Вороны пронзительно громко каркали на деревьях, которые склонились над дорогой словно арки, не пропуская туда лучи заходящего солнца. Силуэт Тамы был столь нечетким, что казалось, что впереди Рейко движется тень. Здесь на дороге уже не было ни единого человека, кроме их их процессии. По мере подъема в гору и наступлением ночи, воздух становился холоднее. Рейко чувствовала, как тепло исходит от ее напряженного тела, и дрожала в своей легкой одежде. Она слышала, как Тама, пыхтя, карабкается гору, и старалась сдерживать свое собственное дыхание, идя по ее стопам. Она слышала сзади треск веток и шелест листьев, что выдавал передвижение сопровождающих ее самураев, хотя, когда она смотрела через плечо, то они были едва заметны в темноте. Их со всех сторон окружал лес, дома виднелись где-то далеко вдали, а кругом не было видно ничего, что бы свидетельствовало о человеческом жилище. Внизу, в городском храме гудел гонг. А где-то совсем близко от Рееко выли волки.
Вдруг Тама исчезла из виду. Рейко, испугавшись, что упустила ее, в тревоге поспешила вперед. Потом она обнаружила тропу, ведущую от дороги, которая резко поднималась в гору. Она услышала, что Тама, задыхаясь и спотыкаясь, на некотором расстоянии пробирается по этой тропинке. Лейтенант Асакай и четверо других ее охранников свернули с дороги и вслед за ней шли по тропе. Она становилась все круче, хотя и была несколько выровнена людьми, а упавшие ветви мешали им. Здесь было почти совершенно темно и они шли осторожно, однако иногда кто-то оступался и раздавался треск, но Тама создавала так много шума, что Рейко сомневалась, что она может их услышать. Наконец, они вышли из леса, на освещенную тусклым светом луны горную долину. Оглядевшись, Рейко увидела, что тропинка огибает долину. Склоны горы резко уходили вниз, где на дне ущелья по скалам грохотал поток. Рейко и ее охранники наблюдали, как Тама спешила по тропе к дому. Теперь Рейко установила, куда шла Тама.
Это был особняк в три яруса, построенный на очищенном от деревьев участке земли. На первом уровне была веранда, которая располагалась на фасаде выходящем на долину. Соломенные крыши выросли в несколько, зубчатых вершин. Особняк был не очень большой, но все равно построить его в таком месте было не просто и дорого. В дневное время с его балконов должен был открываться прекрасный вид на Эдо. В окне горел свет, что освещал веранду. Тама по лестнице поднялась к особняку. Звук ее шагов на деревянных ступеньках громко раздавался по долине.
— Что мы будем делать? — обратился к Рейко лейтенант Асакай.
— Давай подойдем ближе. Мы должны выяснить, если там Югао и Призрак.
Рейко хотела убедиться в этом, прежде чем говорить Сано. Она и ее охранники поспешили за Тамой, скрываясь за деревьями рядом с тропинкой. Они спрятались в кустарнике у подножия лестницы. Тама быстро прошла по веранде, бросила свой узелок и постучала кулаком в двери, которая со скрипом отворилась. Рейко со своего места смотрела вдоль веранды, она хорошо видела Таму, но не могла видеть фигуру на пороге.
— Сколько можно тебя здесь ждать? — послышался голос Югао. — Я голодная. Что ты мне принесла поесть?
Рейко охватило ликование. Она про себя прочитала благодарственную молитву богам. Югао вышла из-за двери. Тама попятилась от нее.
Свет из окна дома хорошо освещал женщин.
— Он здесь? — задыхаясь спросила Тама дрожащим голосом.
— Кто? — присев и начав развязывать узелок, спросила Югао.
— Этот самурай. Джин.
Югао сидела совершенно неподвижно, Рейко видела ее острый как лезвие профиль. Прошла минута, прежде чем она поднялась, повернула лицо к подруге и сказала:
— Да. Он здесь. Ну и что?
Рейко подавил рвавшийся из нее радостный крик. Она нашла Призрака.
— Почему ты не сказала мне, что он тобой? — Тама всхлипнула от обиды.
— Я думаю, что это не важно, — сказала Югао сказал, но в ее голосе послышалась настороженность. — Почему это важно для тебя?
— Ты знаешь, я не должна пускать кого-либо в этот дом. Я сказала тебе, что если мой хозяин и его любовница узнают, что я тебя сюда пустила, то меня изобьют. Ты меня уговорила позволить остановиться здесь. Это одно очень опасно. Только из-за тебя я согласилась на это, но чтобы здесь укрывался этот ужасный человек — всхлип прервал слова Тамы. — Я потеряю работу. Меня выгонят на улицу и мне некуда будет идти!
— Не волнуйся, — сказала Югао. — Никто ничего не узнает. Ты сказала, что любовница хозяина никогда пользуются эти домом только летом. К тому времени нас тут уже не будет. Мне нужно, чтобы ты помогала нам еще какое-то время.
Она протянула подруге руку, ища сочувствия, но Тама отпрянула.
— Он не единственное, что ты утаила от меня. Ты сказала, что убежала из дома и тебе нужно место, чтобы жить. Ты не сказала мне, что сбежала из тюрьмы!
Рука Югао застыла в воздухе. Она осторожно опустила ее.
— Я подумала, что лучше не говорить этого тебе. Так как, если полиция меня поймает с тобой, они не станут наказывать тебя за помощь беглому заключенному, потому что ты не знала этого. Несмотря на ее рассудительный тон, Рейко была уверена, что она врала. Чтобы защитить себя и своего любовника Югао намеренно, бесстыдно воспользовался Тамой и солгала ей.
— О! — Тама заплакала в истерике, Рейко видела, что она не верит Югао. — Так вот почему ты не сказала мне, что ты убила своих родителей и сестру?
— Я не убивала их, — быстро сказала Югао, защищаясь. Меня несправедливо обвинили.
Подслушивая разговор, Рейко была уверено, что Югао лжет. Наконец-то она пришла к выводу, что Югао действительно убила своих родных. Растирая слезы, Тама в недоумении смотрела на подругу:
— Но ведь тебя арестовали. И если ты их не убивала, то кто это сделал?
— Это был надзиратель из тюрьмы, — сказала Югао. — Он ворвался в наш дом, когда мы спали. Он зарезал отца, потом маму и Умеко. Я видел его. Я дала ему убежать, иначе он бы убил и меня.
Рейко была поражена тем, что ложь Югао звучит более убедительно, чем звучало ее признание. Рейко так и не узнала причину преступления, но она знала Югао была убийцей, как она сама утверждала в суде.
— Меня арестовали, потому что я был там, и потому что я была жива, — продолжала Югао. Полицейские, что расследовали убийства, меня не слушали, потому что я хинин. Они сразу повесили убийства на меня. Но я невиновна.
Теперь ее голос стал умоляющим, она положила руку на сердце, а затем обратилась к Таме:
— Ты знаешь меня с самого детства. Ты знаешь, что я не способна ни на что такое. Я не могла сказать тебе этого раньше, потому что была слишком расстроена. Ты моя лучшая друг. Разве ты не веришь мне?
Даже сейчас, когда Рейко про себя смеялась над усилиями Югао оправдаться в глазах подруги, Тама обняла Югао и заплакала.
— Конечно же, я верю. О, Югао, мне так жаль, что тебе пришлось все это пройти!
Они горячо обнялись. Когда Рейко увидела лицо Югао над плечом подруги, она хорошо разглядела на нем хитрое, самодовольное выражение.
— Прости, что я такая недоверчивая, — лепетала Тама. — Я не могла сомневаться, что ты никогда не причинишь вреда своим родителям или сестре независимо от того, как они относились к тебе. Я не должна была верить дочери, когда она сказала об этом.
— Дочери судьи? — Югао пришла в ужас. Она отстранилась от Тамы.
— Это госпожа Рейко рассказала тебе об убийствах?
— Да. Она приходила ко мне вчера. Она спросила, знаю ли я, где ты находишься.
— Ты сказала ей, что ты видел меня? — озабоченно спросила Югао.
— Нет, — испуганно, сказала Тама. — Я сказала ей, что мы не видели друг друга много лет.
— Что еще ты сказала госпоже Рейко? — Югао шагнула к Таме и прижала ее к перилам веранды.
— Ничего.
Но голос Тамы дрогнул, она старалась не смотреть на Югао. Она совершенно не умела врать. Югао схватила руками Таму за плечи и внимательно посмотрела на располагавшуюся внизу долину. Рейко легко представила себе, что думала при этом преступница, это было несложно. Тама была слишком наивна и бесхитростна, ее нетрудно заставить рассказать о Югао все. Таким образом, она представляет опасность для Югао и Кобори, несмотря на то, что Тама им нужна, приносить им еду. Один быстрый бросок через перила и Тама уже никогда не может привести сюда врагов.