Филип Фармер
Миры Филипа Фармера. Т. 6.
В тела свои разбросанные вернитесь. Сказочный пароход
![В тела свои разбросанные вернитесь. Сказочный пароход i_001.png](https://litlife.club/books/282404/read/images/i_001.png)
![В тела свои разбросанные вернитесь. Сказочный пароход i_002.png](https://litlife.club/books/282404/read/images/i_002.png)
От издательства
В шестом томе собрания сочинений Филипа Хосе Фармера романами «В тела свои разбросанные вернитесь» и «Сказочный пароход» начинается самый знаменитый и, пожалуй, самый значительный сериал в творчестве писателя — несравненный «Мир Реки».
Эта Река служит собственным истоком и опоясывает планету, как сжимающий жертву удав. В этом мире нет ничего, кроме Реки, и вся планета — ее берег.
На берегу этой тихой Реки неизвестные существа воскресили тридцать шесть миллиардов человек — всех, кто обитал на Земле от начала времен и до того момента, когда пришелец с тау Кита, защищаясь от человеческой жадности, не уничтожил почти все человечество. Жизнь в теплых лесах безымянной Реки кажется раем — чаши-граали снабжают не только едой, но также спиртным, табаком и анашой, климат всегда ровен и приятен, и воскрешенным ничто не угрожает… кроме них самих.
Река не смыла ничего. На ее берегах по-прежнему процветают злоба, жестокость, ненависть к чужакам — все пороки, которыми и от которых страдало человечество на Земле. Так для чего же понадобилось давать людям возможность начать все сначала? Для того, чтобы те смогли исправиться, как утверждают члены новообразованной Церкви Второго Шанса? Или…
Ричард Фрэнсис Бёртон, английский путешественник, разведчик, переводчик и поэт, желает найти ответ на этот вопрос. Кем являются таинственные этики, закулисные хозяева Мира Реки? Зачем поставлен этот милосердный и жестокий эксперимент? Но для этого ему необходимо попасть в Полярную Башню — и ускользнуть от идущих по следу охотников.
А Сэмюэль Ленгхорн Клеменс, читающей публике известный как Марк Твен, одержим иной мечтой. Ему снится пароход. Невозможный, немыслимый в мире, где нет металла и все орудия делаются из дерева или камня. Но Таинственный Незнакомец тревожит его сон, и Марк Твен, соправитель государства Пароландо, при помощи упрямства, предательства и обмана воплощает свою мечту. С верфей города готов сойти сияющий колесный электроход под гордым названием «Внаем не сдается», который должен отнести двенадцать избранных путешественников к сердцу тайн этого мира — к Северному полюсу, где стоит Великий Грааль…
Пенталогия о Мире Реки не только принесла Фармеру заслуженную славу — она стала в какой-то мере символом и отражением его творчества. Мир Реки, где сталкиваются личности исторические и забытые историей, где Герман Геринг может стать другом древнеримского царя Тулла Гостилия, а Сирано де Бержерак — увести супругу у Марка Твена, как нельзя лучше подходит для излюбленных писателем литературных игр. Не случайно герой первого романа Бёртон сталкивается на своем пути и с Джоном де Грейстоком (правда, не с тем, который Тарзан, а с одним из его предков), и с Питером Джейрусом Фрайгейтом — аватарой самого автора (те же инициалы — P. J. F., общий родной город — Пеория и один год рождения — 1918), и с Алисой из Страны чудес (вполне взрослой викторианской дамой). Но за этим развеселым фоном проглядывают очень серьезные вопросы, которые Фармер ставит почти во всех своих произведениях. Зачем мы живем? Есть ли в жизни смысл? Обладаем ли мы свободной волей или обречены вечно плясать под дудку невидимых кукольников?
Ответ кажется почти недостижимым. Но герои Фармера — наперекор рассудку — отправляются к Туманной Башне вдоль берегов бесконечной Реки.
МИР РЕКИ
В ТЕЛА СВОИ РАЗБРОСАННЫЕ ВЕРНИТЕСЬ
СКАЗОЧНЫЙ ПАРОХОД
ТЕМНЫЕ ЗАМЫСЛЫ
МАГИЧЕСКИЙ ЛАБИРИНТ
БОГИ МИРА РЕКИ
РЕКА ВЕЧНОСТИ
![В тела свои разбросанные вернитесь. Сказочный пароход i_003.jpg](https://litlife.club/books/282404/read/images/i_003.jpg)
В тела свои разбросанные вернитесь
(пер. с англ. Н. Сосновской)
Глава 1
Жена крепко обнимала его, словно могла спрятать от смерти.
Он выкрикнул:
— Боже, я — мертвец!
Дверь распахнулась, и он увидел за порогом громадного черного одногорбого верблюда и услышал звон колокольчиков на его сбруе, которых коснулся горячий ветер пустыни. А потом в дверном проеме возникло огромное черное лицо человека в высоченном черном тюрбане. Черный евнух переступил порог, двигаясь подобно грозовой туче и сжимая в руке здоровенный ятаган. Смерть — Губительница Наслаждений и Разлучительница Собраний — наконец явилась.
Чернота. Пустота. Он даже не знал, что сердце его остановилось навеки. Пустота.
А потом его глаза открылись. Сердце билось ровно. Он был силен, очень силен. Подагрическая боль в ногах, страшное жжение в печени, муки больного сердца — все исчезло.
Было так тихо, что он слышал, как течет кровь, как она шумит в висках. Он был совсем один в мире беззвучия.
Повсюду горел ровный яркий свет. Он видел, но не понимал, что же видит. Что это такое — вверху, рядом, внизу? Где он находится?
Он попытался сесть, и ему стало страшно. Сидеть было не на чем — он висел в пустоте. Попытавшись сесть, он приподнялся вверх и кувыркнулся — медленно-медленно, словно находился в ванне, наполненной жидкой патокой. На расстоянии фута от кончиков пальцев ног он разглядел стержень из ярко-алого металла. Стержень шел сверху, из бесконечности, и уходил в бесконечность. Он попробовал дотянуться до стержня, поскольку тот был единственным прочным предметом, но что-то невидимое помешало ему. Какие-то силы отталкивали, отбрасывали его.
Он медленно перекувыркнулся. А потом сопротивление остановило его — так, что кончики пальцев ног оказались примерно в шести дюймах от стержня. Он выпрямился, вытянулся и продвинулся вперед на долю дюйма. В тот же миг его тело начало вращаться вокруг продольной оси. Он сделал вдох, издав при этом громкий, скрипучий звук. Хотя он понимал, что держаться не за что, он все-таки бессознательно раскинул руки, пытаясь за что-нибудь ухватиться.
Теперь он оказался лицом «вниз» — или, может быть, «вверх»? Каково бы ни было это положение, оно было противоположно тому, в каком он очнулся. Но это вряд ли имело значение. «Вверху» и «внизу» все выглядело совершенно одинаково. Он висел в пространстве, и ему не давал упасть невидимый и неощущаемый кокон. В шести футах «внизу» он увидел тело женщины с поразительно бледной кожей. Женщина была обнаженная и совершенно лысая. Казалось, она спит. Глаза ее были закрыты, грудь тихо вздымалась и опадала, ноги были плотно сжаты и вытянуты, руки прижаты к телу. Она медленно вращалась, словно цыпленок на вертеле.
Та же сила, что вращала женщину, вращала и его. Медленно отвернувшись от женщины, он увидел другие обнаженные тела — мужские, женские и детские, расположившиеся безмолвными вращающимися рядами. Над ним вертелось голое безволосое тело негра.
Он опустил голову, чтобы рассмотреть себя. И он тоже был гол и без волос. Кожа у него была гладкая, на животе бугрились мышцы, бедра покрывали крепкие молодые мускулы. Вены, выступавшие прежде, словно синеватые дамбы, исчезли. У него теперь не было тела слабого и больного шестидесятидевятилетнего старика, который умирал всего лишь мгновение назад. Почти сотня его шрамов пропала, словно их и не было.
Он обнаружил, что среди тел, окружавших его, нет стариков и старух. Казалось, всем этим людям лет по двадцать пять, хотя точный возраст определить было трудно — из-за отсутствия волос на головах и лобках люди выглядели и моложе, и старее одновременно.
Он кичился тем, что ему неведом страх. А теперь от ужаса крик застрял у него в горле комком. Страх сжимал его и высасывал из него новую жизнь.