— Знаю, — засмеялся тот, ведь мои мысли не были для него тайной, — и убедился, что ничего хорошего.
— Эх, захватить бы корабль насекомых, да разобрать его до винтика, — я решил не обращать внимания на его колкость, — прямо руки чешутся.
— А ещё лучше их самих, — если бы у Келлер было лицо, то на нём наверняка можно было увидеть мечтательное выражение, — и тоже, до винтика.
Я рассмеялся.
— Кому что, меня как‑то больше их технологии интересуют, хотя конечно интересно узнать о саранче больше.
— Кстати, давай им название дадим какое‑то, — спросил ИИ, — а то саранча, да саранча.
— Хм, ну предлагай тогда.
— Я предлагаю назвать их Клаксонами, — голос Келлера был абсолютно серьёзен, — тем более, что их внешний вид очень соответствует.
— Хы, — я улыбнулся, — так глядишь, вскоре всем расам название дадим из «Master of Orion».
— А что? Ты имеешь что‑то против? — поинтересовался ИИ.
— Нет, конечно, пусть будут Клаксоны, — не стал я спорить по пустякам.
— Извините, что вмешиваюсь, но два инетрога доставлены на корабль, — обратился к нам командор. — Оба слегка не в себе, боюсь, что штурмовики их напугали, пока вытаскивали из бункера.
— Я вот вспомнил, а как общаться с ними будем? — спросил я Келлера.
— Придумал давно, — его интонации были донельзя самодовольные, ведь я об этом даже не задумывался до настоящего момента, — подключим их к устройству, которое считывает деятельность мозга, а чтобы набрать данных о работе мозга, будем пока общаться с помощью письменности.
— Тогда отведите их в гостевую каюту, я пока надену скафандр, — попросил я командора.
Поприветствовав солдат охраняющих каюту, я вошёл внутрь. Два испуганных взгляда перекинулись с солдат, прилаживающих на головы инетрогов тонкую сеть датчиков, на меня. Приблизившись, я рассмотрел их вблизи. Тело — носителя представляло собой приземистое тело на двух ногах, с двумя длинными руками, одетое в полупрозрачное одеяние с множеством полос на груди. Руки представляли собой гибкую конструкцию с тремя суставами, которая была явно гибче, чем человеческая. Также в глаза бросилось наличие шести пальцев на руках и один глаз на чашеобразном выросте из тела, которое с трудом можно было назвать головой. В этой чаще, находилось красное нечто, по — другому я не мог назвать бесформенный ком основного «мозга» существа.
«На начальной стадии эволюции он явно был паразитом, — подумал я, — а эти тела, скорее всего имеют искусственное происхождение».
«Ты прав, — ответил Келлер, — части мозга и тела имеют различные возрастные величины, тело моложе мозга на двадцать лет».
«Мечта фантастов, — я чуть скривил губы, — доставай мозг и вставляй его в любое тело. Хочешь сегодня мальчик, хочешь девочка».
«Кстати интересный вопрос насчёт полов, нужно поинтересоваться, — отметил Келлер, — а также на счёт метода размножения».
«Ладно, пора поговорить, — сменил я тему, — а то бедолаги сейчас не понимают, что с ними происходит».
Я начал говорить, а на мониторе в каюте побежал перевод моей речи на инетрогскую письменность.
— Меня зовут Владимир, я представитель расы Меклар. На нашем корабле вы в безопасности. Нам интересно, кто уничтожил вашу планету и почему. Также думаю, вы не будете возражать, если расскажите больше о себе, встретить новую расу всегда интересно.
Инетроги посмотрели на меня, затем друг на друга, видимо обменявшись мнениями. Затем один из них сел за консоль, на которой мы специально поместили все символы их алфавита и быстро подправил расположение букв под себя.
— Меня зовут Ус'кутул, а второго каслеор Ус'тарел, — на экране быстро стали появляться слова.
— А что значит не переведённое слово? — спросил я.
Инетрог переглянулся со вторым и написал:
— Дружеское обращение к собрату, имеющего сходные с тобой взгляды.
«Давай переведём это слово как „чувак“, — ехидством от Келлера так и веяло, — я разобрался в них, если проводить ассоциации с твоей культурой, они относятся к прослойке „золотая молодежь“».
«Это как ты так быстро смог их определить?», — удивился я.
«Данные анализа их бункера, — Келлер мысленно хмыкнул, — куча выпивки, еды, и никакого упоминания о работе».
«Может, они слишком юны, чтобы работать?».
«По остаткам данных с планеты, возраст более чем достаточен, — возразил мне Келлер, — они и бункер построили, чтобы к ним никто не лез. Мы нашли несколько таких же убежищ, и все они наполнены практически одинаковым содержимым».
«Хочешь сказать, что пользы от них будет мало?».
«Что‑то в этом роде».
«Поживём, увидим», — новости были, не очень утешительными, но всё равно эти двое были лучше, чем ничего.
— Расскажите нам о себе и о вашей планете, чтобы мы накопили больше данных о деятельности мозга, — обратился я к инетрогу.
— Позвольте один вопрос? — появилась надпись на экране.
— Какой?
— Вы не такой, как все остальные, — написал он, — и это странно, у меня такое чувство, что разговариваю с двумя существами одновременно.
— Не волнуйтесь, — я прикусил губу от досады, должен был догадаться, что телепаты заподозрят неладное, — биологический материл, имеют все механизмы моей серии.
— Ясно, благодарю.
Инетроги долгое время смотрели друг на друга и только через минут пять стали печатать по очереди. Через час мы с Келлером, набрали достаточно информации чтобы перейти к общению с помощью небольшого переводчика, который повесили инетрогам на шею. Сетку с датчиками пришлось пока оставить, сбор данных продолжался. С помощью переводчика общение пошло быстрее.
Инетроги и вправду мало чего знали о своём мире, политике и прочем, они были простыми прожигателями жизни, которых интересовало не многое. Они даже не знали, сталкивалась их цивилизация ранее с клаксонами или нет, единственной пользой от них, был рассказ о культуре и обычаях инетрогов, а также дополнение к нашему смонтированному видео о нападении клаксонов. С их редакцией, видео получилось ещё более жутким. Мы с Келлером смекнули о пропагандистской мощи данного фильма, поэтому сняли на камеру повторное извлечение инетрогов из бункера, чтобы ни одно существо не усомнилось в подлинности фильма. Получилось внушительно, после зверств творимых клаксонами прилетают доблестные меклар и спасают оставшихся в живых.
— Сначала запустим слухи по новостям, что мы возможно обнаружили новые виды, а потом, спустя некоторое время шарахнем этот ролик, — прокомментировал я законченное творение.
— Что с этими двумя делать? — поинтересовался Келлер.
— Сначала обследуем до конца вторую планету, а их, когда вытрясем все знания, отправим вслед за видео, как супер убийственный аргумент, — я пожал плечами. — с двумя живыми свидетелями никто не усомнится в нас.
— Как она там называется? — мне лень было смотреть.
— Эрройторуатара, — Келлер без запинки озвучил название.
— Язык сломаешь, пусть будет Эрос, — скривился я от озвученного названия.
— Комментарии в навигационных картах поправлены, курс проложен, — бодро доложил командор.
С помощью Врат прыжок до второй системы был очень короток и уже вечером я смотрел смоделированное видео нападения, практические ни чем не отличающееся от первого.
— Знаешь, я смотрю на всё это и понимаю, насколько ты был прав, — я ожесточённо потёр кулаком подбородок.
— По поводу чего? — поинтересовался Келлер.
— Для них всё происходящее, это просто рутинная работа, не более, — я показал рукой на экран, — тактика одна и та же: подавление сил ВКС в космосе, подавление сил ПКО, планетарная бомбардировка, десант, тотальная зачистка планеты, засев.
— Только количество задействованных войск разнится, — уточнил Келлер, — оно меняется в зависимости от сил обороняющихся. Видел же, что у первой планеты количество кораблей клаксонов было значительно больше.
— Пора привлекать разведку, — решил я, — нужно выяснить, откуда исходит угроза, а лучше всего найти их родную Галактику и планету. Такое количество существ, должно занимать значительные территории.