- Папа отправился в Грэммодр и там пропал, - Эстэ хлопнула своими мокрыми ресницами и жалобно скривилась, опять собираясь плакать.
- Подожди, подожди, - замер орк. – С чего ты взяла, что он отправился в Грэммодр и пропал?
- Папу, - шмыгнула носом Эстэ и снова принялась выть.
Урхурт нервно потер подбородок, напряженно уставившись взглядом куда-то в одну точку.
- Так вы возьмете меня с собой? – дернула его Эстэль.
Лицо орка некрасиво сморщилось, выдавая степень его досады.
- Я бы с удовольствием, но не могу…
- Почему? – в широко распахнутых детских глазах вновь заблестели слезы.- Разве мне, как жене эа-торна, не полагается жить рядом со своим мужем?
- Видишь ли, малышка, - Урхурт вздохнул и извинительно пожал своими огромными плечами, - ты пока не совсем жена моего Нарварга…
- А это? Это как же?- Эстэ возмущенно подсунула под нос орку палец с надетым на него обручальным кольцом.
- Это - с отсрочкой на год, детка. Ваши ауры не скрепили лахусом, разве ты не заметила?
Эстэ потерянно опустила руку, вспоминая, что за всей свадебной эйфорией она действительно упустила из виду этот важный факт.
- Значит… значит, все не по-настоящему?
- По-настоящему будет через год, - сник Урхурт, услужливо протягивая вновь начавшей рыдать Эстэ стакан с водой.
- Посиди пока здесь, детка, - помахал перед её лицом пальцем он. – Мне тут обмозговать кое-что надо!
Схватив Нарварга за предплечье, Урхурт кивнул Ологу, чтобы тот присмотрел за девчонкой, и выволок сына в другую комнату.
- Нам её само провидение послало, - прошипел орк. – Я как чувствовал, что надо взять с собой Моруга!
- Ты что задумал? – зачем-то спросил Нарварг, хотя после упоминания имени шамана всё и так понял.
- Проведём наш обряд брачной связи! – разгоряченно сообщил Урхурт. – Здесь! Прямо сейчас! И заберём девочку с собой!
- Зачем? – прошипел Нарварг. – Ты спятил? Хочешь, чтобы Магрид спустил на нас всех своих псов?
Урхурт прижался лбом к его лбу и лихорадочно зашептал: - Магрид уже начал мне не доверять! Он послал в Грэммодр Нэсса, а я ничего об этом не знаю! Дюранд отправился искать источник Поветрия — и бесследно исчез, а теперь, если слухи, которые услышала девчонка, подтвердятся, то выходит, что Варгард тоже пропал! Ты представляешь себе масштаб? Два эрла! Два боевых генерала!
Урхурт, обменявшись с Магридом многозначительными взглядами.
Нэсс, но вместо этого лишь до отчетливого скрежета стиснул зубы, понимая, что бессилен что-либо изменить. Всевидящий, он связан по рукам и ногам давней клятвой, данной Магриду.Это было жуткое разочарование.
Бурлящее в груди раздражение неожиданно нашло выход, и жертвой обманутых надежд недоцелованной невесты стал сам виновник этого ужасного проступка. Грэммодр видит в лице Аххада верного союзника. И чтобы доказать вам, фэа-торн Урхурт, всю глубину моего расположения и уважения, я готов не только предоставить необходимую помощь, но и предлагаю укрепить наш союз родственными связями.
Перед мысленным взором до сих пор стояло её лицо с гладкой молочно-белой кожей и нежными, как лепестки роз, губами. Она и пахла, наверное, так же сладко, как роза. От этой мысли разгоряченная кровь быстрее побежала по венам, и находиться в зале, заполненном грубыми мужиками, Нарваргу вдруг совершенно перехотелось. Теперь он понимал отца, наплевавшего на законы, приличия, и то, чем могла грозить Грэммодру выходка фэа-торна Урхурта Игвальда, укравшего у дроу их жрицу.
Глава 27
Нарварг хорошо знал эту женскую уловку. Все они вначале ломались, подогревая мужской азарт и аппетит, а затем охотно сдавались на милость победителя. Эта игра Варгу нравилась. Стремительно подавшись вперед, он с глухим рыком вжал девушку в своё тело, пытаясь дотянуться до её губ. Почему-то сейчас будущий муж показался Ами еще ужасней, чем при первой встрече. И дело даже не в цвете его кожи. Он был огромным - таким огромным, что рядом с ним Ами чувствовала себя жалкой блохой, которую сейчас прихлопнут одним взмахом мощной ручищи. А еще глаза… Что-то пугающее таилось в их янтарной глубине, делающее мужчину похожим на зверя: опасного, хищного, безжалостного. И он позволял себе звать её просто по имени – так, словно уже имел на это право.
Сама мысль о том, что несколько часов кряду придется стоять среди разряженной толпы вельмож, изображая из себя довольную жизнью шейну, ввергала в уныние. Последнее время Ами слишком часто приходилось сдерживать слезы и бушующие, как море, эмоции. Такая борьба с собой изматывала и оставляла в душе невыносимую пустоту, которую совершенно нечем было заполнить. Собственное будущее виделось мрачным и пугающим, а самое страшное, что Ами не видела даже надежды на какой-либо благополучный исход.
- Амирэль! – чужой грубый голос, прозвучавший в пустоте коридора, напугал девушку едва ли не до икоты, а когда, обернувшись, она уткнулась взглядом в его обладателя, то тело мгновенно парализовал тошнотворный страх.
Затравлено оглядевшись по сторонам, Ами отступила к стене, с ужасом понимая, что вокруг нет ни души и звать кого-то на помощь глупо и бессмысленно. Да и что она скажет? Что боится оставаться наедине со своим женихом?
Эльфийский язык Амирэль знала в совершенстве, а вот по-орочьи не понимала ни слова. Сказанная мужчиной фраза почему-то показалась девушке угрозой, а больше всего её испугало то, как смотрел на неё орк: словно хотел сожрать вместе с платьем, туфельками и всеми украшениями.
Впрочем, Ами даже не догадывалась, как недалека она была от истины. Пожирающего её взглядом Нарварга посещали мысли очень далекие от целомудренных. Три месяца он только и думал о сероглазой красавице, обещанной ему в жены. Она снилась по ночам – с этими льющимися черным водопадом локонами, бледной полупрозрачной кожей и плавно-текучими, как река, изгибами тела. Нарваргу навязчиво хотелось дотронуться до измучившей его женщины, а еще больше попробовать на вкус её губы: пухлые, мягкие и, наверное, сладкие.
Рука, повинуясь зову плоти, потянулась к нежному женскому лицу и кончики пальцев начало покалывать в миг соприкосновения. Кожа орчанок была грубой, обветренной и шершавой, а у Амирэль - словно теплый шелк потрогал.
- Не надо, пожалуйста, - стыдливо опустив голову, пролепетала она.
- Отпустите, умоляю, - Амирэль резко повернула голову, и вместо губ Нарварг поцеловал её шею.
Дýхи предков, как же хорошо она пахла! И правда как цветок: тонкий, изысканный, дурманящий. В голове помутилось, и вся выдержка парня полетела куда-то к Эрэбу в Сардарр. Какое-то неподдающееся контролю желание толкало навстречу ускользающим от него губам. Хотелось смять их голодным поцелуем, подчинить, почувствовать, как становятся мягкими и податливыми под яростным напором…
- Руки от нее убрал, скотина!
Спину Нарварга обожгло, как от удара плетью, и, выпустив из своих объятий Амирэль, он медленно развернулся, недоуменно уставившись на замершую в полушаге от него незнакомку. Однозначно это была женщина: плотно облегающий её фигуру светлый костюм сомнений в этом не оставлял. У незнакомки были очень тонкие аристократичные черты лица, и даже короткие, как у мужчины, волосы её не портили. На первый взгляд, женщина вызывала только положительные эмоции. Напрягало что-то другое: неприлично дорогой скайрим, зажатый в руке таинственной блондинки, и то, как легко и правильно лежала отполированная рукоять смертоносного клинка в тонкой женской ладони. А еще стойка у хрупкой незнакомки была подозрительно профессиональной - будто перед Нарваргом стояла не девушка, а искусный мечник. Скользнув взглядом по её напряженным, словно впаянным в пол ногам, Варг непроизвольно сглотнул. Женские ножки обычно прятались под платьями, а у этой ткань невероятно узких брюк обтягивала их как вторая кожа, обрисовывая каждую упругую мышцу. Раннагарр! Это были самые красивые женские ноги, которые Варг когда-либо видел!