Не закончив фразу, он обернулся посмотреть, что думает его спутница о безрассудной женитьбе его братца, и очень удивился, увидев что Роза внимательно его слушает.
Видя, что он замолк, она поспешно сказала:
- Так ту барышню... Русскую, звали Софией?
- Да, да, Софией. Хорошее имечко, правда? - спросил он и Роза выдавила из себя улыбку. - Ну, так значит... О чем я говорил? Ах да... Значит вывез он ее, с ее-то родины, и спустя два года они обвенчались. Теперь наша мадам Флионелли живет с моим братцем в городе. Хотите я вас познакомлю?
Благодаря небо за то, что все ее родственники такие открытые и разговорчивые люди, Роза попросила Фредерика дать ей перевести его вопрос Леону.
- Ох, Лео, - она едва сдерживалась, чтобы не начать прыгать от радости, - мы нашли ее, мою бабушку! Она живет в городе!
Леон с облегчением улыбнулся.
- Он сам сказал, Лео, я теперь до конца жизни буду благословлять болтунов!
Они обменялись улыбками.
- Он приглашает нас навестить их, они живут в городе. Нет, ты представляешь?
Улыбаясь до ушей, она повернулась к Фредерику:
- Нам было бы очень интересно навестить ваших родственников, месье Флионелли.
- Превосходно, - воскликнул Фредерик, - просто чудесно! Хотя, может братец и не так любит гостей как я, но я думаю вы ему понравитесь, я просто уверен! Ну, идемте!
И, полный предвкушений по поводу предстоящей встречи, он засеменил вперед, предоставив Леону случай обмолвится с довольной Розой парой слов.
- Так значит он ведет нас к родственникам? И ему не показался странным твой интерес? В конце концов он нас не знает и мы его не знаем, - тихо протянул Леон, когда Фредерик ушел достаточно далеко вперед, - с чего бы это он так радуется возможности представить нас брату?
- Мне показалось, более счастливого, и при этом менее подозрительного человека, не найти на всем свете! - с жаром откликнулась Роза. - Слышал бы ты его. Он так и лучится радушием. Что, собственно, тебя пугает?
- Мне он тоже показался таким. Но меня смущает его готовность верить каждому встречному... Мы ведь можем оказаться преступниками, а он с довольным видом идет знакомить нас с родственниками. Странно все это.
Леон поглядел, как Фредерик что-то говорит собаке и та носится вокруг него.
- Может ты ему понравилась? - с ухмылкой спросил он у Розы. - Ты не можешь не нравится, вот и он это почувствовал.
- Ты ведь так не думаешь, - тихо отозвалась Роза, - он, я уверена, так не считает.
- Почему же? У тебя такой хрупкий вид, особенно в этом чудовищном, мешковатом комбинезоне. Кажется, что подует ветер и унесет тебя. И волосы ты убрала в этот пучок, и видна теперь только твоя маленькая головка и большие глаза. - Леон не сдержался и приобнял ее за талию. - Но ты все-таки не очень-то строй ему глазки. Можешь и переборщить.
Невольно заулыбавшись, Роза порозовела.
С минуту Леон смотрел, как она пытается справится со смущением, а потом сказал:
- Ну ладно, оставим все твои прелести, хотя я мог бы перечислять их вечно. Как насчет того, что он истосковался по обществу, и потому рад такой прекрасной возможности заиметь друзей?
- В том смысле, что он просто не может больше жить в одиночестве? - благодарно откликнулась она. - Да, очень может быть.
- Ну, и к тому же его собака нас чудом не сшибла с ног, это тоже может послужить хорошей причиной попытаться нас задобрить.
- Наверное это так, хотя он сказал, что Дик всегда очень дружелюбен.
- Это еще раз доказывает мою теорию, - весело сказал Леон, - он доказывает свою невиновность как хозяина собаки, тем самым пытаясь нам внушить, чтобы мы как можно скорее забыли об этом инциденте.
- То есть ты больше не настроен его подозревать? Я вижу, ты ищешь ему оправдания... - игриво отозвалась Роза. - Видимо то, что я ему якобы понравилась, уже в твоих глазах служить ему хорошей рекомендацией?
Леон улыбнулся, но промолчал.
Спустя двадцать минут у них уже не оставалось сил ни на разговоры, ни уж тем более на смешки. Пройдя наконец на самую вершину холма, они наконец-то увидели впереди обещанные им новостройки и, еле переводя дух, а некоторые и с колотьем в боку, остановились передохнуть. Хотя передохнуть остановились только Леон с Розой, между тем как их Фредерик пошел дальше по холму, играя с Диком.
Кидая на него недовольный взгляд, Леон сказал, что у этого типа похоже только псина на уме, между тем как они в полу-живом состоянии:
- Если мы сейчас свалимся вон с того утеса, он наверное и бровью не поведет. А может просто пожмет плечами и пойдет по своим делам.
- Но он же дал нам отдoхнуть, - со стоном плюхаясь на траву, и вытягивая перед собой ноги, заметила Роза, - если бы он, как ты выразился, и бровью бы не повел, то не стал бы думать о нашем состоянии.
- Ты как, устала?
Тяжело дыша, Роза покачала головой. Леон кинул еще один недовольный взгляд на виновника ее страданий, но промолчал, и просто сел рядом.
В волю насладившись видами и, несомненно, отдыхом, хотя последним в меньшей степени, они сказали, что могут идти дальше. Фредерик тут же поспешил сказать, что осталось самая малость пути (Леон еле удержался от того чтобы не фыркнуть) и они, спустившись с холма, наконец поравнялись с первыми домами, а потом и углубились в городок.
- Как же я соскучилась по нормальной, человеческой одежде... - смотря на проходивших людей, довольно заметила Роза, - я уже начала забывать, как должны выглядеть нормальные юбки и жакеты.
- Но ты ведь каждый день ходишь в школу, - отозвался Леон, озираясь, - там все одеваются привычно.
- Да, но это в школе...
Фредерик, опять немного отставший, обернулся посмотреть как они.
- Скоро будем! - сообщил он. - Нам осталось только два квартала!
- Какой же он все-таки милый, - сказала Роза, глядя ему в спину, - надо будет вести себя с ним повежливей.
Они шли по широкой, серой улице, с одинаковыми, серыми многоэтажками, возвышающимся по обе стороны улицы, а между ними, гудя, сновали машины. Обычный день, обычного серого города: так окрестила воспоминание об этой вылазке Роза.
Пройдя мимо двух перекрестков, Фредерик завернул в узкую улочку, где остановился у двери одного из домов.
Не понимая, как он умудрился не заблудиться в этих каменных джунглях, они подошли поближе.
- В это время Чарли обычно дома, - сказал Фредерик, пропуская гостей вперед, - так что я думаю, мы застанем его на месте.
- А его жена, София, она не работает? - поинтересовалась Роза.
- Нет, нет, я вам разве не говорил, - он таинственно улыбнулся, - она теперь постоянно сидит дома. У нее ведь растет маленькая дочь. Осторожно!
Подхватив под руку споткнувшуюся Розу, Леон пристально посмотрел в круглое лицо Фредерика:
- Дочь? Как вы сказали?
Удивляясь тону его вопроса, Фредерик засмеялся:
- Можно подумать, я сказал вам, что у нее родилось привидение!- запыхтел он. - Дочь конечно. Что тут особенного?
- А как ее зовут? - спросила Роза, пользуясь паузой, пока дородный месье остановился передохнуть на лестничной площадке.
- Олив, - еле переводя дух, сообщил тот.
- Олив значит... - переглянувшись с довольным Леоном, прошептала Роза. - Ну, идем?
Спустя пять минут утомительного подъема, компания остановила у двери номер пятьдесят шесть.
Слушая, с гулко стучащем сердцем в груди, как Фредерик стучит в дверь, Роза мысленно успокаивала свое взбудораженное сознание.
Сейчас она увидит свою мать, когда та еще была младенцем... Едва ли она сможет спокойно перенести эту встречу.
Почти не чувствуя прикосновения руки Леона, она собиралась с мыслями, едва не подпрыгнув, когда за дверью раздались шаги.
Раздался звон ключа, цепочки, и дверь распахнулась.
В фартучке, домашних тапочках и с роскошными кудрями на голове, им открыла дверь полненькая, средних лет женщина, держащая в руке бутылочку с молоком.