- Почему?
- Не знаю... Мама мне рассказывала, как бабушка ей говорила, что доверять следует лишь самым близким родственникам, другим - очень редко, поскольку ты никогда не будешь знать, что у них на уме.
- Странно, - Леон похоже весь ушел в себя, - что же ей сделали ее родственнички?
- Ну, я просто слышала что ее мать, а следовательно моя прабабушка ее так учила, хотя почему - не знаю. Русская, одним словом. Русские - народ странный.
- Не преувеличивай. Я знал многих русских. Хорошие люди, немного правда замороченные, а так люди как люди.
Оба погрузились в молчание, наблюдая, как рядом играет толпа детей.
- А как же твои родственники? - воскликнула Роза. - У тебя же их миллионы!
Лицо Леона разгладилось. Он рассмеялся.
- Миллионы? Ну знаешь... Я и десяти-то не знаю.
- Да брось, у тебя же целая куча знакомых, друзей...
- В этом смысле я не лучше твой бабушки.
Судя по его виду Роза поняла, что ему совершенно все равно, сколько у него имеется кузин, кузенов, знакомых, и всяких других, поскольку он их не знает и знать не хочет. Эта его точка зрения немало ee удивила, ведь она сама могла бы пересчитать всех своих по пальцам.
- Ну допустим, - она наморщила лоб, - но что же в таком случае делать?
- Искать подход к твоей бабуле - ответил Леон, - иного выхода я не вижу.
Роза машинально огляделась по сторонам, словно ожидала увидеть на земле бумажку с инструкциями "Как расположить к себе родственников. Народные методы", но ничего не увидела, кроме кучи листьев.
- Может... может представится давней школьной подругой - протянула она, - хотя, если верить маме, она их всех вычеркнула из своей жизни... Или, скажем, подругой мужа. Нет, вот это вряд ли.
Она возвела глаза к небу.
- Я не знаю.
- Какие у нее были хобби? - полюбопытствовал Леон. - Чем она увлекалась?
- Понятия не имею, - пожала плечами Роза, - если верить маме, то ничем, кроме себя и дочери. Она ее баловала, больше всех плакала на ее свадьбе, помогала меня нянчить...
- А что она была за ребенком? Олив то есть?
- Не думаю что мама бы мне сказала, если бы там что-то было нечисто, - она хмыкнула, - по ее словам она была самой обычной девочкой.
Леон вдруг улыбнулся.
- Hу тогда тебе не остается ничего иного, как предложить себя ей в няни.
Роза поперхнулась воздухом.
- А что? - Леон и сам заулыбался, видя ее лицо. - Она в тебе сразу распознает родную душу. Будешь с твоей мамой с самого ее детства лучшими подругами... Что может быть лучше?
- Ну знаешь...
- Нет, ты сама подумай, - перекрывая ее смех, заметил Леон, - что тебе не нравится? Будешь сама, ты представляешь?.. Сама учить ее манерам, вкусам предпочтениям.
- A ты где будешь, когда я буду учить ее манерам?
- Я бы мог устроится к ней профессором по игре на пианино, - на полном серьезе ответил он.
- Многого же я о тебе не знаю.
Леон состроил серьезную мину.
- Ты думаешь, я не справляюсь?
- Да нет, почему же? - прыснула Роза не сдержавшись. - Прекрасная идея. Только невыполнимая. Вдруг она нас не примет? Или примет тебя, а меня нет?
- Примет... Куда она денется. Во всяком случае попробовать стоит. Они ведь жили в России с твоей мамой?
- Нет, ее муж вывез во Францию.
- Иностранец?
- Ага.
Повисло минутное молчание. Оба знали, что собираются сделать и чем это может обернутся. Наконец Роза не выдержала:
- Как хочешь, Лео, но я не хочу воспитывать свою мать! Это слишком большой риск, вдруг я сделаю что-то не то и потом достанется мне в матери трижды разведенная женщина!
Леон был несколько ошарашен этим выпадом, но быстро взял себя в руки.
- Ну хорошо, тогда остается только твоя прабабушка. Что ты о ней знаешь?
- Мало чего, - сразу отозвалась она, - кроме того что она родила мою бабушку, я знаю только то, что она умерла очень молодой.
- Вот как? - озадаченно переспросил Леон. - Странно. И ты даже не догадываешься о причине?
Роза покачала головой и он задумался.
- Кажется ты говорила, что твоя мать была поздним ребенком. А как думаешь, твоя бабушка... Прабабушка то есть, не могла умереть после ее рождения? Она же была очень молода. Возможно поэтому твоя бабушка поздно родила твою мать, потому что боялась закончить как уже ее мать? Не хотела оставить Олив сиротой?
- Не знаю, - улыбнулась Роза, - ну, а если это и так, это что-то меняет?
- Нет, это просто моя догадка... - проборматал Леон, - значит ты практически ничего о ней не знаешь... Ты даже не знаешь, как она выглядит, как же мы, в этом случае, ее найдем?
Роза пожала плечами и он улыбнулся.
- Начало двадцатого века, представляешь? Было бы интересно там побывать. Ты сказала, она жила в России? - Роза кивнула и Лео продолжил. - Да, но... как ни интересно это звучит, жить там, параллельно учась здесь, это по крайней мере дико. Как же это все странно. Не могла же Элиза иметь в виду именно это?
Он замолк и Роза вздохнула:
- Она не сказала, что именно имела в виду, но разве у нас есть выбор? Других вариантов ведь нет.
- Нет, ты права. Ну хорошо, - через минуты две сказал он, уже более оптимистичным тоном, - если мы отравимся в двадцатый век, то стоит хотя бы узнать, что там происходило в это время.
Спустя полчаса они уже сидели в городской библиотеке, обложившись целой горой книг. Собственно, обложившись целой горой книг сидел Леон, в то время как Роза сидела за компьютером.
- Ну, что скажешь? - Роза устало протерла глаза. - Как мы ее сможем найти, причем в такой обстановке? Если верить полученной информации, то тот период назывался не иначе как Эпохой Джаза.
- Найти ее, пожалуй, будет не очень трудно - отозвался Леон,- за это я спокоен.
- Как?
- Представишь себе ее и некоторые события, произошедшие в то время.
- Как же ты ее сможешь себе представить?
Леон отложил книгу и закрыл лицо руками:
- Попробую по имени, другого выхода я не вижу. Ну, и думаю... Она должна быть на тебя похожа. Как ее зовут?
- Анабель... Фамилии я не знаю.
- Ладно, Роуз, если с этим мы покончили, то надо бы поторопится.
Они вышли из библиотеки (библиотекарша проводила их любопытным взглядом), и остановились на продуваемой ветрами улице. Вокруг них летели листья, собираясь на земле и скатываясь в кучки.
Слушая шум колышимых ветром деревьев, Роза тревожно вздохнула. Леон нежно погладил ее по плечу.
- Все будет в порядке, - уверенно сказал он, - если что - сразу вернемся. Ты только не отходи от меня.
- Не слишком ли глупо мы поступаем?
- Нет, мне кажется все правильно. Опять же, иного выхода нет.
Она медленно кивнула, пытаясь сосредоточится на предстоящем, и они отошли в безлюдное место, где спустя пять минут растворились в воздухе.
В следующий миг их окружила пестрая толпа прохожих. Розу едва не сшиб с ног какой-то молодчик с дамой, одетой в платье прямого кроя, и при этом с длинной ниткой жемчуга на шее. Парочка посмотрела на них и дама разразилась веселым смехом. Молодчик ей что-то шепнул и они поспешили прочь.
Леон поспешно засунул панель событий за пазуху, схватил ее за руку и повел вон из толпы на бордюр, где они смогли оглядеться по сторонам.
Они стояли на обочине довольно-таки широкой улицы, с толпою прохожих. Отовсюду доносилась быстрая и заводная мелодия для танцев, песни, саксофон.
Мимо них шла толпа людей, распевающих песни и разговаривающих между собой.
- Видимо, они идут с вечеринки, - пробормотала Роза и Леон пожал плечами.
- Может быть.
- Какой сейчас год?
- 1926, - как будто говорит что-то совершенно обыденное, объяснил Леон. - Примерно в этом году родилась твоя пробабушка.
Нервно хихикнув, они обменялись тревожными взглядами. Роза, переступая с ноги на ногу, стала оглядывать прохожих.