Девушка посмотрела по сторонам. Если бард здесь, то где же его лучший друг? Неужели не спасет Лютика из петли? Долго ждать не пришлось, послышались возмущенные вскрики, расталкивая кметов со сосредоточенным лицом, через толпу, пробирался мужчина. Его девушка узнала сразу и не только по седым волосам и двум мечам за спиной. Острый взгляд желтых глаз с вертикальным зрачком был прикован к виселице, но лицо почти не выражало никаких эмоций. Глубокий шрам, пересекающий лицо с левой стороны, делал мужчину еще брутальнее. Он был некрасив и не молод, но было в нем что-то такое загадочное, женщины таких любят.
— Геральт! Геральт, я здесь! Спаси меня! — Истошно завопил бард.
Ведьмак не остановился у помоста, а пошел дальше, намереваясь остановить казнь. Но путь ему преградил стражник. Его чуть трясло от вида незнакомца, но, приняв грозный вид, мужчина вытянул руку вперед и громко сказал:
— А ну седой, осади!
Ведьмак нахмурился и так же громко ответил стражнику:
— Я лично знаю этих двоих и не позволю их повесить!
— Да мне посрать, кого ты знаешь. По закону они должны висеть. Сейчас и ты к ним пойдешь! — Заявил представитель порядка, складывая руки на груди.
— За что их казнят? С виду они не слишком грозные.
— Так они с белками якшались! Девки скотоельские! — Как можно громче крикнул стражник. По виду нервы у него сдавали.
— А Лютик что, тоже эльфийский шпион? — Усмехнулся убийца чудовищ.
— А его за распутство вздернут.
— За что?
— Барда повесить за распутство. Так в приговоре сказано. — Гордо выпятив грудь, пояснил стражник.
— А приговор, ваша милость ведьмак, это вам не что-нибудь! — Сказал какой-то хорошо одетый господин, по-видимому, купец.
Гарвена, которая стояла рядом с Мелисой, пренебрежительно фыркнула, показывая свое отношение к местной власти. Ученица травницы в это время лихорадочно соображала, как помочь Геральту и не допустить смерти Лютика. Но ведьмак поступил очень умно, он обратился к толпе:
— Люди! Я раньше не слышал, чтобы в славном королевстве Тимерии вешали за распутство! Здесь вам не Нильфгаард!
Стражника еще больше затрясло, на этот раз от злости.
— Иди-ка ты отсюдова, чудной, а то я за себя не ручаюсь. Забаву людям портит!
— Может и чудной, а дело говорит. Я вот тоже бабу потискать не прочь, так что ж, и меня в петлю тащить! — Не выдержал лавочник Вит, который, как известно, был тем еще бабником.
Гарвена тоже не осталась в стороне и высказала свое профессиональное мнение по поводу распутства:
— Господин стражник к нам тоже пару раз захаживал, только без распутства…
— Иди отсюдова, Гарвена, тут те не бордель. — Разъярился униженный представитель власти.
— Я пойду. — Кокетливо отозвалась бордель-маман. — Только скажу, что охота-то у него была, да вот…
Кое-где в толпе раздались тихие смешки. Стражник сначала побледнел, затем стал пунцовым. Его ноздри стали раздуваться, а рот беззвучно открывался и закрывался, как у рыбы, выброшенной на берег.
— Остановите казнь. — Строго потребовал ведьмак.
— Рифмоплет должен висеть и будет висеть! Здесь город порядочный! А блядям и ведьмакам слова не давали! — Заявил стражник, справившись с эмоциями.
— Следите за тем что говорите, господин стражник. В ведьмаках я не разбираюсь, а вот Гарвена — баба порядочная. — Встал на защиту владелицы борделя Вит.
Мелиса решила не вмешиваться и понаблюдать что же будет.
— А ну заткнуть хайло всем! Тишина! — Не выдержал стражник, теряя контроль.
— Слушайте, слушайте! У этого вояки божьим попущением яйца гниют! — Громко заявила Гарвена.
— Захлопни пасть, шлюха! — Выплюнул оскорбленный мужчина.
— Да как тебе не стыдно, Крушина! — Не выдержала Мелиса. — Да если бы не Гарвена ты так и замерз бы зимой пьяный под стенами города!
— И ты Мелиска! Чего лезешь, ведьма? Иди над своим котлом пыхти! Не твою ли деревню поганые эльфы сожгли? А ты их теперь защищаешь? Тьфу! — Стражник лицо которого было уже малинового цвета не знал что и сказать, толпа начала возмущаться и требовать остановить казнь.
— Хорошо, — ответила ученица травницы. — Только когда опять твой сын или женка заболеют, не приходи больше ко мне, и пальцем не пошевелю!
Ведьмак смерил девушку заинтересованным взглядом, но ничего не сказал.
— Ежели сейчас не замолкнешь, худо будет! — Взревел Крушина, брызгая слюной.
Геральт, быстро шагнув вбок, загородил своей широкой грудью Мелису и Гарвену.
— Ты же не станешь бить женщину…
— Женщину нет… — Крикнул стражник, бросая алебарду на землю и поднимая кулаки перед лицом.
Все произошло так быстро, что Мелиса даже не успела понять, как ведьмак уложил стражника. Всего пара быстрых ударов и Крушина уже лежал на земле, извиваясь от боли и визжа при этом как поросенок. Толпа зааплодировала. Увидев, что страж порядка повержен, палач, не дожидаясь указаний, дернул за рычаг, и светловолосая эльфийка, закатив глаза, задергалась в петле. Зрелище было отвратительным. Мелиса уже видела смерть, но такого ужаса, как творился здесь, еще никогда. В толпе кто-то засвистел, затем заулюлюкал. Здоровый детина в маске палача захлопал в ладоши, подняв руки высоко над головой под одобрительные крики и расистские лозунги.
Геральт метнулся на помост, на ходу впечатывая кулак в перчатке с серебряными шипами в морду исполнителя смертной казни. Тот сильно покачнулся, но не упал. Ведьмак, быстро перегруппировавшись, нанес удар сверху. Послышался хруст, видимо от сломанного носа. Палач рухнул на помост, закрывая лицо руками, чем и воспользовался убийца монстров, нанося удар ногой под дых уже встававшему на четвереньки детине. Здоровяк, отлетев от Геральта метра на два, затих, распластавшись на деревянных досках.
Казнь часть 2
— Что здесь такое, мать вашу? — Послышался сзади неприятный голос.
Мелиса обернулась, как она и догадывалась, голос принадлежал человеку, которого она видела второй раз в жизни, но ненавидела больше всех на свете. Это был комендант Лоредо собственной персоной.
Неприятный мужчина, среднего роста, с абсолютно лысым черепом и щетиной на лице. Он прошел вперед, задевая девушку плечом и обдавая ужасной смесью запахов чеснока, пота и перегара, даже от Седрика, после трехдневного запоя неделю назад, так не несло, хотя нашла его тогда Мелиса в канаве под домом старосты. Вокруг коменданта сразу образовалось пустое пространство. Никто не хотел связываться с ним. Ученица травницы тоже отступила на пару шагов и неудачно наступила кому-то на ногу. Девушка резко развернулась, чтобы извиниться и была поймана в стальной капкан крепких мужских рук. Первое, что бросилось в глаза, когда она подняла голову, чтобы посмотреть на того, кто ее схватил, это забавный шаперон. Он был весь пыльный и помятый. Мужчина с легкой щетиной и цепким взглядом карих глаз внимательно изучал ее лицо, скрытое от всех кроме него капюшоном плаща. Его даже можно было назвать красивым для этого мира. Он был еще не стар, но морщины в уголках глаз и седая щетина говорили о непростой судьбе.
— Осторожнее, милсдарыня. — Улыбнулся он.
— Простите, я не хотела. — Тоненько пропищала Мелиса.
— Парочку сраных ублюдков вздернуть не можете! — Раздался противный крик Лоредо.
Ученица травницы и человек в шапероне, с темерскими лилиями на медальоне, что украшал его грудь, повернулись к помосту.
— А ты… Стой спокойно и руки держи на виду, — продолжал вещать комендант. — На помосте либо в петле висят, либо речи говорят. А ты что выберешь?
— Казнь незаконна. — Спокойно ответил Геральт.
— Правда? — Усмехнулся Лоредо. — Во Флотзаме закон — это я.
Незнакомец вышел чуть вперед, задвинув Мелису за свою спину.
— Я представляю королевскую власть. Вернон Роше. — Спокойно, но довольно громко заявил он.
Девушка удивилась такому повороту и не понимала, если этот человек обладал таким авторитетом, почему не остановил казнь сразу, а позволил разбираться ведьмаку?