До обеда в библиотеке Ранеи было немного народу. Послушницы присутствовали на служении Морю, которое проходило в водных покоях. К этому времени Лисса лишь единожды, на празднике Моря, когда по всей стране отмечали торжество ночи над днем, побывала на службе в зале, посреди которого располагался большой бассейн с теплой водой, где каждое утро омывались послушницы. Более тайю не допускали до этого святого ритуала: как полагала Лисса, по настойчивым просьбам Элозины.
Девушка угрюмо поглядела из своего неудобного кресла на Зойту. Из всей знатной свиты лишь далийка появилась на занятии. Она до сих пор побаивалась Лиссы, но совсем уже позабыла о своих обещаниях: вместо того, чтобы узнать о возможности побега, графиня рассказала об этом своей госпоже, и теперь Элозина упоминала при каждой встрече, что с нетерпением ждет, когда Лисса окажется в подвале за попытку скрыться. Лисса лишь улыбалась в ответ. Она отговаривалась перед Леденеей и матушкой Ани, что это только наговоры принцессы, которая её за что-то невзлюбила. Как ни странно, наставницы не усомнились в её словах, ими были прекрасно изведаны нравы знатной подопечной.
- Ты не поверишь, что я сегодня увидел! – голос Ланса звучал очень возбужденно. Лисса лишь сжала покрепче зубы, чтобы не отчитать духа за то, что он не читал с ней скучную громадную книгу. – Сегодня утром ты ведь заметила, какая суматоха царила на кухне? Это одна из послушниц окатила руку госпожи Пории кипятком. Девушка от испуга рухнула без сознания на пол, а ладонь нашей кухарки покраснела и вздулась. Жаль, что я не потрудился далее проследить за ней, меня более интересовала участь молодой девушки…
Лисса глубоко вздохнула, давая понять духу, что это для неё неново и совсем неинтересно.
- Но только что я, наконец, опять встретил Порию, - продолжил Ланс. – Она вернулась со двора. Её кисть была аккуратно перевязана, но она двигала ею без всякой боли и страдания. Служанки на кухне спросили о самочувствии хозяйки, а также пожаловались, что после завтрака рухнула крыша курятника и погибла птица, правда не вся.
Лисса громко перевернула страницу и стала водить по строчкам пальцем, намекая, чем должен заниматься её хранитель. Его болтовня только мешала чтению.
- Я ещё не сказал самого главного, – не унимался Ланс. – Пория даже не обратила внимания на их слова, она вся светилась от радости, что меня очень смутило. Она поспешила в свою комнату. Закрыв за собой дверь, женщина осторожно сняла повязку, и что ты думаешь, там было? Конечно, можешь делать вид, что ты меня не слушаешь, ты ведь все равно не угадаешь! От ожога не осталось и следа! Рука была белой, без единого волдыря и покраснения. Она не верила своим глазам, и я, заметь, тоже. И тут я все понял! Это колдовство – только колдун мог так быстро и без следов залечить рану. Никакие мази или молитвы богам тут не помогут, Лисса! Значит, все-таки здесь есть ещё кто-то, обладающий колдовской силой, кроме меня. А упавшая крыша над птичником означает, что этот человек, а точнее колдун или колдунья, не совсем хорошо ещё изучил свое ремесло. Это воздействие от утренних чар: там, где есть колдовство, всегда происходит двойной результат, если его не контролировать, как следует. Этим колдуны и могут выдать свое присутствие, особенно в самом начале их чародейства, когда в них только пробуждаются неведомые ранее способности. А что было бы, если крыша свалилась на голову послушницы? Ведьма несомненно еще не в состоянии справиться со своими силами…
Ни во время обеда, ни после него Лисса не могла найти уединенный уголок, чтобы хотя бы шепотом ответить Лансу. В столовой зале она вновь была принята в компанию Кри, которая поняла, что Лисса действительно может потягаться со знатной кучкой и желала вернуть себе расположение бывшей подруги, а после еды тайя опять отправилась с другими послушницами на занятия к Ранее, требовавшей полную тишину в своей зале. Все это время Лисса терпеливо выслушивала размышления духа над совершенными открытиями и желала, чтобы он поскорее отправился прочь за новыми известиями. К вечернему докладу девушке предстояло готовиться самостоятельно.
За ужином тайя была как никогда прежде хмурой и молчаливой. Она совсем не слушала новости Гии из дома, откуда послушница получила письмо, а уныло представляла предстоявшее мытье полов в самых темных покоях монастыря, потому что нынче из её головы совершенно вылетели основные цвета морийского герба. К тому же Лисса была недовольна, что Ланс уже целый час как не появлялся в её голове, а Элозина не заходила в столовую ни в обед, ни вечером, так что боевой настрой девушки совершенно испарился.
- Она уже около дверей, - наконец, отозвался возвратившийся дух. – Я хотел подставить ей подножку по дороге, чтобы окончательно подпортить дурное настроение принцессы, но забыл, что могу колдовать только из солонки.
Девушки как обычно поднялись, приветствуя Элозину и её подруг. Релийка бежала меж рядов, не обращая внимания на поклоны и ища кого-то взглядом. Она быстро прошла мимо стола, за которым сидела Лисса, и направилась вглубь залы. Тайя решила, что даже из-за такой рассеянности соперницы она не станет менять своих планов и нынче в разговоре с Элозиной непременно возьмет вверх. Ланс уже предлагал угрозы, которые возымеют наибольшее действие над спесивой дворянкой.
- Ты скоро разоришь своего отца, раздавая его деньги грязным служанкам, Эл! - крикнула Лисса в спину девушки.
Приближенные принцессы обратили назад недоуменные взгляды. Элозина тоже остановилась. Но казалось, что она совсем не услышала оскорбительных слов. Релийка посмотрела на своих подруг и медленно двинулась далее между столами. Свита последовала за своей госпожой. В самом конце залы сидела одинокая девушка. Высоко задрав голову, которую украшала серебряная диадема, Элозина направилась прямиком к ней. Лисса негодовала, но кричать через всю столовую она не решилась, молча наблюдая за принцессой, которая как всегда привлекла к себе всеобщее внимание.
За недели, проведенные в монастыре, Лисса знала в лицо всех послушниц, ведая кто, откуда родом, насколько богат и когда собирается покинуть эти стены. Но девушка, сидевшая на задних скамьях, показалась ей новичком, хотя Лиссе не удалось рассмотреть её лица. Послушница поднялась лишь, когда Элозина подошла вплотную к её столу. Она почтительно поклонилась релийке, и принцесса гордо повернула к своему месту у окна. Все девушки в зале нетерпеливо ждали, когда будут произнесены слова благодарности богам, чтобы они смогли продолжить трапезу.
- Дорогие мои подруги и слуги, - раздался громкий голос Элозины, - сегодня невероятно скорбный для всех нас день, ибо я не могу обратиться к нашему защитнику Морю. Эти покои оскверняет недостойная для святых молитв особа.
Взгляды многих оборотились назад. Лисса хотела спросить Гию о новенькой послушнице, которая спокойно присела на свое место, едва шествие дворянок завершилось, но не решилась нарушить воцарившуюся тишину.
- Из-за этого мы не сможем сегодня утолить голод и набраться сил для нового служения богам, - продолжила Элозина. – Зойта, Бри, прогоните эту нечистую из нашего зала! – принцесса властно посмотрела на своих прислужниц, и те испуганно переглянулись, не решаясь возвратиться к дальнему столу.
Но их старания оказались не нужны. Незнакомка сама медленно двинулась к выходу, спокойно оглядывая замеревших около своих мест послушниц. Лиссе удалось рассмотреть девушку, лишь когда она проходила мимо стола тайи. Она была чуть ниже ростом, короткие черные волосы оканчивались у подбородка, на лоб спадала аккуратная челка, белая косынка покрывала прямые плечи. На привлекательном лице выделялись темно-голубые глаза и алые слегка улыбавшиеся губы.
- Никак это она и есть, - отозвался Ланс. – И я непременно выясню, в какой келье остановилась ведьмочка.
Ужин продолжился в обычной обстановке. Разве что за каждым столом шепотом обсуждали возвращение наказанной дворянки. Кри рассказывала своим собеседницам о ссорах между принцессой и непокорной послушницей, так как была единственной из их компании, кто пробыл в монастыре более полугода. О том, что Лисса бросила вызов принцессе, все позабыли, да и сама тайя не собиралась вновь возвращаться к этому. Она верно рассудила, что теперь в голове у Элозины появилась другая заноза, и может быть её персона будет на время забыта.