Герасимов Владимир Иванович
![Туляки – Герои Советского Союза i_039.jpg](https://litlife.club/books/243365/read/images/i_039.jpg)
Родился в 1925 году в деревне Дулово Талдемского района Московской области в семье рабочего. В 1935 году родители переезжают в Тулу, где Владимир окончил среднюю школу, вступил в комсомол. В 1942 году Тульским горвоенкоматом призван в ряды Советской Армии и направлен в Скопинское пехотное училище. Оттуда добровольно ушел на фронт. Звание Героя Советского Союза присвоено 24 марта 1945 года. В настоящее время продолжает службу в рядах Советской Армии. Член КПСС.
На подступах к городу Расейняй развернулись кровопролитные бои. Враг упорно сопротивлялся, стараясь остановить успешное наступление советских войск. Немцы бросались в яростные контратаки, сопровождая их мощным артиллерийско-минометным огнем.
Отделение автоматчиков старшего сержанта Герасимова отбивало новую атаку гитлеровцев. Вдруг на правом фланге пошли в атаку наши танки. Вслед за ними поднялась пехота. Отделение стало преследовать убегающих немцев.
Фашисты огрызались все злее. Их снаряды все чаще разрывались в наших боевых порядках.
Танк, за которым шло в атаку отделение Герасимова, остановился. Сначала из него повалил дым, затем показалось пламя.
«Подожгли, сволочи!» — выругался старший сержант и бросился на помощь танкистам. Только подбежал он к машине, как из пушки танка вырвался ярко-красный сноп пламени, раздался оглушительный выстрел, а вслед за ним — второй.
«Какое мужество нужно, чтобы гореть в танке и продолжать сражаться», — мелькнула в голове Владимира мысль.
И тут ему пришло в голову смелое решение: потушить горящий танк.
Развернув плащ-палатку, старший сержант стал сбивать пламя, не чувствуя, что на нем самом тлеет одежда.
Когда огонь был потушен, Владимир увидел на кромке открытого люка безжизненно повисшее тело танкиста. Он вытащил солдата, положил его на землю.
Подразделение, отбив гитлеровскую атаку, снова заняло прежние позиции, хорошо подготовленные к обороне. Пострадавший танк застыл на нейтральной полосе.
Герасимов вынес экипаж под танк, а затем по одному стал на плащ-палатке вытаскивать танкистов к своим окопам.
Поняв действия смельчака, советские минометчики прикрыли Герасимова огнем. Не успел старший сержант приблизиться к своим окопам, как на помощь ему выскочило несколько солдат отделения.
— Там еще двое раненых, — доложил Герасимов командиру батальона.
Старший лейтенант Меркулов посмотрел на черного от дыма и пыли Герасимова и сказал:
— Бери с собой солдата.
— Разрешите, я один. Не будем рисковать людьми, и так погибло сколько, одного могут не заметить, — настоял старший сержант.
Вот уже половина пути. И тут снова ожили немецкие минометы. Герасимов пополз быстрее. Через несколько минут он был у танка. Тяжелораненые танкисты стонали. Одному Владимир сделал перевязку, уложил его на плащ-палатку, и снова — по старому маршруту. И только когда танкисты уже были в безопасности, Владимир Герасимов почувствовал, как он сильно устал.
Спустя два месяца, 11 октября 1944 года, советские войска вели бои на подступах к Мемелю. Выдохнется контратака немцев — переходили в атаку наши бойцы. В одной из таких атак у Герасимова кончились патроны. Подняв над головой гранату, Владимир кинулся в гущу схватки. Граната разорвалась там, откуда вел огонь вражеский станковый пулемет. Пулемет захлебнулся. Несколько вражеских солдат повалилось на землю.
Сам Герасимов был ранен. Он понял, что вторую гранату бросить не сможет. Выхватив наган, стал отстреливаться от наседавших фашистов. Стойкость Герасимова вдохновила наших бойцов. Они дрались с возрастающим упорством. Враг дрогнул, побежал.
Оставляя за собой следы крови, Владимир Герасимов пополз на заранее подготовленную позицию, куда возвращались автоматчики.
Совсем рядом старший сержант услышал стон раненого, пополз к нему. Это был лейтенант. Он просил пить. Напрягая последние силы, Владимир достал флягу и поднес ее к губам офицера. Лейтенант жадно глотал, а затем, не в силах ничего сказать, повернул голову. Вода полилась за шею. Раненый открыл глаза.
Герасимов еле расслышал:
— А, однофамилец… Не дай умереть… помоги добраться к своим.
— Не оставлю, товарищ лейтенант…
Конец плащ-палатки старший сержант привязал к своему ремню, положил раненого на палатку и медленно пополз.
Дышать становилось все труднее. Тяжелела голова. Ноги и руки деревенели. Герасимов полз несколько метров, отдыхал, снова полз, снова отдыхал. Когда до окопов оставалось несколько десятков метров, он уронил голову на землю.
Очнулся Герасимов в госпитале.
— Шестнадцать ранений? — удивленно переспросил чей-то знакомый голос.
Владимир открыл глаза: у его постели стоял комбат старший лейтенант Меркулов.
— Жив, Герасимов? А я-то думал, что потерял такого героя.
Увидев улыбку на лице старшего сержанта, он подбодрил его:
— Вылечишься — в Берлин вместе придем.
Гераськин Дмитрий Семенович
![Туляки – Герои Советского Союза i_040.jpg](https://litlife.club/books/243365/read/images/i_040.jpg)
Родился в 1911 году в селе Монастырщина Кимовского района Тульской области. Работал в колхозе. В 1941 году призван, в Советскую Армию. Беспартийный. В октябре 1943 года, будучи в звании сержанта, пал смертью храбрых в боях за Родину. Звание Героя Советского Союза присвоено 17 ноября 1943 года.
Прорвавшись сквозь огненную завесу, поставленную немцами по всей глади могучего Днепра, бойцы отделения сержанта Дмитрия Гераськина выскочили на берег и устремились к темнеющему вдали возвышению. Это была высота 216,8.
Гвардейцы прошли сквозь огонь и воду — две страшные стихии, ниспосланные на них врагом. Немцы еще продолжали интенсивный обстрел переправы; там громыхали разрывы, туда уходили пролетавшие над головой зловещие трассы снарядов. На прибрежной полосе было относительно тихо.
— Вперед! — крикнул Гераськин и, перепрыгивая через рытвины, первым бросился к траншеям противника.
Две-три минуты находилось отделение вне прямого обстрела, но этого времени оказалось достаточно, чтобы ворваться в немецкие окопы, опоясавшие высоту.
Прямо перед сержантом поднялся испуганный немец с гранатой в руке. В прожекторном луче, метнувшемся по краю высоты, Дмитрий успел заметить, что пилотка у него нахлобучена на уши, воротник мундира поднят… Гераськин резанул по нему из автомата, и фриц рухнул на край окопа.
Перепрыгнув через труп поверженного врага, сержант увидел, как выскочивший из хода сообщения гитлеровец замахнулся карабином на солдата Эльмурзаева, замешкавшегося со своим пулеметом на краю траншеи. Дмитрий прошил фашиста короткой очередью и приказал Саиду выдвинуться на фланг.
Откуда-то из укрытия выскочила группа перепуганных фрицев. Перемахнув через бруствер, они бросились наутек. Дав им вслед очередь, Гераськин огляделся. Задача, которую ему поставили, была выполнена. Высотка, возвышающаяся на правом берегу Днепра, в наших руках. Немцы, поняв, в чем дело, сразу же начали артиллерийский и минометный обстрел высоты. Минут пять-шесть длился этот огневой налет, затем наступила пауза. Сержант обошел позицию своего отделения, предупредил подчиненных, что с минуты на минуту следует ждать контратаки противника.
Нужно было продержаться час-другой, чтобы обеспечить форсирование Днепра основными силами бригады. Несмотря на непрекращающийся обстрел реки, батальон продолжал переправу. В частых сполохах разрывов были видны плоты и лодки, рассыпавшиеся по речной глади. Казалось, они стояли на месте, но Гераськин знал по себе, как сейчас ребята стремятся сюда, на эту сторону. Вот у самого берега появилось несколько плотов, мелькнули отдельные группки пригнувшихся солдат.