— Спасибо, отец, — сказала Рейко, согретая его отношением к ней. Если бы он пренебрежительно относился к ее детективным наклонностям и думал, что она должна вести жизнь домохозяйки, тогда он бы не попросил бы ее провести работу, которая предназначена исключительно для мужчин. Нет, обычный чиновник не будет просить, чтобы его дочь стала делать такие вещи. Никто, кроме ее отца, который понимал ее внутреннюю потребность в подобной деятельности, не ожидал бы такого от жены канцлера Японии.
— Я начну немедленно, — сказал Рейко. — Сначала я хотела бы поговорить с Югао. Может быть, я могу уговорить ее рассказать мне, что на самом деле произошло в ночь убийства. Рейко очень захотела получить доказательства того, что молодая женщина невиновна и спасти ее.
Глава 3
Сано со своими помощниками Марумэ и Фукидой спешно пробирался по проходам между каменными стенами, которые вели мимо постов со стражниками вниз по склону от дворца к ипподрому. Двое солдат князя Мацудайры, что охраняли ворота на ипподром, без проволочек пропустили их. Как только ворота закрылись за ними, они приступили к осмотру.
Толпы людей, которые были зрителями на гонке, слонялись в проходах или сидели на трибунах. Их цветная одежда выглядела яркими точками на фоне темно-зеленых сосен, которые росли вдоль стен. Солдаты Мацудайры бродили из стороны в сторону, наблюдая за всеми. Небольшая группа из них образовала круг в конце пустой трассы. Сано предположил, что они охраняют тело. Лошади ржали в конюшнях, расположенных вдоль одной из стен. Небо все еще было ярким, но солнце уже опустилось, а замковый холм отбрасывал тень на дорогу. Во второй половине дня дневная жара стала уступать вечерней прохладе.
В это время зрители заметили Сано и устремились к нему. Он узнал нескольких мелких чиновников, у которых нашлось достаточно свободного времени, чтобы посмотреть скачки. Сано испытал прилив волнения, с которым он начинал каждое новое расследование, когда был сесакан-сама. Но также ему стало грустно, потому что он не имел рядом Хирату, своего главного вассала, который всегда был верным помощником в расследованиях Сано. Сейчас у Хираты были много других обязанности помимо того, чтобы под рукой всякий раз, когда Сано нуждалась в нем.
Вперед вышел человек из толпы.
— Приветствую вас, уважаемый канцлер. — Это был здоровый самурай лет сорока, с загорелым и открытым лицом, держался он уверенно и почтительно. Сано узнал в нем мастера ипподрома.
— Могу я спросить, почему мы должны находиться здесь? — пробормотал он недовольно, — зрители интересуются, что происходит?
Сано сказал:
— Приветствую, Ояма-сан, — а затем объяснил — Я здесь нахожусь, чтобы расследовать смерть господина Эджима. Господин Мацудайра считает, что это было убийство.
— Убийство?
Ояма нахмурился, выражая удивление и недоверие. Раздались негромкие возгласы среди зрителей.
— При всем уважении к правителю Мацудайра, но этого не может быть. Эджима упал с лошади во время гонки. Я сам видел. Я стоял у финиша, чуть ли не в пяти шагах от него, когда это произошло.
— Казалось, что он был в обмороке, перед тем как упал, — сказал один из зрителей. — Это выглядело так, будто его сердце вдруг не выдержало.
Сано разглядел говоривших, кивнул им и услышал их ответные приветствия. Его охватили смешанные чувства. Если свидетели правы, что смерть на ипподроме не была убийством, тогда и другие три, скорее всего, также не были убийствами, то его расследование, вероятно, будет очень коротким. Он чувствовал, что это будет означать фиаско. Потом он подумал, что, по крайней мере, это будет означать отсутствие угрозы системе, и он будет рад развеять опасения князя Мацудайра. Тем не менее, в настоящее время он не может отбрасывать ни одну из версий.
— Мое расследование определит, стал Эджима ли жертвой злого умысла или нет. Пока оно не закончено, это квалифицируется как случай подозрительной смерти. Ипподром является местом происшествия, а вы все — свидетели. Я прошу вас всех, остаться здесь и дать показания о том, что вы видели.
Сано увидел раздражение на лицах собравшихся. Он чувствовал, что они думали, что господину Мацудайра уже везде мерещатся злые козни, и что он сам теряет как свое, так и их время. Но никто не осмелился спорить со вторым человеком в команде сегуна. Сано подумал, что его новый статус имеет свои преимущества.
— Фукида-сан, — начинайте отбирать показания свидетелей. Марумэ-сан, — ты пойдешь со мной, — сказал Сано своим людям.
Худощавый серьезный сыщик начал опрос толпы зрителей, а мускулистый, веселый детектив зашагал вслед за Сано по дороге. Ипподромный мастер последовал за ними. Когда они приблизились к телу, один из окружавших его солдат отошел в сторону. Сано и его спутники остановились и посмотрели на мертвого человека.
Эджима лежал, растянувшись на спине, руки и ноги согнуты, рядом широкой нечеткой черной линией, что обозначала трассу. Его железный шлем закрывал голову и лицо. Через открытое забрало Сано смог увидеть его глаза, тусклые и пустые. Доспехи Эджима были измяты. Кровь и грязь окрашивали его голубое шелковое кимоно и брюки, белые носки и соломенные сандалии.
— Такое впечатление, будто он был избит, — сказал Марумэ.
— Лошади растоптали его — объяснил Ояма. — Он упал прямо под их копыта. Это произошло так быстро, а другие всадники были так близко позади него, что у них не было возможности отвернуть в сторону.
— По крайней мере, он выиграл последнюю гонку, — сказал Марумэ.
— Уведомлена ли семья о его смерти? — поинтересовался Сано у Оямы.
— Да. Я послал своего помощника, чтобы известить их.
— Кто-нибудь прикоснуться к нему после того как он упал?
— Я перевернул его, чтобы увидеть, насколько сильно он был ранен и попытался ему помочь. Но уже ничего нельзя было сделать.
— Был трек ли убран, после того как он умер?
— Нет, почетный канцлер. После того как я известил правителя Мацудайру, прибыли его солдаты и запретили что-либо трогать.
Сано смущали солдаты, которые находились слишком близко, наблюдая за его действиями.
— Подождите там, — приказал он им и Ояме, указывая на другое место на трассе. Когда они ушли, он сказал Марумэ:
— Если предположить, что Эджима умер не от сердечного приступа, то падение могло убить его. Но тогда возникает вопрос: что привело к падению?
— Может быть, кто-то на трибунах бросил в него камень, попал в голову и он потерял сознание. Все остальные были слишком заняты, наблюдая за ходом гонки.
Марумэ ходил вокруг тела, указал ногами на несколько камней, которые валялись на грязи.
— Один из них может оказаться орудием убийства.
Сано слышал спорадические выстрелы, которое раздавались из-за стены, на стрельбище замка Эдо.
Он повернулся и поднял глаза вверх над дорогой. В это время из открытого окна сторожевой башни на вершине стены на него смотрел солдат.
— Кто-нибудь оттуда мог застрелить Эджима из пистолета.
— Среди шума, который царит на ипподроме во время гонки, этого могли не заметить, — согласился Марумэ.
— Я не вижу, на теле пулевых ранений, но, вполне возможно, пуля оглушила Эджиму, ударив по шлему.
Присев, Сано рассмотрел шлем мертвого. Его металлическая поверхность была покрыта царапинами и вмятинами.
— Я буду искать пули на всем протяжении трассы, — сказал Марумэ.
— В любом случае, свидетели не ограничиваются людьми, находящимися внутри этого сектора, когда Эджима умер. Мы должны собрать всех солдат, которые дежурили на всех постах, выходящих на ипподром. Но сначала я хочу познакомиться с другими свидетелями, которые были ближе всего к Эджиме.
Сано и Марумэ подошли к ипподромному мастеру.
— Вы закончили осмотр тела? — спросил Ояма. — Могу ли я убрать его?
Он был встревожен и хотел поскорее очистить место, за которое отвечал, от физического и духовного загрязнения смертью.