Когда я подбежала к собравшейся королевской семье, Эмбра протянула руку и сказала:
— Семьи Оверлордов переходят первыми, чтобы, в случае чего, защитить народ.
Я несколько раз тупо моргнула, потом подала ей руку. Все никак не могла привыкнуть к тому, как принимала меня эта семья. Не то, чтобы родители меня не любили, наоборот. Мне даже удавалось неплохо ладить с родителями друзей, но эти-то — королевская семья! А все короли, да и просто богатые люди привередливее обычных. Да и чванливые они, что-ли.
Конечно же, реальные Даркены с легкостью разрушали все взятые из кино и книжек представления о королях.
Эмбра и остальные тут же схватили по серебристой нитке, и мы полетели. Как обычно, я зажмурилась — мозг все еще не хотел верить, что никакой стены в конце нет.
Эмбра легонько сжала мою руку и отпустила, только я открыла глаза. Сначала я проморгалась, огляделась, потом даже повернулась вокруг себя. Что за… А не подскажете, почему мы парим в облаках?
Повсюду были облака: сверху, сбоку, снизу… Пушистые такие, как в мультиках, только не беленькие, а тяжелые свинцово-серые. Неба нигде не было видно, только облака. Ну что же, нарекаю эту землю «Облачным краем»!
Я осторожно шагнула вперед. Удивительно, нога никуда не провалилась, ни в чем не увязла — вполне себе твердая, немного упругая «почва». Джеро тихонько хихикнул: думаю, я выглядела слегка шокированной.
— Что тебя так встревожило, нежный мой цветочек?
Я поморщилась:
— Думала в Надмире нет облаков.
— Все верно, но мы не в Надмире. Это что-то типа промежуточной территории. Ни еды, ни материи — долго тут не проживешь, так что мы используем это место только для больших собраний. Зато никто ни на чью территорию не заходит — удобно, а то война, все дела… Знаешь, мы те еще инопланетяне-параноики!
Он повел меня, чтобы не отставать от остальных. И тут я заметила впереди пять возвышавшихся блестящих платформ. Одна была впереди, напротив других четырех. Даркены шли к одному из средних возвышений.
— Эти платформы для семей оверлордов, — пояснил он, когда мы догнали Марсила.
Твердая рука Марсила крепко сжала мое плечо:
— Как ты, Эмма? — его ласковый голос немного успокоил нервы, — ты очень хорошо держишься.
— А тебе было трудно привыкнуть к Земле? — задала я ответный вопрос. Не могла притворяться, будто все хорошо, и я вся такая спокойная. На самом деле, еще чуть-чуть и я впаду в истерику от всего этого нового постоянно меняющегося мира.
Он честно кивнул:
— Мы много знаем о Земле, хорошо изучили ваши языки и привычки. Некоторые из них мы принесли в свой мир, поделившись с вами частью наших. Но знать и практиковать — разные вещи! Даже воздух на Земле пахнет иначе, не как дома! Понадобилось гораздо больше времени, чем я думал, чтобы полностью освоиться в вашем мире.
Как ни странно, воздух тут был привычным. Что наталкивало на мысль: а может папа с мамой возвращались сюда со мной, а?
Марсил только что открыл передо мной душу, а я стояла вся в себе. Поэтому прокашлялась и сказала:
— Так вам благодарна всем! Без вас и вашей поддержки мне было бы гораздо труднее! — надеюсь мне удалось выразить всю степень благодарности.
Когда я подошла и быстро обняла Марсила, он удивился, но еще больше удивилась я сама. Дальше обняла Джеро. Он крякнул и обнял меня. Я отошла и почувствовала на себе испытующий горящий взгляд. Это был, конечно же, стоящий на платформе рядом со Стар, Лексен, глаза которого замерли на моих все еще прижатых к груди Джеро руках.
Я подняла бровь и сощурилась, будто спрашивая: «да что такого?»
Он открыл рот, но тут Роланд что-то сказал, и Лексен тут же отвернулся, чтобы ответить отцу. Время замерло, дыхание перехватило.
Джеро еще раз крякнул:
— Очень приятные у тебя руки, но, знаешь, заставлять Лексена ревновать — все равно что играть с огнем. Поаккуратнее!
Я фыркнула и громко нервно рассмеялась:
— Да не пытаюсь я заставить его ревновать, — руки слетели с груди Джеро так же быстро, как на ней и оказались, — глупость какая!
Он весело улыбнулся и грациозно прыгнул на платформу:
— Как скажешь, красавица!
Опять я была последней. Так как Я не знала, имела ли я вообще право стоять на платформе, решила постоять где-нибудь с краю. Вокруг было уже много Даэлайтеров. Стояла я не настолько высоко, но было видно, что облачный край наполняется. Другие платформы тоже заполнялись.
Гвалт стоял почти непереносимый. Звук разлетался и отражался, так что казалось, тут в десять раз больше народу, чем на самом деле.
И вот, я стояла себе, никого не трогала возле края платформы, за людьми наблюдала, как вдруг меня сбила с ног группка слишком радостных детишек. На вид им было лет четырнадцать, но кто их знает, с их метаморфозами… Я ударилась о край этой, явно не из облака сделанной сцены.
С трудом смогла подняться, обхватив дико болевшие ребра, и тут же замерла, потому что по облачному краю раскатилось что-то подобное грому.
Не успела я и головы поднять, как услышала грозную команду:
— А ну, замрите!
Все же я обернулась и увидела Лексена. Его глаза сверкали. Клянусь, вся привычная чернота уступило место яркому свету звезд. Все вокруг замерли. Этот свет будто ввел нас в транс.
Дальше он сказал что-то не по-английски, но в глазах окружающих читался явный страх, а особенно испугано выглядели четверо толкнувших меня подростков.
Я знала, это они нечаянно, поэтому выпрямилась:
— Лексен! — сказала я, нужно было разрядить сковавшее всех напряжение.
Все охнули. Знаете, как когда все разом прикрывают рот рукой.
Взгляд сверкающих глаз замер на мне. Я с трудом удержалась, чтобы не отвернуться. Напомнила себе, что в моей жизни случалось кое-что и пострашнее разозленного повелителя драконов, так что…:
— Они нечаянно, это же просто дети, — и какая разница, что они лет на двадцать, может, старше меня? На вид — обычные подростки.
Привычная чернота вернулась, и он сощурился:
— Они сделали тебе больно.
Он явно смотрел на мои руки на ребрах. Я оторвала руки и, как можно более беззаботно, ими всплеснула:
— Они. Нечаянно, — я уже начинала немного злиться на него.
Охнула еще одна волна.
Джеро и Марсил встали по обе стороны — Оверлорд и адмиралы. Очень впечатляющее и, в то же время, пугающее зрелище. Я прекрасно понимала окружающих Даэлайтеров — это был тот самый Лексен из школы Старлайт, громила, которого боялись и там.
Но вот настолько грозным еще никогда его не видела. Я повернулась к четверке подростков:
— Убегайте, — пробормотала я им, — все в порядке, я с ними разберусь.
Подмигнула ближайшему из мальчиков, несмотря на дикий страх он как-то смог изобразить улыбку.
— Очень жаль, что так вышло, — с сильным акцентом пролепетал он, — спасибо!
Бросив еще несколько испуганных взглядов на своего оверлорда, мальчики убежали в толпу. Остановившиеся посмотреть за происходящим Даэлайтеры последовали их примеру, а я повернулась к трем исполинам.
— Я должен идти к отцу, — его светящиеся глаза все еще смотрели на меня, хотя, вроде, он ни к кому конкретно не обращался, — присмотрите за ней.
— Вообще она тут, если что, — сквозь зубы сказала я, когда он отвернулся.
Марсил спрыгнул со сцены, подошел и приложил руку к моим ребрам. Хоть его прикосновение и было легким, острая боль сразу же сковала тело, и я стала хватать ртом воздух. Черт, кто бы знал, что ушибленные ребра болят так сильно!
— Тебе нужно к лекарю, — сказал он, убирая руку. — Пойдем.
Все еще тяжело дыша, я отрицательно закивала:
— Нет, нельзя. Вам всем тут нужно быть, а вдруг что случится? Это всего лишь ушиб, я потерплю.
Он наградил меня взглядом, больше похожим на Лексена:
— Ну тогда забирайся на сцену, если это всего лишь ушиб.
Глубоко вздохнула и постаралась выпрямиться.
— Хорошо.
Я оглядела здоровенную конструкцию футов пять в высоту. Надо терпеть боль, не могу же я допустить чтобы Дом Даркен лишился своих главных лидеров в такой важный момент! Не успела я даже руку поднять, как раздался громкий голос, выходящий будто из невидимого громкоговорителя.