- Привет.
Наши тела переплетены. Я не замечал этого до данного момента. Это кажется таким естественным: я именно там, где должен быть. Касаюсь ее щеки, зарываю пальцы в мягкие волосы и притягиваю девушку ближе. Я целую ее нежно, и она открывает губы, слегка вздыхая. Было бы так просто перекатиться на нее, раздвинуть ее ножки и проскользнуть в середину.
Если бы у меня был презерватив.
- Я буду выглядеть как кобель, если оставлю тебя здесь и пойду за презервативами?- спрашиваю я, почти касаясь ее губ своими.
Я чувствую ее улыбку.
- Ну, сегодня воскресенье, так что...
- Не надо, - рычу я, прикусывая ее губу. - Черт, не говори, что он закрыт в воскресенье.
Она вздыхает и целует меня в ответ.
- То, что я этого не скажу, нисколько не облегчит ситуацию.
- Ебаный. Ад. - Я немного наклоняюсь вперед. Либби улыбается мне, ее золотистые каштановые волосы падают на глаза. Я убираю пряди ей за ухо. - К черту, я поеду на континент.
- Буду ждать прямо здесь.
Но я не ухожу. Вместо этого еще несколько раз целую девушку, проводя руками по изгибам мягкого и теплого тела. Оно мое.
- На что это похоже? - бормочет она между поцелуями.
- Быть с тобой? - я трусь щекой об ее шею. - Чертовски идеально.
Ее грудь вибрирует от смеха.
- Нет. Быть на сцене. Выступать перед всеми этими людьми.
Опуская руку на голову, я смотрю на нее. Множество людей задавало мне этот вопрос. Я никогда не вдавался в ответ. Но с этой девушкой волнение языками касается моего позвоночника. Потому что я вижу Либби там, под яркими огнями, пока ее голос завладевает воздухом. Это было бы прекрасно.
- Зверь не похож ни на что на Земле.
- Зверь?
- Так я называю толпу, - провожу пальцами вдоль ее руки. - Это нечто живое, Либби. Больше, чем просто люди. Нечто целостное. Ты можешь ощутить это в воздухе вокруг себя. Это словно... - я прикусываю губу, пытаясь передать эмоции словами. - Что ты чувствуешь, когда поешь?
Либби моргает от удивления, а ее щеки заливаются розовым румянцем, пока размышляет.
- Не знаю... Иногда это единственный способ выразить душевную боль. А иногда я словно лечу.
- Именно, - говорю я, гладя ее бок. - Теперь представь себе это в несколько сотен раз сильнее. Словно летишь на сверхзвуковой скорости. И вся эта энергетика буквально освещает тебя, пока ты не становишься жарче самого солнца.
- Должно быть, это невероятно, - она смотрит в потолок, представляя это.
- И вызывает зависимость, - я наклоняюсь и целую ее в кончик носа. - Почти также хорошо, как секс с тобой.
Ее губы кривятся.
- У нас еще не было секса.
- Не напоминай, - я отыскиваю чувствительное место у нее на шее, отчего девушка дрожит. - Дурачиться с тобой лучше всего того, что я пробовал до этого.
Это правда. Это шокирует, и всё еще дарит мне странное облегчение, словно я вечность бродил по миру и, наконец, нашел свой дом.
Либби накрывает ладошкой мой затылок, удерживая рядом. Ее пальцы лениво зарываются в мои волосы. Я закрываю глаза от удовольствия, и ее голос кажется таким нежным.
- Я привыкла...
- Привыкла к чему? - спрашиваю я. Ее прекрасный румянец становится насыщеннее, переходя на шею. Я провожу пальцами поверх розовой кожи. - Либс.
Она быстро вдыхает и тараторит.
- Я привыкла мечтать о том, на что похоже выступление на концерте.
Я поднимаюсь на одном локте. Она пытается избежать моего взгляда, но я касаюсь ее щеки.
- У тебя есть талант. Почему ты не попыталась?
Почему она здесь прячется? Это место медленно душит ее. Либби должна об этом знать.
Девушка пожимает плечами, ее внимание сосредотачивается на моем тату.
- Я домоседка. Черт, даже поездка в колледж была для меня настоящим приключением. А мои родители... - она снова пожимает плечами и поворачивает голову в сторону, прижимаясь щекой к подушке. - Ну, то, что они рассказывали о жизни артистов, не было так уж привлекательно.
- Они предупреждали тебя держаться от этого подальше?
Это я могу понять. В моей жизни куча дерьма. И всё же я расстраиваюсь. Они же знали, что у дочери талант, что ей любопытно то, к чему это может привести. И они всё равно решили затоптать талант до того, как Либби даже сможет попытаться.
Либс грустно вздыхает и смотрит на меня из-под ресниц.
- Они бы пришли в бешенство, узнав, что я встречаюсь с тобой.
- А ты встречаешься со мной? - спрашиваю я осторожно. Если мне придется бороться с призраками, я хочу знать об этом сейчас.
Тепло распространяется по моей груди, когда она протягивает руку и проводит кончиками пальцев по линии бровей.
- Я же в этой кровати?
- Блядь, да, ты здесь, - я целую ее в губы, потому что должен снова почувствовать ее вкус.
Она издает звук удовольствия.
- Я разрываюсь между желанием потребовать от тебя отправиться за презервативами и тем, чтобы ухватиться за тебя и никуда не отпускать.
Мои руки скользят к ее упругой заднице.
- Если бы мои посиневшие яйца так не болели, я бы остался здесь навсегда.
- А они тебя так донимают?
Я усмехаюсь напротив ее шеи.
- Таки да. Прямо сейчас они говорят: "Если мы не познакомимся с красивенькой киской Либби, то устроим забастовку, и твой член будет на нашей стороне".
Она смеется.
- Звучит не очень.
- Это блеф. Они уступят буквально через секунду. Кроме того... - я поднимаю голову и усмехаюсь. - Мой член решил до конца своих дней занимать твою сторону.
- Дурачок.
- Только из-за тебя.
Наш мир разрушается внезапным хлопком о входную дверь дома, за которым следует знакомый женский крик.
- Киллиан Джеймс, тащи свою дряную задницу сюда, а не то я натравлю на тебя папочку!
Я замираю, ужас распространяется покалыванием по моей коже, когда смотрю на Либби.
Она замирает рядом со мной, округляя глаза до размера блюдец.
А затем прищуривает их.
- Предполагаю, ты знаешь того, кто попытался выломать мою дверь?
Я слабо улыбаюсь ей.
- Ага. Это Бренна Джеймс. Моя кузина и знатная заноза в заднице.
И, к слову, эта заноза в заднице всё еще стучит в дверь и орет мое имя. Если бы это не расстроило мою тетю Анну, я бы убил эту маленькую засранку.
Либби смотрит на двери, а затем снова на меня.
- Ты поимел свою кузину в зад?
- Ха, - я бросаю на нее взгляд и нехотя встаю с кровати. - Ну ты и бунтарка, - хватая с пола шорты, натягиваю и застегиваю их. - Я впущу ее до того, как кто-то реально вызовет копов. Такое случалось раньше.
Когда в ответ мне следует лишь молчание, я поворачиваюсь и обнаруживаю, что Либби хмурится. Моя спина застывает.
- Ты же не серьезно спрашивала об этом, - я делаю шаг назад, по направлению к Либс. - Потому что я желаю лишь вернуться в эту кровать и показать тебе в мельчайших подробностях, что ты единственная интересующая меня в жизни женщина.
- Киллииииаан!
Клянусь, визг Бренны может воскресить и мертвого.
- Думаю, нам нужно ее впустить, - говорит Либби с каменным выражением лица.
Она не двигается с места. Менее пяти минут назад я лежал с ней там, в тепле и уюте. Теперь же мне холодно. Я хочу вернуться обратно.
- Не волнуйся, - вера Либби в меня более важна. Она нужна мне.
Так что я собираюсь расстегнуть шорты, когда мой телефон начинает играть песню "Добро пожаловать в джунгли". Ебаный ад. Эта язва еще и звонит мне.
Либби прикусывает нижнюю губу, а затем начинает хохотать. Тихий переливающийся звук.
- Иди и открой дверь. Я должна с ней познакомиться.
Мои плечи опадают, и я улыбаюсь.
- Это твой конец, куколка.
- Киллиан Александр Джеймс! Мне только что жук в рот залетел, и это всё по твоей вине!
Либби фыркает.
- А кажется, что по твоей.
Качая головой, я направляюсь к двери, чтобы впустить этого монстра.