- Попробуй выковать к утру пару простых клинков. Сделаешь - щедро награжу.
- Ух ты,- не сдержал восхищения кузнец,- перестроенная сталь древних, я о такой только слыхал, но в руках не держал. Попробую ваше величество, но обещать ничего не буду. Товар этот штучный, некоторые годами над таким железом колдуют, а подступиться не могут.
- Ладно, иди любезный, работай и не торопись, тебя никто не гонит.
- Как это не гонит, а щедрая награда?...
Ради любопытства я заглянул в ящики своего стола и на стеллажи, там было пусто, потом прошел в комнату отдыха и на полке, где когда то лежали стопкой мои письма Марии написанные в походе, нашел свиток пергамента. Он был на самом видном месте и сразу же бросался в глаза. Я узнал подчерк Марии и хотя чернила уже выцвели, тест читался хорошо.
... Любимый, я верю что ты не погиб в этой страшной сече, верю и надеюсь и наша любовь согревает меня. До самого последнего дня своей жизни, до последнего удара своего сердца я буду ждать тебя и любить...- из глаз потекли слезы, с огромным трудом мне удалось дочитать до конца. Это было завещание моей Марии для меня. Долгих триста лет оно ждало своего часа, что бы попасть в руки тому, кому предназначалось. Рядом с пергаментом лежал небольшой сверток, я уже знал что это такое,- это было кольцо с вензелем Тюдора и Марии,- знак нашей вечной любви. Не знаю почему, но одевать я его сразу не стал, а вернулся за стол и внимательно рассмотрел при ярком свете свечей. На обратной стороне ободка читалась надпись из мелких букв "Мы живы, пока нас помнят"...
Мария написала свое завещание уже на закате своих дней, в нем не было сюсюканья, слез и упреков, только гордость за своего мужа и его поступок, а в самом конце была непонятная мне фраза,- "Вамп просил у меня прощения и я простила его." Получалось, что моя жена знала, что мы больше уже никогда не увидимся, но по прежнему продолжала надеяться и верить.
От ужина я отказался, мне даже хотелось на ночь глядя немедленно выехать в Радужный замок и я решил пораньше лечь спать, что бы утром выехать с первыми лучами солнца. Ждать принцессу и её людей я не собирался, о чем и предупредил Этьена.
С рассветом лошади были осёдланы и мы без промедления двинулись по знакомой мне дороге в путь. Тропа особо не изменилась, кое где петляла и обходила появившиеся новые овраги, ручьи и ручейки. Вскоре мы нагнали отряд принцессы, - эта хитрая девица ещё затемно выехала из своего дворца, боясь пропустить мой отъезд, а когда мы минули его, пристроились за нами. Скакали мы без отдыха, только меняя лошадей до самого вечера. На том месте, где раньше была облюбованная мною для отдыха поляна, рос лес, а вот речушка по прежнему журчала почти что в том же самом месте. Расседлав коней и вручив их Этьену, я приступил к приготовлению обеда и ужина одновременно.
Наверное со стороны было странным наблюдать, как я вырыл небольшую ямку, сложил туда сухой хворост и развел костер. Сухие дрова быстро и бездымно прогорели, оставив яркие и жаркие угли, на которые я и поставил котелок с водой и начал колдовать над своей похлебкой. Вскоре её вкусный запах привел принцессу к нашему костру и мне ничего не оставалось, как пригласить её разделить нашу трапезу.
- А у нас только всё в сухомятку,- пожаловалась она мне,- мясо, сыр, хлеб, только травяного отвара в волю, благо речушка рядом. Милорд, где это вы так научились быстро и сноровисто готовить, а главное в нескольких метрах от вас, уже ничего не видно, ни костра, ни людей, ни лошадей. Если б не запах, мы бы и не нашли вас.
- У милорда богатый опыт походов,- ответил за меня Этьен,- и в совсем негостеприимных землях, а там приходилось всегда держаться настороже, если желаешь по утру проснуться живым и невредимым. Это мы на своей земле, поэтому вы и почувствовали запах варева, а так и его бы не заметили, даже если б прошли в паре шагов от нас.
На принцессе был полностью мужской наряд, в котором она выглядела этаким симпатичным юнцом, если б только не пышные и чуть кудрявые волосы, что выдавали в ней девушку. Я не удержался и спросил: - Теперь так принято путешествовать, в мужском наряде?
- А это не мужской костюм,- почему то обиделась Мария-Изабелла,- видите выточки на груди, и талия заужена, а брюки без этих уродливых карманов. Простите милорд, а у вас что, было по другому?
- У нас было специальное дамское седло, на котором всадница сидела не перекидывая ногу через круп лошади. Конечно количество пышных юбок и подъюбников уменьшалось и значительно, но всё равно путешествие проходило в дамском платье. Хотя наши девушки и женщины предпочитали путешествовать на дальние расстояния в каретах со всеми удобствами.
- Мне тоже приятнее путешествовать в карете. У меня есть даже такая, в которой предусмотрена кровать и в дороге можно хорошенько выспаться,- похвасталась она. - Но здесь она бы не прошла.
- А вот его величество, когда возвращался из Диких земель, провел по этой дороге и обоз и три кареты с женами своих соратников. Правда дорога растянулась на целых три дня, так как женщинам нужен был отдых...
В разговорах время пролетело незаметно, вот уже и первые звезды высыпали на небо, пора было укладываться спать. Без обиняков принцесса попросила разрешения остаться для ночлега у нашего костра, после чего появившиеся из темноты её охранники принесли одеяло и теплую накидку, подбитую мехом.
- Этьен, дежуришь до трех часов после полуночи, потом поднимешь меня. С рассветом начинаем движение. - А зачем графу дежурить? Ведь есть моя охрана...
Даже Этьен саркастически хмыкнул,- Выше высочество, один варвар из Диких земель способен вырезать всю вашу охрану без единого хруста веточки и какого-либо шума. Так что мы уж лучше подежурим, пока не убедимся, что по этим землям путешествовать безопасно.
- Ну и пожалуйста,- принцесса по всей видимости надула губы и демонстративно завернулась в свою накидку. Я ещё некоторое время слышал шепот Этьена и Элионоры, а потом заснул.
Разбудило меня осторожное прикосновение и тихий шепот Этьена: - У нас гости, человек шесть, пешие. Стоят метрах в пятнадцати от нас и чего то ждут.
Я тут же активировал костюм и приготовил проникатель и клинок. Встав во весь рост и отойдя чуть в сторону я громко произнес: - Я вас вижу, кто такие и почему прячетесь в темноте?
- Мы не прячемся, мы ждем рассвета, что бы проводить знатных гостей в Радужный замок. Я сотник охраны и со мной моя сотня. С тобой пять человек, остальные далеко. А что на моих землях стало небезопасно ездить?
- Милорд, вы Тюдор? - Да, я Тюдор Конде, король Хрустального королевства, владыка королевства Рокан и султан Нимора.
Послышалось всхлипывание, разом вспыхнули несколько факелов и я в их неровном свете увидел ползущих в мою сторону на коленях варваров. Самых настоящих, родных до боли.
- Брат, великий брат вернулся! - сотник подполз и обхватил мои ноги. Я поднял его и крепко обнял,- Дорогие мои, как же я рад вас видеть. Из какого вы войска,- Тахира, Рондо или Джамала? В сердце вспыхнула безумная надежда, но она быстро угасла.
- Брат, мы потомственные охранники этих земель из отряда князя Рондо, сейчас находимся на службе у князя Венвина, хранителя Радужного замка. Вечером прилетел почтовый голубь, в письме сообщалось, что король Тюдор вернулся и намерен посетить могилы своих родителей и жены- Марии Великой. Мы сразу же выступили, что бы встретить и проводить к замку ещё более короткой новой дорогой, а не королевской тропой.
Артык, немедленно в замок, подтверди радостную весть,- великий брат действительно вернулся, пусть готовят праздничный стол и тризну для предков.
Какой уж тут сон, вновь загорелся неярким огоньком костер, принцесса уже сидела закутавшись в свою накидку и немного испугано смотрела по сторонам, а в неровном свете уже десятка факелов можно было различить множество варваров, которые стояли на коленях.