Изменить стиль страницы

Нэнси БАРТОЛОМЬЮ

СТРИПТИЗ

Адаму и Бену, которые рассказали всем, кому могли, что их мамочка пишет детективный роман, задолго до того, как я решилась произнести это вслух.

Джону, который верил в меня и любил.

Моим родителям, которые не позволили мне отказаться от мечты.

Глава 1

То, что произошло с Арло, никак не должно было случиться. Арло, конечно, был весьма нахальным и жуликоватым псом, умеющим добиться своего. Но он был великолепен и всеми любим.

Мне нравятся мужчины с шармом, а его у Арло было хоть отбавляй. Я танцовщица, работаю в небольшом клубе в Панама-Сити, штат Флорида. Это курортный городок с прекрасными пляжами. И поверьте мне, чего я только в жизни не наслушалась, каких только мужчин не встречала! Чтобы добиться моего расположения, мало иметь хорошо подвешенный язык, нужны еще смелость и особый блеск в глазах, который означает, что обладатель этих глаз любит рисковать. Мне нравится чувствовать такой дух в своих друзьях. Поэтому не особенно важно, что Арло был собакой.

Все в «Тиффани» давно привыкли к нему. Он появился в клубе вместе со своей хозяйкой Дениз около года назад. Дениз работала в клубе барменшей. Она занимала место за стойкой бара, а Арло обычно сворачивался клубочком у ее ног и проводил там все время. Все знали об этом, но делали вид, что ничего не замечают. Даже санитарный врач. Когда он впервые появился, Винсент, владелец клуба, сказал ему, что Дениз плохо видит, а эта собака — ее поводырь. Не важно, что установить породу Арло было совершенно невозможно и уж меньше всего он походил на собаку-поводыря. Арло весело подбежал к санитарному врачу и протянул для приветствия лапку, а затем лизнул его руку и, подпрыгнув, сделал сальто. Потом он лег на пол и три раза перевернулся подобно дрессированной цирковой собачке.

— Во дает! Как вы его научили? — обратился к Дениз удивленный санитарный врач.

— Мне таким его прислали, — проворковала она и посмотрела своими зелеными глазищами прямо в глаза врачу. — Полагаю, это часть его подготовки.

И врач в одно мгновение потерял голову. Да и было из-за чего. Дениз удивительно миниатюрна, с большой копной темно-рыжих волос. Мужчины, как только ее видят, сразу тают, им хочется о ней заботиться, им она кажется маленькой хрупкой птичкой. Мы с Дениз часто смеемся над этим. Мужчины ее совершенно не знают. По части выпивки эта «птичка» обставит кого угодно, да и ездит Дениз на мотоцикле «Харлей-пенхед-48». Арло запрыгивает на заднее сиденье, у него даже есть специально заказанный шлем. Но я, кажется, отвлеклась.

Арло исчез в субботу, около двух месяцев назад. Я точно запомнила день недели, потому что в тот вечер выступала с новым номером. Вообще-то «Тиффани» не стриптиз-клуб, мы классом повыше. Когда Винсент Гамбуццо, нынешний владелец, купил этот бар, он сказал нам, что хочет привлечь клиентуру побогаче и что больше в клубе не будет обнаженных девушек, исполняющих танцы вокруг шеста, и не будет греметь по-сумасшедшему рок-н-ролл. Нет, в «Тиффани» все будет по-другому. Так и вышло. Танцы у нас теперь ставит хореограф, и костюмы роскошные, и музыка приятная. Поэтому я очень хорошо помню свое выступление в тот вечер, когда исчез Арло…

Глава 2

Зазвучала мелодия «Мы бедные барашки, мы заблудились…». Винсенту удалось в каком-то ломбарде отыскать чучела овечек, и он расставил их по всей сцене. Они выглядели просто ужасно, были побиты молью, а у одной овечки не хватало ноги, и ее пришлось прислонить к заднику. Я вышла в светлом парике с кудряшками, в длинном голубом платье и панталонах, подошла к краю сцены и, вглядываясь в публику, спросила:

— Где мои овечки? — затем вытянула вперед руки и позвала: — Идите скорее сюда, к своей мамочке.

Это сработало. Трое, по виду коммивояжеры, толкая друг друга и спотыкаясь, устремились к сцене. Однако здесь их остановил Бруно, напичканный стероидами охранник. Он сказал им, что дальше нельзя. Как раз в это время я сбрасываю с себя платье и остаюсь в корсете и панталонах. Многие мужчины уже блеют, кое-кто тяжело дышит.

Когда у меня премьера, я всегда внимательно слежу за реакцией зрителей, чтобы понять, нравится ли им. И Дениз, если ей нравится, поднимает вверх большой палец. Но в тот вечер она плакала и ни разу не взглянула на меня. Ее сменщица помогала ей с напитками, а сама Дениз стояла в сторонке, вытирая глаза. Арло, который обычно из уголка за стойкой следил за сценой, нигде не было видно. «Неужели номер такой отвратительный?» — подумала я. Однако делать нечего, все равно надо было его заканчивать. Я решила, что потом сразу пойду к Дениз. Быстро скинула корсет, затем панталоны. На мне остались только два блестящих лоскута внизу да на груди такие же блестящие наклейки. Я подошла к самому краю сцены, чтобы меня было лучше видно и можно было разглядеть, что наклейки на груди имеют форму барашков. Заканчивалось мое выступление довольно старым, но зато эффектным трюком: на кончиках грудей у меня были прикреплены кисточки, которые вращались в противоположные стороны. Один инженер сказал мне, что все зависит от силы притяжения и что с моим размером беспокоиться не о чем. Так что это просто подарок судьбы: если у вас нужный размер — трюк получится, а нет — так нет.

Подвыпившие коммивояжеры что-то выкрикивали с мест и бросали на сцену купюры, но я повернулась к ним спиной, широко расставила ноги, нагнулась, сложившись почти пополам, просунула руки между ног и стала собирать с пола купюры. В зале началось настоящее сумасшествие. Я выпрямилась, послала всем воздушный поцелуй и убежала за кулисы. Ральф, наш шоу-менеджер, уже ждал меня с пурпурным шелковым кимоно в руках.

— Отлично, Кьяра, номер пойдет! — сказал он, накидывая на меня кимоно. — Этим ребятам нравятся сказки.

— Похоже на то, Ральф, — отозвалась я, направляясь к бару. — Все вы в душе остаетесь детьми.

Дениз все еще плакала. Она стояла спиной к залу, делая вид, что переставляет бутылки, но вряд ли ей удалось кого-нибудь обмануть. Ее постоянные клиенты казались несколько растерянными. Они пили разбавленные слезами Дениз напитки и отводили взгляды. Еще немного в таком духе, и к одиннадцати у нас никого не останется.

— Эй, привет! Тебе что, мой номер детство напомнил?

Дениз подошла ко мне, ее лицо распухло, глаза покраснели.

— Его нет, Кьяра, — прошептала она. — Арло исчез.

— Дениз, не может быть. — До меня не сразу дошли ее слова. Я обняла ее. — Расскажи, что случилось. — Я уже представляла себе, как маленького бедного Арло сбил автомобиль и он лежит где-нибудь посреди дороги. Или еще хуже: он сорвался с мотоцикла, ударился о дерево и его тельце отбросило в канаву.

Дениз еле вымолвила:

— Его кто-то украл.

Я сразу пришла в ярость. У меня тоже есть собачка — маленькая чихуахуа по кличке Флафи. Если бы ее украли, это было бы равносильно потере ребенка. Мы здесь в «Тиффани» как одна большая семья. Для посторонних мы чужие. Подозреваю, что в нас видят только девочек, способных возбуждать самые низменные инстинкты, считают, что мы занимаем одну ступень с проститутками и адвокатами. Но друг за друга мы стоим горой. И если у кого-то из нас что-то случается, это наша общая беда.

— Кому понадобилось похищать маленького Арло? — спросила я. — Да и как они его украли?

— Я не знаю, — тихо проскулила Дениз, порылась в карманах и достала что-то, что я поначалу приняла за носовой платок. — Они оставили вот это, — сказала она, протягивая мне скомканный, закапанный слезами листок бумаги.

В баре было темно, и я не смогла разглядеть, что там написано. Поэтому я взяла Дениз за руку и потащила в служебное помещение, где в проходе остановилась под лампочкой. Уединиться в «Тиффани» невозможно, тем более в проходе, где все время туда-сюда снуют девушки и работники клуба. Я расправила скомканный листок и прочитала следующее: