– А есть предпосылки?

– А то ты не знаешь, что обо мне говорят? – оскалился Олег. – И, между прочим, в основном этому можно верить!

– Может быть, я мало общался с коллегами, но никаких фекальных тем о Вас я не слышал.

Олег захохотал:

– Это потому что боятся. Трепещут.

– Что трепещут, я понял, – Костя улыбнулся.

– А ты нет? – театрально удивился Олег.

– Не очень. Говоря по правде, я был уверен, что Вы меня уволите, так что бояться мне особо было нечего.

– Не уволю. Пока. Если с работой будешь справляться. Хотя я почему-то уверен, что ты справишься. Но не обольщайся, твои новые заказчики – люди сложные, и я с тебя не слезу.

Ощущение неловкости, с которого начался ужин, уже улетучилось, наметилось даже что-то похожее на свободную беседу. Олег, как водится, сверлил своего визави взглядом, а Константин больше не опускал глаз и не изучал скатерть с прежней увлеченностью. Он и правда ребенком не был и понимал, что ужин с боссом — это не дружеская вечеринка, и что причины интереса к его малозначительной персоне у начальника весьма конкретные. Как оно будет складываться дальше, Костя пока не предполагал, но все-таки надеялся, что к скользким вопросам они больше не вернутся. Ничего компрометирующего или предосудительного не произошло, завтра они смогут как ни в чем не бывало столкнуться на работе и не испытать неприязни.

Собственно, так и получилось – после ужина Олег расплатился, пресекая все попытки Костика заплатить за себя, более того, отправил его домой на своей машине с уже знакомым водителем. Как добирался сам Олег – на такси или ждал возвращения своей машины – Костя не имел понятия, да и не слишком интересовался. Он предпочёл оставить всё произошедшее в этот день без осмысления и просто перевернуть страницу календаря.

На следующий день Константин, как обычно, занимался своими делами, Горыныч на работе не появлялся, но это никого не удивляло – он редко сидел на месте и уж тем более не был привязан к офису. Сотрудники заметно радовались его отсутствию, поименные отчеты перед шефом откладывались. Девчонки щебетали, кофейный аппарат гудел не замолкая, наблюдалось всеобщее оживление.

Костик ловил себя на том, что иногда в своих мыслях возвращается к персоне Олега. Представляет, как тот войдет в офис стремительно, как всегда, раздаст несколько резких указаний помощникам, запрется в кабинете с кем-нибудь из финансового или из еще какого-нибудь департамента, с теми, кто давно ждет аудиенции, как все притихнут с его появлением и уткнутся в свои мониторы. Нет, пусть уж лучше подольше не появляется.

Появилась зато Вичка, с подарком. В узнаваемом темно-коричневом бумажном пакете с черными буквами лежала такая же коричневая коробочка, в ней шелковый пыльник, а уже в нем – продолговатый кожаный кошелек на молнии. Костя порадовался, когда извлёк его на свет божий, что кошелек весь черный, характерные для бренда шашечки выполнены на коже лишь тиснением, а не вульгарным бежевым принтом. Такая штучка стоит минимум штук двадцать, может и больше, Костя давно не приценивался.

– Не стоило, Вичка, я имел в виду что-то попроще, – смутился Костя.

– Ничего-ничего! В хороший кошелечек – хорошие денежки! – радостно прервала она его сомнения. – Тем более теперь тебе будет что туда складывать!

Намек был очевидным. Откуда узнала про Костино вступление в должность? Он ей ещё ничего не говорил. Может, они тут всем офисом и про все остальное знают? Усевшись за свой стол, Костя повертел приятный аксессуар в руках, вжикнул молнией. Внутри еще что-то было. Два билета на оперу – нашумевшая постановка, с прославленной примой, в Мариинке – в партер, куда простым смертным билетов либо не достать, либо они просто не по карману. Интеллигентный подарок.

Костя присвистнул.

* цитата из “Операция Ы”, если кто не узнал.

Комментарий к

========== Часть 6 ==========

Одинаковые дни полетели один за одним. Костя обалдел от объема работы, свалившегося на него. Поначалу он пытался справляться сам, но после пары косяков получил конкретный втык от Горыныча и теперь то и дело бегал к нему в кабинет с вопросами, а когда того не было в офисе, приходилось звонить на сотовый. Каждый раз, когда Костя брал телефон, он невольно вздрагивал от того, что видел на дисплее «Олег Москва», он так и не переименовал контакт. Иногда он мечтательно забывался и вспоминал того Олега, встреченного в баре, своё первое впечатление, свою радость от состоявшегося знакомства, потом спохватывался и гнал от себя минутное наваждение.

В один из дней посреди недели Костя снова заходил к шефу, тот был сосредоточен и немногословен, хотя и до этого момента общались они исключительно по делу, тут Косте показалось, что Горыныч вообще не настроен на контакт. Быстро получив нужную инфу, Костя выскользнул из кабинета и, изобразив Вике страшное лицо, поспешил к себе. Через некоторое время, когда рабочий день приближался к долгожданному завершению, секретарша Горыныча снова вызвала Константина.

Олег сидел в своём кресле, отвернувшись от стола и сложив ноги на тумбочку у окна. Поза его выражала крайнюю степень задумчивости, и Косте даже показалось, что он слегка растерян. Подойдя ближе, Костя заметил в руке, свисавшей с подлокотника, стакан с виски.

– Константин, садись, пожалуйста, Я хочу тебя попросить… – Олег повернулся к вошедшему. – Ты можешь, безусловно, отказаться, я не настаиваю, это никак не относится к твоей работе… – он запнулся и замолчал.

– Так что Вы хотели, Олег Сергеевич?

– Я хочу попросить тебя пойти со мной на встречу с моим другом, – выдохнул Олег.

Эскорт, мать его! Костя даже успел подумать, что Горыныч знает не просто больше, чем есть в досье, а гораздо больше. Но Олег тут же начал пояснять свои слова, видя, что Костик в замешательстве:

– Моему хорошему другу – Виталику – в обед полтос, а все туда же. Женится. В третий раз. На какой-то очередной школьнице. Ну, ты представляешь?! Зовет меня с ней знакомить! Как будто я их различить могу. А теперь выясняется, что там будет еще какая-то её подруга с мужем, и еще кто-то, и еще кто-то, атас в общем. Не пойти не могу. Один в этом курятнике я сдохну.

– А в качестве кого Вы собираетесь привести туда меня? – изумился Костя.

– Как кого? – пришла очередь изумляться Олегу. – В качестве кого и есть – коллеги. Посидим немного, выпьем по бокалу, сошлёмся на важные дела и свалим.

Да, Костик даже смутился. В качестве кого Горыныч может представить его своему другу? Смешно, право. А он что подумал?

– Ну, хорошо. Если Вам в моей компании будет легче, я не против.

– Спасибо, – раздался вздох облегчения, – тогда в пятницу после работы сразу вместе и поедем. Вован нас отвезет.

Олег заметно повеселел.

– Да, и не засиживайся вечерами. Я видел, ты торчишь тут до семи, до полвосьмого. За излишний энтузиазм не доплачивают, – добавил он строго.

– Я просто хочу все успеть и сделать нормально…

– Нормально – это успевать в рабочее время.

Костик снова почувствовал себя нерадивым школьником. Вот только что вроде с ним разговаривал человек, и стоило ему по-человечески ответить, как тут же вернулся чёртов змей. Еще и за переработку отругал. Но, выйдя из кабинета, Костя почему-то улыбнулся.

По пути домой Костя сделал крюк по центру, заехал в бутик с названием из четырёх рубленых букв и с наслаждением набрал в примерочную несколько вещичек. В итоге остановил свой выбор на самом скромном фиолетовом джемпере из тонкой шерсти с узкой изумрудной отделкой по горловине и манжетам. Потом, немного помедлив, все же не смог себе отказать и добавил тёмный шарфик, по краю которого были вытканы сложные, многоцветные и такие узнаваемые «огурцы». Покупка потянула сразу на треть зарплаты, символическая скидка лишь слегка притупила боль расставания с деньгами.

За десять минут до конца рабочего дня в пятницу Олег проследовал из своего кабинета и кивком головы пригласил Костю за собой. Тот выключил комп, подмигнул удивленной насторожившейся Вичке и поспешил на выход. Шарфик весь день прятался в рукаве пальто, дабы не привлекать лишнего внимания коллег. Костя надел его небрежной петлёй, когда сбегал по ступенькам, уже на улице, видя знакомую машину и Вована за рулём.