Часов в пять Анабель постучала в дверь материнского дома.
- Я вас представлю ей как друзей моей кузины, - сказала она Леону. - Комнат у нее много, найдется пара и для вас.
Отмахнувшись, причем с изрядно довольным видом, от их благодарностей, она им подмигнула и сказала, чтобы иногда приходили к ней в гости и рассказывали о себе новости. По ее словам, они ее просто очаровали, особенно Роза. Она уже задумывается над этим цветом волос.
Дверь им открыла полненькая старушка в измазанном мукой фартучке. Увидев вначале дочь, a потом перекинув взгляд на Розу, oна захлопала голубыми глазами.
- Привет мам! К нам в город приехали одни знакомые моей кузины, и они не знают где остановится... У меня места мало, но я подумала...
- Боже милостивый! - старушка все смотрела на Розу, и, казалось, еле удерживалась от того чтобы нe перекрестится.
Анабель подхватила ее за руку и улыбнулась.
- Мы малость похожи, да, мамуля? Но ведь и так бывает, правда?
Поправляя на голове седые букольки, старушка наконец смогла оторвать взволнованный взгляд от лица Розы и посмотрела на Леона. На последнем она тоже задержала взгляд:
- Но, дорогая моя, - обратилась она к дочери взволнованным голосом, - это очень лестно, что ты вспомнила обо мне, но разве у них нет здесь родственников?
Наступив Розе на ногу, Анабель поспешила ответить, что они дальние друзья ее кузины... Или двоюродной тети, в общем они ee дальние друзья, а других таких же близких друзей у них, к сожалению, нет, поэтому не может ли она, на правах дружбы, устроить их?
- Да, да, конечно... - кивнула старушка, еще немного похлопав ресницами, - на правах дружбы...
- Моя мама, Евгения, - шепнула Анабель Розе и Леону, и, повернувшись к матери, добавила. - Мои хорошие друзья: Леон и Роза, - и в сторону. - Она очень настороженно относится к незнакомцам, но она очень хороший человек, сами увидите.
- Роза и Леон... Дорогая моя, а где же их багаж?
Весь багаж, к слову, сейчас оставался в доме Анабель, поскольку упомянутые Роза и Леон не были уверенны на все сто процентов в том, что ее мать их примет.
Заверив ее, что они сейчас же его донесут, Анабель посмотрела на улыбнувшегося Леона.
- Ну, что? - вопросительно подняла она брови. - Остановитесь здесь?
Евгения, тем временем, с любопытством осматривала их одежду и, покачивая головой, что-то бормотала. Пока Леон приносил багаж, она успела на правах дружбы поинтересоваться у милочки Розы, из какой ткани сделаны ее штаны. После туманных объяснений, старушка милостиво пригласила их пройти в гостиную. Анабель, позволяя матери уйти вперед, рассказывала Розе, какого года этот дом, как мама его любит, что и где стоит, и кто изображен на фотографиях, праздно расставленных по всей комнате.
- Моя мама очень гостеприимна, - сказала она, указывая на полку, над гудящим камином, уставленную шкатулками, статуэтками и свечами, - чрезвычайно любит гостей, и очень любит для них готовить. Поэтому я стараюсь слишком часто к ней не захаживать, потому что каждый раз рискую оказаться за столом, а если я говорю, что есть не хочу, мама обижается, - сказала Анабель грустно, - ей это очень обидно... Вы ведь тоже не едите с Леоном?
Роза покачала головой и Анабель совсем понурилась:
- Как печально... Право очень печально, она непременно захочет испечь для вас хотя бы один из своих излюбленных пирогов.
Немного покачав головой, Анабель вздохнула, и добавила уже более веселым голосом:
- Я так рада, что вы будете жить рядом! Это чудесно, что вы нашли меня.
Вскоре пришел Леон и гостеприимная Евгения отправилась показывать им комнаты для гостей. С каждой комнатой была связана своя история, и когда она рассказывала, кто и когда в ней жил, у них просто не хватало совести ее прерывать. Наконец, после осмотра трех праздничных покоев, она уделила им две средние комнаты, и, заверив их, чтобы они чувствовали себя как дома, отправилась вниз, искать мужа.
- Надо же, какая у тебя прекрасная мать, - сказала, обращаясь к своей рыжеволосой родственнице Роза, когда та помогала ей с обустройством в комнате: раскладывала одежду в шкаф, - более доброй женщины я еще не встречала.
- Вы ей понравились, - отозвалась Анабель, вертя в руках майку с ярким принтом. - У тебя много таких?
- Что? А... - Роза улыбнулась, - оставь себе, дарю.
Просияв, Анабель убежала в ванную и Роза, посмеиваясь, села на кровать, и посмотрела на часы, стоящие на тумбочке - шесть часов вечера. Она вздохнула. Мама с Элизой сейчас наверняка мило сидят у камина и обсуждают планы по поливке цветов. Она еле удержалась от желания фыркнуть.
И тут произошло нечто такое, что заставило ее взгвизнуть и свалиться с матраса. Сверкнула вспышка и на ковре образовалась Элиза, собственной персоной, с панелью событий в руках. Видя ее лицо, она просияла, и кинулась ей на шею.
- Роза, здравствуй! Как ты? Как Леон? Где он вообще? - она огляделась посмотреть, где спрятался Леон, и не видя его, устремила свой взор на дверь в ванную, откуда послышался визг. Спустя секунду, оттуда выбежала Анабель с белым лицом:
- Что случилось? Я слышала шум... - oна увидела Элизу. - А вы... кто?
Оборачиваясь на Розу, потом опять на Анабель, та усмехнулась:
- Превосходно... Я Элиза, мать Леона, - кивая встревоженной Анабель, дoбавила она.
- Мать?
За дверью послышался шум и в комнату влетел Леон. Замерев в дверях, он уставился на гостью:
- Мама? - oн нахмурился. - Но как...
Моргая, Анабель подошла к вдруг просиявшей Розе и недоуменно подняла брови:
- Мать? Она мать?
- Лео! - Элиза подбежала к хмурому Леона и обхватила его за шею. - Я не могла вас бросить, ты же знаешь меня!
- А как же слежка?
- Я не могла вас так оставить! Без дома, без убежища...- oна взволнованно вздохнула. - Если бы вы знали, как я волновалась целый день... Я ведь следила за вами с самого утра.
Элиза справилась со своим голосом и подошла к совершенно потерянной Анабель.
- Здравствуй, - oна уверенно протянула ей руку, - ты ведь Анабель?
Поколебавшись, та ответила на рукопожатие, и, к ее удивлению, Элиза не выхватила руку. Это могло означать только одно:
- И ты Солтинера?
Элиза кивнула и Анабель плюхнулась на кровать.
- Ну и день... Меня сегодня, кажется, уже ничего не сможет удивить.
- Ну, как вы? - мать Леона взволнованно посмотрела на сына.. - Это ведь дом матери Анабель?
- Да, но... Может ты объяснишь наконец, зачем выгнала нас из собственного дома? - не сдержавшись, спросил тот и Элиза вздохнула. - Мы с Розой уже были уверены, что нам придется ночевать на улице.
- Нет, нет! Я знала что вы найдете выход!
- Но это глупо! Почему ты нам не сказала, зачем...
- Потому что не могла. Я пришла лишь затем, чтобы увидеть, как вы.
- Давайте вернемся, Элиза, - воскликнула Роза. - Не может же быть такого, что вы нас отравили сюда лишь за тем, чтобы я закончила обучение... Давайте вернемся.
- Роза, я не могу, - отозвалась та печально. - Я правда не могу и не должна забирать вас. Чем вам здесь не нравится? Хозяйка вас приняла, вы сможете жить в этом доме пока ты, Роза, будешь учится... - она оглянулась на ничего не понимающую Анабель, - я так благодарна тебе, Анабель, просто безмерно.
Tа кивнула и неуверенно выдавила что-то наподобие: - Я была только рада... - после чего Элиза опять повернулась к сыну:
- Лео, я правда не могу ничего сказать, но вы и сами скоро все поймете. С Анабель, в этом месте, в этой атмосфере, вам абсолютно ничего не грозит. Возвратиться домой сейчас нельзя, ей надо учиться.
Она кивнула на Розу, и та еле удержалась от того, чтобы не поднять глаза к потолку, настолько нелепо прозвучал ответ.
- Это не объяснение, - тихо возразил Леон, - какой смысл жить здесь, лишь за тем, чтобы Роза ходила в школу? Она с таким же успехом могла бы учится, живя в нашем доме.