Изменить стиль страницы

Гоминидные предки человека развивались в узкой полосе обрамленных лесами рек и озер, протянувшейся на 8000 километров с севера на юг от Ближнего Востока до Южной Африки (см. карту). Это знаменитая система Восточно-Африканского рифта, геологически активная область, которая уже более 20 миллионов лет представляет собой гигантский разлом, расширяющийся и углубляющийся по мере перемещения больших участков земной коры.

Эти смещения вместе с переменами климата периодически приводили то к повышению, то к понижению уровня рек и озер в районе Восточно-Африканского рифта. Избыточные воды не стекали в море, как повсюду, но собирались во внутренней материковой впадине, напоминающей Большой Бассейн на западе Северной Америки.

Такая задержка воды приводила к троякому результату. Во-первых, в этом районе очень долго сохранялись условия, благоприятные для эволюции человека. Во-вторых, такая ситуация способствовала сохранению окаменелостей — отсутствие стока в море вызывало медленное заболачивание озер, кости чаще оставались на месте, и постепенно их покрывал ил или вулканический пепел. В-третьих, позднейшая эрозия обнажила затем в ряде мест древние осадочные породы, и охотникам за окаменелостями есть где применить свое умение.

Бесплодные окрестности озера Рудольф

Недостающее звено img015f.jpg

Песчаники Туркана, имеющие возраст около 20 миллионов лет, не могут содержать окаменелостей гоминидов, которые появились не более 15 миллионов лет назад

Сделанные с воздуха фотографии берегов озера Рудольф лучше всяких слов объясняют, почему ни одно селение не помечено на карте этих мест. В наши дни эта земля настолько бесплодна, что не может поддерживать жизнь и, по мнению опытных охотников за окаменел остями, далеко не всегда годилась и для древних гоминидов.

Важно не только уметь распознавать богатые местонахождения окаменелостей, но и знать заранее, где искать их не имеет смысла. Палеонтологу требуется не только закалка бывалого путешественника, но и проницательный взгляд геолога. Если он видит, что такие обнаженные пласты, как запечатленные слева, сформировались до появления гоминидов, искать не имеет смысла; если пласты, наоборот, столь молоды, как на нижнем снимке, то земля, на которой некогда обитали австралопитеки, погребена так глубоко, что вести раскопки не стоит.

Для более быстрого обследования подобных областей в поисках выхода пород многообещающего возраста Ричард Лики обычно пользовался вертолетом. По иронии судьбы во время первой разведки этого района с воздуха он заметил на редкость богатое место, но вторично найти его не сумел.

Недостающее звено img016f.jpg

Эти оставленные эфиопскими реками осадочные породы покрыли слои, современные австралопитеку. Если он и обитал тут, его окаменелости упрятаны слишком глубоко

Недостающее звено _000015f.jpg

Редкая роза пустыни расцвела после дождя на богатом окаменелостями слое осадочных пород неподалеку от озера Рудольф

Обследуя (нередко со спины верблюда) восточный берег озера Рудольф, Ричард Лики убедился, что многие обширные участки там сулят волнующие находки. Поверхностные слои имели самый подходящий возраст — от четырех с половиной миллионов лет до неполного миллиона, то есть соответствовали периоду, в течение которого в этой части Африки из человекообезьяны развивался человек. И можно было надеяться, что кости обитавших возле озер гоминидов и животных, со стадами которых они жили бок о бок, укрыты лишь тонким слоем ила и глины.

Неподалеку от озера, в месте, носящем название Кооби-Фора, предположения превратились в реальность: Ричард Лики нашел там череп гоминида древностью два миллиона лет, который открыто лежал на каменистом выступе (словно ожидая, когда его подберут). И это было только начало. На север к эфиопской границе веером разворачивается обширная местность площадью около двух с половиной тысяч квадратных километров, где с тех пор было найдено большое число окаменелостей и орудий гоминидов.

Недостающее звено img017f.jpg

Верхом на верблюдах Ричард Лики (в середине) и его помощники пересекают труднодоступную равнину близ озера Рудольф. С верблюдов им удалось заметить окаменелости гоминидов, которые с вертолета они не разглядели бы

Лотегем — место, где найдены самые древние остатки

Недостающее звено img018f1.jpg

Эта плоская песчаная дорога — ложе пересохшей реки, прорезавшей Лотегемский холм. Ручей, собирающий дождевую воду, вспоил тут две-три пальмы. Лотегемская челюсть, древнейшая из найденных окаменелостей гоминидов, была обнаружена неподалеку в осадочном слое, лежащем над бурыми слоями, которые видны на обрывах справа и слева

Лотегем — это небольшое ущелье у южной оконечности озера Рудольф, прорезанное речкой в древних озерных отложениях. В результате движений земной коры отложения эти выпятились, образуя заметную возвышенность — Лотегемский холм. Слои озерных отложений, из которых слагается холм, расположены теперь наклонно и выступают над окружающей равниной, благодаря чему обнажились пласты с окаменелостями более древними, чем в других местах, где найдены остатки австралопитеков. В Лотегеме содержащие окаменелости осадочные породы с возрастом в 5–6 миллионов лет подняты над поверхностью. Поздняя эрозия обнажила края приподнятых слоев, и в одном из них в 1967 году экспедиция Брайена Паттерсона нашла древнейшую из известных до настоящего времени окаменелостей австралопитека — лотегемскую челюсть, возраст которой равен 5,5 миллиона лет.

Она сохранилась настолько плохо, что ее трудно определить с достаточной точностью, но по строению она, по-видимому, принадлежит австралопитеку изящного типа, что вполне согласуется с предполагаемым происхождением его от рамапитека.

Омо — край зеленый, как и в стародавние времена

Недостающее звено img019f.jpg

Берега реки Омо покрыты густым лесом, как и в дни австралопитеков. Но окаменелости последних обнаружены не тут, а в бесплодных окрестностях, где обнажились древние осадочные породы

Единственное место, где обитали австралопитеки, которое и теперь остается почти таким же, как было при них, — это берега реки Омо, впадающей в озеро Рудольф с севера. Омо собирает дождевую воду с высокого горного хребта, расположенного дальше к северу, в Эфиопии, и за последние тысячелетия — в этом районе чрезвычайно сухие — озеро не исчезло совсем, в частности, благодаря ей.