31 марта британский кабинет министров обсуждал подготовленный Генштабом план оказания военной помощи Иордании в случае возникновения вооруженного конфликта с Израилем. Этот план докладывал министр обороны фельдмаршал Александер, во время войны являвшийся главнокомандующим британскими войсками в Средиземноморье и в Италии. План предусматривал вторжение в Израиль британских войск с юга.
Обращаясь к начальнику Генштаба фельдмаршалу Хардингу, Александер спросил, имеется ли в виду довести этот план до сведения иорданцев. На это Д. Хардинг ответил, что это было бы нежелательно.
Черчилль тут же прокомментировал: «Мне доставило большое облегчение услышать это». «Ведь, – добавил он, – утечка данных о наличии такого плана имела бы очень серьезные последствия».
Далее в ходе обсуждения плана оказания военной помощи Иордании Э. Иден предложил, чтобы Черчилль направил специальное послание израильскому руководству, «напомнив ему о наших обязательствах перед Иорданией и потребовав воздерживаться от любых провокационных действий». Э. Иден подготовил проект такого послания, которое, по его мнению, должно было быть передано министру иностранных дел Израиля Моше Шарету. Черчилль одобрил этот проект, и подписанное им послание было отправлено 2 апреля. При этом Черчилль собственной рукой приписал: «Мы сделаем все возможное, чтобы повлиять на арабские страны, но мы ожидаем от вас, что государственная мудрость и терпение будут преобладать со стороны Израиля».
В своем ответе Шарет просил Великобританию использовать свое влияние на Иорданию с целью прекратить террористические атаки через иордано-израильскую границу. «Сквозь облака нынешних бурь, – добавил Шарет, – мы можем разглядеть широкие светлые перспективы взаимовыгодного сотрудничества между Великобританией и Израилем в области культуры и торговли, в сфере распространения и защиты демократии и во всех других областях».
Несмотря на все многообразие своих обязанностей в качестве премьер-министра и невзирая на постигший его в 1953 году инсульт, Черчилль всегда был готов откликнуться на различные просьбы со стороны еврейской общественности. В марте 1954 года Сионистский совет Манчестера организовал выставку «Манчестер и Израиль – вклад города в рождение государства», совпадавшую с пятидесятой годовщиной прибытия в Манчестер Х. Вейцмана. «Город Манчестер может гордиться, – написал в своем приветственном послании Черчилль, – своей связью с доктором Х. Вейцманом, человеком с прозорливостью гения, память о котором будет еще долго питать энергию и процветание Израиля, для создания которого он приложил больше вдохновения и сил, чем какой-либо другой человек. Я очень рад, что город Манчестер собирается отметить пятидесятую годовщину с момента появления этого великого человека в нашей стране, и я шлю мои наилучшие пожелания проходящей выставке».
Когда Черчилль во второй раз стал премьер-министром, он подружился с родившимся в Югославии еврейским скульптором Оскаром Нимоном, которому королева Елизавета II поручила изваять бюст Черчилля для Виндзорского замка. При встрече в резиденции премьер-министра в Чекерсе Нимон напомнил Черчиллю его слова, сказанные им когда-то фельдмаршалу сэру Уильяму Слиму, главе генерального штаба: «Фельдмаршал, посылая вас в Египет, я хочу сделать совершенно ясным одно обстоятельство: сам я сионист и я хочу, чтобы вы исходили в своих действиях из этого».
Беседуя с Нимоном, Черчилль заявил, что «мир бесконечно обязан евреям. Великие изобретения двадцатого века были сделаны христианами и евреями, как будто Господь открыл им свои секреты». Черчилль отметил также выдающиийся вклад евреев в победоносное окончание двух мировых войн, упомянув про работы Х. Вейцмана над взрывчатыми веществами и работы Эйнштейна над развитием атомной науки, благодаря чему «мы смогли положить конец Второй мировой войне».
Черчилль говорил и о евреях – лауреатах Нобелевской премии, вклад которых во многие области человеческой деятельности «уникален и абсолютен». «Есть народы, насчитывающие сотни миллионов человек, но оказавшиеся при этом неспособными произвести из своей среды хотя бы одного лауреата Нобелевской премии, и сейчас благоденствующие за счет гениальных открытий евреев», – отметил он.
Говоря о ситуации в Израиле, Черчилль выразил обеспокоенность высокой степенью уязвимости страны в связи с тем, что террористы продолжали проникать в Израиль через иордано-израильскую границу.
30 ноября 1954 года Черчилль отметил свое восьмидесятилетие. В числе сотен поздравительных посланий он получил телеграмму от министра иностранных дел Израиля Моше Шарета. Во время Второй мировой войны Черчилль поддержал его просьбу о том, чтобы британские ВВС осуществили бомбардировку железной дороги в Освенцим. «Во время одного из мрачнейших кризисов в истории цивилизации, – писал Шарет, – вы, благодаря вашей фантастической решимости и вдохновенному исполнению роли лидера нации, смогли спасти дело свободы, стать высочайшим символом веры и страстности человека в его сопротивлении тирании и привести ваш собственный храбрый народ и его союзников от поражения к победе».
Обращаясь к проблемам Израиля, Шарет продолжал: «Ваша стойкая поддержка сионистской идеи, ваша вера в ее справедливость и конечный триумф и ваша радость в связи с ее воплощением в жизнь и созданием независимого Израиля заслужили вам вечную благодарность еврейского народа. Он никогда не забудет вашу твердую поддержку Декларации Бальфура и ваши яркие выступления в ее защиту, вашу нерушимую дружбу с Хаимом Вейцманом, ваши решительные шаги в защиту права сынов Израиля сражаться со смертельным врагом под своим собственным знаменем. Вы по-прежнему сохраняете глубокий интерес к достижениям и успехам Израиля, и это наполняет сердца наших людей глубокой благодарностью к вам. Да будет долог ваш век, чтобы вы могли реализовать все ваши благородные устремления».
В первую и вторую недели февраля 1955 года Черчилль присутствовал на конференции премьер-министров стран Содружества в Лондоне. В это время Черчилль получил письмо от Джеймса де Ротшильда, в котором тот предлагал принять в Содружество Израиль. Черчилль поддержал эту инициативу, написав Идену: «Это важный вопрос. Израиль – это мировая сила, и он обеспечивает нам связь с США».
В своем письме Джеймс де Ротшильд напомнил Черчиллю об их совместном пребывании в Иерусалиме в 1921 году, «во время которого вы, Уинстон, заложили основы еврейского государства, отделив владения иорданского короля Абдаллы от остальной Палестины. Без этого поистине пророческого шага, с которым не соглашались тогда многие, не было бы сегодняшнего Израиля».
18 февраля Черчилль присутствовал в Букингемском дворце по случаю приема иранского шаха. Среди гостей находился Джон Шакбер, в 1921 году служивший в Министерстве по делам колоний под началом Черчилля. Он записал в своем дневнике: «У меня состоялся короткий разговор с ним, и он сказал, что Форин офис «заражен бевинизмом» в ближневосточном вопросе, т. е. пропитан антиеврейскими настроениями. Он слышал от Джеймса де Ротшильда, что Израиль хотел бы присоединиться к Содружеству. “Не забывайте об этом предложении, – сказал он. – Это было бы замечательно. Так много народов хотят отойти от нас; это могло бы стать поворотным моментом”».
Шакбер отметил, что Черчилль сказал ему также: «Вы должны позволить евреям получить Иерусалим, ведь это они сделали его знаменитым». Он сказал еще, что «в Негеве может поселиться большое число беженцев». Я не уверен, что он знает, что против этого сами израильтяне».
Призыв «вы должны позволить евреям получить Иерусалим, ведь это они сделали его знаменитым» стал одним из последних заявлений Черчилля перед отставкой с поста премьер-министра. В целом же он поддерживал еврейские национальные чаяния в течение более пятидесяти лет.
Глава двадцать седьмая
«Великий народ»
Уйдя в отставку со своего поста, Черчилль внимательно следил за жизнью Израиля. 24 февраля 1956 года он принял израильского посла Элияху Элата, передавшего ему в связи с 80-летием подарок от премьер-министра и правительства Израиля – папку гравюр с изображениями древнего Иерусалима. Вернувшись в посольство, Элат телеграфировал своему министру иностранных дел Моше Шарету: «Было очевидно, что слова посвящения тронули его больше, чем сами гравюры». В посвящении говорилось о «восхищении и благодарности, которые испытывал Израиль к человеку, спасшему мир от нацистского владычества, обеспечив тем самым для всех народов – в том числе и для народа Израиля – новую надежду на мир, свободу и прогресс».