Другой вопрос — вопрос о второгодничестве. Это вопрос довольно сложный. Вопрос тут не только в непосещаемости и пр. Тут много зависит от учителя. Учителю легче, интереснее заниматься с активом группы, и многие малоопытные учителя не знают, как подойти к отстающим. Они нажимают на них, выговаривают им, а помочь по-настоящему не умеют. Пионеры должны обращать особое внимание на отстающих ребят и приходить им на помощь. Один из соучеников т. Ленина рассказывал о его школьных трудах много интересного. Между прочим он рассказывал, как много мальчиком помогал Ильич товарищам в учебе: в решении задач, в объяснении непонятного, писал некоторым сочинения.
В прежнее время у ребят была своя школьная мораль. Более успевающий считал себя обязанным подсказывать, давать списывать решения задач, писать для товарищей сочинения, не лезть вперед со своими знаниями, поменьше выделяться из общей массы. В этой школьной морали хорошее было сплетено с дурным. Хорошее — было чувство товарищества, плохое — обман учителя. Система отметок, отсутствие близости между учителем и учениками были причиной, почему товарищество выливалось в такие отрицательные формы. Теперь оно может и должно развертываться совершенно по-иному. Помощь отстающим должна быть одним из звеньев воспитания из себя коллективиста. Пионеры должны быть культармейцами внутри школы, бороться за поднятие учебы на более высокую ступень. «Добьемся, чтобы не было у нас отстающих ребят!» — должно быть лозунгом детворы. Необходима также борьба ребят за школьный режим. Надо, чтобы школа многое перенимала из жизни передовых заводов. Надо, например, чтобы ребята на школьное имущество смотрели приблизительно так, как смотрят теперь рабочие-ударники на имущество заводов: проявляли заботу о школьном имуществе, берегли его, заботились бы об его умножении — берегли бы книги, карты, учебные пособия, добывали бы новые книги, учебные пособия, сами создавали эти последние, организовали бы правильное использование того, что есть, были бы ударниками в этом отношении. Это одна сторона. К этому примыкает борьба за правильное использование школьных мастерских, школьных участков. Второе — это борьба за напряженную работу всего класса, всей школы. Необходимо, чтобы вся учеба шла по плану, чтобы общий план распадался на звеньевые планы, чтобы каждый учащийся школьного звена имел свой план. Раньше учитель говорил, ученики слушали. Теперь ученики работают. Школа меняет свой облик, она все более и более идет по пути трудовой школы, школы политехнической. И необходимо, чтобы школа все больше и больше пропитывалась духом завода, духом коллективности, духом планомерной, целесообразной, рациональной организации труда.
За рациональный режим — таков должен быть лозунг момента. И пионеры должны идти во главе этой борьбы. Вовремя подготовленный и розданный материал — не тогда начинать раздавать тетрадки, когда надо уже заниматься, — работа по тщательно продуманному плану, правильное распределение сил, распределение обязанностей, постоянный учет и самопроверка, воспитание сознательной дисциплины — все это должно быть созвучно с заводской жизнью, накладывать на всю нашу школу определенный, совершенно новый отпечаток. Иногда мы видим со стороны пионерорганизаций немножко презрительное отношение к школе: «Что это — школа… То ли дело завод!» Это понятно. Завод на первых порах кажется таким интересным. Но надо и школу делать другой, такой же интересной, как завод. И за это нужно бороться.
Когда-то, еще в 1897 г., Владимир Ильич писал о том, что при социализме все должны будут работать, и соединение обучения с производительным трудом должно готовить поголовно все подрастающее поколение к умению работать по-новому.
Сейчас, когда растет в массах сознательное, социалистическое отношение к труду, когда встал остро вопрос о подготовке рабочей силы, создается возможность осуществления политехнической школы. Борьба за политехнизм — сейчас ударная задача, и в ней пионерорганизации уже принимают большое участие.
Наряду с борьбой за школу пионерорганизациям необходимо бороться за новый быт, за дошкольное воспитание, за детские столовки, за детские общежития-коммуны. Комсомол, партия должны приходить им на помощь в этом отношении.
Нужна борьба за подростка. Эта борьба имеет громадное значение, и тут пионерорганизация может сделать чрезвычайно много, развить целый ряд кружков содействия поднятию образовательного, политехнического уровня подростков. Только на фоне борьбы за новый быт подростков возможна ликвидация беспризорничества. Не в том дело, чтобы всех «беспризорных изловить, в детдома их посадить», а в том, чтобы вырвать почву из-под ног всякого беспризорничества. Законодательная охрана труда и личности ребенка должна опираться на пионерорганизацию.
И, наконец, важнейший фронт — интернациональное воспитание. Важно не только принимать резолюции в этом направлении, важно принимать активное участие в братском единении с другими национальностями. Сейчас в наших национальных областях, задавленных в прежнее время царизмом, громадная тяга к знанию, но не хватает культурных сил. Чтобы помочь этим национальностям, особенно бедняцким, середняцким слоям их, надо знать их язык и быт. Надо, чтобы русские ребята брались за изучение их языка и быта. Где-нибудь в Ульяновске необходимо, чтобы пионеры, комсомол изучали чувашский язык, мордовский и пр., чтобы они изучали быт, жизнь чувашей, мордвы и пр. Тут должно создаться целое движение.
На фронте всей этой борьбы будет расти общая коммунистическая сознательность ребят, и их участие в общих кампаниях будет принимать совершенно иной характер.
Недооценка роли пионердвижения вытекает из непонимания задач нашего строительства, непонимания роли в нем масс, непонимания сути ленинизма.
Наш реконструктивный период неизбежно связан с реконструкцией всего воспитания ребят в коммунистическом духе,
1930 г.
ШКОЛА ЖИЗНИ
ТЕХНИКА ПОБЕЖДАЕТ
Мы живем в такое время, когда быстро перестраивается наша промышленность, когда идет коллективизация и механизация сельского хозяйства, когда появились тракторы, появились комбайны, когда в промышленности и в сельском хозяйстве наблюдаются огромные сдвиги.
Сейчас идет вопрос о подготовке высших кадров, об инженерах, о техниках и т. д. Вместе с тем с каждым днем все острее становится проблема подготовки квалифицированных рабочих. Ведь строятся новые заводы с новым оборудованием по последнему слову техники и науки. Это новое оборудование требует совершенно нового рабочего.
Новое производство, механическая обработка земли тракторами требуют совершенно нового подхода.
Мне пришлось недавно говорить с одним рабочим, который на 5 месяцев ездил в один сибирский совхоз и проделал там большую работу. Его, как рабочего, привыкшего работать у станка, страшно поразило небрежное отношение к машинам. Работа идет как-то вразвалку. Крестьянство относится к этому как-то иначе, чем рабочий. Крестьяне, например, тракторы оставляют в снегу и даже и не подумают о том, чтобы их чем-нибудь прикрыть.
В газетах как-то я прочитала, что недавно был съезд врачей, который обсуждал вопрос травматизма, т. е. обсуждались несчастные случаи от тракторов и других сельскохозяйственных машин.
Большое число несчастных случаев объясняется также неумением обращаться с машиной. У нас нет культуры труда. Особенно это сильно сказывается в деревне.
Техника идет вперед гигантскими шагами. Рабочие, которые умеют только молотком стучать или вертеть какое-нибудь колесо, уже мало пригодны. Теперь нужны рабочие с более широким кругозором, с лучшей подготовкой.
ШКОЛА ДОЛЖНА БЫТЬ ПОЛИТЕХНИЧЕСКОЙ
О политехнической школе писали и говорили очень давно, еще до Октябрьской революции. Надо сказать, что вопросы политехнизма оставались в узком сравнительно кругу педагогов, хотя в программе партии очень определенно говорится о том, что школа должна быть политехнической. Практически у нас политехнической школы еще нет. Наша школа называется трудовой школой, но на практике у нас нет даже и трудовой школы. Конечно, в отдельных школах есть очень много интересных начинаний в области труда. Но если взять массовую школу в целом, то приходится сказать: с трудовым воспитанием, а с политехническим воспитанием в особенности, у нас обстоит плоховато.