— И давно вы не пользовались ею?
— Я забыл о ней. А почему ты вспомнила об этом?
— Я обнаружила ее только вчера.
— Нужно открыть ее.
— Я сказала то же самое. Вы когда-нибудь играли на клавикордах?
— А почему ты спрашиваешь?
— Простое любопытство.
— Честно говоря, играл.
Я засмеялась.
— Что же здесь смешного?
— Я представила вас сидящим на этом изящном стульчике и упивающимся звуками шопеновского вальса.
— Это было совсем неплохо. Когда-нибудь я покажу тебе.
— Вы давно не играли?
— Не дотрагивался до клавиш многие годы. Думаю, что инструмент расстроен. Но настроить его здесь — задача нелегкая, такая профессия едва ли встречается в этих местах. Я не понимаю, зачем Бен привез их сюда.
Джосс сохранял полное спокойствие. Я была уверена, что не нужна ему, но был ли он тем человеком, который играл на клавикордах и действительно ли он хотел, чтобы я сломала себе шею? Я знала, что он безжалостен, влюблен в Изу и не скрывает этого. В городе были люди, подозревающие его в убийстве Эзры, на это намекала миссис Лод. Но что дает смерть Эзры, если не избавиться от другого препятствия?
Я должна смотреть фактам в лицо. Если бы меня не стало, он бы мог жениться на Изе. Но почему у них внезапно появилось такое желание, ведь они с давних пор были любовниками и не думали о браке?
Я просто не могла поверить, что Джосс мог бы уничтожить меня таким способом. Но почему бы и нет? Прежде всего, моя смерть показалась бы естественной. Было бы слишком большим совпадением, если бы, предположим, меня застрелил беглый преступник. Джосс обладал большой властью в Фэнситауне. Люди боялись его. Но даже и ему следовало быть предельно осторожным, если он задумал убийство.
Глава 13
Шахта с привидениями
На следующее утро, когда горничная принесла мне горячую воду, она подала письмо. Я удивилась, потому что каждую среду мы получали почту, приходящую из Сиднея, в Фэнситауне, а в дом письма никогда не приходили.
— Как оно попало сюда? — спросила я, рассматривая письмо.
— Его нашли в холле, миссис Мэдден. Один из слуг увидел, что оно адресовано вам, и я принесла его.
Почерк на конверте показался мне знакомым. Я открыла его.
Дорогая миссис Мэдден, как я и надеялся, я многое узнал, Я заезжал вчера в Павлины поздним вечером, чтобы оставить Вам письмо. Мне необходимо повидать Вас и сообщить Вам такие сведения, что никто не должен знать о нашей встрече. Вы в опасности. Я тоже. Мне нужно кое-что показать Вам, но об этом уже знают. Надеюсь, мое письмо не покажется слишком мелодраматичным, но уверяю Вас, что во всем этом деле есть много странного и нам угрожает опасность. Поэтому я прошу Вас встретиться со мной завтра. Я пытался найти подходящее место, но так как, поверьте мне, нас никто не должен видеть, то лучше всего приехать к Ущелью Гровера. Сможете ли Вы быть там в три часа? В это время там никого не будет, но осторожность не помешает, и я предлагаю встретиться в подземном переходе. Не бойтесь и спуститесь по старой лестнице.
Пожалуйста, никому не показывайте это письмо. Это очень важно. Когда мы встретимся, Вы поймете причину.
Искренне Ваш
Джереми Диксон.
Слова плясали перед глазами, не укладываясь в голове, но я была уверена, что все это связано с Зеленым лучом.
Конечно, я это сделаю. Я не боюсь, хотя говорят, что в шахте водятся привидения. Я верила Джереми Диксону.
Я с нетерпением ждала трех часов.
Стараясь, чтобы никто ничего не заметил, я как всегда вышла утром с Джоссом из дома. Если я была молчаливее, чем обычно, то он тоже. Мы расстались в дверях конторы, и я направилась в отдел Джимсона.
Я не могла ни на чем сосредоточиться.
Я уже видела переходы в заброшенных шахтах и решила взять с собой свечу, чтобы ориентироваться там.
Сначала я заехала в Павлины. Затем, взяв свечу и спички, я тихонько вышла из дома.
Ни облачка на небе. День был очень жаркий. Я быстро ехала верхом, желая как можно скорее достичь места встречи. Солнце стояло высоко в небе — белый раскаленный шар, за мной клубилось облако пыли. Пение цикад становилось все громче, но я уже привыкла и не обращала на них внимания.
Вдали на горизонте среди кустов малги неуклюже прыгали кенгуру. Над головой как всегда смеялись кукабарры, и я ощущала себя совершенно потерянной среди пустынного буша. Через проход в ущелье я подъехала к шахте. Никого не было видно. Я посмотрела на часы: без пяти три. Заслонив глаза от солнца, я осмотрела ландшафт. Никого. Джереми написал о подземном переходе, должно быть, он уже там, но где же он спрятал свою лошадь? Я соскочила с Воти, которая не возражала и была совершенно спокойна. Привязав ее к кусту, я пошла к шахте. Я постояла немного, оглядываясь по сторонам. По-прежнему полнейшее одиночество. Действительно ли Джереми Диксон нашел Зеленый луч и хочет показать его мне? Если это так, то где же его лошадь? Может быть, он еще не приехал? Но ведь он точно указал время.
Я спустилась по железным перекладинам, ржавым и пыльным, и стала заглядывать в переходы. Было довольно темно, и я тихо сказала:
— Я здесь.
Ответа не было.
Я зажгла свечу и решила осмотреть первый переход, но как только я прошла несколько шагов, пламя затрепетало и погасло. Я снова зажгла свечу, но она погасла сразу.
Я не могла понять, в чем дело. Повернув направо, я оказалась в полнейшей темноте и попыталась еще раз зажечь свечу. На этот раз мне это вообще не удалось. Внезапный холодный страх охватил меня, всем своим существом я чувствовала приближение опасности. Меня пронзила страшная мысль: не Джереми писал это письмо. Но ведь это его почерк! Разве я так хорошо знаю его почерк? Я едва ли обращала внимание на то, как он пишет. Вероятно, другие люди знают его руку. Ведь почерк совсем нетрудно подделать и ввести меня в заблуждение.
— Джереми, — позвала я.
Ответа не было.
Кто-то, но не Джереми, заманил меня сюда. Скоро я это узнаю… Наконец я все выясню.
Как глупо попалась я в западню.
— Нет, Джосс, — громко сказала я, — о нет, Джосс… только не ты.
Я еще никогда не испытывала такого страха. Все давило на меня — тишина… темнота, смыкающаяся вокруг меня… А главное, это ужасное молчание. Выходи отсюда, приказала я себе. Чего ты ждешь? Может быть, еще можно спастись.
Но странное оцепенение охватило меня. Казалось, у меня медленно отнимаются руки и ноги. Я добрела до того места, куда доходил слабый свет. Я едва могла шевельнуться. Время остановилось, и я опустилась на землю.
— Джосс?
Да, Джосс пришел. Он держал меня на руках.
— Вот ты и пришел, чтобы убить меня… — прошептала я. — Так значит, это ты. Тебе нужна Иза. Все так ясно. Я стою на твоем пути…
Джосс не отвечал, но я услышала голоса и поняла, что я не в шахте.
Я лежала на земле, а Джосс склонился надо мной. Я услышала его голос:
— Кажется, она отдышалась. Действие газа проходит. Не толпитесь. Ей нужен воздух, много свежего воздуха.
Я открыла глаза, и он произнес «Джессика» с упреком и нежностью, и это слово наполнило мое сердце счастьем.
Он бережно поднял меня и усадил в маленький кабриолет. Мы подъехали к Павлинам, и Джосс внес меня в дом.
Я еще не совсем пришла в себя, и голоса доносились издалека.
— …В шахте. Миссис Лод… горячие кирпичи, пожалуйста, и молоко.
— О, как ужасно, мистер Мэдден!
— Ничего. Она в безопасности. Я успел вовремя.
Он положил меня на кровать. Даже с закрытыми глазами я чувствовала, что он здесь. Он склонился надо мной и поцеловал меня в лоб. Когда я открыла глаза, Джосс сидел у моей постели. Он улыбнулся мне.
— Все хорошо. Я пришел вовремя.
Я снова закрыла глаза, больше ничего не желая знать. Мне хотелось только радоваться тому, что он спас меня и беспокоится обо мне.