— Тогда я взорву корабль, — со свойственным фатализмом всех членов высших каст ответил я, — я не собираюсь ползти полгода.
— Слушаюсь господин.
Отдав все необходимые подтверждения, я решил заняться тренировками, чтобы разработать раненую ногу и привыкнуть к телу. Найдя на корабле маленькую тренировочную комнату, я пару часов попрыгал и потягал тяжести.
"По прибытию нужно заняться ануори'эдоча", — незнакомое слово услужливо подсказало сознание принца. Ануори'эдоча — это дуэльный кодекс клаксонов, каждый мог отстоять свою честь в поединке, но только внутри своей касты. Как я понял, ануори'эдоча это не только сама дуэль, это и ритуал вызова и подготовки к поединку. Клаксоны считали, что если особь не провела за всю жизнь ни одного поединка, то она бессмысленно провела жизнь. Ещё более удивительным для меня оказалось, что и женские особи также могли использовать своё право на ануори'эдоча.
Копание в мыслях принца прервал вызов на мостик.
— Вызывали старший помощник? — с обычным для принца недовольством, спросил я.
— Да господин, откликнулся один из наших навалесов, — отрапортовал он, — ему нужно два дня, чтобы вызвать помощь и найти нас.
— Передай ему, чтобы искал транспортное судно и буксир, проще отбуксировать этот кусок железа без экипажа, — приказал я, — мы будем ждать его в этой системе на орбите первой планеты. Её масса скроет нас от сканеров алтари.
— Слушаюсь господин.
Подтвердив отправку сообщения кодовым сообщением, я снова направился в тренажёрный зал. На таком маленьком корабле не чем было заняться, поэтому я решил четыре часа в день тренироваться, остальное время тратить на изучение корабля и воспоминаний клаксона, жаль, что без связи мне были не доступны базы данных Блуждающего флота.
Без сканеров и остальной аппаратуры мы были как слепые котята, поэтому два дня ожидания прошли в немом напряжении всего экипажа, все знали, что выживших после встрече с алтари не бывает. Я тогда же и обратил внимание на то, что нас называют термином, который уже существовал в языке клаксонов. Это меня напрягло, и я полез в глубокие воспоминания принца, вскоре выяснилось, что тот был никудышным учеником, предаваясь больше утехам плоти, чем получая знания. Но всё равно красной линией через всю историю клаксонов пролегала встреча с берсеркерами. Оказалось, что клаксоны потому и превратились в расу космических кочевников, что раз за разом отбивали атаки машин. Первая волна роботов выбила их с планет, вторая заставила сменить галактику. Теперь же, постоянно перемещаясь, они давно не встречались с роботами, до момента первого столкновения с нами.
"Ага, они приняли нас за берсеркеров!", — понял я из довольно скудных и обрывочных знаний принца.
"Очень интересно", — голос Келлера заставил меня подпрыгнуть.
"Как ты меня напугал!".
"Не беспокоил тебя эти дни, чтобы привык, — ответил он, — и в дальнейшем буду меньше отвлекать. Знаешь, как странно выглядит стоящий неподвижно клаксон с закрытыми глазами".
"Верно, — усмехнулся я, — тогда вызывай, когда я буду один".
На третий день нас вызвали на связь, за нами прислали корабли.
— Капитан Усул'ал'гонос, предлагаю вам отправиться с нами, — когда мой экипаж переходил на другой корабль, ко мне поступил запрос с корабля сопровождения.
Я нырнул в память принца и задумался. С одной стороны капитан навалеса приглашал наследного принца и это предложение принц бы принял, но вот с другой стороны, как капитан я не мог покинуть свой экипаж без серьёзной причины, дело пахло трибуналом.
— Простите капитан Усаал'ратор, не могу принять ваше приглашение, — решился я, когда пауза затянулась, — пусть всё будет в рамках устава.
Если капитан и сделал вид, что удивился, то вида не подал, он лишь поднял лапы и отключился. Самым удивлённым был мой экипаж, когда я втиснулся вслед за всеми в шлюзовую камеру. Пришлось, вывалить на них всю накопленную принцем злость. Вскоре даже последнему чернорабочему стало понятно, что капитан поступил так исключительно из эгоистических соображений, чтобы у трибунала не было к нему вопросов.
Всю дорогу назад они были вынуждены слушать моё брюзжание о несправедливости жизни, когда за ошибки бестолкового экипажа вынужден расплачиваться гений командир. Путешествие до точки нынешнего стояния Блуждающего флота заняло меньше четырёх дней, за это время те кто ещё не испытывал ненависти к принцу, точно начал её испытывать. Наконец была объявлена стыковка к даготу, принадлежащему моему клану.
Едва швартовочный рукав пристыковался к кораблю, я направился на выход. На пирсе нас ждали: меня слуги, а экипаж военный патруль.
По восторженности сознания принца, которая доходила до меня, я понял, что он попал в привычную обстановку. Здесь, он был всем.
— Скорее домой, — скомандовал я слуге, которого принц определил, как главного распорядителя дома.
— Слушаюсь хозяин, — тихий тон слуги сказал о многом.
— Как там мои братцы? — мы сели в продолговатую "сигару", выполнявшую здесь роль транспортного средства.
— Первый принц сейчас на службе в дальнем космосе, второй приближён ко двору Повелительницы, — ответ слуги был выверен до слова. Высшие касты редко заговаривали со своими слугами.
— Значит второй, всё‑таки добился расположения дочки Повелительницы? — до меня донеслись отголоски лютой ненависти и зависти, что испытывал принц к своему брату.
— Я не осведомлён хозяин.
— В каком настроении отец? — я спрашивал, попутно успевая запомнить всё, что видел. А посмотреть было на что, мне стоило большого труда не вертеть головой. Трудно было поверить, что я нахожусь не на планете, а на огромном корабле — базе, вот только сияние силового купола высоко над головой доказывало это.
— Ждёт вас, господин.
Сознание принца напряглось и, копнув глубже, я понял почему, такие краткие ответы слуга мог давать только в одном случае — отец приказал ни о чём не рассказывать, чтобы выволочка была чувствительнее.
"Интересно, что будет? — подумал я, — корабль "почти" цел, команда тоже". Мысли слегка отвлекли меня от внешних видов, но взгляд, раз за разом возвращался к тому, что было за окном. Высоченные прямоугольные коробки возносились ввысь к самому куполу, застройка была настолько плотная, что только многоярусное движение антигравов не давало возникать пробкам. Глядя на мегаполис внизу, у меня возникло ассоциация с копошащимся муравейником, а присмотревшись к фигуркам клаксонов, я едва не засмеялся, совпадение было практически идеальным.
Скоро мы проехали плотную застройку, стали снижаться и я впервые увидел Дом Усул'ал'гоноса. Здание оказалось впечатляющим и подавляющим своими масштабами. Одиноко стоящая громадина конуса располагалась на обширной территории, отгороженной от мира собственным силовым полем. Обширные территории вокруг конуса были заняты какими‑то плантациями, которые в свою очередь окружали высокие растения, смутно напоминающие мне доисторические папоротники.
Мы пролетели через открывшееся пространство в силовом поле и остановились у входа перед самым подножьем, принц опять напрягся. Пришлось посмотреть и узнать, что это высшая форма не уважения по отношению к наследному принцу. Опять же, только его отец мог отдать распоряжение приземлиться антиграву не на верху, возле комнат принца, а внизу, где живёт прислуга.
Я посмотрел на слугу, но тот был невозмутим. Делать было нечего, я вышел из антиграва, сразу попав в руки к трём клаксонам в силовой броне, на груди которой была чёткая эмблема в виде трёх уходящих в небо кораблей. По дёрганью сознания принца я понял кто передо мной — личная гвардия отца, она же служба безопасности на даготе.
— Кто распорядился? — я обязан был спросить, чтобы подчиниться особям из низшей касты воинов, нужно было, чтобы они имели прямой приказ от отца.
— Глава Дома, — один из клаксонов подтвердил мои опасения, — ваше оружие принц.