- Феликс, не мучай, ты же хочешь? - меня всего трясет от очередного поцелуя.

- Хочу, - и вот уже его язык обводит мой покрасневший сосок, а пальцы мягко исследуют меня изнутри, растягивая и еще больше возбуждая. Я протягиваю руку, несмело прикасаюсь к его паху и ловлю глазами хитрую улыбку на его губах, когда его рот накрывает мой член, и в то же время его рука поспешно расстегивает пуговицу на брюках.

- Интересненько, - слетает с моих губ, и я активно помогаю ему избавиться от таких ненужных вещей. - Очень даже ничего.

Завороженно поглаживаю пальчиком его член, вздувшиеся вены, поджатые яички, краси-и-и-во. Несмело прикасаюсь языком к головке его члена и слышу первый хриплый стон, вырывающейся из него. А если так? И я заглатываю головку, легко подсасываю, а он продолжает стонать и нетерпеливо толкается глубже.

- Нет, это нереально, - рычит Феликс и усаживается между моих ног, сдирая с себя рубашку.

- Эй, это как?! - следует мой недоуменный вопль. Вот секунду назад я делал свой первый в жизни минет, и меня так неожиданно прервали.

- А вот так, - усмешка на губах альфы, легкое давление, и головка его члена проскальзывает в меня, принося те ощущения, что никогда не получишь пальцами.

- Аааа, я забыл, - секунды занимает у меня выскочить из под Феликса и понестись в коридор, где я так необдуманно кинул сумку. Ну, конечно, обувь забрал, а сумку забыл. Несусь на кухню и пытаюсь налить в стакан воды.

- Вик, ты чё, охренел?! - раздается злой голос у меня за спиной.

- Я таблетку забыл выпить, - показывая противозачаточное, зажатое в пальцах, пробурчал я. - Я же говорю, до двадцати пяти ни-ни, а еще...

- Я тебя сейчас трахну, - рывок, я думал, он меня в спальню оттащит, хотя бы повернет, но нет, меня просто усаживают на стол. Толчок, и в глазах мелькают звездочки, а мои ноги оплетают его за бедра, когда он одним движением входит до основания. Больно! Знаю, что надо потерпеть, я привыкну, да и течка возьмет свое, но пока что только больно.

Тихо скулю от боли в шею Феликса, а он осыпает легкими поцелуями мою, шепчет нежные слова утешения на ушко и осторожно делает очередной толчок. И еще, и еще. Скрип стола по паркету, мои глухие стоны сквозь приоткрытые губы. Его ласковые поглаживания моей спины, лопаток, попы. И вновь сильный толчок, приносящий уже толику того особого удовольствия, которое можно получить только во время течки. Когда тело горит, изнывает, жаждет подходящего альфу. Когда отключаются мозги, и хочется только одного, наполненности, движения, трения, удовольствия.

- Сильнее, - требовательно приказываю я, откидываюсь на стол и беру свои ноги под коленями, приподнимая их. - Давай же, Феликс!

Неясное бормотание, и он, сжимая мои бедра, насаживает меня глубже. Толчок, еще один, волосы, разметавшиеся по столу, его рука, собирающая их и сжимающая в кулак, страстный поцелуй, смазка, капающая на пол. Все соединилось в одно, резкие движения, крики, стоны удовольствия.

Толчок, и он прикусывает сосок, толчок, и он оттягивает его за сережку, зализывает языком, и вновь ухватив оттягивает. Мини-укусы по всему телу. Мой член, марающий нас в смазке.

Глубокие чуть грубоватые толчки, небрежно закинутые на его плечи мои ноги, которые он теперь придерживает, все быстро и горячо, так горячо и быстро.

- Вставай, хочу тебя сзади, - немного грубовато звучит приказ, но, сколько страсти в его голосе, что не могу даже подумать сопротивляться.

- Дай мне лечь на стол, - прошу я, когда его член входит до упора, так, что начинают трястись ноги.

- Уверен? - хрип-стон, и он обхватывает рукой мой член, и, черт, опять сосок.

- Нет, нет, нет, - кричу я от силы ощущений, поглотивших меня, и изгибаюсь в спине. Толчок, и вот он задел клубок нервов, и я прогибаюсь еще сильнее. Толчок, и он сжимает мой сосок почти до боли и начинает крутить, дикие ощущение кайфа, пульсации в члене и анусе и я, громко вскрикнув, кончаю, пачкая стол. Последние глубокие толчки и внутрь меня бьет сперма.

Запах секса в кухне, во рту сухость от криков и стонов, и вновь тянущая легкая боль от увеличивающегося во мне члена. Пустота в эмоциях, мне просто хорошо.

***

- Согласны ли Вы взять этого альфу в мужья, оберегать его, хранить его покой, быть его опорой...

- Бла-бла-бля, - потирая виски, пробормотал я.

- И что это значит? - тихий смешок, и на мои колени ложится голова Феликса.- Ты уже час пересматриваешь этот момент.

- Да вот думаю, как я мог выйти за такого холодного скупердяя, - обижено изрекаю я и отворачиваюсь к окну.

- Вики, врач запретил. И воздержание от секса это не холодность и никакое не скупердяйство. Ну, потерпи, тебе всего неделька до родов осталась.

- Неделя, а потом еще два месяца ничего нельзя будет, это если я еще не порвусь.

- Шантажист, - легкий толчок и меня заваливают на диван и садятся между ног. - Минет с пальцами, сойдет?

- Угу, - приподнимая попу, счастливо изрекаю я, позволяя стянуть с себя домашние штаны.

- Ну ладно, - мягкая усмешка на губах моего мужа и он пробегает пальцами по моему стоячему члену обводит яички и медленно облизывает головку языком.

- Феликс, Феликс? - главное не заржать.

- Ну что еще, - и только возмущенные глазки видны из-под пуза. Щелчок фотокамеры, и я заливаюсь хохотом, отдавая ему сотку, чтобы он посмотрел на получившийся шедевр.

- Ой не могу, ты бы это видел, мне надо было многокадровую съемку делать. Какие глаза, какие эмоции. Ой, ой, ой, ФЕЛИКС, – вскрикиваю я, от резкой боли в животе.

- Доржался, рожаешь на неделю раньше, да?