Изменить стиль страницы

Поляков продолжал заниматься океанологией, преподавал и работал в море, Зарубин трудился по юридической части, а Евтеев и лахтинский барабанщик Дмитрий Фогель (позднее МИФЫ, КАКАДУ) летом 1978 года собрали новую группу, с которой играли на танцах в Лахте, санатории «Дюны», Всеволожске и т. д. С конца 80-х Евтеев преподавал в Сестрорецке в музыкальной школе № 20, а весной 1995 года ушел из жизни.

Что касается прочих участников СТЕНОБИТНЫХ МАШИН, то Шахвердов тоже умер, а Леонович, завязав с рок-н-роллом, занялся наукой согласно диплому и в конце концов защитил докторскую диссертацию.

Юрий СТЕПАНОВ

Питерско-лондонский пианист, певец, автор песен, а впоследствии успешный промоутер и востребованный киноактер, Юрий Степанов был одной из самых колоритных фигур на питерской рок-сцене 70-х, и хотя в начале следующего десятилетия музыкант покинул Россию, он всегда оставался интегрированной частью рок-н-ролльного Петербурга и сохраняет тесные творческие контакты со своей исторической родиной.

Юpий Степанов родился 7 ноября 1951 года в Ленинграде в семье с музыкальными традициями. Его отец, выпускник Консерватории и довольно известный в те годы оперный режиссер, несколько лет жил в Казани, где ставил спектакли в местном Театре оперы и балета им. Мусы Джалиля, однако позднее вернулся в Питер и преподавал театральное мастерство.

Юрий, по собственному выражению, «рос вундеркиндом»: с четырех лет играл на рояле классику, дошколенком занимался с педагогами, а потом поступил в Музыкальную школу им. Римского-Корсакова, где отучился десять лет. Его учителя нацеливали подростка на карьеру концертирующего пианиста. Каково же было их разочарование и шок, когда в шестнадцать лет Юра объявил, что будет играть рок-н-ролл!

Знакомство с музыкой, перевернувшей мир и его самого, состоялось весной 1965-го: впервые Юрий Степанов услышал THE BEATLES, когда старший брат («я у него вечно одалживал то малиновые штаны, то ярко-желтый галстук») купил на черном рынке американскую пластинку «Meet The Beatles»; он был наповал сражен магией битловской «All My Loving». «Вот тут-то все и случилось: я с ними встретился».

В школе Степанов и его лучший друг Сергей Журавлев организовали группу с симптоматичным названием ПОЮЩИЕ ЛЕНТЯИ (они исполняли собственные песни с текстами на английском). В 1969-м, окончив школу, Юра собрался поступать в театральный, но не прошел по конкурсу и, чтобы избежать армии, быстро сдал экзамены на дирижерско-хоровое отделение в Институт культуры. Как ни странно, в то время он почти не контачил с миром рок-музыки («конечно, мы с братом несколько раз бывали на сэйшенах, помню, слушали КОЧЕВНИКОВ, которые уже пели по-русски, ФЛАМИНГО и другие известные группы, но у нас в институте ничего такого не было»).

Между тем его сотрудничество с Журавлевым продолжалось: вместе и порознь они, уже перейдя на русский, сочиняли песни, а в 1971 году написали детскую рок-оперу «Гензель и Гретель» (по мотивам сказки братьев Гримм «Пряничный домик»). Музыка была целиком своя, а помимо авторских текстов в опере были использованы стихи Агнии Барто и Самуила Маршака (правда, в вольной обработке Сергея и Юрия).

Весной 1973-го Степанов получил диплом, после чего был на год призван в армию, где познакомился с первым бас-гитаристом МИФОВ Славой Легздиным («от него-то я и услышал впервые волшебное слово МИФЫ»). Вернувшись в Питер, Степанов начал искать отвечавшую его интересам работу, и тогда бывший соученик по школе, пианист Владислав Петровский, в то время участник ДОБРЫХ МОЛОДЦЕВ, направил его к своему бывшему коллеге по ансамблю, саксофонисту Всеволоду Левенштейну (Новгородцеву), который нацелился уехать из Советского Союза, а пока этого не случилось, работал на танцах в Белом зале Пушкина со своей группой ЛЮДИ ЛЕВЕНШТЕЙНА.

Приехав в первый же раз в Пушкин, Степанов неожиданно для себя обнаружил, что в составе ЛЮДЕЙ ЛЕВЕНШТЕЙНА уже числятся оба лидера «тех самых» МИФОВ Сергей Данилов и Гена Барихновский, с которыми он моментально подружился. Помимо них в группу входил барабанщик Майкл Кордюков; иногда на огонек в Белый зал заглядывали Юрий Ильченко, Сергей Курехин, тогдашний клавишник МИФОВ Алик Азаров и другие питерские музыканты. На танцах ЛЮДИ исполняли типичный для тех лет репертуар: англо-американский хард, поп-рок, кое-что из советской эстрады (для отчетности) и т. д. Как-то раз по просьбе Севы Степанов сочинил сюиту на темы песен советских композиторов!

Работа была необременительной – они работали в Пушкине два раза в неделю, по субботам и воскресеньям, что давало им возможность искать другие точки приложения сил.

Весной 1975 года находившиеся в состоянии полураспада МИФЫ начали мало-помалу возвращаться к жизни. Пораженный их музыкой Степанов решил присоединиться к группе, для чего по всей форме написал заявление: «Прошу принять меня в вокально-инструментальный ансамбль МИФЫ»! Данилов с Барихновским прочитали его, посмеялись, поставили печать «уплочено» и взяли-таки в свою компанию. Примерно тогда же Степанов познакомился с фолк-певицей Ольгой Першиной и начал выступать с ней дуэтом. Позднее Першина представила его Коле Васину, и с тех пор Юрий на несколько лет стал непременным участником всех битловских праздников, проводимых Васиным.

Весной 1976-го Степанов и Першина в компании с ОРНАМЕНТОМ и АКВАРИУМОМ стали гостями рок-фестиваля в Таллине, где познакомились с музыкантами УДАЧНОГО ПРИОБРЕТЕНИЯ и МАШИНЫ ВРЕМЕНИ. Вскоре после этого МИФЫ дали последний большой концерт (на официальном фестивале «Весенний ключ» в ДК им. Газа) и распались, а Степанов на следующие полгода присоединился к безымянной группе экс-гитариста БЖК Владимира Сафронова, с которым играл на танцах в Володарском.

В феврале 1977-го вернувшийся в Питер после альянса с МАШИНОЙ ВРЕМЕНИ Юрий Ильченко пригласил Степанова в свою супергруппу ВОСКРЕСЕНИЕ, однако она просуществовала чуть больше полугода и тем же летом распалась, а Степанов и его коллега по МИФАМ и ВОСКРЕСЕНИЮ Гена Барихновский нашли новую работу в кафе «Сюрприз», где осенью сложилась новая группа НЕОФИЦИАЛЬНЫЙ ВИЗИТ, объединившая их с обломками БОЛЬШОГО ЖЕЛЕЗНОГО КОЛОКОЛА. Увы – она тоже просуществовала слишком мало, чтобы оставить по себе какие-то следы.

Летом 1978-го Майкл Кордюков зазвал Степанова поехать на гору Чегет: публику на тамошней турбазе традиционно развлекали питерские музыканты (БОЛЬШОЙ ЖЕЛЕЗНЫЙ КОЛОКОЛ, ИДЕЯ ФИКС и другие). Компанию им составили экс-гитарист МИФОВ Юрий Бушев и бас-гитарист Слава Миронов.

В октябре 1978 года Юрия Степанова пригласили на рок-фестиваль в подмосковной Черноголовке, однако в последний момент власти запретили его проведение (хотя часть участников все же успела выступить). Позднее ему все-таки удалось продемонстрировать свои таланты московской публике: Юрий выступал соло в вотчине МАШИНЫ, Архитектурном институте, а позднее дуэтом с Колей Корзининым (БОЛЬШОЙ ЖЕЛЕЗНЫЙ КОЛОКОЛ, перкуссия) презентовал в столице совместную литературно-блюзовую композицию.

В июне 1979-го Степанов, Ильченко, Саша Ляпин и их приятели устроили в клубе РСТ-2 джем со случайно оказавшимися в Питере американскими музыкантами; время от времени происходили и другие интересные события, но в целом к концу 70-х пространство для рок-н-ролла в Питере заметно сузилось: играть было негде, перспективы терялись в тумане, и Степанов – по примеру Севы Левенштейна – решил перебраться в Европу.

В начале 1980-го он принял участие в реформации МИФОВ, той же весной записал на только что открывшейся студии Андрея Тропилло свой дебютный мини-альбом, а 18 июля 1980 года посредством фиктивного брака уехал в Англию и поселился в Лондоне. Первые три года, по словам Юрия, заниматься музыкой ему почти не пришлось, хотя пару интересных предложений он все-таки получил: в октябре 1980-го его прослушивали TEARDROP EXPLODES; он подошел, но тогдашний статус Степанова не позволял ему выезжать за пределы страны, а группа как раз собиралась в турне. Следующей весной в клубе «Rock Garden» он познакомился (и чуть было не собрал группу) с будущим барабанщиком CULTURE CLUB Джо Моссом, но в целом все начало 80-х музыкант боролся за выживание: работал курьером, грузчиком и т. п.