— Нет у меня времени на разговоры, пусти. — Ответила она, пытаясь вырвать руку из крепкой мозолистой ладони рыбака.
— Всю душу ты мне извела, я ни спать, ни есть не могу, все о тебе думаю.
— Нива, оставь. Это бесполезно. Мне не нужны отношения ни с тобой, ни с кем-то еще, просто оставь меня в покое и обрати внимание на Милку, она сговорчивей будет. — Мелисе, наконец, удалось, освободиться и, больше не сказав ни слова, она развернулась и пошла к воротам Флотзама.
— Ведьма. — Буркнул рыбак и пошел к озеру.
Благополучно миновав стражу, девушка зашагала по направлению к таверне. Как всегда в этом заведении сильно пахло прокисшим пивом и мочой. Быстро спустившись вниз, Мелиса прошла по цокольному этажу здания. Здесь стоял шум: кто-то играл в кости, при этом матерясь как сапожник, а кто-то мерился силой на кулаках. Те, кому сегодня не повезло, сидели за столиком в углу, заливая проигрыш пивом и прикладывая мокрые тряпки к лицу.
Как только Мелиса вошла на территорию борделя, одна из девиц, отлепившись от стенки, которую подпирала, схватив ее под руку, быстро повела в дальние комнаты, где жили и трудились жрицы любви. В углу комнаты, где стояла кровать в красных тонах, как и почти вся мебель в этом заведении, склонившись, стояла мадам Гарвена. Девушка быстро подошла, на ходу снимая сумку с плеча и откидывая капюшон. Зрелище, что ей открылось, было не для слабонервных. Лицом вниз на кровати лежала молодая девушка, она была абсолютно голая. Вся ее спина была исполосована страшными ранами, края которых уже начали чернеть. Гарвена подняла взгляд на ученицу травницы и затем тихо сказала:
— Он держал ее у себя три дня, а сегодня утром пришли солдаты и приволокли ее бесчувственное тело. Они кинули ее у порога как мусор. Сможешь что-нибудь сделать, Мелиса?
Местная маман первый раз заговорила об этом вслух, нет, имен она не называла, но ведь и ежу понятно про кого идет речь. Девушка сняла платок с лица и открыла сумку, достав оттуда пузырек с настойкой чистотела. Надо было обработать раны перед тем, как нанести мазь. Запах запекшейся крови проник в ноздри. От этого Мелису немного мутило, а еще она злилась, что ничего не может сделать для того, чтобы таких случаев больше не было. Закончив с обработкой ран, девушка отдала Гарвене три пузырька и рассказала, как и что делать. Женщина все записала и, благодарно кивнув, вручила ученице травницы мешочек с оренами.
— Скажите, госпожа Гарвена, а вы не знаете, где остановилась чародейка, что прибыла во Флотзам?
— Знаю милая, знаю, только зачем тебе с ней связываться?
— Мне очень нужно.
— Ну ладно, хорошая ты девочка, добрая, вежливая, пойдем, отведу я тебя и попрошу, чтоб приняла. — Сказала маман.
Гарвена отвела девушку наверх, где располагались дополнительные комнаты борделя. Постучав в дверь, она вошла, но о чем говорила с магичкой, Мелиса не услышала. Ждала она недолго, несколько минут спустя владелица борделя вышла, пригласив девушку войти. Комната, которую сняла чародейка, была обставлена достаточно бедно: ничего лишнего кроме странной штуковины с кристаллами не было. Сама же Шеала де Тансервилль сидела на узкой кровати, застеленной потертым покрывалом. Это была красивая женщина, не боящаяся откровенных платьев с большими вырезами, аккуратно накрашенное лицо с чуть хищными чертами. На голове чародейки красовался затейливый головной убор, как у дам средневековой Франции, а глаза горели заинтересованностью. Мелиса сняла капюшон плаща и представилась:
— Здравствуйте госпожа Шеала, меня зовут Мелиса, я ученица местной травницы Анешки.
Чародейка встала и подошла к гостье. Она сняла с руки перчатку и дотронулась до щеки девушки, почти невесомо проводя пальцами по коже.
— И чего хочет от меня такая красавица? С такой внешностью любовные эликсиры и крема, отбеливающие кожу, не нужны. — Сказала женщина, прикусывая нижнюю губу.
Мелисе сразу стало неуютно от пристального взгляда чародейки.
— Госпожа Шеала, простите, что отвлекаю вас, но мне нужна помощь в поисках моей сестры. Можно ли найти ее по предмету, который она носила и сколько это будет стоить?
Магичка чуть нахмурила брови, обдумывая вопрос девушки.
— Да, это можно сделать и для такой милашки всего за триста оренов, но мне понадобится несколько дней для подготовки заклинания. Можешь отдать мне вещицу и придешь дня через три к полудню.
Назначенная сумма у Мелисы была, но это все ее сбережения, хотя, зачем жалеть деньги, если это поможет найти сестру. Достав золотую серьгу в виде летящей бабочки, она протянула ее чародейке. Глаза той алчно блеснули, завидев изящное украшение.
— Откуда у крестьянки такая вещь? Это искуснейшая работа. — Удивленно произнесла она.
— А я похожа на крестьянку?
— Нет, не похожа. Знаешь, можешь не платить мне деньги, если потом отдашь эту вещицу мне.
— Я согласна госпожа Шеала, значит, до встречи через три дня. — Чуть поклонилась Мелиса и, накинув капюшон пошла к выходу из комнаты.
— Я буду с нетерпением ждать. — Томно проговорила чародейка, когда дверь за девушкой закр
Примечания:
Luned-дитя, девочка.
Gear-друг.
Казнь часть 1
Мелиса вышла от чародейки с двояким чувством, с одной стороны была рада, что скоро ее поискам придет конец, и она встретится с сестрой, с другой, нужно еще придумать, как выбраться из этого мира, да и девушка привязалась к Анешке и даже к почти всегда в стельку пьяному Седрику. Молчаливый эльф как-то незаметно занял особое место в ее сердце, назвать это любовью было нельзя, хотя отношения все равно были чуть больше чем дружеские. Но эта Шеала была жуткой и алчной женщиной, девушка не могла доверить ей тайну своего появления здесь, а если все чародейки такие, то что же делать? От размышлений Мелису оторвал шум толпы. Посмотрев вниз с балкона, она увидела, что на площади, у недавно сколоченной виселицы, что-то происходит.
Местные жители собрались посмотреть на казнь, толпа что-то кричала и чуть напирала на стражников, вставших прямо перед виселицей. На помост ввели приговоренных, самое ужасное, что почти все они были нелюдями. Два эльфа в лохмотьях, которые когда-то были нормальной одеждой, парень и светловолосая девушка со следами побоев на лице — не иначе как люди Лоредо или он сам постарались. Один краснолюд по виду бойкий, с забавной прической, как у начинающего панка, и рыжей бородой. Последним на кого надели петлю, был высокий светловолосый мужчина, который никак не вписывался в строй приговоренных. Он был строен и высок, можно было бы принять его за эльфа, если бы не аккуратно подстриженная бородка и усы. Этот незнакомец был необычно одет для Флотзама, его яркий дублет, цвета красного вина, сильно контрастировал с серой и грязно-синей одеждой местного населения. Необычную скрывающую макушку шляпу с пером сдернул палач, прежде чем затянуть петлю на шее приговоренного. Происходящее настолько заинтересовало Мелису, что девушка решила спуститься и узнать что же все-таки происходит.
Толпа гудела, каждый выкрикивал что-то свое. Кто сетовал на налоги, другие проклинали воров, были и нацистские лозунги типа «Хороший эльф-это мертвый эльф». Девушка прошла чуть вперед и заметила яркую шляпу Гарвены, которая стояла в передних рядах. Чтобы до нее добраться пришлось немного поработать локтями.
— Что происходит? — Тихо спросила она у бордель-маман.
— Будут вешать воров. Краснолюда за связи с белками, а барда, смешно сказать, за распутство. — Так же тихо ответила Гарвена.
Мелиса присмотрелась к светловолосому щеголю. Он кого-то ей напоминал, но кого? И вдруг в голове девушки как будто щелкнуло. За все это время, что она здесь как-то совсем позабыла о книгах, которые прочла.
— Простите, а как его зовут этого барда.
— Да Лютиком кличут, он был у нас частым гостем, стихи моим девочкам посвящал. Жалко его, безобидный ведь. — Вздохнула женщина.
У Мелисы даже в глазах потемнело от восторга, это же тот самый Лютик, друг Геральта из Ривии.