§
— Это — Я! — заявил Яковлев, выдохнув огонь из своих ртов. — Кто потревожил мое бытие, явившись в этот миг?
— Оставь это, — сказал Лао и икнул.
— Ты пьян, как свинья.
— Я выпил напиток богов!
— Садись и пей! — сказал он.
— Что будем делать? — спросил он. — Я люблю тебя! Нам угрожает некая реальность! Я уже слабею без притока новых самостей в мою таинственную сущность! Похоже, они замкнулись сами в себе.
— Кто они? — спросил Яковлев.
— Не знаю. Но нам нужны их души. Что получается? Это какой-то открытый атеизм! Давай уничтожим их всех!
— Кого? — спросил Яковлев. — Ты бредишь, мой брат. Никого нет, просто тебе скучно и ты придумал себе тайну.
— Если бы и так! Но я рвусь в бой, чтобы прекратить это безобразие! Кто придумал все это?! Они хотят навсегда остаться в своем маленьком мире! Их не интересует наш гениальный рай.
— Они уже в раю, — надменно сказал Яковлев.
— Это что еще такое? — спросил Лао. Яковлев задумчиво произнес:
— Так… Увеселения.
— Гражданин Яковлев? — спросил старший из них, похожий на исторического деятеля. — Вы объявлены врагом народа! Сейчас вас повезут в тюрьму и после пыток расстреляют. А может быть, отправят в концлагерь. Приступайте.
— Да пошел ты! — сказал ему Лао, плюнув куда-то.
— А, извините… Мы не вовремя.
— Ну что ты скажешь?! — раздраженно проговорил Лао. — Совсем опустился? Развлекаешься всяким маскарадом. В то время как появилось настоящее дело. Мы должны стереть в порошок эту мерзость! Посмотри туда!
— Они не в нашей власти, — сказал Яковлев.
— Мы что, не можем их уничтожить?
— Нет, конечно. Они самодостаточны. Все, что самодостаточно, неуязвимо.
— Черт побери! — сказал Лао.
— Черта не существует.
— Я хочу видеть этих существ!
— Есть только один способ, — произнес Яковлев, посмотрев вдаль с хитрым видом. — Чтобы видеть их и уничтожить, ты должен быть с ними. Ты должен разделить их беды и радости и дать им пут истинной смерти, ибо только она приведет их к Истине!
— Что есть истина? — спросил Лао.
— Истина — это мы.
— Давай раскроем карты, сказал Лао.
— Итак, Николай Федорович, — сказал он, обращаясь к Лао. — Что мы имеем в конце концов? Мы имеем прелесть! Мы ждали ограничений, поскольку всякое табу создает космос из хаоса, а тут они сами пришли к нам. Кто они? — неизвестно. Где они? Где-то. Они бессмертны, но как-то извращенно. Они не приходят к нам, а перерождаются. Они не ждут высшего, так как они погружены в себя. Это вырождение мира. И ты, Николай Федорович, должен пожертвовать собой ради них!
— Я? — прокричал Лао, восставая над планетой, как новая звезда.
— Только ты, мой любимый. Ты должен дать им смысл, потому что у них сейчас есть только разнообразная бесконечность.
— Ты должен возникнуть среди них и по-настоящему умертвить их всех. Мы же с тобой знаем — зачем?
— Знаем! — прогремел Лао, играя звездами в снежки.
— Но как это сделать? Но как это сделать? — пьяным голосом пролепетал Лао.
— Ты должен родиться, мой мальчик! Мы должны тебя родить из себя. Ты еще не рожден.