- Здесь никого нет, - оправдывалась девушка. – Видите, здесь только мои следы.
- Не называй меня глупой, Ли!
- Я не…
- Сегодня же о твоей выходке будет доложено матушке Ани, и она накажет тебя со всей строгостью служительницы Моря. Не забывай, скоро праздник длинной ночи, на который я была готова тебя допустить как послушницу, но...
- Госпожа Вив, - запричитала Лисса, - но я ничего не делала! Я не заслуживаю наказания.
- Матушка накажет тебя перед приношением даров. В знак покорности Морю тебя выпорют перед всеми послушницами!
- Вы не можете этого сделать. Граф де Терро мой покровитель, он не позволит матушке меня обижать!
- Он будет благодарен, что тебя научат послушанию, Ли!
- Лисса, успокойся, - девушка расслышала голос духа, - ты же уже давно знаешь, как следует обращаться с этой худобиной! Не реви!
- Сколько вы хотите? – Лисса постаралась держать себя в руках, чтобы не дать волю слезам.
- О чем ты, мое дитя?
- Двадцать золотых, и вы забудете, что видели меня здесь, а я отправлюсь к стражникам! Вот возьмите кошелек.
- Ступай, да поскорее, Ли! – Вив, как ни в чем не бывало, взяла маленький кошель из протянутой руки Лиссы и молча спрятала его в складках длинного плаща. Она медленно пошла к конюшне, не оборачиваясь назад.
Тайя поспешила вдоль стены к воротам. К её горлу поступали комки слез.
- Там были все деньги, что остались от графини Полины! Что же теперь делать, Ланс? Без монет я не уйду далеко!
- Я знаю. Мы что-нибудь придумаем, - тихо ответил дух.
- На эти золотые мы могли бы подкупить стражников, а теперь… - Лисса уже подходила к оставленной тропе, в конце которой светило пламя от костра охранников монастыря. Но её глаза расширились от ужаса и отчаяния, когда она заметила одинокую фигуру впереди, поджидавшую неисполнительную послушницу.
- Лисса, неужели я должна обыскивать весь Дом Послушания в поисках тебя? – голос Леденеи выражал леденящий гнев, сковывавший язык, произносивший отговорки. Она была единственной наставницей в монастыре, звавшей девушек полными именами, и требовала такого же обращения к себе от всех.
- Госпожа Леденея, я иду к воротам по поручению госпожи Пории, - тихо ответила Лисса.
- Я знаю, куда тебя послали, и я уже совсем окоченела в ожидании, когда ты наконец соизволишь исполнить свое задание! Послушницам не позволено бродить по двору. За это тебя ожидает наказание, Лисса. Ступай за мной!
- Но вы хотели для чего-то меня видеть?
- Матушка получила известия из твоего дома, но теперь тебе предстоит неделя в холодном подвале на хлебе и воде. А разговор с матушкой состоится после отбывания наказания. Такие порядки в Доме Послушания!
Лисса понурила головой. Слова Леденеи невозможно было оспорить. Она была самой жесткой и требовательной из наставниц, и, как полагала девушка, даже матушка Ани не умела ей перечить. Леденея никогда не отступала от правил монастыря.
- Ты пробудешь в заключении до праздника Моря. За это время ты сможешь поразмыслить над своими поступками и помыслами в первые дни своего служения богам. И на празднике ты сможешь покаяться перед Морем, очистив себя обливанием водой.
- Вы разрешите мне присутствовать на празднике?
- Это пока твое первое наказание. Надеюсь, ты исполнишь его хорошо, так как выполняла до этого задания, и у меня нет повода не допускать морянку до великого зимнего служения.
Через три дня вместо послушниц, которые приносили в низкую темную каморку Лиссы возле подвальных камер хлеб и воду, а также торф, чтобы поддерживать огонь в маленькой печи, в дверном проходе показалась госпожа Рам, учившая девочек вышиванию. Она приказала узнице следовать за ней в верхние покои. Там Лисса задержалась в своей келье, чтобы умыться и переодеться. Далее они перешли в зал встреч. Рам указала ей на молодого человека, поджидавшего около стен, на которых отображались боевые сюжеты войны с гарунами, когда монастырь приютил многих страждущих жителей Мории.
Лисса очень обрадовалась встрече с Рионде де Терро. Она не ожидала, что дворянин все же навестит её в этих стенах, зная, что он не смел нарушить волю грозного отца. Рин поцеловал девушку в лоб, и они медленно направились вдоль стен овального зала. Внутри не было ни одной скамейки, посреди возвышались колонны, на темных стенах висели факелы и картины. Обстановка не располагала к долгим беседам для того, чтобы посетители не отвлекали послушниц от обычных дел и заданий.
- Я очень рада тебя видеть, Рин, - заговорила Лисса. – Как дела в Сверкающем Бору? Как здоровье Ивалиты и госпожи Полины? Есть вести о Велли?
Рионде ответил не сразу:
- Прости меня, Лисса, что совсем запоздал с приездом, и навестил тебя лишь через две недели.
- Я всегда рада тебя видеть, - заулыбалась Лисса.
- Госпожа Ани написала в Бор о твоем непослушании, о том, что тебя удостоили первому наказанию. В общем, она решила обрушить на наши головы ещё новые неприятные известия, - Рин говорил усталым печальным голосом.
- И ты приехал только для того, что сказать мне это?! На графа ещё, вероятно, наложили штраф? Но я, Рин, не собираюсь учиться здесь послушанию. И я предупреждаю, что денег графу придется заплатить ещё немало, потому что я попробую сбежать отсюда!
- Лисса, не в этом дело. Отец совсем плох после случившихся событий. Я остался совсем один, и просто не думал, что тебе здесь может быть худо. Поэтому я и приехал. Я договорился с госпожой Ани: ты больше не вернешься в подвал. Я постараюсь навещать тебя почаще. Чем я могу тебе ещё помочь?
- А что с графом? – обеспокоенно спросила тайя. Она предчувствовала плохие новости, привезенные из Бора.
- После смерти Ивалиты он слег. Лонги говорит, что его сердце может не выдержать стольких потерь, случившихся за последнее время.
- Ивалита умерла?! – лицо девушки исказилось ужасом от услышанных слов.
- Я написал матушке, чтобы она передала тебе скорбные вести.
- Они меня просто заперли в подвале и ничего не рассказали, Рин! Что произошло?
- Очень страшные беды нависли над нашим домом. Неделю назад крестьяне ворвались в поместье, проникли в спальню Ивалиты и убили её. Отец с матерью в это время отправились назад в Эллину. Но, получив мое послание, граф без промедления примчался в Бор, где сразу же слег. Матушка же до сих пор в городе и ничего не знает. Я боюсь, что её здоровье тоже не выдержит этих ужасных новостей.
- Неужели восстания в Амане дошли уже до ваших краев?!
Рин лишь покачал головой, давая понять, что дело совершенно в другом.
- В деревне стали пропадать люди. А затем их нашли возле охотничьей ямы-ловушки в лесу. Это были два мальчика-подростка и юная девушка. Тела были холодны и бледны как лед, в них не было ни кровиночки, на шее остались раны от укусов. Крепостные заговорили о кровососах, объявившихся в округе. Я тоже испугался этих известий. Мы стали запирать все окна и двери. Я засыпал с обнаженным мечом на кровати, чтобы в случае опасности дать отпор нечисти. И вот через несколько дней вечером все деревенские мужики окружили поместье с факелами в руках. Они кричали, чтобы упырь выходил из дома. Я хотел их успокоить, но староста деревни сообщил мне, что в лесу возле ямы нашли золотое кольцо, принадлежащее хозяйке нашего дома – воспитаннице графа Унео Ивалите. А в одном из деревенских курятников, где стали дохнуть куры, был найден девичий дорогой поясок. Я пытался их разубедить. Я говорил, что мор на куриц напал не только в деревне, но и в поместье. Разве ты не помнишь, Лисса, что после исчезновения Веллины Олли кручинилась по поводу того, что были удушены все птицы?! Из леса стали наведываться дикие звери. Я убеждал крестьян, что это разбушевавшийся медведь или стая волков убили детей, и надо организовать охоту, но они стояли на своем и требовали, чтобы я пропустил их в дом. В конце концов они разбили боковые окна и пролезли на второй этаж в спальни. Там никого не нашли. Окно в комнате Ивалиты было распахнуто, а она сама исчезла. Полоумные крестьяне посчитали, что она сбежала в лес, и кинулись за ней вдогонку. Под утро они принесли к порогу дома её тело. Из груди торчал длинный кол, кожа была белая, а изо рта торчали острые клыки, - глаза Рина наполнились влагой, голос дрожал, и парень замолчал на несколько минут. – Они сказали, что она убила в лесу ещё двух здоровых мужчин, что её сила была невероятной. Я не мог в это поверить. После я обыскал комнату Ивалиты, и под кроватью мы с Олли обнаружили кучу куриных перьев и простой гребешок, какими пользуются деревенские девушки. Я не понимаю, как такое могло произойти?! Ивалита всегда была самой спокойной, нежной, тихой. После пропажи Велли она очень ослабла, она ничего не ела. Олли говорит, что она лишь выпивала воду и питалась крошками хлеба, у неё совсем пропал аппетит. Она не могла всего этого сделать!