В следующую секунду в комнату влетели солдаты и заломив шипящее и щелкающее от ненависти насекомое приковали его к кровати. Я посмотрел на бок и увидел, что он распорот двумя широкими ранами, в которые попала кровь клаксона. Подняв взгляд на него, я увидел, что и его рана на ноге залита моей кровью.
— Вот тварь, — я убрал от себя руки солдат, пытающихся меня взять нести, — Келлер где тут медпункт?
— Нотации я тебе прочту потом, — его голос не внушал мне ничего хорошего, — сейчас перестань сопротивляться и дай солдатам тебя провести.
Услышав в его голосе угрожающие нотки, я не стал выпендриваться и подчинился, то что головомойка мне обеспечена, я не сомневался. Меня погрузили в медицинскую капсулу, где буквально через несколько секунд мне обработали и зашили раны, вкололи обезболивающее.
— Через пять минут почувствуешь жжение, — предупредил меня Келлер, — я работаю с нанороботами.
Я не успел открыть рот, как раны не смотря на уколы стали ныть, а затем болеть.
— Ты чего там делаешь?! — возмутился было я.
— Тебя никто не спрашивает, — отрезал Келлер, — хватит уже. Терпи.
Поняв, что ИИ не в настроении обсуждать права человека, я заткнулся и прислушался к тому, чем занимались нанороботы. С глубочайшим удивлением я понял, что Келлер сосредоточил пару сотен тысяч на моих ранах и сейчас они сращивали все повреждения.
— Ты когда этому научился? — удивился я.
— Помнишь ты палец порезал? — ответил он уже нормальным тоном, — не заметил, что рана затянулась так быстро?
— Э — э-э, нет, — я забыл про этот случай.
— Тогда и стал тренироваться.
— И что, ты так можешь с любой частью тела сделать? — поинтересовался я.
— Не пробовал, но судя по твоим выкрутасам придётся, — отрезал он.
— Я не понял, кто заверил меня, что газ отлично действует на них? — возмутился я.
— Видимо привыкают к его действию, если постоянно использовать, — ответил он, — но если бы ты был в скафандре, этого бы не произошло.
— Ладно, ладно, — я попытался пошевелиться, но капсула мягко стянула стенки, не давая мне этого сделать.
— Всё, закончил, правда сжёг у тебя пару килограммов, — прежде чем Келлер сказал, я почувствовал себя таким голодным, как будто не ел неделю.
— Уже чувствую, выпускай меня.
Едва капсула открылась, как я сразу осмотрел свой бок — ровная розоватая кожица, без малейшего намёка на раны или шрамы.
— Офигеть! Спасибо!
— Иди ешь, — теплее ответил Келлер, — я сжёг пару килограмм жира, а после того как поешь мне нужно будет восстановить численность роботов.
— Офигеть! — я не мог поверить произошедшим изменениям, — слушай, начинаю верить, что ты можешь остановить моё старение.
Следующие пару суток Келлер не выпускал меня из медицинской комнаты. Моё "заключение" закончилось только тогда, когда он убедился в том, что я на сто процентов здоров.
— Уже поздно, поэтому переночуешь здесь, а завтра пересядешь на корабль, нужно держать тебя подальше от этого клаксона, — с этой фразой он подтвердил мою поправку.
— Хорошо мамочка, — чтобы его подразнить, пропищал я.
— Поговори мне, — злобно отрезал ИИ.
Поняв, что шутки неуместны, я постарался заснуть.
Какое‑то странное чувство стало возникать у меня в мозгу, и я проснулся. Открыв глаза я сначала не понял, что произошло, затем боль в ноге снова дала о себе знать. Я слегка поморщился и удобнее устроил раненую ногу.
"Так! Стоп! Какая нога?! — вскинулся я, — у меня бок был ранен и тот починили!".
С тревогой я перевёл взгляд на ногу и вздрогнул. Я был в теле клаксона! Стараясь не паниковать, я сначала закрыл глаза, затем открыл их, ничего не пропало. Пошевелив правой "рукой" я убедился, что она легко подчиняется мне. Я попытался встать, и это мне легко удалось, правда через секунду в комнату ворвались солдаты и причиняя боль, прикрутили к кровати.
"Что за хрень творится?!", — спрашивал я сам себя и не находил ответа. Через пару часов сон сморил меня.
— Вставай соня, пора на корабль, — голос Келлера раздался как колокольный звон у меня в голове. Застонав, я очнулся. Мгновенно вспомнив ночной кошмар, я посмотрел на своё тело, всё было нормально.
— Чего случилось? — поинтересовался Келлер, — ты чего себя оглядываешь? Болит что‑то?
— Да нет, просто сон тупой приснился, как будто я в теле клаксона, — отозвался я со вздохом облегчения.
— Ну как поподробнее, — насторожился Келлер.
— Да ерунда, отмахнулся я, — приснилось что я в его теле, у меня болит нога, и я попытался встать, но солдаты привязали меня к кровати.
— Так! — тон Келлера стал озабоченным, — а теперь с этого мгновения медленно и с подробностями.
— Ты чего пристал, — я не понял его озабоченности, — сон, просто сон.
— Угу, если бы не одно но! Ночью клаксон очнулся, не смотря на гигантскую дозу наркотиков, и попытался встать.
!!! — у меня не было слов ему ответить.
В комнате повисло молчание.
— Пожалуй, рано тебя выписывать, — через пару минут нарушил её Келлер, — нужно разобраться, что вчера произошло.
— Может не стоит? — спросил я.
— Как раз таки очень даже стоит, — задумчиво сказал он, — твоя кровь попала ему в рану, его тебе, а с учетом того, что твоя кровь после лечения была перенасыщена нанороботами…
— Думаешь, такое возможно? — скептически спросил я.
— Есть другие варианты? — вопросом на вопрос ответил он, — наша связь с тобой давно вышла за нормы инетрогской науки.
— Это точно, — был вынужден признать я, — твои предложения?
— Повторить эксперимент, с твоего позволения я считаю вчерашние события?
— Да, конечно.
Ночи я ждал с нетерпением, и долго не мог уснуть. Я даже не понял, как снова оказался в теле клаксона. По договорённости с Келлером я оставил пару надписей на стене камеры.
— Володя, — его голос, как и вчера вывел меня из сна.
— Ну что получилось? — первым делом спросил я, едва успев протереть глаза.
— Да, ещё как, — он задумчиво замолчал, — и что нам теперь с этим делать?
Не знаю почему, но именно эта его фраза сложила в моей голове разрозненные мысли как мозаику.
— Знаешь, у меня родилась идея, — осторожно сказал я, боясь потерять мысль.
— Хм?
— А что будет, если например "инфицировать" моей кровью других клаксонов?
— Пока не попробуем не узнаем, — ответил он, — ты что‑то придумал?
— Да, но пока не попробуем заразить нескольких, я не скажу этого, — я был взбудоражен своими мыслями.
— Хорошо, у нас есть члены его команды, можем попробовать на них, — согласился Келлер.
— Только возьми из разных каст, для чистоты эксперимента, — попросил я, и погрузился в свои мысли.
Через три часа Келлер сказал, что всё готово. Я прошёл в комнату к неподвижно лежащим клаксонам и порезав себе руку обменялся с ними кровью.
— Сколько я находился в медпункте до первого перемещения? — спросил я Келлера.
— Двое суток.
— Тогда ждём.
На начало третьих суток мы накачали старшего помощника капитана наркотиками, а остальных оставили спать как есть, в том числе и капитана. Погружение прошло без проблем, я оказался в теле помощника легче, чем в прошлый раз у капитана.
— Слушай, — утром спросил я Келлера, — зачем нам ждать ночи, если нужно выполнить всего два условия: чтобы и я, и клаксон находились в беспамятстве. Мы же можем это повторить и днём, погрузив меня в анабиоз.
— Выглядит как‑то опасно, — засомневался Келлер.
Меня было не остановить, увидев реализацию пришедшей мне ранее идеи я вцепился в неё как терьер.
— Пробуем!
— Знаком мне этот тон, — теперь уже Келлер понял, что спорить бесполезно.
В этот раз подопытным был выбран один из техников. Все прошло без сучка и задоринки, практически мгновенное погружение в его сознание, как только я отключился.
Едва придя в сознание, я потребовал от Келлера продолжение эксперимента: