Рейко была настолько шокирована этой новостью, что чуть не забыла о своих собственных проблемах.
— Югао скрылась?
Судья Уэда кивнул.
— Она воспользовалась пожаром и исчезла.
В ужасе Рейко упала на колени. Югао была склонна к насилию и вполне могла убить снова.
— Я предполагаю, что не стоит удивляться, что Югао убежала. Скорее удивительно, что все заключенные не убегают, когда они выпускают из-за пожара.
— Пожалуй, нет. Большинство из тех, что приговорены к смертной казни, настолько сломлены духом, что безропотно принимают свою судьбу. К тому же они знают, что если они убегут, то на них будут охотиться и пытать. Кроме того, все заключенные знают, что не могут вернуться туда, откуда они пришли, так как местные должностными лица и полицейские в любом случае доставят их сюда, поэтому мелкие преступники предпочитают честно отбыть свое наказание. Жизнь в бегах очень тяжела. Беглецам приходится попрошайничать или заниматься проституцией, чтобы не умереть с голоду.
— Это моя вина. Если бы я не захотела выяснить, почему Югао убила своих родных, если бы я не настояла на задержке, то она была бы казнена до пожара.
— Не вини себя. Это было мое решение попросить тебя, провести расследование убийства и никто из нас не мог предвидеть пожар. Я был обязан, получив признание Югао, тут же приговорить ее к смерти. Я отвечаю за ее побег.
Чувство вины все равно не оставляло Рейко.
— Что мы будем делать?
— Я послал в полицию приказ, чтобы ее искали.
— Но как они могут найти одного человека среди миллионов в этом городе? — с отчаянием сказала Рейко. В Эдо имеется множество мест, где беглец может укрыться. — А полиция настолько занята находящимися вне закона повстанцами, они не станут прилагать усилия к поиску Югао.
— Это правда, но ничего иного я сделать не могу.
Рейко покраснела.
— Я сама попробую найти Югао.
Сочувствующее выражение лица судьи Уэда скривилось в сомнении.
— Для тебя это будет еще более трудным, чем для полиции. Они имеют множество досинов, осведомителей и чиновники районов, которые знают свою работу, в то время как ты всего лишь одна женщина.
— Да, но, по крайней мере, я буду заниматься активным поиском, а не ждать, когда она сама найдется. И люди, которые могут встретить ее, скорее будут говорить со мной, чем с полицией.
— Если ты настаиваешь на поисках, то я желаю тебе удачи. Я должен сознаться, что, если ты найдешь Югао, то окажешь мне ценную услугу. То, что убийца находится на свободе, потому что я задержал ее казнь, является черным пятном в моем послужном списке. Ведь я могу потерять свой пост, если ее не схватят.
Рейко не хотела обижать Сано, особенно сейчас, когда его жизнь была угрозой. Тем не менее, она также не могла позволить страдает своему отцу, тем более, это из-за нее он вчера отложил приговор убийце, которая теперь вышла на свободу. Ее интуиция подсказывала ей, что выяснить мотивы преступления Югао еще более важным, чем когда-либо. И поиск Югао может отвлечь ее от страха за жизнь Сано.
— Я найду ее, отец. Я обещаю.
Первым делом Сано направился в чиновничий квартал замка Эдо. Со своими помощниками Марумэ и Фукидой он спешился возле входа в усадьбу Хираты, охранники которые приветствовали их. Над городом повис гнетущий туман, на улицах на удивление никого не было, кроме патрульных солдат и нескольких слуг идущих за покупками. Пока они шли через двор в особняк, в котором он жил еще полгода назад, Сано почувствовал настолько сильную тоску, что у него перехватило дыхание.
Он вспомнил времена, когда утомленный, унылый, в страхе за свою жизнь и честь приходил в этот дом. Здесь, в семье, восстанавливались и поддерживались его дух и физическая сила. Даже когда он был ранен, он был уверен, что поправится. Он принимал свое хорошее здоровье как должное и в глубине души никогда не верил, что может умереть, хотя ему часто приходилось смотреть смерти в лицо. Сейчас те времена ему представлялись безоблачной идиллией. Теперь мысль о смерти преследовала Сано. Он представил себе, как в его голове лопается кровеносный сосуд, кровь наполняет череп, который взрывается и ставит точку на его жизни, будто гасит пламя свечи. Если действительно убийца прикоснулся к нему, то вся его мудрость, политическая власть и богатство не могут его спасти. Сано боролся с желанием бежать так быстро, как только мог, в тщетной попытке избежать убийственной силы, которая вторглась в его собственное тело. Он должен сосредоточиться на поиске убийцы. Он должен спасти другие жизни, даже если был помечен смертью.
Хирата встретил его перед особняком. Прошлой ночью Сано послал ему сообщение о нападении убийцы и Хирата выглядел удрученным этой новостью.
— Сано-сан…, я… — от волнения он не мог говорить. Он упал на колени перед Сано и склонил голову.
Сано подумал, что Хирата станет оплакивать его, хотя бы он сам был причиной ужасного ранения Хираты. Он заставил себя сказать умышленно веселым голосом:
— Встань, Хирата-сан. Я ведь еще не умер. Сохраните траур для моих похорон. У нас есть над чем работать.
Хирата поднялся, явно подбодренный отношением Сано:
— Ты все еще хочешь, чтобы разыскали священника и водоноса, тех, кто преследовал полковника Ибе?
— Да. И мы будем продолжать заниматься другими версиями, которые наметили вчера.
— Марумэ и я уже организовали поиск священника Оцумо, — сказал Фукида.
— Я сделаю все, что в моих силах, чтобы поймать убийцу, — заявил Хирата. — Сейчас это уже дело моей чести.
— Если ты отомстишь за убийство своего господина, прежде чем он умрет, ты займешь достойное место в истории, — сказал Сано.
Хирата и сыщики, чтобы угодить господину, засмеялись над этой шуткой, но Сано почувствовал, что их нервы напряжены так же, как его собственные.
— Давайте посмотрим на светлую сторону ночного визита. Каждое несчастье ведь дает нам некоторые зацепки. То, что произошло ночью предоставило новые улики, которые я собираюсь изучить.
Центральный штаб армии Токугава был расположен в пределах замка Эдо, в стоящей на высоком холме башне. Высокая квадратная башня была покрыта белой штукатуркой. Карнизы крыш выступали над каждым из трех этажей. Генерал Исогай, верховный главнокомандующий вооруженными силами, находился на самом верху в своем кабинете. Сано со своими сыщиками Марумэ и Фукидой попали в башню через крытый коридор, который пролегал вдоль стены. По дороге они смотрели через зарешеченные окна в проходы под ними. Сано был удивлен, увидев только патрули солдат и часовых у контрольно-пропускного пункта. Чиновники, которые обычно заполняли проходы, отсутствовали.
— Тут так же пусто, как в вашей усадьбе, — сказал Марумэ.
— Так или иначе, я не могу поверить, что начальник полиции Хосина и здесь приложил руку, — сказал Фукида.
Сано тоже такого не думал, но чувствовал себя неловко, из-за непонимания происходящего. Они вошли в башню, поднялись по лестнице, проходя мимо солдат, которые кланялись им. Сано остановился на пороге кабинета генерала Исогая, где тот проводил совещание среди армейских офицеров. Дым их табачных трубок заполнил помещение и закрывал свет. Генерал Исогай заметил Сано, кивнул ему и отпустил своих людей.
— Приветствую вас, почтенный канцлер. Пожалуйста, входите.
Сано сказал Марумэ и Фукиде подождать снаружи, а затем уединился с генералом Исогаем. Мечи, копья и другое оружие стояли на установленных возле стен стойках, рядом с картой Японии, на которой были обозначены армейские подразделения и гарнизоны.
— Могу ли я быть чем-нибудь полезным для вас? — поинтересовался генерал Исогай.
— Можете, — сказал Сано, — но, сначала примите мои соболезнования в связи с гибелью полковника Ибе.
Веселое выражение лица генерала сникло.
— Ибе был хорошим солдатом. И также хорошим другом. Он поднимался по служебной лестнице вместе со мной. Мне будет его не хватать. — невесело произнес генерал Исогай и невесело рассмеялся.