- А если там окажется Суворов?
- Вот и отлично, осклабился Макс. - В конце концов, мы жаждем с ним поговорить.
- И что мне делать в этом случае?
Макс пожал плечами:
- Ничего. Пока не думай об этом. Сначала отыщи оперативно-явочную точку, а потом уже посмотрим, что нам с ней делать.
Диверсионная группа из трех человек тронулась с места. Северо-восточная сторона неба едва начала алеть восходящими лучами утреннего Солнца, когда трое теней забрались в небольшой придорожный овраг, скрытый мощной кроной разлапистой старой ветлы.
- Отсюда сможешь начать дистанционное сканирование? - спросил Кондратьев, обращаясь к Мезенцеву.
Парень сделал утвердительный кивок.
- Вот и ладушки, - осклабился суперсолдат. - Работай по готовности, а мы подстрахуем.
Парень вновь кивнул, собрался с мыслями и, прислонившись спиной к стволу дерева, закрыл глаза. "Выпрыгнуть" из тела получилось не с первой попытки, но Григорий все же смог заставить себя это сделать. Сознание псионика вобрало в себя сначала сферу радиусом несколько шагов, затем скачком выросло до пары сотен метров, взлетело над троицей диверсантов и устремилось по направлению к небольшому поселку. Уличное освещение оставляло желать лучшего, но Мезенцев не нуждался в традиционном зрении. В настоящее время он воспринимал мир совершенно в ином диапазоне излучений и колебаний.
Григорий позволил себе слегка опуститься над строениями и принялся прощупывать одно здание за другим. Он не стал тратить свои силы на то, чтобы исследовать дома частного сектора, хотя процентах в семидесяти из них в настоящее время присутствовали люди. Его внимание сосредоточилось на четырех приземистых двухэтажных зданиях, стоявших несколько особняком. Три из них располагались параллельно друг другу, и все они в свою очередь были перпендикулярны четвертому, самому длинном из них, таким образом группа из четырех зданий с высоты птичьего полета казались большой буквой "Ш" русского алфавита. В представлении Мезенцева любое тайное убежище должно было хорошо охраняться, причем как технически, так и с точки зрения использования человеческих ресурсов, но за двухэтажками никто не следил. Григорий как ни старался так и не смог обнаружить никаких секретов, постов охраны, патрулей или чего-то подобного. Здания глазели по сторонам совершенно черными провалами окон, которые казались заброшенными, мертвыми, и лишь на глубине одного из четырех строений теплилась жизнь.
Оно?
Кажется, он что-то нашел. Чтобы удостовериться в правильности своих выводов, Григорий астральным коршуном спикировал на здание, без помех просочился сквозь крышу, межэтажные перекрытия, и запустил свою внетелесную сферу чувств в подвальное помещение.
С первых секунд стало понятно, что он наткнулся на то, что искал. Перед ним лежал не просто подвал, но оборудованное и хорошо укрепленное подземное жилище, в котором имелись пост охраны, пункт связи, небольшой, но хорошо обустроенный информационно-аналитический центр, несколько комнат для проживания, туалет, душ, оружейная комната и даже небольшой спортзал. Если так изнутри выглядела каждая оперативно-явочная точка, то Мезенцев мог лишь стоя поаплодировать тем, кто не побоялся выделить деньги на подобного рода тайные объекты, принадлежащие спецслужбам.
Внутри присутствовал какой-никакой народец, причем, судя по расцветке аур, люди, здесь находившиеся, были настроены весьма решительно, если не сказать больше, враждебно. Все они были хорошо вооружены и подготовлены; на посту охраны перед стеной из мониторов, на которые подавались изображения со всевозможных камер наблюдения, сидели трое человек в армейских камуфляжах американского производства; в каждой комнате, а таковых Мезенцев насчитал семь штук, присутствовали по одному-два человека, которые лежали на стандартных армейских койках в обнимку с автоматами. Подвал имел два входа. Один, судя по всему, считался официальным и охранялся парой мордоворотов с "Печенегами" наперевес. Но оперативно-явочная точка имела так же и тайный выход, защищенный мощной системой сигнализации и самым настоящим минным полем.
И самое главное, мимо чего Григорий не смог пройти при всем своем желании: внутри убежища находился генерал-полковник Суворов Петр Григорьевич - человек, за которым они в настоящее время вели охоту. Стоило приложить максимум усилий, чтобы поговорить с ним с глазу на глаз, выведать все его тайны.
Мезенцев вернулся в свое тело, открыл глаза, приходя в себя от достаточно длительного использования своих паранормальных способностей.
- Суворов там, - первое, что сказал Григорий, глубоко и медленно дыша.
Макс едва слышно скрипнул зубами, а от Кондратьева ощутимо повеяло смертью - псионик, еще не вышедший из парачувствительного резонанса, почувствовал это всем своим нутром.
- Что еще заметил?- Михаил задал очевиднейший вопрос. - Какая там охрана? Сколько человек?
- Не мало, - ответил Григорий, вспоминая, что увидел внутри секретного подвала. - Десять человек с автоматами - это, видимо, генеральская охрана, сидят по комнатам. Готовы в любой момент поддержать огнем. Вход прикрывает пара пулеметчиков, пост охраны стерегут трое, следят за камерами.
- Ночные есть? - поинтересовался Макс.
- И даже тепловизионные. А еще есть черный ход, но он под минным полем и сложной системой сигнализации.
- Так уж сложной? - удивился Кондратьев.
Григорий, сбитый с толку вопросом, ответил не сразу:
- Ну, мне показалось, что она сложная. Ты же знаешь, я вижу все это не как обычные люди. Токи, колебания - точно могу сказать, что она активна.
- Это нам мало поможет, - задумался Удав. - Зато информация о количестве боевиков - чрезвычайно полезна. Пятнадцать человек, не считая генерала. Серьезное вооружение, наверняка броники на теле.
- Тепловизоры, - грустно вздохнул Кондратьев. - Нам их не обойти.
Оба синхронно посмотрели на Григория.
- Без твоей помощи никак,- молвил Макс. - Больше некому глушить операторов. Если ты их не накроешь, нам придется воевать по-настоящему.
- С твоими силами, думаю, мы разнесем эту точку в пух и прах.
Долматов ухмыльнулся:
- Разнести точку и оставить в живых человека - вещи разные. Нам нужна информация, а не куча трупов.
- Странно слышать это из твоих уст, - усмехнулся Мезенцев.
Макс на мгновение замер, застыл, словно изваяние.
- Мне... жаль, что все так получилось, - сказал он тихо, почти шепотом. - Вначале мне было сложно себя контролировать, хотелось только убивать и мстить. Очень хотелось, но потом... Я тут понял, что чем больше пользуешься своими способностями, тем безнаказанней себя ощущаешь. Приходит чувство вседозволенности, всевластия, которое затягивает тебя с головой. С этим очень сложно бороться. Практически невозможно.
Мезенцев неожиданно для себя хлопнул Макса по плечу.
- Я тебя... понимаю, - сказал он. - Мне это знакомо. Я постараюсь облегчить вам жизнь при штурме, ну а вы уж позаботьтесь там о своих жизнях.
- Позаботимся, не переживай, - сказал Михаил.
Минут десять у них ушло на проработку плана штурма оперативно-явочной точки, после чего все трое приготовились к решающему броску. Кондратьев с Долматовым выдвинулись на ударные позиции, спрятались в кустах, вплотную примыкавших к одному из двухэтажных зданий. Григорий залег у фермы аккурат за кучей битого кирпича. Некоторое время у него ушло на то, чтобы сосредоточиться, сфокусироваться на предстоящей работе. Психоэнергетическое воздействие являлось куда более затратным мероприятием, чем сканирование. Требовалось максимальное сосредоточение, чтобы навестись на цель и поразить ее первой же атакой.
"Полуминутная готовность", - доложил Мезенцев, используя канал мысленной связи.
"Поняли тебя. Ждем", - немедленно отозвался Михаил.
Стены ближайших строений вдруг стали словно прозрачными, неосязаемыми. Экстрасенсорное зрение псионика позволяло ему видеть цель, скрытую от посторонних глаз перекрытиями зданий и толщей земли. Комната охраны. Стена из пятнадцати мониторов. Трое вооруженных бойцов сидели в удобных креслах, работали, стерегли драгоценную шкуру генерала. Что ж, пора было нарушить эту идиллию и внести в картину определённый диссонанс.