Нахмурившись, Миллер стал массировать себе ладонью лоб.
— Вы должны знать, — сказал он. — Этот парень, тот, что изображает министра обороны, попросил меня сообщить моему правительству о том, что они видят себя властителями нашего мира и хотят вести с нами переговоры с позиции силы. Он так и просил передать. «Всем странам мира придется признать нашу верховную власть. Это, конечно, дело не одного дня, это займет некоторое время. Но в любом случае ваш привычный мир уже обречен. Мы его изменим до неузнаваемости». Так всё и было. И это не шутка. Они действительно готовятся поработить наш мир. Мы стоим перед величайшим вызовом в нашей истории.
— Вы сегодня виделись с мистером Патриком, я полагаю? — спросил резидент, тем самым переводя разговор на другую тему.
— Нет. Я прямо с переговоров с министром обороны. Как он там? Вы, вероятно, знаете, что с ним? Он в порядке? — спросил Миллер.
— Да. Он в полном порядке. Отдыхает с прекрасной девушкой. Вчера вечером посетил ресторан со своей подругой. У него всё прекрасно — резидент подвинулся ближе к Миллеру. — Если это вас как-нибудь утешит, я возражал против такого решения. Я сказал то же самое нашему куратору, что и вы мне. Опасность слишком велика. Мы не можем договариваться с этими ребятами, потому что они нам совершенно чужие существа. Это всё равно, что пытаться договариваться с голодным волком или с разъяренным носорогом. Это примерно одно и то же.
Глаза Миллера просветлели. Он спросил:
— Да. Я полностью с вами согласен. Ситуация слишком опасная для нас. Но почему позиция центра такая странная? Может быть, они не понимают всей сложности ситуации?
— Я не думаю, что они там ничего не понимают — отвечал резидент. — В Вашингтоне, после моих пояснений, не сильно надеются на то, что мы могли бы прийти к какому-то реальному соглашению с этими парнями. Тут иное дело. Они ставят нам задачу организовать переговоры для того, чтобы захватить и переправить на наши военные базы в Европе тех представителей полабской элиты, о которых нам известно, что они точно не совсем те, кем представляются. То есть в первую очередь нужно захватить пана Станислава, если удастся, то нужно взять и пана министра обороны. Займитесь сегодня с мистером Патриком проработкой данной операции. И завтра с утра встретимся и обсудим детали предстоящей операции. Может, это было бы не то, чего вы хотели, но, по крайней мере, мы при их захвате получили бы кое-какие сведения о древней цивилизации, и об её технологиях.
— Кое-какие сведения мы, конечно получим, если нам удастся захватить в плен, кого-то из представителей чужой цивилизации — согласился мистер Миллер. — Только вот мало у нас шансов их схватить. Они ведь могут менять тела. Ты не знал об этом? Могут. Причем легко. Как их можно будет схватить, если они просто бросят эти тела и создадут себе другие физические тела, ничем не хуже. И мы тогда останемся ни с чем. А враг наш получит сигнал о том, что мы вступили с ним в войну.
— Если вы считаете нужным, то сами все свои мысли выскажите нашему куратору — ответил резидент. — Завтра устроим сеанс связи с Вашингтоном. Ошибиться нам нельзя. Нужно всё правильно рассчитать.
— Вы правы. Мне нужно прямо переговорить с нашим куратором и рассказать ему, все, что я здесь узнал. Это нам может сильно помочь — согласился мистер Миллер.
— Согласен. Тогда, до завтра. А сейчас у меня много дел. Я хотел бы переговорить с некоторыми участниками совещания — пояснил резидент.
— До встречи — мистер Миллер крепко пожал руку пана директора клуба и направился к выходу из холла.
Через три минуты после того, как премьер-министр вернулся в свою резиденцию, Фаск вызвал к себе помощника и сказал ему:
— Жан. Мне нужно срочно собрать всю возможную информацию о пане Станиславе, этот человек является помощником министра обороны страны. Я повторяю — мне нужна любая, пусть даже самая странная и невероятная информация об этом человеке. Слухи, сплетни, наговоры и прочее. Есть информация о том, что он несколько раз погибал. Да, да. Именно так. Проверьте эту информацию по своим каналам. Может, что и выплывет интересное.
Здесь пан Фаск на некоторое время задумался, а потом продолжил свою речь:
— Короче. Поднимай всех, сейчас не время спать. Поставьте это дело на особый правительственный контроль. Полученную информацию по этому делу оперативно сообщайте мне лично. Помните. Мне нужно абсолютно всё знать об этом человеке. Так что копайте основательно. Ничем не гнушайтесь. И еще. Во время данной работы старайтесь соблюдать максимальный режим секретности. Ну это понятно. Но это не всё. Приказываю. Найти этого пана Станислава и взять его под жесточайший наш контроль. Завтра мне сообщать об одном событии. Как только это известие поступит ко мне, я передам вам сигнал и этот пан Станислав должен быть сразу же захвачен нами и отправлен сюда в резиденцию. Я ясно изложил свои мысли?
— Да, пан премьер-министр. Мне всё понятно — ответил Жан.
— Это хорошо. Но это далеко не всё, что я хотел вам поручить сейчас. Вот возьмите список людей, которые должны быть завтра нами приглашены на совещание. В списке практически вся наша элита во главе с президентом страны. Пригласи их всех в мою загородную резиденцию. Если президент откажется ехать туда, то соглашайся на любое иное место для встречи. Главное все приглашенные должны быть в одном месте завтра во второй половине дня. Вы меня поняли? Объясните, что перед выездом общим в Палачевск мы должны обязательно провести совещание. Это особая тема. Убедите, любым способом.
— Да. Я все прекрасно понял — ответил пан Жан.
— Хорошо. Тогда нечего терять золотое время, сразу же приступайте к исполнению моих указаний — сказал хмуро пан Фаск.
Пан Анджей последним сел в машину, и она медленно стала набирать скорость. За рулем свое место сразу же заняла пани Анна. Как только машина покинула площадь и направилась к мосту через реку, мистер Патрик спросил мистера Смита:
— Вы говорили сегодня за столом, что у вас есть номер телефона мистера Миллера. Это действительно так?
Мистер Смит пожал плечами.
— Я, честно говоря, сказал нечто такое за столом. Номер у меня есть, но при этом я не уверен в том, что кто-то ответит нам, если мы по нему прозвоним — признался он.
— Но с чего вы это взяли? С чего вы взяли, что Миллер не возьмет трубку? — спросил Патрик.
— Я просто предполагаю. В данном случае у меня нет точной информации. Можем, конечно, попробовать позвонить — ответил мистер Смит. — Боюсь только, что это может быть опасным для нас и для нашей миссии.
Патрик приготовился встретить неизбежную просьбу, которая должна была последовать.
— Я также считаю, что это может быть опасно. Но позвонить мне обязательно надо — сказал он.
Мистер Смит кивнул и сказал:
— Есть и другие причины. У нас просто нет времени на ваш звонок. Я надеялся, что мы к утру уже завершим наш поход и пустимся в обратный путь.