Они оставили лагерь позади, чему Дельгадо был несказанно рад. Ограда была обесточена, пока резервный генератор ремонтировался, из-за чего мужчины нервничали и стреляли куда попало. По крайней мере, пожар на развалинах удалось локализовать — или так только казалось — и, слава Богу, потому что, если бы он перекинулся на густые джунгли, невозможно было бы предугадать, чем бы это все закончилось.
Собаки почти сразу же напали на след существа и сейчас быстро шли по нему, двигаясь по недавно проложенной ЭИР дороге, ведущей к другой оконечности острова. За ними, натягивая поводки, держался кинолог под защитой двух солдат, слева и справа от него. Дельгадо с одного взгляда мог отличить тихую компетентность от самонадеянности и трусости, и сейчас он со стопроцентной уверенностью мог сказать, что с ним были два хороших бойца.
Он сам был вооружен карабином M4A1 .45 калибра. Его рация крепилась к поясу, и канал оставался открытым на основной частоте лагеря. Цель заключалась в том, чтобы выследить монстра и окружить его, а затем загнать его обратно в лагерь, где команда из восьми человек уже устроила засаду, готовая схватить его. Девушка, если она все еще была с ним, должна была быть схвачена, или — если это невозможно — нейтрализована.
Дельгадо никогда не работал с этой породой собак раньше — Итальянская водяная[68] обычно использовалась для вынюхивания трюфелей. И хотя эти псы и не являлись армейскими собаками, они вели себя разумно, держались осторожно и спокойно, ни разу не выказав недостатка мужества. И вообще, против такого монстра, даже мастифф был бы бесполезным, как терьер. Эти животные сразу поняли, что от них требуется, и не потеряли рассудок от ужаса.
Собаки остановились у стены джунглей рядом с дорогой, показывая, что путь запаха уходит именно туда.
План казался достаточно простым и производил впечатление перспективного и удачного. Но Дельгадо никак не мог выбросить из головы скорость и свирепость, которые проявил монстр, прорываясь сквозь лагерь. Когда они сошли с дороги и погрузились в густой подлесок, он понял, что если бы зверь решил броситься на них где-нибудь здесь, это стало бы для них полной неожиданностью.
Почти сразу поводки собак натянулись.
— Стойте, — сказал он солдатам, опускаясь на колени перед собаками. Животные выражали нетерпение и выглядели напряженными, их бока подрагивали от волнения, — надо спустить собак.
Солдаты ничего не ответили, и Дельгадо это понравилось. Солдаты, шутящие и несущие всякую ерунду во время операции, только демонстрировали свой страх.
Собаки, хоть и остались без поводков, понимали, что должны держаться рядом с группой. Так даже лучше — по их поведению Дельгадо сразу поймет, когда они приблизятся к монстру. Это были чертовски хорошие ищейки: тихие и внимательные. Собаки, машины, оружие и вино — итальянцы преуспевали во всем, что создавали.
Трудно было перемещаться по зарослям, не издавая при этом ни звука. Джунгли вокруг были жаркими, зелеными и невероятно влажными, и Дельгадо вскоре промок до нитки. В таких условиях чудовище учует их задолго до того, как они сами засекут его присутствие. Но все же на стороне поискового отряда был один весьма весомый фактор: с ними были собаки, и они наверняка сработают как своего рода система раннего оповещения против монстра. Больше всего Дельгадо беспокоил их собственный тыл. Он не знал, насколько умным было это огромное существо, но даже тупой африканский буйвол соображал достаточно, чтобы сделать круг и подкрасться к своим преследователям со спины. Здесь и сейчас они должны были быть готовы ко всему.
Когда они углубились в джунгли, их поглотила странная тишина. Звуки лагеря исчезли, а джунгли ощущались так, как будто лишились самой сути жизни. Дельгадо счел это жутковатым предзнаменованием.
К счастью, остров был небольшим, так что обнаружение существа не займет у них слишком много времени. По поведению собак кинолог уже видел, что они его настигают: сигналами ему служили волны обостренного напряжения, исходящие от животных, а также их оживленные, нетерпеливые движения. Он указал на это солдатам, и те кивнули, приняв данные к сведению.
Далее группа продвигалась медленно и осторожно, внимательно прислушиваясь к каждому, даже малейшему звуку.
И тут собаки начали дрожать. Они выказывали напряжение и испуг, но все же держались сдержанно, не поддаваясь панике. Вдруг Дельгадо понял, что и сам чувствует запах зверя: густой, приторный флёр немытого человеческого тела, который он сразу нашел отвратительным. Но это была хорошая новость: если они чувствовали запах монстра потому, что находились с подветренной стороны, это значит, что он не мог учуять их запах.
Сигналом руки Дельгадо дал понять солдатам, что они должны сменить курс на девяносто градусов. Этот маневр был началом охотничьего приема «Древко и Круг». Группа сошла с тропы с запахом. Собаки скулили и следовали за людьми неохотно, но, в конце концов, смирились. Двигаясь медленно, следопыт отвел солдат на двести ярдов в направлении девяти часов, а затем повел их по дуге к полудню. Он неоднократно проделывал этот трюк с повстанцами в Ираке, и это был прием, который, как правило, путал и пугал противника, заставляя его отступать по линии, ведущей к шести часам. Он надеялся, что с монстром это тоже возымеет должный эффект.
Они достигли позиции на двенадцать часов, и Дельгадо поднял руку, приказывая солдатам остановиться. Он предполагал, что монстр сейчас находиться примерно в трехстах ярдах к югу от них. Теперь пришло время загонять существо в засаду. Еще несколькими дополнительными жестами он проинструктировал группу — солдаты подняли винтовки и стали ждать его сигнала. Собаки, чувствуя, что что-то должно произойти, оцепенели от напряжения.
Дельгадо поднял руку, прислушался, а затем резко опустил ее.
Солдаты двинулись вперед, разряжая оружие по зарослям в режиме стрельбы очередями. Собаки тот же час присоединились к ним, прыгая впереди солдат с истерическим лаем. Дельгадо замыкавший тыл, стрелял в воздух, крупнокалиберные патроны ACP звучали, подобно грому на фоне болтовни винтовок М16. Шока и трепета должно было быть достаточно, чтобы напугать всех и каждого, и обратить их в бегство.
И тут совсем рядом пронеслось нечто вроде порыва ветра: колыхание листьев, размытое пятно, сопровождаемое кратким визгом собаки. Затем ничего. Дельгадо резко остановился. Обе собаки исчезли. И тут он увидел это: длинные росчерки крови, как будто нанесенные кистью на листья растительности, уходящие в густые джунгли перпендикулярно их пути — кровь, нитки кишечника, мясо, мех, розовый язык, все еще дергающийся, и обвислое ухо.
Все молчали.
Дельгадо потребовалось время, чтобы осознать случившееся. Монстр пересек их тропу под прямым углом и смел обеих собак, мимоходом расчленив их, а затем снова исчез.
61
Идя по грунтовой дороге, Гидеон вдруг услышал резкий звук стрельбы и истерический лай. Он остановился и прислушался: казалось, звук доносится с расстояния примерно в полмили, но из-за слишком густой растительности трудно было сказать наверняка. Собаки снова взвизгнули, а затем внезапно наступила тишина.
Гидеон был твердо убежден, что со стороны охотников было крайне глупо и самонадеянно считать, что они сумеют встретиться со свирепым Циклопом на его же территории и выжить. Гарза был прав: в своей одержимости Глинн потерял рассудок. Все его компьютерные модели, весь этот поведенческий анализ — все, на что директор так привык опираться, попросту меркло и не работало на фоне непредсказуемого существа, подобного этому. И если бы кому-то удалось удрать с острова живым после встречи с разъяренным Циклопом, это можно было бы назвать чудом.
Гидеон невольно задавался вопросом, что происходит у Амико в голове. Циклоп не убил ее, в этом он был уверен. Но… где она была, что с ней стало… — точнее, где они сейчас были, и что с ними стало — все это оставалось вопросами без ответов. Была ли Амико истинным союзником Циклопа или же он удерживал ее против воли? Похоже, девушка сама запуталась в своих суждениях.
68
Лаготто-романьоло, или итальянская водяная собака (итал. lagotto romagnolo — «озерная собака из Романьи»), — древняя порода собак, отнесенная к 8 группе по классификации МКФ. Выведена на севере Италии в XVI веке. Благодаря выдающемуся чутью используется для поиска трюфелей. Распространены в Италии, Швеции, Великобритании, Франции, США, Австралии.