«Кровавая луна»
![Кровавая луна pic01.jpg](https://litlife.club/books/231697/read/images/pic01.jpg)
Жан Александр
«Кровавая луна»[1]
Глава первая
— Кровь.
Он поднес пальцы к мерцающему свету фонаря, однако ошибиться было невозможно: темные, красноватые пятна быстро подсыхали на свежем воздухе. Волна отвращения поднялась, но угасла — приближающийся рассвет не оставлял времени для переживаний.
Он снова поднял фонарь, и мягкий отблеск коснулся лица спящего ребенка. В это невозможно было поверить! Нежные черты девочки дышали безмятежным покоем. Ее можно было бы сравнить со спящим херувимом, если бы не пятна крови на щеках и подбородке.
Мужчина обернулся к горничной, застывшей рядом.
— Она заходила в комнату матери?
Женщина не отвечала, неподвижно глядя перед собой широко раскрытыми глазами. Он протянул ей фонарь.
— Смойте все следы, — твердо приказал он спокойным голосом, — и постарайтесь не разбудить ее. Никто не должен знать о том, что произошло.
Он торопливо вышел из комнаты. Мрак, окутавший дом, не мешал ему уверенно пересекать знакомый лабиринт коридоров. Ужас увиденного заставлял ускорять шаги, хотя теперь в этом не было необходимости. Он опоздал. Пятна крови сказали, что роковое предначертание свершилось.
За окнами умирали отблески кровавой луны.
Дженни Дальтон снова попыталась углубиться в раскрытый на коленях журнал, однако мысли упорно не желали сворачивать со своих извилистых тропок на глянцевые страницы. Со вздохом закрыв журнал, Дженни отложила его в сторону на стоящий рядом столик, пообещав себе, что делает это в последний раз.
Секретарша Луи Беннера изредка поглядывала в ее сторону, с видимой неохотой отрываясь от бумаг на столе. Выражение ее лица ясно показывало, что она думает о нетерпеливых посетителях, которые являются в адвокатскую контору, не удосужившись условиться заранее о встрече.
Перехватив ее взгляд, Дженни улыбнулась.
— Мистер Беннер не забыл, что я хотела с ним встретиться? — подчеркнуто вежливо поинтересовалась она.
Холодное поведение девушки за столом не смущало ее. Последние два года она сама работала секретаршей; не потому, что нуждалась в деньгах, нет — скорее ей просто нравилось работать. И ей были прекрасно известны все ухищрения и уловки, призванные поставить на место нарушителей распорядка. Когда-то она использовала их сама.
— Я передала ему, что вы пришли, — неодобрительно отозвалась девушка, — но боюсь, что мистер Беннер слишком занят сегодня. Я могла бы назначить вам время…
Не оставляя Дженни возможности возразить, она потянулась к перекидному календарю, когда под ее рукой внезапно ожил селектор. Сняв трубку, она молча слушала несколько секунд, потом с видимым разочарованием протянула: «Да, сэр» — и повернулась к Дженни.
— Мистер Беннер готов принять вас.
С трудом подавляя желание улыбнуться, Дженни поднялась с кресла. Сходство с девочкой-подростком исчезло, стоило ей выпрямиться. Маленький рост подчеркивал хрупкость ее фигуры, однако в ее манере держаться чувствовались сила и решительность. Плечи развернуты, подбородок приподнят. Даже походка, когда Дженни, не дожидаясь приглашения, направилась к двери в кабинет Луи Беннера, была походкой человека, который знает, куда и зачем он идет.
Кивком головы она остановила секретаршу, попытавшуюся проводить ее.
— Я сама, — быстро проговорила она, открывая дверь.
Ее появление застало адвоката врасплох: детская шалость, доставлявшая ей удовольствие раньше, даже теперь, семь лет спустя, заставила ее улыбнуться. Свирепый взгляд Луи, привставшего от неожиданности в кресле, немедленно сменился удивлением; его губы дрогнули, растягиваясь в широкой улыбке.
— Дженни Денвер, — произнес он, выходя из-за стола.
Несмотря на переполнявшие его чувства, он, однако, не решился заключить ее в объятия, как делал это раньше: вместо этого протянул руки и сжал ее ладони в своих.
— Дженни Дальтон, Луи, — поправила его она, отвечая на улыбку.
Встреча была приятна обоим.
— Пусть будет Дальтон, — он выпустил ее руки; взяв под локоть, подвел к глубокому кожаному креслу перед столом. — Мне следовало догадаться, что это ты… Из-за моей рассеянности тебе пришлось дожидаться в приемной.
Дженни села, продолжая улыбаться. Видеть Луи Беннера было приятно. Многие из ее чувств остались в прошлом, которое она старалась забыть все эти семь лет. Но жизнь без волнений и тревог не смогла вычеркнуть воспоминаний, и заботливый вид Луи вызывал внутренний трепет, похожий на медленное пробуждение ото сна.
Луи обошел стол, опустился в свое кресло. Зябко потирая ладони, быстро, не упуская ни одной мелочи, оглядел Дженни. Этот взгляд напомнил ей об ушедших годах, когда он так же оглядывал ее, встречая или провожая в многочисленные поездки. В пансионат. В летний лагерь. В расписанный по часам круиз. Луи неизменно встречал или провожал ее. Макс гораздо меньше интересовался делами своей приемной дочери.
— Дальтон, — снова повторил Луи Беннер. — Поэтому мы не могли найти тебя. Пока Сюзанн была жива…
— Я знаю, — Дженни мягко остановила его.
Поиски Луи и Сюзанн не были для нее тайной, однако говорить об этом и тем более признаваться, что она бежала от них, Дженни не хотелось.
— Дальтон — мое настоящее имя. Макс так и не заполнил до конца все бумаги, необходимые для удочерения. Поэтому, когда я ушла из дома, мне было легко вернуть старую фамилию.
— И мы не могли найти тебя.
— Мне было бы тяжело носить фамилию Макса, потому что я никогда не чувствовала себя частью его семьи. Жаль, что я так и не узнала настоящего отца. Все могло бы сложиться по-другому.
— Ты до сих пор не можешь простить его, — лицо Луи посерьезнело.
Дженни опустила голову, отводя взгляд, однако через секунду выпрямилась, посмотрела в глаза Луи.
— Да. Наверное, я никогда не смогу, — проговорила она. — Макс был трудным человеком, даже для приемного отца. Я почти не помню мамы. Мне было шесть лет, когда она умерла…
Ее голос дрогнул, несмотря на сгладившие прошлое годы. Дженни с горечью улыбнулась воспоминаниям. Прошло двадцать лет, но крик Макса по-прежнему звучал у нее в ушах: «Проклятье! Она никуда не уезжала. Твоя мама умерла. Повторяй, повторяй сейчас же: „Моей мамы нет. Она умерла!“».
Со временем она научилась произносить эти слова без слез, не вздрагивая. Ей пришлось научиться, чтобы не быть наказанной. Прагматизм Макса не терпел иллюзий.
— С тех пор многое изменилось.
Она кивнула.
— Я слышала об этом. Макс стремился подчинить каждого, как это было с моей мамой. Ты помнишь, как звали девушку, на которой хотел жениться Аллен? Кажется, Эллен. Она была порядочной девушкой, несмотря на всю грязь, которую Макс раскопал о ее родственниках. Из-за него она покончила жизнь самоубийством. От стыда. Бедный Аллен, как он ненавидел его после этого. Я никогда не верила, что эта катастрофа была случайностью. Аллен просто не мог… — она резко встряхнула головой, стараясь избавиться от набежавших мыслей. Прошлое не умирало, и воспоминания не приносили ничего, кроме горечи. — После того случая я решила уйти из дома. В тот самый день, когда погиб Аллен. Мне пришлось уйти, пока у меня хватало сил.
— Сюзанн очень переживала без тебя. Когда мы прекратили поиски, она плакала от огорчения.
— Да. — Дженни на мгновение представила лицо Сюзанн. Слезы так шли ей. Сама Дженни плакала редко. — Мы росли с ней совсем как родные сестры. В мыслях я до сих пор называю ее Сюз. Но для нее Макс был родным отцом, и ей было простительно не замечать его дурных сторон. Для нее он был одет в сверкающие доспехи. Кроме тебя, Луи, я скучала только по Сюзанн. Однако вернуться и снова жить с Максом — это было выше моих сил. Если бы не твое письмо… жаль, что меня не было здесь, когда это произошло…
1
«Blood Moon» by Jan Alexander
© 1970 by Victor J. Banis
Lancer Books, Inc. N. Y., U. S. A.