– Ну как, не загнала тебя эта дикарская наездница? – хохотнул Тилет, поставив корзину на стол. – Давай обедать… да, и вот это тебе, управляющий сказал, что этот главный кочевник оставил, прежде чем уехать.
Тилет поставил на стол небольшую шкатулку из очень толстой кожи, с тиснением.
– Они уехали?
– Да, попались мне навстречу, когда я возвращался, дюжина фургонов, так набиты, что лошади с трудом волокут.
– Что-то было в табаке, – Кинт достал из корзины ароматный сверток, развернул его, отсек ножом приличный кусок копченого окорока и отправил в рот.
– Они так делают, – Тилет стал доставать другие свертки, раскладывая их на столе, – племена кочевников вырождаются, вот они и мешают свою кровь. Можешь гордиться, что тебя выбрали, и ты породнился со старейшиной племени.
– Я просто в восторге, – нахмурился Кинт и отрезал кусок сыра, – ты это, не гулял бы по городу.
– В южной провинции я наследить не успел.
– Не забывай, что терратос теперь снова един, значит, и силы правопорядка действуют сообща.
– Да, что-то я это упустил, – Тилет присел на стул, и кивнул на шкатулку, – не посмотришь, что там?
Кинт вытер руки о полотенце, скинул с длинной деревянной пуговицы на шкатулке кожаную петельку, открыл и заглянул внутрь.
– И что там?
Кинт выложил на стол серебряное украшение, что было на конце косы Ашьян, два запечатанных сургучом тяжелых свертка, перстень с каким-то синим камнем и обрывок плотной бумаги со словами «Ты всегда можешь найти свой дом среди нас». Кинт еще раз прочитал, вслух:
– Ты всегда можешь найти свой дом среди нас.
– А про меня там ничего нет?
– Нет.
– Жаль, а то я присмотрел в их обозе одну дикарку.
Кинт повертел в руках перстень и надел его на мизинец, так как налезть он смог только на этот палец, сложил содержимое шкатулки обратно и убрал ее в свой ранец.
– Ладно, я в ратушу, попытаюсь выяснить, как можно восстановить жетон гражданина и еще в одно место заскочу, проведаю старого приятеля, если он еще жив.
Актур
Ответ на то, где искать южанина, Григо получил уже утром, когда Маар расположившись на открытой веранде особняка Горнов, курил сигару и наблюдал, как огромного размера пассажирский дирижабль, неуклюже маневрирует над городом перед тем, как пришвартоваться.
– Ты решил выкурить всю коллекцию доктора Горна? – подошел к нему Григо и тоже посмотрел на небо.
– Эм… так он меня сам угостил, – Маар пододвинул деревянную коробочку на столике в сторону Григо, – хотите?
– Нет, спасибо, – ответил Григо и замер, глядя на коробку, на которой красовался герб торговой гильдии, а ниже надпись: «Табачные мануфактуры Терье. Шоут.»
Маар обратил внимание на то, на что смотрит Григо, тоже прочитал надпись на коробке с сигарами и спросил:
– Как и когда едем?
– Сегодня же! Первым же поездом на юг, а там арендуем фургон.
– Едем вдвоем?
– Конечно…
– Куда едем? – на веранду вышла Сэт. – Я надеюсь, вы не собираетесь отправиться без меня на поиски сына?
– Доченька…
– Отец! Я тоже еду с вами! – Сэт топнул ножкой, настрой у нее был весьма решительный.
– Хорошо, – Григо тяжело вздохнул, – тогда собираемся, предупредите управляющего, что мы уезжаем, а я на вокзал, за билетами.
Столичный экспресс отправился на юг ровно в полдень. Григо выкупил купе в мягком вагоне, ехать предстояло два дня и терпеть соседства с кем-то еще совсем не хотелось.
Шоут
Погода стояла великолепная, и прогуляться по огромному, современному и благополучному Шоуту было приятно. Утро и еще не так жарко, как станет днем, когда светило будет в зените. Мостовые, каналы, парки и запахи. Запахов очень много – где-то пахло табаком, где-то чаем, где-то специями. Пока Кинт дошел до ратуши, надышался всей этой дикой смесью запахов так, что даже три раза подряд чихнул вместо приветствия, когда подошел к городовому, что стоял у дверей здания с высокой башней и часами на ней.
– И вам доброе утро? – несмотря на грозный вид и суровую внешность, городовой улыбнулся Кинту.
– Простите, шел мимо торговой биржи – нанюхался всякого, доброе утро.
– Это с непривычки, приезжий? – городовой оценивающе осмотрел Кинта с ног до головы, – отставник?
– Да, приехал на днях… скажите, контора гражданских записей уже открыта? Мне нужно восстановить жетон гражданина.
– Вот как, – городовой нахмурился, – жетон вы сказали?
– Да, приключилось знаете-ли всякое, потеряно все.
– Идемте, – городовой распахнул высокие двери ратуши, – я провожу.
Кинт вошел в прохладный коридор и облегченно выдохнул, увидев, как ему навстречу идет человек, необъятные телеса которого едва сдерживает мундир и портупея.
– Здравствуйте, господин старший инспектор, ох, прошу прощения, господин начальник жандармерии правопорядка, – поправился Кинт после того как разглядел петлицы на воротнике-стойке.
– Вот это да! – всплеснул руками толстяк, – Кинт Акан! Что-то случилось? – спросил толстяк у городового.
Городовой вытянулся в струну и доложил:
– Этот человек сказал, что хочет восстановить жетон гражданина, но ведь…
– Понятно, – толстяк еще раз внимательно посмотрел на Кинта и, похлопав его по плечу пухлой рукой сказал: – поехали, подвезу.
– Куда?
– Туда, где тебе дадут разрешение на получение гражданской грамоты – в управление тайной жандармерии.
– Вот как, – Кинт почесал затылок, – Шоут наводнили шпионы?
– Нет, Кинт, хотя и такое случается, просто, после объединения провинций под единое начало монарха многие хотят очистить свое прошлое, порой не очень законное прошлое.
– Вам понадобится помощь в сопровождении? – поинтересовался городовой у начальника.
– У меня в фургоне два жандарма, возвращайтесь на пост.
Действительно, стоило Кинту и начальнику жандармерии выйти на широкое крыльцо ратуши, к мраморным ступеням подъехал фургон жандармерии, в кабине двое жандармов, один выскочил и учтиво открыл дверь начальнику со словами:
– Куда теперь?
– Куда и всегда, – ответил тот и пропуская Кинта вперед сказал ему, – полезай, располагайся.
В салоне фургона просторно, дорогая отделка, было видно, что этот фургон используется исключительно для перевозки еще больше раздавшегося в размерах начальника жандармерии, который кряхтя, тоже влез в салон и уселся.
– Ну, вид у тебя не запойный, что уже радует, – сказал толстяк и прикрыл штору на окне, отгородившись от яркого света солнца.
– Меня это тоже радует…, наверное, шуму было после того, как мы с Таффом провалили ваше задание?
– Ты знаешь, нет, все сделали вид, что ничего не случилось, все списали на уличный разбой.
– Даже так?
– Да, я сам был немало удивлен.
– Как Тафф, продолжает наемничать?
– Он теперь вместо однорукого Апрена, людей, правда, у него маловато, думаешь к нему податься?
– Нет, у меня другие планы, но я бы с ним повстречался, есть к нему дело.
– В выходной найдешь его «Южной звезде», он и пара его ребят, ужинают там по выходным.
Фургон остановился. Кинт отодвинул штору и увидел набережную и порт, повернулся и посмотрел в другое окно – за широкой мостовой множество салонов, ресторанчиков и прочих увеселительных заведений.
– Что-то ни одно из зданий не похоже на управление тайной жандармерии…
– Ничто не вправе отвлекать меня от второго завтрака, даже служба! – толстяк похлопал себя по животу, – и прежде чем везти тебя к «синим камзолам», я хочу выслушать твою историю.
– Что ж, идемте, чашка какао мне тоже не повредит.
Прекрасно зная и помня навыки и способности Кинта, начальник жандармерии действительно хотел убедиться, не удумал ли чего Кинт Акан, но выслушав историю о продаже в рабство, с множеством опущенных деталей, а также о том, что Кинт собирается возобновить поиски Сэт, пообещал помочь:
– Во-первых, я напишу рапорт, отражу в нем твою помощь местным силам правопорядка, во-вторых, прикажу поднять все соответствующие бумаги, подтверждающие это.