Я мысленно заглядывал в завтрашний день — какой он будет? И как-то не в силах был отогнать впечатление, пережитое недавно: ненастный день, все вокруг серо, гудит по тальникам свирепый сивер, а по Трубе и Белому гуляют «беляки», — какая уж тут рыбалка!
Сейчас мне хотелось, чтобы завтра было солнце, тишина, звонкое утро и ясный день…
Проснулся я от какого-то хрюканья, как будто надо мной стояла свинья и хрюкала надтреснутым, хриплым басом. Быстро вскочив, я увидел: рядом с островком рыбак обметал сетью небольшой куст еще зеленого камыша и яростно бил ботом.
Хрю-у!.. хрю-у!.. — ревела взбурленная вода, и в тишине солнечного утра эти звуки были страшными, пугающими. Тут хочешь не хочешь, а полезешь в сеть.
После ботки рыбак подплыл ко мне.
— Ну, как рыбалка? — спрашиваю, а сам думаю: шут тебя принес рыбу пугать!..
— Никуда не годится. С ночи вот ботаю, а поймал всего на уху. Ушла куда-то рыба…
Рыбак был молод, крепок и не терял надежды. С его темного резинового комбинезона струилась вода, а лицо и руки были красные — в эту ночь он, видимо, крепко поработал. Мы покурили, и он поплыл дальше, на Белое, искать свое счастье.
Провожая рыбака, я втайне думал:
«Для тебя рыба „ушла“, да и как ей не уйти от такого рёва? А мы вот сейчас ее отыщем…» — так я верил в свою снасть.
Я нетерпеливо собрал спиннинг, на всякий случай приготовил «дорожку» и сел в лодку.
— Ну-ка, налетай, зубатые, на мою блёсенку!..
Первые неудачные забросы я отнес на счет рыбака, только что «хрюкавшего» здесь и распугавшего рыбу. Не задерживаясь у острова, я перебрался на новое, любимое место. «Тут-то уж рыба будет», — успокаивал я себя, но странно, и здесь ни одной зубатой не обнаружил.
В чем дело?
Я менял места, «хлестал» воду во всех направлениях, проводил блесну и верхом и у самого дна, но результаты были одни и те же — ни одной поклевки.
Я положил спиннинг и, распустив дорожку, поплыл левым берегом Трубы. День был ясный и тихий. Плыть в такую погоду по озеру — одно удовольствие. Только бы рыба ловилась.
Я проплыл уже половину озера и на крутой излучине вдруг почувствовал, что за дорожкой что-то тянется. Вернее всего — трава. Я не спеша стал выбирать шнур и поразился, когда вместо травы на якоре оказался щуренок.
— Ну что ж, лиха беда начало… — говорю я себе и снова забрасываю блесну за борт лодки.
Остальную часть озера проплыл впустую. Завернул на Горохово — и там пусто. Снова проплыл Трубой — такие же результаты. Я менял блесны: желтые на белые, белые на красные, сматывал дорожку и хватался за спиннинг, плавал у берега и серединой озера — и нигде не мог обнаружить ни щук, ни окуней.
Так я гонял лодку целый день, побывал на многих озерах, и все без пользы. К вечеру я выбрался на берег у озера Черепаново, чтобы сварить себе ужин… Но… из одного щуренка ухи не сваришь! Я вспомнил об удочках и довольно быстро надергал чебаков на ушицу. Конечно, это была совсем не та уха, как из окуней, но я и этому был рад.
На ночь я поставил три жерлицы недалеко от стана, а у берега воткнул палочку с делениями, чтобы определить — не поднимается ли вода.
Неудача была слишком велика и не давала мне покоя. Я даже ночью, просыпаясь, думал: куда же девалась рыба?.. Неужели рыбак прав и рыба действительно «ушла»? Но куда?
Утром я посмотрел свою водомерную палочку. Вода была на одном уровне, а на жерлицах все чебаки оказались целехонькими. Значит, рыбы нет и незачем проводить время. И все же я решил еще раз проплыть в дальний конец Трубы, попытать счастье в речке Казычке, а потом уж и домой.
Сплавал я напрасно и на обратном пути заехал на озеро Мысовое. Здесь плавать с дорожкой почти невозможно — мелко и часто цепляется трава. Я остановился у небольшого куста отдохнуть и покурить.
Надо мной и совсем рядом кружилось множество молодых чаек. Я наблюдаю за их легким, бесшумным и красивым полетом, за стремительным падением на воду и ловкостью, с которой они подхватывают мальков. Смотрю на них и завидую: им-то сверху все видно, но мне они не могут сказать — где рыба…
Большая стая молодых чаек все время перемещается. Они то летают плавно, словно отдыхают на волнах воздуха, то вдруг собираются в одном месте и быстро-быстро начинают падать на воду. Несомненно, они кого-то ловят. Меня это настолько заняло, что я забыл о своей неудаче и о том, что пора плыть домой.
Вот стая чаек приближается; птицы будто не замечают меня и падают совсем рядом. Я начинаю пристально следить за их работой и неожиданно замечаю, что навстречу падающей чайке «закипает» вода, как будто кто-то дразнит птицу оттуда, из глубины. Вот еще, еще… кругом меня бурлит вода, и все ясней и ясней слышится характерное «чмоканье». Я уже почти догадался о том, что происходит, как вдруг из воды вылетел на поверхность довольно крупный красноперый окунь, словно он хотел схватить чайку и промахнулся. Мне стало все понятно: за маленькой рыбкой охотились сразу два хищника — окунь и чайка.
Ну что ж, попробую и я включиться в эту охоту, только не на малька… Мне он не нужен… Я схватил спиннинг и послал блесну туда, где часто закипала вода и падали чайки. Не успел я сделать и двух оборотов катушки, как на якорь «сел» крупный окунь. Я быстро выхватил его в лодку, снял с крючков и сделал заброс. Окуни попадают все крупные, и ни одного заброса впустую. Я смотрю только на воду и забываю обо всем, даже о чайках, которые помогли мне обнаружить окуней. Я забыл даже то, что передо мной не маленький замкнутый омут, откуда рыбе невозможно уйти, а большое озеро, связанное с другими большими и свободными проходами.
И вдруг клев оборвался. Сгонял блесну раз, другой без пользы и только тут заметил, что чайки удалились от меня и падали уже в другом месте.
— Вперед, за разведчиками!.. — говорю я себе и торопливо плыву за чайками.
И снова началась горячая охота. Я выбираю места, где гуще «закипает» вода, и посылаю туда свою блесну наверняка.
К полудню я наполнил свою корзину превосходной рыбой; живых посадил в садок и здесь же опустил в воду возле куста, а с остальной поплыл на стан, чтобы впервые за эти дни сварить настоящую окуневую уху.
К вечеру над местом, где я рыбачил, потянули утки, и можно было неплохо постоять на перелете, но я не мог оторваться, сложить спиннинг и взяться за ружье. Я наполнил вторично мою корзину отборными окунями и, чтобы не попортить рыбу, отправился в обратный путь.
Теперь всякий раз, бывая в тех краях — на Белом, на Трубе, на Мысовом или Моховом, — я смотрю, где кружатся мои разведчики, и всегда хорошо добываю окуней.
Позднее, когда чайки улетают на юг, я ищу окуней на ямах. Эта рыбалка особая. Надо хорошо знать водоемы, знать жизнь рыб, чтобы с успехом добывать «хладнокровных» хищников.
Золотое время
![Солнечный круг i_022.png](https://litlife.club/books/238621/read/images/i_022.png)
Ясный осенний день…
Запали ветры, прозрачен воздух, и широко открыта даль.
Все в природе будто задумалось; еще вчера зеленело, шумело, цвело и вдруг — затихло, остановилось у какой-то незримой черты времени.
Лето прошло…
Поблекли травы на лугах, не ярки осенние, запоздалые цветы. Мрачнее стали сосны и ели, а березки и осинки, как девушки-подружки, выскочили на опушку леса в своих новых ярких платьицах и замерли, словно испугались неоглядных просторов.
Осень приходит с великими заботами. В полях день и ночь шумят машины, и золотой поток зерна течет к городам и селам; румяными плодами, ворохами овощей дарит земля человека за его труды.
А по озерам и болотам табунится дичь. Призывный крик журавлей как бы напоминает всем пернатым об отлете в теплые края.