— Матвей, ты чего творишь? Балбес! — Вера зябко пожала плечами, с руками стряхнула с себя холодную воду, обалденно качнув грудями. — И вообще, ты ведь чистый уже? Иди тогда в предбанник, карауль меня. Надеюсь, тебя не заинтересует, как девушка себе депиляцию делает?
Смущенный, я вышел в прохладный предбанник, где растерся большим полотенцем, выпил кружку холодного пива, которое додумался купить, прежде чем идти в баню. Неторопливо оделся, и уселся на лавку, налив себе еще кружку пива. Так и дождался Веры, которая, сверкая чистой нежной кожей, вышла из бани. Все так же обнаженная, она подошла ко мне, и поцеловала в щеку.
— Огромное тебе спасибо, Матвей! Ты показал мне снова, что не надо бояться настоящих мужчин. — И девушка замоталась в широкое полотенце, уселась напротив, и взяла вторую кружку с пивом. Отпив с удовольствием половину, она попросила меня не мешать ей одеваться и наводить порядок с волосами, так что я пошел в гостиницу. Пара часов есть, нужно просто поспать, а то глаза слипаются. И вырубился напрочь, оставив Герду, дремлющую на кресле, сторожить.
— Матвей, вставай, — едва слышно прошептали мне на ухо, и потрясли за плечо. А потом более резко и звонко. — Капрал, подъем, ТРЕВОГА! Угроза абордажа!
— Вера, извини, но больше не надо так шутить, — хмуро пробормотал я, помогая перепуганной девушке встать с кучи моих вещмешков. Она туда с перепугу упала, когда я вскочил с кровати. — Меня слишком долго учили, чтобы я забыл такие команды.
— Я больше не буду, на самом деле, — девушка поправила одежду и прическу перед грубоватым зеркалом, вделанным в одну, неподвижную створку грубого шкафа. В шкаф я пока составил свое длинноствольное оружие. — Просто не думала, что так отреагируешь. Лежишь, спишь как ангелочек, и вдруг уже на ногах, револьвер в руке. Испугаешься.
— Ну, рефлекс у меня такой, — я спрятал означенный «тейлорс» в кобуру, накинул на курок страховочный ремешок. После того, как на нас напала та кошка, я перед сном ремешок с револьвера откидываю. — Герда, ты почему меня не разбудила? А, сторожиха?
— Это я ее попросила, — девушка вступилась за смущенную головану. Потом посмотрела на меня, помолчала, и тихо спросила. — Матвей, почему ты не сделал даже намека на секс со мной? Я же и видела, и ощущала ментально, как ты меня хочешь. Почему?
— Потому что тебе было страшно, Вера, — негромко ответил я. — Ты боялась, и одновременно надеялась. Странная смесь чувств. А потом у тебя как будто струна внутри лопнула, когда поняла, что я не буду тебя домогаться.
— А откуда про чувства ты знаешь? — удивленно подняла брови Вера. Потом еще более удивленно спросила. — Ты что, эмпат?
— Очень слабый, просто очень. Дальше пары метров от человека уже практически не понимаю ничего, только общий настрой. Правда, после общения с Гердой у меня несколько повысилась чувствительность, но все равно не очень сильно. Так что толку особого от этого не было, разве с девушками помогало. Особенно в постели, всегда понятно, что она хочет, а чего нет. — Набросив шинель на плечи, я оставив ее расстегнутой. Надел шляпу, привычно найдя середину и спроектировав ее относительно носа. Все-таки некоторые привычки слишком сильно въелись.
— Так вот почему у вас с Гердой получилась инициация. Сильный стресс, сознания слились. Повезло вам, — с некоторой завистью заметила Вера. Потом, с ехидцей в голосе продолжила. — Вообще-то мне рассказывали, что русские настоящие варвары, и обнаженная женщина им напрочь мозги сносит. А морпехи вообще трахают все, что двигается, даже танки.
— Да трахнуть танк не проблема, он потом заявления о сексуальном домогательстве в суд не несет, — усмехнувшись, я приоткрыл дверь перед девушкой. Вроде как куда-то идем, нужно уточнить. — А у нас говорили, что с планет европейской зоны девушки страшные эмансипэ, ей комплимент — а она на тебя в суд. И вообще не трахаются, только мозги сношают.
— Иди, а то я тебе посношаю что-нибудь. — Меня ткнули в бок острым кулачком. — И поторопись, а то Виктор Сергеевич уже ждет нас, на коляске такой, с лошадьми. Знаешь, Матвей, никак не привыкну ко всем этим тягловым животным. Герда, ты с нами пойдешь? Нет? Ну, ты засоня!
— Да ладно, пусть спит, — я прикрыл дверь, чтобы Герда могла ее легко открыть. Мало ли, приспичит головане. — Она тоже устала. Мы ей лучше чего-нибудь вкусненького купим. Да и самим зайти в ресторанчик какой-либо не помешает.
На улице, около крыльца, нас поджидал на двуколке Сергеич. В коляску был запряжен небольшой лохматый конек.
— Садитесь, — кивнул он на кожаное сидение позади себя. — Сейчас отвезу вас к знакомому, он держит универсальный магазин.
Подождав, пока мы с Верой усядемся, Сергеич легонько щелкнул вожжами, и конек бодрой рысью припустил по дороге. Сергеич выехал на набережную, и остановился напротив солидного двухэтажного здания, с вывеской, на которой было написано, что это «Универсальный магазин Айка Моргана».
Внутри оказалось на удивление светло, и довольно уютно. На интерьер, конечно, наложило свой отпечаток использование только натуральных, природных материалов. Но все-таки было видно, что проектировал это магазин современный человек, который знает толк в торговле.
— Доброго вечера, Виктор Сергеевич, — нас встречать вышел пузатый лысый мужик в довольно щегольском костюме. Такое впечатление, что он сошел с обложки модного журнала для мужчин немаленьких размеров. — Чем можем служить?
— Можете, Айк, можете. Нужно приодеть эту юную леди, чтобы завтра в заведении Марты Владимировны она выглядела сногсшибательно и элегантно.
— Виктор, вы невозможны! — пузан всплеснул руками. — Разве можно сшить за один вечер платье на такую красотку? Минимум неделя, и три примерки! И никак иначе!
— Айк, у нас завтра торжественный ужин. И ты хочешь, чтобы я всем рассказал, что ты не смог подобрать для Веры хороший костюм? — Сергеич хитро прищурился.
— Нет, это невозможно! Хорошее платье шьется тщательно и долго! Но вот костюм. Костюм… — Хозяин магазина задумался, и что-то решив, подхватил Веру под руку и потащил ее вглубь, стремительно и целеустремленно.
— Пока хозяин будет работать с девушкой, могу ли я чем-то вам помочь? — Ко мне обратился невысокий темноволосый паренек. Над карманом рабочей блузы у него был приколот бейджик с именем. Впрочем, как оказалось, сергеич его тоже отлично знал.
— Леонид, можешь. Нужно одеть-обуть этого парня. А то он из новичков, как ты видишь.
— Что вам угодно будет купить? — паренек был исключительно вежлив, но при этом полон собственного достоинства.
— Ну, костюм, только не такой моднячий, как у вашего хозяина. Знаете, я видел тут уже такой сюртук, довольно древнего покроя. — мне вспомнился тот купчина со шлюпки, которая привезла нашу группу с корабля в Щучий. — И шляпа такая, котелок. Можно найти?
— Можно, — кивнул паренек. — Но нужно будет подгонять по фигуре. Главное, чтобы костюмчик сидел.
Через полтора часа я вышел из небольшой мастерской, одетый в новенькие полосатые брюки, заправленные в невысокие, очень удобные сапоги из мягкой светло-коричневой кожи. Подошел к высокому, довольно качественному зеркалу, и поправил длиннополый сюртук, севший после подгонки как влитой, попробовал выхватить револьвер справа, и длинную переломку слева. Ничего не мешало, в тоже время смотрелось вполне неплохо, и в стиле здешних мест. Вот только нужно заказать новый пояс, этот трофейный хоть и хорош, но все едино немного не по душе. Покрутив в руках, с удовольствием надел на голову черный новенький котелок.
— Ну, прямо жених, — усмехнулся Сергеич. И. глядя мне поверх плеча, тихо охнул. — А вот и невеста.
Я обернулся, и онемел.
Вера была в длинной, темно-синей юбке, обрисовавшей ее ноги. Выше была одета нежно — серая в крохотные цветочки, вроде бы неброская, но очень красивая блузка. Поверх нее был наброшен короткий жакет из синего шелка, подчеркивающий грудь и талию. Серые сапожки на довольно высоком каблуке выглядывали из-под юбки. В вырезе блузки на нежной коже светились небольшие жемчужинки ожерелья. Простая прическа, точнее, толстая коса, которую заплела Вера перед уходом из гостиницы, вроде как подчеркивала скромность, и одновременно оттеняла красоту девушки.