Гитара снова заиграла что-то спокойно-нежное. Юноша сделал несколько завершающих танец движений, соскочил и юркой ящеркой спрятался за спину своего мужчины.
Эйнри, обернувшись, одним движением развязал веревку на его члене, обнял и поцеловал мальчишку. Властным, собственническим поцелуем в губы.
Друг Сайни перекинул им штаны Вилайди, а сам подошел к своему любовнику и протянул ему руку, помогая встать: "Ну как, удалось кончить? Хотя что я спрашиваю… Если бы на мне извивался такой мальчик, и я бы не удержался!"
— Спасибо за подарок, братишка!
— Главное, чтобы на пользу пошло, — Эйнри, улыбался брату, при этом крепко прижимая Вилайди к себе. — Приятно было с вами посидеть, но мне вставать с рассветом, а на эту ночь у меня еще есть несколько приятных дел..
— Да уж не сомневаюсь! Госпожа, позволите?.. — Сайни, встав на колени, протянул Айрин руку.
— Спасибо. Эйнри прав, было очень приятно побыть с вами.
— Заходите еще, госпожа! Лучше всего днем… — Еще один из друзей Сайни, тоже где-то в возрасте около тридцати, смотрел ей в глаза и улыбался. — Мы все будем рады доставить вам удовольствие, пока ваш личный раб занят делами госпожи Сабины!
Девушка рассмеялась, представив, что здесь устроит Эйнри, найдя ее развлекающейся с кем-то из этих мужчин. Еще раз поцеловав Сайни в щеку, она вышла из зала. Ее мальчики последовали за ней. Вслед Вилайди раздавались восторженные возгласы.
— Ты отлично играешь, Верхний!
— А ты очень сексуально танцуешь, малек! И теперь тебе придется за это ответить!
— Как только пожелаешь, я весь только твой, ты же знаешь, — Вилайди даже облизнул губы, предвкушая как ему придется отвечать за танец.
— Вы как хотите, мальчики, а я спать. Ковер полностью в вашем распоряжении. Сильно не шумите только.
— Госпожа?!
— Я правда очень хочу спать, Эйнри, просто очень хочу спать. Но я в восторге от того, как ты играешь. И теперь буду постоянно просить тебя сыграть мне. И танец Вилайди мне тоже очень понравился, — девушка устало улыбнулась своим мальчикам. — Нескучной вам ночи! Я уже сплю… Вот просто уже сплю…
А Вилайди еще какое-то время расплачивался за свое умение танцевать.
28 вайэба 326 года. Десять дней до вечеринки
Как раз в этот день Вилайди решил устроить своей госпоже тестирование. Настроение у людей, выяснивших, что из двух томов информации в их голове осталось меньше половины, обычно не очень веселое. И объявление Сабины, что через три дня к ним приедет "долгожданный" учитель из лагеря для госпожей, улучшению настроения не способствует.
Правда, девушка постаралась принять это известие достойно, с улыбкой на лице. Потому что ей нужно было добиться от тетушки одного очень важного отступления от правил. Эта уступка касалась любовника Сайни. Мысль о том, что завтра этот красивый молодой мужчина будет усыплен, портила ей настроение гораздо больше, чем заваленное тестирование и приезд учителя. Главное, она никак не могла понять, почему в тридцать?! Если уж исходить из полной ненужности для использования, то сорок пять было бы более правильным. Ну хорошо, черная дыра им навстречу, пусть в сорок! Почему в тридцать?! Интересно, насколько сильно тетушка любит своего сына, единственного ребенка, между прочим?
— Сабина, я слышала завтра будет Прощание с одним из наложников?
— Да, с Лейхио. Хороший мальчик. Он у нас с четырнадцати лет, сразу после выпуска из лагеря.
— Мне показалось, что Сайни к нему очень привязан…
— К Лейхио? О да! Они вместе с самого первого дня… Лейхио сначала было очень одиноко, и Сайни заботился о нем. Хотя и был совсем маленьким. Приедет из лагеря на выходные и сразу к нему бежит. Госпожа очень любила смотреть на них. Пока Сайни не достиг возраста использования.
— Возраст использования — тринадцать лет?
— Да, госпожа. Смотрю, вы потихоньку осваиваете наши законы… Это хорошо.
— Я бы хотела с вами посоветоваться. Мы ведь достаточно богаты? А гарем мы сократили, по сравнению с тетушкиным, чуть ли не в два раза. Может быть, имеет смысл сохранить пока старых наложников? Сдвинуть возраст прощания на пять лет? А за эти пять лет переучить их на помощников спецов, например. Да, дорогими и опытными специалистами им стать не получится, но как помощники они могут и справиться. Вот если они за это время не найдут себе другое дело, значит, безнадежны. А так, подумайте, Сабина, как экономно получается! До тридцати мы используем мужчину как наложника, потом отдаем его специалистам дома, и используем по второму кругу. Как вы считаете?
— Я считаю, что вы очень умная девушка, госпожа! Наверное стоит попробовать… У нас пятеро наложников в пограничном возрасте. Давайте попробуем. У меня где-то валялись тесты по профориентированию.
Как и ожидалось, Сабину предложение заинтересовало. Ну хоть что-то хорошее за день…
А вечером Эйнри предложил снять стресс конной прогулкой.
— Эйн, ты правда веришь в то, что от падения с лошади у меня улучшится настроение?!
— А вы правда верите, что я позволю вам упасть с лошади, госпожа?
Айрин ни разу не пожалела, что согласилась.
Лошадка ей выбрали смирную, спокойную. Вилайди угонял далеко вперед, возвращался, и снова исчезал в темноте. Эйнри держался рядом и разговорами старался отвлечь девушку от грустных мыслей. Под конец поездки Айрин даже рискнула позволить лошади перейти на среднюю рысь. Мальчики добились своего — настроение у их госпожи явно улучшилось.
Вечером, после душа, лежа в кровати, Эйн сначала очень долго возбуждал своего малька, доведя его до привычного уже состояния: "Я-не-мо-гу-уже-терпеть! Возьми меня как угодно, пожалуйста!". Потом повернулся к уже возбужденной от красивого зрелища девушке: "Вы уверены, что не хотите его использовать, госпожа?".
Услышав это, мальчик широко распахнул глаза: "За что, Верхний?!". Принял позу для раба, которого используют без фиксации — ноги сжаты вместе, руки согнуты в локтях и под спину. Голову откинул назад, открывая Эйну доступ к шее.
В голове снова зазвучал диалог между его хозяином и госпожой: "Эйнри, вот если я сейчас захочу использовать его как Сайни, мне можно будет это сделать?" — "Да, госпожа. Один раз…" — "А потом?" — "А потом я перережу ему горло." — "Ты такой ревнивый, прямо ужас!"
Что он сделал не так? Сегодня? Сейчас? Он наконец-то поверил, что может быть счастлив. Расслабился. Когда Верхний вывел ему лошадь… Он скакал, и ветер свистел в ушах, и… Все было как в Джордане, только лучше! Во много раз лучше, потому что впереди был спокойный вечер с Верхним и госпожой. И эти двое заботятся о нем… И вот сейчас все должно закончиться. Жаль… Так хочется понять за что… Хотя зачем? Может, просто он надоел, вот и все. В прошлый раз он надоел своей госпоже и его сдали в бордель. В этот раз — ему просто перережут горло. Страшно. Это наверное больно… И крови будет много. Госпожа расстроится, постель придется перестилать. А сейчас ночь уже и госпожа спать хочет…
— Верхний, — главное чтобы в голосе не было слез, главное чтобы в голосе не было слез! — давай я лучше лягу на ковер?
— Зачем? Тебе слишком мягко на кровати?
— Ну… Ведь будет же много крови. Белье испачкается…
— Малек! Ты что там себе придумал?! Малек! Прости, я забыл что ты вырос в еще худшем кошмаре, чем я… Ты правда решил, что я тебе сейчас перережу горло? После того как госпожа тебя использует? И единственное, о чем ты переживаешь, это чтобы мы твоей кровью постельное не уделали?! Малек… Я правда похож на монстра?
— Прости меня, Верхний! Пожалуйста, прости меня! — Испуганный Вилайди, всхлипывая, соскочил с кровати на пол и упал на колени, закрыв голову руками. — Я не хотел… Прости, что я тебя обидел!
Он обидел Верхнего!!! Теперь он его совершенно точно обидел. И тот не будет больше так с ним обращаться. Неблагодарных рабов наказывают, а не ласкают… Тем более так, как это делает Верхний. Хотя Эйнри и наказывает так, что…