— Завтра я стану твоей женой. Когда я должна подписать брачный контракт?
— Он еще не готов. Когда будут улажены все формальности, тогда и подпишешь. Я, признаться, не ожидал, что ты согласишься. Ты была не более чем пропащим случаем, со своим детским нежеланием идти под венец, совершенно не желая укрепить свой семейный бизнес, — методично и холодно говорил он, даже не глядя на Еву.
— Не пытайся выставить себя святым, — фыркнула она, сжав руки в кулаки.
— Даже в мыслях не было. Я уже размышлял над другой партией.
— И что же заставило тебя изменить решение, не захомутав себе другую барышню с миллионом в кармане? — презрительно скривилась девушка, ловя себя на мысли, что ей не хотелось с ним ссориться накануне свадьбы.
— Ты попала в аварию, — увидев её удивление, Альфред объяснил, — мне позвонили врачи, так как они решили, что я твой муж. И пришлось лететь, узнавать что именно с тобой произошло. Собственно, в больнице уже была твоя подруга Келли Рамонес, и я был бы не против видеть её в качестве супруги, но там свой цепной ротвейлер, насколько я понял. Но это так… с чего медперсонал взял, что мы женаты, Ева?
— Пришлось тебя подписать в телефонной книге как «Почти муж Альфред», — нехотя ответила она, — у меня несколько Альфредов в контактах. Надо как-то отличать.
Её задели его слова про Келли, но Ева не подала виду. Скорее всего, он просто проверял реакцию своей будущей супруги. Но так как он ничего не сказал ей в ответ, девушка поднялась с кресла и, сдержанно пожелав ему спокойной ночи, ушла в свою комнату отдыхать. Завтра у неё тяжелый день.
***
— Скажи, почему ты выбираешь мне целое платье, а я тебе всего лишь галстук?
— Хочешь, могу купить платье кусочками.
В тот же день после встречи с Евой, Келли уже отчаялась найти платье к подруге на праздник. И только поэтому она пошла на столь авантюрный шаг — они с Кевином выберут наряды друг другу, по отдельности. И сейчас Келли находилась с ним на разных концах города, в разных бутиках известных дизайнеров, исследуя их на предмет нужных вещей.
— Я серьезно, — взмолилась она, выбирая между двумя галстуками.
— Я тоже, — вздохнул в трубку он, присматриваясь к одному из платьев. — Если ты забыла, то напоминаю, костюм у меня уже есть на торжество, и вопрос был только в галстуке, а у тебя наряд отсутствует почти полностью.
— У меня есть туфли и украшения.
— Я же и говорю, почти. Так, мне некогда, извини. Кажется, я вижу именно то платье, что надо.
— Ты с размером не ошибись, с объемом, с длиной тоже, укорачивать платье мне времени как-то нет, — всполошилась Келли, пытаясь угадать, какой именно наряд он нашел.
— Сказала бы раньше, полночи бы измерял тебя рулеткой, — с сарказмом в голосе произнес Кевин. — Все, до связи.
И только под вечер они встретились у неё на квартире для обмена покупками. Келли в энтузиазмом голодной рыси выхватила из его рук коробку внушительных размеров, фактически с неё ростом, и убежала переодеваться, оставляя Кевина в одиночестве оценивать галстук, который весьма подходил к его костюму. Но не прошло и десяти секунд, как девушка выбежала вновь в зал, и её скорости позавидовал бы любой спортивный автомобиль, а затем набросилась на Кевина, крепко обнимая того за шею. Мужчина не выдержал и немного закашлялся, так как не ожидал, что она обхватит его словно клещами.
— За…задушишь, ненормальная, — он отнял её руки от своей шеи и увидел перед собой переполненное самых светлых эмоций лицо Келли. — Что?..
— Платье, — выдохнула девушка, — оно великолепно…
— Я рад, что тебе понравилось, — улыбнулся он, — иди, примерь его.
Кивнув, она умчалась переодеваться, и Кевин пока сел на диван, ожидая её. Мог ли он предположить год назад, что будет пребывать в не совсем понятных, но близких отношениях с девушкой, которая искала у него работу? Девушкой, у которой прошлое семьи было весьма тесно связанно с его, у которой характер менялся от одного дуновения ветра? В конце концов, с Рамонес, той самой Рамонес, которая выводила его из себя одним лишь присутствием и постоянно влипала в неприятности. Мог ли он предположить? Отнюдь. Даже сейчас Кевин не всегда признавался себе в том, что солнце топит даже огромнейшие айсберги, не говоря уже ни о чем другом. Только вот он не айсберг, а скорее булыжник, да и солнце, мягко говоря, странное… Кевин был уверен на все сто, что еще никто в своей жизни не видел солнца, которое начинает утро с чашечки кофе с виски.
Келли медленно вышла из спальни в зал, придерживая юбку платья. В её глазах плескался неподдельный восторг, как у ребенка, вперемешку с застывшим вопросом «Как мне? Идет?» От беготни и возни с платьем волосы девушки лежали не совсем опрятно, на щеках проступил румянец. Кевин взглянул на неё и не сдержал улыбки. Да, Келли была права. Она прекрасна.
***
Даже если бы Кевин до этого не был бы на свадьбах вообще, он бы все равно не посчитал эту совершенно нормальной. Торжество больше походило на бал, чем на свадьбу. В обилии дам в вычурных платьях, наряд Келли уже не казался ему таким необычным, но девушка умела преподнести себя по-королевски и затмить всех остальных. Было сложно оторвать от неё глаза, и только в огромном зале особняка Кевин оценил по достоинству образ Келли, над которым потрудились визажисты и парикмахеры. Казалось бы весьма простой макияж, но мастер сделал её глаза выразительнее и ярче, что впору флиртовать напролет — отбоя от поклонников не было бы. Помада в тон к платью, а из пышных волос Келли соорудили высокую прическу с элементами легкого беспорядка в виде выпущенных прядей, которые мягко обрамляли её лицо. Платье девушки напоминало распустившийся цветок огненно-красного цвета с россыпью росы. На вид казавшаяся тяжелая юбка была легкой и весьма подвижной, но Келли все равно придерживала её при каждом шаге, словно какая-то знатная дама прошлой эпохи. Кевин шел с ней под руку в классическом черном смокинге, так как в последний момент стало ясно, что его наряд не совсем подходит к платью девушки, и мужчина буквально чувствовал, как с легкой долей зависти на неё поглядывают девушки, и восторженно мужчины.
— Я оставлю тебя на минуту, — произнесла Келли, когда они вышли в центр зала, на всеобщее обозрение. — Надо поговорить с Евой, пока она еще не появилась на официальной церемонии.
— Иди, я поищу в этой толпе Майлза, чтобы не так скучно было.
Улыбнувшись, она направилась к лестнице ведущей на верх, провожаемая любопытными и заинтересованными взглядами. Келли без труда отыскала дверь, которую ей описала Ева и, толкнув её вперед, девушка оказалась в огромной и светлой комнате. А в центре стояла невеста в длинном белоснежном платье, и Келли на мгновение показалось, что ничего более прекрасного она еще не видела.
— Ева, ты, — восторженно произнесла Келли, не в состоянии подобрать такого комплимента, которого бы хватило для описания этого зрелища, — вау…
— Удивительное явление: Келли Рамонес не хватает академического лексикона для коротенькой фразы, — засмеялась она, с не меньшим восторгом глядя на подругу. — Ты тоже выше всяких похвал.
— Но ты здесь невеста, — не согласилась Келли, с интересом разглядывая бриллиантовую россыпь в области декольте Евы.
— Ну, если бы твое платье было белым, а не красным, я могла поспорить!
Наряд невесты, вернее его юбка, был такой же пышной как и у Келли, поэтому девушкам пришлось немного подобрать подолы одеяний, чтобы стать рядом, взявшись за руки. Лицо Рамонес посерьезнело, и глядя в глаза Еве, она спросила:
— Почему перед церемонией ты хотела видеть именно меня? А как же родители?
— С ними я уже говорила, — отмахнулась Герц, — но ты… Совершенно идиотские вопросы задаешь! Каким путем это передалось? Кхм, — вернула себе серьезный облик Ева, — почему с тобой? Ну, а кто моя лучшая подруга? Кто мне как сестра, которой у меня никогда не было?
Келли не могла удержаться и поддалась вперед, приобняв Еву настолько, насколько позволяли их платья.