- Ты однажды спросил, достойна ли я того, чтобы умереть за меня, - ответила я. - А не о том, чем я пожертвую, чтобы спасти его.
Медленно кивнув, он отпустил кровать.
- Ты не такая, как другие целительницы. С тобой я почти желаю, чтобы ... Не важно. Я надеюсь на благо каждого, чтобы другие никогда не пронюхали о твоей тайне. - Его взгляд стал снова жестким, и он добавил гладким, беззаботным тоном: - В конце концов, однако им всегда это удаётся.
Габриэль исчез в двери. Он не знал, что попал в самую точку. В мире защитников и целительниц я действительно была уникальной. На моё удивление, я смогла это выяснить благодаря Дину.
Ты считаешь себя особенной, не так ли? Ты и твой богатый папаша. По крайней мере, я не урод! Никто не знал ответа на вопрос, почему я могла исцелять бессмертие. На самом же деле это было так просто: я сама могла стать бессмертной.
Если защитники выяснят правду, то моя жизнь в Блеквелл Фоллс закончится, потому что они никогда не прекратят охотиться за мной или за моей семьёй.
* * *
- Ты пришла в себя! - Бен зашёл в палату. Под флуоресцентным светом его лицо казалось серым от беспокойства и печали. Он убрал прядь волос у меня с лица. Рассеянно я заметила, что его аритмия сердца вернулась - последние недели я снова и снова исцеляла её и никогда не узнавала как решающую ссылку на то, чем она была. - Ну, детка?
- Ну?
- Ты нас ужасно напугала! Мы так за тебя боялись. Как ты?
Я подумала дать ему такой же ответ, как Габриэлю, но вместо этого сказала:
- Я жива. А Люси?
- У неё кровоподтёки, потому что она выпрыгнула из окна второго этажа, в остальном всё в порядке. Она тоже хотела проведать тебя, но мы посчитали, что ей лучше сначала отдохнуть. - Его нежное прикосновение привело меня в замешательство, потому что было противоположно тому, чего я ожидала.
- Она говорит, что ты героиня. Что Дин выстрелил в тебя, когда ты попыталась защитить её.
Героиня. Это было смешно. Я была та причина, по которой Дин выстрелил в неё. Для неё будет лучше, если я исчезну. Для всех для них так будет лучше. Мой отец чувствовал себя ответственным и виноватым за то, что бросил меня. Поэтому будет ещё труднее убедить его в том, что я должна уйти.
- Бен, я хочу уехать из Блеквелл Фоллса.
- Что? - спросил он ошеломлённо.
- Дин пришёл из-за меня. Может так случиться, что он опять сделает это. - Я чуть не подавилось ложью, но сказала себе, что это для их пользы. - Люси пострадала из-за меня, а в следующий раз может быть всё ещё хуже.
Всех вокруг меня ранили. Вполне возможно, что сейчас, когда есть угроза, что нападут защитники, будут и мёртвые. Если я сейчас уйду, Бен сможет жить и дальше в блаженном неведении о том, что моя мать скрыла от него.
- Реми, о чём ты говоришь? - выдавил из себя Бен.
- Мистер Омалей? - Вежливый голос прервал отрывистые слова Бена.
Оба мы повернулись к новоприбывшему - одетого в униформу офицера - который остановился нерешительно в двери и стучал по ноги блокнотом. Ашер стоял позади него и его взгляд блуждал по мне обеспокоенно и с любовью.
- Извините, что так врываюсь, - продолжил офицер. - Не возражаете, если я войду? Нам нужны показания вашей дочери.
- Мёрфи, разве это не подождёт? Она ещё не в форме. Откуда вы вообще знаете, что она пришла в себя? - спросил Бен нахмурившись.
Мою семью офицер видимо уже опросил или же Мёрфи был одним из знакомых Бена. Когда я уеду из Блеквелл Фоллса, мне будет не хватать того, что здесь каждый отдалённо знал друг друга. Ашер поднял одну бровь, но я проигнорировала это. Обладала ли я защитной стеной или нет, при глубине моих чувств к нему, было невозможно закрыть полностью его доступ к моим мыслям.
- Мы попросили персонал больницы сообщить нам, когда она придёт в себя. Лучше всего опросить её, пока воспоминания вашей дочери ещё свежие. - При виде моего бледного лица он вопросительно поднял брови вверх. - Это для вас приемлемо, Реми?
Так как я благодаря этому могла оттянуть неизбежный разговор с Беном, я кивнула. Трусиха.
Когда Мёрфи хотел закрыть дверь перед носом Ашера, я сказала:
- Нет! Я хочу, чтобы Ашер был рядом. - Его присутствие придавало мне сил.
Бен фыркнул, но не возражал. Неожиданно он придвинул стул поближе ко мне и взял меня за здоровую руку, не заботясь об инфузионных трубках и моих слабых попытках забрать её у него. Ашер сел на стул возле окна и, молча, наблюдал.
Мёрфи, чьи серебристые бакенбарды переходили в непослушные, седые волосы, вытащил из-за уха заточенный карандаш. Не смотря на его поседевшие волосы, ему должно быть было около сорока, потому что кожа была гладкой и только возле глаз и губ виднелось несколько морщинок, верный знак того, что он был курильщиком или же курил раньше.
С карандашом наготове он смотрел на меня с бесконечным терпением.
- Ваша сестра рассказала, что вы выходили поужинать и когда вернулись домой, то ваш отчим ждал вас на кухне. - Я кивнула.
- Что случилось потом? - Я пропустила всё, что выдало бы меня как целительницу. Но в отличие от последнего раза, когда я из-за Дина оказалась в больнице, в этот раз я рассказала так же и более уродливые вещи.
Чем больше Бен будет знать, тем легче ему будет отослать меня прочь.
Подчёркнуто спокойно я описала события, произошедшие в нашем доме, в которых в этой рационализированной версии, вместо Люси, выстрелили в меня, и Люси смогла сбежать без помощи Лотти.
Когда я рассказывала Мёрфи, как Дин обнаружил меня в ванной комнате и пнул в голову, я почувствовала, как Бен вздрогнул. Как будто я говорила о незнакомке, и рассказала безучастным голосом о зверствах Дина.
Ранение следовало за ранением, снова ожоги от сигарет, так что я стала нечувствительной ко всему, кроме стыда, потому что в конце концов он сломил меня. Перед тем, как пришёл Ашер, я сдалась.
Как будто желая утешить меня без прикосновений, Ашер позволил своей энергии кружиться в воздухе. Мой отец поднял взгляд, как будто почувствовал это, и я увидела, как Ашер с любопытством посмотрел на него.
- Есть какое-нибудь предположение, почему ваш отчим похитил вас? - захотел ещё узнать Мёрфи.
- Дин твёрдо уверен в том, что я принадлежу ему, - ответила я с горечью. – Он хотел только получить обратно свое имущество, с похищением это ничего общего не имеет.
Мёрфи сделал свои последние заметки, закрыл блокнот и засунул карандаш в нагрудный карман своей рубашки.
- Большое спасибо, пока что это всё. Если у нас будут ещё вопросы, то мы уведомим вас. Если вам что-нибудь понадобиться, у вашего отца есть моя визитка. А между тем мы продолжим искать Дина Вайтфелда.
Прежде чем уйти, он ещё раз направил на меня свои спокойные, коричневые глаза.
- Вы сильнее, чем думаете, Реми. Я знаю мужчин его калибра. Не впускайте его в свою душу, если вы до сих пор остались в живых.
Снова одна с Беном и Ашером, я размышляла над тем, как Мёрфи мог догадаться о том, что я была так близка к пропасти, полная отвращения к себе и чувства вины. Сломлено было больше, чем только моё тело. Было так, словно мой интерес вывернул наизнанку. Я желала чего-то, чего не могла иметь, тосковала по вещам, на которые у меня не было права. Я не хотела уезжать.
- Ашер, не могу выразить, как я благодарен за то, что ты нашёл Реми. – Бен пожал Ашеру руку, положив ему при этом свою другую на плечо. – Мне нужно сейчас поговорить с моей дочерью уже на давно назревшую тему. Ты не мог бы оставить нас на какое-то время наедине?
- Без проблем, сер. - Ашер подошёл ко мне и поцеловал в щёку. - Если я тебе понадоблюсь, я в коридоре, - прошептал он при этом. Как напоминание о том, что мог слышать меня без слов, он нежно прикоснулся пальцем к моему лбу, а потом ушёл. Какое-то время царила тишина и я ожидала согласие Бена, что могу уехать из Блеквелл Фоллса.
- Ладно, хватит! - Вспыльчивая вспышка Бена испугала меня. Он бросился ко мне и поднял вместе с одеялом и всем, что было в постели. Потом сел назад на стул, следя, чтобы с инфузионной трубкой ничего не случилось.