С удвоенными усилиями Гидеон принялся выплескивать воду из наполовину затопленного каноэ, активно работая обеими руками. У него начинала болеть голова.
— Вот так! Продолжай! — подбодрила его Эми.
Их лодку подхватило сильное течение, потащившее их вдоль берега прямо в открытое море. Когда каноэ почти миновало остров, за ним показался еще один, более отдаленный и маленький.
— Они идут за нами, — сказала Эми.
Гидеон обернулся и заметил, как на берегу появляются огни: люди держали факелы и спускали на воду другое каноэ. Толпа на берегу яростно кричала и шумела.
То, что случилось с ним, начало медленно выплывать из тумана забытья. Они дали ему лекарство и собирались принести его в жертву на алтаре своего бога. То была церемония благодарственного… жертвоприношения.
— Эми, ты спасла мне жизнь.
— Поблагодаришь меня позже. А сейчас — просто продолжай вычерпывать!
Он принялся работать, как сумасшедший. Течение несло их каноэ к тому отдаленному острову, отстоявшего от них примерно на милю. Гидеон уже видел его черные очертания под звездным небом: это был скалистый остров, окруженный отвесными скалами и поднимавшийся над водой одной плоской вершиной, покрытой густыми джунглями.
Наконец, они добились успеха в битве с водой, но Гидеон все еще видел, как за ними следуют другое каноэ — горящие факелы покачивались в темноте на волнах.
— Хорошая работа. Теперь греби, — скомандовала Эми.
Гидеон повиновался, тяжело дыша. Каноэ стремительно рвануло вперед.
— Мы должны высадиться на этом острове, — сказала Эми, — это наша единственная надежда. Иначе нам ни за что не убежать от них.
— Ладно, я понял, но… где? Там нет пляжа.
— Когда подплывем ближе, возможно, я найду, куда причалить.
Остров приближался — огромная черная громадина, затмевающая свет звезд. Когда они подплыли, Гидеон услышал рев прибоя, а затем из темноты проступила белизна барашков суровых волн, с яростью бьющихся об утесы.
— Я не вижу, куда пристать, — сказала Эми.
Каноэ летело вперед, непреодолимое течение несло его прямо на скалы, поднимавшиеся вертикально вверх прямо из моря.
— Нас несет на скалы… — констатировала она.
Черные утесы маячили все ближе, а рев прибоя становился громче. Другое каноэ неустанно преследовало их, огни несостоявшихся убийц подпрыгивали на воде, служа ориентиром их местоположения.
Выругавшись, Эми бросила Гидеону один из непромокаемых мешков.
— Надень на спину, как рюкзак. Я возьму второй. Держи крепче.
Он перекинул мешок на спину, надел ремни на плечи и затянул их. Голова его теперь была отвратительно ясной и пульсировала болью.
Каноэ тем временем вошло в зону прибоя.
— Слушай, — сказал Гидеон. — Надо дождаться, когда каноэ понесет прямо на скалы. В последнюю минуту мы спрыгнем и поплывем дальше сами. Это поможет нам выиграть время.
— Хорошо. Тогда на счет три.
Огромная волна подхватила лодку и поволокла ее к скалам, словно доску для серфинга.
— Раз! Два! Три!
Они спрыгнули. Гидеон ударился о камень головой, но сумел за него схватиться, сдирая руки и колени. Он держался за камень, пытаясь найти опору, но ноги все время соскальзывали. Волна ударила о скалу и накрыла Гидеона, почти оторвав его от каменного оплота. Он держался изо всех сил, так как от этого зависела его жизнь, когда вторая волна разбила каноэ о скалы недалеко от него. Разрушенный корпус продрейфовал совсем рядом с ним.
Когда вода схлынула, Гидеон огляделся и с облегчением заметил Эми — промокшая, она цеплялась за скалу по соседству. Девушка была бледна и напряжена, но жива.
— Карабкайся! — крикнула она.
И они начали взбираться. Подъем оказался не совсем отвесным, но достаточно крутым, чтобы внушать ужас.
По крайней мере, — подумал Гидеон, — тут хватает опор.
Эми была опытным альпинистом, поэтому начала уверенно продвигаться вперед и вскоре уже опережала его.
— Следуй за мной, — позвала она. — Используй те же опоры, что и я.
— Хорошо, — отозвался он.
— Всегда имей на скале три опорные точки. Хват сверху. Держись как можно ближе к поверхности.
Гидеон увидел в десяти футах под собой каноэ, заполненное людьми и приближавшееся к линии скал. Туземцы гребли, но оставались в стороне от линии прибоя, не смея приблизиться. Каноэ их раскачивалось на волнах, и они что-то яростно выкрикивали. Единственная стрела безобидно звякнула об скалу под ними, а затем сильное течение подхватило лодку и унесло его прочь.
Гидеон и Эми поднялись уже на несколько сотен футов. Головокружительная высота повергала мужчину в ужас, но он старался не думать об этом. Наконец, они добрались до небольшой пещеры — чуть большей, чем лавовая полость в скале, но здесь было достаточно пространства для двоих. Гидеон подтянулся, ухватившись за край пещеры, и буквально закинул себя во внутрь. Упав на спину, он жадно дышал, чувствуя себя счастливым оттого, что не сорвался вниз. Мигом позже Эми рухнула рядом с ним.
Он посмотрел на нее и резко встрепенулся.
— Эй! Что это? — на боку ее рубашки расползалось темное пятно. — Боже, ты ранена!
— Ага. Мне может потребоваться небольшая помощь.
Гидеон расстегнул ее рубашку и осторожно отвел в сторону одну полу. Плохо выглядящая рана заставила его поморщиться.
— Там, в пещере… — проговорила она, тяжело дыша, — копье…
— Так, ясно. Сейчас перебинтую, — он открыл один из водонепроницаемых мешков и извлек оттуда аптечку и фонарик. Посвятив на рану, он счел, что она, слава Богу, оказалась не слишком глубокой. — Слушай, я тебя подлатаю, ты только не волнуйся, — он разорвал упаковку с марлевыми салфетками, намочил одну из них антисептиком и стал очищать края раны, попутно осматривая повреждения. Океан в значительной степени сумел промыть рану, но Гидеон промыл ее повторно — чистой водой. Интуиция подсказывала ему, что здесь требуются швы, но в наборе их не оказалось, поэтому Гидеон накрыл рану стерильной салфеткой, сверху нее положил марлевую повязку, а затем заклеил все это хирургическим пластырем. Завершив процедуру, он порылся в сумке, нашел пузырек амоксициллина и дал Эми таблетку. Поискав еще, он протянул ей вдобавок пару пилюль ибупрофена.
— Как ты?
— Больно, — усмехнулась она. — И чувствую себя, как под кайфом. Похоже, я потеряла довольно много крови.
— С ума можно сойти. С такой раной — и столько пройти? Ты невообразимо крута, — нервно усмехнулся он, на что девушка лишь отмахнулась.
— Спать. Мне нужно поспать. Завтра нам предстоит долгое восхождение.
— Ты никуда не пойдешь с такой раной! Мы останемся здесь, пока тебе не станет лучше.
Она легла на спину.
— Нет, Гидеон.
— Но…
— Все просто: если мы останемся здесь, мы погибнем. Нечего тут обсуждать.
47
Гидеон проснулся. Восходящее солнце заливало своим ярким светом выбитую в скале пещеру, и ему аккомпанировали проснувшиеся морские птицы. Эми еще спала, и лицо ее заливал нездоровый румянец.
Гидеон приподнялся и тут же с тихим болезненным шипением приложил руку ко лбу: голова его раскалывалась, а во рту стоял ужасный вкус. Порывшись в мешках, он нашел одну из бутылок с водой, немного попил и подсчитал запасы. У них осталось два литра воды, последние два энергетических батончика и два куска пеммикана[63], завернутых в банановые листья — угощение, доставшееся им от туземцев. В аптечке по-прежнему было много бинтов, антибиотиков и обезболивающих.
Закончив подсчет, Гидеон осторожно подошел к краю пещеры и выглянул. Они находились примерно в двухстах футах над уровнем моря. Но сколько оставалось до вершины, сказать было сложно — расположение пещеры не позволяло посмотреть вверх. По силуэту, который Гидеон видел с моря, он прикинул, что скала возвышается примерно на тысячу футов… может, полторы.
63
Пеммикан (на языке индейцев кри «пими-окан» — «род жира») — мясной пищевой концентрат, обычно включающий в себя сушеное или вяленое измельченное мясо, а также сало, измельченные сушеные ягоды или сок ягод, иногда — специи. Применялся индейцами Северной Америки в военных походах и охотничьих экспедициях, а также полярными исследователями XIX — первой половины ХХ вв. Отличается легкой усвояемостью и большой питательностью при малом объеме и весе. В настоящее время используется туристами при прохождении серьезных маршрутов.