После толстых сочных бифштексов со свежими овощами последовало фруктовое желе, но я едва заметила, что ела. Мое внимание, как и внимание мужчин, привлекала Иза, точнее Иза и Джосс. Я заметила, как раз или два она положила свою руку на его и как он улыбался ей. Кроме того, мне казалось, что миссис Лод и Лилиан наблюдали за моей реакцией. Эзра был доволен эффектом, который производит его жена. Было очевидно, что он обожает ее. Я пыталась убедить себя, что она пустоголовая и легкомысленная женщина, но знала, что это не так. Она была таинственна, тонка и хитра. Когда она укоряла Джосса за такую скоропалительную женитьбу, она притворялась, что шутит, но я была уверена, что ее самолюбие чрезвычайно задето.
Она вернулась к вопросу о Зеленом луче и повторила историю о смерти Десмонда Дерхэма в Америке и о его исповеди.
— Возможно, этот опал все это время был у Бена, — сказала она. — Что же в таком случае случилось с ним?
Наступило молчание, а затем Джосс, посмотрев на меня, сказал:
— Перед смертью Бен рассказал мне и Джессике, где он спрятал Зеленый луч. Он оставил его нам обоим.
Иза всплеснула руками.
— Я хочу видеть его. Я не могу ждать.
— Боюсь, я не смогу показать его вам, — сказал Джосс, — потому что когда мы осмотрели тайник, который указал нам Бен, его там уже не было.
Миссис Лод страшно побледнела.
— Вы хотите сказать, мистер Мэдден, что этот опал находился в этом доме?
— Когда Бен положил его туда, но, похоже, кто-то украл его.
— Значит, его нет в этом доме. Слава Богу, — сказала тихо миссис Лод.
— Вы наслушались всяких сказок, миссис Лод, — сказал Эзра. — Вокруг таких камней всегда много сплетен. Это подогревает человеческое тщеславие. Они не хотят, чтобы кто-то наслаждался тем, чего у них нет, и тогда придумывают, что камень несчастливый. Да, вот так случай! Что вы будете делать, Джосс?
— Я собираюсь отыскать его. Но с чего начать?
— Кто мог знать, куда Бен спрятал его? Он кому-нибудь еще рассказывал об этом? — спросил Эзра.
— Я уверен, что не рассказывал. Он сказал нам обоим… мне и Джессике перед самой смертью.
— Где он находился?
— Он сделал отверстие в раме одной из картин.
— Как это удивительно и таинственно! — воскликнула Иза. — Кто же мог похитить его?
— Я не завидую им, — прошептала миссис Лод.
— О мама, ты слишком серьезно воспринимаешь эти слухи, — сказал Джимсон.
— Я хочу повторить то, что я уже говорил, и не сомневаюсь, что мне придется еще не раз убеждать вас в этом. Я не хочу никаких россказней о несчастливых камнях, иначе люди перестанут покупать опалы, — сердито сказал Джосс.
— Джосс, — прошептала Иза, — как вы собираетесь начать поиски Зеленого луча?
— Думаю, бесполезно вывешивать объявление: «Не желает ли вор вернуть бесценный опал, который он похитил в Павлинах».
— Но с чего вы начнете?
— Я должен все обдумать. Но я намерен найти опал.
— А то, что Джосс намечает, он всегда выполняет, не так ли, миссис Мэдден?
Золотистые глаза смеялись надо мной.
— Вы знаете это так же хорошо, как и все мы, — добавила она.
— Я не хочу, чтобы в городе об этом говорили, — сказал Джосс.
— Уже все говорят о том, что Десмонд Дерхэм не украл его и камень все это время был у Бена, — вмешался Эзра.
— Я знаю, но пусть все разговоры затихнут, — обратился Джосс к Эзре, и я заметила, что он хочет изменить тему. — В вашей конюшне появились новые лошади?
— Одна или две. Вы будете заинтересованы, Джосс. Я купил маленькую красотку… серую кобылку. Ее зовут Воти. Я еще никогда не встречал таких лошадей. Она на самом деле любит меня.
— Все лошади любят вас, — вставил Джим-сон. — Вы знаете, как себя вести с ними.
— Лошади и женщины, — сказала Иза, лукаво глядя на своего мужа.
— Определенно лошади, — ответил Эзра. — У вас есть хорошая лошадь для миссис Мэдден? — спросил он у Джосса.
— Я поищу что-нибудь подходящее.
— Мне хотелось бы подарить ей мою Воти. Она как раз то, что надо — сильная, немного своевольная, но уступчивая. Если я ей шепну на ушко, она сделает все, что нужно.
Я сказала:
— Это слишком щедрый подарок.
Эзра махнул рукой.
— О, это же все в компании. Вы ведь одна из нас.
— Я очень благодарна вам.
— Вы полюбите ее. Она настоящая красотка… и такая хорошая девочка. Обращайтесь с ней хорошо, и она отплатит вам тем же, а если я скажу ей кое-что… все будет хорошо.
— Это верно, — сказал мне Джимсон. — Я не знаю никого, кто умел бы так говорить с лошадьми, как Эзра.
— Вы очень добры. Благодарю вас, — сказала я.
— Итак, решено, — подтвердила Иза. — Дейвид, покажите свои сокровища.
— Может быть, после кофе, — предложила миссис Лод.
Иза, очевидно, сгорала от нетерпения, и поэтому сразу после кофе мы отправились в гостиную. Здесь перед глазами гордого павлина на стене, который мог бы рассказать нам, кто похитил опал, если бы умел говорить, Дейвид сел за стол и открыл свой кейс. Жалюзи были подняты, но день клонился к вечеру и были зажжены свечи, бросавшие тусклый свет на часть комнаты. Мы все сидели за круглым столом: Джосс и Иза с одной стороны от Дейвида, я рядом с Джоссом, а Эзра рядом с женой. Все Лоды сидели вместе. Мне начинало казаться, что им тягостно их положение. Они входили в эту семью и в то же время нет. Что-то в их поведении привлекало внимание. В центре стола стоял канделябр, и когда Дейвид достал драгоценности, они засверкали удивительными красками. Я была восхищена вспышками огня.
— У вас прекрасные образцы, Дейвид, — сказал Эзра.
— В основном они из Южной Австралии, — ответил Дейвид. — Они достались старателям с большим трудом. Здесь вам везет, а в той части страны условия хуже. Страшная сушь, и старатели испытывают много лишений: нет топлива и вода на вес золота.
— Он поднимает цену, — подмигнул Эзра.
Джосс обратился ко мне:
— Южная Австралия — равнина, усыпанная камнями. Ты можешь представить, какова там жизнь.
И непонятно отчего, я очень обрадовалась тому, что он вспомнил обо мне.
— Но, Дейвид, — повелительно сказала Иза, — где же этот Арлекин, о котором мы говорили?
— Все в свое время. Если вы сначала увидите его, то не захотите смотреть на другие.
— Какой вы мучитель!
Он открыл другой кейс, и мужчины рассматривали опалы, отмечая их величину, цвет, обработку и другие детали.
— Ну, Дейвид, — опять сказала Иза, — я хочу видеть Арлекин.
Тогда он достал коробочку, и опал во всем блеске появился перед нами, еще прекраснее, чем показался мне в первый раз.
Дейвид поднял камень, и на него упал свет. Он нежно потрогал его. Хотела бы я знать, он думал о его красоте или о его стоимости? Иза неторопливо протянула руку и положила его на ладонь.
— Он великолепен, — пропела она. — Я влюбилась в него. Посмотрите на эти краски. Арлекин… да. Неудивительно, что Коломбина любила его. Светлые, фантастические краски…
Она подняла свое пылающее лицо.
— Я думаю, это один из самых прекрасных камней, которые я видела.
— Я думаю, он стоит довольно дорого, — сказал Эзра.
— Вы совершенно правы, — ответил Дейвид.
— Я бы многое отдала, чтобы добавить его к своей коллекции, — вздохнула Иза.
— Я посмотрю, что можно сделать, — сказал Эзра.
Джосс снова обратился ко мне.
— У Изы одна из лучших коллекций опалов. Они не нужны ей для украшения. Она просто любуется ими.
Иза засмеялась. Ее лицо тигрицы осветилось выражением, которое я не могла понять. На нем отразились триумф и жадность.
— Это мое состояние, — сказала она мне. — Если Эзра когда-нибудь бросит меня, я смогу их реализовать.
— Вы считаете его способным так поступить? — холодно спросила я, не сумев сдержаться. Я устала от ее усилий продемонстрировать мне свое превосходство.
— Как будто я когда-нибудь это смогу, — нежно сказал Эзра. — Иза — это павлин среди ворон, — продолжал он, обращаясь ко мне, как будто если уж я приехала сюда и хочу познакомиться с этой страной, то я должна также узнать, как прелестна Иза. — Когда она узнает о хорошем камне, она мечтает, чтобы он попал в ее коллекцию.