсе диеты для такого рода больных. Но примерно предполагал, что первые сутки ничего тяжелого употреблять не стоит. Насчет молочного тоже были сомнения. Пусть уж Виктор дальше сам решает, что ему можно, а что нет.

Кстати, вернувшийся на следующее утро Ваб с парнями заверил, что боги ни сыр, ни творог не оценили. А зерно все равно требуют, но обещали подождать сбора урожая.

- Нужно и тех жителей обучить, как пахать землю и сажать зерно, - задался целью Виктор. - Иначе мы этих всех богов-нахлебников не прокормим.

- Вот поправишься, и сходим в гости, - пообещал я.

Часть 17

Ночью у Виктора снова поднялась температура. Пришлось мне его вытаскивать прямо на улицу, обтирать тело влажной тряпицей, вливать лекарства. Попутно отгонять комаров и мошкару, вившуюся вокруг источника света.

А тут еще коты, заразы такие, восприняли размахивание веткой от комаров, как новую забаву. От всей этой возни проснулся Женька и вызвался мне помочь. С ним на пару мы переловили котят, заперли в доме, а сами остались во дворе следить за Виктором. Хорошо, что я с вечера накипятил воды. В отдельной посудине был еще компот из кислых фруктов и фиников. Им я и поил друга.

Во второй половине ночи, когда Женька задремал, Виктор начал активно потеть, а температура снижаться. Кажется, дело пошло на поправку.

Естественно, что весь день я не отходил от друга. Поил, немного покормил кашицей из вареных кореньев. Виктор уверял, что особого аппетита у него нет. А я на этот счет не сильно переживал. Одно дело подать ему сосуд для малой нужды и совсем другое, если приспичит по-большому.

Хотя к туалетной зоне Виктор поковылял уже на второй день. С трудом, опираясь на палку, но добрался. Я его не останавливал, потому что помнил, что после аппендицита долго лежать не рекомендуют - могут появиться спайки. Шов на животе выглядел уже неплохо, а что там, внутри, неизвестно. Краснота была, но признаков воспаления я не заметил. Не зря же скормил Виктору почти все имеющиеся антибиотики.

Ваб посещал нас по несколько раз на день с едой и интересовался самочувствием Виктора. А еще принес кусок глины и, ориентируясь на мои рисунки, слепил нечто похожее.

- Молодец какой, - похвалил я жреца.

- Ерунда, - отмахнулся Виктор. - Они повторить подобную операцию никогда не смогут. Даже если обеспечить инструментом, иглами и прочим, пациент скончается от заражения. С гигиеной здесь херово.

- Тебе сильно повезло, - согласился я, припомнив то, что сами боги не очень-то следили за чистотой рук и инструмента.

Через неделю Виктор довольно уверенно передвигался по поселку, а я перестал переживать за его здоровье. К тому времени, как прилетели пилоты, об операции напоминал только красноватый шов. Но Ваб, конечно же, долго и самозабвенно рассказывал о таком 'интересном приключении'.

Мы же, в свою очередь, расспросили о тех людях, что проживают у озера. И отчего-то внятного ответа не получили.

- Как-то эти боги не сильно дружат между собой, - резюмировал Виктор.

- Без разницы. Главное, чтобы к нам претензий не было.

Претензий действительно не было. Несмотря на ночь, Ваб повел пилотов показывать поле с посадками пшеницы и ржи. Естественно, дождался комплиментов и расцвел.

- И чего, дурачок, радуется? - ворчал я, глядя на довольную физиономию Ваба. - Их наглым образом эксплуатируют, а они готовы наизнанку вывернуться.

- Думаю, что он и сам прекрасно понимает, что 'налоги' увеличатся, - не согласился со мной Виктор. - Но, возможно, это престижно поставлять продукты богам.

- Мы тоже боги, - напомнил Женька. - Значит, нам еды хватит. И чего ты, папа, тогда переживаешь?

Я послушал и тоже согласился, что волнуюсь зря. У нас тут по плану большие глобальные прогрессорские планы. И прежде всего постройка новой большой лодки. Из Виктора пока работник никакой, но путешествие по Нилу он осилит. Да и руководить заготовкой тростника сможет.

Вабу я свою идею пояснял долго и кропотливо. Показывал, как обтрепались и износились веревки первой лодки. Затем демонстрировал веревки из конопли и заверял, что эти в воде продержатся дольше.

Умница жрец все понял. Да и работа для поселковых жителей была уже знакома. Виктор взял все под свой контроль, а я с двумя мужиками отправился за стволами деревьев в дальнюю рощу. Доски требовались постоянно, и много. Хотелось сделать и то, и это. Все же мы дети цивилизации. Без мебели в доме чувствуем себя дискомфортно.

С мужиками, которых я повел на заготовку бревен, мы удалились от поселка на приличное расстояние. Изначально я запланировал рубить деревья в роще, что находилась у подножия холма, где мы в первый раз оглядывали округу. Только подходящих ровных стволов здесь уже не было. И мы пошли дальше. Примерно километрах в десяти виднелись холмы, полностью поросшие лесом.

- Егор, что за детский сад?! - орал вечером на меня друг. - Без разведки, без охраны ты поперся чёрте куда! Это тебе не двадцать первый век, здесь хищники водятся!

- Вить, ну ты чего... - бормотал я в свое оправдание. - Увлеклись. Лесок тот отличный. Обещаю, что в следующий раз возьму больше народа, чтобы отпугивали зверей.

- Папа, если встретится лев, вы его копьями не напугаете, - встрял сын.

- Тьфу на тебя, - отозвался Виктор. - Нет здесь рядом львов. Пилоты всех повыбили. А новые ещё не пришли. Я Ваба спрашивал. Они же стадо пасут и стараются отслеживать звериные следы. Но кроме львов и другого хищного зверья хватает.

Виктор продолжал ворчать еще и на следующий день. А я занялся обработкой тех четырех стволов, что мы притащили в поселок.

- Может, нам колесо изобрести, сделать телегу и запрячь быками? - предавался я мечтам.

- На кой? - поинтересовался Виктор.

- Ну... вдруг понадобится, а у нас нет?

- Ты где-то видел дороги? Те тропинки, по которым народ передвигается между поселками, предназначены только для пеших людей или вьючных животных.

- Ладно. Мне древесины только хватит на стол и лавки, - согласился я.

- Должно больше остаться, - критически оглядел заготовки Виктор.

- Я планирую кое-что сделать на новой лодке, чтобы она у нас была с повышенным комфортом.

С этой лодкой мы действительно развернулись. Не просто навес, а настоящую каюту устроили, да еще я там замостил из досок пол. Мачту тоже серьезно укрепили. Помня ошибки первого плавательного средства, сразу стали закреплять бортики из тонких стволов. Все же навыков путешествия по воде ни у кого не было. Пару раз я сам чуть было не выпал за борт. А уж парни, что нас сопровождали, умудрялись падать в воду при любых резких поворотах и даже во время причаливания.

Первую лодку мы разбирать не стали. Она же изначально задумывалась для рыбной ловли. С этой целью ее и продолжили использовать. Рыбы сейчас в поселке хватало. А я как мог пытался разнообразить эти блюда. Раньше местные весь внутренний жир от забитых коров поедали, запекая на углях. Другого применения жиру не находили, хотя и любили им лакомиться. Богам отчего-то это продукт не отдавали.

Я же, получив первую жаростойкую посуду, взял под свой контроль выплавку жира. Теперь мы на нем обжаривали и мясо, и рыбу. Немного жира держали для масляного светильника. Это поселковые укладывались вечером стать, как только наступала темнота. А факелы и костры зажигали только перед прилетом пилотов. Мы же для себя сделали примитивное масляное освещение: мисочка, тканевый фитиль и жир.

Правда, я потом вспомнил сказку про Алладина и лампу. Там в виде осветительного прибора использовался сосуд, напоминающий маленький чайник. Но Виктор заверял, что масло для такой емкости должно быть жидким. И вообще, нам и так нормально. Тем более, что того жира для еды не хватает. Крупный рогатый скот забивают один раз в два месяца. И почти все отдают пилотам.

Другие источники мяса не столь богаты на жир. Кстати, мы наконец оценили мясо крокодилов. Я даже научился различать его. Чем старше и крупнее рептилия, тем более вкусная. Мелкие крокодилы больше воняют рыбой. А тут как-то мужики забили здоровенного крокодила. Навскидку я бы дал ему больше десяти лет. Запеченный хвост оказался изумительным. Женька буквально глотал горячие куски мяса, напоминающие по вкусу курицу.

- Мы прямо уже гурманами стали, - прокомментировал мои кулинарные изыскания Виктор.

Опять же опытным путем я установил, что если тушить крокодилье мясо на очень слабом огне, то получается вкуснее. О мясе крокодилов мы читали буклеты еще в Каире. Получалось, что это одно из самых диетических видов мяса. Отсутствие холестерина и прочие бла-бла о полезности. Вот им я и старался кормить выздоравливающего Виктора. А еще продолжал удивляться тому, как поменялись наши вкусы за какие-то полгода. И вроде бы не голодаем. Но отсутствие привычных продуктов, и прежде всего хлеба, давало какую-то ненасыщенность. Порой хотелось борща или чего-то подобного с обилием овощей. Но приходилось довольствоваться рыбой, мясом и кореньями.

Именно по этой причине я начал экспериментировать с тем минимальным перечнем продуктов, что имелся у местных. Даже рыбу закоптил. Конечно, для холодного копчения потребовалась бы уйма дров. А вот для горячего такие объемы были не нужны. Зато понадобилась специальная посуда с герметичной крышкой.

В этой мини-коптильне первым я попробовал закоптить сома. Получилось шикарно. Ваб тоже оценил. И поинтересовался, можно ли так приготовить мясо утки? И в следующие несколько дней мы продолжили кулинарные эксперименты. Я даже сыр сунул. В принципе вкус меня вполне устроил. Но, кажется, привычный мне подкопченный сыр готовят как-то по-другому. Опять же экспериментальным путем выяснил, что для сыра достаточно нескольких минут. По сути это уже готовый продукт, не требующий долгой обработки.

С технологией приготовления сыра я хотел ознакомить жителей поселков, живущих выше по течению Нила. После долгих обсуждений мы решили взять с собой в дорогу дойную козу. Не думаю, что для животного это станет большой проблемой. По времени рассчитывали обернуться дня за три. Запах, конечно от козы будет ещё тот. Но ничего, потерпим. Загон я устроил позади 'каюты'.

Плавсредство, как и прежнее, было устроено по принципу катамарана: из двух состыкованных лодок. Получалось, что корма у нас состоит из двух автономных частей. Между ними насест для рулевого. Там же был устроен туалет. Это тоже было мое пожелание. Причаливать каждый раз к берегу, когда кому-то приспичит справить большую нужду, слишком затратно по времени. А на весу да с борта - неудобно.

В общем, оборудовали загородку и бортики в туалетной зоне. И почти такую же сделали зеркальную конструкцию, куда временно поселили козу. Ваб сначала не понял, зачем нам именно эта коза. Но я пояснил, что забивать на мясо ее не будем, а только покажем, как доить и как делать из молока сыр, творог и прочее.

- Несём знания в массы! - громко объявил Виктор и кивнул Вабу, подразумевая, что можно отчаливать.

Новая плавающая посудина оказалась выше всяких похвал. Пусть парус тянул вверх по течению реки не слишком быстро, но по поводу всего остального вопросов не было. Наша 'команда' имела определенный опыт и без понуканий выполняла нужные действия. Коза, правда, что-то имела против и первое время жалобно блеяла. Но, в целом, все было отлично. В предыдущий день моросил небольшой дождик. А в день отплытия погода была отличной. Не сильно жарко, ветерок, сдувающий комаров и прочую мошкару, сытный завтрак прямо на борту лодки и суетящиеся 'слуги'. Виктор снова завел старую песню про то, как хорошо быть богами. Пусть мы оторваны от привычного нам мира и плодов цивилизации, но все остальное лично мной воспринималось как увлекательное приключение. В отличие от пришельцев, мы были заинтересованы в развитии данного региона.

Я толком не успел насладиться отдыхом на нашей 'яхте', как показался левобережный поселок. Все его жители моментально собрались на берегу. Они уже привыкли, что наше появление сулит им какие-то развлечения. И мы их надежды полностью оправдали.

Коза же не просто так блеяла всю дорогу. Я ее специально не стал доить утром, чтобы продемонстрировать весь процесс. Ваб для всех зрителей подробно пояснял, отчего нельзя пить это молоко. Мол, оно только для богов. Но зато все остальные виды продуктов годятся в пищу. Творог у нас был с собой, как и готовый сыр. То, что этот продукт не оценили боги, проживающие у озера, ничего не значит. Сами поселковые жители умяли излишки подношений с большим аппетитом. И теперь внимательно следили за моими действиями.

Ваб номер три поинтересовался, можно ли использовать молоко овец, которых у местных было много. Я заверил, что молоко вполне годится, только с дойкой придется приспосабливаться. Впрочем, время для дойки овец уже упущено. Молодняк подрастает. И до следующего года получить молоко не получится. Это мы прекрасно понимали. Но надеялись, что за это время сознание людей немного перестроится.

- Они бы и так все стали делать. Мы же боги. Если прикажем, то все исполнят, - комментировал Женька мои попытки обучения местного населения.

Я действительно не учел этот факт. Можно было и попозже научить, ближе к тому времени, как появится новое потомство у овец. Но раз уж взяли в путешествие козу, то отступать поздно. На следующее утро наша лодка двинулась дальше, к поселку рыбаков.

Вот на них мы произвели более сильное впечатление. Во-первых, у нашей лодки появился парус, который они раньше не видели. Во-вторых, мы привезли много чего интересного.

Ваб номер два поспешил предоставить отчёт о 'проделанной работе'. Такого размера как наша, лодок у местных, конечно, не было. Но небольшие, одноместные суденышки народ сумел изготовить. Их использовали для того, чтобы переправляться на противоположный берег. Хотя для установки рыболовных ловушек их тоже применяли.

В этом поселке я тоже устроил демонстрацию варки сыра, отбивания творога из кислого молока и копчение сыра в герметичной посуде. Наша лодка вообще была загружена основательно. Виктор даже глину велел взять с собой. Это чтобы не рыскать по округе, а сразу показать мастер-класс, пусть и без гончарного круга.

Ваб Второй догадался, для чего мы смешиваем измельченную глиняную посуду с сырым материалом. Дальше уже наш Ваб рассказывал, как сушить, как потом обжигать и прочие нюансы. И для начала этим жителям нужно было еще отыскать ту самую глину.

Под вечер народ решил порадовать богов и устроил небольшое празднество. Ожидаемо, что "дамы" отправились к реке мыться, потом еще всячески принаряжались: обвешивались бусами, расчесывали волосы и даже подкрашивали глаза.

Нам и раньше доводилось видеть подобную косметику. Чем-то бирюзово-синим тетки подводили нижние веки. В этот раз Виктор заинтересовался процедурой. Собственно, ничего сложного не было. Женщины показали, как измельчают камешки, а потом растирают их в порошок, смешивают этот шесмет с жиром и подводят глаза.

- Шесмет, шесмет, - задумчиво потирал Виктор подбородок. - Что-то знакомое. Жень, не помнишь случайно, что означает название этих камней?

- Шесмет - это малахит, - уверенно сообщил Женька.

- Да ну... - не поверил я и взял один из камней, чтобы посмотреть внимательно. В моем представлении малахит это такой красивый отполированный камень с прожилками. На этих запыленных осколках текстура просматривать с трудом.

- Малахит! - буквально задохнулся от восторга Виктор, а я не понял, почему.

- Думаешь какие-то поделки из камня изобразить? - скептически продолжал я крутить в руках осколок.

- Нет, Егор, это будущая медь, - изобразил шикирую улыбку на лице Виктор.

- Медь? Разве она такая? - тоже усомнился Женька.

Зато теперь я сообразил, что это одна из разновидность медных руд. Осталось еще узнать, где этот малахит отыскали местные, и можно устраивать техническую революцию.

Часть 18

По поводу меди, вернее, малахита наши надежды не оправдались. По словам местных такие красивые камешки они выменяли у тех, кто живет в верховье Нила.

- Раз выбрались из поселка, то, может, сплаваем за медью? - предложил Виктор, выслушав пояснения.

Наш Ваб был ещё тот авантюрист. И на пожелание 'богов' отправиться еще куда-то среагировал положительно. Только козу я не захотел тащить с собой. Честно говоря, нам и коровьего молока хватало. Так что мы широким жестом подарили животинку соседям. Наши поселковые до сих пор опасливо относятся к молочным продуктам. Только малыши никогда не отказываются от кружечки свежего молока. А все остальные ждут, когда оно скиснет, и я начну делать сыр.

Поскольку в поселках выше по течению наш Ваб никогда не бывал, то мы предложили кому-то из поселения рыбаков нас сопроводить. Ожидаемо, это оказался жрец. Он же всю дорогу рассказывал, что там и как. Жаль, что мы понимали от силы каждое десятое слово и смогли уловить только общий смысл. По словам сопровождающего где-то там, далеко, куда идти много-много дней, река становится очень бурной. А еще дальше живут люди с черной кожей. Подношения богам чернокожие не дают и ведут себя очень агрессивно.

Такое известие не могло не взволновать нас. Только воинственного племени не хватало! Но жрец поспешил нас успокоить. Он этих чернокожих никогда не видел и ориентировался на рассказы пилотов. Те в свою очередь обещали всегда помочь и обезопасить от набегов.

До следующего поселка в этот день мы не доплыли. Зато отметили, что местность уже значительно отличается от той, где мы проживали. Растительности стало больше. И не только по берегам. Я специально забирался на крышу каюты и разглядывал в бинокль окрестности. Везде были густые заросли леса. И куда все денется со временем?

Виктора обилие деревьев тоже заинтересовало.

- Не мог климат региона за какие-то три-четыре тысячелетия так сильно измениться, - рассуждал друг. - Наверняка деятельность людей повлияла. Леса вырубили. Плюс козы могут ощутимо экологию попортить.

- Тут кроме коз травоядных хватает, - кивнул я в сторону берега. Небольшое стадо рогатых животных как раз подошло к реке, но теперь опасливо косилось на нас.

- Только крокодилов в Ниле даже в наше время предостаточно, - припомнил Женька.

- Скорее всего, их стали меньше употреблять в пищу, - предположил я. - Хотя и сейчас найти мясо проблем не составит.

В поселке рыбаков мясо подобных животных добывали на охоте при помощи копий. Этими же копьями били рыбу. Технологию той рыбалки мы посмотрели. В целом, ничего нового. Рыбу изначально прикармливают, а потом ловкие охотники кидают в неё копья. Но и наши ловушки уже пользуются популярностью. Тем более что ими можно еще и раков ловить.

Ночевать мы остановились в одной некрупной заводи. На берегу только приготовили еду, а спали в лодке. Жрец из рыбачьего поселка такое удобство и защиту от любых хищников очень оценил. На следующий день, как только мы продолжили путешествие, Ваб Второй замучил меня вопросами по поводу того, как соорудить такое плавательное средство. Пришлось мне рассказывать еще про коноплю, веревки из которой долго не гниют в воде и прочие секреты технологии.

Наш Ваб в свою очередь похвастался, что уже созревает пшеница и рожь. Скоро у нас будет свое зерно. А через год расширим поля еще больше. Обработка земли при помощи животных второго жреца тоже заинтересовала. Только он пока не мог придумать, на что обменять нужных ему животных.

- Ваб, вы же соль в нижнем поселке берете. Но и рыбаки ходят за солью. Поменяй молодых телят на соль, - предложил я.

Оба Ваба на эту тему задумались, и, похоже, каждый решил, что обмен будет выгодным. Оттого спустя несколько минут мужчины азартно обсуждали количество соли на обмен. Не знаю, сколько бы они еще обмусоливали эту тему, но тут вдалеке показался очередной поселок. Жрецы вспомнили о своих обязанностях, изобразили горделивый вид и встали на носу лодки.

Виктор сразу взял на себя командование. А я заменил Рика на рулевом весле. Впрочем, наша команда уже имела неплохую практику. Так что подошли к поселку 'образцово-показательно'. Только на берег смогли сойти спустя час. Народу в этом поселке проживало гораздо больше, чем в нашем или рыбачьем. И посмотреть на приплывших богов прибежали все жители, заполонив весь тот участок берега, где можно было пришвартоваться.

Пока жрецы обменивались приветствиями и рассказывали о том, как им повезло сопровождать богов, мы с парнями сидели и ждали.

Наконец, взаимные приветствия закончились. Очередной Ваб начал отдавать распоряжения, чтобы достойно встретить богов. Из всего услышанного я понял, что сейчас несколько мужчин отправятся на охоту. Что убьют, то и съедим. Пока же предлагали легкие закуски из печеных корешков и фруктов.

Эти подношения мы приняли, хотя особо голодными не были. И уже потом отправились смотреть поселок. Все же обилие деревьев в округе значительно изменило быт поселка. Жаль, что топоры у местных умельцев были каменные.

- Я бы несколько стволов к лодке прикрепил да с собой взял. - С завистью разглядывал Виктор отличную древесину, сложенную на краю поселка.

- Возьмем, - заверил я. - К тому же у них есть глина и поделки из нее. Сейчас устрою мастер-класс по жаропрочной посуде. А ты научи их плести ловушки. И в знак благодарности за это возьмем бревна.

- Папа, мы ведь за медью сюда приплыли, - напомнил Женька.

Про эту самую медь завели разговор сразу после обеда, на котором подавали запеченных гусей. Охотники забили несколько штук, и нам их быстро запекли. Конечно, мы бы предпочли их в виде супчика, но решили, что всему свое время. Пока же рассказали, что интересует нас шесмет. Местный жрец удивился, но велел принести все запасы малахита, которые имелись в поселке. В результате получилось не больше килограмма.

- Это что, все? - возмутился я.

- Егор, они его кроме как для подкраски глаз никуда не используют, - остудил меня Виктор. - Нам сейчас нужно узнать, где то месторождение. Лично я ничего в этом районе не припоминаю.

Рассказ о малахите затянулся и утешительным не был. Оказывается, что это 'мы', в смысле боги, его и подарили. Ях и Шу когда-то давно скинули неподалеку камень, от которого местные жители откалывали долгое время кусочки. Потом еще и меняли с другими поселками. В общем, запасов нет и никогда не было.

- Зря съездили, - огорчился я.

- Ничего не зря, - не согласился со мной Виктор. - Во-первых, провели разведку. Во-вторых, мы знаем у кого спросить по поводу малахита. И вообще у нас цель - развитие региона в целом. Вот и займись просветительской деятельностью.

Остатки малахита забирать у местных жителей мы не стали. Но пять солидных бревнышек прикрепили позади лодки. Я бы и больше взял, да связать было нечем. И так все запасы веревки извели. Скорость, конечно сильно снизилась, но мы особо не спешили.

Наш Ваб сразу смекнул, для чего нам потребовались бревна. Он и ткацким станком уже похвастался и прочими вещами, которые имелись у нас. И даже предложил сплавать еще раз, но взять побольше вещей для обмена.

- В принципе можно... - не стал я возражать. - Можно и первый ткацкий станок отдать. Чтобы был стимул выращивать лён и коноплю.

- Твоих горшков еще упаковать, - добавил Виктор. - Только в торговую экспедицию отправим Ваба с командой. Нам самим необязательно этим всем заниматься.

С этим я согласился. После поездки у меня столько идей разных появилось. Отчего-то рядом с нашим поселком не гнездились гуси. Зато я вспомнил, что у древних египтян были клетки-загоны для гусей, где их откармливали. Нужно будет весной привезти молодняк для развода и одомашнивания. Прокормить не проблема. Рыбы сейчас добываем столько, что остаются излишки. А если ещё будет много зерна, то и его в рацион домашней птицы введем.

Как обычно, планы превышали возможности. Но следующую экспедицию в дальний поселок организовали через пять дней. Долго собирать Ваба не стали. Конечно, могли еще чего-нибудь интересного подготовить, но у нас тут другие дела имелись. Хорошо, что Ваб предусмотрительно в Нижнем поселке выспросил 'инструкцию' по выращиванию зерновых. Сами мы бы не разобрались.

Как-то я был очень далек от 'сельского хозяйства'. А тут с удивлением узнал, что рожь и пшеница еще и цветут! Через полтора месяца рожь начала колоситься. А еще через две недели наступил период цветения. Маленькие продолговатые хм... тычинки свисали из колоса и давали такую обильную пыльцу, что над делянкой стояло настоящее пылевое облако. Еще две недели зерно набирало силу, и, наконец, начал желтеть стебель с колосом. И вот тут требовалось уловить момент, когда пора собирать урожай. Чтобы и не рано, но и не поздно, иначе зерна начнут сыпаться из колоса.

Весь процесс выращивания зерна мы 'задокументировали'. Я припрятал у берега в сыром месте глиняную дощечку, на которой подробно расписывал все этапы, делая рисунки и проставляя число дней. Потом можно будет сделать копии и раздать в другие поселки. Женька отчего-то решил использовать ту систему счисления, которую знал из египетских иероглифов. А мне пришлось еще символически изображать процесс разлива Нила, восхода Сириуса, пахоту и так далее. В общем, дал начало развитию иероглифов в Египте.

Если сравнить рожь и имеющуюся у нас пшеницу, то разница была видна невооруженным глазом. Отчего-то пшеница и взошла позже, и потом стебли сильными не выглядели. Мало того, она отчего-то внешне очень напоминала рожь. Я даже усомнился в том, что это пшеница. Но Виктор мне напомнил, что в наше время селекционеры вывели сорта, которые значительно отличаются от древних.

Созревание пшеницы отставало от ржи ненадолго. И уже встал вопрос, как и чем всё убирать. Это у жителей Нижнего поселка был инструмент, подаренный богами. Мы же попробовали срезать обычными ножами. Таким образом убрать участок получилось неплохо, хотя долго и неудобно. О чем я рассказал Яху и Шу. Пилоты к нашей проблеме отнеслись со всем вниманием. Мы и раньше предполагали, что эти парни в элиту божеств не входят. Все вкусности и деликатесы им перепадали, только когда они посещали поселки, собирая дань.

Вне поселков их рацион был более чем скуден. Вернее, мяса и фруктов им хватало. А вот хлеб был для 'высшего руководства'. Ваб пилотов подкармливал, забирая немного зерна из Нижнего поселка. И, похоже, это было нелегально. Потому пилоты были сильно заинтересованы в том, чтобы мы развивали это направление в земледелии. Пришлось мне подробно рассказывать им и показывать. Я сделал из дерева макет серпа, как его помнил, продемонстрировал наши ножи. Затем еще кусочек малахита предъявил и уже при помощи Женьки высказал просьбу помочь не только с поиском, но и с доставкой малахита, чтобы впоследствии переплавить его в медь.

Что меня больше всего удивило, так это то, что пилоты прекрасно знали о том, что из шесмета, медной руды, можно получить металл. И тут же начали нас отговаривать, мотивируя тем, что чистая медь без добавок довольно мягкий металл. Я снова их заверил, что в курсе этого. Зато у меди есть преимущество - мы сможем получить металл в своих примитивных печах без больших трудоемких затрат. В результате убедили пилотов. Они забрали тушку коровы, но обещали вернуться через три дня. Нам велено было жечь ориентиры. Но уже дымовые. Это за свежим мясом пилоты прилетают 'по холодку' и ночью, а для других дел прибудут днем. Мы, кстати, поняли, почему пилоты прилетают ночью. Пришлось не раз наблюдать разделывание туши козы днем.

По жаре слеталось столько мух, что уму непостижимо. Мясо приходилось потом полоскать в воде, чтобы промыть от наглых насекомых. А те еще умудрялись успеть отложить личинки. В первые дни нас, цивилизованных людей, это все сильно смущало. Потом привыкли. Только следили, чтобы мясо подвергалось хорошей термической обработке. Даже если и попадались личинки, то уже в хорошо прожаренном или вареном виде. Боги же предпочитали забирать говядину ночью. Наверняка столкнулись с проблемами её сохранности.

Пока пилоты отсутствовали, мы с парнями устроили 'мозговой штурм'. Допустим, раздобудем мы малахит. И что дальше?

- Растолочь и уже измельченный запекать в тиглях, - заверил Виктор. - Получим медь, которую уже вторично подвергнем обработке. Попробуем разными способами: отливать в готовые формы или ковать.

С меня требовался тот самый тигель с крышкой. Ну и место для нашего литейного производства стоило подобрать немного в стороне от поселка, но чтобы было безопасно. Тут удачно сложилось, что Ваб приволок еще пять крупных стволов деревьев. Предыдущие я уже успел распустить на доски. А эти думал пережечь на уголь. Плохо, что Виктор пока не мог оказать мне посильную помощь. Из поселковых жителей работники были еще те. Пока объяснишь, пока сам все покажешь - смысл той помощи пропадает.

Пилоты свое слово сдержали. И действительно прилетели через три дня. Где и как добывать малахит, мы обсудили заранее. Ях и Шу продемонстрировали на карте место, где вырезали тот камень. Как оказалось, они его действительно вырезали! На самом деле пилоты тестировали какое-то свое оборудование. А затем решили, что красивый кусок камня можно куда-то применить и, подцепив на трос, взяли с собой. Жаль, что тем людям они не показали, как можно шлифовать и обрабатывать малахит. В результате, вырезанную заготовку местные жители раскололи, а потом еще и истолкли в порошок. Часть камней обменяли. Но ничего путевого так и не изобрели.

Я же планировал притащить как можно больше малахита к поселку. Правда, пилоты мой порыв притормозили. У них, как выяснилось, горючее подотчетное. Лишний перерасход не приветствуются. Сейчас они используют то, что не потратили на охоту за хищниками. Мы этот момент тоже оговорили. Виктор предложил сводить народ с луками на охоту, и таким образом сэкономить топливо для дрона. В результате, нам пообещали только один рейс, но при этом полную загрузку дрона.

Женька потом еще долго и восторженно вспоминал, как ему позволили резать камни. Лазер или что-то научно-фантастическое из арсенала инопланетян резало тонким лучом скалы, как горячий нож масло. Начикали мы много. Но потом еще какое-то время отсортировали малахит от других пород. Забили коробами с рудой весь грузовой отсек дрона. А Ях еще потом широким жестом вырезал каменюку метра два по всем параметрам и, закрепив ее тросом, потащил на весу в поселок. Дрон от такого излишнего веса гудел басовито, но с ношей справлялся. Пилоты, правда, не рисковали высоко подниматься, да и скорость полета снизили. В результате мы потратили на обратный путь часа два вместо одного. Зато привезли большой запас медной руды.

Жаль, что мы сами, без помощи пилотов еще раз наведаться на рудник не сможем. Тут не только долго готовить вьючных животных, но и обезопасить дорогу придется, попутно строя стоянки и роя колодцы для воды.

- Пока этого достаточно. А там посмотрим, - оптимистично заявил Виктор. - Наш поселок обеспечим, а остальным придется поработать.

- Нам хватит, - согласился я.

- Вот соберем рожь и пшеницу и займемся вплотную металлургией. Хотя пенсионеров уже можно посадить на дробление и перетирание камней.

- Главное, чтобы все получилось, - прижал я руки к груди.

- А ты, папа, помолись за удачу, - хмыкнул Женька.

- Какому из богов? - деловито поинтересовался Виктор, и мы дружно расхохотались.

Часть 19

Сбор урожая зерновых стал еще той эпопеей. Хорошо, что Виктор сообразил послать Ваба в Нижний поселок за консультантом. Прибывший хмурый мужичонка довольно толково пояснил, что нам делать с теми снопами, что я расставил по полю. Как-то мне ничего другого не припомнилось. Да и Виктор тоже заверил, что у него остались в памяти картины русских живописцев, где снопы в поле стоят. На кой ляд они должны там стоять, мы даже совместными усилиями не вспомнили. Не то зерно таким образом досыхает, не то ставят снопы, потому что сразу много убрать не могли.

У нас урожай был не так велик, но традицию соблюли. А вот когда уже оббили все колосья, то начали 'веять'. Это слово и сам процесс мы с Виктором вспомнили.

- Отделяем зерна от плевел, - пояснял я Женьке процедуру.

Для этого пришлось нести наш урожай на ближайший пригорок и уже там, на ветру, пересыпать зерно так, чтобы весь мусор уносило в сторону. В целом, справились. Исколотые руки и мозоли от непривычной работы не в счет. Ржи у нас получилось килограммов тридцать, пшеницы немного меньше. Отправили, как и обещали, по пять килограммов пшеницы и ржи богам у озера. А дальше встал вопрос о том, как это вообще все хранят. У нас в поселке Ваб раскладывал зерно по плошкам. Но консультант был категорически против такого хранения.

Вернее, он заверял, что для еды и так сойдет, а для того чтобы сохранить зерно на следующий год, нужно применить нечто другое. Что именно, мы из-за скудности словарного запаса не поняли. Зато решили, что можем прогуляться в Нижний поселок и посмотреть все своими глазами. А то предыдущий наш визит был слишком коротким. Как решили, так и сделали. Нам собраться в дорогу - раз плюнуть. Сказали Вабу - он все организовал за пару часов и сообщил, что с утра отплываем. Заодно нашего консультанта в поселок вернем. Тот этому был очень рад. И всю дорогу громко восхищался нашим плавательным средством.

Ваб обожал слушать подобные восхваления и только поощрял мужчину. Кроме того, наш жрец считал, что ему лично и всему поселку чрезвычайно повезло. Боги не только 'спустились на землю', но и лично занялись обучением простых людей. Такое поклонение сказывалось должным образом на работе. Ни одно наше замечание или предложение не было проигнорировано. Всегда находились работники и желающие выполнить поручение. Хотя порой мне казалось, что многие виды придуманной нами работы местные воспринимали как хорошее развлечение. По крайней мере пахоту земли точно посчитали за праздник, к тому же дающий полезный результат в виде большого обработанного поля.

О наших котах тоже ходили невероятные рассказы. Жаль, что снова пришлось оставить эту пушистую братию дома. Коты стали любимцами всего поселка. Их баловали, угощали вкусностями, дети с удовольствием играли, а взрослые старались не реагировать на многочисленные кошачьи проказы. В течение дня коты дремали в тенечке под нашим домом и только к вечеру выходили 'в люди'. Женька продолжал натаскивать зверенышей в качестве охотников за пернатыми. И это у него неплохо получалось. Здесь в большей степени помогали имеющиеся у котят врожденные инстинкты.

Кстати, размером они уже превышали привычную нам домашнюю кошку раза в полтора. А по своей ловкости и умениям сильно отличались от домашних котов. На ночь я собирал котят во дворе дома. Только забор давно уже не был для них серьезным препятствием. Наши подопечные могли остаться дома на ночь или, преодолев забор, уйти на прогулку. Но обязательно возвращались к утренней дойке коровы.

Зрелище котят, ожидающих свежее молоко, всех умиляло. Сидят рядочком и внимательно следят за процессом. Естественно, что первую порцию получали они, а уже потом молоко относили 'богам', то есть Женьке на завтрак. Мы с Виктором предпочитали с утра кофейный напиток. Он все больше становился популярным среди местных жителей. Обжарить корешки тростника, а потом заварить особого труда не составляло. Зато необычный вкус напитка многим нравился. А мы таким образом еще пропагандировали кипячение воды для питья.

С другой стороны, местные пили воду прямо из Нила и отчего-то не страдали никакими кишечными заболеваниями. Не то они привыкли и адаптировались, не то сейчас в воде нет такого множества микробов, что было в наше время.

Но во время путешествия воду всегда кипятили на стоянках, затем остужали и переливали в кувшины. Виктор вообще очень серьезно следил за гигиеной команды. Все были в курсе, что боги предпочитают чистых и помытых женщин. А если им (богам) захотелось видеть рядом еще и мытых мужчин, то приходится выполнять подобные требования.

- Нам, как порядочным попаданцам, давно пора мыло варить, - ворчал я, наблюдая, как кривится Женька от щелока.

- На мыло слишком много жира потребуется. А мы, прости за тавтологию, не жируем, - не согласился со мной Виктор. - И так столько жира тратим на вечернее освещение, что меня жаба скоро задушит.

- Увы, альтернативы нет. С богами мы не настолько дружны, чтобы выпрашивать у них нефтепродукты.

- А может, всё-таки спросим немного? - загорелся Женька новой идеей.

- Не стоит, - притормозил его Виктор. - Даже если нам выделят нефть, то у нас оборудования на ее переработку нет. При самом удачном варианте, что нам посчастливится выпросить подобие керосина, и то пользы будет немного.

Видя, что сын не понимает друга, я поспешил разъяснить:

- Ну сколько они нам могут дать? Несколько литров? Закончатся быстро, а каждый раз выпрашивать... - И я махнул рукой, выражая действием то, что думаю.

- Или запросы на продовольствие у богов повысятся, - дополнил Виктор. - И так поселковые еле-еле с ними расплачиваются.

Так что тему мыла и освещения на время оставили. Но продолжили перебирать возможные проекты, облегчающие жизнь в течение всего путешествия. Опять все сводилось к наличию изделий из металла. Пусть даже той же меди.

- Самим пережигать деревья на уголь хлопотно и нерационально, - размышлял я вслух. - Думаю, стоит попробовать научить этому нехитрому действию тех людей, что живут в верховье Нила. Будем посылать Ваба за уже готовым углем.

- А что в обмен? - озадачился Виктор. - У нас ничего лишнего нет.

- Могу предложить свою посуду.

- Ещё сыр, - добавил Женька. - Он и хранится долго, и все местные его едят.

Сыр уже стал пользоваться большой популярностью. Жаль, что у нас дойных коров до следующей весны не появится. Как-то хотелось всего и сразу. Мы много чего знали и могли сделать. Только времени, ресурсов и людей не хватало. Одной из очередных задач было обучение обработке земли при помощи животных. Как раз в Нижнем поселке мы и собирались это внедрять. Даже ярмо и соху везли с собой.

Встречали нас снова радостно и всем поселком. Причем 'торжественная встреча богов' растянулась почти на сутки. Мы особо не спешили. Позволяли поселковым развлекать нас, как им думается правильным. В предыдущий визит все мероприятия запороло прибытие 'Венеры'. Зато в этот раз мы оторвались по полной. Виктор местными бабенками уже давно не брезговал, выбирал только помоложе да посвежее. Я, собственно, тоже растерял все свои предрассудки, но немного конфузился перед Женькой. Как-то неловко было на глазах у сына тащить какую-нибудь деваху в кусты. Но песни, пляски и пир мы не пропустили.

Только на второй день, наконец, занялись делами. В предыдущий визит мы бегло осмотрели поселок. Сейчас же прошлись по полям, где уже собрали урожай. С удивлением узнали, что чуть севернее имеются самый настоящий сад. Описание фруктов нам ни о чем не говорило, а сами плоды уже все отдали богам.

Закончив осмотр садовых деревьев, я было собрался возвращаться, но жрец сообщил, что на холме еще что-то выращивают исключительно для богов.

- Виноград! - возликовал Виктор, когда понял, что это нам демонстрируют. - Неужели он уже был в это время?

- Почему бы и нет? - пожал я плечами. - Виноделие распространено было в этом регионе еще до всемирного Потопа. По всем заветам и преданиям боги винишко уважали.

- А нам дадут винограда? - поинтересовался Женька насущным.

- Думаю, что мы сможем взять немного. Но главное - нарезать лозы и высадить у себя.

- Точно, - спохватился Виктор. - У нас уже наметилась плантация под финики, а за ней можно и виноградник устроить. Жаль, что само вино сможем получить только через несколько лет.

- Вить, у нас по плану развитие региона, - напомнил я. - Не в сроках дело.

- Нужно еще посмотреть, что в этом поселке имеется, - заозирался Виктор, ожидая следующих сюрпризов.

И, кстати, поселковые надежды оправдали. За ужином нам подали странные лепешки. То, что они были сладкими, уже понравилось. Как пояснил жрец, это финики. Я сразу и не понял, что и мука финиковая. Только когда нам показали, как перетирают финиковые косточки в муку, оценил красоту идеи.

- Наши-то дураки косточки раньше выбрасывали, - с недоумением покрутил своеобразный пряник Виктор. - Отчего не в курсе рецептуры?

- Дядя Витя, в нашем поселке и финики никто не ест. Их приносили и сразу отдавали богам, - напомнил Женька.

- Действительно, если Ваб успевал угостить несколькими, то проку от тех косточек немного.

Только мы закончили разглядывать и дегустировать сладкие финиковые лепешки, как жрец торжественно преподнес напиток для богов. Какое-то опасение у меня было, но рискнул попробовать чисто из интереса. Хотя Женьке строго наказал не притрагиваться к напитку.

- Какао? - с удивлением посмотрел на меня Виктор.

- Да... ну? Откуда здесь какао? Его из Америки только через несколько тысяч лет привезут.

- Но вкус приятный. Если еще закусывать сладкой лепешкой.

Что это такое, мы так и не смогли определить и потребовали отчета у жреца. Тот пояснил и даже показал, из чего напиток.

- Какие-то странные кракозябры, - скептически разглядывал Женька плоды.

У меня даже ассоциации ни с чем не возникло. Это было что-то изогнутое, сплющенное и темно-коричневого цвета.

- Это были бананы, но сильно высохли? - выдвинул сын идею.

- Не... - покрутил Виктор странный плод и потряс его, прислушиваясь к звуку. - Не помню, как называет по-русски*, но вот внутри зерна - караты.

*подразумевается рожковое дерево

- Караты? - с недоумением наблюдал я, как Виктор расшелушивает плод и вытряхивает на подстилку зерна, напоминающие бобы.

- Я же в свое время с буровой техникой дело имел, - начал ну очень уж издалека пояснять друг. - Технические алмазы, то да сё...

- Алмазы измеряются в каратах, - обрадовался Женька тому, что что-то понял.

- Вот именно. Мне было интересно почитать, откуда взялась такая единица измерения, - продолжал Виктор. - Оказалось, что от греческого κέρας. Эти бобы имеют настолько одинаковый размер и вес по 0,19 грамма, что долгое время служили мерой веса. И вообще, это полезное растение. Точно не помню, кажется, напиток при кашле употребляют. Иммунную систему поддерживает.

- Ты уверен, что этот то самое, что ты думаешь? - все же усомнился я. - И карат, кажется, 0,2 грамма.

- Если эти бобы растут на дереве, то я прав, - снова потряс Виктор своеобразной погремушкой. - А вес карата просто округлили для простоты расчета.

К тем деревьям нас потом сопроводили. Я лично полюбовался на такое странное бобовое растение. Позже разрешил Женьке попробовать напиток. Если народ регулярно употребляет это и не помер, то и нам можно. Жаль, что в этот день пройтись по всем огородам мы не успели. Зато прямо с утра я потребовал у жреца показать, что еще и где выращивают для еды. Жрец сильно удивлялся и начал заверять, что остальные продукты боги не кушают. Однако я был настойчив и, как оказалось, не зря.

- Нут? - поинтересовался у меня Виктор, разглядывая делянку.

- Это как горох? - переспросил Женька.

- Однозначно возьмем на посадку. Климат здесь такой, что можно по три урожая собирать. Посеем у себя нут.

Местный жрец, видя нашу заинтересованность, начал рассказывать, что еще ниже по течению, там, где река разветвляется, тоже есть поселки. И у них этой растительной еды, которую не принято подавать богам, еще больше.

- Наведаемся, - пообещал я.

- Или Ваба пошлем, - не оценил мой порыв Виктор. - Тебе хочется посетить ту болотистую местность с комарами?

- Пошлем Ваба, - не стал я возражать.

- А еще как-то нужно саженцев тех фруктовых деревьев раздобыть, - кивнул друг на поселковый сад.

- Знать бы, что там еще такое.

- Папа, какая разница! - возмутился Женька. - Если боги едят, значит вкусно.

- Тогда пойдём посмотрим, как отростки или что-то другое выкопать, - повёл я парней за собой.

- А нам еще надо показать, как пахать на быках, - напомнил Женька.

С саженцами того чего-то условно фруктового проблем не возникло. Местные садоводы были еще те умельцы. И корневых отростков хватало. Жаль, что даже по описанию мы так и не смогли понять, чтобы это могло быть.

- Неужели не могли себе оставить немного? - тихо возмущался я. - Чего такие порядочные, и все богам отдали!

- Кажется, эти фрукты долго не хранятся, - разобрал речь Ваба Женька.

Виктор же оторвал один листок, размазывал по своей ладони сок.

- Пачкается сильно, - заметил я. - А ствол как у дуба.

- Я бы сказал, что это что-то из тутовых деревьев, - высказал Виктор предположение.

- Ты так в этом разбираешься? - не поверил я, поскольку хорошо помнил, как выглядит тутовник, называемый в простонародье шелковицей.

- Это древний вид. И плоды, действительно, долго не хранятся.

Ваб нашу задумку - посадить у себя в поселке как можно больше съедобного - понял и обещал привезти из других мест еще растений. Нам же пора было отрабатывать гостеприимство хозяев. А именно - показать, как пахать землю.

Аттракцион удался. Снова всем поселком удерживали быков, потом пытались задать им движение в ярме. Соху только чудом не сломали. Зато принцип действия народ понял. А также получил инструкции о том, что приручать к такому виду деятельности нужно молодняк.

- Больше я на такое не подпишусь, - потирал ушибленные ноги Виктор. - Помощников у нас хватает. Пусть дальше Ваб устраивает мастер-класс.

- Я тоже так думаю, чего мы из-за всякой ерунды срываемся с места. Нам медь пора выплавлять, а не по поселкам разъезжать.

- Один раз в верховье придется сплавать. Договоримся о поставке древесного угля и покажем, как пережигать дрова на уголь, - напомнил друг.

Я только вздохнул. Тяжела ты, доля попаданца!

Часть 20

На пятый день пребывания в Нижнем поселке мы начали собираться домой. Все саженцы были упакованы, а Ваб был проинструктирован, как довезти растения без потерь домой. Новый ученик по керамике отправлялся с нами. Еще взяли одну тетку, чтобы показать ей станок и научиться ткать на нем. Правда, когда соберем станок для Нижнего поселка, конкретно не сообщили. Пусть тренируется и нарабатывает опыт. Не то чтобы такой обмен на саженцы был обязателен, но мы уже настолько вжились в свою роль прогрессоров, что всячески поощряли новые умения и знания местных.

Женька нам еще идею подбросил, когда услышал, что народ как-то мед добывает. Он долго расспрашивал жрецов про тех насекомых, что собирают нечто сладкое, и пришел к выводу, что речь идет о пчелах.

Заняться пчеловодством - мысль хорошая. Только требовалась серьезная подготовка. Не только улья сделать, но и самих тех пчел ещё нужно было отыскать. Местные же, обнаружив семейство пчел, варварски его разоряли, забирая соты с медом, не заморачиваясь над сохранностью семьи. Естественно, что отыскать пчелиный рой становилось все сложнее. Ваб пообещал, что сводит нас в одно место, где вроде бы видели пчел.

Сладенького и вправду сильно хотелось. Тех фиников, что нам выделили, было слишком мало, а фрукты с деревьев, произрастающих рядом с нашим поселком, были кислыми или вообще непонятно какого вкуса. Когда у тебя во рту все вяжет и сводит челюсти, то о вкусе не вспоминаешь. Сразу возникает желание выплюнуть гадость и прополоскать рот. Потому и планировали устроить в своем поселке обширные посадки финиковых пальм.

- Вот интересно, тот Эдемский сад где располагался? - предавался Виктор философским рассуждениям по пути домой.

- Какие-то ученые определили, что где-то между Тигром и Евфратом. Или в районе Ливана.

- То есть совсем рядом? Возможно, это мы и стали прародителями того райского сада?

- И не мечтай, - отмахнулся я. - Райский сад процветал несколько десятков тысяч лет назад. Тут и до тебя было кому заняться селекцией. Тот же виноград кто-то же окультурил.

- А правда, эти инопланетяне с собой все растения привезли или это местные гибриды? - поддержал садоводческую тему Женька.

- Не думаю, что растения инопланетные, - отозвался Виктор. - На той Нибиру совсем другой климат и освещение.

- А то ты в курсе, какой там климат, - в очередной раз вылез мой скептицизм.

- Это только мои предположения. Представь себе планету, несущуюся в миллиардах километров от нашего светила. Кругом огромный холодный космос...

Женька замер с открытым ртом, слушая 'умного дядю', что не помешало ему задать очевидный вопрос:

- И как только они без освещения и тепла не померли?

- Какая-то особенность планеты. Предположим, что она имеет подогрев изнутри. Плюс атмосфера, что окутывает словно одеяло.

- Все равно там должно быть слишком темно, - поддержал я Женьку.

- Если взять за аналогию наше северное сияние на полюсах, то подобного освещения вполне достаточно. Как косвенный показатель - инопланетяне имели светлый кожный покров и голубые глаза, что свидетельствует о нехватке ультрафиолета.

- Эммм... - повертел Женька свою руку.

Если вспомнить, что мы трое как раз той внешности инопланетян, то теория Виктора трещала по швам.

- Вспомните горилл и прочих приматов, - не сдавался друг. - Если побрить гориллу (не дай бог, конечно), то она будет темнокожей и с карими глазами. Пришельцы только использовали готовый генный материал, чтобы создать человека разумного на Земле, и он в большей степени напоминал современных нам бушменов.

- А с чего мы потом так посветлели? - продолжал Женька разглядывать свою конечность.

- Смешались естественным путем, - немного смутился Виктор, явно припоминая, сколько беременных молодух в нашем поселке. - Считалось престижно заиметь ребенка от бога.

- Ну-ну... - сообразил сын и уточнять подробности не стал.

- В любом случае растительность планеты Нибиру не могла бы адаптироваться на Земле, - изящно вернулся к началу разговора Виктор. - Зато тому, кто мог генетически преобразовать древних людей, населяющих Землю, ничего не стоило улучшить урожайность растений.

- Нужно Ваба озадачить сбором всего интересного по руслу Нила, - предложил я.

Хотя наш жрец давно и сам сообразил, что живущие в поселке боги предпочитают большое разнообразие в еде. Он всячески нас поддерживал в этом начинании, поскольку и ему перепадали лакомые кусочки.

Времени на все, как обычно, не хватало. Тут и привезенных с собой учеников нужно озадачивать, и в Верхний поселок пора наведаться, и пчел хотели поискать. Повезло, что сбор льна и его обработка прошли без нашего непосредственного участия.

- Чего мы всей толпой путешествуем? Давайте разделимся, - предложил Виктор.

Я же, припомнив, как он ходил без меня на охоту и свалился с аппендицитом, начал возражать. И тот факт, что аппендицит не заразное заболевание, а дело случая, не повлияло на мое решение:

- Или вместе, и подождем.

- Подождем, чёрт с тобой, - хмыкнул друг. - Тогда установим очередность. У меня по утрам занятия с парнями стрельбой из лука, а ты учишь лепить свои горшки. После обеда проверяем теток. Как и что они ткут из конопли.

На том и порешили, наметив для себя поход в верховье Нила через две недели. К этому времени как раз подготовим запас глиняных изделий на обмен. Ваб тут же поинтересовался, что мы там такое присмотрели, что везем столько посуды. Толком объяснить ему не получилось. Да и потом, по прибытии в поселок 'лесников', пришлось долго рассказывать и показывать, что боги изволят получить.

С точки зрения аборигенов мы переводили хорошие дрова на какую-то фигню. Практического применения тем обугленным кусочкам дерева они не видели. Но мы были настойчивыми и скрупулезно следили за правильностью выполнения всех действий: сложить шалашик из веток, поверх него более крупные фрагменты стволов, обмазать все вязкой смесью земли и глины, сделать отверстия по низу и наверху этой своеобразной пирамиды, дождаться подсыхания и затем поджечь.

Подготовка древесного угля

Полученный древесный уголь бережно собирали в подготовленные короба. Ваб Пятый вроде бы все понял и обещал к следующему прибытию нашей лодки подготовить запас угля. А мы с Виктором начали обсуждать технологию плавки меди. Знания у обоих были поверхностные и теоретические. Так что придется следовать путем проб и ошибок. Наши 'пенсионеры' уже истолкли несколько килограммов малахита, и теперь оставалось осуществить все на практике.

Малахит

Тигель, в смысле посудину с крышкой, я подготовил в нескольких экземплярах, к тому же разных размеров.

Виктор, в свою очередь, изготовил специальные трубки для поддува. Для этого он использовал одно растение, которого было много в болотистых местах. Не бамбук, но что-то близкое. Собственно, Виктору нужна была трубка. Небольшие перемычки он продолбил и получил пустотелую трубку. В таком виде она не годилась для работы. Потому почти до середины каждую трубку обмазали глиной.

- Ну-с, приступим, - с воодушевлением разглядывал Виктор все приготовленное для выплавки меди. А приготовили мы аж четыре тигля с разными компонентами. В одном был только порошок перетертого малахита. В трех других смесь с древесным углем. Да и время плавления хотели опробовать разное.

Виктор предлагал расплавлять уже имеющуюся у нас медь открытым способом. Якобы он где-то о таком читал. Я в свою очередь сомневался, что хватит температуры.

- Так мы будем продолжать поддув, - уверял меня друг. - Если не получится, то используем печь.

Поселковые жители поглазеть на очередное развлечение собрались полным составом. Даже козел Ийн не пропустил данное мероприятие. Ни козел, ни местные жители пока не поняли, что такое мы затеяли, но наблюдали с интересом.

Виктор еще два дня назад выкопал небольшую ямку, которую обмазал изнутри глиной. Теперь эту емкость заполнили углем, дровами и поставили сверху тигли. Тигли в свою очередь тоже засыпали углем. Где-то минут через сорок мне надоело самому дуть в трубку, и я решил, что меня пора заменить. Народ сразу оживился и начал наперебой предлагать свои услуги.

- Здесь всем хватит работы, - заверил их Виктор.

https://www.youtube.com/watch?v=_OrBw4L490Y

Сколько времени потребуется для преобразования руды в металл, мы не знали. Но первый тигель решили уже доставать. Пока помощники дули в трубки, мы с Виктором облили холодной водой экспериментальный тигель и разбили его.

- Медь! - с улыбкой до ушей вывалил вечером из тигля я наш первый результат по плавке.

Наверняка в ней много побочных примесей. Отчего-то в оплавленных красноватых кусочках встречались черные вкрапления. Да и в таком виде кусок металла никуда не годился. Отливку в подготовленные формы мы планировали сделать на следующий день.

- Достаем следующий тигель, и побыстрее, - сориентировался Виктор. - Похоже, медь из руды плавится быстро.

Оставшиеся три тигля вынули из очага и тут же начали охлаждать водой.

- Папа, а почему так все по-разному получилось? - недоумевал Женька.

- Потому что мы не металлурги и даже не химики, - объяснил я.

- Метод проб и ошибок себя не оправдал, - резюмировал Виктор, разглядывая медь.

- Ну почему... - не согласился я.

- Ты можешь определить, чем они друг от друга отличаются по качеству? - разложил Виктор экспериментальные образцы.

- Главное, что мы вообще выплавили металл! - восторгался Женька.

В принципе все так и было. Только качество этой меди явно отличалось. И нужно ли добавлять уголь в порошок малахита или нет, мы так и не поняли. Даже без добавок малахит успешно расплавился. Правда, цвет имел более желтоватый.

- Сорок минут по времени мало, - оценил я кусочки меди из первого тигля.

- А без добавления угля явно присутствуют какие-то лишние примеси, - постучал камнем Виктор по следующему образцу.

- Значит, берем за основу три четверти порошка, одну четверть угля, - подвел я итог.

- И час времени на саму плавку, - дополнил Женька.

- У нас тигли размером отличаются, - напомнил я.

Теперь мы выбрали самую крупную емкость и снова устроили плавку в очаге. Уголь от предыдущего эксперимента еще не остыл, потому разгорелось все быстро.

- Добавим полчаса из-за увлечения объема, - предложил Виктор.

Я только пожал плечами. Помощников, чтобы поддерживать температуру, хватает. Пусть дуют.

Трудно сказать, какого качества медь мы получили в результате. Выглядели оплавленные кусочки вполне достойно. Ваб потом подошел, внимательно рассмотрел то, что получилось, и от комментариев воздержался.

- Ничего, завтра поймешь, что это такое, - продолжал я радоваться нашему первому удачному опыту.

У меня были подготовлены две заготовки для отлива изделий - серп и нож. Но судя по тому куску меди, что теперь у нас имелся, хватит не менее чем на два серпа и столько же ножей.

Естественно, что самым сложным делом оказалось снять с огня посудину и залить в форму. Пару раз мы с Виктором чуть не уронили плошку. Потом начали дымить наши держатели из дерева.

- Егор, не спеши, - притормаживал меня друг. - Лучше еще раз подогреем, чем получим ожоги.

Впрочем, залить формы мы успели. А то, что осталось, бережно отодвинули от костра. Предполагалось, что вторую партию будут изготавливать уже поселковые, хотя и под нашим присмотром.

- Завтра поставлю Ваба на эту работу, пусть приобретет опыт, - сообщил Виктор.

- Правильно, - согласился я. - Мы все показали. А навыков у нас и самих нет.

Первые серп и нож до самого вечера доводили до ума. Я вначале обстучал их по кромке. Потом Виктор точил и полировал. Даже ручки-держатели успели сделать до темноты, а затем опробовали работу серпом. Срезав немного травы, я начал рассказывать Вабу, что вообще-то это изделие для сбора ржи и пшеницы. Жрец проникся. Да и остальные поселковые смотрели на нас, как... хм... на богов. Еще бы! Такое чудо сотворили! Из перетертых камней и угля сделали металлические предметы!

Смышленый Ваб с удовлетворением посмотрел на ту кучу камней малахита, что сгрузили возле поселка.

Я указал на древесный уголь, при помощи жестов объяснив, что нам именно он нужен. Жрец понял и сообщил, что вот прямо завтра снова отправит народ в верховье Нила. А сам он примет непосредственное участие в отливке серпов и ножей из оставшегося у нас металла.

Часть 21

- Сколько будем делать ножей? - прикидывал Виктор. - На всех взрослых жителей или только на мужчин?

- Думаю, что и подростков можно осчастливить, - предложил я.

Когда первые восторги по выплавке меди улеглись, то мы опробовали получившийся нож в работе. Скажем так - претензий было много. Как оружие он не годился. Но для разделки или потрошения рыб его можно было использовать.

- Попробуем следующий оббить по всему лезвию, - предложил я. - Должна увеличиться прочность.

- Сделаем, - согласился Виктор. - Только запаса угля хватит на две-три плавки. Нам бы еще молот изготовить.

- Я бы и от топора не отказался.

Заранее такими формами для отлива мы не озаботились. Просто не верили, что сможем довольно легко получить медь. И теперь стоило обустроить мастерскую получше. Заодно подобрать парочку способных парней и заняться конкретным их обучением. То, что сейчас народ всей толпой выражает желание поучаствовать в процессе, не дело. Им есть чем заняться. Лён пока еще замачивается в воде, но скоро его уже можно будет обрабатывать, а затем женщины начнут ткать.

Кстати, я уже сделал заготовки для четырех новых станков. Парочку отдадим в другие поселки, а еще два оставим себе.

- Нужно делать четкое разделение труда, - поделился я с Виктором своими мыслями. - У тебя есть пятеро мужчин, которые и раньше охотились, а теперь практикуются стрелять из лука. Пусть этим и занимаются. Двоих задействуем в медной мастерской. Двух-трех отправим в гончары. Команду на корабле можно задействовать еще в ловле рыбы и крокодилов.

- Женщин тоже неплохо бы разделить, - согласился со мной Виктор. - На кухне оставим трёх опытных бабенок, остальных - на выделку шкур и ткачество.

- Жень, с тебя обучение подростков счету и грамоте, - напомнил я.

- Папа, давай я буду с ними только по субботам заниматься? Мы реально не успеваем. То загородку для загона надо чинить, то кизяки для печки собирать. Коренья рыть тоже нам приходится.

- Пусть будет так, - не стал я возражать.

- Егор, сделай еще форму для отливки тяпок, - припомнил Виктор очередное орудие труда.

Как он и предполагал, имеющегося запаса древесного угля хватило только три плавки малахита. И теперь мы с нетерпением ждали возвращения команды из Дальнего поселка. Я готовил тигли, а мои помощники пожилого возраста измельчали малахит.

Наконец, посланная команда вернулась из путешествия.

- Это что?! Это что такое?! - орал Виктор на парней.

- Ну, чего-то на них взъелся? - встал я на защиту. - Что им дали, то и привезли.

А привезли они полные короба углей. В смысле, обычных сожженных дров.

- У жреца была одна извилина в мозгах, и та, похоже, распрямилась! - продолжал негодовать Виктор.

По поводу умственных способностей Ваба Пятого я был полностью согласен. Он мне сразу показался не слишком сообразительным. А тут еще и наглядное подтверждение.

- Что будем делать? - поинтересовался Женька. - Сами поплывем?

- Поплывем, но объяснять опять процесс не стоит. Организуем доставку дров, а пережигать будем на месте, - решил я.

- Правильно. Заодно и наши узнают полностью технологию, - поддержал Виктор.

Ваб уже понял, что уголь привезли непригодный для плавки меди, и очень огорчился. Потому собирались в дорогу быстро. Уже следующим утром отправились в путь. Левобережный поселок прошли без остановки. А вот в Рыбачьем задержались на сутки. Народ заканчивал сооружение большой лодки из тростника, и мы немного помогли советами.

Получилось вполне достойно. Паруса, конечно, у рыбаков не было, но они и веслами неплохо управлялись. Главное, что доставку свежей рыбы для богов могли осуществлять теперь быстрее и проще.

Посмотрев, как прошло тестирование нового плавательного средства, мы продолжили путешествие вверх по Нилу. Скандалить там и ругаться я Виктору запретил, но деликатно поинтересовался, отчего нам доставили такой плохой уголь? Ваб Пятый оказался действительно туповатым мужиком. Он еще пытался мне доказать, что для получения таких углей времени уходит гораздо меньше. А пользы больше. Они же попутно могут готовить еду на костре. В общем, дурак, и исправлять не стоит.

Впервые мы столкнулись с тем, что наши распоряжения выполнялись не так, как было велено.

- Возможно, стоило как-то больше простимулировать... - озадачился я.

- Хрен им, а не стимуляция, - огрызнулся Виктор. - Берем дровами. Пусть своими каменными топорами рубят. Здесь-то им все понятно.

Подождать заготовку дров, конечно, пришлось. Рисковать мы не стали и решили сразу всё везти с собой.

- Рик, смотри, как нужно делать. В следующий раз должно быть так же, - доносил я информацию до своего помощника.

Затем еще три раза повторил для местного жреца и остальных поселковых жителей. Взамен предоставили немного глиняной посуды, хотя Виктор и ворчал. Мол, им за тот косяк, что устроили, вообще не стоит ничего давать.

Процесс заготовки дров растянулся на четыре дня. Хотелось взять с собой побольше. Пока ждали, обучали поселковых жителей всяким навыкам. Виктор немного оттаял и даже повел охотников за добычей, чтобы показать работу с луком. Наши Рик и Та тоже увязались следом. Парни неплохо управлялись луками и хотели продемонстрировать свои умения.

На охоту сходили удачно. Подстрели нечто рогатое, похожее на косулю. Вечером пировали и восхваляли удачливых охотников.

- Возьмем с собой тушку, - предложил Виктор за день до отъезда. - Здесь довольно большое стадо пасется. Вокруг лес, и открытый участок только между холмов, стадо никуда не уходит.

Я только был 'за'. Действительно, можно будет взять собой запас свежего и подсоленного мяса. А то рыбная диета во время путешествия надоедает. Виктор же с утра пораньше собрал мужчин и увел на охоту. Косуль собирались убить штуки три, если повезет, конечно.

Вот только вернулись охотники довольно быстро. Сразу я и не понял, что случилось. Отчего-то пришло вместо восьми человек пятеро, и все раненые, включая Виктора. Первое, что пришло в голову - наткнулись на льва. А тот не потерпел конкуренции в своих владениях.

- Егор, выкидывай дрова, загружай людей на лодку и переправляй на тот берег! - закричал Виктор.

- Как это загружай? - не понял я. - Мне тебя перевязать нужно.

Женька уже помчался за нашей походной аптечкой, а я разглядывал рану друга.

- Грузи народ! - наставил Виктор. - Детей и женщин первыми.

- Да что случилось?

- Нападение дикого племени.

Рик и Та уже сообщили местным, что там за напасть такая, и народ забегал. К чести мужчин, те поспешили схватить копья. А вот женщин с детьми, согласно моему распоряжению, отправили на корабль. Всех раненых тоже забрали и через четверть часа отчалили от берега. Безусловно, взять всех женщин на борт не смогли и планировали сделать еще несколько ходок.

Наш Ваб сразу сориентировался и начал руководить командой лодки. Пока я осматривал и обрабатывал раны охотников, жрец следил за движением. Высадил женщин с детьми и снова организовал гребцов для возвращения в поселок.

- Скажи мужчинам, кого не успеем переправить, пусть уходят вниз по течению реки, - пробормотал Виктор.

- Как тебе удается находить такие приключения? - возмущался я. - Хорошо, что хоть рана неглубокая, но зашивать придется. Только чуть позже, пока сделаю временную повязку.

Порез на правом боку был от брошенного копья. И кидал его представитель чернокожего племени.

- Нубийцы или с кем там египтяне воевали? - предположил Виктор.

- Не слишком ли далеко они забрались? - усомнился я.

- Егор, я не в курсе, кто эти чернокожие, но швыряются копьями будь здоров.

Пока мы забирали вторую партию женщин, мужчины под предводительством Ваба Пятого уже образовали подобие обороны. В смысле, выстроились и начали дружно потрясать копьями.

- Дядя Витя, а сколько там было нубийцев? - озабоченно оглядывался Женька.

- Сотни три, - мрачно поведал Виктор. - Нам повезло, что столкнулись не то с разведчиками, не то с передовым отрядом. А может, они тоже охотились за мясом.

- А эти нубийцы людоеды? - продолжал Женька задавать глупые вопросы.

- Сын, отстань. Видишь, и без тебя дел хватает, - притормозил я Женьку и отправился помогать выгружать женщин. Голосили бабенки знатно. Да еще почему-то хватали за руки нашего Ваба, чего-то требуя. Те, кого переправили первой партией, тоже подвывали и добавляли общей нервозности.

Третий заход за народом нам не удалось сделать. До берега оставался с десяток метров, когда армия чернокожих вышла из леса.

- Это что ж такое? - невольно присвистнул Женька.

- Боевая раскраска воинов, скорее всего, - предположил я.

Раскраски на телах нубийцев хватало. Но даже за этими узорами было видно, что кожа у них все же черная. Да и характерные африканские черты лица под краской не скрыть.

- Егор, ближе подходить к берегу не стоит, - обеспокоился Виктор. - Бросают копья они далеко и точно. Чёрт, - сплюнул Виктор, - я даже луком помочь не могу, бок болит.

Та с Риком тоже как бойцы не могли себя показать. Остальные наши из числа команды были весьма посредственными стрелками. Но все равно попробовали принять участие в обороне. Хотя о какой обороне могла идти речь при численном превосходстве более чем шесть раз?

- Ваб, идиот, уводи людей в лес! - орал Виктор, придерживая рукой окровавленный бок.

- Уходите! - вторил ему наш жрец. Но толку от наших указаний было немного. Ваб Пятый и до этого интеллектом не блистал.

- Жень, прячься в каюту и не высовывайся, - сжал я кулаки. Помочь тем людям мы ничем не могли, а смотреть на то, как их хладнокровно будут убивать, не стоило.

'Избиение младенцев', то есть уничтожение поселковых жителей, продолжалось недолго. Организованному и умелому отряду простые охотники не могли оказать достойного сопротивления.

- Егор, правь к левому берегу, - скомандовал Виктор, когда понял, что все закончилось весьма трагично. - Там еще с женщинами что-то нужно решать.

Немного посовещавшись и подключив к обсуждению Ваба, пришли к выводу, что единственный путь - вниз в Левобережный поселок. Только нужно заранее договориться о принятии новых жителей.

- Пообещаем медные ножи, серпы, ткацкий станок, переправим парочку бычков, - прикидывал я варианты. - Пусть расширяют поселок. Поможем им прокормиться.

- Через пять дней прилетят пилоты, - напомнил Виктор. - Обязательно нужно донести информацию. Они же заинтересованы в том, чтобы эти 'колхозники' обеспечивали их продуктами.

Ваб, оказывается, тоже слышал о таких случаях, когда боги помогали воевать с враждебными племенами, и подтвердил наши предположения.

Весь следующий день мы двигались медленно вдоль левого берега, не выпуская из вида группу женщин. Вечером устроили для них хорошую оборудованную стоянку. Пока плыли, я успел сплести несколько ловушек для рыбы, их тоже оставили.

Двум раненым мужчинам я подробно пояснил, куда нужно двигаться. Их раны были от копий, но из-за дальности броска не сильно глубокие. Конечно, я не мог гарантировать, что не начнется воспаление. Как мог, так и обработал. И даже Виктору зашил бок.

Тот скрипел зубами, но терпел и от опиумного мака отказался. Зашивать мне пришлось обычной иглой и теми синтетическими нитками, что надергали из своих рюкзаков. Вначале я хорошо прокипятил иглу и нить, затем тщательно вымыл руки с щелоком и приступил к действу. Не дай бог еще когда-либо повторить подобное. Колоть живого человека иглой уже само по себе не просто. А тут еще шить нужно. Если бы я не видел, как это делала женщина-медик при удалении аппендицита на Викторе, то и не справился.

Кровь, что продолжала течь из раны, делала скользкой как кожу, как и иглу. Женька с широко распахнутыми глазами наблюдал за моими действиями и тихо поскуливал, бормоча что-то по поводу того, 'как много крови дядя Витя потерял'.

- Жень, то, что вытекает кровь, не так уж и плохо, - успокаивал я сына. - Зато рана будет чистой. Меня больше волнует, что у нас всего пять таблеток антибиотика и семь аспирина. Нужно у пилотов каких-нибудь медикаментов попросить.

Присыпав место ранения истолченной таблеткой антибиотика и перевязав Виктора свежими бинтами, я занялся Риком и Та. У Та была серьезно повреждена нога - тоже резаная рана от копья. Процедуру по зашиванию пришлось повторить. Немного повздыхал, но выделил и для парней антибиотик, буквально чуть-чуть припудрив швы.

Но на мужчин из Верхнего поселка тратить ценный ресурс не стал. Перевязал чистыми бинтами и решил, что этого будет достаточно. Ноги у них не пострадали, и они должны дойти. К тому же мы оставляли беженцам немного посуды и короба для переноски продуктов.

Посчитав спасательную миссию завершенной, поспешили отчалить. Спать не планировали. Ночь была светлой, а мы теперь спешили в Рыбачий, чтобы предупредить о той напасти, что двигалась на север.

В Рыбачьем поселке мы рекомендовали временно перебраться на противоположный берег. К тому же большая лодка могла перевезти даже животных. Пойдут сюда нубийцы или нет - гадать не стоило. Лучше заранее принять меры безопасности.

- Если нубийцы доберутся до нас, то даже не знаю, куда и перегонять стадо, - поделился я своими сомнениями с Виктором.

- За пять дней пешком они не успеют, а там уже дрон прилетит, - успокаивал меня друг.

- В крайнем случае, погоним в Нижний поселок.

Но опасения наши не оправдались. До прилета дрона враждебное племя не пришло. Зато мы нажаловались наконец прилетевшим Яху и Шу. 'В цветах и красках' поведали, как пришлось сражаться. Виктор свое ранение продемонстрировал, я добавил описания того, как много работящих мужчин погибло.

Новость пилотов растревожила. Корову они велели пока не забивать и связались с руководством. А с утра велели жечь дымовые костры, сигналя другим дронам о местоположении.

- Чего так примитивно-то? - удивлялся я. - В космос они летают, а навигатор не имеют?

Женьку эта тема тоже заинтересовала, и он пристал с расспросами к Яху. Оказалось, что так и есть. В смысле, навигаторы у пилотов отсутствуют. Летают они, пользуясь примитивными приборами, вроде компаса, и наземными ориентирами. А еще Яху долго расписывал, как кто-то там из 'верховных богов' захватил много полезных вещей, систем навигации и не хочет делиться с остальными.

Верховные боги даже на орбиту могут летать. Правда, расход топлива огромный. А оно сейчас в дефиците. Но в любом случае распределение средств, по мнению пилотов - несправедливо.

Об этой несправедливости пилоты продолжали причитать вплоть до прибытия еще двух дронов.

- Надеюсь, что нубийцев они такой компанией выбьют, - провожал я глазами летательные аппараты.

- И заодно обозначат присутствие в регионе богов и покровительство, - добавил Виктор.

Часть 22

Разбить отряд нубийцев, да еще с воздуха, не составило особого труда. Ях и Шу предполагали, что кто-то мог спастись, спрятавшись под деревьями, или просто далеко убежал. Но напугать пилоты должны были конкретно. Прочесали они весь тот регион на много километров вокруг Верхнего поселка. Нашли ещё одну стоянку с темнокожими людьми и постреляли всех.

Пилоты долго и самозабвенно хвастались своим подвигом. А мне было тошно их слушать. В чем там заслуга? В том, что применили инопланетное вооружение против тех, кто имел копья с костяными наконечниками? Виктор тоже хмурился, слушая похвальбу пилотов, но благоразумно молчал. Мы здесь живем на птичьих правах. И если нам не возражают жрецы, то это не повод что-то там указывать 'богам'.

Два дрона улетели под вечер, а Шу с Яхом остались. Им еще тушку коровы забирать. Ваб, как обычно, начал перечислять наши достижения и наработки. Пилоты вполне искренне удивлялись и радовались. Мол, они столько времени контролируют близлежащие поселки, а таких успехов в сельском хозяйстве не замечали.

Пользуясь случаем, я завел разговор, чтобы передать несколько рогатых особей в Левобережный поселок и начать там развивать земледелие. Как высказался по этому поводу Виктор - 'расширим аудиторию праздника'. Это он подразумевал распашку земли при помощи быков, матерных слов и всех жителей поселка.

Первоначально мы просто хотели переправить животных на лодках. А затем припомнили, что это стадо все же не наша собственность, и лучше спросить мнение пилотов. Те не стали возражать, еще раз напомнив, что чем больше урожая зерновых - тем лучше. Конечно, они немного посмеялись над нашими самодельными серпами из меди. Попытались снова доказать, что 'хмет' слишком мягкий металл.

- Надо же, как спустя тысячелетия слово 'медь' практически не изменилось в произношении, - удивлялся Виктор, попутно радуясь тому, что понимает суть нашего спора с пилотами.

Мы не то чтобы спорили, скорее, высказывали мнение. Я опять напомнил пилотам, что другой альтернативы нет. Даже эту выплавку меди мы распространить не можем. Ни одного рудника поблизости. Виктор примерно наметил план, как можно добраться до рудников. Работа эта не на один год. Мало того, что по пути к горам встречаются хищники, так еще и чем дальше от Нила, тем меньше источников воды.

Надеяться на дожди тоже не стоит. Ведь чтобы доставить малахит в поселок, понадобятся вьючные животные, которых нужно поить. По мнению Виктора, лучше всего устраивать стоянки на расстоянии дневного перехода, какие местные имеют вдоль реки между поселками. И уже на месте стоянок оборудовать защищенную территорию с колодцем.

В общем, представили объем работ? То-то же. И это только чтобы раздобыть медь. О железе в нашей ситуации и заикаться не стоило.

В очередной раз Виктор повторил просьбу о бесхозном металле. Нам любой металлолом пригодится. Жаль, что такового у пилотов не имелось. Из их эмоциональной речи Женька разобрал, что у других 'верховных богов' всего имеется в достатке. А нашим покровителям много чего не хватает.

Женька поинтересовался, чего, собственно, не получили пилоты, кроме продуктов и металла. Перечень оказался большим. Жаль, что я ничего не понял. Да и Женька от силы треть слов распознал. Сверяясь со своим словариком еще из нашего времени, он как мог переводил сказанное пилотами. Опять же не точно. К примеру, твердый песчаник, то есть строительный материал, таковым не был. Судя по описанию, данному Шу, перевод был неверным. Это точно были не большие камни, а что-то маленькое. Тут еще Ях вспомнил, что мы, как жители будущего, могли знать, где располагались подобные месторождения.

- Еще бы понять, чего они хотят, - вздыхал я. - Можно и показать, глядишь, и себе бы что-то полезное приобрели.

- Жень, они точно не золото ищут? - уточнил Виктор. - Эти боги на золоте помешанные.

- Нет. Небив, золото, им не нужен, - категорично заявил сын.

Пилоты слово "небив" узнали и тоже жестами показали, что в золоте не нуждаются.

Виктор же поступил более практично: он донес до пилотов мысль, что если они принесут образец, то понять их будет проще. Парни пообещали предоставить таковой в свой следующий визит.

Пилоты улетели, а мы остались разгребать проблемы, оставшиеся после нападения нубийцев. Все дрова мы так и побросали в верхнем поселке. Мало того, теперь там нет работников, чтобы делать для нас запас. Плюс нужно помочь левобережному поселку. Они не рассчитывали на такое резкое увеличение жителей.

Ваб к нашему желанию помочь в постройке домов для левобережных отнесся с пониманием. Организовал мужчин и переправил на работы. Мы, как боги, в строительстве участия не принимали, хотя и помогли с обеспечением продуктов питания. Виктор со своей командой сходил на охоту и притащил парочку косуль.

- Нужно делать еще заготовки для лука, - поделился друг очередной проблемой.

- Лучше их самих научить делать луки, - поправил я его. - Показать, как сушить и обрабатывать древесину.

Виктор со мной согласился. Мы даже пахать в этот раз не стали. Ваб уже был хорошо натренирован и смог сам все организовать. К тому же народа в левобережном поселке действительно прибавилось. Дети и подростки вполне успешно очистили от крупного мусора участок земли, выбранный нами в качестве будущего поля. Женщины под моим руководством рыли каналы. Использовать их будут только летом, но стоило всё заранее подготовить. Ловушки для рыбы тоже плели женщины. Впрочем, еды пока было достаточно. Особым разнообразием она не отличалась, но и голодных не было.

Зато нам катастрофически не хватало посадочного материала для распаханных полей. Пшеницу и рожь еще рано было сеять, но что-то другое мы могли вполне вырастить. Из всего, что имелось, пока посадили нут. Ваб, поняв нашу задумку, погнал лодку с командой вниз по Нилу, дав задание привезти богам не столько сами овощи, как их семена. Через полторы недели посланники вернулись, и действительно с семенами.

- Это на посадку? - разглядывал Женька косточки неизвестных растений.

- Нет, блин, "на взлет", - хмыкнул Виктор.

- Огурцы? - покрутил и я то, что принесли помощники Ваба.

- Скорее, светлые это дыни, а темные - арбузы, - предположил Виктор.

- Сажаем, а там посмотрим.

Про огород у себя в поселке мы тоже не забыли. Снова пришлось сплавать в верхний поселок. Нам же огород пришлось закрывать загородкой от коз и коровьего стада. Рубить в округе деревья не стоило. Да и не осталось уже таких, что годились для плетня. Вот и пришлось организовывать большую поездку на двух лодках.

Виктор потом припахал народ из Рыбачьего поселка. Те не возражали. Действительно, особой работы у них не было. А тут пусть и придется помахать каменными топорами, зато хоть какое-то развлечение. Плюс я пообещал после того, как выплавим следующую партию малахита, дать им на посёлок три новых ножа.

За всеми этими хлопотами незаметно прошел месяц. Снова прилетел дрон Яха и Шу. Особо больших припасов им дать не могли. Мясо они забрали в предыдущий месяц, урожай фиников еще не поспел, близрастущие фруктовые деревья вкусовыми качествами пилотов не прельщали, а коренья тростника они никогда не брали с собой. Так что из всего, что могли предложить, была только рыба в свежем и соленом виде.

- А ведь парни действительно не жируют, - оценил я этот 'продуктовый набор'.

- Под покровительством наших Богов несколько поселков, - напомнил Виктор.

- Все равно. Сейчас конец зимы, и особых разносолов нет ни у кого. Хорошо, что климат здесь довольно мягкий.

- Дожди только замучили, - пожаловался Женька.

- Через несколько тысяч лет все изменится, - невольно вздохнул я, сожалея не столько о климате, как об оставшейся далеко цивилизации. Отчего-то меня начал напрягать этот примитивный уровень жизни. Уже и прогрессорством не хотелось заниматься. Неожиданно для себя я еще простыл и совсем расхандрился.

- Егор, горшки из глины народ изготовит, корзины и ловушки сплетут. Но новый ткацкий станок нам пока самим придется делать, - уговаривал меня Виктор, попутно отпаивая горячим напитком с медом.

Он-таки отыскал один пчелиный рой и даже перенес его в самодельный улей. Разорять семейство пчел поселковым было категорически запрещено. Но чуток меда для меня болезного Витя набрал. Причем именно для меня. Прилетевших пилотов этим деликатесом не потчевали. Вон пусть рыбу берут и летят к себе.

Настроения у меня в связи с простудой не было. А вот Женька с пилотами пообщался. Те, как и обещали, привезли образец нужного им 'твердого камня'.

- Дядь Витя, это что? - выспрашивал сын.

- Похоже на алмаз, - покрутил Виктор невзрачную стекляшку размером с полногтя.

- Так им алмазы нужны? - встрепенулся я, забыв про простуду.

- Если у них имеются буровые, то возможно и так, - вспомнил свою прошлую работу Виктор. - В самом деле, не ювелирный же магазин они планируют открывать?

- Странно, что они у нас спрашивать стали, - удивился я. - В Африке алмазы добывали с древнейших времен.

- Думаю, что те высшие боги с простыми не хотят делиться своими знаниями и наработками.

- А мы знаем, где найти алмазы? - встрял Женька.

- Вообще-то да, - шмыгнул я носом и откинулся на постель. - Оранжевая река. Ничего другого конкретно я не припомню.

- Хм, - задумался Виктор.

- Там есть алмазы? - поторопил Женька.

- И очень много, - стал припоминать я то, что давно читал или слышал. - Кажется, в девятнадцатом веке фермер какой-то нашел, а затем был настоящий бум. Англичане в тех местах отметились и всё под себя подмяли в результате.

- Сомневаюсь, что наши сведения будут полезны пилотам. Это ж юг Африки. Мы-то на севере, - напомнил Виктор.

- Покажи на карте. Нас спросили, мы ответили, - снова я шмыгнул носом, демонстрируя, как мне далеки эти проблемы. - В любом случае тема интересная. Как специально для тебя. Вдруг что на этом заработаем, или нас приблизят к себе?

- Ты еще помечтай, что нам дрон подарят, - хмыкнул Виктор и повел Женьку к пилотам, а меня остались развлекать пушистые бандиты из семейства кошачьих.

- Папа, папа! Они хотят лететь за алмазами! - прибежал Женька примерно через полчаса.

- Лететь? - усомнился я, поскольку помнил, что пилоты вроде как ограничены запасами тех штырей с топливом для дрона.

- Видать, им и вправду нужны алмазы, - подтвердил Женькины слова Виктор. - Пилоты уже доложили своему начальству. Нам обещали большие неприятности, если не найдут алмазы в указанном месте.

- Оно нам надо? - подал я голос.

- Алмазы на Оранжевой реке точно есть. Мы же развлечемся, а то засиделись в поселке. Ты вон хандришь.

- Папа, это же настоящее путешествие! - продолжал восторгаться Женька. - Не просто на лодке по Нилу, а на дроне!

- Комаров не придется кормить, хоть немного воспользуемся плодами инопланетной цивилизации, - поддакивал сыну Виктор.

- Идите обсудите с ними детали. Чем кормиться, сколько посадок по пути и прочее, - кивнул я, соглашаясь. Действительно, почему бы и не слетать куда-то там? Можно и для себя алмазов набрать. Особого прока я от них не видел, но вдруг в хозяйстве пригодятся?

Женька вернулся в дом часа через полтора. А Виктор продолжал обмусоливать детали с пилотами почти до утра. Я до последнего не верил, что мы подвязались на эту авантюру. Мало того, нам поверили и выделят немалые средства для такого долгого путешествия.

И, тем не менее, через три дня Ях и Шу снова прилетели. Настроены пилоты были решительно. Пусть навигационных приборов они и не имели, зато располагали подробной картой Африки, явно сделанной с орбиты.

- Это совершенно неправильно! - возмущался я. - Без разведки, без подготовки куда-то там лететь. А запасы продовольствия?

- Добудем мясо по пути, - пообещал Виктор.

- А если им не хватит топлива, мы так и будем в джунглях бродить? - продолжал я причитать. Отчего-то мне уже не хотелось никуда путешествовать. А налаженный быт в поселке больше не казался таким уж примитивным.

- Папа, ну чем нам тут заниматься? - скулил сын. - Лён посеяли, Сириус еще виден, и разлив Нила не скоро.

Сын понимал, что если я откажусь, то Виктор один улетит с пилотами, а мы останемся в поселке, потому и пытался меня разжалобить.

- Лететь, ориентируясь на компас и по карте, верх безумства, - уже не так рьяно сопротивлялся я.

- Егор, мы будем ориентироваться на русло Нила. А там уже тупо полетим на юг.

В общем, они меня уговорили.

Часть 23

- А я вам говорил, что это авантюра чистой воды, - выражал я свое возмущение на второй день путешествия.

Изначально пилоты совместно с Виктором планировали остановки вдоль русла Нила на подходящих полянках. В первый день это получилось, потому что был выбран разоренный нубийцами Верхний поселок. Даже на охоту по округе успешно слетали. Но дальше мы путешествовали над необжитыми землями. Нубийцы поселков не имели. Поэтому я так и не понял, откуда та 'грозная сила' приходила.

К вечеру второго дня, когда подошло время искать место для приземления, возникли определенные трудности. Повезло, что заправку дрона пилоты могли производить в воздухе. По их же словам они и приземлиться могли, как привычный нам вертолет - куда угодно. Наконец, это 'куда угодно' Ях с Виктором присмотрели, и дрон начал опускаться.

С высоты небольшая площадка выглядела неплохо. На деле же оказалось, что покрыта она кустарниками. На фоне высоких деревьев проплешина смотрелась полянкой. А в результате нам с Виктором пришлось спрыгивать с высоты примерно полутора метров. И пока пилоты держали дрон на весу, мы расчищали и вырубали место для приземления.

До темноты уработались все. Срубленный кустарник оттаскивали к краю поляны, складывая его в своеобразную стену. Крупных хищников это должно остановить. Впрочем, ночевать мы все равно планировали внутри дрона. Неудобно и тесно, конечно. Но это лучше, чем в диком лесу. К тому же в этой местности оказалось много змей. Виктор, пока ходил к реке за водой, зашиб пять штук и принес к костру.

Пилоты брезгливо поморщились. Женька тоже сообщил, что не будет есть змеиный шашлык, а предпочтет суп из косули. Мясо убитой накануне косули я засолил и теперь собирался варить с корешками. Виктор в ответ только пожал плечами и все равно зажарил змей. Он ими не только поужинал, но и позавтракал. И еще осталось много. Этих змей мы употребили на следующий вечер, поскольку приготовить ужин у нас не получилось из-за дождя.

Ладно бы просто моросило. А тут потоки воды низвергались с небес сплошной стеной. Лететь в таких условиях дрон не мог. Маленькая летающая машинка не была рассчитана на то, чтобы подняться выше облаков. Кроме того, мы потеряли бы и без того относительные ориентиры. Пока еще следовали вдоль русла Белого Нила.

Искать место для приземления пришлось уже в районе обеда. А затем мы сидели и просто наблюдали за бушующей стихией. Пожевали кусочки змеиного мяса, соленую рыбу и запили простой водой. Эту воду собирали прямо не отходя от дрона. Виктор подвинул кувшин так, чтобы с лопасти дрона струя воды попадала в емкость. Все посчитали, что такая жидкость вполне чистая и искать что-то другое не стали.

Женька, чтобы не скучать, весь день беседовал с пилотами. Записывал новые слова, интересовался причиной, по которой им так приспичило отправиться в путешествие за алмазами. Точно саму причину мы так и не поняли. Зато Женька сумел разобрать, что кто-то из команды, в которую входят Ях и Шу, летал несколько лет назад в Индию. Тоже за алмазами. Но неудачно. Та территория оказалась уже закреплена за другими 'богами', которые не потерпели у себя чужаков.

- Свободной земли много, населения почти нет, а умудряются еще что-то делить, - покачал головой Виктор, выслушав Женькин перевод.

Меня такой факт тоже удивлял. Пока я размышлял на эту тему, Женька успел еще что-то спросить у пилотов и издал удивленный вопль:

- Папа, а нашему Вабу семьдесят шесть лет!

- Да ну... - не поверил я. - От силы сорок. Ты что-то не так понял.

К подсчету возраста нашего Ваба подключился и Виктор. Он тоже не верил до тех пор, пока Шу не сказал, что Ваб его сын. Так-то они стараются избежать случайных беременностей у поселковых женщин. Но иногда некоторых выбирают для того, чтобы воспитать жреца и управленца в поселке.

- Хм... Вить, а алименты нашим девкам тебе платить, - усмехнулся я. - Пилоты что-то противозачаточное использовали и к беременностям не причастны.

- Презервативы или медикаменты? - тут же поинтересовался Женька, а мы с Виктором дружно смутились. Никак не привыкну, что сын у меня вдруг разом повзрослел. Еще совсем недавно я бы постеснялся обсуждать то, что сейчас не выглядит чем-то особенным.

Виктора же заинтересовала средняя продолжительность жизни жрецов. Из пояснений пилотов получалось, что примерно лет двести. Естественно, что при идеальных условиях. Тот же Ваб из Верхнего поселка погиб от копья нубийца, прожив чуть больше тридцати лет. Тему рождаемости среди богов мы продолжали обсуждать до вечера. Что-то поняли, о чем-то догадались, но информацию получили интересную.

Уже перед сном Виктор выбрался в туалет и наломал немного веток. Но как он объяснил, это на завтра. За сутки просохнет и на новой стоянке будет чем разжечь костер.

Задумка Виктора полностью себя оправдала. В течение всего дня мы летели то опережая, то догоняя дождевые облака. И если бы не подготовленные дровишки, то пришлось бы снова остаться без ужина. А так я развел хороший огонь под разлапистый деревом. Пока парни разделывали убиенную тушку очередного травоядного и копытного, мой костерок набрал силу. И метод сохранения сухих дров взяли на вооружение.

Еще через два дня, когда по объективным причинам мы потеряли Нил как ориентир, я снова начал беспокоиться. Хотя виднеющиеся вдалеке горы тоже можно было считать привязкой к местности.

- Там где-то Килиманджаро, - уверенно сообщил Виктор и для Женьки пояснил отдельно, что это самая высокая гора Африки. И, судя по всему, нам нужно корректировать курс, уходя на юго-запад. Это тему Витя обсудил с пилотами, и те согласились.

Следующие четыре дня истрепали мне нервы окончательно. Мы летели непонятно где и незнамо куда. По пути встретили огромное количество озер. Женька чуть ли не каждое озеро принимал за нужную нам реку и начинал бурно радоваться. Я же приводил ему доводы, почему данные водоем не может быть рекой.

Между прочим, африканская саванна напоминала ту, что была в наше время. Безусловно, никто из нашей компании в саванне не был, но познавательные фильмы смотрели. Выглядело очень похоже. Разве что животный мир был более обильным. Носороги, жирафы, стада зебр и прочие представители фауны заинтересовали Женьку. Сын сожалел, что нет фотоаппарата это все запечатлеть. Особенно нас поражали многочисленные стада слонов.

Теперь приходилось выискивать места для ночевок подальше от этих крупных животных. Да и с охотой было не так все гладко. Пасущиеся стада были просто огромными. Подстрелить что-то себе на ужин проблемы не составляло. Но пока дождешься, когда напуганное стадо пробежит, пока осядет пыль, то к большому нашему удивлению оказалось, что можно и не успеть забрать добычу. На нее набрасывались группы падальщиков быстрее, чем мы реагировали. Употреблять уже 'покусанное' мясо мы не рисковали. Проще снова отправиться на охоту. Именно эти 'петляния' в поисках подходящей жертвы и сбивали нас с основного курса. Плюс дожди, что с регулярной точностью начинали лить сразу после обеда, усложняли полет.

На седьмой день, когда все вымотались и морально, и физически, мы заметили довольно обширную водную гладь. Из-за моросящего дождя видимость была плохая. Но то, что это не озеро, поняли сразу. У меня даже промелькнула мысль, что мы каким-то образом достигли южной оконечности материка и вышли к океану. Но нет. Всё же это оказалось рекой, полноводной и очень грязной.

Кажется, цель нашего путешествия была близка. Вернее, теперь можно лететь вдоль русла на восток. По сведениям Виктора, где-то там, в устье, тех алмазов видимо-невидимо.

Выглядывая в иллюминатор, я как-то засомневался, что мы вообще что-то можем найти. Инструменты у нас самые примитивные: две деревянные лопаты и два наскоро сколоченных лотка с сеткой из конопляных нитей, и, собственно, всё.

В этот день мы не добрались до океана. Но уже через сутки были в конечной точке маршрута. Обрадовались неимоверно. Устали от постоянного сидения в дроне, который был шумным аппаратом. И даже наушники не скрадывали звук работающих двигателей. Теперь же можно было устроить подобие лагеря. Мы для себя гамаки прихватили. Все равно стоянку будем загораживать от зверья. Безопасность обеспечим, а значит и ночевать сможем в гамаках. Конечно, если не будет дождя.

Оборудовать временный лагерь кинулись с большим энтузиазмом. И первое, что неприятно озадачило - это обилие всевозможных тварей. Летающие, ползающие, лазающие по деревьям и плавающие в реке - все они старались испоганить нам настроение.

- Это тебе не Нил, где аборигены крокодилами чуть не каждый день питаются, истребив популяцию наполовину, - ворчал Виктор.

- А рыбы-то сколько, папа, смотри, как хвостами бьют! - радовался Женька.

В эту ночь оставаться снаружи дрона мы не рискнули. Путь и было душно, зато никакая змея с дерева на нас не свалится. Внутри дрона пришлось наглухо закрывать все двери, и уже не столько от животных, как от москитов.

А с утра нас атаковали не только комары, но и мухи.

- Жень, я в этих летающих плохо разбираюсь, но муха цеце переносит какие-то болезни, опасные для людей и животных, - просвещал я сына.

- И как ты цеце от обычного овода или мухи отличишь? - уточнил Женька.

- Без понятия. Но лучше нам открытых частей тела оставить как можно меньше. Надень футболку и штаны.

Повезло, что пилоты по поводу особенностей насекомых, носителей инфекций, были в курсе. И нам, и себе какие-то инъекции ввели.

- Надеюсь, что мы от этих прививок не помрем, - покосился я на неизвестный препарат в пластиковых ампулах.

- Меня больше интересует наличие у них сывороток от змеиных укусов, - признался Виктор. Обилие змей на берегу реки изумляло. А нам, между прочим, в той реке ручками полоскать глинистую субстанцию.

В первый день мы ничего не наработали. И так и не поняли, есть здесь алмазы или нет. Пока расчищали участок, пока гоняли обитателей, уже и вечер наступил.

На следующее утро мы дружно и резво начали полоскать в ситах грязь, баламутя воду и превращая и без того топкий участок берега в непролазное болото. Сшитая из кожи обувь наподобие мокасин у нас имелась, только заходить в воду приходилось почти до колена. И вытащить ногу с обувью, чтобы сделать шаг, оказывалось непосильной задачей. А тут еще крокодилы начали плавать слишком уж близко.

- Нужно смещаться дальше, к океану, - заявил Виктор, когда метрах в трех от нас проплыла огромная рептилия. Мы с парнями еле успели на берег выскочить. - Там и грязи меньше, да и от крокодилов будет защита.

Пилоты, повозмущавшись вместе с нами, пришли к такому же решению. В охранении у нас был только Женька. Тот как мог отгонял палками змей и следил за рекой. Но крокодилы твари подлые. Могут в один бросок схватить жертву, подобравшись под водой. Так что, быстро собрав инвентарь, снова загрузились в дрон.

Побережье океана понравилось всем и сразу. Песочек, ветерок, отсутствие насекомых порадовали. За пресной водой и мясом слетаем. Жаль, что снова ночевать можно было только внутри дрона. Пейзажик оказался довольно унылый и пустынный. Но мы от обилия флоры и фауны уже устали.

Снова встал вопрос, где искать алмазы.

- Они здесь есть, - убеждал Виктор пилотов. Те в ответ только хмурились. - А вы хотели, чтобы берег был ими прямо усыпан?

Пока решали с местом для поиска, Женька начал канючить сходить искупаться в океан. На море был, а в океане не доводилось покупаться.

- Папа, а как отличить, что это океан, а не море?

- Кажется, в океане волны всегда. Опытные моряки как-то там на длину волн смотрят и оценивают.

Женька же уломал не только меня, но и пилотов пойти попробовать соленую водичку. Идти пришлось с полкилометра. Мы же дрон пристроили не только на сухом, но крепком участке берега, чтобы избежать возможных погодных сюрпризов.

И по песочку к океану прогулялись с большим удовольствием. Виктор почти сразу разулся. А я, попробовав температуру песка, решил снять обувь попозже. Горячеват песочек оказался. Только выйдя на влажный участок прибрежной полосы, я начал стаскивать мокасины.

- Ох, ты ж ***ть! - прервал мои действия Виктор и запрыгал на одной ноге.

- Вить, кровь, - запаниковал я. - Тебя какая-то дрянь укусила.

- Нет, вроде. Просто наступил на камень острый.

- Камни здесь мелкие, - пригляделся Женька.

Тут еще и пилоты подошли, спрашивая, что случилось и какая требуется помощь.

- Будто стекла битого накидали, - зачерпнул Женька в пригоршню песок со странными вкраплениями.

- О! - издал возглас восторга Ях.

Я был готов его поддержать. Женька одним движением руки зачерпнул кроме песка несколько интересных 'стекляшек'.

- Тут что, все под ногами в алмазах? - опасливо осмотрелся сын.

- Похоже, - присел я и начал осматриваться, - сюда приносит руслом реки то, что вымывалось веками из породы.

- Вот это да! - с горящими глазами разглядывал пляж Виктор.

- Тебе ногу нужно обработать, - спохватился я и поспешил к дрону. Пилоты двинулись за мной вслед. Они решали для себя проблему: какие инструменты использовать для сбора этого всего богатства? Никто из нас не ожидал, что алмазы будут вот так перемешаны с песком и лежать в открытую.

К океану Женька потом все же сходил. Но я категорически ему запретил снимать обувь. Плавать сын не стал. Походил вдоль полосы прибоя и предложил там и собирать алмазы. Водой постоянно омывало песок и заметить алмазы было проще.

- Почему они такие некрасивые? Ни за что не скажешь, что это бриллиант, - крутил Женька довольно крупный образец.

В поперечнике камень достигал сантиметров трех. В наше время из него могли бы изготовить драгоценность стоимостью в миллионы долларов. Но действительно выглядел как большой осколок стекла.

Налюбоваться алмазом Женька не успел. Шу, проходивший с мешком рядом, довольно грубо отобрал у сына находку и велел искать еще такие же большие алмазы.

- Вить, а они у нас что, все алмазы заберут? - тихо поинтересовался я. - Мы же планировали себе тоже набрать, чтобы потом бартер устроить.

Эту тему мы с Виктором уже обсуждали. Обработать в наших условиях алмазы точно не получится. Да и смысла в этих украшениях не было. Но алмаз это самый прочный материал. Мало ли для чего нам понадобится? Те же камни просверлить. Угу. И на шею повесить. Честно говоря, применения алмазам в примитивных поселках, где и металл не умеют выплавлять, мы не смогли придумать. Зато они требовались 'богам', и, значит, существовала возможность их обменять на что-то полезное. А тут вдруг такие замашки со стороны Шу.

- Мы себя не обделим, - заверил Виктор. - Рассуем по карманам. Рюкзаки наши тоже никто не станет перетряхивать. Главное, не совать в них большим кульком, а равномерно по карманам попрятать.

Женьке указания тоже дали и продолжили сбор камней.

За два дня пилоты загрузили алмазами приличный контейнер и решили, что этого им пока хватит. Если возникнет еще необходимость, то они теперь знают, куда лететь. И решили возвращаться домой.

Обратную дорогу я вообще не представлял. Ориентиров, кроме стрелки компаса, указывающей на север, не было никаких.

Но решение у пилотов было готово заранее. Они собирались лететь вдоль побережья, огибая южную оконечность Африки и уходя дальше вдоль восточного края материка. Где-то в Красном море уже они сориентируются и доставят нас домой.

- Главное, чтобы топлива хватило, - поделился я своими сомнениями. - А то поселимся вместо Нила где-нибудь на Мадагаскаре.

- Тоже неплохое приключение получится, - усмехнулся Виктор, а Женька поспешил успокоить, заверяя, что все будет хорошо.

Часть 24

Обратная дорога прошла без особых приключений. Устали, конечно. Экзотика уже не радовала. Ночевать по-прежнему приходилось внутри дрона. Кресла хоть и раскладывались, но не до конца. К тому же длины для взрослого человека не хватало. Только Женька как-то еще приспосабливался. Ну и пилоты использовали для себя специальные ножные подставки. Их сиденья были более-менее подходящими для того, чтобы спать.

Я с сыном мучился на сдвоенном кресле. Было и тесно, и коротко. Виктор потом придумал спать в проходе, застелив его нашими так и не использованными гамаками. Там он мог вытянуть все конечности и как-то отдохнуть. Я в это время занимал его пустующее кресло. Все удобнее, чем с Женькой ютиться.

Кроме того внутри дрона всегда было жарко и душно. Принудительная система вентиляции работала слабо из-за экономии топливного ресурса. Открывать люки на ночь никто не рисковал. А погода в районе экватора была такая, что мы буквально обливались потом, пропитывая запахами маленькое пространство кабины, но мужественно терпели все эти неудобства.

Путешествие растянулось на десять дней. Основной проблемой был ежедневный поиск подходящего участка для ночевки. Ну и еду приходилось добывать по пути. Я, пользуясь тем, что мы в экваториальных тропиках, вырыл несколько видов растений на рассаду. Виктор заверял, что они у нас не приживутся.

- Когда климат станет засушливым, тогда они и погибнут. А пока мы можем посадить их у себя в саду, - не соглашался я.

Жаль, что с собой много фруктов не удалось взять. Пилоты были категорически против перегрузки дрона. Чем тяжелее летательный аппарат, тем больше расход топлива. Они, как и я, опасались, что его не хватит на весь обратный путь. Так что бананы, дикие груши и нечто похожее на сливы мы ели только на месте. Часть косточек я, конечно, припрятал, надеясь вырастить из них полноценные растения, но запасы в дрон не грузили.

За последние двое суток путешествия изнервничались все. То, что мы летели над водами Красного моря, поняли далеко не сразу. И сориентировались, только когда показался Синайский полуостров и появилась радиосвязь.

У пилотов по поводу нас явно были какие-то особые распоряжения. Потому они, несмотря на небольшой запас топлива, предпочли развернуться на запад и доставить нас к Нилу. Мало того, выгрузили в Нижнем поселке и, даже не поблагодарив, улетели к своему начальству.

- Пусть хоть так, - не сильно расстроился Виктор, когда выяснилось, что домой нас не отвезут.

- Пешком не пойдем, скажем жрецу, чтобы отправил посыльных за лодкой, - решил я. - Пока отдохнем, помоемся, постираемся нормально.

Почти три недели путешествия вымотали нас изрядно. Мы похудели, устали от впечатлений и полета. Потому небольшая остановка в Нижнем поселке проблемой не стала.

Через несколько дней за нами приплыл Ваб на лодке. Он выражал такой бурный восторг по поводу возвращения богов домой, что это невольно вызывало улыбку. Я же сразу устроил ему допрос, выясняя, что и как сделано.

Ваб отчитался: лён уже весь переработали на нити, пора подумать еще об одном ткацком станке, древесный уголь он тоже заготовил, и можно продолжить выплавку меди. В общем, все как обычно - дел хватает.

После долгого отсутствия приятно было окунуться в привычный быт поселка, послушать новости и истории про то, как коты гоняют козла Ийна. А еще наши воспитанники уже сами охотятся на уток, притаскивая добычу домой.

Пернатых обитателей на Ниле значительно прибавилось. Начинался сезон гнездования.

- Мы хотели гусей разводить, - напомнил мне Женька.

- Сырые яйца тоже неплохо в пищу пойдут, - заметил Виктор. - Я бы какой-нибудь пирог намутил .

- Вить, ну какой пирог?! - возмутился я. - Пшеница и рожь только на посадку.

- Нет так нет, - пошел друг на попятную. - В следующем году покушаем. Пока же можно яичницу изобразить.

Поселковая малышня уже собирала яйца в гнездах, в которые могли добраться. Женька провел со всеми воспитательную работу. Забирать полностью кладку запретил. Одно-два яйца должны были оставлять для выводка.

- Вот что интересно, - поделился Виктор своими впечатлениями. - Прошлой весной мне казалось, эти яйца воняли рыбой, а сейчас запах и не замечаю.

- В прошлом году ты и крокодилов не ел, а теперь только так наворачиваешь, - ответил я.

Весна на Ниле вступала в свои права. Мы строили планы по дальнейшим преобразованиям и приумножению продовольственных запасов. И вот вся эта идиллия была внезапно нарушена.

В начале апреля прилетел дрон за продуктами. Только прибыл Ях с незнакомым мрачным мужиком. Как оказалось, Шу погиб. Боги в очередной раз устроили передел собственности и немного повоевали.

Тот мужчина, который стал напарником Яху, приказал забить тушку коровы. Вообще-то корову мы должны были дать им на следующий месяц. Только нового пилота наши объяснения о том, что стадо нельзя уменьшать, и сейчас коровы стельные, не подействовало.

Ях в ответ только развел руками и рассказал о том, что 'боги' потеряли несколько поселков, и продуктов мало. Вот это мне совсем не понравилось. Как это потеряли поселки? Всех жителей поубивали или что?

Кроме того, второй пилот начал требовать зерно. Тут уже все хором начали нагло врать, заверяя, что у нас нет запасов. Ях деликатно промолчал. Хотя точно знал, что мы сеяли и собирали зерновые.

Когда пилоты улетели, мы с Виктором стали обсуждать проблему.

- Нужно переселять часть народа из Левобережного поселка обратно в Верхний, - предложил я. - Отгоним туда часть стада, распашем участок земли.

- Зерно тоже перенесем и припрячем, - согласился Виктор.

Как могли, донесли эту информацию до Ваба. Жрец не возражал. Он сам был расстроен тем, что отец погиб. Пусть тот и не проявлял особых родственных чувств, но и совсем чужим не был. По мере сил заботился. А в последний прилет пилоты даже не подумали лететь на охоту и бить хищников в округе. Конечно, Виктор организовывал каждую неделю рейды, но это было не так действенно, как охота с дрона.

Почти месяц продолжалось перемещение народа и обустройство поселка в верховье Нила. Повезло, что расчищенный от деревьев участок был довольно большим. Местные жители вырубали деревья на протяжении нескольких лет. Конечно, что-то зарастало кустарником, но не глобально. Согнав почти всех мужчин из нашего и Рыбачьего поселков, мы за несколько дней освободили приличную площадь, выкорчевали пни и распахали землю. Теперь оставалось только ждать разлива Нила и сеять то тщательно припрятанное зерно.

В качестве управленца и нового жреца я поставил в Верхнем поселке Рика. Парень он умный и любознательный. Не только с лодкой хорошо справлялся, но и в других вопросах проявлял сообразительность. Чтобы сразу подчеркнуть его статус, мы выдали Рику специальный нож и обучили тому, как бриться. Парень новой должности обрадовался, возгордился и обещал следовать нашим распоряжениям.

Пока же помогали поселку всем миром. Даже ограждение из кольев установили. Случись снова нападение нубийцев, сразу ворваться в поселок не смогут. Вообще-то Ях рассказывал, что племя полностью уничтожено, но я не сильно в это верил. Помню из истории Древнего Египта, как воевали фараоны с этими нубийцами не одно столетие. Расплодятся и снова придут. Но несколько лет у нас точно есть в запасе и можно подготовить достойную оборону. А еще лучше расположить дальше по течению еще один пограничный поселок или подобие заставы, чтобы иметь возможность предупредить заранее о пришельцах.

Никто из нас и не предполагал, что восстановленный поселок потребуется в ближайшее время. Только-только мы вернулись к обычным делам, как пришли посланцы из Нижнего. Судя по рассказу, местные жители стали свидетелями воздушных боев. Боги воевали и воевали жестоко.

На всякий случай я послал лодку, и оказалось, не зря. Через несколько дней она привезла тех, кто остался жив. Нет, специально поселок не бомбили. Но устраивать бои над населенным пунктом оказалось не лучшей идеей. Кто выиграл, а кто проиграл, местные так и не смогли объяснить.

А через несколько дней прилетел незнакомый дрон, и пилоты в ультимативной форме потребовали мясо коров. Причем не одну или две, а сразу пять штук.

- Куда они его загрузят? - сказал со злостью Виктор, наблюдая за тем, как забивают стадо.

- Что-то мне подсказывает, это не наши покровители, - заметил я.

- Нужно перегонять отсюда оставшееся стадо.

- Согласен. Прямо завтра с утра и отправим коров в сопровождении твоих охотников. От хищников они отобьются в случае чего.

- Главное, успеть все провернуть по-тихому, - дополнил Виктор.

Женька же, как малолетний разведчик, пошнырял рядом с пилотами, получил за это подзатыльник и приказ принести напиток. Зато разжился информацией. Как мы и предполагали, эти 'залетные боги' сейчас хапали не свое добро и еще радовались, что примитивные люди такие тупые. Я же распереживался насчет нас.

- Жень, завтра переоденемся в старую одежду, чтобы не выделяться на фоне местных.

- И зачем? - не понял меня Виктор.

- Ну мало ли... - развел я руками.

Дрон улетел, а мы тут же развели бурную деятельность. Толком ночью не спали. Грузили на лодки ткацкие станки, горшки, плошки, женщин с детьми и даже наших котов. Все, конечно, не поместились. Но требовался народ, чтобы перегонять стадо коров и коз. Их отправили вдоль берега двумя партиями

- Женя, поясни еще раз Вабу, - волновался я. - Часть коз и коров пусть оставят в Рыбачьем. Но это не насовсем. Заберем, когда здесь всё утрясется.

Ваб понял и заверил, что сделает, как велели. Мы же с Виктором и Женькой планировали сопровождать основное стадо, которое стараниями 'богов' сильно уменьшилось. Осталось всего двадцать голов. Я надеялся, что стадо такого размера припрятать в лесистой местности труда не составит. Другой вопрос - чем их там кормить?

- Надеюсь, боги долго воевать не будут, и мы через месяц вернемся домой, - рассуждал я вслух, пакуя все ценное, что у нас было, в рюкзаки.

Когда прилетит очередной дрон, пусть пилоты сами решают задачу, куда делось все население поселка. В конце концов, в Нижнем жители частично пострадали от воздушного боя. Пусть думают, что нас это сильно напугало, и мы ушли. С этими мыслями я закрыл дверь ставшего нам родным дома и скомандовал отправление. Мы еще не покинули территорию поселка, когда услышали знакомый шум двигателей.

- Кажется, мы вовремя уходим, - заметил сын.

- А мне кажется, что не успеваем, - с опаской оглянулся я.

Пока стадо двигалось привычным маршрутом на пастбище. Но мы были видны с воздуха очень хорошо.

- Быстрее, быстрее, - подгонял Виктор и коров, и своих охотников, продолжая посматривать на небо.

- Там пять дронов, - пересчитал Женька. - И они стреляют друг в друга.

- Хоть бы совсем поубивались, - перешел я с шага на бег и схватил Женьку за руку.

А тут еще примерно в сотне метров от нас что-то бумкнуло, подняв воздух приличные куски грунта.

- Бежим! Коров потом соберем! - заорал Виктор. - Под деревья! В укрытия!

Охотники, следуя нашему примеру, припустили к рощице, бросив стадо на произвол судьбы. Действительно, если уцелеем, то соберем коров. Они-то привыкли пастись в этой местности и по-любому дорогу домой найдут. Для нас жизнь людей была в приоритете.

- Егор, давай за холм! Нас оттуда не будет видно, - продолжал руководить Виктор.

Жаль, что охотники речь Виктора не поняли. Но дураками не были и побежали в сторону деревьев, чтобы укрыться под кронами. От залпа оружия это, конечно, не спасет, зато с неба не так заметно, кто там вообще есть или нет. Вообще-то я надеялся, что это 'боги' устроили разборки между собой, и им нет дела до местных жителей. Но, с другой стороны, мы могли случайно попасть под раздачу.

На выбранный Виктором холм мы буквально взлетели и чуть притормозили, чтобы осмотреться и выбрать, с какой стороны укрытие лучше.

- Давайте вон в те кусты, - первым сориентировался я.

- Надеюсь, дроны так и будут кружить над поселком, - оценивал Виктор воздушный бой.

- Ой! Папа, а это что?! - воскликнул Женька, показывая рукой на север.

- А это, парни, и есть та причина, по которой изменился климат данного региона, - как-то обреченно сообщил Виктор.

Я сначала не понял, отчего далёкая яркая вспышка сподвигла Виктора к столь странным выводам. И только когда на месте яркого зарева начал формироваться вполне узнаваемый ядерный гриб, я тоже сообразил, в какую 'жопу' мы попали.

- Вниз, в укрытие, - все же повторил Виктор и потащил нас Женькой к кустарнику.

- Мы умрем, умрем? - выстукивая зубами дробь, выспрашивал у меня сын.

- Ну, взрыв был далеко. Если мы продолжим уходить на юг, то вполне сможем выйти из зоны радиоактивного заражения, - на ходу успокаивал я сына.

- Ложись! - неожиданно дернул нас Виктор в сторону.

Один из дронов, принимающих участие в бою над поселком, получил повреждение и явно уже никем не управлялся. Полыхающий летательный аппарат точнехонько летел в нашу сторону. Была надежда, что он упадет раньше, но когда раздался взрыв, и нас присыпало землей, я понял, что мои надежды не оправдались.

Часть 25

В голове шумело, дышать получалось с большим трудом, и, тем не менее, я понял, что еще жив и сжимаю теплую ладонь сына.

- Егор, как вы там? - зашевелился где-то рядом Виктор.

- Бывало и получше, - перевернулся я на бок. С головы сразу посыпалась земля, ветки и прочий мусор.

- Тошнит, - отозвался сын.

- Контузило немного, - сообщил Виктор и с кряхтением начал приподниматься.

Я же пока занять вертикальное положение не решался. Голова кружилась. Тупо рассматривал то, что было перед глазами, и вяло размышлял, откуда столько глины, да еще в виде кирпичей. Мы вроде бы далеко от глиняного карьера.

- О-па! - снова подал голос Виктор.

- Что там, еще воюют? - без особых эмоций поинтересовался я, поскольку слышал какой-то шум. Только он не напоминал работу двигателей дрона.

- Парни мы это... того... - продолжал бормотать Виктор.

Что так озадачило друга, я решил сам посмотреть. Голова уже не так сильно кружилась, и я смог ее приподнять.

- О! - тоже не нашел я подходящего слова для оценки ситуации. А уж приближающаяся к нам парочка полицейских вообще казалась плодом галлюцинации.

Пока Женьку тошнило и выворачивало, я продолжал тупо разглядывать окружение, все еще не веря, что мы вернулись в своё время. Полицейские тем временем пообщались с кем-то по рации, а в нашу сторону побежали медики.

- Между прочим, мы вернулись не в то место, откуда исчезли, - оценил развалины строений Виктор. - Стоянка транспорта во-о-он аж где.

- Так мы и не были в том месте, откуда попали в прошлое, - заметил я, протягивая Женьке бутылку с водой. - Но какой-то временной катаклизм наши тушки притянули. Просто фантастика.

Полицейские тем временем вскарабкались по разбитым кирпичам и теперь пытались выяснить, кто мы и откуда.

- Русские, туристы, - начал Виктор извлекать свой паспорт из бокового кармана рюкзака.

Тут уже и медики подошли. Быстро оценив наше и состояние и констатировав, что смертельно опасных повреждений нет, велели потихоньку спускаться вниз к платочному лагерю.

- А если у Женьки сотрясение мозга, его нельзя перемещать без носилок, - возмутился я таким пренебрежительным отношением.

- Папа, я в порядке. А у них просто нет свободных людей. - показал сын на то, что творилось на площадке, где раньше была цивильная парковка.

- Парни, мы вернулись домой! Домой! - прижал нас Виктор.

- С полными рюкзаками алмазов, - внезапно сообразил я.

- Действительно, - озадачился Виктор и почесал щетину на подбородке.

- Разбираемся с проблемами по мере поступления, - прервал я рассуждения на эту тему. - Нам бы сначала выяснить, какое сегодня число.

- Скорее всего, то же самое, что и было, - предположил Женька.

Сопровождающий нас полицейский это подтвердил. Действительно, по-прежнему четвертое мая. Правда, не утро, а вечер. Мужчину заинтересовало почему мы так долго хоронились где-то под развалинами и не звали на помощь. Виктор сообщил служителю правопорядка нечто невнятное и без подробностей. Мол, были в сильном шоке. Для нас было важно, что мы снова в своем времени.

- Как-то нужно решить проблему с нашим возвращением в Каир, - озадачился я и пошел 'качать права'.

После получасового скандала, споров и угроз мы с полицейским чиновником наконец пришли к взаимопониманию. Он предоставляет нам места в вертолете, который переправляет раненых в столицу, а мы в ответ на этот жест не пишем жалобу. Полицейский заставил меня даже расписку написать. Я попытался отбрыкаться, мотивируя тем, что мой английский язык не так хорош, но мне предоставили помощника, совместно с которым мы и составили документ, вписав в него номера паспортов и прочие контакты.

В результате всех этих манипуляция уже к девяти вечера мы прибыли в свою гостиницу, где сильно впечатлили персонал своим внешним видом и одеждой. Хорошо, что еще не попался гид нашей группы. А то не знаю, как бы мы выкручивались. Можно найти объяснения тому, что пострадала одежда и обувь, но отросшие волосы было трудно списать на последствия террористического акта.

- Ванная, туалетная бумага! - бегал Женька по номеру гостиницы. Я в это время созванивался по телефону со службой доставки и заказывал обильный ужин человек так на шесть.

- Егор, пиво не забудь, - с нетерпением притоптывал рядом Виктор.

Пока ждали доставку, успели помыться, переодеться и продолжали кайфовать, казалось бы, от простых вещей, будь то пенка для бритья или обычное зеркало.

- Как тело приятно пахнет, - принюхивался к своей коже сын.

Я же разглядывал ребенка и понимал, что нас ждут проблемы. Пусть мы вернулись в тот же день, в какой исчезли, но в том времени прошел год. За этот год Женька подрос, похудел, подкачал мышцы. Виктор в проблему вник сразу.

- У нас еще пять дней отдыха в Египте. У кого-то есть желание путешествовать? - поинтересовался он. Мы с Женькой дружно покачали головами. - Значит, сидим в номере, отдыхаем, отъедаемся и приводим себя в порядок.

- Мария все равно не поверит, - вздыхал я.

- Поверит или нет - это ничего не изменит, - констатировал Виктор.

- Папа, смотри, ты тут с крокодилом воюешь, - вывел Женька тем временем на экран ноутбука запись, сделанную в первый день на мобильник. Телефоны мы поставили на зарядку сразу же и теперь привыкали пользоваться снова этими благами цивилизации.

А потом наслаждались едой и напитками. Женька так объелся, что заснул, держа в руке кусок сладкой выпечки. Я перенес его на кровать и продолжил с Виктором распивать пиво и обсуждать проблему, что у нас образовалась. Пара килограммов необработанных алмазов это не только серьезная криминальная статья, но и огромные деньги.

- Вить, думаешь, что провезем через таможню? - сомневался я.

- Почему бы и нет?

- Нас, конечно, не проверяли на въезде, - припоминал я.

- Егор, не будь таким наивным. Все те успешные рейды таможенников, о которых рассказывают СМИ - это все туфта. Обычно все действуют по наводке. Мы же обычные законопослушные туристы. Рассуем по нычкам, купим еще чемодан, загрузим местными сувенирами, - убеждал меня Виктор. - А еще лучше я возьму на себя этот багаж. Случись что, вы с Женькой окажетесь вне подозрений.

Хорош или плох был план, только выбора не было. Бросать богатство не хотелось.

- Рискнем, - чокнулся я бокалом с пивом. - А пока отдыхаем. Жаль, что так и не узнаем, для чего нужны были алмазы богам.

Повезло, что в гостинице нас никто не искал и не ждал. Гид был уверен, что мы в Луксоре, остальным соплеменникам не было никакого дела до нашей маленькой компании. Мы же на следующий день первым делом посетили парикмахерскую, приобрели стильные стрижки и отправились в ближайший ресторан.

- Какой это кайф, что не нужно за едой бегать, убивать, потрошить и готовить, - вгрызался в куриную ножку Виктор.

Завтрак мы заказали такой обильный и с таким аппетитом его поглощали, что часть персонала ресторана вышла посмотреть на оголодавших туристов из России. Менеджер потом еще подошел с предложением посетить их заведение в обед. Шеф-повар обещал приготовить хвост крокодила. Мол, это такой деликатес... мужчина демонстративно закатил глаза, выражая восхищение экзотическому блюду.

- Не... чего-чего, а крокодилов я еще долго есть не буду, - отмахнулся Виктор и попросил упаковать пирожные, которые Женька не осилил.

Следующие двое суток разнообразием не отличались. Мы ели, спали, снова ели, часто посещали туалет (обжорство сказывалось), попутно восхищались туалетной бумагой и канализацией. Какие-то привычки из прошлого совсем ушли. Виктор больше не курил. Я не мог спать с подушкой. Женька с трудом вспоминал, как пользоваться ножом и вилкой.

А еще Виктор дозвонился до одного своего знакомого.

- Лев Моисеевич, у меня к вам дело. Помните, позапрошлой зимой вы решали деликатную проблему моего коллеги. У меня почти тоже самое, но чуть побольше.

Получив заверения от ушлого еврея, что тот купит алмазы, Виктор совсем приободрился. Конечно, вслух по телефону он обсуждал все аллегорически. И даже пугать объемами не стал. Одно дело пару грамм необработанных камней, а другое килограммы. Но даже такие предварительные договоренности радовали.

- Егор, тебе на первое время полмиллиона долларов хватит? - интересовался друг.

- Вполне, - заверил я.

- Значит, основную массу припрячем.

- Я бы еще не стал показывать крупные камни.

- Это да... у нас там один такой, что можно мировую сенсацию устроить. Разберемся с ним через несколько лет.

- Как будем легализировать внезапно образовавшиеся доходы? - не мог не поинтересоваться я.

- Свою фирму откроем, я тебе буду зарплату платить. Оформлю на трех должностях. Плюс проценты как соучредителю.

- Налоги, - скривился я.

- Без них никуда. Зато вопросов не возникнет, откуда внезапно столько денег. Их же незаметно не потратишь. А так будет где-то больше расходов, чем доходов, но кто это будет сопоставлять?

- Если нашей маме дать, то она потратит и не поймешь куда, - вклинился сын. - Тоже никто не заметит.

- Женька, ты понимаешь, что болтать нельзя. Маме ни-ни, - на всякий случай предупредил я.

- Не дурак, - насупился сын. - Да и кто нам поверит!

Как бы мы усиленно ни отъедались, все равно до отлета в Москву не успели восполнить потерю веса. То, что сын подрос, как-то скрывалось за счет шорт. В брюках сразу было видно, что он прибавил сантиметров пять роста. Но общую худобу не скрывали никакие одежды.

Сам перелет в Домодедово запомнился мне смутно. Я волновался и нервничал так, что ничего не видел вокруг. Мне казалось, что вот-вот подойдет полицейский патруль и арестует нас. И все увещевания Виктора по поводу того, что если и арестуют, то его, а не нас с сыном, на меня не действовали. Трястись и волноваться я перестал только, когда наши чемоданы были погружены в багажник такси.

Кажется, наша авантюра действительно удалась. Никто не потрошил багаж, не вскрывал их подкладку и не выискивал припрятанные алмазы. Так-то Виктор был прав. К чему таможенникам тщательно проверять обычных туристов? В общем, все обошлось. Мы двигались по Москве, и мне не верилось, что случилось приключение с провалом в прошлое.

Для Марии мы отсутствовали дома всего ничего. Потому жена какое-то время с удивлением разглядывала нас.

- Мама, мамочка! - бросился к ней объятия Женька.

- Похудели, загорели, - неуверенно пробормотала супруга. - Кажется, мне тоже не мешало бы так привести фигуру в порядок. Какая-то диета?

- Исключительно мясо крокодилов, - чмокнул я жену в щеку, чем ее сильно удивил.

- Скажешь тоже, крокодилы, - не поверила Мария. - Не с твоими доходами деликатесами питаться. - Вставила она шпильку.

- Мы с Виктором свою фирму откроем, - сообщил я. - Обещаю, что будут тебе Париж, браслеты и... хм... если пожелаешь мясо крокодилов на ужин.

Мария так и продолжала весь вечер на меня подозрительно коситься, но скандал не устраивала. Мы же с сыном только что не порхали вокруг нее.

- Папа, ты же не будешь разводится с мамой? - выспрашивал Женька.

- Нет, конечно. Тут главное обеспечить женщину, чем она пожелает. Пусть дома на хозяйстве сидит, браслеты перебирает.

Мария недоумевала, а мы не спешили с разъяснениями. У нас другие вопросы образовались. Женька подрос. И школьная форма ему резко стала мала. Мало того, он еще и позабыл весь учебный материал. А конец учебного года уже близок.

На следующий день мы метались по городу, стараясь успеть все и сразу. Вечером пытались на пару вспомнить правила русского языка, повторить теоремы по геометрии и сообразить, как заполняют дневник.

Виктор свои обязательства тоже выполнял. Деньги от знакомого еврея он получил, но пока сто тысяч долларов. Решил все же подстраховаться и продал камней столько же, как и тот знакомый, которому Виктор способствовал еще раньше. Сумму мы поделили честно. Мария тут же улетела в Париж.

Нам же предстояло не только создать фирму, но и наладить работу в ней. Повезло, что Виктор был действительно профессионалом своего дела. А бурение скважин на дачных участках всегда востребовано.

К концу лета мы получали приличный и вполне легальный доход. Я взял на себя всю административную работу. Виктор - техническую. Оборудование он закупил самое современное и на рекламу средств не жалел. Посетил еще пару раз Льва Моисеевича. Но на этом мы решили пока остановиться. Виктор купил приличный дом в коттеджном поселке. Там в подвале устроили тайник для алмазов. Женьке об этом месте не стали говорить. Подрастет, обязательно покажем, но пока немного подстраховались.

Мария все так же периодически скандалит, но разводиться точно не хочет. Сути ее претензий я так и не осмыслил. Кажется, теперь она возмущена, что мы втроем проводим слишком много времени вместе. Нам-то понятно почему так, а объяснить внятно жене не получалось. Мы же обсуждали свои приключения, вспоминали те или иные события, строили планы на будущее.

Женька точно нацелился стать археологом с уклоном в египетскую тематику и планирует отыскать свой забытый кувшин в районе Верхнего поселка.

- Папа, а храм в Эдфу был построен в твою честь, - заявил Женька в очередные наши субботние посиделки с Виктором.

- Жень, то что это храм богу Гору ничего не говорит, - не соглашался я. - Мы прожили в том времени всего год. А согласно мифологии, Гор помогал египтянам не одну сотню лет.

- Егор, думаю, что это имя стало не столько собственным, как нарицательным, - выступил на стороне Женьки Виктор. - Вспомни тех же вабов. В каждом поселке свой Ваб, то есть жрец. Вероятно, что и Гором называли того из богов, который помогал с ремеслами и земледелием.

- Может и так, - не стал я совсем отрицать.

- Папа, тебя и нас не забыли. Мы точно вошли в историю Египта, - немного пафосно заявил сын.

- Конечно же вошли, - согласился я.

КОНЕЦ

1

Войти в историю